Большая маленькая жизнь

Гермиона уже несколько минут стояла вместе с родителями на вокзале Кинг-Кросс и всматривалась в билет, присланный вместе со списком учебных принадлежностей ещё в июле. На билете большим шрифтом было написано, что ей нужно попасть на платформу 9¾, но Гермиона, как никто другой знала, что такой платформы не может быть. Она подняла голову, чтобы сообщить об этом родителям, но её взгляд поймал большое семейство, а слух уловил слово «маггл».  — Мам, пап, — окликнула она родителей. — Думаю, мы можем спросить у них, — она кивнула головой в сторону той семьи. — Как нам попасть на платформу, — родители согласно кивнули, и они направились к рыжему семейству.  — Фред, ты следующий, — скомандовала пухленькая рыжеволосая женщина.  — Я не Фред, я Джордж, — ответил мальчик, к которому она обращалась. — Скажи мне честно, женщина, как ты можешь называть себя нашей матерью? Разве ты не видишь, что я — Джордж? — прежде, чем мать ответила ему, Гермиона поспешила вмешаться в их разговор.  — Прошу прощения, — привлекла внимание она. — Не подскажите, как попасть на платформу 9¾?  — О, конечно. Первый раз едешь в Хогвартс? — добродушно поинтересовалась женщина, а Гермиона кивнула. — Что ж, тогда ты обратилась по адресу. Всё что тебе нужно сделать — это пойти прямо через разделительный барьер между платформами девять и десять. Самое главное — тебе нельзя останавливаться и нельзя бояться, что ты врежешься в барьер. Если ты нервничаешь, лучше идти быстрым шагом или бежать.  — Э-э-э, ладно, — согласилась она и посмотрела на барьер.  — Гермиона, — внезапно позвал её отец. — Думаю, нам стоит попрощаться сейчас. Мы уже опаздываем на встречу, а нам надо ещё отвезти Джошуа домой.  — Конечно, — поспешно согласилась Гермиона. Она обняла каждого из родителей и опустилась на корточки перед Джошуа, которой уже начал всхлипывать.  — Я буду скучать, — обнимая брата, прошептала Гермиона.  — Я тоже, — всхлипнул мальчик. — Теперь мы не увидимся полгода.  — Ну, я буду писать тебе так часто, как смогу, — пыталась утешить брата Гермиона и, кажется, получилось.  — Обещаешь? — отстранившись спросил он.  — Обещаю, — кивнула она, снова обняла брата и поднялась с корточек. — Мне пора.  — Мы будем скучать, — одновременно ответили родители, а Гермиона кивнула. Она обернулась к барьеру, отошла на несколько шагов и, зажмурившись, побежала прямо в столб, приготовившись к удару. Но его не последовало.

***

Мальчик, стоящий сейчас на платформе 9¾, скучающе разглядывал окружающих людей, пока его родители, в очередной раз встретившие своих знакомых, любезничали с ними.  — Драко, — позвала его мама, когда их знакомые наконец отошли от них. — Ты готов?  — Уже давно. Когда я уже поеду? — нетерпеливо спросил мальчик.  — Больше терпения, — хладнокровно отозвался Люциус. Он снова начинал осматривать платформу и людей, стоящих на ней, и заметил волнистые каштановые волосы, аккуратно лежащие на плечах девочки, стоящей недалеко от него. Они казались ему знакомыми, но он не мог понять где их видел и отчаянно надеялся, что она развернётся. Рядом с ней стоял мальчик, которого он тоже где-то видел, но, даже видя его лицо, он не мог понять, кто он. Наконец, когда девочка повернулась к нему лицом, он с лёгкостью вспомнил её. Они встретились в магазине мадам Малкин в конце июля. Тогда, когда она зашла в магазин, она была очень красивой и такой задумчивой, а Драко никогда не видел кого-либо, из дочек знакомых родителей, такими задумчивыми. Они, казалось, вообще думать умели только о мантиях и причёсках, а когда он проходил мимо них, хихикали. Она же казалось его даже не заметила, полностью погрузившись в свои мысли, и мантии её тоже не шибко интересовали. Он собирался познакомиться с ней, но пришёл тот мальчик, и она отвлеклась на него. И кажется это он сейчас стоял с Гермионой. Гермиона. Ему очень понравилось её имя. Такое необычное. Он попытался спросить у родителей кто она, но они не ответили. Зато, он узнал, что значит её имя, и откуда оно взялось.  — Драко, куда ты смотришь? — окликнула его мать, заметившая, что её сын куда-то долго смотрит, но он не ответил. — Драко? — ноль реакции. Она проследила за его взглядом и увидела одиннадцатилетнюю девочку, а присмотревшись, узнала в ней Гермиону. — Люциус, — позвала она мужа, он обернулся и вопросительно на неё посмотрел, а она лишь кивнула в сторону девочки.  — Драко, иди за нами, — услышал мальчик голос отца и послушно пошёл за родителями, а поняв к кому они идут, начал судорожно поправлять волосы.  — Мисс Грейнджер, — обратился к Гермионе Люциус, как только они к ней подошли. — Какая встреча.  — Рада снова видеть вас, мистер Малфой, миссис Малфой, Драко, — она кивнула каждому, а Драко поспешил обворожительно улыбнуться ей, но, кажется, она даже не заметила. Они стояли какое-то время молча: Драко и его родители рассматривали Гермиону, она косилась в сторону Гарри, а он делал вид, что его вообще там нет. Всю ситуацию спас гудок поезда, оповещающий об отправке.  — Что ж, — начала Гермиона. — Думаю нам пора.  — Конечно, — спохватилась Нарцисса и обернулась к Драко. — Мы будем скучать, — и обняла его.  — Ну мам, — покраснел мальчик. — Люди смотрят, — и попытался отстраниться от матери.  — Конечно-конечно, — одернула она себя. — Идите уже. Троица кивнула и поспешила зайти в поезд, а там уже нашла свободное купе. Первое время они сидели молча, а затем Драко решил брать дело в свои руки.  — Мы так и не познакомились с тобой, — он смотрел на того мальчика. — Я — Драко Малфой.  — Я — Гарри Поттер, — невинно ответил мальчик, а Драко чуть не поперхнулся воздухом.  — Так ты тот самый Гарри Поттер? — мальчик кивнул, покосившись на Гермиону. — И у тебя есть шрам? — он снова кивнул, а затем поднял чёлку, продемонстрировав шрам.  — Но откуда ты знаешь, кто я? — недоумённо спросил Гарри.  — Ты серьёзно? Тебя знает весь магический мир, — воскликнул Драко, а Гарри посмотрел на него как на умалишённого, а затем перевёл вопросительный взгляд на Гермиону.  — Я потом тебе объясню, — вздохнула она, а мальчик кивнул.  — Так на какие факультеты вы хотите попасть? — решил заполнить тишину Драко.  — Я уже говорила. Гриффиндор, но в любом случае, выбор за шляпой, — ответила Гермиона.  — Ты попадёшь на Слизерин. На что угодно готов поспорить.  — Не-а, — фыркнула Гермиона. — Я ведь магглорождённая.  — Ты магглорождённая? — переспросил Малфой. Если да, то почему родители так тепло отнеслись к Гермионе, отец ведь с детства учил его ненавидеть грязнокровок.  — Да, а это что-то меняет?  — Значит ты грязнокровка, — Драко даже не заметил, как вылетело это слово, а понял по сморщившемуся лицу Гермионы.  — Я пойду прогуляюсь, — бросила она перед тем, как встать и выйти из купе.  — Послушай, — начал Поттер, как только дверь за Гермионой закрылась. — Я не знаю, что значит то, что ты сказал, но явно ничего хорошего, раз уж это обидело Гермиону.  — Поттер, ты скоро узнаешь, что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые куда круче всех остальных. А я уже молчу о магглорождённых, — пока что Драко решил прислушиваться к тому, что ему говорил отец о грязнокровках. Может он просто не знал, кто родители Гермионы. — Тебе просто стоит лучше выбирать друзей.  — Думаю я сам разберусь, — резко ответил он и вышел из купе, оставив Малфоя одного.

