Катехизис

      Ему казалось, он нашёл достаточно укромное место, чтобы его никто не потревожил, пока он сам того не захочет, но снова открыл глаза от того, что его колотят и попутно орут прямо в уши.       — Вставай, клятая выблядь! — Орала громче всех Екатерина. — Когда ты уже издохнешь-то, гнида опущенная! Куда опять Анну дел, плесень подбордюрная! Не уворачиваясь от новых ударов, он обвел взглядом всех нависших над ним, как демоны, монахинь. Краем глаза он заметил, что остальные девочки-воспитанницы стоят позади женщин.       Нилов поднялся с трудом на ноги, морщась от слишком громких криков вокруг. На оскорбления он даже и не повел ухом, но вопрос об Анне заставил его задумчиво вглядываться в девочек, и особенно искать взглядом Ольгу. Если кто-то и мог причинить вред Анне, то только она. Но посмотрев на неё, он понял, что она тоже не знает. Если Анны нет даже у озера, куда бы Ольга пошла первым делом, ведь она теперь знает об этом месте и их месте встреч, Максим тоже не мог догадаться, где она.       — Нам что тебя теперь, пытать? Какая жалость, что карцер занят дохлятиной! На очередной замах прутьев из шиповника, он поднял руку, хватаясь за него раньше, чем им хлестнут по телу.        — Да вы больные что ли! — Не выдержал он и заорал в ответ. — Конченные монашки-ебанашки, найду я её!       — У тебя время до 6 вечера! — огласили они ему, не уточняя, что будет, если он не управится за данное время.       В тот же момент они разошлись, оставаясь довольными собой. Нилов же побрел в первую очередь переодеваться. В одной из старых потертых футболок и растянутых джинсах он наконец вздохнул с облегчением, закинув голову и прикрыв глаза. «Кайф» — пронеслось в голове от ощущения на себе привычной одежды. В новом отведённом им пятерым углу у него не было даже прежних условий. Между помещениями, вмещающими лишь кровать и в лучшем случае тумбочку, и общим коридором не было дверей. Все маленькие окна закрыты снаружи решетками из толстых прутьев, которые мешали и без того едва проникающему снаружи свету. Несмотря на всё, единственным, о чем он сожалел, было то, что больше негде было прятать книги. Да и прятать теперь было нечего, ведь все они сгорели в том пожаре, в котором еще и винят конечно же его.       Услышав копошение за тонкой стеной, он заглянул к Ольге, встав в проходе. Она неторопливо переплетала косу, смотря в окно, но как только увидела мелькающую тень на стене, обернулась. Увидев Макса, она улыбнулась, но нервно забегала глазами.       — Расслабься, здесь больше никого нет. — Сказал он и подошёл к ней, как только увидел, что она не боится ненужного присутствия случайных свидетелей. Он приобнял её и усадил на кровать, почти сразу ложась на спину и утягивая её за собой. Почувствовав скованность девушки, он моментально её успокоил:       — Да расслабься, я просто соскучился по тебе и кровати.       — А вдруг…       — Мы услышим. Ольга повернулась на живот, укладываясь уже спокойно рядом и смотря на Макса.       — Тут такое было, пока тебя не было…       — Да? Надеюсь, ты в порядке?       — Конечно. А вот твоя Анна с катушек точно съехала. Видишь, даже как ты приехал, как в воду канула. Я уже думаю, может и правда утопилась. Пока этого не сказала Ольга, Максиму подобное и в голову не могло прийти, но теперь он действительно забеспокоился. Тем не менее, сдержал эмоции.       — С чего это ты взяла?       — Да она всё страдала, что ты теперь на неё не смотришь. А как ты приехал, бросила мешки и ускакала куда-то. Теперь на кухню меня поставили за неё. Паразитка, еще и лениться начала. Даже сдохнуть решила, лишь бы ничего не делать! Максим не сдержал смеха. Как она вообще до такого вывода дошла, злобная девчонка? Ольга восприняла реакцию Макса как одобрение такой шутки и засмеялась тоже.       — Боже. — Улыбкой он не давал повода Ольге догадаться, что на самом деле он был готов вскочить и побежать к озеру искать хоть какие-то следы Анны. Да что там, если бы это помогло, он бы бросился и сам в воду.       Но вместо этого он повернулся на бок, подложил свою ладонь под её щеку и большим пальцем упираясь несильно в скулу, притянул медленно к себе, вовлекая в поцелуй. Девушка податливо повернула голову, закрывая глаза и по инерции кладя руку ему на грудь. Она пришла в полный восторг, что его сердце бьется так быстро от поцелуя с ней, хотя тому была другая причина, и она быстро переместилась, наваливаясь на Макса всем телом, отпустив все сдерживающие её мысли о приличии. Поцелуй быстро стал агрессивнее, и Нилов уже засомневался в девственности Ольги, пусть ему и не было никакого дела до того, как оно на самом деле. Когда его руки уже ласкали её бедра под задранной юбкой, и он понял, что ему ничего не мешает её оттрахать, как ему захочется, он не позволил себе тратить на это время. Он с разочарованным мычанием оторвался от её губ, смутным от возбуждения взглядом смотря на неё.       — Меня скоро повесят прямо на воротах… Ольга оглянулась на маленькие часы-будильник, стоящие на тумбочке.       — Вот же… уже три часа. Я правда не знаю, где эта тварь. Максим, не прекращая поглаживать девушку, аккуратно целовал её шею, стараясь постепенно успокоить.       — А почему мне дали время до шести? — Шёпотом спросил он, расправляя её одежду и переместив руки на её спину и талию.       — Потому что после ужина служба до самой ночи по поводу нашего отъезда. Она должна быть там.       — А куда мы уезжаем?! — Искренне удивился Макс.       — На Валаам же! — Ольга отклонилась от него, поражаясь, как он мог такое забыть. — Пока не отстроят новый корпус. Разочарованная Ольга сползла с него и встала с кровати, поправляя уже самостоятельно блузку и юбку.       — А… а во сколько? В отличие от девушки, Нилов, казалось, вставать совершенно не собирался.       — В 5 утра. А там до Иваново и в Плёсе на теплоход до Питера.       — Нихера себе. Дорого-богато значит.       В этот момент хлопнула тяжелая кованная дверь, что заставило наконец Макса вскочить с кровати и искать глазами, куда можно спрятаться. Мебели вокруг и пространства не было настолько, что хоть на потолок лезь. Оставалось только нырять в срочном порядке под кровать.       Вместе с приближающимся топотом толпы он услышал вопли монахинь.        — Померла, паразитка! Да как не вовремя! — Голосила явно игуменья. Ольга выглянула в коридор: действительно шла игуменья и за ней еще монахинь шесть, не меньше, включая Екатерину. Она быстро вернулась к кровати, делая вид, что заканчивает собирать волосы, хотя они были такими растрепанными, что даже в хвост бы их собрать сейчас не удалось. Максим от услышанного зажмурился, не веря своим ушам. Нет… Этого просто не могло случиться! Он уже начал выползать из-под кровати, готовый разорвать этих женщин, но Ольга с силой пнула его, заставляя остаться там.       — Ты еще здесь! — Заметив её в своей комнате, обернулась на неё Екатерина. — А ну брысь на кухню! Я за тебя готовить что ли буду!       — Извините, Матушка.       Ольга немедленно вылетела в коридор, бегом направившись на кухню, надеясь, что у Макса хватит ума не выдать их обоих. У него же уже не было сил и желания куда-то выходить. Он опоздал. Он зажимал себе рот ладонями, стараясь не издавать ни звука, в то время как ему хотелось самому сейчас кого-нибудь убить и кричать до срыва голоса.       Когда наконец толпа удалилась, он выбрался из-под кровати, и от бессилия уперся лбом в холодную стену, не в силах больше куда-то идти. Он не замечал времени, и больше ничего не слышал вокруг себя. Так продолжалось, пока сзади его не одернула за плечо Ольга.       — Ты не будешь её искать что ли?       — Так ведь... а чего уже… Ольга закатила глаза и громко цокнула языком.       — Да мелкая померла, это тебя не освобождает от поисков змеюки! Если тебя повесят на воротах, ты так и останешься мне должен за сегодня. Макс моментально расправил плечи, схватившись за талию Ольги.       — Да?! В смысле… Надя что ли? Какой ужас. — Он моментально запутался в своих эмоциях. Ему было до безумия жаль девочку, но одновременно с этим он был вне себя от счастья, что это не Анна.       — Да она тут валялась с температурой дня три, слава богу никто с ней в те дни не контактировал. Ну только она к тебе там чего-то клеилась…       — Да мне-то чего будет, я ж бухаю. — Снова нашёл в себе силы шутить Нилов. — Спокойно, щас найдем.       Он на радостях искренне поцеловал отрывисто Ольгу в щеку и вприпрыжку побежал на поиски.       В первую очередь он всё же решил проверить у старой ивы. Он показывал ей много мест, откуда человека не будет видно с пригорка. И действительно, Макс сразу же увидел знакомый силуэт за извилистым толстым стволом дерева. Сомнения отпали, когда он услышал всхлипывания и тихий плач. А подойдя ближе, рассмотрел, что Анна сидела, обхватив ноги руками и закрыв глаза, подрагивая от измотавших рыданий. Он скачками спустился по крутому берегу и сел перед ней на корточки, пытаясь заглянуть в лицо, закрытое прядями распущенных светло русых волос.       — Ты че здесь делаешь, а? Там все уже на ушах! Меня чуть не повесили, а ты тут сидишь отдыхаешь. Анна подняла на Макса затуманенный от слез взгляд, но кроме мычания в ответ ничего толком сказать не смогла.       — Пошли. — Он схватил её за запястье, уже поднимаясь и пытаясь потянуть её за собой, как Анна внезапно вырвала руку.       — Я не могу никуда ехать. — Наконец выдавила из себя она.       — Это еще почему? Ему пришлось сесть обратно на землю.       — Я скоро умру, и они выбросят меня в реку.       — Ты больная что ли?!       — Да-а. — Девочка снова завыла во весь голос.       — Да ты можешь нормально объяснить? — старался спокойно узнать причину таких слёз Нилов. Главное, что она жива и перед ним, и в чем бы дело ни было, это не имело значения для него.       Анна только замотала отрицательно головой, продолжив реветь. Максима начинало раздражать такое поведение, которого он раньше никогда не замечал от Анны. Она никогда бы не стала плакать на пустом месте, и довести её до такого состояния могли только старшие.       — Окей, давай гадать. Тебе напихали полный рот соли?       — Не-ет…       — Уксуса в рот залили?       — Не-ет…       — Землю жрать заставляли со стекловатой и гвоздями?       — Не-ет.. На этом варианты возможных наказаний от воспитательниц у Макса кончились. Он резко вскочил, уже выходя из себя.       — Ну а с хера ли ты умрешь?! — Развел он руками, даже не догадываясь о причине расстройства.       Но ответа он так и не услышал. Тогда он рывком её поднял с земли за подмышки и перехватил за плечи, чтобы она снова не вырвалась.       — Вставай, блять, мне сейчас башку снесут из-за тебя, что за бред ты несешь! Он повернул её к себе спиной и стал подталкивать к подъему. Анна все еще пыталась освободиться, и пока он её сдерживал, его взгляд зацепился за обширное красно-бурое пятно на светлой юбке. Он отодвинул её, держа на вытянутых руках, и еще раз всмотрелся в испачканное место.       — Слушай, я, конечно, не уверен, но ты походу не умрешь. Нет, ну мы все умрем, но не так просто. Анна развернулась к нему, и слезы моментально прекратились.       — Правда?