Тропа Чёрных Драконов

Аарон

Медсестры мелькали в холле, одна за другой заходя внутрь больничной палаты, а спустя несколько минут, покидая комнату, в которой поместили Дилана. Толком никто ничего не стал объяснять, не тратя время на пустые разговоры, а сразу же занялись потерпевшим. Вишня заметно волновался, пусть и пытался скрыть свои эмоции. То и дело подходил к очередной девушке в белом халате, чтобы узнать о состоянии Дилана. К сожалению, ни одна, ни другая медсестра не могли дать конкретного ответа, лишь бросая классические реплики из фильмов. — Они ничего не говорят. Как так? Уже трое в халатах мимо пробежали, — нервно постукивает ногой. — Они точно помогут, зная, что мы Драконы? — Вишня, прекрати паниковать. Врачи не должны отвлекаться на тебя, когда в палате пациент, нуждающийся в помощи, — я берусь успокаивать парня, при этом находясь в таком же жутком напряжении. На стенах не висят часы, поэтому сложно определить, сколько времени мы провели в больнице, но по ощущениям около часа точно. Я не знаю причины молчания врачей, хотя их косые взгляды наталкивают на некоторые размышления. Проблема не совсем кроется в наших кожаных куртках. У Дилана, одного из членов банды к тому же, все признаки передозировки. Очевидно, они опасаются последствий, которые нагрянут на их больницу в виде фараонов. Никто в здравом уме не захочет возиться с полицией, с Черными Драконами и наркотиками, подставляя под прицел место своей работы. Из палаты Дилана вышел доктор, наконец, подойдя к нам. На лице мелькала тревога. — Нам нужно знать, что он употреблял за последние три часа, — говорит серьезным тоном, не допускающим медлительности. Мы с Вишней переглянулись, понимая, что никто из нас двоих не сможет ответить на вопрос врача. — Мы не знаем. Кроме виски и пива он не мог ничего пить, — отвечаю честно. — Нет. Не то, — помотав головой, он потирает виски, разочаровавшись, что не получил нужной информации. — Что-нибудь из лекарственных препаратов? — в надежде переводит взгляд с Вишни на меня и обратно на Вишню. — Имеете в виду наркотики? — в голосе Вишни сквозит раздражение. Мужчина напрягся, поправил стетоскоп, свисающий с шеи, как цепь. — У нас ничего подобного не было, — я встреваю, не давая возможность парню выместить злобу на докторе. — У вашего парня передозировка неизвестными наркотическими препаратами. Сейчас он находится в стабильном состоянии, кризис миновал. Хорошо, что скорую вызвали вовремя. Через несколько часов сможете навестить его. А пока, будем наблюдать. — Бред! — Вишня рычит, отходя подальше к креслам. — Спасибо, — мучить доктора бессмысленными расспросами я не стал и вернулся к Вишне. — Наркотики? Аарон, я знаю, что нас принимают за шайку бандитов, но... — он запинается, закрыв лицо руками и вскинув голову к потолку. — Поговорим не здесь. Я не хочу сомневаться в своих парнях, но, когда один из нас лежит на больничной койке практически при смерти, хочешь — не хочешь, а станешь подозревать каждого. За всё время существования банды, нас никогда не обвиняли в употреблении наркотиков, а сегодня кто-то собственноручно решил навешать на Драконов ярлык гнусных наркоманов. В казино собрались все без исключения, несмотря на позднее время. На лицах мелькал испуг, алкоголь моментально испарился, и в глазах показалось здравомыслие. — Я не буду вызывать каждого поочередно, чтобы устраивать допрос с пристрастием, — я начинаю тяжело. — У Дилана передозировка. Глаза от удивления округлились у всех Драконов. Я видел разные эмоции, но ни на одном лице я не смог заметить оттенок тех чувств, которые дали бы мне право подозревать того или иного человека. Всецело они переживали и с сочувствием переговаривались между собой, поднимая в помещении шум. — Кто-то из вас нарушил правило, — после моих слова галдеж моментально прекратился. — Это правило было одним из условий при вступлении в банду. Это известно каждому из вас, — мой голос отдавался