Взаимная выгода

Дверь поддалась с едва слышным скрипом. В образовавшуюся щель Тони увидел фойе пентхауса. Мир здесь был другим. После холодной стерильности лестницы его встретил оазис роскоши. В огромном электрическом камине из чёрного мрамора тихо мерцал огонь, создавая нужный эффект тепла. На столике из красного дерева стоял один-единственный бокал с янтарной жидкостью, в которой отражалось искусственное пламя электрического камина. И в центре всего этого, спиной к нему, в глубоком кресле сидел человек. Он не обернулся на звук открывающейся двери. Он просто сидел и смотрел на ночной город за панорамным окном. — Сегодня ночь особенно темная. — Голос Обадаи Стейна был спокоен, почти дружелюбен и до отвращения знаком для Старка. — Я не ожидал, что ты придешь так рано. Не успел накрыть на стол. Тони шагнул в комнату. Его броня тихо гудела, но этот звук казался оглушительным в вязкой тишине пентхауса. — Как жизнь, Обадая? Стейн наконец соизволил повернуться. Движение было медленным, плавным, почти ленивым. На его лице играла лёгкая, почти отеческая улыбка, от которой у Тони всегда сводило зубы. Шрамов от прошлой встречи почти не было видно, но тело явно пострадало от выброса энергии, сковывая все движения. — Жизнь? — переспросил он, словно пробуя слово на вкус. — Жизнь, Тони, это игра, тебе ли не знать? И не ты ли поставил мою игру на паузу восемь лет назад. Присядь, нас ждет долгий разговор. — Он сделал приглашающий жест в сторону второго кресла, стоявшего напротив его собственного. — Боюсь, мой костюм не предназначен для кресел Чиппендейла, — парировал Тони, не двигаясь с места. Его визор сканировал комнату, но без Пятницы это было похоже на попытку читать книгу через замочную скважину. — К тому же, я не вижу на столе ничего, кроме одного бокала. Не слишком гостеприимно. Стейн тихо рассмеялся. Смех был сухим, безжизненным, как шелест старых газет. — Гостеприимство? О, Тони... — Он встал и медленно подошёл к панорамному окну. Его отражение наложилось на огни ночного города, превратив его фигуру в призрака, парящего над Манхэттеном. — Твой дружок Коулсон был не слишком гостеприимен, запирая меня в камере в скале на краю мира. Мог бы хоть раз навестить старого друга. — Значит все-таки месть… — констатировал Старк. — Фу… банально. — Месть? — его голос прозвучал на удивление мягко. — Нет, мальчик мой. Месть — это удел слабых и обиженных. Я давно тебя простил. — Он обернулся, и в его взгляде было только холодное, ледяное спокойствие. — Подумай сам. Это было... алаверды. Я пытался убить тебя, ты забрал мою свободу. Мы квиты, Тони. Мы в расчёте. То, что происходит сейчас... это уже не месть. Это просто бизнес. Новый порядок требует новых инструментов, и я — один из них. — Новый порядок? — переспросил Тони. Стейн едва заметно кивнул, словно учитель, довольный правильным вопросом ученика. — Именно. Порядок, Тони. Не тот, что вы с Мстителями пытаетесь навязать, размахивая молотами и щитами. А настоящий. Естественный. Мир, где сильные берут то, что хотят, а слабые... — он пожал плечами, — служат фундаментом для их величия. — Звучит как речь для злодеев из комиксов пятидесятых. «Я буду править миром» и всё такое. Ты же всегда был умнее этого, Обадая. Да и к тому же, ты немного отстал от жизни. Новости не читаешь? Мстителей больше нет. — О, я не читаю новости, — голос Стейна упал до шёпота. — Я их пишу. Тони... Ты всё ещё мыслишь как инженер. Думаешь, если убрать из уравнения переменные «Капитан Америка», «Тор» и «Чёрная Вдова», то само уравнение исчезнет? — Он сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию. — Глупец. Вы не были причиной порядка. Вы были симптомом. Последним отголоском старого мира, который цеплялся за жизнь. А когда вы исчезли... — он щёлкнул пальцами, и звук эхом разнёсся по пустому пентхаусу, — ...