***

Гермиона стояла в маленьком зальчике рядом с Гарри. Их только что привела сюда МакГонагалл, и теперь всем первокурсникам пришлось сгрудиться и дышать друг другу в затылок. — Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их профессор МакГонагалл. — Скоро начнется банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьезная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Хаффлпафф, Рейвенкло и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами - это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнется через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями. Я вернусь сюда, когда все будут готовы ко встрече с вами.  — А как будет проходить этот отбор? — спросил вдруг кто-то из толпы.  — Я думаю, нам придется пройти через какие-то испытания, — ответил непонятно откуда взявшийся рыжеволосый мальчик. — Фред сказал, что это очень больно, но я думаю, что он, как всегда, шутил.  — Уверена, что это бред, — заявила Гермиона, когда почувствовала, как стоящий радом Гарри напрягся после слов Рона. Он расслабился и кивнул. Через какое-то время к ним вернулась МакГонагалл.  — Выстройтесь в шеренгу, — скомандовала профессор, обращаясь к первокурсникам. — И идите за мной! Первокурсники послушно выстроились в шеренгу и отправились за профессором. Они вышли из маленького зала, пересекли зал, в котором уже побывали при входе в замок, и, пройдя через двойные двери, оказались в Большом зале. Гермиона даже представить себе не могла, что на свете существует такое красивое и такое странное место. Зал был освещен тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор МакГонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к ученикам. Перед Гермионой были сотни лиц, бледневших в полутьме, словно неяркие лампы. Среди учеников то здесь, то там мелькали отливающие серебром расплывчатые силуэты привидений. Чтобы избежать направленных на них взглядов, Гермиона посмотрела вверх и увидела над собой бархатный черный потолок, усыпанный звездами. Гермиона услышала какой-то звук и, опустив устремленный в потолок взгляд, увидела, что профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную Волшебную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потертая и ужасно грязная. Профессор МакГонагалл шагнула вперед, в руках она держала длинный свиток пергамента.  — Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнем. Аббот, Ханна! Девочка с белыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже ее глаза. А через мгновение… -ХАФФЛПАФФ! — громко крикнула Шляпа. Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Ханна встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место. Так продолжалось ещё какое-то время: МакГонагалл называла имена, ребёнок выходил и надевал на себя шляпу, она выкрикивала факультет, и ребёнок бежал за стол своего факультета.  — Поттер, Гарри, — услышала Гермиона имя друга и улыбнулась ему, пытаясь подбодрить. Он сел на стул, а через какое-то время шляпа выкрикнула  — ГРИФФИНДОР! — Гарри счастливо улыбнулся и побежал к столу Гриффиндора.  — Грейнджер, Гермиона, — услышала Гермиона и поспешила сесть на стул.  — Хмм… Давно я такого не видел. Ты смелая и гордая, хитрая и целеустремлённая, добрая и трудолюбивая, умная и полна чести. Куда же мне тебя отправить? — шляпа замолчала, а Гермиона с нетерпением ждала вердикта. — Я знаю… Там ты найдёшь настоящих друзей и любовь. Раскроешь сотни загадок и ответишь на сотни вопросов. Откроешь много правды о себе, о своём прошлом. Твой факультет был предначертан тебе твоими предками, но свою судьбу ты можешь построить сама… — шляпа снова замолчала, а затем объявила на весь зал. — СЛИЗЕРИН! Тишина. Такого точно никто не ожидал. Все знали, что Гермиона единственная магглорождённая первокурсница в этом году. Все в зале были в шоке, а сама Гермиона, кажется, забыла, как дышать. Она повернулась к МакГонагалл в надежде услышать, что это шутка, но профессор, кажется, сама была в шоке, но быстро взяла себя в руки.  — Идите за свой стол, мисс Грейнджер, — Гермиона тяжело сглотнула, но, вспомнив, что на неё смотрят сотни лиц, гордо подняла подбородок, расправила плечи и, встав со стула, направилась к столу своего факультета, сев как можно дальше от остальных. Церемония продолжалась, но Гермиона даже не слушала, единственное, что сейчас вертелось в её голове, это то, что можно попрощаться со спокойной жизнью.  — Добро пожаловать! — произнес Дамблдор, когда распределение закончилось. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо! Гермиона посмотрела на стол и замерла от изумления. Стоявшие на столе тарелки были доверху наполнены едой. Гермиона видела столько своих любимых блюд только на приёмах, и то не всегда: ростбиф, жареный цыпленок, свиные и бараньи отбивные, сосиски, бекон и стейки, вареная картошка, жареная картошка, чипсы, йоркширский пудинг, горох, морковь, мясные подливки, кетчуп и непонятно, как и зачем здесь оказавшиеся мятные леденцы. Но даже несмотря на то, что в обычное время она бы съела пол этого стола, сейчас аппетита не было совершенно. Она наложила себе немного еды и, смотря только в тарелку, начала есть её.  — Эй, грязнокровка, — услышала через какое-то время Гермиона и подняла голову, понимая, что только к ней за этим столом могут так обратиться. Перед ней сидела Панси Паркинсон. Гермионе она напоминала мопса. — Тебе не место в Слизерине. Тебе не место в Хогвартсе вообще, — Малфой, сидящий недалеко от Панси и Гермионы, усмехнулся, а Крэбб и Гойл, увидев усмешку Малфоя, дружно загоготали, чем привлекли внимание почти всего стола, и теперь за этой картиной наблюдали все слизеринцы. Гермиона спокойно продолжила жевать, смотря Панси в глаза, а закончив, ответила.  — Не помню, чтобы спрашивала твоего мнения, Паркинсон.  — Да как ты смеешь так говорить со мной, — как оказалось, завести эту девчонку было очень просто, и Гермиона решила добить её.  — Точно! — наигранно удивилась Гермиона. — Когда же это я научилась разговаривать с мопсами?.. — задумчиво протянула она. Послышались смешки со стороны остальных слизеринцев, а Блейз Забини, сидящий рядом с Гермионой вообще рассмеялся, чем вызвал волну негодования Паркинсон.  — Тебе смешно?! — взвизгнула она.  — Да, — невозмутимо ответил он. — Она ведь тебя уделала, — послышались новые смешки, а Паркинсон, раскрасневшаяся, как помидор, злобно уставилась в свою тарелку.  — Я Блейз Забини, — протянул руку Гермионе мальчик под шокированные взгляды слизеринцев.  — Гермиона Грейнджер, — улыбнувшись, пожала руку мальчика она, а он вернул её улыбку.  — Будем друзьями? — спросил он.  — Если хочешь, — снова улыбнулась Гермиона.  — Конечно хочу, — воодушевлённо ответил мальчик. — Ещё никто не отвечал Панси так круто, — Гермиона рассмеялась, а услышавшая это Паркинсон злобно уставилась на него.  — Хм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор, только что вставший со своего места. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать еще несколько слов. Прежде чем начнется семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом… — сияющие глаза Дамблдора остановились на рыжих головах близнецов Уизли, а Гермиона усмехнулась. Она успела пообщаться с ними в поезде. — По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчет тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью. А теперь, старосты проведите первокурсников к гостиным. Все начали подниматься со своих мест, а старосты, собрав всех первокурсников, повели их из большого зала, и, в отличие от остальных факультетов, слизеринцы не поднимались по лестницам, а спускались вниз, как узнала Гермиона, в подземелья. Вскоре она оказались в гостиной, проход в которую был скрыт стеной. Она была обставлена со вкусом: на стенах висели гобелены, изображающие подвиги разных слизеринцев, у стен стояли старинные буфеты из тёмного дерева, несмотря на наличие каминов, в комнате было холодно и неуютно, освещение тоже под стать обстановке — волшебные светильники освещали пространство холодным болотным светом. Рассмотрев гостиную, Гермиона перевела взгляд на старосту.  — Поздравляю! — начала высокая темноволосая девушка. — Я — староста Джемма Фарли, и я рада приветствовать вас на факультете Слизерина. Наш герб — змея, мудрейшая из существ. Наши цвета — изумрудно-зеленый и серебряный. Вход в нашу гостиную спрятан в подземельях Хогвартса. Как вы увидите, ее окна выходят на подземные озера замка. Мы часто видим, как мимо нас со свистом проносится гигантский кальмар, а иногда и более интересные существа. Нам нравится думать, что наше пристанище окутано атмосферой таинственности и подводных кораблекрушений. Вот некоторые вещи, которые вам следует знать о Слизерине, и ещё некоторые — забыть. Во-первых, давайте развеем некоторые мифы. Возможно, до вас доходили слухи о факультете