Большая маленькая жизнь

Прошло уже почти два месяца после её речи в гостиной, и, кажется, жизнь действительно наладилась. За это время она сотни раз успела убедиться, что лучше друзей, чем Блейз и Гарри она не найдёт. Её дружбу с гриффиндорцем немного омрачал младший Уизли, который вечно пытался настроить Поттера против Гермионы, но он всё равно продолжал с ней общаться, что не могло не радовать, хоть и Рон её ужасно раздражал. Только он был небольшим препятствием в их с Гарри дружбе, но Гермиона видела, как Гарри хотел, чтобы они ладили, поэтому терпела его. Также, раз уж говорить о тех, с кем отношения не заладились, то нельзя не упомянуть Панси. Гермиона имела множество друзей с разных факультетов, и Слизерин не исключение, но именно Паркинсон омрачала жизнь на факультете. Она единственная продолжала оскорблять Гермиону, даже Малфой перестал это делать. Кстати о Малфое, с ним у Гермионы очень хорошие отношения. Он стал для Гермионы очень хорошим другом; она бы никогда раньше не подумала, что Малфой умеет дружить, но он удивил её. Ещё был Теодор, хотя… Они с ним больше не общались после того, как Гермиона выяснила причину, по которой он её защитил. Она пыталась с ним поговорить, но он всегда был занят, так что, скоро она прекратила свои попытки. Но несмотря на всё это, однотонные будни очень скоро наскучили, и Гермиона уже начала скучать по своему дому и друзьям, к которым сбегала из дома и гуляла до ночи. В какой-то момент, она даже начала молить Мерлина принести разнообразие в её жизнь и её молитвы были услышаны, но кажется не так поняты.

***

Большой зал был празднично украшен: на стенах и потолке сидели, помахивая крыльями, тысячи летучих мышей, а еще несколько тысяч летали над столами, подобно низко опустившимся черным тучам. От этого огоньки воткнутых в тыквы свечей трепетали. Как и на банкете по случаю начала учебного года, на столах стояли пустые золотые блюда, на которых вдруг внезапно появились самые разнообразные яства.  — Как прошла тренировка? — сразу, как только Гермиона села на лавку, спросил Блейз. Она всегда с улыбкой вспоминала день, когда её взяли в команду: « …Впервые за две недели, во время которых беспрерывно лил дождь, небо было ясным, и Хогвартс заливали лучи солнца. Каждый, кто мог, выбегал на улицу и проводил время с друзьями. У первых курсов слизерина и гриффиндора был первый урок полётов на метле. Первокурсники с враждующих факультетов стояли друг напротив друга и смотрели на приближающуюся мадам Трюк.  — Ну и чего вы ждете?! — рявкнула только подошедшая учительница с седыми волосами и жёлтыми, как у ястреба, глазами. — Каждый встает напротив метлы. Давайте, пошевеливайтесь, — все первокурсники выполнили приказ мадам Трюк и стали ждать следующих указаний. — Вытяните правую руку над метлой! — скомандовала женщина, встав перед строем. — И скажите: «Вверх!»  — ВВЕРХ! — крикнуло двадцать голосов. Метла Гермионы прыгнула прямо ей в руку. Она осмотрелась: Гарри, Драко и Блейз также уже держали в своих руках мётлы; метла Рона Уизли взметнулась вверх и врезалась ему прямо в лицо, а Гермиона не смогла удержать смешок; мадам Трюк оценивающе глядела на выполнивших задание учеников, игнорируя большую часть класса, которая не смогла приманить к себе мётла.  — А теперь, когда я дуну в свой свисток, вы с силой оттолкнетесь от земли, — когда наконец все держали в руках мётлы, произнесла мадам Трюк. — Крепко держите метлу, старайтесь, чтобы она была в ровном положении, поднимитесь на метр-полтора, а затем опускайтесь — для этого надо слегка наклониться вперед. И так, по моему свистку — три, два… Но Невилл, нервный, дерганный и явно испуганный перспективой остаться на земле в одиночестве, рванулся вверх прежде, чем мадам Трюк поднесла свисток к губам.  — Мальчик, вернись! — крикнула мадам Трюк, но Невилл стремительно поднимался вверх — он напоминал пробку, вылетевшую из бутылки. Два метра, четыре, шесть — и все увидели бледное лицо Невилла, испуганно смотрящего вниз. Увидели, как Невилл широко раскрыл от ужаса рот, как он соскользнул с метлы, и… БУМ! Тело Невилла с неприятным звуком рухнуло на землю. Его метла все еще продолжала подниматься, а потом лениво заскользила по направлению к Запретному лесу и исчезла из виду. Мадам Трюк склонилась над Невиллом, лицо ее было даже белее, чем у него.  — Сломано запястье, — услышала Гермиона ее бормотание. Когда мадам Трюк распрямилась, ее лицо выражало явное облегчение. — Вставай, мальчик! — скомандовала она. — Вставай. С тобой все в порядке, — она повернулась к остальным ученикам. — Сейчас я отведу его в больничное крыло, а вы ждите меня и ничего не делайте. Метлы оставьте на земле. Тот, кто в мое отсутствие дотронется до метлы, вылетит из Хогвартса быстрее, чем успеет сказать слово «квиддич». Пошли, мой дорогой. Мадам Трюк приобняла заплаканного Невилла и повела его в сторону замка. Невилл сильно хромал. Как только они отошли достаточно далеко, чтобы мадам Трюк могла что-либо услышать, Малфой расхохотался.  — Вы видели его физиономию? Вот неуклюжий — настоящий мешок! — Остальные первокурсники из Слизерина присоединились к нему. Гермиона нахмурилась, но ничего не сказала.  — Заткнись, Малфой, — оборвала его Парвати Патил.  — О-о-о, ты заступаешься за этого придурка Долгопупса? — спросила Паркинсон. — Никогда не думала, что тебе нравятся такие толстые плаксивые мальчишки.  — Смотрите! — крикнул Малфой, метнувшись вперед и поднимая что-то с земли. — Это та самая дурацкая штука, которую прислала ему его бабка. — Отдай ее мне, Малфой, — негромко сказал Гарри. Все замерли и повернулись к нему. Малфой нагло усмехнулся.  — Я думаю, я положу ее куда-нибудь, чтобы Долгопупс потом достал ее оттуда — например, на дерево.  — Дай сюда! — заорал Гарри, но Малфой вскочил на метлу и взмыл в воздух. Похоже, он не врал насчет того, что действительно умеет летать, и сейчас он легко парил над верхушкой росшего около площадки раскидистого дуба.  — А ты отбери ее у меня, Поттер! — громко предложил он сверху Гарри схватил метлу, а Гермиона напряглась.  — Прекратите! — воскликнула она — Из-за вас двоих у нас будут проблемы, — несмотря на её слова, Гарри сел на метлу и полетел прямо к Малфою.  — Дай сюда! — крикнул ему Гарри. — Или я собью тебя с метлы!  — Да ну, — Малфой над чем-то задумался, а затем усмехнулся. — Кто кого, Поттер, — он подбросил шар и повернул метлу в сторону Гарри. Рефлексы Гермионы сработали раньше, чем она успела подумать. Она села на метлу и полетела прямо к Гарри. Сам он полетел за мячом, наклонив метлу, поэтому не заметил Малфоя подлетевшего к нему сзади. Он дёрнул за метлу Поттера и быстро вернулся на землю, а Гарри, не удержав равновесие, соскользнул с метлы. Гермиона мгновенно оказалась рядом и ухватила Поттера одной рукой, другой ловя напоминалку. Несмотря на то, что шатенка не была слабенькой девочкой, удержать одиннадцатилетнего мальчика она не могла, поэтому, под тяжестью его веса, метла начала резко снижаться, и слизеринка была готова к удару, но вместо этого почувствовала мягкое приземление. Она открыла глаза, которые крепко закрыла во время падения, и увидела недалеко стоящих профессора Снейпа и МакГонагалл.  — Никогда… никогда за все то время, что я работаю в Хогвартсе… — яростно начала профессор Макгонагалл. Она осеклась, от волнения ей не хватило воздуха, но очки ее яростно посверкивали на солнце. — Как вы могли… Вы чуть не убились… Оба..!  — Довольно, коллега, — прервал её Снейп, всё так же холодно. — Мисс Грейнджер, за мной.  — А вы, мистер Поттер, за мной.  — Они не виноваты, профессор Снейп, — послышался голос Блейза.  — Я не спрашивал вас, мистер Забини, — холодно отчеканил профессор.  — Но Малфой… — начал Уизли.  — Довольно, мистер Уизли, — прервала его профессор МакГонагалл. Она и профессор Снейп развернулись и поспешили к школе, а Гермиона и Гарри, обменявшись обречёнными взглядами, последовали за ними. Сначала они долгое время шли вчетвером, но потом разделились. Гермиона дошла со Снейпом до кабинета заклинаний. Профессор постучал в дверь, и, не дождавшись ответа, открыл её.  — Прошу прощения, могу я забрать ненадолго мистера Флинта, — скорее утверждал, чем спрашивал Снейп. Гермиона не услышала ответа на вопрос, но судя по приближающимся шагам, Флитвик ответил положительно. Из кабинета вышел высокий и относительно мускулистый парень. У него были большие зубы, бегающие серые глаза и грубые чёрные волосы.  — Вы что-то хотели, профессор? — спросил наконец парень.  — Да. Мисс Грейнджер, это — Маркус Флинт, капитан слизеринской команды по квиддичу и охотник, — парень кивнул Гермионе, а она ему в ответ. — Флинт, это — Гермиона Грейнджер. Ученица первого курса и новый ловец команды Слизерина… »  — Прекрасно, — ответила Гермиона, накладывая себе еду. — Но квиддич, это последнее о чём я хочу сейчас говорить.  — Почему? — удивился Блейз.  — Потому что, у Флинта сегодня было плохое настроение, — ответил за Гермиону Люциан Боул. — загонщик команды слизерина.  — С чего это? — не унимался Забини.  — Его подружка бросила, — подсел с другой стороны от Гермионы Эдриан Пьюси.  — Будешь обсуждать мою личную жизнь, вылетишь из команды, — рявкнул на него Флинт, приземлившийся недалеко от них. Пьюси поднял руки в примирительном жесте и уткнулся в тарелку. Дальше ужин проходил нормально, пока Гермиона не захотела в туалет. Она встала со своего места и собиралась уйти, но её остановил Блейз.  — Ты куда? — спросил он у неё.  — В туалет, Блейз, — вздохнула Гермиона.  — Зачем? — нахмурился Забини. Гермиона выгнула бровь, как бы спрашивая: «Серьёзно?», а Блейз тут же уставился в тарелку. — Ладно, глупый вопрос, — пробормотал он, а Гермиона, усмехнувшись, пошла на выход из Большого зала. Блейз продолжил есть, когда в зал вбежал профессор Квиррелл. Его тюрбан сбился набок, а на лице читался страх. Все собравшиеся замерли, глядя, как Квиррелл подбежал к креслу профессора Дамблдора и, тяжело опираясь на стол, простонал:  — Тролль! Тролль… в подземелье… спешил вам сообщить… — и Квирелл, потеряв сознание, рухнул на пол. В зале поднялась суматоха. Понадобилось несколько громко взорвавшихся фиолетовых фейерверков, вылетевших из волшебной палочки профессора Дамблдора, чтобы снова воцарилась тишина.  — Старосты! — прогрохотал Дамблдор. — Немедленно уводите свои факультеты в спальни! Джемма тут же вскочила и призвала всех идти за ней. Блейз, как и все, беспрекословно последовал за ней, но посередине пути остановился, вспомнив о подруге. Идущие за ним Драко и Теодор еле успели остановится, чтобы не врезаться в однокурсника.  — Чего стоишь, Забини? — спросил недовольный Нотт. — Или ты хочешь, чтобы нас нашёл тролль? — язвительно продолжил он.  — Гермиона… — только и смог выдавить Блейз, а затем, развернувшись, побежал в сторону женского туалета. Драко и Тео сразу же погнались за ним.  — Что вы тут делаете? — остановил их голос у самых дверей женского туалета.  — Гуляем, Поттер, — тут же съязвил Драко.  — Что вы тут делаете? — не дал съязвить им в ответ Блейз.  — Эм… Мы… — начал мямлить Гарри.  — Да ладно тебе, Поттер. Я же лучший друг Гермионы. Мне-то ты можешь доверять.  — Ты может и её друг, а вот они, — он неопределённо махнул головой в сторону Малфоя и Нотта. — Насколько я знаю, нет.  — Поттер… — начал было Малфой, но был прерван громким воплем, исходившим из-за двери женского туалета.  — Гермиона! — воскликнули все пятеро и поспешили к двери из-за которой донёсся крик.  — Почему она заперта?! — воскликнул нервный Блейз.  — Это… я… мы… — начал мямлить Поттер.  — У нас нет на это времени, — воскликнул Драко. Он повернул ключ и все пятеро ввалились в комнату. От увиденного у всех перехватило дыхание. Гермиона стояла у стены прямо напротив двери. Она вся сжалась, словно пыталась, подобно привидению, просочиться сквозь стену. Вид у нее был такой, словно она сейчас потеряет сознание. Тролль приближался к ней, размахивая дубиной и сбивая со стен прикрепленные к ним раковины.  — Отвлеки его! — крикнул Гарри Рону, услышав в собственном голосе отчаяние. Он схватил валявшуюся на полу затычку для умывальника и что есть силы метнул ее в стену. Рон же, кажется, до сих пор был испуган видом тролля, поэтому, выругавшись, Блейз, успевший добежать до угла туалетной комнаты, схватил первую попавшуюся трубу.  — Эй, пустая башка, — заорал он и бросил в него железную трубу. Кажется, тролль даже не обратил внимания на то, что кусок железа ударил его в плечо. Зато он услышал крик и снова остановился, поворачивая свою Уродливую физиономию к Блейзу и предоставляя Драко и Тео возможность оббежать его и оказаться рядом Гермионой.  — Давай, бежим! — протянув руку Гермионе, кричал Тео. Она тут же встала, но затем остановилась, как вкопанная.  — Грейнджер, ты что, хочешь умереть… — начал ворчать Малфой, но затем перевёл взгляд туда, куда с ужасом смотрели Гермиона и Тео. Там стоял тролль. Он снова поднял дубину над собой, замахиваясь, чтобы ударить их, но был остановлен. Все, стоявшие вокруг, раскрыли рты от шока. Гарри, разбежавшись, прыгнул на тролля сзади, умудрившись вцепиться в его шею и обхватить ее сзади обеими руками. Тролль, с учетом его размеров, разумеется, не мог почувствовать, что на нем повис маленький худенький Гарри, но даже этот громила не мог не заметить, что ему в нос суют длинный кусок дерева. В момент прыжка Гарри держал в руках палочку, которую зачем-то вытащил, влетев в комнату. Он явно сделал это подсознательно, ведь ему, первокурснику, палочка никак могла помочь в борьбе с троллем. Но оказалось, что Гарри вытащил ее не зря, и когда он в прыжке вцепился в шею тролля, обхватив ее сзади обеими руками, зажатая в правой руке палочка воткнулась троллю глубоко в ноздрю. Завывая от боли, тролль завертелся и замахал дубиной, а Гарри висел на нем, что есть силы цепляясь за шею. В любую секунду тролль мог сбросить его на пол или расплющить ударом дубины. Все, стоявшие в туалетной комнате, застыли в ужасе, смотря, как тролль пытается достать до Гарри. Когда тролль снова замахнулся, от его дубины до самого Гарри осталось чуть больше чем несколько миллиметров, но он всё же промахнулся, Гермиона поняла, что нужно как-то ему помочь, но осознание того, что её палочка осталась в комнате, умерило пыл. Она начала судорожно думать, что делать.  — Уизли! — окликнула она единственного, у кого увидела палочку. — Используй палочку! Рон будто только очнулся. Он выхватил свою волшебную палочку, совершенно не представляя, что собирается делать, и выкрикнул первое, что пришло в голову:  — Вингардиум Левиоса! Внезапно дубина вырвалась из руки тролля, поднялась в воздух и зависла на мгновение, потом медленно перевернулась и с ужасным треском обрушилась на голову своего владельца. Тролль зашатался и упал на пол с такой силой, что стены комнаты задрожали. Гарри поднялся на ноги. Его колотило, и он никак не мог перевести дух. Рон застыл на месте с поднятой палочкой, непонимающе глядя на результат своего труда. Слизеринцы, кажется, застыли с такими же выражениями на лицах.  — Он мёртв? — первой нарушила тишину Гермиона.  — Нет, — ответил Тео, подошедший к троллю, и пихнувший его ногой. — Просто в отключке, — хлопанье дверей и громкие шаги заставили всех шестерых поднять головы. Они даже не отдавали себе отчета в том, какой шум они тут подняли. Кто-то внизу, должно быть, услышал тяжелые удары и рев тролля, и мгновение спустя в комнату ворвалась профессор МакГонагалл, за ней профессор Снейп, а за ними профессор Квиррелл. Квиррелл взглянул на тролля, тихо заскулил и тут же плюхнулся на пол, схватившись за сердце. Снейп нагнулся над троллем, а профессор МакГонагалл сверлила взглядом Гарри и Рона. Кажется, никто никогда не видел ее настолько разозленной. У нее даже губы побелели.  — О чем, позвольте вас спросить, вы думали? — в голосе профессора МакГонагалл была холодная ярость. Все первокурсники, стоящие в комнате, переглянулись. — Вам просто повезло, что вы остались живы. Почему вы не в спальне?  — Профессор МакГонагалл, они оказались здесь, потому что искали меня, — донёсся вдруг тихий голос.  — Мисс Грейнджер! — воскликнула удивлённая Минерва.  — Я пошла искать тролля, потому что… Потому что я подумала, что сама смогу с ним справиться… Потому что я прочитала о троллях все, что есть в библиотеке, и все о них знаю… Рон от неожиданности уронил палочку. Все, стоящие в комнате его понимали. Кто бы мог поверить, что Гермиона Грейнджер — подумать только, Гермиона Грейнджер — врет в лицо преподавателю?! Даже если бы они не знали, кто такая Гермиона, им бы все равно не пришло в голову, что она может врать, — настолько правдиво звучал ее голос.  — Если бы они меня не нашли, я была бы уже мертва, — продолжила Гермиона, не понимающая, когда она научилась так хорошо врать. — Тео, Драко и Блейз пытались провести меня к двери, когда Гарри прыгнул на шею троллю и засунул в ноздрю палочку, а Рон заколдовал его дубину и отправил его в нокаут. У них просто не было времени, чтобы позвать кого-нибудь из профессоров. Когда они появились, тролль уже собирался меня прикончить.  — Ну что ж, в таком случае… — задумчиво произнесла профессор МакГонагалл, оглядев всех троих. — Мисс Грейнджер, глупая вы девочка, как вам могло прийти в голову, что вы сами сможете усмирить горного тролля?! Гермиона опустила голову. А Гарри, Рон, Драко, Блейз и Тео были настолько поражены, что, кажется, снова утратили дар речи. Уж кто-кто, а Гермиона никогда бы не нарушила школьные правила, но сейчас она представила все так, словно сознательно пошла на серьезное нарушение. И все это для того, чтобы вытащить их пятерых из беды. Это было также неожиданно, как если бы вдруг оказалось, что профессор Снейп — зубная фея.  — Мисс Грейнджер, по вашей вине на счет Слизерина записываются пять штрафных очков! — сухо произнесла профессор МакГонагалл. — Я была о вас очень высокого мнения и весьма разочарована вашим проступком, — она перевела взгляд на остальных первокурсников. — Что ж, даже выслушав историю, рассказанную мисс Грейнджер, я все еще утверждаю, что вам просто повезло. Но тем не менее далеко не каждый первокурсник способен справиться со взрослым горным троллем. Каждый из вас получает по пять призовых очков. Я проинформирую профессора Дамблдора о случившемся. Вы можете идти. Все шестеро вышли из туалетной комнаты и, наконец, смогли выдохнуть с облегчением.  — Могла бы дать и больше, чем десять очков, — проворчал Рон, нарушив тишину.  — Это не так уже важно, — махнул рукой Блейз. — Вот, что важней — как тролль оказался в школе?  — Честно, — зевая, проговорила Гермиона. — Единственное, чего я сейчас хочу, это попасть в свою кровать, так что, давайте обсудим это завтра, — уже клюющие носом гриффиндорцы закивали, а слизеринцы, смирившись, отправились в сторону подземелий.  — Что ж, — начал Тео на полпути. — По крайней мере, это был поистине хэллоуинский вечер.

