Глава 54
6 марта 2022 г., 14:49
Неизвестность
Узкая полоска света проникала в комнату со стороны окна и скользила по мятой простыне. Эффи спала тихо и неподвижно — в этом они тоже были похожи с Ником. Она лежала на боку, согнув ноги, скрывала под одеялом грудь и коленки. Прохладный воздух — спасаясь от духоты, парень все-таки открыл балконную дверь — вызывал мурашки на ее коже. И его. Вот уже больше получаса Дилан, сутулясь, сидел на краю кровати, облокотившись на колени. Ладони сжимал в кулаки, вдавливал в бледные губы. Отсутствующий взгляд то опускался к полу, то смещался к двери. Мысли одна за другой возникали в голове. Самое мучительное — приходить в себя после… после чего? Ночной дурман сошел, все, что не имело значения вчера, теперь обрело прежнюю неоспоримую важность. Как он мог это допустить? Прикусил костяшки. Дилан провалился в сон на жалкие минуты, а очнулся совершенно трезвым — и все осознал. С того часа на него накатывало все больше разнообразных эмоций. Чувство какого-то нереального успокоения соседствовало с мертвым ужасом. В голове все путалось, вытянуть хотя бы одну ясную мысль не представлялось возможным. А о чувствах вообще заговаривать не стоило. Парень окончательно надломил свой же внутренний порядок. Хотелось четкого понимания, хотелось вернуть осмысленность, но как только холодный рассудок намеревался взять вверх над ситуацией, ребра щекотали эмоции, которых он так давно был лишен. Если когда-то вообще с подобным сталкивался. Как бы сильно парень не взывал к ясности, он натыкался на присутствие теплоты — незнакомое ощущение, прямо под кожей, в разных частях тела. Оно не горело больным пламенем, не жгло, было спокойным и мирным. Встречаясь с ним, какое-то время О’Брайен пребывал в равновесии, но после его снова бросало по кругу Ада. Он боялся всего, что сделал. Боялся, чем это обернется. Боялся неизвестности, на пороге которой оказался. Неужели, позволил себе развлечься? С Райдер? На один раз? Проблема в том, что Дилан не рассуждал о дальнейшем, вот, почему не стоит действовать после стольких банок пива. Благо он не переспал с ней. Черт возьми, благо не переспал… Чего ты радуешься? Нелепо, блять. Привет, Ник, я почти выебал твою сестру, но! не выебал, я молодец, да? Охуенный друг? Грубо растирал лицо, морщась от головной боли. Надо разложить все по полкам. Уже утро. А он с прежним хаосом. Что дальше? Ничего. Зачем тогда сделал это? Просто потому, что хотел. Сын мудака и сам мудак. Но я не собирался ранить ее чувства. Выдохнул в ладони и, захрустев пальцами, оглянулся на Эффи. Девушка продолжала беззаботно посапывать. Парень осмотрел ее спину с множеством красных отметин — от губ, пальцев, зубов. Поднялся к затылку, к шее, оценив последствия грубых поцелуев, и вновь споткнулся о неправильное удовлетворение. По полкам, Дилан… Тепло разлилось по венам, парень потер плечи, переживая странную вибрацию с некоторым страхом. Что он собирался делать? Если не смотреть на Райдер, то закрыться и избегать. А если смотреть… Голос в голове умолк. Взгляд продолжал изучать девушку, пока ком в глотке не разросся до невиданных масштабов. Отвернулся, прижав ладонь ко лбу, и топил себя в омуте разрушающих чувств. Она ему действительно нравилась — вот корень проблемы. Умылся холодной водой. Выключил кран. Взглянул на свое отражение и ужаснулся: кожу шеи покрывали багровые засосы. Дилан потрогал их, скользнул вниманием ниже — отметина рядом с ключицей, рядом с ребрами, рядом с пупком… Низ живота затянуло узлом. Парень громко вздохнул, опершись на раковину, и, противостоя воспоминаниям, мучился от вины перед Ником — та все сильнее овладевала им, как неожиданно его мозг пронзило омерзительное подозрение: вдруг Эффи все-таки не хотела этого? Вдруг это было насилие? Он ведь не был трезв. Но ей, вроде, нравилось. Но зная Эффи… Но она не сопротивлялась. Но это же Эффи. Гребаная терпила. Его дыхание сбилось в паническом приступе. Дилан сел на край ванны, нервно расчесывая ноющую шею, и всеми силами старался отыскать подтверждение тому, что он — мудак, насильник. Не нашел. Лучше бы нашел. Лучше бы ей не понравилось. Лучше бы она его избегала. Лучше бы она уехала. Что теперь будет? Она уже давно не размыкала век, накрыв грудь одеялом, когда он решился подняться с кровати, чтобы вернуться в свою комнату, но успел только присесть, как Эффи вцепилась в его локоть, сонно пробубнив: «Ты куда?» Немигающий взгляд замер на полу. Временный покой накрыл сердце. Вновь