Придурки

      Щит из набитых мусором пакетов так себе, но в данный момент это было единственным, что отделяло меня от знакомого-незнакомца, который так невовремя прокрался незамеченным. Стоя спиной к мусорным бакам и выставив перед собой тяжеленный пакет, я напряженно наблюдала за тем, как фиолетовый стаскивает с себя мотоциклетный шлем и растягивает крашенные губы в идиотской улыбочке. И все это под песню Santa Lucia в исполнении Робертино Лоретти, Господь храни этот небывалый талант, играющий в наушниках. И да, телефон мне одолжила Ванесса, денег, чтобы купить себе новый гаджет, у меня попросту не было.       — Привет? — вполне себе уверенно, лишь с небольшой заминкой выдал парень.       — Прощай? — с надеждой произнесла я.       Минутная заминка и в следующий момент парень уверенно шагает вперед, цепко окидывая меня взглядом и заставляя волосы встать дыбом.       — Послушай. Я понимаю, что все это весьма сложно, но нам надо поговорить, — начал он, зажав свой шлем под мышкой и переместив весь свой вес на одну ногу, встав в удобную, слегка вальяжную позу. Что-то в этом непонятном мне чуваке определенно было, во всяком случае проскальзывало нечто… петушиное.       Отметив этот факт, скривилась, но все же накинула несколько плюсов в его пользу за то, что он не ведет себя как конченная скотина. В конце концов, пистолет это одно, при желании его можно найти у более-менее приличного гопника в ближайшей подворотне, но дорогущие сигареты, стоящие, как одна седьмая моей квартплаты, и воистину шикарный, сшитый точно под фигуру и ее особенности из качественного материала костюм говорили сами за себя. Уж в плане одежды глаз у меня был наметан, в прошлой жизни я в сфере моды крутилась, хоть до одежды от кутюрье мне было как от Италии до Китая через Азию пешком, но представление, что это и какой уровень, имела.       — Знаешь, чудик, я думаю, нам говорить особо не о чем, — запах крови снова начал играть своими металлическими нотками, заставляя задерживать дыхание, так как-то самое давящее ощущение за спиной и навязчивый зуд, образовавшийся то ли из-за слишком буйной фантазии, то ли из-за сползших джинсов, которые надо было бы поправить, потуже затянув ремень, действовали на нервы.       — Послушай, в свете новых обстоятельств тебе небезопасно больше находиться здесь, — еще один шаг в мою сторону — и я вспоминаю, что за поясом притаился пистолет.       — Так, давай начистоту, это у тебя какие-то новые обстоятельства, а у меня все по-старому, — неожиданно на меня навалилось спокойствие и даже какое-то умиротворенное состояние. Перехватив мешок поудобнее, я закинула его в бак и, стараясь держаться подальше от своего визави, направилась к той самой заветной двери.       — Ты не понимаешь…       — Еще шаг — и я закончу то, что сделать не успела! — пистолет лег в руку как влитой, вызывая иррациональное спокойствие, хотя сердце в груди заходилось в паническом приступе. Руки не дрожали, а решимость выполнить обещание буквально вгрызлась в мозг.       Повисла тишина. Вечер, переходящий в ночь, нагонял еще больше драматизма, так что происходящее начало все больше напоминать абсурд.       — Да что ты за омега-то такая?! — внезапно взвыл байкер.       — Дефектная, — усмехнулась, чувствуя какой-то небывалый приступ… адреналина и азарта. Что-то новенькое. — И да, в следующий раз дари холодильник, а не розы! И кстати, какой череп ты имел в виду?       — Череп? — удивленно хлопнул глазами фиолетовый. — А, ты про это, меня так зовут.       Видимо рассмотрев мой скептицизм по этому поводу, он устало вздохнул и примиряюще поднял руку, говоря тем самым, что не собирается бросаться на меня.       — Парень, давай на чистоту, я уборщица в задрипанном ресторане, а ты какая-то важная шишка. Мне проблемы не нужны, тебе, как я вижу, тоже, разойдемся как в море корабли, окей?       — Прости, Вита, — грустно улыбнулся, из-за чего грим на его лице невероятно ярко передал скорбь и сожаление. — Мне жаль.       Куда делась моя решимость, когда я торопливо пыталась повернуть ключ в совершенно противоположную сторону и панически подпирала дверь падающей подставкой под обувь, вопрос без ответа.       Этот же парень просто стоял и наблюдал за тем, как я позорно сматываюсь.       Мне жаль.       Дева Мария, мне на секунду почудилось, что меня просто убьют. Эти слова звучали настолько жутко, насколько вообще могли звучать сказанные спокойным, извиняющимся тоном, будто констатировали смерть и выражали соболезнования на похоронах. Жутко. Это страшно и жутко.       Больше воспринимать этого парня, как какое-то нелепое недоразумение, у меня не получалось. Эту ночь я снова провела в своей каморке, не выпуская оружие из рук.       Я испугалась.       В образе нелепого, размалеванного паренька ко мне явилась самая настоящая жуть. Кто там говорил об Истинных, о любви с первого взгляда и доверии? Не смешите. Может, у жителей этого мира, которым промывают мозги с самого рождения, это бы и сработало, но только не у меня.       От этого парня несло кровью так, будто очутился в филиале ада. Вот уж точно, не судите книгу по обложке.

