Глава 37
6 июня 2021 г., 17:43
Не пытайся сбежать
В комнате звучал мягкий стук. Эффи строчила, не отрывая внимания от экрана и лишь иногда бросая взгляд на клавиатуру. Со стороны она выглядела полностью погруженным в работу человеком. Сидела за столом, изредка пила воду из кружки или отвлекалась на шум природы за приоткрытым окном. Брала паузу — смотрела на летнее небо, собиралась с мыслями и снова возвращалась к работе, то включая настольную лампу, то выключая. Глаза с непривычки начинали болеть — Эффи подготовила для них капли, без которых не обходится ни одна написанная глава. Все-таки, долгие часы за ноутбуком губили зрение, портили спину. Но Райдер не новичок в этом деле. Каждые пятнадцать минут разминка тела, глаз и немного отдыха. Иначе, несмотря на вдохновение, надолго ее не хватит. Вновь посмотрела в сторону окна и поднесла к губам кружку — минутка передышки. Сегодня ей легко удавалось строить предложения. Слова лились сами собой и быстро находились верные, способные точно передать ее мысли. Взгляд коснулся телефона на краю стола. Девушка быстренько взяла его, она старалась не отвлекаться в процессе написания, но кое-что заставляло обращаться к мобильному аппарату чаще обычного. Открыла беседу с Капитаном и задумчиво сощурилась. Эффи написала ей дней пять назад. И никакого ответа. Может, проблемы на работе? Мать грешила тем, что окуналась в дела с головой. Но все равно непривычно. Играя с телефоном, Дикенс стоял у окна в гостиной. Руки бесцельно вертели мобильник, тот ощутимо нагрелся — на технику беспощадно влияла погода и продолжительно работающий экран, а последний не гас потому, что внимание Кристиана без конца возвращалось к нему, изучало очередное сообщение с угрозой. Стараясь играть роль ничем не обремененного парня, он долго игнорировал проблему, почему-то полагая, что она рассосется со временем, но чем дольше парень скрывался, тем сильнее распалялся азарт противника. Крис чувствовал, как загоняет себя в ловушку. Он должен слишком много денег, а те потрачены на поддержание жизни этой бестолковой старухи. О чем парень только думал, когда совал в карман часть выручки? И для чего все это? Что им двигало? Любовь? Сострадание к единственному близкому? Пф! Простое желание вернуть долг за крышу над головой. Дикенс втянул в легкие воздух и застучал телефоном по ладони. Посмотрел на улицу — солнечное утро, пение птиц, шелест листвы. Тишь да благодать. Аж бесит. Но помимо проблем с братством «Ричардс» для внутреннего конфликта имелись еще причины. И одна из них, шаркая босиком по паркету, завернула в помещение, сонно потирая румяное лицо. Так странно видеть здоровый оттенок кожи, привыкнув к вечной болезненной, какой-то зеленоватой бледности. Сезанну немного покачивало — она так крепко спала… кажется, как никогда раньше, но все равно встала с камнем в груди. Остановилась, заметив парня у окна, и хмыкнула — картина, достойная драматической сцены в каком-нибудь дешевом фильме. — Привет, — хрипло прошептала, поймав себя на мысли, что окончательно перестала ощущать дискомфорт в его присутствии. Парень бросил на нее беглый взгляд, кивнул и, уставившись в пол, направился в прихожую, продолжив нервно теребить телефон. Бриджер испытала легкое удивление — в последнее время Крис был крайне открыт и доброжелателен с ней, поэтому такая равнодушная реакция ее смутила. Наверное, Дикенс потому постепенно располагал к себе. За счет своей эмоциональной открытости. С ним было проще. Его можно было понять. В отличие от Дилана. — Ты куда-то идешь? — Девушка обернулась следом. Она не совсем в восторге от собственного поведения, но не смогла удержаться от вопроса. — Да, — ровным тоном ответил Крис и, вынув из кармана связку ключей, открыл тяжелую дверь. — Надолго?