стало тепло, вернулась гармония и чувство удовлетворения, а еще… всё вдруг оказалось на своем месте. Каждая мысль, каждая эмоция и ощущение. Дверь в ванную, скрипя, открылась, порог переступил Кристиан — и стоило их взглядам пересечься, все и всё друг про друга поняли. — О-о… Как оно? — Бледный Дикенс медленно побрел к туалету. — Как все прошло? — Поднял ободок и рухнул на пол, облокотившись на край унитаза. Дилан же упер локоть в раковину, принявшись растирать лоб. — Серьезно, такое событие. — Крис хохотнул и резко склонился над толчком, но позыв тошноты ослаб. О'Брайен невольно прыснул: собрались, значит, два идиота в ванной сплетни обсасывать — один блюет, другой ведет себя как слюнявый девственник. Эта мысль его успокоила, да и в целом ему правда хотелось с кем-то поделиться — подобная сентиментальность никогда не была в его характере, но именно сейчас он чувствовал необходимость обсудить происходящее. Как бы ни хотелось сдержать все в себе, это было бы разрушительно для его психики. Ему очень хотелось поделиться с Ником, потому что всё то, что он чувствовал — с ним такое впервые. Но в данной ситуации... О’Брайен покосился на парня и, набравшись смелости, заговорил: — Мы не переспали. — Откашлялся — слова еле лезли через глотку. Дикенс подпер щеку ладонью и хмыкнул, изучая его покусанную шею. — Но явно отлично провели время. — Нормально. — Отмахнулся, уставившись в стену. — Нормально? — Крис изогнул брови. — Да ладно, не ломайся. О’Брайен рывком зачесал волосы и как-то агрессивно процедил: — Охуенно. Было. — Отвернулся, почувствовав себя не лучшим образом, и, облокотившись на колени, согнулся, потирая запястья. Кристиан секунду молча пялился на него. — О… — обронил. — Никому не говори, — опередил Дилан и с давлением посмотрел в глаза. Дикенс, конечно, проникся напряжением, но не мог не подколоть. — Я та еще сплетница… — Задорно усмехнулся, и О’Брайен закатил глаза, привстав, рукой дернул ободок туалета — тот хлопнул по макушке Криса, заставив его сморщиться. Дилан вернулся на былое место и тяжело задумался, продолжая растирать ладони. Кристиан поднял ободок обратно, пощупал ушиб и глянул на друга с неестественной осознанностью. — Ты это про Ника? О’Брайен моментально помрачнел, его руки замерли. — Почему он должен быть против? — Отдаленно Крис догадывался, что отношения между Райдерами (он невольно приписывал Дилану эту фамилию) не совсем простые. — Вы ведь лучшие друзья. Неужели, он считает тебя подонком? — пропустил смешок, но собеседник оставался серьезным. — Так я всегда был подонком. — Нахмурился, припоминая все то, чем занимался до определенного возраста. — И от него не скрывал. С чего вдруг он должен считать иначе? — внимательно посмотрел Кристиану в глаза, а тот мог лишь пожать плечами — не ему рассуждать, не ему судить, он лишь наблюдатель. Тошнота встала в горле, Дикенс склонился, готовясь плевать, но вновь тяжесть сошла обратно в желудок, отчего прилив жара сменился холодом, выступившим влагой на лице. Дилан скривился. — Смотрю, тебе прям хреново. — А ты попробуй резко прекратить глотать таблетки. — Крис накрыл ладонью лоб. — Самое мерзкое, я начинаю чувствовать потребность в сексе, все-таки таблетки притупляли все это говно. О’Брайен недолго помолчал, забегав взглядом по потолку, и удивленно вскинул брови. — Погоди. Вы со Сьюз еще не спали? Кристиан с искренним раздражением посмотрел на него, заставив Дилана вяло посмеяться: — Ого. Сколько в тебе целомудрия оказалось. — Иди в задницу. Что-то ощущалось иначе. Эффи никак не могла разобрать. Ее внимание медленно перетекало из стороны в сторону, всем нутром она была сосредоточена на окружающей действительности: вроде та же кухня, тот же стол, то же окно. В помещение заливался солнечный свет, а вместе с ним — прохлада. Пели птицы. На площадке уже игрались дети. Слышался вой ветра и шелест листвы. Кто-то пронесся мимо на велосипеде, обдав уши звонком. Райдер прижалась поясницей к тумбе, в руках держала кружку с теплой водой. Давненько она не прислушивалась к миру. Необычное состояние: Эффи понимала, ей определенно надо обдумать произошедшее, но она не думала, вообще, ни о чем. Ее голову атаковало столько мыслей в самые обычные дни, а тут… Разум приятно опустошен, в груди никакого дискомфорта, ее тело будто вытряхнули. Столько лет она жила с натянутыми до предела нервами. Теперь ее попустило. Забавно: Эффи никак не могла смириться с этим новым незнакомым состоянием души. Ее должно