Bound

Их путь пролегал через густой хвойный лес. Хидану пришлось ходить и по лиственным, и по хвойным лесам, всё это было территорией Страны Огня, ему не знакомой и не близкой. Было тяжело идти по такому лесу, но маска не умела прыгать. Приходилось тащиться по земле как простой человек, хотя Хидан мог бы в разы быстрее перемещаться как шиноби. Они шли по узкой тропе между высокими деревьями с толстыми ветвями, и беспокойство охватывало Хидана. Глядя на Коноху с холма, он догадался, что она была разрушена почти полностью, но сейчас, кажется, уже начались работы по восстановлению деревни. Но руины до сих пор были тут и там, наводя на мысль, что здесь произошло что-то очень мощное и грандиозное. Но эта разруха всё же беспокоила. «Наверняка они утащили его тело в Коноху, в морг какой-нибудь, или в тюрьму», - сказал он существу, - «Я сомневаюсь, что они похоронили его. Они захотели бы его исследовать, оно же пиздец странное», - быстро и серьёзно сказал он. Хидан говорил нервно, и голос дрогнул, - «Но если деревня была разрушена, что случилось с моргом? Уцелел? Пытались ли они вообще спасти это здание?» Гибель открыла рот маски и издала громкий вопль, похожий на истеричный волчий вой. Хидан вздрогнул от неожиданности и потрясённо уставился на неё. «Это что, ты мне ответил? Мы две недели как минимум с тобой таскаемся, и вдруг ты решил мне ответить!?», - но маска снова замерла и замолчала, возвращаясь к своему бесстрастному существованию. Её глаза просто смотрели на Хидана, будто ничего не случилось. Хидан сгоряча пнул камешек, отправляя его в полёт, - «Я не знаю, что с тобой делать. Какузу было тяжело понять, но ты ... ну, как я понимаю, у тебя нет собственного разума ведь?», - он кивнул самому себе, и добавил, - «Это многое объяснило бы. Ты просто бездумно следуешь за мной. Ну, это ненадолго. Потому что, когда мы выйдем из этого леса, мы найдём этот чёртов морг и будем искать до тех пор, пока не найдем тело Какузу, и он скажет: “Спасибо, Хидан-сама, ты спас меня!”. Согласен?» В ответ монстр просто последовал за Хиданом, когда тот двинулся по тропе. Хидан решил не отдыхать, а просто идти вперёд. Он перекусывал своими запасами прямо на ходу, пытался петь, чтобы успокоить свои нервы, но он не смог вспомнить ни одной песни, подходящей под настроение. В конце концов он решил напевать что-то абстрактное, просто придумывая, но это не особенно помогало, он всё равно нервничал. Не хотелось признавать, что он беспокоится. Но когда они достигли ворот Конохи и спрятались от стражи за большими деревьями, окружавшими их, он уже искусал губы до крови. Кровь внезапно напомнила ему о его вере, и он перевёл взгляд на небо. «Джашин-сама», - он прижал кулак к губам, - «Я не молился некоторое время. Прости меня», - в его культе подробно объясняли и учили его ритуалам и церемониям, церемониальным медитациям, но никогда не рассказывали, как правильно обращаться к их божеству. Поэтому он просто интуитивно говорил, - «Я снова начну приносить жертвы, когда вернётся Какузу. Ты же знаешь, он мне помогает. С ним все будет так, как было раньше», - он закрыл глаза, пытаясь успокоиться и дышать ровно. Стоило признать, ему следует научиться обычной медитации, чтобы уметь держать себя в руках, если он рассчитывает продолжать своё бессмертное существование. В любом случае, Хидан решил, что всё сделал правильно. «Пожелай мне удачи», - сказал он Богу, тихо выбираясь из-за деревьев вместе с маской и отправляясь вокруг деревни снаружи стен, чтобы отыскать морг. Незаметно провести существо в деревню было бы невозможно. Но дождётся ли оно его, когда он пойдёт за Какузу? Или снова уползёт куда-нибудь? Они уже довольно долго сидели на склоне холма за деревней, и Хидан размышлял о том, каким будет его следующий шаг. Конечно, раньше у него не было сомнений, он делал всё прямо и в лоб, но сейчас, определённо, важно быть осторожным. Тот пацан, что похоронил его, был из Конохи, и, хотя Хидан был уверен, что он не попадётся