— Сезанна чуть не отгрызла свой язык. Крис замялся на пороге. Видно — он сбит с толку. И от того Бриджер чувствовала себя еще хуже. Это… слишком неуместный вопрос, да? — Почему ты спрашиваешь? — Дикенс, так и не разобравшись в своих ощущениях, взглянул на нее хмуро, возможно, даже сердито, ведь его начинала пугать неизвестность, творящаяся между ними. Будь это просто секс — постельные отношения дело привычное и знакомое. Но в данном случае всё иначе. Он испытывал другое. И не знал, что с этим делать, а потому переходил в нападение, словно ему угрожали. Проблема в том, что и Сезанна себя не понимала, поэтому, получив негативную реакцию, внутри нее также заработали привычные механизмы защиты. — Мудак, — девушка огрызнулась и тяжелым шагом направилась в сторону кухни. Кристиан резко опустил руки — связка ключей неприятно зазвенела. Парень подергал ею, усиливая звук, и поморщился, прикусив кончик губы. Вся эта их агрессия друг на друга. Всё из-за простого страха казаться ранимыми и быть отвергнутыми. Глотнув крепкого кофе, Дилан обвел взглядом озеро — здесь по обычаю царил тот тип тишины, от которого хотелось поскорее избавиться. Покинутое всеми затерянное в лесу место напоминало болото, в котором О’Брайен медленно увязал, мучаясь от нехватки кислорода — почему-то он не мог дышать полной грудью. Время текло медленно. Птицы не пели. Гладь озера не вибрировала. Шелест травы молчал. Странно. Будто природа подстраивалась под Николаса или впитывала в себя вытекающее из него уныние. По крайней мере, если Дилан приходил сюда один, окружение вовсе не замирало. — Я думаю съездить в Нью-Йорк. — Ник перебирал струны. Кстати, он не звал на озеро друга. Тот сам увязался. Дилан вскинул голову, взглянув на Райдера — заявление неожиданное, но О’Брайен не выразил недоумения и вполне спокойно отреагировал: — Да? — Поерзал на траве и продолжил спокойно штриховать кривой силуэт дерева. — Куда пойдем? — Задал очевидный вопрос, на который получил неочевидный ответ. — Я один. На мгновение Дилан прекратил водить карандашом по листу, недолго сверлил рисунок безразличным взглядом — дал себе время перебороть растерянность. И наконец, сохранив непринужденность в тоне, посмотрел на друга. — Надолго? — Нет. — Райдер глянул на его рисунок. — На неделю, примерно. Неделя? Долго для человека, погруженного в депрессию. Что он там забыл? Он целыми днями просиживал задницу в комнате, а тут внезапно решил отправиться в поездку? — С друзьями встречаешься? — Дилан сам не знал, каких друзей имел в виду. Николас выдержал паузу, с равнодушием изучая наброски на страницах скетчбука. — Типа того. Еще никогда прежде он не был настолько закрыт. О’Брайен не успел понять, что мог бы сказать, каким образом навязаться с ним. Сама мысль, что Райдер отправится куда-то без него, казалась смехотворной. Они уже столько лет не разлей вода. И тут — на тебе. Ник вяло ткнул мизинцем в лист. – Что-то в этом есть. Дилан выбрался из тяжелых раздумий, взглянул на зарисовки — и тут лоб моментально покрылся испариной. На краю страницы была небрежно изображена девушка, сидящая на качелях, а особая детальность просматривалась в прорисовке коленей. И веснушек, осыпающих кожу. Это был первый набросок, сделанный цветными карандашами. Выходной… Эффи с тоской смотрела в сторону окна, пока на плите закипал чайник. Хотелось бы отправиться в библиотеку и поработать там над романом. Атмосфера дома не располагала к творческому раскрепощению. Может, упросить Раю доверить ей