Узы Силы: Летние случайности

      Люк не планировал вставать с постели следующим утром. Только после пятиминутной трели дверного комма он наконец оторвал голову от подушки. Он знал, что это не отец. В тех редких случаях, когда его ситхская милость удосуживался воспользоваться коммом, он звонил только раз, а затем врывался.       Открыв дверь, он увидел ждущего в коридоре Лева.       — С добрым утром, Люк. Помочь собрать вещи?       — Он тебя прислал помочь мне собрать вещи? — Люк скрестил руки на груди.       — Нет. Он прислал меня передать, что ты вылетаешь через полчаса, готов ты или нет. Он также приказал мне при необходимости приказать штурмовикам отволочь тебя в ангар.       С тяжелым вздохом Люк вернулся в кровать. Он улегся на живот, накрыв голову подушкой. Лев проследовал за ним и открыл жалюзи, отчего комнату залил свет.       — У тебя есть сумка? — спросил Лев.       Люк без энтузиазма указал на шкаф. Он услышал, как Лев вытащил сумку и подошел к комоду.       — В каком ящике у тебя белье?       Со стоном Люк поспешно поднялся.       — Забудь, я сам.       Он прошелся по комнате, наполняя сумку сменной одеждой и банными принадлежностями, а под конец прихватил пару личных вещей из тумбочки. Закончив, он отшвырнул сумку и уселся на кровать.       — Хорошо себя чувствуешь? — поинтересовался Лев, присоединившись к нему.       Люк не ответил.       — Будет не так плохо, как ты думаешь, — сказал Лев. — Тебе понравится. Я в твоем возрасте любил летние лагеря. Мы ходили купаться, учились ориентироваться и… Помню, как-то ночью мы…       — Это нечестно, — тихо сказал Люк. — Не могу поверить, что он так поступил со мной.       Лев улыбнулся.       — Неприятно говорить такое Люк, но ты сам виноват. В отделе разведки поспорили, что…       — Значит, ты на его стороне? — раздраженно сказал Люк. — Поверить не могу!       — Я ни на чьей стороне. Но понимаю, почему твоему отцу понравилась идея.       — Все что я сделал — заглянул на корабль охотника за головами, — сказал Люк. — Это была случайность! Я не знал, что он взлетит, пока мы с Беном на борту       — А тот случай со спидером адмирала.       — Я не знал, чей это спидер!       — А помнишь, как ты на крыше застрял?       — Я не застрял… Я ему говорил, что могу слезть без посторонней помощи. Но он никогда не слушает! К тому же, я за все извинился. И где прощение?       — Прощение — не про твоего отца. Но я не думаю, что он на тебя злится. Он просто решил, что тебе стоит отдохнуть от Корусанта. Тебе надо поехать туда, где твой приключенческий дух сможет процветать в контролируемой среде.       — В военный лагерь?! Там будет десять тысяч правил. Придется носить какую-нибудь дурацкую форму. У меня каникулы, вообще-то! — Люк спрятал лицо в ладонях. Несколько секунд прошло в тишине, прежде чем он снова заговорил. — Думаешь, он разрешит вернуться домой, если мне там правда будет плохо?       — Дай ему пару дней, — Лев поднялся на ноги. — Инцидент с охотником за головами выветрится из его памяти. Возможно, тебе придется упасть на колени и пресмыкаться… скажешь, что я уже согласился тебя забрать, если это поможет. К тому же, у тебя впереди вся дорога, чтобы его отговорить.       — Жду не дождусь, — вздохнул Люк.

