Птичка в клетке

      От садоводства я весьма далека, так что прошу простить мне мою необразованность. Если вдруг кто-то что-то знает, то я с удовольствием выслушаю ваше советы и поправления.       Плюс, этот фанфик — не совсем тот формат, который бы мне хотелось писать (постапокалиптика, яндэрэ и т.д. — ну совсем не мое), но меня уж очень просили. Не знаю, что точно из этого получится, но я постараюсь.       Приятного чтения)

***

«Птичка в клетке» Пролог

Если мне скажут, что завтра наступит конец света, то еще сегодня я посадил бы дерево (Мартин Лютер)

      Утро — это вкусные запахи завтрака и кофе, который готовит отец. Папа готовит тогда, когда его об этом просит мама, занятая очередным своим проектом. Кто-то другой возмутился бы, но папе нравится делать это. Особенно если в благодарность он получит от мамы поцелуй.       Утро — это мерный стрекот швейной машинки, на которой работает мама, выполняя заказы от клиентов. Иногда она работает целыми сутками, но ей действительно очень сильно нравится эта работа, поэтому я не могу не радоваться за нее. Но иногда мне и брату приходится почти насильно прогонять ее в постель. Моя мама — модельер-энтузиаст своего дела.       Утро — это недовольное ворчание брата, который в очередной раз от невнимательности и сонливости навернулся с лестницы, и сейчас недовольно шипел, потирая наливающийся синяк. Я точно знаю, что он до трех часов ночи читал комиксы — видела это, когда поднималась на крышу, поэтому и не выспался. Мне бы пожаловаться родителям на это, но Итан уже взрослый мальчик, поэтому сам должен следить за собой, хотя я иногда думаю, что он порой хуже иного маленького ребенка.       Утро — это глупые комедии, которые с большим удовольствием смотрит мой отец, особенно если уровень шуток здесь примерно как у первого класса. Впрочем, он очень много работает инженером, постоянно проводя какие-то расчеты, поэтому дома он хочет посмотреть что-то очень легкое, чтобы не приходилось напрягать мозг. Папу нужно обнять и поинтересоваться делами, сетуя на то, что он снова пришел слишком поздно и в очередной раз собирается уйти слишком рано.       Я знаю, что это не исправит его трудоголизм, но я отчаянно надеюсь, что он будет хотя бы немного больше задумываться о своем здоровье. Все-таки, ему уже под пятьдесят, поэтому самое время пристально следить за собой.       Утро — это семейный уют, когда все собираются за одним столом, переговариваясь между собой и обсуждая планы на дальнейший день.       А дальше непременно хлопнет входная дверь, прозвенев колокольчиком, и папа уйдет. Зафырчит его автомобиль — старенький Ford, которому уже лет пятнадцать, и он отправится на работу. Мама вернется к работе, а Итан сбежит в свою комнату. Я же уберу со стола и пойду отсыпаться после почти полностью бессонной ночи.       Лос-Анджелес — город США в штате Калифорния, жизнь в котором всегда кипит. Этот город является одним из крупнейших мировых культурных, научных, экономических, образовательных центров. Также город — один из крупнейших мировых центров индустрии развлечений в сфере кино, театра, музыки, литературы и телевидения.       На первый взгляд кажется, что Лос-Анджелес состоит сплошь из высоких и стеклянных небоскребов, которые почти пугают своей величественностью и холодом, а еще из аллеи славы и огромной надписи «Hollywood», к которой каждый год совершают свое паломничество миллионы туристов, принося в казну штата, а затем и страны очень большие деньги.       Однако, это не так. Лос-Анджелес — это еще мосты, поражающие воображение, прекрасные пляжи, парки, церкви, а также уютные домики в спальных районах на окраине города, высота которых не превышает пяти этажей. Пусть они не могут похвастаться новизной и красотой, как небоскребы в самом центре города, но эти дома все равно самое уютное, что можно найти в этом городе.       