эхом. — Я спрошу всего лишь раз, поэтому будьте предельно честными со мной и с собой, — на некоторых лицах мелькнул испуг. — Кто-нибудь из вас проносил на вечеринку запрещённые вещества? Банда оглядела скептическим взглядом каждого присутствующего, а после на меня с непониманием уставились одиннадцать пар глаз. Я по-прежнему не был уверен в своих подозрениях и прекрасно понимал, что обвинения звучат слишком обидно для них. Но мне нужно было удостовериться в своей правоте. Этот разговор — вынужденная мера. — Что говорит Дилан? — Бурый осмелился первым нарушить гробовое молчание. — Дилан без сознания, — влезает Вишня, играя желваками от одного лишь упоминания о состоянии его друга. Он развернулся, опираясь локтями об отполированную до блеска поверхность барной стойки. — Аарон, никто бы не подставил банду, — к стойке подходит Адель, дотрагиваясь до моего плеча. — Мы прекрасно знаем, что ты волнуешься и пытаешься найти виновного. Но он точно не состоит в нашей банде, раз уж на то пошло. — И что же ты хочешь сказать? — я отстраняюсь, захожу за стойку и вынимаю бутылку виски. — На вечеринке не было... — запнулся, потому что в памяти всплыл образ той девчушки, глаза которой пытались разглядеть меня в ночной темноте всего пару часов назад. Машинально сжав челюсть, я вернул бутылку обратно. Сомнения захлестнули меня, заставив замолчать. — Сара? — Вишня повернулся к Адель и смерил девушку недоверчивым взглядом. — Да она и пить-то толком не умеет. Какие наркотики? — Вишня, ты никогда не видел очевидных вещей. Подумай остатками своих мозгов. Она неприметная девочка, работающая в антикварной лавке у сумасшедшей старухи. — Адель, следи за языком, — от моей резкости девушка немного поникла. — Прости, я не хотела… — косится в мою сторону, выглядывая из-под слипшихся ресниц. — Не неси чепухи! — Вишня еле сдерживает свой гнев, сжимая кулаки, от чего кожа вокруг костяшек бледнеет. — Твоя ненависть к ней — не повод беспочвенных обвинений. — Беспочвенных? — в наигранном смехе сквозит насмешка. — На вечеринке были только Драконы, а как эта появилась, Дилану стало плохо. Он даже на улицу вышел, потому что она там стояла. Явно же к ней шёл. До сих пор не видишь никаких оснований обвинять её?! — Адель повышает голос в желании донести до Вишни свои мысли. — Хватит, — прекратив их перепалку, я уперся руками в деревянную поверхность и наклонил голову. — Вишня, приведи её, — отрезаю, даже не поднимая взгляд на парня. — Аарон, ты серьезно? — он недоволен моим решением, в принципе, как и я сам. — Хочешь втянуть её в это дерьмо? — Ты уже втянул её, Вишня, прямо в тот момент, когда привез к нам в дом, — Адель хлопает ладонью по стойке, резко поддаваясь вперёд в Вишне. — И чем ты только думал? Он затих. Затих, потому что Адель права, даже если подаёт доказательства в такой раздражительной форме. — Завтра выходной, а где она живёт — я не знаю. — Я знаю, — нетерпеливо отвечает Адель. — Кто бы сомневался, — Вишня бросает последний взгляд на довольную девушку и выходит, громко хлопнув дверью. В словах Адель прослеживается логика. Как бы Вишня не пытался отстоять честь девчонки, это не отменяет того факта, что после её появления в доме Драконов впервые за долгие годы затишья поднялась тема наркотиков. С другой же стороны, связываться с бандой для продажи наркоты, не имея ни малейшего представления о наших законах, слишком легкомысленно. Чего она пыталась этим добиться? В чем смысл идти одной к Драконам и толкать среди них свою дурь? — Аарон, не сомневайся в своих действиях. Чёрные Драконы — твоя семья, а та девчонка не имеет к нам никакого отношения, — снова эта лёгкая улыбка и сияющие глаза, внушающие мысль, будто Адель уже удалось поймать виновного. Я снова потянулся за той же бутылкой. Девушка ожидала от меня ответа, но я, полностью погрузившись в свои мысли, прошел мимо и направился в сторону кабинета, чтобы остаться наедине для дальнейших размышлений.