вакуум заполнился. Одиночками… непредсказуемыми и очень опасными. — Он подошёл к столику и взял свой бокал. — Ты всегда был такой проблемой, Тони. Непредсказуемой переменной. Но даже твоя непредсказуемость подчиняется определённым... — Он сделал глоток и посмотрел на Тони поверх кромки бокала, — шаблонам. И я их выучил наизусть. И сделаю это с каждым. Вы не можете спасти систему. А я могу. Я могу построить новую. Более стабильную. Более... предсказуемую. — Стейн, видимо, приняв молчание Старка за капитуляцию, удовлетворённо кивнул. — Вот и всё. Долгие разговоры всегда утомляли тебя. Ты человек действия, а не слов. Как и я. — Он медленно, демонстративно поставил бокал на столик. — Честно? Я потерял мысль уже пару предложений назад. — признался Старк. — Но я могу точно сказать, что ты всегда был хорошим учеником, Обадия, — голос Тони был тихим и лишённым эмоций, но от этого звучал ещё более жутко. — Всегда повторял за другими. Сначала за моим отцом. Теперь за кем-то ещё. Деньги, власть, я бы поверил, но все что ты тут рассказывал… — Он склонил голову набок, словно изучая редкий вид насекомого. — «Новый порядок»? «Вакуум заполнился»? Ты говоришь чужими словами, Стейн. Словами человека, который манипулирует тобой, как марионеткой. Ты думаешь, ты архитектор этого мира? Нет. Ты просто каменщик, который кладёт кирпичи по чужому чертежу. И когда здание будет достроено, тебя спишут в утиль. — Ты всегда был проницателен... до самого конца, — голос Стейна был тихим, но в нём звенела сталь. — Но, как обычно ты ошибся. — Он взглянул на часы и беззвучно чертыхнулся, — Тебя не смутило, что ты не встретил в небоскребе ни одной души, пока пробирался сюда? Ну да ладно. Самое веселое будет в Квинсе, но ты этого уже не увидишь. Он медленно, почти лениво, нажал кнопку на маленьком пульте, который всё это время держал в руке. В тот же миг под ногами Тони что-то глухо щёлкнуло. Визор вспыхнул красным. Мир погас. Системы брони, лишённые энергии, отключились одна за другой, словно кто-то выдрал из неё душу. Аварийные системы тоже отключились, не давая Тони покинуть свой высокотехнологичный обеспеченный панцирь. Броня с Тони Старком внутри просто рухнула ничком на отполированный пол. Стейн даже не подошёл к поверженному врагу. Он знал, что времени у него осталось не так уж и много. Он выиграл, но нужно уносить ноги. Он развернулся и, не оглядываясь, направился к выходу на террасу. Его работа здесь была закончена. Моментально к перилам балкона подлетел черный частный вертолет без обознавателтных знаков, бросая небольшой, но достаточно удобный трап. Стейн спокойно прошёл в кабину. Вертолёт тут же начал набирать высоту, унося его прочь от «Глобал Тауэр» — прочь от места, где только что пал Железный Человек. Никто не видел его триумфа. Но он его чувствовал. Вертолёт Стейна был уже в двух кварталах, когда основание небоскрёба содрогнулось. А затем... здание начало складываться внутрь себя, как карточный домик. Оно не падало набок, а проваливалось в себя, погребая под тоннами бетона все тайны пентхауса и то, что осталось от Железного человека. Через минуту на месте одного из самых высоких зданий Манхэттена была лишь гигантская гора пыли и обломков.