***

      В кабине пилота царила неловкая тишина, повисшая с момента отлета с Корусанта. Прощание с Арту и Трипио только ухудшило настроение Люка, и даже волнующий прыжок в гиперпространство не смог его расшевелить. Подперев подбородок руками, он наклонился вперед, чтобы смотреть в окно.       Вскоре он осознал, что понятия не имеет, сколько продлится поездка. Пожалуй, стоило спросить.       — Куда мы снова летим?       Отец чуть шевельнулся, словно глубоко задумался о чем-то другом.       — На шестую луну Кавай, — наконец, сказал он. — Прибудем на место примерно через час.       — Значит, собираешься меня бросить на какой-то пустынной луне?       Отец повернулся и наградил его взглядом, от которого стало слегка не по себе.       — Не выводи меня.       Люк нахмурился сильнее и погрузился в недобрые мысли об отце. Он даже и не вел себя как его отец… настоящий отец бы так не поступил. Звезды, даже дядя Оуэн никогда бы так не сделал.       — Хотел бы я по-прежнему жить с дядей и тетей, — сказал Люк достаточно громко, чтобы отец его услышал.       Ответа не последовало.       — Они бы никогда не заставили меня уехать, — тише произнес Люк.       Отец потянулся, чтобы настроить монитор на новостной канал. Тот начал вещать о некоем происшествии с пиратами на торговом пути.       Люк примолк на мгновение, а затем добавил:       — Интересно, что бы об этом подумала мама.       Отец наконец не выдержал.       — Люк!       Люк откинулся назад, заложив руки за головой.       — Что?       Отец собирался было схватить его, но Люк быстро вскочил на ноги, так что между ними оказалось кресло второго пилота. Он бросил на отца осторожный взгляд, но тот не встал. Вместо этого он вернулся к панелям управления.       — Твои ребяческие попытки меня достать еще больше укрепляют меня во мнении, что это необходимо. Я уже объяснил, почему считаю лагерь лучшим вариантом для тебя. Хочешь обижаться — пожалуйста, но в другом месте. Иди и жди в пассажирском салоне.       — Я и так туда собирался, — заявил Люк. — Я с тобой не разговариваю.       — Если бы, — заметил отец, увеличивая громкость новостного канала.       С разочарованным возгласом Люк пошел прочь. У него уже заканчивались обзывательства, которыми он одаривал отца себе под нос.

***

      Когда они приземлились, Вейдер не стал звать Люка. Вполне возможно, его придется выволочь силой, но перед этой сценой Вейдеру хотелось обсудить ситуацию с ожидающим офицером. Когда Вейдер спустился по трапу и остановился перед ним, лицо мужчины выражало смесь страха и благоговения.       — Добро пожаловать на Кавай-VI, лорд Вейдер, — произнес офицер, кланяясь по-военному. — Я коммандер Хэйдж — начальник лагеря подготовки юных кадетов.       — Коммандер, — сказал Вейдер. — Я вверяю вам нечто бесконечно ценное. Я вернусь за ним через четыре недели. Если к тому же он получит какой-либо вред или того хуже — пропадет, я лично казню каждого ответственного за наблюдение офицера. Начиная с вас. Понятно?       Выражение лица командера словно бы говорило о том, что он выслушивал подобные речи ежедневно.       — Уверяю, сэр, ваш сын будет в руках профессионалов.       — Я разрешаю относиться к нему так же как и к любому другому ребенку на вашем попечении. Особенно в вопросах дисциплины. — Вейдер поразмыслил немного, стоит ли выяснить, как они справляются со своенравными кадетами, прежде чем подписывать Люка на эту судьбу. Возможно лучше не знать, чтобы не растерять решимость и не вернуться обратно на Корусант с Люком на буксире.       — В пределах разумного, — наконец добавил Вейдер.       — Сэр, уверяю, ваш сын проведет у нас время с огромным удовольствием, — исподволь успокоил его коммандер. — Но если возникнут проблемы, я проконсультируюсь с вами. В лагере есть полнофункциональное оборудование для связи, оно доступно в любое время дня и ночи.       — Очень хорошо.       Наверху трапа раздался шум, и, подняв глаза, Вейдер увидел волочившего багаж Люка.       — Это мой сын, — сказал он, поворачиваясь обратно к коммандеру, который смотрел на Люка с удивлением. Очевидно он ожидал не совсем этого. — Его имя Люк Скайуокер. С этого момента до моего возвращения он — ваша ответственность.       — Да, сэр.       Люк сошел с трапа и отвернулся. Вейдером овладел соблазн уйти, не прощаясь, но не хотелось оставлять Люка с ощущением, что ему на него наплевать. Может, сейчас сын в плохом настроении, но вечером он затоскует по дому. Коммандер отошел в сторонку, видимо, чувствуя, что им нужно побыть наедине.       Вейдер коснулся было плеча Люка, но руку тотчас стряхнули.       — До свидания, сын.       Люк кисло глянул на него и вновь отвернулся.       — Увидимся через четыре недели.       Люк невнятно пробормотал что-то. Звучало почти как прощание, но с легкостью могло оказаться еще одним оскорблением. Вейдер решил верить в первое. Заходя внутрь корабля, он не оглянулся.