ключи? Чтобы можно было сбегать в библиотеку, прямо как в детстве. Райдер улыбнулась этой мысли и с искренним спокойствием приняла свое положение. Но внутренний мир слегка пошатнулся, стоило на кухню войти Шелл. Эффи бегло посмотрела на нее и повернулась к плите, сняв чайник до полного кипения. Залила воду в кружку и насыпала немного кофе — она не очень любила этот напиток без добавок, но сегодня с моря веяло прохладой и хотелось выпить что-нибудь обжигающего, немного горького. Собственно именно на приготовлении напитка девушка и сфокусировалась, постепенно погружаясь в свои мысли, как вдруг получила удар в спину в виде совершенно фантастического и ужасающего содержательностью вопроса: — Ты спишь с Диланом? Руки Райдер дрогнули, ложка дернулась, кофе посыпалось на столешницу. Девчонка моргнула раз, второй, третий — в ритм сердца. Медленно оглянулась, удивленно уставившись на Ниллс, которая собирала со стола учебники. С таким видом, будто не выдала только что полнейшую чушь. — Ч-что? — Эфф проронила неуверенно, ибо все еще не могла поверить, что не ослышалась. Шелл не смотрела на нее и беспечно пожала плечами. — Ничего. — Рыжая, прижав к груди учебники, направилась к гостиной. А Эффи внезапно ощутила укол негодования и выразила его в виде хмурости. — Нет, погоди, — решительно возразила попытке Ниллс вот так просто уйти. После таких заявлений. Шелл затормозила возле порога и не сразу обернулась, наконец, удостоив своим вниманием девчонку, которая вновь почувствовала себя неуверенно под прямым взглядом, но не отступила. — Что происходит? — Голос, конечно, звучал не сердито, скорее, с беспокойством. — Почему ты говоришь такое? — Райдер не умела проявлять злость и недовольство в чистом виде, она постоянно скрывала негативные чувства за маской тревоги и печали — все это корнями шло в детство, когда родители ругали ее за проявление сильных отрицательных эмоций. «Злиться — плохо». «Быть недовольной — плохо». «Плакать — плохо». «Ругаться — плохо». «Кричать — плохо». «Жаловаться — плохо». Сейчас Райдер злилась. Но боялась выразить чувства в полной мере, ведь это плохо, и девушка испытывала вину за эти эмоции. Наверное, поэтому Шелл ощущала себя сильнее и брала ситуацию в свои руки. — Просто он так смотрит на тебя. — Она заговорщически улыбнулась — не было в этой улыбке света, скорее, она отбросила на веснушчатое лицо большую тень. Несмотря на ранимость и податливость, тут Эффи не сдалась: — Почему ты врешь? — не понимала. — Ты будто пытаешься устроить беспорядок. Я знаю, как Дилан смотрит на меня, потому что наблюдаю за ним. И он смотрит на меня совсем не так. Ниллс только вздохнула и отвела взгляд к окну. Райдер сощурилась и оперлась на край стола, словно искала опору. — Зачем ты это делаешь? Шелл закатила глаза и развернулась, переступив порог, а Эфф с возмущением шагнула вперед. — Хватит сбегать. Говори. — И резко отступила назад, ведь Ниллс вернулась в помещение, воззрившись на девчонку с ноткой раздражения. — Я хочу, чтобы ты уехала. — Она даже паузу не выдержала, говорила четко и ровно. — Все проблемы от тебя. — Более не думала задерживаться — она вернулась лишь потому, что не хотела быть уличенной в слабости — и покинула кухню, проверяя время на экране телефона. Ирвин уже должен ждать ее на остановке… Ниллс ускорила шаг и спешно выскочила из дома, хлопнув дверью. Неслась, чувствуя себя воодушевленной. Было что-то в ее состоянии вызывающее зависть, с которой Сезанна проводила ее во взгляде, сидя на крыльце в полном одиночестве. Эффи стучала пальцами по кружке. Пар поднимался к носу, девушка вдыхала его и пыталась расслабить