…       — Кривда. Ну может и умрешь, я пророк что ли. — Решил он немного напрячь девушку за то, что она так сильно заставила его волноваться своим внезапным исчезновением, а после еще и истерикой. — А может и нет, фиг тебя знает. Он отвернулся и пожал плечами, сдерживая смех. Это казалось ему абсурдом: в месте, где постоянно вокруг более тридцати женщин, именно он оказался обязанным сказать ей, что от менструаций не умирают. Винить Анну в том, что вместо того, чтобы сказать об этом кому-нибудь из матушек, она просто убежала, он не мог. Может быть, её бы и правда побили и заставили сидеть в карцере до окончания. От последних слов Макса девочка снова залилась слезами, и перестала только когда Максим не смог больше сдерживать смех.       — Конечно. — продолжала она, шмыгая носом. — Вы все просто будете жить как раньше. Ольга будет счастлива. Почему вдруг она вспомнила об Ольге и почему она будет счастлива, Нилов вообще не понял. Он запутался в мыслях Анны, которые, кажется, уже завязались в огромный клубок, и если это не остановить, он сойдёт с ума от её умозаключений.       — Ой, всё, давай ты будешь умирать молча. Анна снова завыла, на что Макс её встряхнул за плечи.       — Молча, блин. Меня слушай. Он заставил её посмотреть на него, и не сводил взгляда, пока она не взяла себя в руки и действительно не замолчала.       — Мне нужно часа три. Ну максимум четыре. Хочешь, сиди тут. Только чтобы даже никакие Оли тебя не нашли. Дождешься? Анна закивала головой, с надеждой смотря на Максима.       — Всё, давай. Умирать она собралась. Лишь бы не готовить! ¬¬— Повторил он шутку Ольги, уже поднимаясь по обрыву.       Афишировать случившееся среди матушек было явно не лучшим решением, как и пытаться просить у них хоть что-то напоминающее гигиенические средства. Направляясь к арке, ведущей в город, он усердно думал, как можно достать прокладки, не имея денег. Не в студию же заявляться и заявить «девочки, в честь нашей последней встречи прошу одолжить мне каждой по прокладке!». Эти стервы его так просто без расспросов не оставят, а ему нужно было как можно быстрее вернуться. Тем не менее, идти больше было некуда. Он ненавидел проходить это расстояние пешком, а уж тем более, бегом. Даже проезжая по возможности по одной остановке на первых попавшихся маршрутках, он добрался до нужного места лишь за сорок минут.       — Опять ты! Денис всплеснул руками, как увидел Максима. Он готов был самолично приковать Макса к игуменье, чтобы он точно больше не появился у него. Но Нилова совершенно не смутила такая реакция, он сразу перешёл к тому, зачем пришел.       — Нам срочно нужно в Премьер!       — Да что ты?! А подороже ничего не нашел? Мне вот не надо туда. Да и вообще…       — Он кивнул на одежду Макса. — Ты себя-то видел?       — Дэн! Ты можешь не быть говном хотя бы сейчас? Это последний раз!       — Это уже десятый последний раз, ты - просто проклятье! Максим поднял обе руки на уровень головы, словно сдаваясь, и сменил тон разговора.       — Очень надо. Пожалуйста.       Денис оценивающе посмотрел на не так давно красивого и привлекательного мальчика: от него ничего не осталось. Без макияжа он теперь был серым, а не просто анемично бледным.       — Если ты хочешь есть, давай просто я тебе куплю в магазине еды.       — Я не хочу есть.       — Зачем тогда тебе в ресторан? Ох, ладно, я не хочу задаваться никакими вопросами насчет тебя. Режиссёр набрал номер Наташи, любимой визажистки Нилова, и она уже через несколько минут подошла к ним. Они с Максом улыбнулись друг другу, действительно радуясь встрече.       — Наташ, быстро и под приличную бабу, понято-принято? — скомандовал Денис, и вернулся на оставшееся у него время к работе.       — Понято. — Без лишних разговоров и вопросов ответила она, уводя Максима за собой. Нилов расслабленно уселся в кресло, предвкушая приятные двадцать минут, в которые Наташа за разговором приведет его в полный порядок.       — Эй, ты как? — Первым делом поинтересовалась женщина.       — Ну так себе. — Ответил честно Нилов. — Дома полный трындец: одна сдохла, у второй месячные, третья на счетчик, кажется, уже по сексу поставила, хотя вроде девственницей быть должна быть. Я в ахуе. Еще и в Валаам уезжаем, ты прикинь. Ну просто у нас дом сгорел, и они думают, что это я, а я в это время вообще тут был… Так я еще и сегодня до шести вернуться, потому что иначе меня повесят прям на воротах. А они могут, знаешь, еще перед этим дохлых крыс в рот напихают. Наташа только улыбалась от привычной многословности Макса. Она не знала, что такое он может позволить себе только с ней, в общем-то. И только в моменты, когда ей нужно было, чтобы он сидел неподвижно, она просила его помолчать и в это время рассказывала что-то сама. Правда, это длилось недолго.       — Так вот, а эта Ольга оказалась просто маньячкой какой-то! Я думал, так, ну по приколу с ней позажимаюсь, она там в меня влюбится, будет раскрыв рот ходить за мной и больше нам с Анной проблем не приносить, а она ка-ак залезет на меня! Ебал я такую скромность и правильность. Ну пока не ебал еще, слава богу. Но вообще-то ей четырнадцать!       — Ну и тебе не сорок же.       — Ой да я уже не знаю, что лучше. Лучше бы ей было сорок, и то не так стыдно бы было. Наташа с сожалением улыбнулась.       — Мне кажется, ты запутался из-за всего этого. А вот эта Анна? С ней тебе ничего не хочется?       — Нет. — Не задумываясь, ответил Максим. — Она вот действительно хорошая. Не Оля. И ей нужен не я.       — Это еще почему ты так решил?       — Наташ. — Макс запрокинул голову назад вслед за движением расчески и посмотрел на визажистку. — Вот как ты думаешь?       — Я не знаю, потому и спрашиваю. — Она вернула его голову в нужное ей положение.       — Может потому, что меня уже отодрало больше полусотни мужиков и баб точно? Наталья окончательно потерялась в расставленных установках Максима. Она пыталась понять, но не могла даже логически дойти до того, почему он так для себя решил.       — Так с Олей же тебя это не останавливает, а останавливает только её возраст, между прочим, всего лишь на год отличающийся от твоего…       — Ну, потому что это Оля! — Раздраженно воскликнул Макс. — Ну Наташа, блин! Ну как ты не понимаешь!       В другой ситуации она бы посоветовала обратиться Максиму к психологу или даже скорее психотерапевту, но она прекрасно понимала, что довело его до такой сломанной логической цепочки.       Закончив с укладкой, она еще раз оценила результат. Конечно, излишняя худоба начала его сильно портить, заостряя и так утонченные черты лица, но она осталась довольна тем, как поправила это макияжем. В придачу к одежде она протянула ему свою сумочку, предварительно освободив её от своих вещей.       — Вернешь. — Уточнила она, сурово посмотрев на удивленного Макса. — Я тебе не Дэн. Максим зашипел в ответ на такое обидное напоминание.       — Да, на Валааме бы она мне так пригодилась, знаешь. — Съязвил он на это. Максим оценил свой внешний вид в зеркале, как всегда восхваляя Наташу. Он любил всё, что она делала с ним: как расчесывала, какой макияж выбирала, какую одежду ему советовала, если это нужно было. Она знала лучше него самого, как он должен выглядеть.       Когда подошёл Денис, он даже присвистнул от неожиданно хорошо выглядящего Макса.       — Ну надо же, а я тебя уже со счетов списал. Но наша Натали, как всегда, сотворила чудо. — Он приобнял за плечи визажистку, вручая ей сразу же деньги за проделанную работу.       Дэну казалось, Макс смотрел на него, как в первые дни их хороших отношений. На удивление, это было действительно так, но это было лишь от того, что Макс был действительно доволен отражением в зеркале. Для Дениса его по-детски наивный взгляд означал, что он вовсе не злится и может, наконец они расстанутся по-доброму. Нилов же искренне радовался только по одному поводу, и в голове у него крутилась только одна мысль: «я снова красивый».       