***

«Кинжал» бесшумно скользил над крышами ночного Бруклина. Для Триш, сидевшей за штурвалом, мир превратился в калейдоскоп данных: голографические проекции, траектории полёта, показатели высоты и скорости — всё это проецировалось в очки ЭДИТ. Управление было интуитивным, но непривычным. Одно неверное движение — и они врежутся в небоскрёб. — Триш, ты как? — спросил Роуди через канал связи с ЭДИТ. — Стараюсь не угробить нас, — процедила она сквозь зубы, ловко маневрируя между двумя башнями. — Эта штука... она как живая! Она так и пытается нас сбросить! — Не дрейфь. Вы пролетели уже больше половины пути. Знаешь что? Может прогодиться! «Кинжал» летит за счет антигравитационных двигателей, но их можно использовать и в обратную сторону. Снимаются они как арк-реактор. Против часовой стрелки. А еще в носу установлена лазерная пушка, слабая, но чтобы пробить шину машины или сбить дрон — в самый раз. На фоне раздался восторженный визг Нэда, который сидел позади Роуди. — Это просто... это... ЛАЗЕРНЫЕ ПУШКИ! Я сейчас умру от счастья! Мишель, сидевшая рядом с ним, лишь закатила глаза. — ЭДИТ, — голос Триш снова стал серьёзным. — Мне нужно, чтобы ты кое-что проверила. Пятница была взломана, я хочу знать какую информацию она скрывала или искажала. В эфире повисла короткая пауза. — Мисс Уилсон, я не могу это сделать, — ответила ИИ непривычным для Триш голосом, — Я не подключена к серверам Пятницы. Вероятно сервера обесточены. У меня нет доступа к её данным. Триш тихо выругалась. — Значит, мы слепы. — Не совсем, — вмешался Роуди. Его голос звучал напряжённо, но уверенно. — Нэд, Мишель, готовы немного поработать? — Это так круууто! — взвыл парень. — Нэд, соберись! — строго сказала Триш. — Я в адеквате, — подхватила Мишель. — Говорите что делать. — Вы должны запустить локальные бэкапы Пятницы. — Начал объяснять Роуди, параллельно колдуя над главной консолью.— Так, ребята, я запускаю аварийный протокол восстановления. Он активирует автономные копии ядра Пятницы, которые хранятся на изолированных серверах. Пятница постоянно анализирует сумасшедшие потоки данных и логирует все строго по одному шаблону. Если что-то будет выглядеть подозрительно, нужно будет это отправить ЭДИТ на анализ. Ясно? Нэд уже сидел за терминалом, его пальцы летали над голографической клавиатурой. — Я в деле! Мишель, подключайся ко второму потоку, будем анализировать трафик! Сейчас мы посмотрим, что в голове у этой рыжей малышки… — Рыжей? — переспросила Мишель. — Мне почему-то кажется, что она должна быть рыжей. — прокомментировал Нэд. Мишель села рядом, повернув к себе второй экран. В воздухе над консолью начали вспыхивать тысячи строк кода и графиков. Два подростка, вооружённые гением одного и внимательностью другой, погрузились в цифровое расследование, от которого зависела жизнь Железного человека. А «Кинжал» продолжал свой бесшумный полёт сквозь ночь, несясь навстречу неизвестности. — Что ты задумал, Оби? — спросил себе под нос Роудс. — Оби? Ободая Стейн? Тот, который погиб кучу лет назад? — удивилась Мишель? — продолжая тыкать пальцем во все строки логов, которые выбивались из общей массы. — Долгая история… — поняв, что сболтнул лишнего заявил Джеймс. — У нас просто вагон времени, — борясь с боковым ветром проворчала Триша, надеясь на краткую версию истории. — Вы тогда были совсем крошками и вряд ли помните, но восемь лет назад Тони похитили во время презентации оружия в Афганистане и месяц продержали в плену. Там и родился железный человек. — Ну, это все знают, — проскулил Нэд, рассчитывавший на какую-нибудь секретную информацию. — А все ли знают, что заказал это похищение никто иной, как Ободая Стейн? Точнее он заказал убийство, но исполнители хотели получить двойную выгоду и заставить Тони сделать оружие с презентации. Когда все это случилось, он дал поручение своему, считайте личному, конструкторскому отделу повторить идею с экзоскелетом. И у них это частично вышло, но Старк все вычислил до того, как Стэйн успел применить свой прототип в деле и поджарил Оби выбросом избыточной