Возраст

не бечено Спустя несколько минут дверь беззвучно отворилась, и в помещение прошёл Себастьян всё с той же тележкой, что и ранее, только пустой. Подойдя к своему хозяину, он молча остановился, поскольку тот, по всей видимости, и не заметил, что кто-то вошёл. Задумчивый взгляд в никуда, чуть нахмуренные брови, рука, опирающаяся о ручку кресла и подставленная под подбородок. Демон мог бы веками любоваться этой картиной, но ему нужно было немедленно взять себя в руки и сделать то, ради чего он пришёл – убрать теперь уже использованную посуду. Именно к этому он и приступил, взяв в левую руку металлический поднос с тележки. Мельком глянув на Сиэля, Себастьян снова застыл. Этот задумчивый, чем-то неуловимо завлекающий взгляд окончательно пленил его. На мгновение в нём вспыхнуло странное, дикое желание. Ему хотелось целовать эти губы, ласкать бледную кожу, прикасаться к ней, ощущать сбившееся дыхание этого юноши, слышать приглушённые стоны удовольствия, быть единственным для него. Сколько лет он терпит, приглушает подобные желания? Сколько ему ещё придётся терпеть, чтобы не причинить господину вреда? Ведь когда их контракт будет исполнен, успокоившаяся душа станет его пищей. Но как этой самой душе удалось так подействовать на демона, как ей удалось приручить его? В скором времени Сиэль едва заметно вздрогнул – он заметил присутствие дворецкого. Благо, последний уже заканчивал сбор посуды, тщательно скрывая все свои тёмные мысли, сосредотачившись на работе. Когда он оказался у самой двери, Фантомхайв окликнул его достаточно холодным тоном: - Есть какие-нибудь новости об убийце? - Нет, мой лорд. По всей видимости, он где-то отсиживается, - в похожей манере ответил демон, поражаясь, как этому человеку удаётся так часто меняться в настроении. Казалось, и часа не прошло с тех пор, как этот юноша не был в состоянии даже удержать равновесия, терзаемый всплывающими в голове воспоминаниями. - Так исследуй город, найди его, - уверенно приказал граф, словно это было простейшим заданием. Порядком надоевшее дело попросту начинало его нервировать. Он не мог терпеть, когда что-то тянулась так долго, и особенно это усугублялось тем, что Сиэль являлся потенциальной жертвой. «И когда он перестанет пытаться казаться тем, кем не является?» - задался вопросом Себастьян, а вслух же сказал: - При всех моих способностях выследить укрытие демона, ведущего столь странную игру, не так просто. Я внимательно слежу за всеми событиями в городе, но до сих пор с его стороны не было сделано ни единого промаха, который указал бы на его местонахождение. - Сколько болтовни, не несущей в себе хоть какой-либо полезной информации, - сказав это, Сиэль встал с кресла и подошёл к окну. Демон не сдвинулся с места. - Убирайся, - с пренебрежением велел юноша. Дворецкий продолжал стоять. Почему-то в нём зарождался гнев или какое-то другое, непонятное ему чувство. Поведение юноши – после всего, что между ними было – просто не могло и дальше оставаться проигнорированным. - Себастьян… - Сиэль резко повернулся и тут же столкнулся взглядом с пылающими алыми глазами, - Да как ты смеешь меня ослушаться?! – он злобно взглянул на демона, начиная предчувствовать что-то нехорошее. - А ведь только вчера в вас горела такая страсть… - с лёгкой ухмылкой произнёс дворецкий, игнорируя попытки юноши вернуть «послушного Себастьяна». Граф тут же покраснел, отведя взор в сторону. Упоминание об его выходке – последнее, о чём ему хотелось слышать сейчас, когда он почти сумел отвлечься от терзающих его мыслей. - Я приказываю… - печать уже загорелась, когда демон прижал тонкие