рвать и метать. Она должна думать и анализировать. Терзать свой мозг и бояться собственных реакций. Но все, что Райдер испытывала — ползающее меж ребер сомнение, правда, оно было совершенно ничтожно на фоне всепоглощающей тишины. Девушка почесала порез на шее, задела ноющие отметины и отвела ладонь, разглядывая проявившиеся синяки на запястье. Нависая, он сдернул ее руки с плеч и с силой впечатал в кровать чуть выше головы, вцепившись губами в изгиб шеи. Она, запрокинув голову, хотела двинуться, но его хватка куда крепче, ей не освободиться. Эта мысль не вызвала панику, Эффи прикрыла веки, фокусируясь на его поцелуе, и старалась не давать отчет тому факту, что грубость Дилана обливала тело жаром возбуждения. Райдер сжала ладонь в кулак, наконец, породив в сознании причину для тревоги. Наверное, я все-таки больной человек, раз после всего пережитого грубость доставляет мне удовольствие. Нормально ли это? Будто предавала себя, испытывая возбуждение от жесткости. Эффи открылась с иной стороны. Почему-то ей хотелось… Хотелось щипать, кусать, стиснуть шею, обездвижить. Овладеть. Ее передернуло от странного наваждения, итогом которого стал растекающийся внизу живота жар. Она испугалась, конечно, совершенно не подозревая, что Николас страдал от такого же недуга, ненавидел его, но не мог подавить. Грубость приносила ему удовольствие. Теперь и Эффи познакомилась с последствиями своей травмы и дивилась, как такая романтичная натура существовала с подобными извращенными фантазиями. Это не я. Я не такая. Я никогда не испытывала сексуального желания. Это не для меня. А сама кусала ногти, вспоминая самую интимную мысль ночи: как в один момент она подумала о том, что сама переспит с Диланом, но тот не позволял делать лишнего. Тогда она пыталась спровоцировать его, правда он не велся. Я больше не понимаю себя. Я так не хотела быть взрослой, чувствовать себя взрослой, быть женщиной. А тут… мне… очень хочется, чтобы он знал и понимал, что я взрослая и что… я девушка. Хотя самой мне не хочется все это видеть в себе. Отсюда и внутренние противоречия. Неужели… все дело в том, что он ей нравился? Этого было достаточно для возникновения подобного бреда? Неправильно. Я не должна быть такой, не должна чувствовать все это. Я хорошая девушка. Их мысли идентичны. Чувства идентичны. Отныне Эффи была женской версией Николаса. А Николас — мужской версией Эффи. Райдер стало не по себе. Она медленно забродила по кухне, уставившись под ноги, и окончательно потеряла покой. К чему все идет? Ни к чему, наверное, зная Дилана. Но зачем она вновь прислушивалась к недоверию? Потому что это же Дилан. Как теперь быть? Как быть с собой? Как быть с ним? — При-вет. Эффи обернулась. Порог кухни переступила Сезанна, на ее лице сверкала подозрительная улыбка, а взгляд что-то выискивал в глазах Райдер. — Привет. — Девушка обеспокоенно поправила волосы, надеясь хоть как-то скрыть шею. Бриджер большими шагами приблизилась к подруге, сцепив ладони за спиной. — Помирились? Щеки Райдер вспыхнули, она бросилась к раковине, чтобы набрать в чайник воды — надо чем-то себя занять, чтобы не нервничать. Сезанна остановилась сбоку и, повременив, стукнула девчонку в плечо. — Дилан не изменяет своим методам примире… — Заткнулась. Уголки губ опустились, а взгляд засуетился. Эффи выключила воду и, справившись с внутренними противоречиями, сохранила безразличие, когда посмотрела на девушку. — Извини. — Сезанна виновато почесала затылок. Она не хотела… напоминать о том, что было между ними. Райдер смотрела прямо, не моргая, казалось, ей все равно, но Бриджер видела — подруга стиснула зубы. Как Ник. Сезанну спасли ребята. Она расслышала их приближение и оглянулась, когда на кухню вошел бледный будто смерть Кристиан, а следом Дилан, который, в отличие от Эффи, не особо задумывался о необходимости утаить от чужих глаз последствия ночи. Потому что Николаса не было дома. Райдер бросила беглый взгляд в сторону парней. Стоило только увидеть О’Брайена, как волнение затрепало рассудок, а тело предательски сковало желание, которое девушка погнала прочь, сердясь и не собираясь мириться с новой собой. Отвернулась. Хмурилась. Это не я. Я не такая. Наверное, они с Ником боялись этих чувств, потому что для них всё, что касается секса, автоматически связано с Джохтаном. Секс равно извращение. Секс — это плохо, больно. Секс подавляет и унижает. Поэтому Николас не спал с Шелл, стараясь поддерживать эмоциональную связь, он думал, таким