***

      Ладно, признаю, этот экземпляр действительно вызывает в теле дикую дрожь и желание раздвинуть ноги, если только находится рядом с тобой в виде плаката на стене, а не в воочию явился в твою задрипанную кухню в кожаных туфлях и костюме если не от Диор, то точно от чего-то похожего.       — Ноги уберите, — максимально вежливо попросила незваного гостя, разгибая ноющую спину и всем видом выражая безразличие к происходящему.       — Хм… — протянули откуда-то сверху, но в сторону отступили. Домыв оставшийся участок, выпрямилась, потерев ноющую спинку, и оперлась на швабру, уставившись на «гостя».       Гость был высок, насколько был дьявольски красив, настолько же опасен и, вопреки титулу «мистер Секс», вызывал желание бежать без оглядки. Вот тут уж без вариантов, альфа во всей своей петушиной, самодовольной красе.       — С кем имею честь? — обреченные нотки в голосе мне скрыть, кажется, не удалось.       — Реборн, — коротко усмехнулся мужчина мечты всех сопливых девочек и кошмар адекватных представителей человечества с зачатками разума и самосохранения.       — Что ж, синьор, как бы мне было ни приятно это говорить, все же скажу — катитесь отсюда, эта кухня — моя территория, и я вас сюда не звала.       — Забавно, синьорита, — усмешка была воистину жуткой. — Ведь меня не зовут, я сам прихожу.       — Вот сами и уходите, — кивнула я на выход. — И не мешайте честным людям выполнять свою работу. Если вам нечем заняться, то это не значит, что у других нет дел.       — Знаете, в чем проблема, синьора? — пафосным жестом поправив шляпу, мужчина улыбнулся. — Вы моя работа.       Швабра в моих руках была единственным оружием. Господи, с каких пор моя смена заканчивается встречами с воплощениями всех моих кошмаров.       «Все, хана котенку, отворовал сосиски», — промелькнула в голове обреченная мысль, как вдруг улыбка сползла с лица моего предполагаемого убийцы, и он четко и быстро скомандовал:       — Ложись!       Наученная горьким опытом проживания в этом мире, к тому же в Италии, в одном из неблагополучных районов Палермо, я рухнула на пол ровно в тот момент, когда стену вынесло нафиг и в образовавшуюся дыру влетел мой знакомый верхом на железном коне с диким криком:       — Не смей ее трогать, Реборн!       «Мама дорогая, где моя каморка?» — мысленно прохрипела я, находясь в шоке и чувствуя, что дело это явно не по моим силенкам, поползла в сторону хранилища швабр и моего спокойствия. Сидя между двух ящиков, согнувшись в три погибели и слушая, как кто-то за хлипкой дверкой разносит бедный ресторанчик, я впервые за много лет молилась.       «Реборн, самый лучший киллер мира!» — вспомнился мне отрывок разговора пьяного постояльца бара, в котором работала Ванесса, как-то попросив меня помочь ей.       Всего их семеро, точнее восемь! Лучшие из лучших, самые опасные, неуловимые убийцы! Мафиозная не то Семья, не то группировка под названием Аркобалено. Реборн — лучший киллер мира, Коллонело — лучший независимый убийца, снайпер, Лар Милч — работает в CEDEF на Королевскую Семью, Фонг — мастер боевых искусств, повязанный с Триадой, Верде — второй Да Винчи, Вайпер — работает на отряд независимых убийц, Скалл — слабейший из сильнейших, а вишенкой на торте являлся босс семьи Джинглио Неро, которую по слухам считали жуткой ведьмой, убивающей взглядом.       Пусть даже мы числимся гражданскими, но, живя среди откровенно неблагополучных людей, мы все же краем уха слышали о мафии и о самых опасных ее представителях.       Одно дело попасть в безумный мир и сетовать на то, что с перерождением не повезло и вся жизнь идет буднично наперекосяк. А теперь что? Если у главных героев все по сюжету и сдохнуть до эпичного финала они, по идее, не могут, то я-то в главные герои со своей жизнью и не метила!       И похоже зря.