Вишня

Половина Чёрных Дракона – бывшие нарики, а он винит девчонку. Да в банде не найдется ни одного человека, который бы не пробовал элементарной травки, и при этом он обвиняет Сару, потому что неудачное стечение обстоятельств поставило под сомнение её репутацию. Главарь Чёрных Драконов основывается на каких-то глупых выводах, которые даже не являются весомым доказательством вины. Чушь собачья! Дверь за моей спиной открылась, и через мгновение перед глазами мелькнули рыжие волосы. — Поехали, — говорит командным тоном, выхватывая сигарету из моих рук, и бросает на асфальт. — На ночь глядя? Рассвет через пару часов только. Угомони свою жажду расплаты, Адель. — Аарон сказал привезти её. — Я прекрасно слышал. Но заявляться к ней среди ночи я не собираюсь, — вынимаю ещё одну сигарету из пачки. — Боишься потревожить сон "принцессы"? — она изображает воздушные кавычки своими длинными костлявыми пальцами. — Когда ты успел стать таким заботливым? — складывает руки на груди, презрительно выгнув одну бровь. У меня нет ни малейшего желания разговаривать с ней в данной ситуации. Оспаривать глупые аргументы, переубеждать, отвечать на колкости. Весь её вид показывает, насколько девушка жаждет словесной перепалки, чтобы снова начать нести полную ахинею, лишь бы выставить Сару виновницей. — Адрес говори, — коротко бросаю под рокот грома, не ввязываясь в очередной спор. — Я покажу дорогу. — Вдвоем мы ехать никуда не будем, — я снова начинаю злиться. — Ты же сказал, что не заявишься прямо сейчас к ней, — смотрит на меня насмешливо. — Я жду, — выкинув окурок прямо к ногам девушки, я подхожу к байку, в ожидании ответа. Она думает несколько секунд, рассматривая окурок под ногами, как знак оскорбления, и выдаёт адрес, в завершение недовольно цокнув. В дороге я думал над словами, которые должен сказать Саре, думал с чего начать разговор, не испугав её. Цели притащить насильно я не преследую, хотя на моём месте каждый из банды использовал бы любые методы, чтобы добиться правды. Диалог в голове не складывался до самого приезда к её дому. Я остановился, слез с байка, но подойти к двери не осмелился из-за глубокого чувства вины, которое острыми когтями исцарапывало внутренности. Как бы мне не хотелось признавать, но чёртова Адель права. Бессмысленно отрекаться от мыслей о своей оплошности, когда внутри сгораешь от последствий глупого поступка. Первые лучи солнца уже опустились бы на сонный город, если бы не плотные тучи, скрывающие утреннее солнце. Я по-прежнему стоял у байка, успев выкурить половину пачки сигарет, а достойное объяснение того, почему Саре стоит поехать со мной, так и не пришло мне в голову. «Откажись она, что мне делать? Если не захочу привозить, услышав от неё «нет», тогда кто-то другой из драконов появится на пороге её дома». Стоит Саре показаться в казино, как каждый без исключения сожрёт её, даже слова не сказав, проглотит, как тигр маленькую птичку, оставляя без возможности оправдаться. Аарон насядет с расспросами, задавая наводящие вопросы, а Адель, только увидев её на пороге, кинется беспощадно волосы вырывать. Собрав смелость в кулак и отбросив навязчивые мысли, я двинулся прямо к ветхому крыльцу по потрескавшейся бетонной дорожке, в голове перебирая, для начала, варианты приветствия.

Сара

Жуткая картина мелькает перед глазами, стоит хотя бы на мгновение закрыть глаза. Тощее тело парня извивается в судорогах, а подбородок испачкан белой пеной. Раньше мне доводилось видеть такие сцены только в кино и ужасаться от картинки на экране, но я и подумать не могла, что в жизни когда-нибудь столкнусь с подобным. Уснуть после вечеринки мне не удалось, а точнее, после увиденного. Врачи, не сказав ни слова, сразу же принялись грузить парня в машину. Я чётко понимала, что он сейчас в больнице в надёжных руках, но всё равно чувствовала, будто сделала недостаточно, ведь могла вызвать скорую минутами раньше. Мысли метались в голове из одного угла к другому. Я поднялась с постели, обнаруживая себя в той же одежде. Как только успела стянуть джинсы и гольф, в дверь настойчиво постучали, заставляя меня чертыхнуться, натягивая одежду обратно. «Кого принесло в такое время?» — насторожилась я, спускаясь к двери. Удивлению не было предела, когда в проёме вырисовался Вишня, неловко почёсывая затылок и улыбаясь краем рта. Передо мной стоял не тот заигрывающий, слегка дурашливый парень, с которым я провела не так уж много времени. Теперь я