образом проявляет уважение и привязанность. Теперь с этим столкнулась Эффи. — Фи, выглядишь как труп. — Сезанна протянула Крису руки, а тот криво улыбнулся. — Ты тоже не розами цветешь, когда в толчок блюешь. — Рухнул ей в объятие, спрятав лицо в изгиб шеи. — О, — девушка прокряхтела и прогнулась в спине под тяжестью его тела. — Да вы — поэт? Дилан усмехнулся, минуя эту парочку, и, тронув кольцо в ухе, покосился на Райдер, которая продолжала заниматься чайником. Невольно он принялся оценивать ее настроение, чтобы понимать, как общаться: по очевидным причинам, Райдер не совсем стабильна в последнее время, и черт его знает, как поведет себя сегодня в связи с новыми обстоятельствами. Начнет избегать? Замкнется? Быть в подвешенном состоянии ему невыносимо, надо все решить, определиться. О’Брайен, проходя за спиной, опустил ладонь и провел большим пальцем вдоль ее поясницы. Эффи прижала к груди банку с травами и бросила смущенный, хмурый взгляд в плечо парня, который открыл холодильник и вынул упаковку молока. Повернулся, облокотившись на холодную дверцу, и, наблюдая за общением Криса с Сезанной, сделал пару глотков, через силу заставив себя посмотреть на Райдер. Девушка старалась казаться собранной: уронила в банку чайную ложку, затем просыпала травы мимо сеточки, шепотом ругнулась, бегло покосилась на Дилана, поняв, что он наблюдает за ней, и икнула от волнения. Парень непроизвольно усмехнулся, но как-то безэмоционально, и раздумывал, о чем бы мог переговорить с ней, пока она не умчалась в комнату. — Ты еще не говорила с родителями? — Бедром оперся на тумбу, продолжая следить за приготовлением чая. Райдер с беспокойством прикусила губу. — Нет. — Она и забыла об этом, наверное, благодаря таблеткам. — Если честно, я не знаю, как им сказать. Здесь недостаточно просто поставить перед фактом, требуется особый подход: выдвинуть логичные «за» и обязательно предоставить отчет о последующих действиях. — Залила кипяток в кружку. — Они спросят, что я собираюсь делать. Этот вопрос всегда меня нервировал. Не потому, что я не умею принимать решения. А потому, что я не знаю, что делать дальше. Дилан хмыкнул: — Просто жить. Райдер метнула в его шею странный взгляд. — Ну типа… — Парень почесал кончик носа. — Необязательно постоянно держать себя в каком-то гипер-продуктивном режиме. Может, ты только через лет пятнадцать поймешь, чем хотела бы заниматься. — Не мог не заметить: — До сих пор не понимаю, почему ты пошла на экономический. Эффи неловко улыбнулась. — Я, кстати, в таблице умножения путаюсь. — Наконец, повернулась к нему, грея холодные пальцы о кружку. О’Брайен не смог проигнорировать улыбку и усмехнулся, вышло опять равнодушно, он невольно сдерживал себя в проявлении чувств. Его внимание само переместилось к ее шее и… Уголки губ опустились. Взгляд изучал неровный порез на коже, неявный. Эффи перестала улыбаться, ладонь накрыла шею и отвернулась. Дилан медленно поднял глаза к ее лицу. — С тобой это не связано, меня вчера переклинило, — прошептала, попробовав чай на вкус. Парень, отводя взгляд к окну, тихо застучал пальцем по упаковке молока. «С тобой это не связано» прозвучало, будто издевка. Потому что он уже давно неосознанно относил к себе всё то, что творилось с Райдерами. — Эффи. — Сезанна налила Крису воды. — Ты не собираешься на работу? — Сегодня пойду. Парень удивился: — Ты уверена, что не хочешь дома посидеть? — Уже насиделась. — Райдер коротко глянула на него. — Лучше себя чем-то занять. — Я пойду с тобой? — Бриджер напрашивалась. — Мне делать нечего… — Протянула Кристиану стакан. Эффи пожала плечами: — Если хочешь. А О’Брайен с сомнением косился ей в макушку. Рая не открывала читательский зал — сегодня день разбора старых архивных карточек, звучит весело, особенно для Райдер. Конечно, женщина осознавала свои проблемы, связанные с накопительством, поэтому намеревалась всё же избавиться от откровенного хлама. Джуз и Сезанна помогли вытащить из подвала несколько коробок и разместили рядом со столом хозяйки, после чего вышли покурить напротив витрины. Эти две дамы странным образом нашли общий язык, Эффи, поглядывая на них, никак не могла понять — каким же волшебным образом Джуз располагала к себе людей, будучи такой стервой? — Ты — не лучший сотрудник, с которым я имела дело. — Рая поставила одну коробку на стол и распечатала ножиком. Райдер мельком глянула на нее. — Прости. — Взяла папку с пожелтевшими карточками за 2017 год. — Больше не буду