***

 — То есть, ты считаешь, что тролль как-то связан с тем, что прячет Пушок? — переспросил Рон у Гермионы.  — Что за Пушок? — сумел спросить Блейз.  — Ты ему не рассказала? — удивился Гарри.  — Что не рассказала? — не унимался Блейз.  — В общем… « …Гермиона шла по коридору Хогвартса, постоянно озираясь. Она случайно засиделась в библиотеке, поэтому шла в гостиную уже после комендантского часа. Внезапно послышался быстрый топот, и Гермиона подумать не успела, как в неё врезались двое мальчишек. Рассмотрев их лица, девочка поняла, что это Гарри и младший Уизли.  — Что случилось? — наконец спросила она.  — Там… Там… — не могли отдышаться они.  — Кто? — нетерпеливо выпытывала девочка.  — Миссис Норрис! — вдвоём воскликнули они и побежали, прихватив с собой Гермиону. Они бежали, казалось, целую вечность, но на деле прошло только несколько минут, как перед ними оказалась запертая дверь. Они начали оглядываться в поисках путей отхода, но ничего не нашли.  — Это запретный коридор на третьем этаже, — внезапно осознала Гермиона.  — Что нам делать? — внезапно спросил Рон, когда послышались шаги и бормотание Филча. Гермиона повернулась к двери.  — Алохомора, — взмахнула палочкой она, и дверь со скрипом отворилась. Все трое мгновенно ввалились в комнату, а Гарри, предусмотрительно, запер дверь.  — Кажется, оторвались, — с придыханием проговорила Гермиона.  — Это… — нервно дёрнул их за рукава мантий Рон, а взгляд его был устремлён наверх. Они посмотрели туда, куда смотрел Рон, и в ужасе застыли. Им в глаза смотрел гигантский пес, заполнивший собой весь коридор от пола до потолка. У него было три головы, три пары вращающихся безумных глаз три носа, нервно дергающихся и принюхивающихся к незваным гостям, три открытых слюнявых рта с желтыми клыками, из которых веревками свисала слюна. Пока пес сохранял относительное спокойствие и только принюхивался к ним, уставившись на них всеми шестью глазами. Но все трое понимали, что единственная причина, по которой они пока еще живы, — это то, что их внезапное появление застало чудище врасплох. Но, кажется, до пса уже начало доходить, что произошло. Об этом свидетельствовало напоминающее отдаленные раскаты грома низкое рычание, вырывавшееся из трех пастей. Гарри ухватился за дверную ручку. Сейчас надо было выбирать между смертью и Филчем — и все трое предпочитали Филча. В мгновение ока ребята выскочили за дверь, захлопнув ее за собой, и ринулись бежать с такой скоростью, что со стороны могло показаться, будто они летят. Филча в коридоре уже не было. Наверное, он ушел отсюда, чтобы поискать их в другом месте. Но его отсутствие не радовало их и не огорчало — сейчас им было все равно. Внезапно, они все, как по команде остановились и начали судорожно пытаться отдышаться.  — Что они себе, интересно, думают? — Рон первым обрел дар речи. — Надо же додуматься до такого — держать в школе этого пса. Этой твари явно надо поразмяться, а не сидеть взаперти.  — А глаза тебе зачем, Уизли? — закатила глаза Гермиона. — Ты разве не видел на чём он стоял?  — Мне как-то не до этого было, — проворчал в ответ он. — Я смотрел на его головы. А если ты не заметила, у него их было три.  — Люк, — проигнорировала Гермиона его слова. — Он стоял на люке. И даже дураку ясно, что он что-то охраняет.  — Думаю, если ты права, — начал Гарри. — Это что-то — это то, что Хагрид забрал из Гринготтс, и, что пытались найти, когда грабили банк…»  — И ты не рассказала мне об этом?! — недовольно воскликнул Блейз. Гермиона стыдливо опустила глаза. Они постояли какое-то время молча, а потом Блейз снова воскликнул. — Погодите, Пушок? Кто назвал трёхголового пса — Пушком?!  — Хагрид, — ответила Гермиона.  — Чего? — опешил Блейз.  — Мы ходили к нему после того случая. Он сказал, что-то, что охраняет Пушок — секрет Дамблдора и Николаса Фламеля, — ответил за подругу Гарри.  — Знать бы кто такой, этот Фламель… — протянула Гермиона.

***

Гермиона сильно дрожала. И дело было не в плохой погоде или несделанном домашнем задании. Нет. Дело было в том, что сейчас, — прямо через несколько минут — она должна будет выйти на поле и поймать маленький золотой мячик, летя на огромной скорости и высоте, пытаясь не упасть при этом. А ещё она должна была играть против своего лучшего друга. Так что, Гермиона имела право бояться.  — Боишься, Грейнджер, — спросил у неё только что подошедший Эдриан Пьюси.  — Немного, — не стала врать Гермиона.  — Это нормально, — усмехнулся Эдриан. — Я тоже в свой первый раз волновался.  — И как прошло? — поинтересовалась Гермиона.  — На пятнадцатой минуте в меня попали бладжером. Я свалился с метлы и сломал обе ноги. Но, в целом, нормально.  — Прекрасно, — нервно рассмеялась Гермиона.  — Не трусь, — приобняв, подбодрил её Пьюси. — Главное — ищи снитч, а за бладжерами присмотрят загонщики.  — Хорошо, — вздохнула Гермиона. — Просто искать снитч, — повторила она, как мантру.

