Большая маленькая жизнь

      На следующее утро, войдя в большой зал с Джинни и Дафной, негласным образом ставшей третей девчонкой в их небольшой компании, Гермиона первым делом увидела Драко, рассказывающего Тео и Блейзу какую-то забавную историю. Заметив прошедшего мимо слизеринок Гарри, он тут же изобразил обморок, вызвав волну смеха у всего слизеринского факультета. Лишь пара старшекурсников презрительно фыркнули, да команда по квиддичу, слишком занятая обсуждением предстоящих тренировок, не обратила внимания. Грейнджер бросила на них скучающий взгляд, но тут же отдёрнула себя и, уже не в таком хорошем расположении духа, поспешила к своему столу.  — Если ты забыл, я тоже упала в обморок, — плюхнувшись на место напротив Драко, грубее, чем планировалось, напомнила слизеринка — Чего же ты меня не пародируешь?  — Ууу, — заулюлюкал Блейз, удивлённо приподнимая брови — У кого-то плохое настроение? Мне казалось, что ты как никто другой должна радоваться началу учебного года.  — Не выспалась? — влился в разговор Тео, обеспокоенно взглянув на мешки под глазами Гермионы.  — Да там не до сна было, — махнула рукой Гермиона, под хихиканье Дафны и Джинни, вспомнивших прошедшую ночь. Мальчишки недоумённо переглянулись.  — Тебе ближайшие полгода точно будет не до сна, — прежде, чем они что-либо успели спросить, воскликнула Гринграсс, заметив расписание Грейнджер. Блейз присвистнул, взглянув на него через плечо третьекурсницы.  — По-моему, Гермиона, они что-то напутали с ним, — нахмурился Тео, нагнувшись через весь стол — У тебя по десять уроков в день. Столько в учебное время не умещается.  — Я справлюсь. Мы уже всё обсудили с профессором Снейпом, — третьекурсница пожала плечами, стараясь показаться как можно более спокойной.  — Нет, ты только посмотри, — рассмеялся Забини — Сегодня утром в девять часов у тебя прорицание, а под ним, тоже в девять, изучение маглов. И вот еще, — слизеринец пониже нагнулся над расписанием, не веря глазам — Чуть ниже нумерология, и тоже в девять. Конечно, ты у нас самая умная. Но не до такой же степени, чтобы присутствовать на трех уроках одновременно. — Не говори глупостей, — закатила глаза Гермиона — Разумеется, я не буду в одно время сразу на трех уроках. Как я уже и сказала, мы всё обсудили с профессором, не стоит беспокоиться.  — Ну, а как же тогда… — попытался продолжить волшебник, но тут же был перебит.  — Прекращай, Блейз, — осекла его Джинни, выразительно взглянув — Если Гермиона сказала, что всё в порядке, значит так оно и есть. И передай, пожалуйста, солонку.  — Как скажешь, — третьекурсник передал слизеринке два керамических сосуда — Но всё же…  — Скажи, Блейз, почему тебя так волнует моё расписание? Я ведь сказала, что всё в норме, — Гермиона, наконец, запихнула в сумку несчастный листок.  — Просто не понимаю, как ты собираешься совмещать учёбу с квиддичем, — пожал плечами Забини.  — Кстати, о квиддиче, — оживился Драко и повернулся к столу красно-золотых — Поттер, — привлёк он внимание гриффиндорца — Готов потерпеть поражение на квиддичном поле? Хотя, ты, должно быть, уже привык.  — С чего это ты взял, что вы выиграете? — вставая со своего места, выплюнул Рон — Грейнджер больше не в команде, а она единственная причина, по которой вы выигрывали.  — С чего ты взял, что она не в команде? — раздался голос позади Гермионы, заставив еле заметно вздрогнуть. Волшебница подняла вопросительный взгляд на Грэхэма Монтегю — нового капитана слизеринской сборной, но тут же взяла себя в руки.  — Я утру нос тебе и всему твоему факультету, Уизли, — задрав подбородок, насмешливо бросила Грейнджер — Без обид, — обратилась она к Джорджу, Фреду и Гарри, но тех, кажется, даже не задела грубость слизеринки.  — Кто кого, Грейнджер, — весело ухмыльнувшись ответили близнецы.  — Надо поговорить, — прошептал на ухо Гермионе Монтегю и тут же поспешил на выход из Большого зала. Грейнджер, извинившись перед друзьями, поспешила за ним.