***

      Первой вещью, замеченной Люком на этой странной планете, был воздух. Пахло так чисто и свежо, что дышать им было одно удовольствие. Посадочная площадка высилась над лесом, который простирался, насколько хватало глаз. Единственными звуками были пение птиц и журчание воды вдалеке.       Едва взглянув на офицера, он уже мог сказать, что тот ему не нравится. Мужчина одарил его взглядом, в котором читалось: «только не очередной испорченный корусантский баловень». Люк послал ему взгляд, который, как он надеялся, говорил: «только не очередной заносчивый имперский офицер».       Наконец офицер отвернулся.       — Следуйте за мной, кадет Скайуокер. Я отведу вас в лагерь.       — Кадет? — спросил Люк.       — Да. Пока ты живешь с нами, тебе временно присваивается звание кадета.       — А… а у вас какое звание?       — Коммандер. Коммандер Хейдж.       — Мне придется носить форму?       — Да. Все необходимое есть у меня в спидере.       Они пересекли посадочную платформу и вышли на другую сторону, где их ждал спидер. Это был стандартный имперский спидер, но адаптированный для труднопроходимой местности. И точно — на заднем сиденье лежала сумка на молнии. Забравшись внутрь, Люк наклонился посмотреть, что внутри. Несколько светло-серых униформ, спальный мешок, обогреватель, высоковольтный фонарик, пояс с инструментами…       — Это все мне?       — Да. Просто несколько самых необходимых вещей.       Люк снова сел вперед, интересуясь, куда они теперь едут. Спидер взмыл над платформой и ускорился в сторону горизонта.       Долгое время они молчали. Люк прислонился головой к окну, размышляя, что ждет его впереди. Четыре недели без возни с дроидами и кораблями… четыре недели без головида и игровой приставки. Это худшие каникулы в истории.       — Итак, — наконец произнес коммандер, — наверное, у отца большие планы на твое будущее.       Люк не ответил. Они летели над какими-то поросшими лесом холмами, раскинувшимися во всех направлениях.       — Многие наши кадеты поступают в престижные академии подготовки офицеров. Ты тоже туда собираешься?       — Я собираюсь пережить этот дурацкий лагерь и как можно скорее вернуться домой, — коротко ответил Люк.       — Ты не хочешь поступить в армию?       — Если вам интересно, почему отец оставил меня здесь, причина в том, что он не видит разницы между случайностью и намеренным ущербом, — объяснил Люк.       — Думаю, я понимаю.       Люк был благодарен, что коммандер не стал продолжать. Может он не так уж плох… он не заставлял называть его «сэр». Пока что.       — А какие у тебя планы на жизнь? — поинтересовался коммандер.       Люк вздохнул.       — У меня их нет.       — Правда? Ты первый такой кадет здесь.       Люк нахмурился.       — Мой отец, которого я знаю два года… ну, вам известно, кто он. Император считает меня угрозой для себя, не спрашивайте, почему. Он бы предпочел, чтобы меня не существовало, и отец со вчерашнего дня ведет себя также. Я не хочу думать о том, что случится в будущем. Я живу одним днем.       Коммандер взглянул на него, и на этот раз в его глазах было другое выражение. Оно почти напоминало… жалость.       — Похоже, на Корусанте тебе приходится непросто.       Люк кивнул и подпер голову рукой.       — Тебе стоит подумать о лагере, как о возможности побыть вдали от этого.       Спидер поднялся над грядой и впереди показался лагерь. Он был разбит на берегу сверкающего голубого озера, а посреди струился ручей. Люк увидел расставленные как попало палатки и кадетов, гоняющих мяч на поле. Напоминало парк на Корусанте, только в сто раз больше.       — Здесь красиво, — признал Люк.       Коммандер опустил спидер на землю рядом с другими припаркованными спидерами в верхней части лагеря у административных зданий.       — Отбой в 22:00, подъем — не позднее 7:00. В свободное время можешь гулять, не теряя из видимости флаг. — Коммандер указал на флагшток. Люк вылез из спидера, задрал голову и увидел развевающийся имперский флаг. Черный с белой эмблемой Империи.       — Возьми сумку, я найду тебе палатку, — произнес коммандер, оглядываясь по сторонам.       