***

 — Грейнджер! Грейнджер! — вторили голоса в гостиной Слизерина. Гермиона никогда не видела, чтобы в этой комнате было так шумно. Вокруг стоял гул от громких голосов, пытавшихся перекричать, непонятно откуда взявшуюся, музыку. Шатенка сидела в кресле недалеко ото всех. Её голова гудела от громких криков, а желудок протестовал уже третьему стакану тыквенного сока. Осмотревшись, Грейнджер поднялась с кресла и незаметно выскользнула из гостиной. Прохлада подземелий оказалась очень даже приятной после гостиной, сравнимой сейчас с духовкой. Волшебница уверенным шагом направилась на выход из подземелий, а вскоре и на выход из школы. Гермиона нахмурилась, увидев у самого чёрного озера, куда только что пришла, силуэт. Это был мальчишка её возраста, и первокурсница облегчённо выдохнула, узнав в силуэте Драко Малфоя.  — Малфой, — окликнула Гермиона мальчишку.  — Грейнджер? — удивлённо уставился он на неё, обернувшись.  — Привет, — неуверенно проговорила Гермиона, сев возле него, смотря только на озеро.  — Привет… — также неуверенно ответил он. — Почему не празднуешь победу?  — Слишком шумно, — пожала плечами Гермиона. — А ты? — перевела взгляд на него девочка.  — Та же причина, — ответил он.  — Кстати, — разорвала тишину Гермиона. — Спасибо.  — За что? — удивлённо уставился он на неё.  — Зато, что помог тогда, в туалетной комнате.  — А, — дошло до Драко. — Пожалуйста.  — Ладно, — после нескольких минут тишины проговорила Гермиона, вставая. — Я пойду, пока Блейз не начал искать меня, — она отряхнула мантию и, развернувшись, бросила. — До встречи.  — До встречи, — в тишину ответил Драко, смотря на удаляющуюся спину.

***

Приближалось Рождество. В середине декабря, проснувшись поутру, все обнаружили, что замок укрыт толстым слоем снега, а огромное озеро замерзло. В тот же день близнецы Уизли получили несколько штрафных очков за то, что заколдовали слепленные ими снежки, и те начали летать за профессором Квирреллом, врезаясь ему в затылок. Те немногие совы, которым удалось в то утро пробиться сквозь снежную бурю, чтобы доставить почту в школу, были на грани смерти. И Хагриду пришлось основательно повозиться с ними, прежде чем они снова смогли летать. Все школьники с нетерпением ждали каникул и уже не могли думать ни о чем другом. Гермиона не была исключением. Она ужасно соскучилась по родителям и Джошуа, а ещё по своим старым друзьям. Каково же было её огорчение, когда за две недели до каникул она получила письмо от родителей, в котором писалось, что они и Джошуа уезжают в штаты, и Рождество они будут праздновать там, вместе с мамиными родственниками. Гермиона тогда чуть не расплакалась прямо перед всеми в Большом зале, но благо этого никто не заметил. Она резко встала и выбежала из зала. За ней побежали Драко и Блейз, они попытались успокоить Гермиону, но окончательно это получилось только после того, как Драко сказал, что тоже остаётся на Рождество в школе. Она даже не заметила тогда косого взгляда Блейза, направленного на однокурсника. Также, прошёл уже почти месяц с момента, когда они поняли, что Пушок что-то охраняет под люком. Информацию о Николасе Фламеле они тоже не нашли, а Хагрид молчал, как партизан. Гермиона пообещала себе, что обязательно поищет, как можно больше информации за каникулы. Больше ничего интересного не происходило: Хогвартс весь покрылся снегом; учителя стали задавать всё больше, и больше домашнего задания; ученики мучились над этим домашним заданием, молясь, чтобы каникулы наступили, как можно скорее. И со всей этой новогодней суетой каникулы и вправду наступили намного быстрее, но, увидев сколько домашнего задания нужно сделать за две недели, ученики сомневались будут ли они вообще отдыхать.