натянутые нервы, оценивать разумно, но эмоции брали вверх. Старая рана немного кровоточила, пока несильно, ведь Райдер старалась держать себя в руках. Но чем дольше она обдумывала слова Ниллс, тем тяжелее становилось на душе. Проблема во мне. Она всегда была уверена в этой истине. Уныние накатывало волнами, погружало под воду мыслей. Вина зачесалась в ребрах. Девушка нахмурилась и попыталась сделать глоток — горло сдавило. Потерла горячей ладонью лоб. Уставилась в стол. Все дело во мне, да? Опять? Что если ссоры между Николасом и Шелл правда из-за нее? Что если она несла ответственность за их чувства? Сглотнула. Губы задрожали — и Эфф крепко их сдавила, сдерживая слезы. Из раза в раз. Одно и то же. — Увлекательно? Райдер не вздрогнула и спокойно перевела взгляд на Дилана, ссутулившись и сложив руки на столе. — М?— вопросительно промычала, не до конца поняв вопроса. — В стол пялиться — увлекательно? — парень уточнил и, оставив на столешнице скетч, положил в раковину кружку с недопитым кофе, после чего открыл холодильник и вынул упаковку молока. Райдер зачем-то посмотрела на стол и прошептала невнятно: — Довольно занятно. О’Брайен покосился на нее с недоумением. — Ясно, — отреагировал единственным возможным способом и попытался сделать глоток — упаковка оказалась пуста. Разочарованно вздохнул и направился к мусорному ведру, повторно окинув вниманием профиль Эффи. И не удержался от вопроса: — Что с лицом? — Тон, правда, не контролировал — прозвучало недовольно. У Эффи меж лопаток кольнуло напряжение, и она взглянула на парня, активно закачав головой: — Ничего. — Ага, — Дилан прыснул, — ты будто лимон во рту держишь. — Он вовсе не хотел вести себя как придурок, но почему-то не получалось иначе. Мешало легкое волнение. Райдер задумалась: стоило ли поднимать эту тему? В конце концов, она знала, что услышит, и не хотела ухудшать свое состояние, ведь только начала выбираться из меланхолии. Но с другой стороны, Эффи двигало желание понять, что именно чувствовали окружающие люди и действительно ли на их настроение так влияло ее присутствие. Девушка с беспокойством застучала ноготками по кружке. — Шелл говорит странные вещи, — проронила и свела брови. — Или не совсем странные. Дилан вернулся к раковине и принялся мыть кружку: — Будь конкретной. — Не оборачивался, но что-то в голосе Райдер заставило его напрячься и вовсе не желать той самой необходимой прямоты. Эффи носилась взглядом по столу, нервно подергивая коленками. — Всем тут некомфортно? — попыталась выразиться яснее. — Конкретней. — Могло показаться, что О’Брайен испытывал раздражение, но это лишь образ, который в момент волнения обретал особую яркость в своем проявлении. Эффи скованно вздохнула и уставилась на ветви дерева за окном — попытка расслабиться. Дилан оценил эту паузу как возможное завершение разговора, край его губ напряженно дернулся, а руки зачем-то продолжали мыть уже чистую кружку. — Когда не надо, — он нарушил тишину, — ты демонстрируешь всю мощь своего красноречия, а когда надо — мямлишь что-то нечленораздельное. Райдер набрала в легкие кислород — и неожиданно забила. На все. Ей, конечно, хотелось сбежать, но был ли в том смысл? Нет. Она всю жизнь в бегах. Пора уже остановиться и обернуться на свои страхи. — Вам со мной некомфортно? — наконец, выразила тревогу наиболее верным образом и повернулась на стуле, пальчиками сжав деревянную спинку, в край которой уткнулась носом. Уставилась в затылок парня. У Дилана меж лопаток пробежали мурашки — с хмурым видом передернул плечами. Так и думал — тема щекотливая, он смело шагнул на острие ножа, полагая, что ступит