отчётливо видела в его тяжёлом взгляде серьёзность вместо игривых огоньков. Сердце кольнуло. Мне автоматически захотелось вернуть беззаботного, флиртующего Вишню, вернуть лёгкую улыбку и лёгкое сияние небесно-голубых глаз. — Принцесса, не разбудил? — он пытается говорить непринуждённо, но напряжение в голосе ему скрыть не удалось. — Что-то случилось? — Вопросами засыпаешь с порога, даже не пригласив войти? — снова эта неестественная ухмылка дёргает за уголки его розоватых губ. — А, прости, — отхожу, освобождая путь парню, и открываю двери шире, впуская его внутрь. Вишня немного медлит, но всё же входит. Он вертит головой, обводит гостиную всё тем же тяжелым взглядом, рассматривает вместимость комнаты, словно пытается отвлечься. Улыбка больше не тревожит его губы, только неоднозначная гримаса стянула брови на лбу. Становится тревожнее, потому что парень не спешит оглашать причину своего раннего приезда, а вместо этого молча слоняется по комнате, не обращая на меня внимание. — Вишня, в чем дело? — я не выдерживаю его тягостного молчания и с напором спрашиваю. Парень резко разворачивается, наконец, вспоминая, что в комнате находится не один. Вместо легкости голубых небес, на меня обрушиваются мутные воды его глаз. Даже после моего требовательного вопроса, Вишня не торопится с ответом, и мне приходится только догадываться о мотиве его появления на пороге моего дома. — Нам нужно кое куда съездить, Принцесса, — говорит так, будто недоволен собственным ответом, и шумно вздыхает от безысходности. — Куда? — придушенный голос вырывается внезапно. — В одно очень крутое заведение. Тебе точно понравится, — сыграть непринуждённость на этот раз снова не удалось. — В такую рань? — недоверчивость к его словам заставляет меня напрячься, невольно обхватив себя руками. Я рассчитывала на ответ, но Вишня умолк, наклонил голову, избегая прямого зрительного контакта. Сомнения во мне поселили его слова и это странное поведение. Он никогда не прятал глаза при наших разговорах, всегда смотрел прямо и уверенно, а сейчас отказывается даже от косого взгляда в мою сторону. — Нам нужно ехать. Других вариантов нет, — внезапно подходит ближе, с осторожностью заглядывает мне в глаза и тихо шепчет. — Ничего не бойся, я буду рядом. Никто не посмеет тебя обидеть или сделать больно, — его слова посланы усмирить разыгравшийся во мне ураган страха, но вместо успокоительного эффекта я получаю очередную дозу паники. Вишня приподнимает обе руки, но тут же останавливает себя, пряча ладони в карманы куртки. Всего на секунду мне померещилось, будто он пытался обнять меня, но, не решившись, оставил глупую затею. Однозначно, передо мной стоял другой человек, пусть и выглядел в точности, как Вишня. Тогда почему такой знакомый приятный запах ласкает мой нос, беспокоя воспоминания о парне, которому принадлежит эта смесь парфюма с табачным дымом и кожей куртки? — Мы едем к Драконам? То есть, к вам? — поднимаю голову, встречая его взгляд. — Да, Принцесса. — Зачем? — Узнаешь, когда приедем, — на этот раз он улыбается искренне. Я покачала головой в знак согласия, и в этот момент на лице Вишни показалось облегчение. — Погоди. Откуда ты узнал мой адрес? — Адель сказала. — Ну, кто бы сомневался, — стоило произнести, как Вишня, соглашаясь, помотал головой, многозначительно улыбнувшись, будто я должна была сказать что-то подобное. На улице стояла мерзкая погода. Стоило выйти наружу, как мои волосы распушились от влаги, кеды намокли, пока мы шли по газону, вместо тропинки, а моросящий дождь принялся нещадно бить по лицу. Вишня остановился у байка, повернулся ко мне, улыбаясь. Огоньки в его глазах вернулись, от чего мне стало спокойнее, и я улыбнулась в ответ. Но стоило понять, почему же эти озорные огоньки виднеются во взгляде, как тревога заняла своё законное место. — Вишня... — бормочу, закрывая глаза и корчась от неминуемой участи. — Прости, Принцесса, но другого выхода нет, — безысходность в его голосе до единой капли напускная, потому что на лице отчётливо заметен восторг. Парень возвращается ко мне со шлемом в руках. Аристократические пальцы перебирают тонкий ремешок, цокая застёжкой, пока Вишня бездействует, находясь всего в шаге от меня. — Ладно, ладно, — поднимаю руки в знак капитуляции. Ремешок под подбородком затянулся, когда глаза парня внимательно осмотрели моё лицо. На моих щеках разлился румянец от пристального взгляда Вишни, которого, по всей видимости, не смущало