Люк подхватил багаж и последовал за коммандером вокруг фасада административного здания. По лестнице спускался удрученный кадет. Заложив руки в карманы, он смотрел под ноги. Когда коммандер окликнул его по имени, кадет встал смирно.       — Кадет Вирс.       — Да, сэр?       — Вы ведь сейчас один в палатке?       — Да, сэр.       Коммандер указал на Люка.       — Это Люк Скайуокер — он только что присоединился к нам. Он будет твоим соседом. Покажи ему все и познакомь с остальными. Он в вашем отряде.       Кадет отдал честь.       — Да, сэр.       Коммандер кивнул Люку на прощание и направился к одному из зданий. Люк посмотрел на своего нового спутника, который бросил на него быстрый взгляд, а затем отвернулся.       — Я покажу тебе, где палатка, — сказал он вежливо, но отстраненно.       — Ладно, — согласился Люк. — Спасибо, э?..       — Зови меня Зев.       Зев повел его по газону к мосту через ручей, бежавший посреди лагеря. Парочка кадетов, бродивших вокруг, посмотрела на Люка с интересом. Наконец Зев остановился у палатки в тени раскидистого дерева, чуть отдельно от остальных. Он расстегнул молнию и нагнулся, чтобы войти.       — Я только перетащу свои вещи на одну сторону, — сказал он. — Это быстро.       — Извини, что вторгаюсь, — Люк тоже вошел внутрь. Он ожидал увидеть раскиданные вещи и постельное белье, но вещи Зева были сложены аккуратными стопками.       — Без проблем. Я жил один только потому, что в этому году нечетное число кадетов.       Люк открыл сумку, которую ему дал коммандер и расстелил спальный мешок на второй половине палатки. Хоть его и бесило находиться здесь, сон в палатке — это интересно и ново. Они с Биггсом много раз хотели заночевать в палатке на Татуине, но взрослые им не разрешали.       — Ты сейчас хочешь пройтись по лагерю? — поинтересовался Зев.       — Мне, видимо, дня начала надо переодеться в эту дурацкую форму, — сказал Люк, вытаскивая ее из сумки. Форма состояла из двух частей, и на левой стороне мундира имелась плашка с его именем. Он прочел: «Кадет Скайуокер». К счастью, отец, видимо, связался с ними до прибытия и сказал его имя. Прочти он «Кадет Вейдер», плашку вероятно пришлось бы вырезать.       Когда он вышел из палатки в своем новом наряде, Зев взглянул на него, а затем произнес слегка циничным тоном:       — Поздравляю. Теперь ты выглядишь как все.       У Люка начало складываться впечатление, что его товарищ по палатке также начисто лишен энтузиазма, как и он сам.       Хотя во время экскурсии вел он себя дружелюбно, но описывал вещи все тем же отстраненным голосом, как и когда рассказывал про палатку. Он показал Люку освежители, столовую, медпункт, крытый спортзал, а затем перешел к прилегающей территории. Там было много полос препятствий, включая веревочную трассу высоко на деревьях. Несколько раз они проходили мимо озера, и Люк разглядел плавающих на той стороне кадетов. За ними присматривал офицер.       — Сколько здесь офицеров? — спросил Люк.       — Сейчас пять, — Зев поднял с земли ветку и поигрывал ею, пока они шли. — Не считая коммандера Хейджа и лейтенанта-коммандера Маты — они за главных. Мы их обычно видим только на занятиях в классах. Остальные лейтенанты — по одному на отряд.       — Сколько человек в отряде?       — С тобой шесть, — сказал Зев. — Я тебя представлю остальным за ужином. Мы — отряд «Верность». Отряды названы в честь разных имперских ценностей.       — Как называются другие отряды? — Люк спросил с опаской.       — Самоотверженность, Подвиг, Честь и Мужество.       — Как насчет контроля, запугивания, страха и подавления? — с ухмылкой предложил Люк. — Можно сменить название отряда?       Зев уставился на него как на сумасшедшего.       — Прости, — отвернулся Люк. Не надо было шутить, не зная ничего про Зева. — Это было не смешно.       — Это было смешно, но я не могу поверить, что ты это сказал, — покачал головой Зев. — Не говори подобного рядом с офицерами… такие разговоры доведут тебя до кабинета коммандера. Они назовут это изменой. Может, на Корусанте так шутить в порядке вещей, но местные офицеры служили на передовой… некоторые из них практически боготворят императора. О деле империи они говорят как о священном.       — Я буду следить за языком, — осторожно сказал Люк.