В ресторане Максим действительно отказался от любой предложенной еды, заказав лишь кофе, с которым, он думал, ему приходится тоже прощаться, и это его заставляло грустить куда больше, чем последняя встреча с Денисом в дорогом заведении.       Не усидев больше двадцати минут, он отошёл без сомнения и лишних взглядов в женский туалет. Он сгреб все уложенные в коробочку прокладки в сумочку, одолженную у Наташи, и вернулся за стол. Через несколько минут он вновь отлучился, уже собирая предметы гигиены в соседней кабинке. На третий же раз Денис всерьез обеспокоился состоянием здоровья Макса.       — У тебя что-то не так?       — Да забей, всё отлично. Кофе, знаешь…— отмахнулся Нилов. Когда сумочка была почти вплотную забита запасами ресторана, Максим решил напомнить Денису о времени.       — Не довезешь меня? Меня просили вернуться пораньше. Уже завтра меня и следа здесь не будет. Прости за все проблемы, которые я принёс тебе… Вся это уже непривычная вежливость Макса, его внешний вид и незначительные, казалось бы, мелочи, такие как мимика и жестикуляция, добавляющие масла в огонь, заставили Дениса снова засматриваться на него.       — Макс, ты заставляешь меня сомневаться в своём решении. — Покачал мужчина головой, не веря, что говорит это. — Когда ты трезвый, ты замечательный. Максим улыбнулся уголками губ, словно извиняясь за своё поведение в прошлом.       — Спасибо тебе, Денис. Нилов взглянул в глаза режиссеру и прежде всего человеку, которому он решил полгода назад довериться.       — Прекрати. Ты режешь меня без ножа своей безобидностью. Но я же знаю…       — Конечно. — Не стал продолжать Макс, еще больше заводя Дэна в краску стыда. Это было слабое место Дениса, в которое так безжалостно сейчас бил Макс своей покорностью и кротостью. Его было бесполезно пытаться разводить на чувство стыда различными упреками, криками, требованиями и воскликами «ты должен», «ты виноват», «ты обязан», но его так было легко обезоружить таким поведением, что он готов был бежать со стыда за то, что сделал с Максимом без оглядки. Он готов был отдать ему все деньги, купить всё, что угодно, лишь бы искупить безумие, в которое ввёл его.       — Боже, Макс… прости.       — Не нужно, пожалуйста. Поехали. — Также спокойно попросил его Нилов, уже вставая.       Переложив в машине всё собранное по туалетам ресторана в пакет, он оставил сумочку Наташи, как и обещал.       — Можно я не буду переодеваться? — уточнил он также тихо у Дениса, когда они уже подъезжали к монастырю.       — Да как тебе вообще такое в голову пришло? Черт, надо было что-то купить еще…— Денис скривился от своего очередного «недодумания». — Давай заедем? Сколько там времени? Максим только вяло улыбнулся, не поднимая взгляда на него.       — Не нужно. Когда они подъехали к главным воротам, они несколько секунд сидели молча, словно забыв любые слова, связанные с прощанием.       — Ну может, всё-таки что-то купим? Максим с такой же улыбкой покачал молча головой.       — Лучше скажи мне: я красивый? Денис как в первый раз разглядывал Макса.       — Безумно. — Денис не смог удержаться и притянул мальчишку к себе, крепко обняв и принявшись расцеловывать. — Ты самый красивый человек из всех, кого я видел.       Пока Максим наслаждался комплиментами, он и не заметил, как Дэн в момент впился в его губы, совершенно не желая отпускать. Словно окаченный холодной водой, он, как и прежде, подчинился желаниям Дениса. Прекрасно зная тело Макса, мужчина быстро возбудил его, как бы тот ни пытался отодвинуться: салон машины не позволял уклониться от требовательных рук.       — Дэн…— Нилов растерянно посмотрел на Дениса, словно не веря, что даже сейчас он заставит его отрабатывать поездку. — Пожалуйста…       — Как же я без тебя теперь буду… — снова приближаясь к лицу Макса, сетовал мужчина. — Ты сводишь меня с ума...Макс, это я на самом деле должен просить. Пожалуйста.       