А если ты живешь за чертой города, и твои родители могут позволить себе собственный дом, пусть даже в один этаж… О, тогда ты обязательно получишь свой небольшой, но милый садик, за которым с удовольствием будешь наблюдать и ухаживать, пока у тебя будет достаточно энтузиазма.       Когда я была маленькой, мама звала меня своей маленькой маргариткой. Я даже имя получила в честь этого цветка — Дэйзи. Этот цветок действительно красив и, пусть он не может похвастаться роскошью розы, изящностью лилии или величавой прелестью орхидеи, но этот простой, но красивый цветок, по праву закрепил свою роль всеобщего любимца. Думаю, трудно найти людей, которым бы не нравился такой цветок.       Этот цветок на первый взгляд такой простой, что издали его можно порой перепутать с ромашкой, но если подойти ближе — ни за что на свете не ошибешься.       Мама говорила, что назвала меня в честь того времени, когда маргаритки цветут самым пышным и прекрасным цветом, ведь я родилась пятого июля. Она еще с детства обожала эти цветы, но во время беременности ей очень сильно нравился этот запах, так что она буквально везде разбрызгала его. Вот она и решила, что когда ее дочь родится, именно в честь этих цветов она получит это имя.       Так на свет появилась я. Я родилась на три с половиной месяца раньше срока, но врачи были очень опытные, а оборудование просто прекрасным, как и в любой другой больнице США, так что я выжила. Мама говорила, что я была такой маленькой и крохотной, а еще легкой-легкой, словно пушинка. Стоило ей только взглянуть на меня один раз, как она поняла, что не ошиблась с выбранным именем — Дэйзи прекрасно мне подходило.       Мама называла меня своей маленькой маргариткой — в такие моменты у нее был очень добрый и теплый голос, а каждая буква буквально перекатывается, словно она роняет какие-то невероятные звонкие бусины-колокольчики. Когда я была маленькой, то очень любила слушать, откуда именно взялся такой милый цветок, в честь которого меня и назвали.       Тогда мама рассказывала мне легенды про возникновение маргаритки.       Например, по одной из легенд, Пресвятая Богородица, желая однажды зимою доставить удовольствие маленькому Иисусу и подарить ему венок из цветов, не найдя ни одного на побитых холодом полях, решила сделать их сама искусственно из шелка. И вот, выделывая различные цветы, она сделала одни, которые особенно понравились младенцу Иисусу. Это были маленькие маргаритки, сделанные из желтой шелковой материи и толстых белых нитей. Приготовляя их, Пресвятая Богородица не раз колола себе пальцы иглой, и капли крови ее окрасили местами эти нити в красноватый или розоватый цвет. Вот почему кроме белых лепестков встречаются и розоватые и на нижней стороне они часто бывают окрашены в красный цвет.       Цветы эти так понравились младенцу Иисусу, что он хранил их всю зиму, как драгоценность, и когда наступила весна, высадил в долине Назарета и стал поливать. И вдруг искусственные цветы эти ожили, пустили корни, стали расти и, разрастаясь все более и более, переселяясь из одной страны в другую, вскоре разрослись по всей земле. И теперь, как бы в воспоминание об этом чуде, цветут эти прелестные цветочки с ранней весны до глубокой осени, и нет в мире страны, где бы их нельзя было встретить.       Или другая легенда:       Говорят, маргаритка возникла из праха Альцесты, жены фессалийского царя Адмета, которая пожертвовала своей жизнью, чтоб спасти жизнь мужа.       Адмет этот был любимцем Аполлона, который упросил богинь судьбы Мойр не дать ему умереть в назначенный час, если кто-либо другой согласится принять за него смерть. Когда же настает час его смерти, никто из друзей не решается за него умереть. Даже престарелые родители, и те не хотят пожертвовать ради него свою жизнь. Только верная жена его Альцеста отказывается от полной радости жизни и умирает за него.       