***

      Вейдер невидящим взглядом смотрел на звезды сквозь иллюминатор кабины пилота. Он не привык сомневаться в принятых решениях. На поле боя сомнения могут оказаться роковыми. Он не был готов к тому, как расставание с Люком выбьет его из колеи. Просто нелепо, правда. Он постоянно оставлял Люка на Корусанте, иногда по нескольку недель. Никакой разницы нет.       Люк перестанет расстраиваться, как только заведет пару друзей и освоится. Ему понравится жить под открытым небом на планете, не состоящей целиком из стекла и бетона. Кроме того, надо смотреть на вещи реально. Люк требовал больше его времени и внимания, чем вся галактика вместе взятая. Единственный путь обуздать эту волну безрассудства — поместить Люка под постоянный контроль. Что-то, на что лично у него не хватало времени. Это лучшее решение для всех.       Люк в хороших руках. Впервые за два года, о сыне не надо беспокоиться, так что ему скоро понравится. Можно делать все что раньше, до того, как на него свалились заботы отцовства. Надо будет по возвращении составить список, начиная с медитации. Возможно, помедитировать удастся прямо сейчас.       Вейдер устроился поудобнее в кресле пилота и потянулся к вездесущей темной энергии. Она закружилась вокруг, отвечая его мысленному касанию и смывая его недовольство Люком. Только он втянулся, как его прервал звук чьего-то смеха. Не чьего-то. Люка. Люк смеялся.       Вейдер удивленно поднялся и оглянулся на пассажирский салон. Люка там быть не могло. Он оставил его на Кавай-VI. Он никак не мог вернуться на корабль без его ведома.       Он подошел к двери пассажирского салона и почти с опаской заглянул внутрь. Но от увиденного почувствовал одновременно и гнев и облегчение. Пять абсолютно одинаковых вплоть до ботинок Люков сидели на одном диване. Сон о клонах.       — Да ради звезд, — сердито сказал он. — Убирайтесь!       Мальчики выглядели испуганными.       — Ты нас не любишь? — спросил ближайший.       — Мы будем хорошими! — прервал его другой.       Вейдер уставился на них, отчасти желая запереть в воздушном шлюзе и выпустить в открытый космос. Но даже он не мог заставить себя так поступить. Они были слишком похожи на сына. Однако он не припоминал, чтобы Люк был таким прилипчивым.       — Если хотите меня порадовать, уходите из моего разума, — сказал Вейдер. — Вы мешаете мне медитировать.       — Тебя медитация волнует больше, чем мы?       — Ну, это очевидно, — сказал еще один. — Прекрати ныть, Нытик.       — Кто б говорил, Хаттова рожа!       Вейдер отвернулся с молчаливой мольбой к Силе прекратить это видение.       — Тихо, — твердо сказал он.       — Но Нытик сказал…       — Я сказал тихо, — Вейдер развернулся обратно. — И не зови его Нытиком.       — Но это его имя.       — Имя дурацкое, — сказал Вейдер. — С этого момента вы Люк-1, Люк-2 и так далее.       — Кто Люк-1?       — Сами решайте.       В мгновение ока они начали спорить, кто есть кто. Вейдер шагнул назад, чувствуя, как ускоряется сердцебиение. Он мог справиться со многими вещами, кроме перспективы быть посредником в споре между пятью Люками. Он развернулся, намереваясь вернуться в кресло пилота, но видение исчезло. Он быстро сел и сжал рычаги управления. Слабое эхо спорящих клонов все еще отдавалось в голове.

