История о том, как из тайной, интересной и криминальной жизни сделать такую же, но не совсем тайную

Всё было как обычно: ночь, гостиничный номер, двое возбужденных, и располагающее к интиму настроение. А поскольку они решили «попробовать по-нормальному», то никто не стал набрасываться на другого сразу возле двери. Союз пожирал взглядом чужую спину, он понимал, что ни одна вещь не мешает ему прямо сейчас оприходовать такого наглеца, но тот пообещал не быть сучкой, если он не будет мудаком. Это был бы интересный опыт. — А ты сам знаешь, что значит «не быть мудаком»? — обратился мужчина к Рейху. — В жизни не уверен, а вот в постели знаю, — улыбнулся он и стал расстёгивать рубашку. — И как же это? — он хрустнул шеей и повёл плечом. — Ну, ты стараешься не сделать мне больнее, чем мне бы понравилось, ты растягиваешь меня так, чтобы мне не пришлось долго привыкать, будешь уделять внимание ласкам и следить за моим удовольствием, подстраивая темп, ну и конечно ты не будешь пытаться меня унизить словами или действиями. — Так получается, мне вообще ничего нельзя? — СССР выгнул бровь и тоже стал оголять мощное тело, подозрительно глядя на парня, который близок к тому, что он будет даже грубее обычного. На Рейхе оказался весьма интересный костюм: изящный, чёрный топ, с вырезом в форме сердечка, окаймленным кружевом, оголял плечи и имел короткие горизонтальные рукава с белыми рюшками; живот оплетала паутина из лент, крепясь к топу, а затем плавно переходя к чёрным трусикам, и кружевной повязке, подтяжками связанной с гипюровыми чулками. Из сумки Рейх достал ошейник с католическим крестом в качестве подвески и надел его, дополняя образ. Союз ещё не успел избавиться от нижней части одежды, поэтому уже готовый к жаркой ночке Рейх, кинул на кровать тюбик смазки и подошёл к нему в плотную. — Вовсе нет. Просто не делай мне слишком больно и будь внимательнее к моим ощущениям. А я в свою очередь, как и полагается хорошему любовнику пассивной позиции, буду послушным, активным и изо всех сил буду стараться сделать тебе приятно~ — Например? — Например, ты уже знаком со способностями моего рта, а сегодня я познакомлю тебя со своими натренированными мышцами живота. К тому же ты даже не представляешь, куда могут забраться мои ручки~ — Мышцами живота, значит… — Ага, главное давай мне дышать, но не дай остынуть~ «Хотя он и без предупреждения не дал бы мне остынуть» — Рейх с удовольствием прильнул к мощной груди и вдохнул терпкий запах одеколона и пота, — «С таким любовником будет горячо даже в снегу~» — Тогда ладно, — Союз притянул его за талию и крепко к себе прижал, — Лучше бы тебе тогда и вправду быть послушным. Зарыв вторую руку ему в волосы, СССР подтянул его к себе и впился настойчивым поцелуем в знакомые губы. — Ммм~ — Рейх блаженно прикрыл глаза, одарив любовника довольным взглядом. Немец сам прижался сильнее, крепко держась за его шею. Было приятно осознавать, что Союзу будет не сложно держать его навесу, но желание сразу подставить задницу такому складному мужчине сегодня нужно было держать при себе. Не только Союз не понимал, что от него требуется, но и Рейх не до конца осознавал, что является «инициативностью», а что «шлюшностью». Если он сейчас начнёт ему дрочить, то чем именно это будет? Поцелуй становился всё медленнее и мокрее. СССР по-настоящему пытался расслабиться и не налегать. Секс сам по себе был способом расслабиться, но расслабиться в самом процессе и не перебарщивать с доминированием — разные понятия. — Хм, — Союз лениво посмотрел на Рейха, почувствовав, как тот начал расстёгивать его ремень. — Мм, — Рейх с пошлым звуком разорвал поцелуй и улыбнулся, положив руку ему на щёку, — Я сам не уверен, где, на сегодня, находится грань моих полномочий, так что останови меня, если что-то не устроит. — Ладно. Ты, типа, тоже. Главное говори поменьше, — вздохнул СССР. Один дерзил, а другой грубил — молчание самый лёгкий компромисс. — Угу. Смазка