нанимать наркоманов, — отшутилась, опустившись в кресло. — Я не наркоман. — Девушка нахмурилась, не видя причин клеймить себя. Женщина горько усмехнулась: — Наркоман. Эффи промолчала — ей казалось, всё под контролем. Она точно больше не сорвется. Рая понаблюдала за общением Сезанны и Джуз, скосила уголки бровей к переносице и хмыкнула, покачав головой. Совершенно не хотелось бы ревновать эту дрянь к каждому человеку. — Как себя чувствуешь? — поинтересовалась, решив отвлечься от своих навязчивых мыслей, и принялась изучать старый журнал, надеясь выяснить, какие книги в итоге им не вернули. Зачем? Просто потому что у нее проблемы, нужен порядок и понимание. Эффи присела на край стола, зачем-то сортируя фамилии в алфавитном порядке, и без энтузиазма пожала плечами. — Нормально. Вроде. Рая изучала ее лицо из-под стекол очков. — Чем заменяешь наркотики? — М? — Девчонка, наконец, взглянула на нее. — Еда. Алкоголь. Сигареты, — пояснила. — Чтобы притупить одну зависимость, нужно найти другую. Заметь, я сказала не «избавиться от зависимости». Эта яма теперь всегда за твоей спиной. Райдер с тихим вздохом опустила руки, подергивая ноготком край карточки, и задумчиво осматривала читательский зал. — Иногда пью. Редко курю, но мне не нравится. Аппетита особо нет, — доложила честно. Хозяйка книг продолжала анализировать выражение ее лица, заприметив интригующую перемену во взгляде. — Это еще что? — сощурилась. Эффи глянула на нее в растерянности, щеки вдруг обожгло румянцем, она потерла их пальцами, не зная, как справиться с возникшими ощущениями. — Ну? — Женщина вовсе сняла очки, отложила карточки и журнал, всем видом намекая, что полностью заинтересована в беседе. Райдер продолжала скованно трогать шею, внешний вид которой было бы глупо не отметить, хотя она пыталась замазать кожу косметикой. Под пытливым вниманием Раи даже Джуз ломалась, Эффи и минуты не продержалась. — До определенного момента я не осознавала этого, но, — неловко погладила затылок, — похоже, — взгляд забегал, — мне хочется заниматься сексом. — Ого. — Женщина даже не выдержала паузы, восхитившись столь внезапным откровением. Она мало осведомлена об истории конкретно Эффи, но иногда Джуз, будучи пьяной, могла пропустить какие-то замыленные факты. Конечно, Рая знала, что объединяло этих двух родственниц, поэтому так искренне поразилась услышанному. Все-таки, люди, пережившие насилие, делились на несколько типов. Рая познакомилась пока с двумя: такие как Джуз, такие как Милена. Первая вела беспорядочную половую жизнь, вторая, насколько известно, даже с мужем редко спала. Интересно, к какому типу относились Николас и Эффи? Время покажет. Вообще, женщине почему-то нравилось наблюдать за представителями этой семейки. Она ходила с Миленой и Джуз на детские утренники, затем в школу, знала их родителей, дедушек, бабушек. Они казались обычной семьей, дружной и счастливой. А потом Милена решила положить конец лживой идиллии. — Иногда у меня странные мысли. — Голос Эффи вернул Раю из раздумий. — Теперь я их понимаю. Женщина покосилась на нее, видя, с каким дискомфортом ей приходится делиться подобным, и решила как-то разрядить атмосферу: — Дилан — сердцеед, кошмар. Удивительно, что они с Джуз не родственники. Райдер утонула в сильном смущении и, расчесывая волосы пальцами, отвернулась. Улыбка Раи сменилась напряжением, серьезный взгляд отыскал смеющуюся Джуз. — Не превращай людей в зависимость, — прошептала, надев очки, и вернулась к работе. Эффи не ответила, но прекрасно поняла, о чем она. Райдер освободилась ближе к вечеру и то после пинка Бриджер. Время близилось к девяти, солнце ползло к горизонту, небо окрасилось бордовым оттенок. Задерживаться на улице допоздна — не лучшая затея, но Сезанне не хотелось возвращаться домой, к тому же парни работали часов до десяти, поэтому девушка потащила Эффи в небольшое прибрежное кафе с дешевыми напитками. На протяжении дня Райдер не проявляла активность в общении, часто молчала, и Бриджер почему-то взялась ее развлекать, много говорила и, конечно, чувствовала себя виноватой за ту неудачную шутку. Они заняли круглый столик возле окна. Эффи тут же прицепилась вниманием к горящему горизонту. Она хоть и выглядела задумчивой, но на деле ее голова продолжала пустовать. Сезанна же порядком измоталась в поисках ответвленных тем, на которые можно поговорить. Уж больно ей хотелось все-таки обсудить отношения между Диланом и Эффи, но что один, что второй особой открытостью