Тогда Геркулес, зашедший к нему во время совершения своих подвигов, узнав случайно об этом великом самоотверженном и великодушном поступке, решается во что бы то ни стало возвратить ее снова к жизни. Он отправляется в Аид и добивается у Танатоса, бога смерти, чтобы он опять вернул ее на землю; но так как в человеческом виде она не может уже вернуться, то появляется в виде цветка — маргаритки.       Кстати, свое название цветок получил от греческого слова margarites, обозначающего «жемчужина», так как покрывающие зеленые луга бесчисленные ее белые цветочки действительно кажутся как бы жемчужинками.       Есть еще одна легенда, на этот раз про ангела, благодаря которому маргаритки и появились на нашей земле. Этот ангел оплакивал смерть юноши, который погиб во время кровавого боя, и, чтобы хоть немного вознаградить его и отдать последние почести, забрал несколько звезд с неба и посадил в землю. Так и появились маргаритки.       А еще говорили, что маргаритка — это прекрасная юная дриада Беллис, которую превратили в цветок Боги, желая спасти от преследования страшного и ужасного Бога войны. Грустная легенда с относительно счастливым концом.       На самом деле легенд очень много, и я бы никогда не смогла бы перечислить их все, даже если бы очень постаралась, потому что у каждого народа есть свое объяснение появления этих прекрасных цветов.       Я была маминой милой и невинной маргариткой.       Маргаритка — представитель рода многолетних растений из семейства Астровых. Представители этого рода — мелкие травянистые растения, имеющие короткое корневище и лопатчатые, тупые, городчатые прикорневые листья; наземный стебель безлистный, развивающий одну головку.       Чаще всего Маргаритку культивируют именно как двухлетнее растение.       Маргаритки выращивают в садах на любой хорошей почве. Многие сорта маргариток обыкновенно не переносят сильных морозов, поэтому на зиму их следует укрывать.       Вот казалось бы, маргаритки и ромашки чем-то похожи, верно? Но в отличии от ромашек маргаритки не способны жить самостоятельно, без человека. Они, как и любое другое садовое растение, полностью зависят от того, кто за ними и как ухаживает. Они не выживут самостоятельно, а даже если вдруг случится чудо и они смогут прорасти, то они не будут цвести прекрасными цветами, радуя взгляды окружающих.       Ведь маргаритка — декоративное растение.       Я также, как и маргаритка, не любила холода. К счастью, у нас в Калифорнии почти всегда тепло, а если и бывал снег — то это лишь случайный гость, который по какой-то ошибке судьбы зашел в гости. Я не любила путешествовать, предпочитая сидеть дома. Лос-Анджелес — огромный город, постоянно кипящей жизнью и вечеринками. Он словно большой муравейник, где муравьи — это люди, спешащие по своим делам.       Наверное странно, что я любила спокойствие и тишину, ведь такой город никогда не спит, но я жила за его пределами — даже за пределами спального района, так что у меня не было причин беспокоиться о шуме. А если мне хотелось куда-то добраться, то я могла воспользоваться такси или метро. Ну, или прокатиться на велосипеде — моя школьная подружка Дженни всегда говорила, что это очень полезно для фигуры и здоровья.       Мне нравилось смотреть на звезды — это было моим хобби — просто смотреть на бесконечный звездный небосклон, каждый раз осознавая и поражаясь тому, что человек — такая крохотная песчинка (да что там песчинка! Скорее уж кварк, если не еще меньше) в бесконечном переплетении вселенных космоса… Я знала наизусть каждое созвездие и звезду, которая находилась бы в нем. Я по одному взгляду могла определить, где именно я нахожусь и куда стоит пойти.       Конечно, я никогда не была в отряде скаутов в отличии от моего брата, который буквально бредил этим, мечтая однажды отправиться в путешествие, но я бы не заблудилась в лесу, если бы видела небо. Куда-нибудь точно бы вышла. Ну, разумеется, если бы я не разбила очки, потому что после этого была бы уже абсолютно беспомощна.       