энергии дугового реактора. — Но ничего подобгого нигде не писалась. Стэйн был и остается просто жертвой авиакатастрофы. — Задумчиво прошептала Мишель. — Официально Стейн никогда не был злодеем… — констатировал Роудс. — ЩИТ помог это реализовать. Параллельно с этим данные сыпались в ЭДИТ, которая «переводила» поток «мыслей» Пятницы Триш на экраны. «Искаженная информация: результаты ревизии хранилища химических отходов» «Блок искаженной информации: перемещения бывших подельников Стейна» «Сокрытая информация: пресс-конференция. Квинс. Верфь номер 12» «Искаженная информация: состояние банковского счета Обадаи Стейна» «Искаженная информация: блок информации об Изекеиле Стейне» «Сокрытая информация: запланированный снос здания «Глобал тауэр» — Кажется, я поняла! — заявила Триша. — Он хочет провести ребрендинг. Он хочет вернуться не как преступник, а как жертва обстоятельств. — Тони и Пеппер — единственные живые свидетели того, что произошло восемь лет назад. — Понял ход мыслей девочки Роудс. — Пеппер он планировал убрать позже, когда всё уляжется. У него с ней свои счеты. Личные… Но Тони... Тони был главной угрозой. Живой Железный Человек мог в любой момент разрушить его новую легенду. — Отсюда и пресс-конференция! — перекрикивая поток ветра продолжила мысль Триша. — Он планирует громко объявить о своем возвращении! — Думаешь стоит отправиться туда? — предложил Питер. — Тебе, да. Но тихо. Не вмешиваясь. Просто понаблюдать. А я хочу все-таки отправиться к «Глобал Тауэр» не к добру Пятница скрыла информацию о его сносе. На когда он намечен? — Полчаса назад, — ответил виртуальный помощник. — Вот черт! — в один голос произнесли все присутствующие в мастерской. — Питер, твоя остановочка, — притормозив над одной из крыш, заявила Триша, — Роуди… Я боюсь… — Я тоже, малышка… — ответил мужчина абсолютно искренне переживая за друга.

***

«Кинжал» завис в метре над грудой обломков. Триш не стала сразу палить из антигравитационной пушки. Это было бы всё равно что пытаться сдуть гору феном. — ЭДИТ, — её голос был хриплым от пыли и напряжения. — Попробую установить связь с броней по радиоканалу. — Выполняю. — Три минуты серфинга по радиоволнам и заветный щелчок. — Канал налажен, — провозгласил синтетический помощник. — Тони! — в надежде крикнула Триш, буквально кантузив Питера в наушниках и немного оглушив всех в мастерской. — Тони, ты меня слышишь? В наушниках Триш раздался лишь треск помех. Она уже испугалась, что связь нестабильна, как сквозь шум пробился звук. Это был не голос. Это был хриплый, скрежещущий вдох, словно кто-то пытался дышать через забитый пылью фильтр. Затем — голос. Он был тихим, искажённым, но в нём безошибочно угадывались знакомые нотки раздражения. — О, это ты, Триш? Отлично… Скажи Роуди, что его теория про «крепкий сон лечит всё»... оказалась неверной. У меня есть контрпример… Триш с облегчением выдохнула, но тут же её голос снова наполнился тревогой. — Тони! Я так рада тебя слышать! Пауза. Снова хрип. — А ты... что здесь делаешь? Я же сказал... сидеть в мастерской... и не давать Роуди... портить мою мебель. Он снова попытался пошутить, но попытка вышла слабой. В конце фразы он закашлялся, и этот звук был похож на скрежет камней друг о друга. — Ты в порядке? — её голос дрогнул. Из динамика донёсся тихий смешок, перешедший в стон. — В порядке? Я в восторге. Лежу в... пятизвёздочном отеле. Вид из окна... на бетон и арматуру. Обслуживание... так себе. Носильщик в виде двадцатитрёхтонной плиты... немного навязчив. — Он снова замолчал, собираясь с силами. — Знаешь, говорят, бетонные блоки отлично... гасят звуки. Проверил. Правдиво. А ещё они отлично... давят на селезёнку. Прямо как неудачное свидание... в десятом классе. — Он снова замолчал. Его сарказм был лихорадочным, почти бредовым. — Слушай... броня... она сдохла. Окончательно. Я бы сказал... «покойся с миром», но, кажется, я... присоединюсь к ней в ближайшее время, если пролежу так еще хоть полчаса… Реактор... ведёт себя как моя печень на выпускном. То есть... никак. — В его