в том не выделялись. Точно. Бриджер ведь в отношениях с местной сплетницей… — Скажи… — Райдер внезапно вернулась в реальный мир. — Почему ты вела такую беспорядочную половую жизнь? Сезанна еще не привыкла к тому, какими неожиданными вопросами могла закидывать эта девчонка, так что молчала минуты две, смотря в сторону улицы и посасывая горячий чай через трубочку. Отчасти она знала ответ, просто никогда не формировала его для самой себя, а тут появился повод. — Я чувствовала себя плохо. — Девушка подперла щеку ладонью, продолжая наблюдать за безликими пешеходами. — Когда не было наркотиков, я пила и спала с мужиками. Когда были наркотики, я пила и спала с мужиками. Когда не было ни таблеток, ни алкоголя, я просто спала с мужиками, причем намеренно выбирая очевидно мерзких типов. Райдер напряженно втянула воздух в легкие и потерла коленки, уставившись на свой стакан с кофе — она никогда его не любила, но с некоторых пор ей хотелось чем-то себя бодрить, словно энергии с каждым днем становилось все меньше. Бриджер посмотрела на подругу. — Почему спросила? Эффи опять вздохнула, опять потрогала волосы, опять ускользнула вниманием в окно. — Когда я начала чувствовать себя хуже, я… у меня были странные мысли и ощущения. — Хотелось броситься во все тяжкие? — догадалась Сезанна. — Сделать себе плохо. — Райдер сутулилась, выглядела уставшей и безжизненной. — Погрузить в то, от чего я бегу, чтобы доказать — мир ужасен, люди ужасны. Бриджер с пониманием кивнула. — Недавно столкнулась с тем типом из «Ричардс», который… — Эффи запнулась. — В общем, я подумала… Пусть трогает. Потому что это нормально. — Не стала делиться подробностями, Сезанна не требовала. Наверное, это первый человек, которого она понимала без слов и могла прочувствовать на каком-то особом уровне. Девушка обеспокоенно дергала трубочку. — Ты поправишься. — Поглядывала на Райдер, а та по-прежнему изучала улицу, проронив: — Ты тоже. Захотелось улыбнуться, но лицо у Эффи было чересчур печальным, Сезанна не смогла заставить губы шевельнуться. Как вдруг Райдер посмотрела прямо на нее, сохранив безразличие. — Слушай, — заговорила тише. — Там мужчины… — Попыталась не смотреть в сторону одного из столиков. — Знаю, — смиренно подтвердила Бриджер. Она заметила этих двух типов не сразу: прилизанные зачесанные волосы, выглаженные рубашки, застегнутые на все пуговицы, брюки и красующийся на груди деревянный крестик. — Они напрягают. — Эффи заерзала на стуле. — Ты можешь… — Сезанна откашлялась, собираясь с силами. — Уйти, я сама тут… — Не пойду, — спокойно перебила и поинтересовалась: — Кто они? Таить от подруги Бриджер не собиралась. — Судя по виду, кто-то из прихода. — Их внимание резало меж лопаток. — Николас не упоминал, откуда ты. — До восьми лет жила во Франции. — Сезанна попыталась глотнуть чай. — А потом… в общем, оказалась неподалеку от Милфорда, в пригороде. — Почему? — Эффи оставалась верной безэмоциональности, которая почему-то успокаивала Бриджер. — У отца прогорел бизнес, мать потеряла работу. — Заморгала, опустив глаза. — И они нашли успокоение в секте. — Как ты познакомилась с ребятами? — Райдер не тормозила поток вопросов, а Сезанна не видела смысла сопротивляться. — Я застряла в «Ричардс». Увидела их выступление, подумала, это лучше, чем отсасывать потным мужикам, — без стеснения призналась. Эффи нахмурилась. — Хреново. — В итоге сейчас все хорошо. — Она качнула головой. — Я… наверное, чувствую себя счастливой. — Поддалась к девушке через стол. — И не боюсь, что законный муж заберет меня. Теперь я и сама могу отбить ему яйца, ни за что не дамся. Эффи усмехнулась и наклонилась к ней. — Что будем делать? — М… — наигранно задумалась. — Бегаешь быстро? Девушки заулыбались, хотя ситуация напрягала, но почему-то они не испытывали сильной тревоги, а наоборот предвкушали выброс адреналина, который был так необходим для Райдер… Эффи не уточняла маршрут. Она полностью доверилась Сезанне, в ответ крепко держала ее за руку и неслась следом по переулку одного из жилых кварталов. Даже не оглядывались. Всё, что девушки поняли, мужчины покинули заведение и больно открыто бродили за ними по берегу, что подтвердило догадки Бриджер. Так что им не требовались дополнительные намеки, и вот уже около пятнадцати минут девчонки, без остановок, бежали в сторону дома, но иным путем, через парк, через автостоянки, сворачивали с людных улиц в полумрак меж зданий. В какой-то момент Эффи начала признавать окружение — кажется, они пробирались через лиственный лес, что расстилался за домом Джуз. Брошенные строения, сады, заросшие ограды. Райдер потеряла счет времени, организм не сбоил, хотя сердце билось часто, а от притока кислорода кружилась голова. Наконец, под ногами просматривалась знакомая тропинка. Сезанна сбавила скорость, затем вовсе перешла на шаг и громко задышала, еле вынося сильную пульсацию в висках. Влажные ладони они не расцепляли, чувствуя дрожь друг друга. Ноги стали ватными, усталость рухнула на плечи также неожиданно, как стемнело над макушкой небо. Райдер искренне обрадовалась, рассмотрев в темноте забор, и по памяти отыскала ручку двери, впуская Бриджер во двор. Еще несколько шагов — и девушки упали на траву. С нарушенным сердечным ритмом, они бродили взглядами звездному полотну. Сезанна активно моргала — глаза болели от напряжения — и посмотрела на Эффи. Эффи повернула к ней голову. Короткое молчание сменилось смехом. — Пиздец… — Бриджер накрыла ладонями лицо. Адреналин продолжал щекотать под кожей. — Интересно… — с придыханием шептала Райдер. — Когда… они… оторвались… От нервов девушки рассмеялись громче и одновременно замолкли, сжав губы. Обе расслышали дверной скрип. Обменялись взглядами. Запрокинули головы. Дилан и Крис выглядывали с террасы, верным образом уставившись на них с не самым понимающим видом. — Вы дурь принимали? — Дикенс нарушил молчание шуткой, за которую получил моральный подзатыльник от О’Брайена. Не смешно. Сезанна, пыхтя, присела, стараясь поправить растрепанные волосы. — Эти придурки из прихода… видимо… по делам в Милфорде. — Задыхалась, нервно улыбаясь. — Охренеть. — Погоди, из секты? — Дилан сошел на траву, Кристиан, хлопая ртом, последовал за ним. — Ага. — Бриджер скрывала от общего внимания волнение, с которым болезненно колотилось сердце. — Хуево. — О’Брайен многозначительно посмотрел на друга, а тот почесал черепушку, невольно задумавшись о необходимости отрыть где-нибудь оружие… — Плевать. — Сезанна еле поднялась, отряхивая коленки. — Я их не боюсь. Эффи продолжала лежать, изучая вечернее небо. Всё никак не могла наладить дыхание. — Но теперь они знают, что ты здесь. — Дикенс нахмурился, не разделяя ее показного веселья. — И что? — Они же двинутые. — Тебе лучше одной не бродить, — Дилан встрял в их перепалку. — И с Эффи. Кто их знает. — Опять арест? — Девушка громко выдохнула. — Я скоро затухну. — Помогла Райдер подняться. — Идем. Эффи не успела перевести дух, но потащилась за Бриджер, которая крепко держала ее за руку, уводя в дом. На парней не оглядывалась, затылком ощущая их внимание, и ускользнула за дверь. О’Брайен сложил руки на груди, размышляя над ситуацией: — Вам бы уехать отсюда. Тебе — подальше от «Ричардс», ей — от мужа. Крис покусывал заусенец на большом пальце, коротко посмотрев на друга. — А что насчет тебя? Ты уедешь? Полночь. На улице приятная ночная тишина, только ветер шелестел листвой и гнал в форточку собранный за день букет из ароматов. Пахло спелыми яблоками — у соседей росло несколько деревьев. Птичьи трели затихли, а со стороны озера напротив дома слышалось необычное потрескивание. Бриджер невольно уплыла в свои мысли, наблюдая, как шуршали подолом о паркет шторы. Несмотря на неприятную встречу, внутри нее царил покой: она знала — она в безопасности, ничего ей не угрожало, никто ее не отдаст. Люди рядом вызывали уверенность. Единственное, о чем Сезанна не могла перестать думать, — родители. Скажут ли им? Что если они приедут на поиски в Милфорд? Что если они пересекутся? Как она себя почувствует? Девушка продолжала таить привязанность к ним, невзирая на все, что они сотворили. И эта привязанность ее убивала. Кристиан вернулся из ванной и первым делом оценил непривычную задумчивость на лице подруги, к тому же, она его даже не заметила. Остановился возле разложенного дивана, потирая ладонью влажную шею, и устало вздохнул. — Будет классно, если ты не станешь шляться в одиночку, — вернулся к брошенному Диланом замечанию. Сезанна уложила голову на спинку, продолжала смотреть в окно. — Сьюз, — Крис не был в состоянии спорить с кем-то. Все силы ушли на работу, он еле принял душ, но стоило покинуть ванну, как тело снова покрыл легкий холодный пот. Он будто заболевал, ежесекундно сражаясь с беспорядочными желаниями что-нибудь употребить. А еще практически на следующий день после отказа от таблеток и травки парень ощутил нешуточную потребность в физическом контакте. Бриджер почесала голень, обратив