на мягкую траву. Но с Райдерами иначе быть не могло. Молчание не подействовало удушающе. Эффи расслабленно уложила голову на руки и опустила взгляд, размышляя над ситуацией. Почему-то она была убеждена, что О’Брайен думал над ответом. Раньше она за ним подобного не замечала. Или не хотела замечать. — Мне нормально. Райдер не изменилась в лице, хотя что-то внутри отозвалось, правда, эмоции эти были больше негативными, нежели положительными. Она с неверием покосилась на парня, который продолжал мыть чистую кружку. — Просто это естественная реакция. — Ему не хотелось оборачиваться — он буквально кожей ощущал недоверие со стороны девчонки. — В смысле, происходит уместная реакция в голове, когда видишь тебя, ты должна это понимать. — Конкретизируй. Дилан заморгал и все-таки оглянулся, с удивлением обнаружив, что на лице Эффи играла непонятная сдержанная улыбка, при виде которой его волнение в разы возросло. Он откашлялся и отвернулся, с усердием намылив кружку. — Меня всегда поражала твоя интеллектуальная полярность, — решил подколоть, дабы скрыть поглощающие его эмоции. — Ты довольно разумная, но когда дело касается тебя самой, твой мозг будто превращается в пень. — Наконец ему надоело возиться с посудой — выключил воду и схватил со стола тряпку, кое-как заставив себя развернуться. Эффи продолжала смотреть на него, слегка наклонив голову к плечу. Может, она слушала с интересом, а может, О’Брайену просто казалось. Сложно прочитать что-то в ее глазах. Она вновь напомнила Николаса. Прямой, но темный изумрудный взгляд. — Ты должна понимать, — Дилан держался с фальшивой уверенностью. — Все, что произошло, оставило отпечаток не только на тебе. Это задело всех, и каждый реагирует по-своему — у каждого индивидуальная психологическая самозащита. Хотя… у Райдеров она приблизительно одинаковая — вы закрываетесь, делаете вид, будто ничего не случилось, убегаете от проблемы и игнорируете ее, пока у вас есть эмоциональный ресурс. А потом срываетесь. — Смотрел на то, как ладони кутались во влажном полотенце. — И все по новой. Замкнутый круг. Райдер на самом деле слушала с неподдельным любопытством. — Короче… это я о реакции, — Дилан смял полотенце и бросил на тумбу. — И о том, что она нормальна. — Упер руки в бока и решительно посмотрел на девушку. — Не стану скрывать свою эгоистичную сущность — мне даже удобнее иметь тебя рядом…— запнулся, а Эффи со смешком изогнула брови. — Я выбрал не совсем подходящие слова, — тут он начал тараторить. — Мне легче видеть тебя. Тренирую психику, и постепенно ты перестаешь быть триггером. И… опять не буду вести себя как лицемер и признаюсь в своем эгоистичном желании через отношение к тебе доказывать себе, что я не такой кусок дерьма. Херовая методика, но пока сойдет. — Его мозг не успевал обрабатывать собственные слова, словно они рождались из неоткуда. Волнение буквально терзало язык и стучало в висках, а потому образ немного надломился, из-за чего О’Брайен испытывал дискомфорт. Эффи продолжала молча смотреть. Это окончательно лишало выдержки. — Короче говоря, я рад, что ты приехала. — Дилан сдался и забил хер на то, как все это звучит. Просто выдал, хотя не до конца мог понять и выразить свои ощущения. Захотелось курить. Райдер выглядела неприятно потрясенной. Не верила? Наверное, думала, он издевается, потому что все это звучало как одна большая ложь. — И Николас рад? — с каплей яда поинтересовалась девчонка, поднимаясь со стула. О’Брайен понял — она не знала, как реагировать, поэтому спешила закончить беседу. — Я говорю только за себя. — Парень из последних сил сдерживал желание потрепать кольцо в