запястья юноши к занавешенному стеклу и накрыл рот графа своим. Его горячий язык тут же скользнул между приоткрывшимися от удивления губами Сиэля. В памяти Фантомхайва резко всплыли их ночные поцелуи, и он бездумно ответил, о чём, безусловно, сразу же пожалел. Ведь тем самым он сдался Себастьяну почти сразу, не выказав даже малейшей попытки вырваться. Михаэлис плавно отстранился и произнёс мягким голосом: - А я смотрю, вам понравилось. Правда, этот поцелуй был менее смелым, чем все... вчерашние. Сиэль попытался отстраниться от демона, но был вновь прижат к окну. Несмотря на прикрывающую стекло шёлковую ткань, юноша чувствовал затылком холодное стекло. В голове всё чётче вырисовывалось осознание всей беспомощности его положения. Оставалось надеяться лишь на то, что его слуга одумается. - Зачем ты это делаешь? Это же… это... неправильно... - проговорил Сиэль тихим голосом, совершенно не похожим на его привычную манеру разговора. - Неправильно было игнорировать меня все эти годы, а это… - Себастьян сделал акцент на последнем слове и, не колеблясь, положил руку на выпуклость между ног своего господина и, слегка надавив на неё ладонью, продолжил, - …совершенно естественно. Сиэль вжался в стекло ещё плотнее. По телу пробежала дрожь, и он со стыдом ощутил, как против воли его член стал стремительно крепнуть. Заметив это, Себастьян усмехнулся, после чего плавно подхватил, казавшееся таким мальчишеским и хрупким, юное тело и аккуратно уложил его на стол, предварительно скинув с него все принадлежности. Сам демон оказался сверху, упираясь в деревянную поверхность руками. Похотливое желание и страсть овладели его телом и разумом. Он больше не мог сдерживать себя. Особенно теперь, когда граф волей-неволей нуждается в чьей-либо помощи. Не выжидая ни мгновения, Михаэлис быстро расправился с верхней частью одежды, оголяя торс юношеского тела. Отбросив в сторону перчатки, он провёл по узким плечам и спустился ниже, начав поглаживать часто вздымавшуюся грудь Сиэля. Тот вздрогнул всем телом и сильно закусил губу, пытаясь сдержать рвавшийся наружу стон. - Так что вы скажете теперь, господин? Неужели вам неприятно? – с нотками насмешки спросил Себастьян. - Остановись! Пусти меня! – юноша предпринял отчаянную попытку вырваться, толкнув мужчину в грудь. Безусловно, это не увенчалось успехом. В ответ на такую бурную реакцию, Себастьян хитро сощурился и прижался бёдрами к бёдрам юноши. Сиэль с ясной чёткостью ощутил член своего демона, широко распахнул до этого зажмуренные глаза и с испугом посмотрел на мужчину нависающего над ним. Дворецкий наклонился к его уху и провёл по его краю самым кончиком мокрого языка. Потом принялся слабенько покусывать мягкую мочку. Юноша закатил глаза и, сам того не осознавая, обхватил торс демона руками. Как и в ту ночь, голову покидали все мысли, и хотелось лишь чувствовать его, слышать его и быть только с ним…Хотя бы на какое-то время забыть обо всём окружающем мире и оставить в нём лишь одну пару. Слугу и хозяина. Демона и человека, которые никак не могут разобраться в своих чувствах. Себастьян, также теряющий контроль над собой, чуть качнулся вперёд, надавив на член мальчика своим, потом приподнялся и повторил. С губ Сиэля сорвался тихий стон. - Мои мысли... Они только о вас. Что же вы натворили, мой господин? – томным голосом проговорил Михаэлис в ухо юноше, медленно продолжая прижиматься к нему бёдрами. – И почему вы больше не приказываете мне остановиться? Граф чуть нахмурился и так, словно его кто-то заставлял, попытался столкнуть с себя демона. Остатки здравого мышления и гордости продолжали