на него взгляд, и хмыкнула: — Тебе паршиво? — Не ходи одна, — продолжал гнуть палку. — И без твоего указа не собиралась. — С важным видом пожала плечами. Кристиан махнул рукой и сел рядом, запрокинув голову. Глаза закрыл. Дышал хрипло и глубоко, пока мысленно карабкался из ямы зависимости. Сезанна разглядывала его профиль, находя напряженное лицо довольно привлекательным, и невольно призадумалась: во время секса как он выглядит? — О чем думаешь? — Дикенс покосился на нее. — Да… о всяком. — Она зевнула, подсев ближе, и уткнулась носом в его плечо, вдохнув аромат мятного геля. Молчание между ними было необычным. Крис с волнением потер губы, коротко глянув на девушку, и заиграл пальцами со шнурком штанов. — Ты уехала бы… со мной? — Все-таки смог выговорить. Сезанна моргнула и отстранилась, с удивлением наклонив голову. Изучала его лицо, пока он наблюдал за собственными ладонями. Бриджер никак не могла понять его эмоций. Она привыкла к постоянным подколам, поэтому заулыбалась. — Это что… у нас все серьезно? Но Дикенс даже не ухмыльнулся. Он пока не свыкся с мыслью о том, что хотел бы получать от Бриджер немного больше, и давать больше, и быть большим. Нездоровое состояние влияло на его способность формулировать собственные желания, обычно парень умело их скрывал за шуткой или лгал. Но тут… — Не бросай меня. — Крис вяло повернул голову в ее сторону. Сезанна сощурилась, выискивая нотки веселости в его глазах, и нервно прыснула: — Чего… — Не уходи. — Парень сглотнул. — Никуда. — Ладонь легла на ее колено. Бриджер перестала улыбаться и впервые за все время общения ощутила на себе вес ответственности. Дикенс не придавал значения своим глубинным эмоциям, те корнями росли из детства. Из-за родителей у парня имелась мощная обида и травма, переросшая в желание контролировать важных для него людей, чтобы те вдруг не пропали. Он думал: пока я их вижу, с ними ничего не случится. Пока Сезанна рядом, она будет в порядке. И никуда не исчезнет. Девушка заметно растерялась, от волнения ее мысли спутались, она должна была что-то ответить, но не могла сообразить и порядком стеснялась той чувственности, которой была полна по отношению к Крису и которую скрывала, боясь быть им засмеянной. Как вдруг Дикенс моргнул, изменившись в лице. — Завтра с тобой пересплю. Бриджер изогнула брови и, наконец выловив в его глазах знакомый огонек, рассмеялась. Он слабо усмехнулся. — Очень хочу тебя трахнуть. — С обессиленным видом наклонился, желая чмокнуть ее в губы, но девушка отстранилась, и парень упал носом ей в шею. — Романтика, обожаю, — прошептала, погладив его по волосам, и оставила короткий поцелуй на щеке. — Ты сначала поправься, герой-любовник. Он что-то пробурчал, закрыв глаза, расслабился, крепко обняв ее тело. Слишком тепло. Слишком необходимо. Сезанна бесшумно вздохнула и продолжила играть с его волосами, закопав в груди давящее беспокойство. Уедешь? Дилан мотнул головой, стараясь откинуть тяжелые мысли, и вернул бутылку пива на тумбу — пить не хотелось, алкоголь лишь расхолаживал рассудок. Парень сидел на кровати, прижавшись к изголовью спиной, и пытался увлечь себя рисованием, но через каждые две-три минуты все равно уплывал по волнам раздумий, надолго зависая где-то между сознанием и реальностью. Горела настольная лампа. Дверь открыта — он намеренно оставил, и очнулся, когда расслышал шум из коридора. Эффи хлопнула по выключателю в ванной и обернулась, заметив льющийся приглушенный свет со стороны комнаты О’Брайен. Остановилась, притянув к животу влажное полотенце. Дилан продолжал прислушиваться, краем глаз наблюдая за порогом, и когда за тем появилась Райдер, он спокойно взглянул на нее, уложив карандаш в корешок альбома. Девушка зачем-то осмотрела помещение, заметила на тумбе алкоголь и дернула кончики мокрых волос, решившись установить зрительный контакт. Молчание. — Ломает? — О’Брайен сохранял эмоциональную сдержанность. — Сегодня терпимо. — Райдер ответно замкнулась. — Хорошо. — Кивнул. И Эффи кивнула, скользнув вниманием по полу. Дилан увлажнил губы, стрельнув взглядом в альбом. Молчание. — Спокойной ночи. — Девушка отошла от порога. — Ага. — Он приподнял ладонь. Райдер ушла. Парень продолжал удерживать руку, пока не послышался дверной хлопок. Шлепнул пальцами по колену и выдохнул в сторону окна, все-таки коснувшись кольца в ухе. Бросил взгляд на телефон возле подушки. Николас больше не звонил. И теперь Дилан не знал, что испытывает по отношению к этому.