наше положение, ведь он продолжал всматриваться так, будто пытался запомнить расположение каждой веснушки на моём лице. Его поведение заставляет одновременно смущаться, бояться и радоваться, поэтому мне не удаётся определить уровень каждого из чувств. В итоге, он пятится назад, не сказав ни слова, забирается на байк, перекинув ногу через кожаное сидение, и выжидающе смотрит на меня, вскинув бровь. «Может, лучше разбиться на мотоцикле, так и не доехав до Чёрных Драконов?» — знойным порывом ветра проносится в голове вопрос. Отвечать на его взгляд я не стала, потому смело забралась на мотоцикл, крепко обхватила талию Вишни руками, прижимаясь грудью к широкой спине, а бедрами сжала бедра парня. Он замер, а я вместе с ним. Эти секунды безмолвия заставили меня пожалеть о своих, с виду, непристойных действиях, поэтому я попыталась отстраниться, но парень перехватил мои руки, прижимая их обратно к своему торсу. Под моими ладонями о клетку из рёбер бьётся сердце Вишни, позволяя ощутить бешеный ритм, сродни ритму пулеметной очереди. Кожу рук холодит металлическая змейка его кожаной куртки, и лишь этот холод держит меня в реальности. — Готова? — резко выдаёт, заводя мотор. — Нет, — мой ответ забавляет Вишню, заставляя пропустить глубокий смешок, от чего грудь его приятно вибрирует. — Только не быстро. Пожалуйста, — умоляю детским голоском. Мышцы всего тела напряглись, как только мы двинулись с места. Рывок был довольно плавным, но кажется, я до невозможности сильно сжала бедра, отбросив стыд подальше. Меня охватило чувство невесомости, будто вместо поездки на байке, мы решили взлететь к самим небесам, отрываясь от земли. То ли от ветра, обдающего каждый сантиметр кожи, то ли от новых ощущений, я задрожала, сжимая челюсть. Прижимаюсь щекой к его плечу, закрываю глаза, пытаясь отстраниться от рьяного звука мотора, гудящего под нами, и мечтая, чтобы пытка поскорее закончилась. В первые минуты поездки неконтролируемый страх действительно овладел телом, но позже, когда я приспособилась к своему положению, мне даже удалось открыть глаза, немного ослабив хватку. Правда, ближе к завершению поездки, ведь спустя мгновение после обуздавшей меня смелости, Вишня подрулил к неприметной обочине, останавливаясь у двери, на которой краска местами уже обуглилась, а ручка вовсе проржавела. Смелость испарилась, как дымка мимолётного наваждения. Сердце застучало упорнее. — Я буду рядом, — повторяет, и сейчас его слова всё же внушают поддельное спокойствие. Петли, такие же ржавые, как и ручка, ожидаемо скрипнули, когда Вишня пропустил меня внутрь первой и, закрыв за собой дверь, прошёл вперёд, вставая передо мной подобию щита. Взгляды, присущие стервятникам, казалось, даже сквозь тело Вишни метко попадали в меня острыми наконечниками стрел, вусмерть искупавшихся в лютой ненависти. Лицо каждого здесь присутствующего выражало глубокое отвращение, а некоторые, глядя в мою сторону, показательно отворачивались, поймав мой взгляд. Никто не возмущался, не выкрикивал оскорбления, не пытался упрекнуть меня, потому что прекрасно справлялись без слов. Только вида их достаточно, чтобы прочные корни страха успели обхватить тело, забираясь глубоко внутрь и сжимая сердце в невидимые тиски. Самое отвратительное, что я даже понять не могу причину их враждебности. — Пойдём, — голос парня льёт бальзам на душу. Он находит мою ладонь и двигается с места, потянув меня за собой сквозь стену острых взглядов Драконов. Размашистыми шагами мы быстро преодолеваем пространство комнаты, заворачиваем за угол, наконец, останавливаясь у одной из дверей. Вишня ничего не говорит. Снова чистые воды голубых глаз заледенели. В темном коридоре раздаётся глухой стук, а затем мужской голос велит: "войдите". — Сара здесь, — Вишня не торопится впускать меня. Только после немого одобрения он отходит, позволяя нашим с Аароном взглядам сцепиться. — Оставь нас, — распорядился мужчина, сидящий за широким столом. Похлопав меня по спине, Вишня улыбнулся, когда я испуганно посмотрела на него. — Не бойся, он не кусается, — шепчет напоследок, и, подмигнув, оставляет меня с Аароном. Звук закрывающейся двери отдался во мне мелкой дрожью. Меньше всего я хотела бы оставаться с Хиллом наедине, когда его колючий взгляд карих глаз с напряжением рассматривает квадратную бутылку в его руках. Я стою, как истукан у двери, боясь пошевелиться, чтобы не сделать лишнее движение, тем самым не привлекая внимание мужчины