ухе. — Окей, — на вздохе проронила Эфф, выпрямившись. — Окей. Уставились друг на друга. Без негатива, но с вынужденным недоверием, на которое у каждого были свои причины. Райдер первая отвела взгляд и тихо вздохнула. — Ладно. — Оставила кружку с кофе. — Пойду. — Обернулась, взмахнув вьющимися волосами, и направилась в гостиную. Она сама начала этот разговор, она получила ответ. Но не могла в него поверить. Чтобы кто-то да был рад ей? Интересное мнение. Вышла. Дилан протяжно выдохнул и позволил себе подергать кольцо в ухе. Общение с Райдерами его опустошало. С каждым он испытывал дискомфорт. Правда, разный. С Николасом ему было не по себе. А с Эффи он не мог придерживаться своего образа. И с чего-то вдруг чувствовал себя кретином. Райдер-младшая остановилась посреди коридора второго этажа и не смогла удержаться от хмурости. Та окрасила ее бледное лицо, выразив массу непонимания. Оглянулась на лестницу. В груди гулко стучало сердце, Эффи коснулась пальцами ребер и с тем же недоверием продолжила идти, но недолго — замерла напротив двери в комнату брата. Опустила руки. Сомнение куда-то улетучилось. Тот факт, что она сумела обсудить нечто подобное с О’Брайеном, увеличил порог ее скованности. Ничего страшнее уже точно не будет. Не постучалась, догадываясь, что Николас не отреагирует. Открыла дверь и заглянула в комнату. Удивительно, со стороны окна лился теплый солнечный свет, а помещение каким-то образом умудрялось тонуть в тени. Парень сидел за столом и, кажется, менял струны на гитаре или просто пытался по-другому их натянуть. Он не сразу обратил внимание на вошедшего, ведь, по обычаю, это могли быть либо Дилан, либо Шелл. С Крисом и Сьюз он практически не пересекался, и они не видели причин его тревожить. Но стоило Нику бросить взгляд на дверь, как его лицо впервые за долгое время преобразовалось — выразило здоровые человеческие эмоции, маска безразличия спала. Даже на Шелл он никогда так не смотрел, постоянно пытаясь утаивать свои слабости. С Эффи это не представлялось возможным. Тревога? Напряжение? Нет, Николас вполне спокоен, просто он не был готов к ее визиту. Эффи зашла и зачем-то оглянула комнату, словно давно здесь не была, и остановилась на внушительном расстоянии от брата, сцепив руки за спиной — намеренно не на груди, пошла против желания закрыться от него. Молчание. Нельзя отдавать в ее лапы власть. Для Райдеров молчание — пилюля с ядом. — Не хочешь поговорить? — Эффи собралась с силами. Это была попытка установить контакт с человеком, о состоянии которого так или иначе она переживала. На лице Николаса напряглись челюсти. Он бегло посмотрел на гитару и, наверное, намеревался что-то ответить, но девушка не смогла более сдерживать то, ради чего пришла. — Ты ждешь моего отъезда? — Ей было важно знать, в ней ли причина его замкнутости. — Хочешь, чтобы я уехала? — Кое-как заставляла себя смотреть на брата. Райдер-старший неожиданно расслабленно взглянул на нее и заговорил без запинки: — Это не имеет значения. Я сам собираюсь свалить. Эффи удивленно заморгала. — Куда? — Это тоже не имеет значения, — без энтузиазма отозвался парень и начал медленно водить пальцами по расслабленным струнам. Девушка внимательно пригляделась к нему — он напоминал ее саму, когда она после долгих мыслительных скитаний находила выход из тревожащего ее положения. — Тебе некомфортно здесь? — уточнила, ожидая, что сейчас услышит причину. А причина — это она? Но и тут Ник удивил. — Это дом Джуз. — Он вздохнул, холодным взглядом скользя по гитаре. — Дом мамы. Мне хочется быть подальше от семьи. — То есть… опять? — девушка не фильтровала мысли, выдавая