***

За первые два года нахождения в слизеринской команде, Грэхэм успел застать целых четыре, ничем не отличающихся друг от друга, ловца. Слизеринский факультет, полный потенциальных игроков в квиддич, практически не имел учеников, желающих попробовать себя в этой роли, в то время как остальные сборные имели не только ловцов, но и замену им, и замену замене. Флинт злился тому, что они всё время проигрывали гриффиндорцам, а затем и рейвенкловцам, даже не задумываясь о том, что проблема в постоянной смене членов команды. Квиддич — командная игра, Грэхэм всегда так считал и окончательно убедился, когда на его третьем курсе в команду пришла Гермиона Грейнджер, сразившая на повал слизеринцев ещё на первой тренировке, поймав снитч за жалкие семь минут, что было рекордом. Многие считали это удачей, но Монтегю знал, что дело в том, что эта первокурсница играла на команду, а не на себя или публику; она следила за ходом игры, видела знаки, которые ей подавали игроки, убеждалась в том, что ей не помешают и тогда начинала охоту за золотым шариком. И ловила его, вызывая восхищение зрителей и сокомандников. Поэтому, когда Маркус исключил её из команды, Грэхэм знал, что следующая игра стала бы для них проигрышной. И был благодарен судьбе-злодейке и Дамблдору, отменившему все игры, лишая возможности опозориться и дать окружающим повод говорить, что единственная причина, по которой Кубок квиддича доставался слизеринцам — второкурсница, валяющаяся в Больничном крыле. Пускай, это, во многом, было правдой, но Грэхэм отказывался давать все лавры Грейнджер. В этом он был схож с Флинтом. Маркус Флинт. Монтегю скривился, только произнеся это имя в своей голове. Хотелось смеяться, вспоминая, как он обожествлял капитана команды на своём втором курсе за то, что взял его в команду. Его. Обычного второкурсника с ни особо хорошей физической подготовкой, и не такой уж и громкой фамилией. И, о Мерлин, спасибо Эдриану, который, на правах лучшего друга, решил открыть глаза новоявленному охотнику. И у него получилось. Грэхэм, наконец, увидел, что капитан команды по квиддичу не так уж хорош. Грэхэм вынес для себя основные ошибки Флинта и сейчас, став капитаном, не собирается их повторять. Ошибка номер один Маркуса Флинта: выгонять из команды сильных игроков, из-за собственных убеждений. Так он поступил с Грейнджер, и сейчас Грэхэм намерен всё исправить. С такими мыслями он поднял глаза на третьекурсницу, уже несколько минут ожидавшую от него каких-то действий. Она, казалось, только и ждала момента, когда он взглянет на неё.  — Послушай, Грэхэм…  — Вернёшься в команду? — перебил он её, Гермиона в удивлении приподняла бровь, и слизеринец продолжил — Флинт был сексистом, выгнавшим тебя из команды из-за каких-то своих тараканов. А я не собираюсь быть таким же идиотом-капитаном, как и он. Ты сильный игрок, Гермиона. Только идиот, вроде Маркуса, этого не признает. Нам такие нужны.  — Я не тренировалась большую часть прошлого года и всё лето. Уверен, что я всё тот же сильный игрок? — волшебница говорила скучающе, будто её сердце не скачет сейчас, как бешенное, но Грэхэм разглядел волнение в её глазах.  — У нас ещё есть время привести тебя в форму, — пожал он плечами и улыбнулся, увидев в какой шок сумел привести собеседницу.       Именно в этот момент, перешучиваясь, из Большого зала вышли Тео, Драко, Блейз, Дафна и Джинни. Последняя сразу же попрощалась с ребятами и, под руку с блондинкой из Рейвенкло, умчалась на Трансфигурацию. Тео чмокнул Гринграсс в щечку, и она тоже упорхала, только уже на Нумерологию. Мальчишки же, заметив подругу, остановились.  — Гермиона? — позвали они, вглядываясь в её удивлённое лицо. Слизеринка отмахнулась.  — Я вас догоню, — бросила она и, проследив за тем, как они уходят, повернулась обратно к Монтегю — У нас?  — Квиддич — командная игра, — пожал плечами он — Флинт этого не понимал, но я понимаю. Грэхэм отвернулся и начал уходить, но затем всё же обернулся.  — Жду на тренировке в эту субботу, Грейнджер. Не опаздывай.