к дрожащему телу. Наверняка, на моём лице изображена картина из ярких красок нешуточного испуга и глубокого непонимания. — Садись, — велит холодный голос. Повинуясь, я прохожу к диванчику, усаживаясь на самый край, будто под моим весом он может развалиться. Аарон отрывает взгляд от бутылки, переводя глаза в мою сторону, оставляя виски в покое. — Понимаешь, почему находишься здесь? — откидывается на спинку кожаного кресла, упираясь в меня взглядом. — Нет. — Как ты оказалась у нас в доме? — выдержав паузу, продолжает тем же серьезным, не принимающим возражений голосом. — Я... — не успеваю начать, как запинаюсь. — Я перебрала, а Вишня тогда... То есть, мы встретились у бара, выпили, но я, видимо, переборщила, и Вишня привёз меня к вам. Честно говоря, я не помню всего... Аарон внезапно поднимается и, обогнув стол, направляется прямиком ко мне. Мужчина садится на диван с другой стороны, набрасывая одну руку на спинку, а другую, оставляя на бедре. — Ты когда-нибудь курила травку, принимала наркотики, различные экстази? — он говорит спокойным, размеренным тоном, упорно продолжая смотреть на меня, прищурив глаза, словно пытаясь распознать в моих словах ложь. — Нет, — я озадаченно смотрю на Аарона в ответ. — Твоя подруга? — Нет. — И ты уверена? — Абсолютно, — отвечаю твёрдо. Нависшее над нами молчание бьёт по ушам. Мы сидим друг против друга. Я напряжённо поджала губы, а Аарон задумчиво заиграл желваками. Сегодняшняя атмосфера отличается от вчерашней, когда мы спокойно курили у крыльца, когда он смотрел на меня взглядом, лишенным всяческих подозрений, а я могла наслаждаться его присутствием без риска ощутить дискомфорт. Такое чувство, что я попала в параллельную вселенную, где отношение каждого человека ко мне превратилось в отражение, а события прежних дней имели совершенно зеркальный исход. — Кто-то пронёс в дом Драконов наркотики, — нотки раздражения отдаются остротой в голосе при одном лишь упоминании о наркотиках. — Именно они отправили Дилана на больничную койку, — я замечаю, как его рука, мирно лежавшая на бедре, напрягается, сжимая кулак сильнее. Я не нахожу ответа, потому что в самый нужный момент подходящие слова выветриваются из моей головы. — Спасибо, — его взгляд покидает прежняя суровость, а искренность в голосе, подобном бархату, заставляет моё сердце трепетать. — Ты вовремя вызвала скорую, — Аарон меняет позу, поддаваясь вперёд и опираясь локтями о колени. Он явно следит за временем: не один раз смотрел на часы, кожаный ремешок которых обернул его жилистое запястье. Получается, они все обвиняли меня в происшествии с Диланом. Вот причина моего появления здесь, причина косых взглядов Драконов и причина недоверия Аарона по отношению ко мне. Я была подозреваемой, а, возможно, и до сих пор есть, потому что мне сложно понять по поведению Хилла, о чем он думает и как теперь относится ко мне. Я заметила, как Аарон продолжительно посмотрел на меня, бросая усталый взгляд через плечо. Пряди неряшливых волос упали на утомленные глаза, прикрывая его задумчивость. Факт переутомления был слишком очевиден, хотя мужчина и не пытался скрыть своё состояние. Скорее, он относился к недомоганию легкомысленно, совсем не обращая внимания на вырисовавшиеся круги под глазами. Мне не доводилось раньше видеть человека, для которого усталость служила бы украшением и удваивала бы магнетизм. Моя тревога постепенно таяла, уступая место лёгкой истоме, и отрадное тепло разлилось горячей волной по телу. Щёки вспыхнули от всплеска желания убрать эту прядь волос, обнажая прямой взгляд, но чувство стыда вернуло меня с небес на землю. Позволить себе в такой ситуации глупые мечтания — бесчеловечность. — Пойдём, — вкрадчивый голос окончательно втаптывает меня в реальность. Аарон поднимается, проходит к двери, затем оборачивается ко мне, заставляя одним лишь взглядом вскочить и подчиниться его желанию. Покинув темноту коридора, мы выходим к Драконам, которые в ожидании уставились на мужчину. Сейчас они будто и вовсе не замечают меня, стоящую за спиной одного из них, а вместо молчания, пропитанного ненавистью, воздух насыщен любопытством. Среди всех прочих, я замечаю Адель, что нетерпеливо стучит по поверхности барной стойки длинными ногтями, покрытыми лаком цвета слоновой кости. Как ни в чем не бывало, Аарон проходит к выходу, не удовлетворив интерес Драконов. — Никто не выходит отсюда, пока я не вернусь, — оборачивается со строгим приказом. — Если кто