все, что приходит в голову. — Уход от проблемы? Но Николас даже не думал злиться или выказывать раздражение. Он вновь взглянул на нее и пожал плечами. — Мне так будет комфортнее. Он просто не умел иначе. Эффи смирилась с этой ясной позицией бегства, с которой сама пыталась бороться, и предположила: — Будете колесить с ребятами по стране? — Удалось улыбнуться. — Звучит, весело. — Нет. — Ник нахмурился. — Мне… особо не хочется. — Что? — Она не совсем поняла, но Райдер-старший уже повернулся обратно к столу и продолжил заниматься музыкальным инструментом. Девушка обеспокоенно переступила с ноги на ногу, все же сложив руки на груди. Неужели он хотел уехать совсем один? Оставить Дилана, Шелл? Это… Нет, порой Эффи чувствовала похожее желание — просто взять и оборвать все контакты, удрать, стать другим человеком, забыть себя прежнего. Больше не быть Эффи Райдер. Но разве это решило бы проблемы? Она бы осталась собой. Видимо, Николас не чувствовал себя безопасно там, где его могли найти родители. Раньше Эффи казалось, что именно он был близок с ними, любимчиком, а теперь… все не так однозначно. — Ладно. — Девушка шагнула назад, поправив волосы. Больше сказать нечего. Николас вроде кивнул. Эффи отвернулась и поспешила покинуть комнату.***
Время близилось к девяти вечера. Впервые за долгие годы Кристиана одолевала сонливость в такой ранний час, но тому были причины. Ему поступил короткий звонок и вовсе не с очередной угрозой. Нет. Парень снял футболку и принялся мять ее пальцами. Ткань рыхлая, жесткая на ощупь. Поднял глаза — в зеркале отражалось осунувшееся бледное лицо, но во взгляде просматривалось что-то непривычное. Крис вот уже больше получаса торчал в ванной комнате, метался, до сих пор не приняв душ. Наконец, он остановился и дал себе возможность осознать. Она умерла. Бабушка умерла. Выдохнул с облегчением и прикрыл веки, сжав футболку. Слава богам. Она умерла. Груз упал с плеч. На душе стало так легко. Больше никаких обязательств. Он больше ничего никому не должен… если не забывать о парнях из «Ричардс». Но это не так пугало, как обязательства перед человеком, которого он не любил, который его не любил. Отношения — это сложно. И вот у него больше нет родственников. Он один. Мысль тревожила и завораживала. Один во всем мире. Взгляд коснулся отражения — Крис не узнал себя. Он свободен. Наконец-то… Дверь скрипнула — в помещение тяжелым шагом вошла Сезанна с подготовленной маской безразличия на лице. Легкость Дикенса вмиг сменилась напряжением. Они не говорили на протяжении дня. Он ее сторонился. Она это чувствовала. Неясно, отрешенность ли злила Бриджер, но под конец вечера девушка окончательно прониклась непониманием, но не выскажет его в чистом виде, а привычно прибегнет к агрессии. Ни Сезанна, ни Кристиан не умели говорить о своих чувствах прозрачно. — Тоже темные вещи пришла грузить? — Парень бросил футболку в стиралку и включил воду, намереваясь умыться. Сезанна холодно смотрела на него и, коснувшись края ткани, стянула футболку через голову. Крис напряженно стукнул зубами, быстро окинув взглядом зеркало, и прирос вниманием к ладоням, которые нервно намылил. Краем глаз различал силуэт голого тела и всячески игнорировал его, поражаясь своей выдержке. Бриджер секунду наблюдала за его равнодушием и фыркнула. — Знаешь, мне плевать, — зло процедила. — Я не вижу смысла. У тебя есть трава, я знаю. — Тогда придется переспать со мной, — непринужденно напомнил парень, смывая с рук мыло. — И что? — с издевкой хмыкнула. — Ты. Кто-нибудь другой. Какая разница? Кристиан грубо хлопнул по ручке крана — вода затихла. Сезанна сжала