на кровати, — сказал Рейх и замолчал, как и просили. В трезвом состоянии Союз ответил бы, что не слепой, но это только спровоцировало бы Рейха на ответ и очередную перепалку. Северный глава даже мысленно не отрицал, что ему нравится и внешность Рейха, и его костюмчики, и даже его легкомысленность немного симпатизировала, потому что в противном случае они не были бы любовниками. Прямо сейчас он блуждал руками по его телу, сминал ягодицы, поглаживал спину, шею, и вновь возвращался к упругой заднице, в кружевах. Но и Рейх тоже не оставался безучастным, он просунул руку ему под резинку боксеров, проходясь по тазовым косточкам и сжимая член в тёплой ладошке. — Ох, что бы ты сейчас хотел? — поинтересовался Союз, потому что не сомневался в том, что несколько порций удовольствия сегодня достанется и ему самому. — Очень мило… как ты смотришь на позу «шестьдесят девять», м? — Неожиданно, почему? — СССР и вправду был удивлён, но помимо этого он был возбуждён и пьян, — Никогда её не пробовал, откровенно говоря. — Оо~, тогда я научу. Я захотел, потому что подумал о том, что ещё ты мог бы творить своим языком, раз так охеренно целуешься~ — Рейх игриво провёл ногтем вниз по его груди. «А ещё, ты очень скуп на оральные ласки, но раз я сегодня играю роль, то должен промолчать…» — Понятно, если я правильно помню, то эта поза означает обоюдные оральные ласки, — Союз взял его подбородок и чуть вздёрнул голову вверх. Разумеется, он прекрасно знал, что это за поза и уточнение ему не требовалось, но у него ещё не было кого-то настолько наглого, чтобы предложить её. — Ага~ — немец показательно облизнулся. Всё-таки СССР буквально не мог оторвать взгляда от его тела, и не то что бы наряд был совсем особенным, но после нескольких встреч тело и мозг мужчины реагировали на голого или почти голого Рейха, как на что-то легкодоступное, проверенное и, относительно безопасное, а от того и желанное, потому что труднонаходимое. Да, пожалуй, так подсознание СССР и воспринимало немца: нечто труднонаходимое, но легкодоступное. — Будет удобнее, если я буду сверху, — Рейх кивнул ему в сторону кровати, а Союз сдёрнул с себя уже расстёгнутые брюки, — А тебе будет удобнее, если опрёшься лопатками на изголовье кровати, чтобы приподнято и удобно лежать. — Да ты пря-, забудь, — всё-таки держать язык за зубами оказалось сложнее, но Союз вовремя вспомнил их «соглашение». — Гм, — по этому поводу Рейх мог много чего сказать, но тоже молчал. А вот и нашёлся ещё один плюс: в такой позе у обоих будут заняты рты и молчать будет легче. Союз решил последовать указаниям, потому что тут парень явно опытнее, о чём он и решил промолчать только что. Кровать, как и в любом пятизвёздочном отеле была чистой и прохладной, но это пока. Пожалуй то, как немец на него залез, описать словом «развратно» было бы недостаточно. Мужчина лежал так, как его попросили, а Рейх нависал над его телом, стоя на четвереньках, и упёрся локтями в кровать. Знакомый до деталей орган маячил прямо перед лицом, вызывая у того возбуждённый румянец и похотливый блеск в глазах, он облизнулся, проводя мокрым языком по зубам и губам. «А ведь я и вправду шлюха, раз меня возбуждает вид огромного члена перед носом, и алкоголь тут явно не-при-чём~» Рейх не нашёл нужным предупреждать любовника, поэтому устроился поудобнее и плотно обхватил головку мокрыми губами. Союз жарко выдохнул и перевёл мутный взгляд на упругую задницу перед собой, а Рейх пользовался ртом очень умело, поэтому думать было сложно. Хотя такое положение его немного возбуждало, но он не знал, как взяться за это. — Если мне что-то не понравится, я скажу, — оторвался от своего занятия Рейх. За этими словами крылось «Не тупи, придурок». — Хм, — тайный посыл СССР понял и попытался сосредоточиться на собственных ощущениях. «Наверное, если бы он захотел, чтобы я ему платил за секс, то я бы согласился. Ему точно нужно было женщиной родиться, с