***

      Гермиона, не скрывая яркой улыбки, догнала Тео, Блейза и Драко, остановившихся на площадке восьмого этажа, дабы восстановить дыхание. Слизеринка внезапно поняла, что, слишком обрадованная возвращением в команду, не заметила, как пробежала несколько этажей, без остановок и сейчас стоит, опираясь на колени, тяжело дыша.  — И вы, молодой человек, ещё и являетесь охотником? — насмешливо спросил незнакомый голос, обращаясь явно к Драко. Гермиона оглянулась, в поисках грубияна, и наткнулась на крошечного рыцаря, ехидно улыбающегося с картины.  — При всём моём уважение, — выпрямился Малфой, откидывая волосы назад — Вы тоже выглядите не самым бодрым.  — Грубиян! — воскликнул он, вытаскивая меч из ножен — Заявился на мою территорию и смеет так по-хамски себя вести.  — Вы, вообще-то, первый начали, — заступилась за друга Гермиона — И ваша территория только полотно картины. Остальное — нет.  — Прекращайте, — одёрнул друзей Блейз, ближе подходя к картине — Простите моих друзей.  — Вы не умеете выбирать себе друзей, юноша, — всё ещё размахивая мечом, запричитал рыцарь.  — Простите. Моя подруга просто защищала своего молодого человека, — заверил Забини и тут же ойкнул. — Ты что несёшь? — ущипнул его Малфой, покраснев — Какой ещё молодой человек?  — Успокойся, — потирая место ушиба, прошептал мулат — Я знаю, что говорю.  — О! — восторженно воскликнул маленький человечек, выронив меч из рук — До чего дожили! Раньше мужчина защищал даму своего сердца, а теперь… — рыцарь махнул рукой, а затем наклонился ближе к ребятам, будто рассказывая секрет — Моя Лорочка была такой же.  — Лорочка? — переспросили ребята, удивлённо смотря на смягчившегося рыцаря.  — Лорочка, — кивнул он, мечтательно вздохнув — Дама моего сердца. Всегда меня защищала. Также, как и вы своего молодого человека, — обратился человечек к Гермионе — Конечно, могли бы найти себе получше…  — Да как он смеет! — оскорблённо прошептал Драко.  — Послушайте, сэр, — воспользовался Блейз заминкой рыцаря — Мы ищем Северную башню. Может, вы знаете, как туда пройти?  — Вы сбились с пути! — вскочил он, клацнув доспехами — Следуйте за мной, друзья! Мы достигнем цели или геройски погибнем в схватке с врагом! — попытался влезть на коня-толстяка, которого ребята только сейчас заметили, но не смог — Тогда пешком, сэры, прекрасная леди и блондинистый грубиян. И он помчался, бряцая доспехами, к левому краю полотна. Выскочил из рамы — только его и видели. Слизеринцы сорвались с места, следуя за удаляющимся лязгом. Иногда рыцарь появлялся, вбежав в очередную картину, и опять исчезал, слышался только шум его доспехов.  — Крепите дух пред тяжким испытанием! — крикнул на высокой ноте рыцарь, объявившись среди растревоженных дам в кринолинах. Полотно с дамами висело на стене в самом начале узкой винтовой лестницы. Шумно отдуваясь, Драко, Блейз, Тео и Гермиона потопали вверх по крутой спирали ступенек и наконец услыхали над головой многочисленные голоса — значит, кабинет прорицаний где-то совсем рядом.  — Прощайте, друзья! — крикнул рыцарь, ныряя головой в картину со зловещего вида монахами. — Прощайте, мои соратники! Если когда-нибудь вам понадобится благородное сердце и стальные мускулы, кликните сэра Кэдогана!  — Кликнем, — пробурчал Драко, стараясь привести себя в порядок, едва рыцарь пропал из виду — Когда понадобится сумасшедший. Еще несколько ступеней, и они очутились на тесной площадке, где столпился весь класс. На площадку не выходила ни одна дверь. Блейз толкнул ребят и указал на потолок — там была круглая дверца люка с бронзовой табличкой, гласившей: «Сивилла Трелони, профессор прорицания».  — Как же мы туда попадём? — послышался вопрос из толпы. И точно в ответ, дверца люка внезапно открылась и прямо к ногам Гермионы опустилась серебристая веревочная лестница. Класс в изумлении притих.  — Только после вас, — улыбнулся Забини. И Гермиона полезла первая. Она очутилась в очень странном классе. Скорее это был не класс, а что-то среднее между мансардой и старомодной чайной. В комнате, погруженной в красноватый полумрак, теснились примерно двадцать круглых столиков в окружении обитых пестрой тканью кресел и мягких пуфиков. Шторы на окнах задернуты, многочисленные лампы задрапированы темно-красным шелком. Было очень тепло и душно, в камине под заставленной странными вещицами каминной полкой горел огонь, издавая тяжелый дурманящий аромат. На огне закипал большой медный чайник. Круглые стены опоясаны полками. Чего только на них не было: запыленные птичьи перья, огарки свечей, пухлые колоды потрепанных карт, бесчисленные магические кристаллы и полчища чайных чашек. За Гермионой из люка показался Тео, а затем и Драко с Блейзом. Скоро к ним присоединился весь класс, говоривший почему-то шепотом.  — И где она? — спросил Драко, с пренебрежением осматривая комнату.  — Добро пожаловать, — раздался откуда-то из полумрака приглушённый, почти неземной, голос — Как приятно видеть вас наконец в вашем физическом облике. Профессор Трелони оказалась очень худой, толстые стекла очков многократно увеличивали и без того огромные глаза, на плечах газовая в серебряных блестках шаль. С тонкой шеи свисали бесчисленные цепочки и ожерелья, пальцы и запястья украшали перстни и браслеты.  — Садитесь, деточки, садитесь, — поправляя шаль, приглашала женщина. Толкаясь, ученики стали рассаживаться то в кресло, то на пуфы. Гермиона, Тео и Драко сели вокруг одного стола. Блейз вымученно сел за соседний, вместе с Гойлом и Крэббом, не прекращающими жаловаться.  — Только из-за того, сколько досюда идти, можно отказаться от Прорицаний, — в очередной раз проворчал Винсент. Урок обещал быть интересным.

***

Трансфигурация с гриффиндорцами проходила невероятно тихо. Профессор МакГонагалл не переставала вещать об анимагах — волшебниках, которые могут по желанию обратиться в зверя. И Гермионе было до жути интересно, но из-за урока Прорицаний она не могла сосредоточиться. Даже не из-за урока, — для себя Грейнджер решила, что как только появится возможность, она откажется от этого предмета и забудет его, как страшный сон — а из-за постоянных взглядов однокурсников, направленных на неё. Всё эта глупая Трелони. Нагадала ей смерть и теперь небось преспокойненько сидит в своей недочайной, а Гермиона должна терпеть эти идиотские взгляды, будто все только и поджидают момента, когда она свалится замертво. Одно радовало. Смерть, кажется, нагадали не только ей: на Гарри, так отчаянно пытающегося спрятаться за учебником, не переставая пялились гриффиндорцы. Грейнджер бросила на него сочувствующий взгляд и наконец обратила внимание на преподавателя. Профессор с легким хлопком обратилась из кошки обратно в человека.  — Что сегодня такое со всеми вами? — недоумённо спросила она — Это, разумеется, неважно, но еще никогда не было, чтобы превращение в кота и обратно не вызвало аплодисментов. И хотя все взгляды снова обратились на слизеринку и гриффиндорца, класс будто в рот воды набрал. Гермиона тяжело вздохнула, Гарри опустился ещё ниже на стуле.  — Дело в том, профессор, что у сегодня был первый урок прорицаний, мы гадали по чаинкам, — подняла руку Лаванда Браун — Ну и…  — Ах, вот оно что! Тогда все ясно, — МакГонагалл нахмурилась — Можете, мисс Браун, не продолжать. Так кто же в этом году должен умереть? Опять молчание.  — Я, — наконец произнёс Гарри, всё-таки выглянув из-за учебника.  — И Грейнджер, — бросил кто-то из гриффиндорцев. Слизеринка нахмурилась: до чего же быстро по этой школе разлетаются слухи!  — В этом году эта женщина побила свой рекорд. Сразу двое учеников в первый день обучения…! — пробормотала женщина, поджав губы — Что ж! — произнесла она уже весь голос, переводя взгляд с Гарри на Гермиону — Сивилла Трелони с первого дня появления в школе ежегодно предсказывает скорую смерть одному из студентов. Никто, однако, до сих пор не умер. Знакомство с классом она начинает с предзнаменований смерти. Очень это любит. Я никогда не говорю плохо о моих коллегах, — профессор умолкла, и ноздри у нее побелели. Справившись с собой, она продолжила — Прорицание — самая неточная ветвь магических знаний. Не стану от вас скрывать, я к ней отношусь недостаточно терпимо. Настоящие ясновидцы чрезвычайно редки, и профессор Трелони… МакГонагалл опять умолкла и затем обратилась к гриффиндорцу и слизеринке своим обычным деловым тоном.  — Вы прекрасно выглядите, Поттер. Как и вы, Грейнджер. Так что, не будьте на меня в обиде, если я не освобожу вас от домашнего задания. Но не сомневайтесь, в случае смерти выполнять его не обязательно. По классу прошла волна смеха, и Гермионе стало легче дышать. Вместе со смехом зазвенел звонок, и третьекурсники устремились на обед в Большой зал. За столом Слизерина уже сидели Джинни и Дафна, обсуждая что-то. Заметив друзей, они прекратили.  — Если кто-то скажет ещё хоть что-то об этом глупом предсказании, я нашлю на этого человека порчу, — заявила волшебница, прежде, чем девочки успели открыть рот.  — Гермиона, но это важно! — воскликнула наиболее суеверная из всей компании — Джинни — Тебе нагадали Гримма, это не шутки.  — Так все уже знают, что именно мне нагадали? — раздражённо спросила Гермиона, накладывая себе картофельное пюре.  — Ну, не все… — замялась слизеринка, но затем расправила плечи — Это не важно…  — Как и не важно то, что мне нагадали, — перебила третьекурсница, не смотря на подругу — Гарри, вон, тоже Гримма нагадали.  — Ну, учитывая то, как часто ты вляпываешься во всякие передряги из-за Поттера, я не удивлюсь, если умрёшь ты тоже с ним, — вполне серьёзно заявил Блейз.  — Да не умру я! — воскликнула Грейнджер, привлекая внимание однокурсников — Я не собираюсь умирать в ближайшее время, а если соберусь, то вы узнаете об этом первые, — продолжила она шёпотом, а затем отправила в рот кусочек бифштекса, ставя точку в разговоре.