***

Утром в Рождество, Гермиону разбудил настойчивый стук в дверь.  — Гермиона, вставай! — послышался с той стороны знакомый голос, и Гермиона кое-как, но встала.  — Я проснулась, — крикнула она, идя в ванную комнату.  — Я буду ждать тебя внизу, — сообщил тот же голос, и послышались отдаляющиеся шаги. Гермиона вздохнула и зашла в ванную. Совершив все утренние процедуры, она оделась и вышла в гостиную, где у ёлки уже распаковывал подарки Драко.  — С Рождеством, Гермиона, — улыбнулся он, как только увидел её.  — С Рождеством, Драко, — улыбнулась в ответ Гермиона. Несколько минут они просто улыбались и смотрели друг на друга, но потом Гермиона поняла, как глупо они сейчас выглядят и, встряхнув головой, подошла к ёлке.  — Что прислали родители? — спросила она, сев рядом с Драко под ёлкой.  — Сладости и фамильный перстень, — гордо произнёс Драко, но под насмешливым взглядом Гермионы стушевался. — А тебе?  — Мои любимые сладости, несколько детективов и два платья — она скривилась на последних словах.  — Чем тебе не угодили платья? — фыркнув, спросил мальчик.  — Они у меня уже вот здесь, — Гермиона указала на шею. — Мама, пока я жила в Лондоне, почти каждый месяц водила меня на различные балы, и я, конечно же, должна быть на каждом в платье. Правда, иногда мне удавалось сбежать… — мечтательно вздохнула Гермиона, а затем пришла в себя. — Наверное, единственный плюс того, что я праздную Рождество в школе — это то, что мне не нужно быть на ежегодном торжественном приёме, который устраивается за несколько дней перед Рождеством. Мне уже жаль Джошуа.  — Ну спасибо, — буркнул Малфой.  — Ладно, — подняла руки в примирительном жесте Гермиона. — Ещё один плюс — праздновать Рождество с тобой. Жалко Блейза нет… — вздохнула Гермиона.  — Ага, — поспешно кивнул Драко, а затем задал уже давно интересующий его вопрос. — А кто такой Джошуа? Просто ты часто упоминаешь его, когда разговариваешь, — выкрутился мальчик, поймав вопросительный взгляд Гермионы.  — Это мой брат, ему пять, — она даже не заметила облегчённого выдоха Драко. — Я так скучаю по нему, — вздохнула Гермиона.  — Тут, кстати, — он махнул головой под ёлку. — Тебе тоже подарок есть. Гермиона нахмурилась, раздумывая от кого может быть этот подарок, но решила узнать экспериментальным путём. Она взяла свёрток в руки и поспешила открыть. Внутри была лишь рамка с фотографией, а на ней пятилетняя Гермиона и незнакомый Драко мальчишка. Судя по тому, как заулыбалась Гермиона, какой-то её знакомый.  — Кто это? — наконец спросил Малфой.  — Мой лучший друг — Адам, — Гермиона заулыбалась ещё сильнее и не заметила, как Драко нахмурился.  — Не припоминаю такого, — буркнул он.  — Он маггл. Мы были соседями.  — Тогда, как он смог отправить тебе подарок? — вдруг спросил Драко.  — Скорее всего, через родителей, — пожала плечами Гермиона. — Даже не знаю, как ему это удалось.  — В смысле?  — Ну, мои родители против нашей дружбы. Просто они знают, что, если я сбегаю из дома, то обязательно либо к Адаму, либо к нашей компашке.  — Компашке? — не унимался Драко.  — Да. Там есть я, Адам и ещё несколько ребят. В основном, конечно, мальчики, но есть и девочки.  — Почему именно мальчишки?  — Потому что, не всем девочкам нравится лазить по деревьям и сбегать из дома.  — Мда… Весёлая у тебя жизнь.  — А то, — улыбнулась Гермиона, вспомнив своих старых друзей. Она даже не заметила, как сильно соскучилась, но у неё были причины. Столько всего произошло… Новая школа, друзья, встреча с Пушком, а затем нападение тролля. Наверное, любой бы на её месте желал вернуть старую жизнь, но… Она не жалела, что всё так обернулось.