такими-то способностями к удовлетворению мужчин всеми частями тела…» СССР заставил Рейха расставить ноги шире и просунул одну руку между ними, положив ладонь на талию, а вторую положил на внешнюю сторону бёдра. — Мх…— по студенту прошли мурашки, когда СССР наконец коснулся его размашистым движением языка по сфинктеру. Член встал, а тело уже начало превращаться в одну большую чувствительную поверхность, перетянутую кожей и тканью. СССР не мог не заметить лёгкую дрожь, и это только прибавило энтузиазма. «Никто не говорил ограничиваться только языком… Ох чёрт!» — Ммм, — Союз издал низкий стон, потому что Рейх стал брать полностью и немного быстрее, создавая во рту вакуум. Одной рукой немец удерживал равновесие, а другой водил рукой по члену в такт движениям рта. Он должен был отдать СССР должное, за то, что тот следил за гигиеной и Рейх мог и сам получить удовольствие от минета. Он плотно обхватил головку губами, надавил языком на уздечку и снова опустился почти на всю длину, когда почувствовал, что «в отместку» СССР крепче обхватил его бёдра и стал сильнее давить языком на сфинктер, проникая кончиком внутрь. — Мгм~ — Рейх замер и зажмурился, ему осталось только поскуливать и стонать, потому что дёргаться мужчина не позволял. «Ну уж нет!» — пересиливая свою реакцию, Рейх сам стал работать активнее, и не собирался кончать раньше. СССР тем временем вошёл во вкус и ему даже стало нравиться. Ещё на прошлом опыте ему понравилось то, каким Рейх становится покладистым, когда получает удовольствие без боли. Его ведь просто клинило. Русский видел, как колечко мышц немного растянулось под действием ласк, поэтому его посетила идея растянуть парня сейчас, чтобы не тратить время после. Так он немного поменял положение рук, придерживая парня за бедро одной, а двумя пальцами второй руки надавил на сфинктер и раздвинул пальцы в стороны, натягивая нежную кожу и продолжил играться с ней языком, проникая внутрь глубже. — У-м!~— у Рейха цветные пятна перед глазами закружились и он стал непроизвольно вздрагивать и дёргаться, за что получил предупредительный шлепок по заднице, — Я скоро кончу, так… — он оторвался от своего занятия, чтобы вдохнуть побольше воздуха. — Плевать, но в одиночку я тебе просто не дам этого сделать, — хмыкнул мужчина, чей член скучал по тёплому местечку, потому что из-за слюны на нём тот быстро охладился. Определённое удовольствие от задерживания оргазма он получал, но сейчас ему не хотелось это испытать, поэтому он вернулся к своему первоначальному занятию. — Ёб…нм, — Союза чуть не подкинуло от резко увеличивающегося темпа, плюс Рейх стал работать языком, руками и горлом на полную и быстрее. Снова заглотив целиком, немец намеренно громко и протяжно промычал, создавая горлом вибрацию, он аккуратно давил на основание члена и поглаживал мошонку, слегка сжимая. СССР и сам не заметил, как мышцы стали податливее, и стал активно трахать любовника пальцами. Обоим было мало, но ни одна из их ночей не закончилась только одним оргазмом, а значит всё было впереди. — Вот же, нгх! — СССР запрокинул голову и низко простонал, наблюдая пятна перед глазами. Он мог ещё немного потерпеть, но, не видел в этом смысла. — Мн!~ — Рейх чуть не подавился, но принял всё, он кончил сразу, потому что на секунду потерял контроль над телом из-за неожиданности. — И почему, — тяжело вздохнул мужчина, восстанавливая дыхание, — ты… вечно нас мараешь? — он чувствовал тёплую жидкость на своём животе. — Ты бы также делал, но оставляешь всё внутри меня, сладкий, — Рейх повернулся и скосил на него довольный взгляд, — Мне тоже не в кайф, знаешь ли, постоянно вымывать себя… — Но ты глотаешь. Рейх закатил глаза, так как зачастую выбора у него не много. — Мне блевануть на тебя, раз тебя это задевает? — он вопрошающе вскинул бровь. — Блять, нет. *** — Заай, может утром продолжим, а? — Рейх лежал на груди русского уже пятнадцать минут и за это время он почти