Слизерина — будто все мы темные маги и будем общаться с вами, если ваш прадед был великим волшебником, и все в таком духе. Хорошо, вы ведь не хотите верить всему, что слышите от соперничающих с нами факультетов. Я не отрицаю, что мы выпустили свою долю Тёмных магов, но их также выпускали и остальные три факультета — они просто не хотят в этом признаваться. И да, у нас традиция принимать студентов, вышедших из многочисленных поколений волшебников и волшебниц, но в настоящее время на Слизерине можно найти большое количество учеников, у кого хотя бы один из родителей магл, а может быть и два, — Гермиона чуть не закатила глаза, увидев, как староста покосилась на неё.  — Вот малоизвестный факт, который другие три факультета не очень и учитывают: Мерлин учился на Слизерине. Да, сам Мерлин, самый известный в мире волшебник! Он научился всему, что знал, на нашем факультете! Вы хотите следовать по стопам Мерлина? Или вы лучше будете сидеть за старым столом прославленной выпускницы Хаффлпаффа, Эглантайн Паффетт, изобретательницы самонамыливающейся тряпки для мытья посуды? Я так не думаю. Но довольно о том, что не имеет к нам отношения. Давайте поговорим о том, кем мы являемся. Наш факультет самый классный и дерзкий в школе. Мы играем на победу, потому что мы заботимся о чести и традициях Слизерина. Мы также пользуемся уважением нашего брата-студента. Да, это уважение может иметь некоторый оттенок страха из-за нашей Тёмной репутации, но знаете, что? Это может быть забавным, иметь репутацию приверженца тёмной стороны. Оброните несколько намёков на то, что вы имеете доступ к целой библиотеке проклятий, и посмотрите, захочет ли кто-нибудь стащить ваш пенал. Но мы неплохие люди. Мы, как наш герб: гладкие, сильные и зачастую неправильно понимаемые. Например, мы, слизеринцы, приглядываем друг за другом, - заботимся друг о друге - чего нельзя сказать о Рейвенкло. Не говоря уже о том, что рейвенкловцы являются самым большим стадом зубрил, какое вы когда-либо видели, они идут друг у друга по головам, чтобы получить хорошие оценки, в то время как мы, слизеринцы, братья. Коридоры Хогвартса могут выкидывать сюрпризы для неподготовленных, и вы будете рады, что змейки на вашей стороне, пока вы передвигаетесь по школе. По нашему убеждению, став однажды змейкой, вы становитесь одним из нас — одним из элиты. Вы знаете, что Салазар Слизерин искал в своих учениках? Семена величия. Вы были выбраны на этот факультет, потому что у вас есть потенциал стать великим в прямом смысле этого слова. Хорошо, вы можете увидеть пару человек, слоняющихся по общей гостиной, о которых вы не могли бы подумать, что им уготовлено нечто особенное. Отлично, держите своё мнение при себе. Если Распределяющая Шляпа направила их сюда, значит, в них есть что-то выдающееся, и не забывайте об этом. И, говоря о людях, которым не предназначено быть великими, я не упомянула гриффиндорцев. Многие вот говорят, что слизеринцы и гриффиндорцы представляют собой две стороны одной медали. Лично я думаю, что гриффиндорцы не более чем подражатели слизеринцев. Заметьте, некоторые люди говорят, что Салазар Слизерин и Годрик Гриффиндор ценили одни и те же качества у студентов, так что, возможно, мы похожи в большей степени, чем нам хотелось бы думать. Но это не означает, что мы дружны с гриффиндорцами. Они любят побеждать нас лишь немногим меньше, чем мы любим побеждать их. Ещё некоторые вещи, которые может быть вам понадобится знать: штатное приведение нашего факультета — Кровавый Барон. Если вы с ним поладите, он иногда согласится запугивать для вас людей. Только не спрашивайте его, откуда у него кровавые пятна; он этого не любит. Пароль от гостиной Слизерина меняется каждые две недели. Следите за доской объявлений. Никогда не приводите никого с другого факультета в нашу гостиную и не сообщайте им наш пароль. Никто из посторонних не заходил к нам уже более семи веков. Что ж, я думаю, это пока всё. Я уверена, вам понравятся наши спальни. Мы спим в древних кроватях под балдахином с зеленой шелковой драпировкой, и под покрывалами, вышитыми серебряной нитью. Средневековые гобелены, изображающие приключения известных слизеринцев, покрывают стены, и серебряные светильники свисают с потолка. Вы будете хорошо спать. Плеск воды в озере, доносящийся из окна, успокаивает. А теперь, спокойной ночи, — закончила староста, и все побрели к своим комнатам.