Мое утро начинается задолго до восхода — около четырех тридцати часов ночи (утра), когда я еще могу полюбоваться прекрасными яркими звездами, которые так сильно напоминают мне маленькие светлячки-колокольчики, которые на небо развешивает царица Ночь. Разумеется, я знаю, что в этом явлении нет ничего сказочного — сплошная и точная наука, которую уже давно объяснили все, кому только не лень, но иногда мне все равно хочется думать о звездах, словно о волшебном явлении, о котором мне когда-то в детстве бабушка рассказывала сказки.       Ночью на улице прохладно, а еще дует сильный ветер, поэтому я всегда одеваю ветровку и плотные джинсы. А еще беру любимый шарф, пахнущий яблоками. В нем мне совсем уже жарко, но он такой уютный, что я просто не могу с ним расстаться. Мама говорит, что на планете есть места, где зима царит большую часть всего года. Я тоже знаю, что такие места есть, но я просто не могу представить, что девять или десять месяцев из двенадцати лежал снег. А где-то он и вовсе лежит круглый год. Я ни разу там не бывала, но не уверена, что смогла бы там выжить.       Там, уверена, слишком холодно для комфортного существования.       Я взбираюсь на крышу по специальной скрипучей лестнице, которую для меня сделал отец. Там как раз есть небольшая площадка с плоской крышей, где стоит старое кресло и мой старый телескоп, доставшийся мне еще от деда — тот, как и я, очень любил звезды. Вот только жаль, что не дожил даже до сообщения о том, что мама мною беременна.       Иногда я думаю, что мы обязательно нашли бы общий язык, учитывая, что нам нравилось одно и тоже. В другие моменты я не очень в этом уверена — мама говорит, что мой дед был очень жесткой и авторитарной личностью. Мне трудно сказать что-то определенное по этому поводу, но я жалею, что не смогла познакомиться с ним. Ни я не смогла, ни Итан.       Меня расстраивало, что в большом городе с его очень ярким освещением — даже ночью звезды практически не видны. И пусть я жила за пределами Лос-Анджелеса, но недостаточно далеко, чтобы свет от них не делал звезды такими яркими, как мне нужно было. Иногда, когда свет большого города был приглушен, я любовалась ими с крыши своего дома. Но в другие моменты, когда город был слишком ярким, я уходила в беседку, расположенную на противоположном склоне холма, где почти не было света от города.       Я почти без труда перетаскивала телескоп, а ведь он весил добрых пятнадцать килограмм. Помнится, когда я была малышкой, за меня его носили мама и папа, а затем я стала делать это самостоятельно. За то время, когда я пользовалась им, я вполне хорошо приноровилась делать это.       За последние годы, когда именно я была его владелицей, он уже не раз и не два падал с размаху на пол, от чего имел много царапин на корпусе, но работал также хорошо, как новый. Я знала буквально каждую царапину и ссадину наизусть — и те, которые были изначально, и те, которые он заполучил от меня в процессе эксплуатации. Я обожала его до дрожи и ни за что на свете не променяла бы, хотя папа уже не раз предлагал купить мне более современный и более легкий телескоп.       Наоборот, я находила в том, что пользуюсь именно этим прибором, что-то очень романтичное, словно я древний астроном, открывающий новые звезды. Правда, опустим то, что за это их сажали в тюрьму, а иногда и вовсе могли забить камнями или сжечь на костре за идеи, которые отрицала церковь. Через него я словно связывалась с необъятным космосом       Мне нравилась моя тихая и спокойная жизнь. Меня все устраивало. И я совершенно точно не любила приключения. И никогда не хотела никуда попасть. Я хотела жить тихо и спокойной мирной жизнью…       Так почему?..       Почему в это вляпалась именно я?!