голосе не было паники. Только смертельная усталость и холодная констатация факта. Он был заперт в стальном гробу, который сам же и создал, и впервые за долгое время был абсолютно беспомощен. — Держись, — твёрдо сказала Триш. — Я тебя вытащу. — Роуди… Ты меня слышишь? — Да, друг! — Если меня все-таки раздавит этот… кусок потолка, видимо… обзор у меня, конечно, как в самой первой броне… удали мой аккаунт в itunes. Не хочу, чтобы кто-то узнал, что у меня Тейлор Свифт и Майли Сайрус в избранном… Мишель хохотнула от степени неуместности шутки. — Придурок! — только и произнес полковник, а Старк лишь хохотнул на раздражение друга. — Тони, мы тут все на нервах! Я серьёзно... — Я тоже! — перебил железный человек неожиданно резко и громко, но тут же застонал от боли. — Я чертовски серьёзно... Мне очень... очень больно. — И после этого признания он замолчал, тяжело дыша в микрофон. Его щит дал трещину. — Триш… Только давай... без резких движений. Я бы не хотел... умереть от твоего энтузиазма. И передай Паркеру... пусть не висит над душой. Его паутина... здесь не поможет. Он говорил так, будто обсуждал неудачный проект, а не своё предсмертное состояние. Это была его броня — не из металла, а из сарказма и показного цинизма. И сейчас она была единственным, что у него оставалось. — Питера тут нет, — Триш почувствовала, как к горлу подступает ком. — Слушай меня, — её собственный голос прозвучал на удивление твёрдо. — Я вытащу тебя отсюда. ЭДИТ, анализ структуры завала. Мне нужен самый безопасный путь. — ...Триш... — снова прохрипел Тони. — Не пытайся... сдвинуть плиту. Это ловушка. Я... я уже проверил, пока аварийная система не сдохла…Сдвинешь её — и всё... рухнет мне на голову. В прямом смысле… — Я не буду ничего двигать, — отрезала она, активируя голографическую карту. — Я буду убирать мусор. По одному камешку. Эдит, просканируй завалы и определи наилучший маршрут, чтобы при этом не сместить точки давления на плиту, которая прижала Тони. Девушка спрыгнула со своего транспортного средства, сняв один из антигравитационных двигателей, изменила полярность и начала методично убирать руины камень за камнем строго следуя рекомендациям ИИ. С тихим скрежетом камни отрывались от земли и медленно поплыли в сторону, освобождая пространство вокруг плиты. Мишель и Нэд с восторгом наблюдали за происходящим, боясь шевельнутся, чтобы их ненароком не выгнали из мастерской. Роуди же был настолько поглощен процессом, что не заметил, как шепотом комментирует каждое действие Триш. Не потому что пытался как-то ей помочь или осудить, а чтобы хоть как-то сбросить напряжение. Тяжелее всего из наблюдателей в этот момент было Питеру, которому нужно было вести себя тихо, находясь в засаде. — ...вот это я понимаю... краш-тест. Надо будет... добавить в броню функцию «анти-давление весом в двадцать три тонны». В следующей модели... Триш промолчала, решив проигнорировать словесный понос опекуна. — Ты там... не уснула? — Он снова закашлялся. — А то я тут... пытаюсь шутить. — Я работаю, — ответила Триш, методично убирая завал по периметру. — Побереги силы. — Силы? Было бы что беречь… — честно признался железный человек. — Осталось самое интересное… — поборов более мелкий мусор, заявила Триш, глядя на огромный кусок перекрытия, который, судя по сканерам, и придавил броню. — Попробуй... создать под плитой... подъёмную подушку. Медленно и равномерно... Его голос начал затихать, вызвав приступ паники у всех в эфире. — Тони! Не отключайся! — Я здесь… — победив очередной приступ боли еле слышно отозвался мужчина. Плита дрогнула и начала медленно, миллиметр за миллиметром, отрываться от груды мусора. — ...