бороться, но всё это было бессмысленно. Едва он пытался начать хоть какое-то сопротивление, Себастьян начинал вновь и вновь ласкать его ухо мягкими губами. Сиэль извивался под ним как мог, слегка подрагивал от мучающего его возбуждения и тихие непрерывные стоны срывались с его губ, и он ничего не мог с этим поделать. Но вскоре, не прекращая попыток вырваться, юноша начал непроизвольно разводить колени в стороны, задыхаясь от запаха своего демона и нагретого страстью воздуха. Руки демона беспорядочно скользили по его телу, беспомощно распростёртому под всесильным существом, которое только отображало человеческий облик, а в действительности же представляло невообразимый демонический вид. - Пре..прекра..ти.. Я больше не могу! – сквозь стиснутые зубы процедил Сиэль дрогнувшим голосом. - В самом деле? О, вы так отчаянно боретесь, - демон усмехнулся. После чего приблизился к губам юноши и нежно поцеловал его. Сиэль замышлял укусить того за язык, но не смог противостоять нахлынувшему чувству и также нежно и немного неловко ответил на поцелуй. Вдруг дворецкий рванул нижнюю часть одежды графа вниз, мягко обхватил его член одной рукой и слегка сжал. Другой рукой он поглаживал твёрдые соски юноши, а затем его шею и грудь и снова по кругу, от чего Сиэль испытывал непередаваемое наслаждение. Он окончательно оставил все попытки вырваться и лишь сгорал от стыда, закусывая губы, чтобы периодически издаваемые стоны не были такими громкими. Всего несколько минут назад, граф безмятежно утопал в своих размышлениях и старался избегать демона, и всё это привело к таким странным обстоятельствам… Беспричинные упрёки, требования, агрессия, грубость, а потом… - Так мне прекратить? – почти касаясь губами уха, прошептал демон. - Тс.. - выдохнул Сиэль, яростно глянув на Себастьяна, и тут же отвёл взгляд в сторону. Он не мог ответить. Язык не поворачивался сказать оба возможных варианта ответа. Мужчина, конечно же, выбрал наиболее ожидаемый и пощекотал уздечку, сжимаемого в руках члена, большим пальцем. Юноша был готов взорваться от этого тягучего желания внизу живота. У него тут же перехватило дыхание, стало ещё жарче, чем прежде, и он рефлекторно двинул бёдрами несколько раз, призывая Себастьяна продолжить ласку, что тот собственно и сделал. Извиваясь и продолжая двигать бёдрами навстречу дворецкому, Сиэль обнимал его и стонал во весь голос, более не сдерживаясь. Вскоре, он громко вскрикнул, выгибая гибкую спину и больно упираясь в деревянную поверхность стола, а потом обессилено откинулся обратно и часто, отрывисто задышал, открыв рот. Себастьян отпустил его член, измазанный спермой, и медленно облизал ладонь, пробуя солоновато-горький вкус. Затем как-то странно улыбнулся, наклонился к лицу своего хозяина, так и не отпустившего демона, и легко поцеловал его в чуть припухшие искусанные, но от того не менее приятные, губы. Буря новых ощущений забрала у юноши все силы. Он с трудом опустил свои руки и обессилено уронил голову на бок. Открыть глаза представилось невозможным. Увидев состояние своего хозяина, дворецкий достал платок и вытер белёсую жидкость со своих рук и тела юноши. После чего отнёс хрупкое, голое тело в покои графа Фантомхайва, надел чистую, белоснежную сорочку с обшивкой, выполненной золотыми нитями, и уложил его в постель. Сейчас господину нужен был отдых, а его слуге разрядка, которую он тщательно игнорировал, чтобы не изнасиловать юное тело, поддавшись неконтролируемому чувству, которое руководило ими обоими несколько минут назад. Он снова покинул эту комнату, терзаемый тысячами вопросов без ответов и различных размышлений.