пальцами футболку и покосилась на него с трепетным ожиданием. Вот они — эмоции, реакция, хотя бы что-то! Парень оперся руками на раковину и, всячески сдерживая раздражение, старался перевести дыхание. Она его злила, но злость была какая-то неоднозначная, нетипичная. Бриджер в этот момент испытывала массу эмоций и ни одну не могла понять. А когда с ее губ сорвался неожиданный вопрос, она осознала, в какую именно пропасть свалилась. — Я тебе нравлюсь? — хрипло прошептала, с подозрением всматриваясь в профиль Дикенса. Крис резко поднял взгляд, встретившись со своим отражением. «Я тебе нравлюсь?» Стены старого сарая неприятно поскрипывали под давлением морского ветра. По ту сторону — глубокая ночь, тихая и тревожная. Он не сразу понял, что что-то не так. Сбежать сюда с выпускного вечера — идея романтичная и привлекательная. Но стоило ему оказаться в этом месте, как в груди поселилось непонятное чувство страха. Она стояла у дальней стены возле кучи старого хлама и по-дьявольски привлекательно улыбалась. «Нравлюсь?» Кристиан ощутил — пальцы задрожали. Он вдруг поймал носом запах старого промокшего дерева и настойки из яблок. Липкий. Лицо, руки, ноги, все тело. Одежда неприятна коже. Волосы сплетались в черви и свисали на лоб. Сидел на земле, пока один из пьяных парней лил ему на макушку пиво. Вспышки. Крис морщился, вздрагивал плечами каждый раз, когда кто-то делал снимок, но его лицо ничего не выражало. Вокруг тьма ночи, но глаза, к сожалению, привыкли — и Кристиан мог рассмотреть каждое знакомое лицо. Надсмехающееся. Все говорили. Все смеялись. Все веселились. Вспышка за вспышкой. Дикенс медленно скользнул безразличным взглядом к девушке, стоявшей с краю окружившей его толпы. Он думал, она особенная. Она была другой. Не как все. Ему так казалось. Девушка мило улыбалась, немного пьяно после нескольких глотков алкоголя, и смотрела на него красивыми светлыми глазами. «А теперь я тебе нравлюсь?» Моргнул. Отогнал наваждение. Сжал ладони в кулаки, заставляя пальцы прекратить дрожать. — Ты просто хочешь переспать. — Сезанна напомнила о себе. — Так… зачем напрягаться? Дикенс глубже задышал, хмуро всматриваясь в отражение своих ключиц. — Ты настолько себя не уважаешь? — спросил сквозь зубы. Его нервы натянулись до предела. Каждый раз, когда воспоминания проникали в голову, он терял самообладание. Девушка прыснула с отчетливой усталостью: — А ты меня уважаешь? Парень резко отстранился от раковины и, выхватив свою футболку из барабана, пошел прочь из ванной. За спиной Бриджер хлопнула дверь. Девушка даже не дернулась, так и стояла на месте, играя пальцами с тканью одежды. Смотрела в пол. Дыхание постепенно углублялось, как вдруг вовсе сорвалось, а перед глазами все поплыло. Сезанна шмыгнула носом и жесткими движениями начала стирать слезы с щек, не понимая, что конкретно вывело ее из себя и почему она творила такие нелогичные вещи. Что с ней происходит? Кристиан сел на крыльцо, вытянул ноги и чиркнул зажигалкой, втягивая в глотку никотин. Хмур, сердит и раздражен — он совсем потерял контроль, который так ценил. Выкуривал быстро, в пачке осталось еще три, Дикенс принялся за вторую и вскоре прикончил ее. Мысли сплелись между собой, воспоминания шли вперемешку с реальностью, путая те прошлые чувства и эмоции с нынешними. Он совсем потерялся. Совсем расклеился и развалился. Ему нужно время прийти в себя. Вибрация. Крис, прикусив сигарету, вынул телефон из кармана и провел пальцем по экрану. Новое сообщение. Номер неизвестный. Даже не стал предполагать и просто открыл уведомление, с равнодушием прочитав короткий текст. «не пытайся сбежать»
