Прекрасная госпожа

      Спустя несколько месяцев все пришло в норму. Обитатели дворца начали работать в том же темпе, что и до происшествия. В Топкапы привезли новых девушек.       Горе Хюррем и Джихангира немного успокоилось, хоть дети до сих пор сильно скучают по матери. Михримах Султан почти поправилась. Пока она болела гаремом и вакфом пришлось управлять мне. Айлин вызвалась мне на помощь и мы хорошо справлялись с обязанностями. Малышка Махфируз ещё не знала, что ее отец мертв, поэтому все время спрашивала меня когда он приедет. Я не могла подобрать слова и ответить ей.       Я не знаю, как Мурад переживет смерть своей наложницы и единственного сына. К счастью Ханзаде оказалась в положении и вскором времени должна родить. Срок Сафие тоже подходил к концу.       Время шло довольно быстро. Все переживали горе и за бесконечными рыданиями, сменялся месяц за месяцем. Вскоре пришло письмо о том, что война закончена и был подписан мирный договор. Войско султана уже направлялось в столицу.       Встреча была не особо радостная. Мне было больно видеть, как все мои сыновья заходили поочередно, но не видеть вместе с ними Махмуда. — Мурад, как ты? — спросила я у сына, когда он подошёл ко мне. Он сильно сжал кулаки и отвёл от меня взгляд. — Я понимаю тебя, нам всем сейчас тяжело. — я погладила его по плечу и на этом наша встреча закончилась.

***

      Рано утром меня разбудила Хандан и сказала что у Сафие начались роды. В полусонном состоянии я добралась до ее покоев. Рядом с ними уже стояли Мехмед, Гёзде и Эсин. Я подошла к сыну и встала рядом с ним.       Спустя час двери покоев открылись и из них вышла повитуха. — Ну, кто родился? — Родилась прекрасная султанша. — с улыбкой на лице произнесла женщина.       Девочке дали имя Фатьма.

***

      В ночь четверга я как обычно направилась в покои султана. Подходя к ним я совсем не ожидала увидеть там рядом стоящего Абдулу-агу. — Абдул, что происходит? — Госпожа, у повелителя уже второй день подряд наложница. Я думал она скоро уйдет, но видимо нет.       Я посмотрела в сторону двери. Из покоев был слышен задорный девичий смех. Злость и ревность начали потихоньку заполнять меня. Я не стала врываться к ним и устраивать скандал. Я лишь злобно посмотрела на дверь, развернулась и ушла. — Да конечно, я уже не слишком молода и родить больше не смогу, но никогда он не принимал в ночь четверга кого-то другого. — рассказывала я о своем горе Хандан. Для меня она была, как старшая сестра. Всегда давала советы и спасала из разных ситуаций. — Госпожа, не нужно расстраиваться. Это очередная наложница, которая заинтересовала султана всего на пару недель. Скоро увидите, как она будет реветь, что ее больше не зовут на хальвет. — сказала калфа и протянула мне стакан с чаем. — Главное, чтобы она не забеременела, а то тогда сомневаюсь, что Баязид забудет про нее.       Двери в покои открылись и ко мне подбежала Махфируз. За ней неспеша подошла Айлин. — Бабушка, я скучала по тебе. — сказала девочка и села рядом со мной. — Дедушка и дяди уже приехали, но папа все ещё не вернулся. — грустно произнесла Махфируз и опустила голову. — Послушай меня. — я ласково приподняла ее маленькое личико и стала вглядываться в пропорции. Она была больше похожа на свою мать, но некоторые черты передались ей от отца. — Махфируз, твой папа он... — Умер? — спросила она, а я поменялась в лице. — Мне так сказала Хюррем. Но когда он вернется? — Прости, но когда человек умирает, то обратно он не возвращается. — Значит, папа бросил меня? — глаза Махфируз заблестели от скопившихся слез. — Нет, он не бросал тебя, он хотел защитить твоего дядю Мустафу, но позаботиться о себе он не смог и поэтому... — вмешалась в разговор Айлин.       Малышка ещё сильнее заплакала и мы с Айлин так и не смогли её успокоить. Хандан позвала лекаря и она подала Махфируз снотворное. Спустя несколько минут девочка крепко заснула. — Нужно было ей позже сказать об этом, когда она подрастет. — сказала Айлин, которая внимательно смотрела на спящую племянницу. — Рано или поздно она бы все равно узнала об этом от других. Но с Хюррем мне обязательно нужно поговорить. Она и так ведёт себя слишком нахально, а после смерти матери стала ещё хуже. — Да, вы правы, но думаю ее тяжело будет перевоспитать. — Но попробовать все равно нужно. — я села рядом с дочерью и положила руку ей на плечо. — Айлин, я хотела с тобой поговорить. По традициям ты в скором времени должна выйти замуж, я не тороплю тебя, но если у тебя уже есть кто-то на примете скажи мне. — Валиде, я и Осман... — Я догадывалась об этом. — Но сомневаюсь, что наш брак будет одобрен. — Из-за того, что он ещё слишком молод? — спросила я, а она тихонько кивнула. — Не переживай об этом так сильно. — Думаете отец даст согласие на наш брак?— спросила Айлин, а в ее глазах мелькнула надежда. — Мне кажется, что он не будет против, но если что, я все равно попытаюсь уговорить его. — Спасибо вам. — она крепко меня обняла и поклонившись скрылась за дверьми.

***

      Через три дня я решила выйти на прогулку в сад вместе с Махфируз и Эсин с ее дочерью. Проходя мимо гарема я краем уха услышала отрывок из разговора наложниц. — Думаешь, провела две ночи в покоях Султана и уже госпожой стала? — смеялась над новоиспеченной фавориткой Алсу-хатун. — Я отобрала у Махпейкер Султан ночь четверга. — гордо заявила девушка. — Султан все равно не забудет свою жену. Она родила для династии наследников, а ты пока что просто фаворитка. — Ну и что? Я тоже могу родить хоть десять шехзаде, тем более я моложе и красивее ее. — Дорогу! Махпейкер-Севжи Султан Хазретлери! — прокричал евнух и все наложницы встали в поклон.       Я медленным шагом подошла к той самой наглой фаворитке. — Как твое имя? — Акджан. — кое-как произнесла свое же имя напуганная девушка. — Запомни, Акджан, для того чтобы стать госпожой не достаточно отобрать у меня ночь четверга и родить шехзаде. Чтобы стать ею нужно проделать тяжёлый путь, который полон горя, бессонных ночей и множества пролитых слез и литров крови. Ещё раз прежде чем заявлять подобное, подумай нужно ли тебе все это? Поняла меня. — Д..да. — Вот и хорошо.       Я развернулась и ушла из ташлыка. За спиной слышался шепот девушек. Они обсуждали мой поступок и поведение Акджан. — Идёмте быстрее в сад, там как раз гуляют Ханзаде и Махпейкер. — сказала я когда подошла к своим спутницам. — Бабушка, а ты кого там ругала? — задала мне вопрос Махфируз когда мы вышли в сад. — Девушки болтали не о том о чем должны были, вот я их и наругала. — ответила я, поправляя малышке складки на платье. — А сейчас беги играть с сестрами. . . . . . . .