пальцем тронет девчонку, учтите, скручу в бараний рог лично, — выходит, предварительно бросив предупреждающий взгляд на Драконов. — Принцесса, — окликнул меня Вишня. — Видишь, жива, — обняв меня за плечи, парень подводит нас к барной стойке, где по-прежнему стоит недовольная Адель. Могу с уверенностью сказать, что она ожидала моей казни. — Что? — она фыркает, поймав на себе мой беглый взгляд. — Всё же решилась пойти по кругу у Драконов? — на её лице появляется язвительная улыбка. — Видел бы тебя Майкл сейчас, — её слова задевают во мне ниточки злости. — Что же я слышу? Неужели, зависть в тебе заговорила? — достаточно одной моей фразы, чтобы Адель вскипела от гнева. — Зависть? Что ты несёшь? — В школе – Майкл, здесь – Драконы. Я словно леденец у ребенка отбираю, — поверить не могу, что говорю это, но продолжаю с уверенностью, — и не первый раз к тому же. — Слушай сюда, — Адель больше не может сдержаться, поэтому набрасывается на меня, стиснув моё горло костлявыми пальцами. — Прекрати, Адель! — Вишня становится между нами стеной, в попытке оттащить невменяемую девушку. — Что за цирк ты устраиваешь? — Я и на пушечный выстрел не подпущу тебя ни к кому из Драконов! — кричит, пытаясь обойти Вишню, но тот лишь отводит её подальше. — Мерзкая потаскуха! — Да угомонись ты! — Вишня встряхивает за плечи Адель и, удостоверившись, что та более менее успокоилась, оставляет около двух девушек и парня, которые сверят меня неприязненными взглядами. Парень возвращается за барную стойку, усаживается на высокий стул рядом, развернувшись ко мне вполоборота. — Ты тоже подозреваешь меня? — задаю вопрос неожиданно, от чего брови парня ползут наверх. — Как ты можешь? Я единственный, кто отстаивал твою честь! — гордо выпрямляет спину. — Да меня Аарон из банды хотел выгнать, потому что я был на твоей стороне. — Врунишка... — натягиваю улыбку. — Я не проносила ничего. Мне жаль, что с вашим другом произошло... — Дилан выкарабкается, — Вишня мотает головой, будто вдалбливая смысл своих же слов в сознание. — И мы найдём подонка вместе. Как прошел разговор с Аароном? — неумело переводит тему. — Быстро, — вспоминаю беседу, и образ мужчины мелькает перед глазами. — Аарон – ваш… — Создатель, — продолжает вместо меня. «То есть, Аарон Хилл создал банду Чёрных Драконов?» — А это место? — только сейчас понимаю, что нахожусь в помещении, которое в точности повторяет казино из голливудских фильмов. — Моё творение, — гордость сквозит в его взгляде. — Вишенка на торте, — улыбается, довольствуясь своей аналогией. — Почему «Вишня»? — продолжаю засыпать парня вопросами, и тот совсем не противится отвечать, а как раз наоборот — он оживился, отвлекаясь от беспокойных мыслей. — А как? — он самодовольно улыбается. Значит, я затронула правильную тему. — Ну не знаю... «Персик», как вариант. — Ну-у-у, — протягивает, нахмурив брови. — С таким именем только стриптиз танцевать. Я привык быть зрителем, а не танцором. — Господи, — пихаю его локтем, — Не хочу об этом слышать, — что-то кольнуло в груди, — Слишком много информации для одного дня, — глупо оправдываюсь, делая вид, будто восприняла его откровение с безразличием. От упоминания о танцах, в голове одно за другим завертелись недавние события. Вчерашний вечер ярким пятном отложился в памяти, ровно так же, как и прикосновение губ Вишни оставило незаметный отпечаток на моей шее. Всё закрутилось слишком быстро, а я и не успела заметить, как стала камнем преткновения среди Чёрных Драконов. — Жалеешь? — кажется, он прочитал мои мысли. — О чём? — я непонимающим взглядом уставилась на парня, в попытке скрыть волнение. Он хотел ответить, но дверь внезапно распахнулась, со стуком ударяясь о стену. Мы резко оборачиваемся на звук, замечая в дверном проёме Аарона, взгляд которого рыщет по лицам Драконов. Достаточно секунды, чтобы он оказался в шаге от парня, стоящего в компании Адель. — Какого черта? — на его вопрос отвечает лишь тишина. — Я тебя спрашиваю! — Аарон повышает голос, вплотную подойдя к парню. На удивление, тот держался спокойно. — Аарон, не влезай. — Забыл, с кем разговариваешь? — его кулак с неистовой яростью резко врезается в челюсть собеседника, да так, что слышится противный хруст, — Тебе каждый день нужно было напоминать, на каких условиях ты здесь находишься? Без угрызений совести ты осмелился толкать дурь среди Драконов! — мужчина буквально рычит, — Ты соображаешь что натворил? — он снова замахивается, но