Он снова принялся наглаживать Макса сквозь ткань брюк по внутренней стороне бедер и попутно целовать шею, наслаждаясь сбивающимся дыханием и обмякающим в его руках телом. Наконец он добился того, что они оба переместились на задние сидения и Нилов сам перед ним разделся, слыша над собой довольные предвкушающие вздохи мужчины. Он ненавидел трахаться в машине: с его длинными ногами ни одна возможная поза не была удобной. Поэтому он просто терпел, изредка посматривая на Дениса. Тот же был в полном восторге, подминая мальчишку под себя, как самому будет удобно, и возбуждаясь еще больше от его скулежа. Он обожал, когда Макс смотрел на него именно так, с ожиданием и мольбой. Теперь можно было не заботиться об отсутствии синяков на теле Нилова, и он схватился за выступающие тазовые кости так сильно, как давно хотел, отчего Макс не сумел сдержать крика. А чуть позже еще одного, потому что Денис также впился пальцами в подключичную ямку. А когда крики стали слишком частыми, Денис опрокинул Макса на спину и быстро занял его рот членом, вновь наслаждаясь тем, как давно он не получал такого хорошего глубокого минета. Да, определенно, с этого мальчишки еще было что получить. Он вновь и вновь сожалел о сложившихся обстоятельствах, но, когда кончил, наконец готов был распрощаться с ним.       Одеваясь, Макс не произнёс ни слова. Он не рассчитывал, что снова окажется в безвыходном положении с Денисом, как при первой их встрече.       — Сколько времени?... — наконец тихо выдавил из себя он.       — Почти шесть.       — Вот черт! Открой машину, быстрее! — Максим быстро затянул ремень на новых брюках и выскочил из машины, сжимая в руке шуршащий пакет. Вбежав также через боковую арку сбоку забора, он бегом возвращался к Анне. Она сидела там же, где он её и оставил, и ему показалось, что даже и в той же позе.       — На, — он достал из кармана чистое белье и протянул пакет.       — А это…что? Максим вздохнул, понимая, что ему придётся всё объяснять ей в любом случае. Правда, сейчас он бы с огромным удовольствием лучше помолчал. Постаравшись ей рассказать ей краткую инструкцию к её дальнейшим действиям, он подвёл всему итог, не дожидаясь новых вопросов.       — Тебе сейчас просто надо отстоять на этой службе и не сдохнуть. Анальгина у наших не допросишься.       — Но вроде… мне не больно.       — Тем лучше. Просто иди, пока меня не распяли уже у главных ворот.       Он проводил её взглядом, убедившись, что она действительно пошла в нужном направлении, и сам сел среди оголившихся корней, облокачиваясь спиной на ствол дерева. Закрыв глаза, он и сам не заметил, как снова из глаз полились ручьем слёзы, и больше всего на свете он бы сейчас желал выпить вина и уснуть в беспамятстве. Уже через несколько минут от красоты, наведенной Наташей, ничего не осталось, и он чувствовал, как растёкшаяся тушь стягивала кожу лица.       — Пиздец. — высказался вслух он. — За прокладки я еще не ебался. Охуеть. За слезами подступил нервный смех от осознания сложившейся ситуации. Ни одно самоубеждение, что этого следовало ожидать, его не успокаивало. Он совершенно не рассчитывал, что это случится снова! Что Денис так легко заблокирует двери машины, что он снова так просто молча согласится на то, чего ему совсем не хотелось. Как бы он ни отрицал это, дело было не в отсутствующих документах и деньгах. И только сейчас, когда он не смог сказать «нет» и избежать очередного нежеланного секса, он начинал принимать эту мысль.       Дело оказалось не в том, что он был никем без денег и документов. Дело было в том, что он сам чувствовал абсолютную пустоту внутри себя, заставившую его в одну секунду потеряться в этом мире. Почему-то только девушки видели в нём кого-то. Однако, на самом деле он ни на что оказался не способен без того же Дениса. И это вызывало нескончаемое отвращение к себе.