Музыка для драки с соулмейтом

      — Так, а теперь всё по порядку, — блондин опускает чашку чая на блюдце. — Ты сидел в библиотеке. Этот парень подошёл к тебе и спросил, что за песню ты только что слушал.       Осаму кивает в ответ.       — Потом вы о чём-то поговорили, но вскоре наступила неловкая пауза. Тогда ты решил, кхм, как ты выразился, сделать «ход конём»?       Дазай бросает в свой чай пять кубиков сахара и увлечённо наблюдает, как они растворяются в горячем напитке.       — Именно так.       — И этим ходом было..       «Твою мать, ты такой красивый, я бы совершил с тобой двойное самоубийство».       — И ты ещё спрашиваешь, почему он убежал?!       — Ацуши-ку-у-ун, ну разве твое сердце не растаяло бы от таких слов? — парень активно жестикулирует, и Накаджима, с тревогой наблюдая за резкими движениями перебинтованных рук, осторожно придвигает чай Осаму ближе к себе, чтобы избежать катастрофы. — Зато я могу быть уверен, что хорошо ему запомнился.       Ацуши тяжело вздыхает.       — Я, наверное, чего-то не понимаю, но это явно не то, что стоит говорить на первой встрече со своим соулмейтом, — он подносит чашку к губам. — Кстати, а ты уверен, что он правда..?       — Да, — перебивает Дазай. — Я полностью уверен, это он.       Откинувшись на спинку кресла, он отстранённо наблюдает, как какая-то рыжая девушка громко болтает по телефону за соседним столиком. В голове возникает образ рыжего парня из библиотеки. У него убийственно красивые голубые глаза, пронзительный взгляд и до мурашек приятный голос, такой мелодичный, будто созданный для пения, но с небольшой хрипотцой.       Вот чёрт.       — Тьфу, боже, почему так сладко, — оправданно критикует Ацуши случайно отпитый им чужой чай.       — Ага, лучше и не скажешь.

***

      — Дазай Осаму, двадцать два года, четвертый год учится на факультете психологии, оценки выше среднего, дважды был на грани отчисления из-за прогулов, раньше состоял в шахматном клубе и даже становился победителем на шахматном турнире факультетов, ещё посещал курсы французского, но бросил...       — ..какой-то полный распиздяй, короче, — Чуя останавливает брюнета, с нехарактерным для него энтузиазмом описывающим того парня, с которым Накахара недавно познакомился в библиотеке. — Ты на него досье собрал, что ли? Откуда столько информации?       Акутагава предпочитает не отвечать, а Чуя не особо горит желанием что-то у него выпытывать, поэтому ненадолго наступает молчание.       Пока парни неторопливо шагают по вечерней улице, Накахара усердно старается услышать какую-нибудь знакомую мелодию на задворках своего сознания, но со вчерашней встречи в библиотеке там нет ничего кроме его собственных сумбурных мыслей. Чуя слегка удивлён, что эта своего рода тишина так тяготит его (да что там, он даже уснуть сегодня не мог без привычных раздражающих музыкальных марафонов в час ночи), но при этом и сам с того момента почему-то не решается что-то послушать.       В библиотеке они успели представиться друг другу и даже обменяться телефонами, но Накахару не покидает мысль, что он повёл себя как натуральный псих, отреагировав на последнюю реплику Осаму внезапным побегом. Интересно, что он подумал после этого?       — Акутагава, сейчас я сделаю то, о чём, возможно, очень пожалею, — он достаёт из кармана мобильный телефон и вбивает новый номер в список контактов. — Так что не удивляйся, если после этого звонка я разъебу свой телефон или что-то вроде того.       — У меня много вопросов, — Рюноске идёт вперёд. — Но видимо остаётся только пожелать тебе удачи.       Чуя с замиранием сердца тыкает на зелёный значок в виде телефонной трубки и подносит мобильный к уху. Несколько противных гудков спустя он слышит:       — О-о-о, как неожиданно и приятно! Ты же тот школьник из библиотеки?       Накахаре мерещится какой-то оглушительно громкий треск, и он надеется, что это не телефон в его руке.