останавливается, чем шокирует парня, который приготовился к следующему удару. Холодный короткий взгляд касается моего испуганного лица лишь на долю секунды, а затем перемещается на Вишню. В помещении не прозвучало ни единого слова, но Вишня, прочитав мысли Аарона, как если бы он был телепатом, хватает меня за локоть и утаскивает к выходу, не давая возможности опомниться и отойти от увиденного. — Нам пора ехать, Принцесса, — не успели мы выйти, как Вишня проводит меня к байку и вручает шлем. — И оставить его там? В таком состоянии? Ты шутишь? Он же убьёт его! — голос срывается на крик. — Лучше тебе не вмешиваться. Всё равно ничем не поможешь. Бурый заслужил, — парень безэмоционально поджигает сигарету, оставляя шлем на сидении мотоцикла. — Он нарушил правила. — И что? Это повод избивать его до полусмерти? — Это наглядный пример последствий, — уголок шершавых губ слегка дрогнул. — Без законов, указов, правил наступил бы полнейший хаос. Каждый творил бы то, что ему вздумается. Голубизна его глаз сравнима со штилем — в ней нельзя разглядеть и долю волнения, будто всё так и должно быть. Будто Аарон должен избивать Бурого до потери сознания, чтобы дать понять, насколько тот облажался, а Бурый обязан принять свою участь и перетерпеть избиение, насколько сильными не были бы удары Аарона. Это сумасшествие! — Вишня... — не успела начаться мольба в моём исполнении, как голос надрывается от внезапно распахнувшейся двери. Бурый буквально вываливается наружу, падая на колени перед нашими ногами. Его попытки подняться можно похвалить, потому что выглядит парень в точности как отбитый кусок мяса. Всё лицо запачкано кровью, волосы прилипли к рассеченной брови, а потёки окрасили даже одежду в багровый цвет. Сердце сжимается, я подхожу к Бурому, пытаясь поднять того на ноги, но грубой хваткой меня оттаскивают обратно, подальше от нуждающегося в помощи парня. — Не лезь к нему, — отрезает Вишня, выкидывая окурок. — Да вы все с ума сошли! — смеряю его гневным взглядом. — Забыла о правилах? — некогда дружелюбный парень, превратился в совершенно незнакомого мне человека. — Я не Чёрный Дракон, ваш свод правил меня не касается, — эти слова отзываются внезапной грустью где-то глубоко внутри. — Тогда тебе нечего здесь делать, — холодный до дрожи голос раздается из-за спины, когда дверь с грохотом закрывается. Ошмётки сердца разлетаются в стороны после оглушительного выстрела слов. Пока я нервно наблюдаю, как Вишня закуривает очередную сигарету, Аарон проходит мимо, еле ощутимо задевая моё плечо. Посмотреть на Дракона у меня просто не хватает смелости. Стёртые костяшки его рук мелькают перед глазами, и в этот момент все мои внутренности переворачиваются, заставляя спазмы в животе отдаваться странной болью. Сердце вот-вот пробьёт рёбра, вырываясь наружу, а я по-прежнему беспомощно стою здесь, боясь встретиться с равнодушным взглядом Аарона Хилла. Мне остаётся лишь догадываться о его дальнейших действиях, воображать, как он сядет на байк, машинально заведёт мотор, а затем исчезнет, будто всё было сном. Лишь запах сожжённого бензина напомнит о его призрачном присутствии. Бурый с трудом поднимается, сплевывает кровь и, пошатываясь, подходит к новенькой машине, припаркованной перед мотоциклом Вишни. Парень тяжело падает на водительское сидение, заводит двигатель, а затем выворачивает руль, выезжая за дорогу и скрываясь за поворотом. — Принцесса, — голос Вишни осторожный. — Поехали. Обернувшись, я замечаю сидящего на байке Вишню, который смотрит на меня в ожидании реакции. Стоявший поодаль, около своего байка, Аарон неопределенно хмыкает, когда я медлю с ответом, переводя взгляд с Вишни на него и обратно. Я не могу понять своих чувств. Прямо передо мной стоят два человека, которых я знаю, с которыми я говорила, проводила время, но, почему-то, они кажутся мне незнакомцами. — Принцесса? — снова окликает меня Вишня, в надежде всё же услышать желанный ему ответ. Понятия не имею, что во мне сломалось, но я отступаю, хотя ещё час назад мчалась на этом чертовом байке, крепко сжимая талию Вишни. На моих глазах лицо парня мрачнеет, небесно-голубые глаза затягиваются густой серой пеленой, словно небо — грозовыми тучами. Аарон заводит двигатель, а затем и Вишня. Оба не смотрят на меня. Оба погруженные в свой собственный омут мыслей. Они синхронно трогаются с места, вздымая вихрь мелкой пыли, и проезжают мимо, оставляя меня на обочине, на съедение собственным чувствам.