***

Всё же, как бы Драко не ворчал всю дорогу до главных дверей школы, выйти после обеда на улицу было одним наслаждением: после вчерашнего дождя небо ясное, бледно-серое, влажная трава пружинила под ногами.       Гермиона вздохнула полной грудью, чувствуя, что плохое настроение, навеянное первым уроком, постепенно уходит. Возможно, первый день учёбы ещё не потерян…  — Гермиона! — окликнул слизеринку знакомый голос. Волшебница поморщилась. «Рано радовалась» — хмыкнула себе под нос она.  — Эдриан? — изо всех сил выдавливая из себя улыбку, удивилась Грейнджер — У вас разве не Зельеварение сейчас?  — Оно самое, — утвердительно кивнул Пьюси — Но Снейп сегодня отлучался по каким-то личным делам, так что он опоздает — пояснил он, заметив вопросительный взгляд подруги, а затем окинул выразительным взглядом её друзей, слушающих весь разговор — Мы можем поговорить?  — Конечно, — кивнула третьекурсница и повернулась к своим друзьям — Идите, я догоню вас, — бросила она, но чуть качнула головой, как бы прося не исполнять её просьбу.  — Мы подождём… — начал Драко, и Грейнджер почти вздохнула с облегчением, как…  — Как скажешь, — пропела Дафна и, схватив ребят под локти, начала уводить, напоследок подмигнув Гермионе.  — Какого чёрта, Гринграсс?! — услышала она голос Драко, перед тем, как повернуться обратно к пятикурснику.  — О чём ты хотел поговорить? — улыбнувшись, спросила волшебница.  — Ты бы не хотела… — тихо начал Эдриан, но, взглянув куда-то за спину слизеринки, прочистил горло и продолжил увереннее — Не хотела бы прогуляться сегодня у Чёрного озера, часиков в пять?  — Оу, я… — замялась Гермиона — Знаешь, МакГонагалл задала много домашки, не думаю, что сегодня получится.  — Конечно, — понимающе кивнул парень — Прости, что отвлёк, я пойду, — разворачиваясь чуть разочарованно произнёс он.       «Заставлять его не спать ночами, в ожидании твоего «да» или «нет» — бессердечно!» — пронёсся в голове возмущённый голос Джинни, и Гермиона, прежде, чем успела себя остановить, окликнула охотника:  — Эдриан! — парень резко обернулся, будто этого и ждал, и с надеждой взглянул на волшебницу. Она замялась — Я думаю, что смогу освободить время. В конце концов, Трансфигурация у нас не завтра.  — Тогда я буду ждать тебя у озера, — наигранно спокойно произнёс Пьюси, скрывая нарастающую радость — Ровно в пять.  — Ровно в пять, — повторила третьекурсница и, кивнув на прощание, поспешила к хижине лесничего. И подоспела как раз вовремя: Хагрид стоял у двери в кротовой шубе, со своим псом — Клыком. Весь его вид выражал нетерпение — ведь это был первый в его жизни урок.  — Скорее идемте! — закричал он, когда ученики подошли метров на десять — Какой урок я для вас приготовил! Сейчас увидите. Все за мной, вперед! Грейнджер встретилась взглядом с Дафной, шедшей в компании Миллисент и Трейси. Гринграсс приподняла брови в вопросе, но Гермиона покачала головой.  — Потом, — прошептала она одними губами и продолжила идти вместе с остальными ребятами. На какой-то миг Гермиона с содроганием подумала, что Хагрид ведет их в Запретный лес. Прогулки по этому лесу были для неё столь тяжким испытанием, что она до конца дней их не забудет. Но Хагрид повел их вдоль опушки, и скоро они оказались у ограды просторного загона. В нем никого не было.  — Прошу всех встать вдоль изгороди! — распорядился полувеликан — Чтобы всем… э-э… Было хорошо видно. А теперь первым делом откройте книжки…  — Что-о? — удивился Драко, стоя рядом с Гермионой — Как это откройте?  — А? — переспросил лесничий, не поняв вопроса.  — Как мы будем их открывать? — членораздельно повторил слизеренец, явно издеваясь над преподавателем. Гермиона бросила на него остерегающий взгляд, но Драко сделал вид будто не заметил этого.       