в ту же ловушку дважды, он был слишком близок к своей цели, чтобы рисковать. Привязав монстра к двум отдельным деревьям, молясь, чтобы на этот раз это сработало, Хидан пробрался в деревню, стараясь держаться в тенях. Нижнюю часть рубашки он отрезал и обвязал вокруг головы, как шарф, и этого было достаточно, чтобы скрыть лицо. Он слышал о плохой охране Деревни Скрытого Листа, но видимо все так надеялись на высокие неприступные стены вокруг, что на деле всё оказалось ещё хуже. Хидану легко удалось слиться с местными жителями, он шёл, наклоняясь вперёд, чтобы уж наверняка никто не разглядел его лица. Сама деревня сильно отличалась от его родной деревни. Дома были в основном из дерева и стояли тесно друг к другу, вдоль улиц множество столбов и свисающих проводов. В большинстве окон сейчас не было света, но кое-где попадались и жилые домики, с ухоженными крылечками, с клумбами и цветами. В половине деревни было живописно и уютно, а в другой – руины и обломки. Судя по всему, у основания утёса находился офис Хокаге. Хидан направился туда, старательно избегая многолюдных улиц, в поисках чего-то похожего на тюрьму. Подходя ближе, он обнаружил длинное невысокое здание, серое и унылое, определённо напоминающее какой-то исследовательский центр или тюрьму, так и не разберёшь. Тело Какузу, должно быть, было доставлено туда в морг для изучения целителями Конохи. Хидан не был самым хитрым шиноби, но он не был бы оценен как преступник класса S в книге-бинго исключительно за его бессмертие. Замаскировавшись в тени, он осторожно двинулся к зданию. Обойдя его, он нашёл только один вход в задней части здания. Он ждал рядом с ним, пока не вышел охранник, и, не теряя времени, быстро ударил его по голове. Тело упало на землю, и Хидан утащил его в кусты, пряча его там, и зашёл в дом. Он тихо закрыл дверь, и двинулся на звук шагов. Что ж, он не оставит в живых никого – это то, в чём он был мастером. Конечно, шумные и страшные битвы были предпочтительнее, но сейчас он действовал осторожно и скрытно, без лишних движений, и точно решил не оставлять свидетелей. Как и в случае с охраной снаружи, охранников в тюрьме было немного, и Хидан мастерски расправился с каждым, попавшемся ему на пути. Все стены были из серого бетона, а двери, мимо которых он проходил, - из металла, с табличками, помеченными цифрами. Он прошел мимо закрытой двери с надписью “комната пыток”, и это придало ему уверенности – получалось, что здесь не только тюрьма, значит, и морг вполне может оказаться здесь. Еще один лестничный пролет вниз, и он оказался перед моргом. Он открывал дверь ключами, которые стащил у одного из охранников, и у него тряслись руки, будто он зелёный шиноби на своём первом задании. Он даже проверил дверь на наличие печатей или барьеров, но, похоже, никакой дополнительной защиты на ней не было. Повернув ключ, он просто толкнул дверь. «Шимура, как можно пить кофе так долго?» Это были последние слова шиноби, сидевшего на стуле в морге, когда он повернулся к входной двери. На его лице появилось удивление, когда он увидел, что это не его друг, а кто-то посторонний, но Хидан быстро рассёк ему голову. Как бы ему не хотелось провести ритуал хотя бы с одной жертвой, он не мог, необходимо действовать быстро. В морге была стена, похожая на обменные пункты, в которых он бывал с Какузу. Он подошел к дверкам в стене, каждая была подписана именем, и искал ту, на которой было написано имя его напарника. Три ряда в высоту, около сотни в ширину, и Хидан решил просто идти справа налево. Он читал каждое имя, и, хоть он и спешил, он не пропустил ни одного. Иероглифы начинали путаться, читать становилось сложнее, глаза уставали, но он не сдавался. Он всё ближе и ближе подходил к левой стене, не зная, сколько уже времени прошло, но вдруг он замер и сердце пропустило удар, когда он увидел табличку с надписью “Какузу”. Не теряя времени, он схватил дверцу камеры и открыл её, выдвинул полку и увидел тело. Труп его единственного друга.