***

      Вечером Люк направился за Зевом в столовую. После того как они взяли подносы с едой, Зев отвел его к столу отряда «Верность». Там уже сидели трое кадетов.       — У нас новенький, — Зев указал на Люка. — Люк, это Ламбер Фонз. — Зев показал на мальчика, который улыбнулся Люку и пробормотал «привет».       Затем Зев представил следующего мальчика, тот выглядел года на два младше Люка, может больше. Форма была ему великовата, отчего он выглядел еще меньше.       — Наш младший член отряда, Бо Джетнер. Бо застенчиво улыбнулся, после чего вернулся к ужину.       Зев указал на последнего мальчика, который как-то неприятно ухмыльнулся.       — И Крипс.       Люк приветливо улыбнулся, но Крипс ответ лишь поднял бровь.       — Есть еще один, — Зев повернулся к Люку. — Он где-то тут. Пойду возьму салфетки.       Зев поставил поднос на другой конец стола, подальше от остальных кадетов. Люк как раз размышлял, где присесть, когда у стола появился еще один кадет с подносом еды. Он бросил на Люка взгляд, а потом присмотрелся повнимательнее.       — Люк?!       Люк пригляделся и узнал школьного товарища на два года постарше — Хэви Апворса — сына какого-то известного генерала.       — Ты откуда взялся? — спросил Хэви.       — Я только сегодня приехал, — объяснил Люк.       — Правда? Что ты натворил?       — Э…       Хэви уселся и пригласил Люка сесть напротив.       — Дурацкие таблоиды засняли, как я целовал дочь сенатора Джрина на вечеринке. Я, видимо, выпил лишнего, потому что не заметил их… а потом придурок пиар-консультант моих родителей посоветовал им отослать меня сюда, чтобы ее отец не явился за мной с бластером.       — Я, э… — Люк уставился на еду, внезапно осознав, как по-детски выглядела его история с кораблем охотника за головами. Он не мог рассказать ее Хэви. — Я бы предпочел не говорить.       — Так плохо, а?       — Отец воспринял не очень хорошо, — поддакнул Люк.       — Ну, не могу представить, чтобы твой отец терпимо относился к вещам, которые… выходят из-под контроля. Уже познакомился с остальным отрядом?       Люк бросил взгляд на ребят.       — Да, э… Зев меня представил.       В этом момент Зев вернулся и сел за другой конец стола. Люк удивился, почему тот сидит отдельно, но затем Зев достал датакнигу. Он читал, держа ее в одной руке, а ел другой. На обложке красовалось изображение дерева и надпись, гласившая что-то о ландшафтном дизайне. Люку она показалась не слишком увлекательной, но, возможно, Зев такими вещами интересовался.       — Ты с ним живешь? — Хэви указал на Зева большим пальцем. — Если тебе надоест находить книжки в спальном мешке, у нас с Крипсом в палатке всегда есть местечко.       Люк порылся в памяти, но не припомнил в палатке ни одной датакниги. Странно.       Внезапно струя горчицы пронеслась по воздуху, заляпав ему форму спереди. Люк удивленно подскочил и огляделся в поисках нарушителя спокойствия. Искать пришлось недолго. Крипс все еще держал тюбик горчицы.       — Новичок! — издевательски закричал он, бросая пригоршню риса. Рис прилип к горчице, и смесь начала просачиваться сквозь мундир.       Другие кадеты, увидев с другого конца комнаты, что происходит, начали смеяться. Ламбер и Бо просто смотрели на Крипса как на сумасшедшего, но Хэви наклонился и схватил его за воротник.       — Хаттова башка! — выговаривал он, тряся Крипса. — Что за дерьмо ты творишь?       Зев окликнул Люка и протянул пару бумажных полотенец, которые взял ранее. Люк с благодарностью подошел, прихватив поднос.       — Надо было предупредить тебя, — сказал Зев, наблюдая как Люк пытается оттереться. Горчица была такой густой, что он сделал только хуже. — Проверь сегодня спальный мешок, чтобы тебе туда клея не налили.       Люк не ответил. Шок начал сменяться злостью.       Он взглянул на другой конец стола, где все подозрительно затихло. Все смотрели на него, словно ожидая какой-то реакции. Часть его желала швырнуть едой в ответ, но жизнь на Татуине приучила не разбрасываться пищей.       Наконец Крипс встал и подошел с извиняющимся видом. Он был на целую голову выше Люка и вероятно на год старше. Смущенно почесав ухо, он сказал:       — Прости. Я… я не знал. Просто прикалывался…       — Это было не смешно, — раздраженно заявил Люк.       — Знаю, мне так жаль, — нервно произнес Крипс. — Я сделаю что угодно, чтобы загладить вину. Клянусь, что угодно.       — Что угодно? — ухмыльнулся Зев. Он с интересом наблюдал за беседой.       Кадет его проигнорировал, взял кусок пирога с тарелки Люка и протянул.       — Вот. Если хочешь, можешь бросить в меня.       — Я хочу его съесть, — Люк выхватил пирог.       — Я брошу, — Зев встал и подцепил еды.       — Не вмешивайся, Вирс. — Крипс повернулся обратно к Люку. — Пожалуйста, позволь мне загладить вину.       Он выглядел таким жалким, что остатки гнева Люка улетучились. Этот парень явно был неуравновешен.       — Забудь, — заявил Люк.       В ответ кадет принял неожиданно испуганный вид. До этого он казался взвинченным, но теперь искренне боялся. Люк мог почувствовать его страх. Бросив взгляд на Зев, он обнаружил, что тот выглядит точно также. Причина скоро стала очевидной — на стол упала тень. Люк обернулся и увидел офицера. Судя по холодному взгляду сузившихся глаз, тот был не особо счастлив.       — Что здесь происходит, — потребовал он объяснений.       Крипс разразился потоком извинений и «ничего, сэр», но Зев сохранял молчание. Наконец офицер указал на дверь.       — Все трое — на выход! Сейчас! Шагом марш!       Отлично, подумал Люк, следуя за Зевом к двери. Пробыл меньше дня, а уже вляпался. Почти как дома. Остальные кадеты в столовой уставились на них, пока они шли мимо. Некоторые смотрели с жалостью.       Снаружи Крипс с Зевом встали смирно, дожидаясь офицера. Он все еще был в столовой. Люк встал рядом, отгоняя от лица ночных насекомых. Они тучами роились вокруг наружных ламп столовой.       — Кто это был? — наконец спросил Люк.       — Лейтенант Питка, — сообщил Зев.       — Также известный как лейтенант Пытка, — сказал Крипс.       Зев ухмыльнулся.       — Ага. Хотел бы я знать, кто умер и превратил его в Дарта Вейдера.       Люк удивленно повернулся к Зеву.       — Кто умер и превратил его в кого?       — Захлопни пасть, Вирс, — нервно сказал Крипс.       Люк догадался, что, должно быть, Хэви рассказал Крипсу, кто его отец. Это объяснило бы поток извинений минутой раньше…       — Просто выражение такое — Зев выглядел растерянным от реакции, которую вызвало его замечание. — Например, когда кто-то обжирается — «кто умер и превратил тебя в гигантского хатта» или когда…       В этот момент лейтенант Питка вышел из здания, и Зев замолчал. Он остановился перед ними, а затем уставился на Люка.       — Ты кто? Я тебя никогда раньше не видел.       — Я… э… — начал заикаться Люк.       — Это кадет Люк Скайуокер, сэр, — представил его Зев. — Он только прибыл пару часов назад.       Выражение лица лейтенант внезапно изменилось, и он снова взглянул на Люка. На этот раз он выглядел скорее любопытным. Наконец он снова бросил взгляд на Зева.       — А тебе поручили за ним присматривать, Вирс?       — Да, сэр.       — Тогда почему у него еда размазана по всей форме?!       Зев не ответил. Очевидно, он не хотел навлекать неприятности на Крипса, как бы сильно он того не заслуживал. Один взгляд на лейтенанта Питку дал Люку понять, что такого никто не заслуживал.       — Я опрокинул тарелку, — сообщил Люк.       — Любишь есть рис с горчицей? — лейтенант указал на большое пятно.       — Э… да, отличное сочетание, — сказал Люк. — Попробуйте как-нибудь.       Зев с Крипсом уставились на него как на сумасшедшего. Выражение лица лейтенант намекало, что он думал о том же.       Наконец он взмахнул рукой.       — Возвращайтесь внутрь. Кадет Вирс, идете со мной.       Люк хотел возмутиться, но не успели слова сорваться с уст, как Зев немедленно пошел за лейтенантом.       — Позволишь ему взять вину на себя? — спросил Люк Крипса.       — Он не сказал, что у него проблемы… просто хотел поговорить. Наверное, о чем-то другом.       — А если нет?       — Что я могу? Не идти же следом — он сказал, что хочет поговорить только с Вирсом. Слушай, не зли лейтенанта Питку. Неважно, чей ты сын. Раньше он был специалистом по допросам. Его отстранили от работы, потому что слишком много подозреваемых умирало. Он приказал нам возвращаться внутрь — значит надо вернуться.       Следуя своим словам, Крипс прошел мимо. Бросив последний взгляд во тьму, Люк пошел за ним.