заснул. Это был только второй оргазм, но они знатно выпили и это влияло на продуктивность. — Никогда так меня не называй, — недовольно рыкнул мужчина, сверля мутным взглядом потолок и не обращая должного внимания на то, что играет роль матраса для парня. — Да я просто стебусь, — пробормотал Рейх, не открывая глаз, — Но насчёт остального я серьезно. Давай ужин завтра отработаем? — Мне на работу, — вздохнул мужчина. — А тебе не похуй? Умрут они, что ли? — Могут, наверное, не знаю… — Союз был приверженцем того, что если ты хочешь, чтобы что-то было сделано правильно, то нужно делать это самому, чтобы не портить нервы. — Не ломайся, всем ведь плевать, — устало выдохнул Рейх, приоткрыв глаза. У него не было настроения уговаривать. — Утром посмотрим, только заткнись, — цыкнул он и добавил, — В душ надо. — Похуй. Иди, если хочешь, но мне дай поспать, — Рейх скатился с него и забрал часть одеяла. — Хрен с тобой. У Союза тоже не было желания вставать и переть в душ. Секс — это хороший отдых, как и сон. С появлением Рейха первого в его жизни стало хватать, а вот сна было не очень много. *** Конец Августа. — Боже, я не верю, что вы с ним уже три месяца спите, — удивлённо вздохнул Сербия и оставил на столе начальника очередные документы. — Сам удивлён, — СССР с постным лицом проводил взглядом стопку, которая красовалась рядом с предыдущей и вздохнул. Да, прошло уже три месяца и скоро должна была начаться осень. За это время они обыскали практически всё, что только могли, да и сам Рейх путал их в процессе и в итоге они оставили это дело где-то две недели назад, не забили на него, но отложили до лучших времён. — Удивляет то, что на него информацию найти сложнее, чем на ожившего Пакистана. Кто же он, чёрт побери? — Сербия видел, что мужчина сейчас в сносном настроении, поэтому без проблем болтал. И это правда, учитывая, что на ИРП они нашли хотя бы фотографии и зацепки о том, что тот явно собирает информацию на синдикат. — С недавних пор я перестал зацикливаться на этом. Даже если он скрывает многое, то нам это не угрожает, пока он в пределах моей постели. — Скорее всего ты прав. Судя по его характеру, он одиночка. У него не тот темперамент, чтобы он мог состоять в какой-нибудь опасной для нас организации. Имею ввиду… — Да понял я. Ты говоришь о том, что его характер подразумевает отсутствие дисциплины и сучье поведение. Тем более когда-то он назвал себя фрилансером. — Кстати, скоро начнётся учебный год, хоть Рейх и на заочке, он может иногда появляться в университете. Нам установить слежку? — Делайте, что хотите. У меня и так башка забита всей этой ахинеей. Там террористы, там правительство, где-то что-то закончилось, то где-то сломалось, а на полях вообще засуха. Поэтому, я не собираюсь думать ещё и о происхождении того, кого я трахаю. — Ого, Рейх уже не «что», а «кто». Прогресс налицо, — закивал славянин с умным видом. — Иди отсюда.

***

Рейх был рад, что от него наконец-то отстали. Теперь он мог спокойно жить своей жизнью и получать отличный секс от босса северной мафии.

Но подобное спокойствие продлилось лишь месяц.

*** — Говоришь, что этот парень вместе с СССР уже больше двух месяцев? — вокруг были бетонные стены, а мужская фигура сидела в полумраке и любовалась блеском ножа. — Да. Возможно даже больше четырёх. Но информации мы толком не нашли. Только транспорт, место учёбы и имя, — вторая фигура была согнута в лёгком поклоне перед первой. — Какая халатность… — хмыкнул Пакистан, отложив нож и поднявшись со стула. — Прошу прощения… — Да я не о вас. Наверняка информацию о нём скрыла мафия, и наверняка, потому что этот человек очень важен для их дорогого начальника. Но того, что мы нашли нам предостаточно, в этом их ошибка. — Что прикажете? — Передай всем…что мы наконец начинаем выбираться из норы. Отдать приказ к подготовке. Надеюсь, напоминать план «Ошибка Рубикона» не нужно? — ИРП оскалился. — Никак нет. Позвольте откланяться.