если ты сейчас уронишь эту плиту... я буду являться тебе в виде очень злого и очень призрачного голографического интерфейса. Оуууу... — простонал Тони. — А вот это... очень неприятно... — Терпи, — скомандовала Триш, её руки дрожали от напряжения. — Ещё чуть-чуть... Когда плита поднялась достаточно высоко, Триш рывком откинула бетонный блок в сторону от завала, создав такой шум, что все машины, которые только перестали выть после обрушения здания, завыли снова. Путь был свободен. В глубине завала виднелась помятая, покорёженная броня Mark-72. — Тони? Ты меня слышишь? Ответь! Молчание. Тишина в эфире была страшнее любого крика. Триш спотыкаясь и раздирая колени и ладони об острые обломки небоскреба побежала к безжизненному костюму. Внезапно динамик ожил. — Если это рай, то я хочу вернуть все свои членские взносы за последние двадцать пять лет… Триш уже была у брони. Её пальцы летали по панели аварийного сброса на шейном сегменте. Замок заклинило. — Чёрт! Эдит, помоги! Открой замок на Mark-72, аварийный протокол! — Пытаюсь, — отозвалась ЭДИТ. — Системы брони не отвечают. Механическое повреждение стопора. Триш выругалась и, подцепив пальцами край пластины, с силой потянула её вверх. Раздался скрежет металла, и сегмент поддался. Тони лежал внутри, бледный как смерть. Он был в сознании, но его взгляд был пустым. — Триш... — его голос был едва слышен, хриплый шёпот. — Ты... светишься. Это... красиво. Или у меня... сотрясение мозга. Уилсон в панике обернулась, но потом улыбнулась, обнаружив за своей спиной фару «Кинжала». — Помоги мне встать... пожалуйста. — прошептал Старк и закрыл глаза, собираясь с духом. — Верфь в Квинсе, — держась за левый бок только и прошипел Тони, выкарабкиваясь из брони с помощью руки подопечной. — Да, мы в курсе, Питер уже отправился туда. — Я на позиции! — прошептал парень, напоминая о себе. — Откуда? — слова железному человеку давались еще тяжелее, чем некоторое время назад. — Стейн назначил там пресс-конференцию. Питер просто наблюдает, но мы, кажется, знаем, чего он добивается. — Ладно… — Тони махнул подопечной и лишь губами произнес «выключи микрофон» и только после подтверждения продолжил. — Меня очень сильно приложило при падении, а компенсаторы были обесточены… — Старк не успел договорить, как его вырвало на обломки здания прямо рядом с покореженной броней. — Давай полетим в больницу. Прошу тебя! Питер проследит за ситуацией. Ты обещал мне не менять здоровье на работу! — Здесь на кону стоит немного больше, чем контракт… черт.. мне плохо… — Тони удержался на ногах только за счет вовремя протянутой руки от Триш и аккуратно сел на бетонную глыбу. — Что вы узнали? — Тони… — молящим голосом произнесла девушка, но поняв, что спорить бессмысленно, выложила все, что смогла узнать за время полета. В ходе пересказа Старка вырвало еще раз, но потом он немного ожил и попросил дать ему очки и включив микрофон вывел звонок на громкую связь. — Питер? — произнес мужчина сразу после включения микрофона. — Да! Я здесь! Рад что Вы в порядке, мистер Старк! — Я тоже, пацан… что там у тебя? — Они готовят сцену для какой-то пресс-конференции! Здесь Стейн и... и кто-то ещё. В маске! — Значит я прав. Он работает не один, — Старк шумно выдохнув встал и подошел к «Кинжалу» и откинул сидушку и стал что-то искать — Можешь что-то разобрать из разговора? — Что-то про феникса… — неуверенно произнес мальчишка. — Мировой порядок и еще какая-то злодейская чушь. — Я же говорю вам, что он просто решил феерично вернуться с того света. — Подтвердила свои же слова Триш. — Похоже на то... — согласился Роуди. — Но, если еще раз отключите связь, то на одного, — Роуди оглянулся на испуганных «союзников» — или даже на трех, врагов у вас станет больше! — И будет жить свою лучшую жизнь. Формально он чист, — проигнорировал угрозу друга и подтвердил все предыдущие размышления Старк. — Но что за человек в маске? — он нашел нужный шприц и без какой-либо подготовки уколол себя в ногу прямо через ткань штанов. — Обезболивающее? — Ага… — опираясь на транспортное средство, а точнее буквально улегшись на него, подтвердил Старк. — Броне конец… Выгорело больше половины систем, даже замена реактора не поможет вернуть ее в воздух… — У меня есть идея поинтереснее, но ты не согласишься… — загадочно произнесла девушка. — Готов поспорить, что, если это не стопроцентное самоубийство, то соглашусь. — А если процентов на семьдесят? — Выкладывай! — не выдержал Роуди.