Хагрид вынул свой учебник, который был крепко-накрепко перевязан длинной веревкой. Все остальные тоже достали опасные книжки. Одни, как Блейз и Тео, стянули свою ремнем, многие засунули в тесную папку с молнией, кто-то усмирил огромными скрепками. — Это совсем просто… Надо только ее погладить, — лесничий говорил так, точно речь шла о самой естественной вещи. Он взял у Гермионы учебник и содрал с него широкую клейкую ленту. Учебник тотчас клацнул страницами, нацелясь откусить Хагриду палец, но лесничий огромным указательным пальцем успел погладить его корешок. Книга вздрогнула, раскрылась и послушно легла на его широкую ладонь. Мужчина вернул учебник ученице.  — Ах, какие мы все глупые! — насмешливо воскликнул Драко. Гермиона бросила на него более раздражённый взгляд — Оказывается, всего только надо погладить! А мы и не знали!  — Я… я… думал, они такие милые, — неуверенно сказал Хагрид, взглянув на Гермиону. Третьекурсница улыбнулась, подбадривая.  — Просто милашки! — не прекращал волшебник — Хороша шутка, рекомендовать учебник, готовый оттяпать руку.  — Прекрати, Драко, — прошептала слизеринка, поглядывая на Хагрида, выглядящего крайне несчастно.  — Да ладно тебе, Гермиона, — прошептал Малфой, наконец оставив преподавателя — Я же просто шучу.  — Это не смешно, — отрезала ведьма, отворачиваясь. Драко хмуро взглянул на Блейза и Тео, неодобряюще качающих головами.  — Ну… ну вот… — Хагрид, очевидно, потерял нить дальнейших действий. — Теперь у вас… это, значит… есть учебники. Но главное — волшебные существа. Пойду сейчас приведу. Подождите… Лесничий пошел в лес и скоро скрылся за деревьями. Но прежде, чем ученики успели начать обсуждать нового преподавателя, послышался топот копыт.  — Ой-ой-ой, — противно взвизгнула Пэнси, махнув в сторону дальнего конца загона. Оттуда к ним галопом приближалось около дюжины самых странных существ: туловище, задние ноги и хвост коня, передние лапы, крылья и голова — орлиные; сильный стального цвета клюв и огромные блестящие, как апельсины, глаза. Когти на передних лапах величиной в треть метра — настоящее орудие убийства. На каждом животном кожаный ошейник, вместо поводка — длинная цепь. Концы поводков крепко зажаты в огромных ручищах Хагрида, который рысью следует за «волшебными существами».  — Но! Но! Вперед! — оглушительно кричал лесничий, гремя цепями и направляя упряжку к изгороди, за которой стояли ученики. Подъехав ближе, он привязал зверей к частоколу, ученики опасливо попятились — Ну как? — Хагрид потёр ручищи одну о другую. Лицо его сияло восторгом — Если хотите, можете подойти ближе. Желающих, кроме Гарри и Рона с Гермионой, не нашлось. Троица осторожна приблизилась к изгороди.  — Гермиона, ты что с дуба рухнула? — окликнул слизеринку Блейз, но она, завороженная красотой животных, даже не услышала.  — Перво–наперво запомните, — произнёс Хагрид — Это зверь гордый. Никогда ему не грубите. Не то и с белым светом проститься недолго. Гиппогриф все делает по своему хотению и очень любит блюсти церемонию, — продолжал он — Подойдешь к нему, поклонись. И жди. Он в ответ поклонится, можешь его погладить. Если на поклон не ответит, не тронь и скорее отойди подальше: когти у него как сталь. Кто первый хочет познакомиться? Ученики еще на шаг отступили от изгороди. Гермиона почувствовала, как её за руку оттягивают обратно. Обернувшись, она встретилась взглядом с Драко.  — Ты чего? — почему-то шёпотом спросила Грейнджер, не отрываясь смотря на друга.  — Рано тебе ещё умирать, — пожал плечами Малфой, бросив подруге мимолётную улыбку.  — Никто не хочет? — умоляющим голосом переспросил лесничий, и слизеринка отвела взгляд от серых глаз напротив, взглянув туда, где стояла секундой ранее: там, не уверенно переминаясь, стояли Гарри и Уизли.  — Я хочу, — внезапно решился Поттер, расправив плечи. Рон взглянул на него, как на сумасшедшего. Гарри отмахнулся от друга, начавшего что-то взволнованно шептать, и перемахнул через изгородь.  — Молодец, Гарри! — закричал Хагрид, — Я уверен, ты с Клювокрылом поладишь! — он отвязал сизого гиппогрифа и снял с него ошейник. Школьники по другую сторону забора затаили дыхание — Спокойно, Гарри, — громыхал лесничий — Гляди ему прямо в глаза, называется «глазной контакт». Старайся не моргать. Гиппогрифы не верят тому, кто часто моргает. Гермиона, предчувствуя что-то плохое, напряжённо следила за другом и животным, которое, повернув тяжёлую голову к мальчику, воззрился на него немигающим взглядом.  — Хорошо, Гарри, хорошо, — говорил мужчина — Теперь кланяйся, — Поттер сделал так, как было велено, но гиппогриф не шевельнулся, продолжая высокомерно глядеть на мальчика — Гарри! — забеспокоился Хагрид — Ступай назад, скорее, но не резко… Животное зашевелилось, и Гермиона, вздрогнула, схватившись за чью-то руку. Гиппогриф, к огромному облегчению слизеринки, поклонился гриффиндорцу. Грейнджер выдохнула и наконец повернулась в сторону человека, за ладонь которого цеплялась, и тут же встретилась с знакомыми серыми глазами.  — Беспокоишься за Поттера? — сильнее сжав руку подруги, спросил Драко, не обращая внимания ни на гриффиндорца, которого лесничий посадил на животное, ни на окружающих.  — Конечно, я беспокоюсь за него, Драко, — ответила Гермиона, также, как и несколько минут назад, не отрывая взгляда. Только сейчас она поняла, как близко друг к другу они стоят: она могла рассмотреть каждую ресничку слизеринца — Он мой друг, — моргнув добавила она, будто выйдя из оцепенения и отвернулась, аккуратно выдернув руку. Драко недовольно фыркнул, стараясь унять поднимающееся раздражение.  — Ты великий наездник, Гарри! — восхищался Хагрид учеником, когда тот слез с гиппогрифа. Гриффиндорцы встретили его громкими овациями — Кто еще хочет? Ученики хотели: Перелезли через забор, Хагрид отвязал гиппогрифов, и скоро весь загон представлял собой удивительное зрелище — мальчишки и девчонки, немного побаиваясь, кланялись, пестрые чудища приседали. Невилл Лонгботтом был вынужден несколько раз убегать от своего крылатого партнёра. Гермиона с Дафной облюбовали гиппогрифа с светлыми, практически платиновыми, пёрышками.  — Значит, тебе больше нравятся блондины? — хитро спросила Гринграсс у сокурсницы. Грейнджер поперхнулась и, покраснев, ущипнула подругу — Ой! — пискнула она — Я же просто спросила. Гермиона скептически приподняла бровь, но в итоге просто отвернулась, осматривая остальных учеников: Драко, не проявляя особого почтения, поглаживал Клювокрыла. Слизеринка нахмурилась.  — Это совсем просто, — говорил он, растягивая слова, как всегда делал на публике — Я в этом не сомневаюсь. Раз даже Поттер справился… Держу пари, — обратился он к животному — Ты ничуть не опасен! Ты глупый, огромный, уродливый зверь. Никто даже не понял, как это произошло: в один момент всё нормально, а в другой Драко Малфой уже, крича, лежал на траве, мантию расцвечивали ярко–красные пятна крови. Хагрид, нацепив на Клювокрыла ошейник, начал уводить животное.  — Драко, — подскочили к волшебнику Тео, Блейз, Дафна и Гермиона, но тут же замерли, не зная, что делать.  — Хагрид! — позвала лесничего Грейнджер, бегло осмотрев друга — Его нужно отвести в Больничное крыло!  — Я умираю, — застонал Драко, схватившись за руку слизеринки — Да, я умираю! Он убил меня!  — Не умираешь, — сказал бледный, как полотно преподаватель, подхватывая Малфоя на руки — Помогите мне кто-нибудь. Его надо унести отсюда. Дафна, презрительно фыркнув, бросилась открывать ворота паддока. Хагрид со всех ног побежал к входу школы, Гермиона, чью руку Драко так и не отпустил, еле догоняла лесничего, слыша, как за ними пытаются поспевать Гринграсс, Забини и Нотт. Взглянув на побледневшего друга, Грейнджер впервые жизни искренне выругалась. Про себя конечно. «Дерьмо» — пронеслось у неё ещё раз в голове, когда она заметила, что кровь продолжает капать на землю.