Демон

      — Ну, вот и всё. — Лианна начертила последнюю черту огромного рунного круга, к которому никому больше не позволяла притрагиваться. — Круг готов. Обсудим ещё раз что нам делать?       — А что там обсуждать? — Дени, которая, как и все остальные, наблюдала за работой, прислонившись к одной из стен большой пещеры, оттолкнулась от неё плечом, выпрямилась. Вы занимаете свои места, я вызываю Эурона. Когда он явится, а он наверняка явится, когда почувствует, что зову я, вы активируете круг. Если всё пройдёт как надо, Эурон останется без лишних сил, а правильно поставленный щит должен помешать ему добраться до вас в форме тумана. Ну и так как пентаграмма перекрывает вход, то сбежать не сможет. Хотя я в любом случае не представляю себе убегающего Эурона. На этом план кончается. Остаётся только мне его победить.       — Ты слишком легко говоришь об этом, Дени. — Брат покачал головой. Он старался не показывать своего волнения, но непобеждённый страх прятался в глазах, в опущенных уголках губ. Он даже усмехаться перестал. Словно это был уже не совсем её брат. — Это вовсе не просто. Не делай моей ошибки, пожалуйста.       — Нет смысла рассуждать о сложности задуманного. Мы либо убиваем Эурона сейчас, либо сталкиваемся с ним через десяток лет, но уже на его условиях. — Дени с улыбкой положила брату руки на плечо, приподнялась на мысочки, поцеловала в щёку. — Всё получится. Мы должны в это верить. Мы столько сделали для этого.       — Я в тебя верю, Дени. — Поддержал её, впрочем, как и всегда, Джон. Стоило ли удивляться. Как же ей всё же повезло его встретить. Надо той ведьме статую поставить. Маленькую. Где-нибудь в саду. Пусть потомки знают, кому обязаны. Ведь если бы не та встреча, то они бы сейчас здесь не стояли, а Культ был бы цел и могущественен. — И в нас тоже. Хотя, конечно, чуть меньше. Ты же королева.       — Льстец. — Она рассмеялась, заодно быстро пробежав взглядом по собравшимся. Лианна, словно и не здесь находится, думает о чём-то своём. Ей все эти подбадривания точно не нужны. Кто-кто, а она в своих силах сомневаться не привыкла. Тирион постоянно нервно потирает руки. Боится. Для алхимика столкновение даже с низшим демоном — суровое испытание, а тут самый могущественный князь. И всё же бросить их и просто вернуться к своей человеческой жизни Тирион не попытался. Хотя вряд ли даже Эурон стал бы ему мстить. Слишком уж малой фигурой был новый лорд Ланнистер. Джон спокоен, как и мать чуть задумчив. Если и нервничает, то искусно скрывает. Инквизиторов учили. Задача лидера внушать спокойствие и уверенность, как бы он себя не чувствовал. Тео постоянно прячет глаза и не понятно кого больше боится дядю или Виза. Наверняка ведь попытался предать на поле боя и теперь не уверен, что огненные не отомстят, даже если победят. Виз переживает. У Петира на лице застыло какое-то обречённое выражение. И чего он? Может что-то не связанное с Эуроном? Надо будет спросить после боя. Юная леди Маргери, напротив, только что не прыгает на месте от нетерпения. Кажется, опасность исходящую от Эурона она осознавала плохо. Ну ничего, увидит ещё. Главное, чтобы настрой не помешал создать правильную защиту. Когда они отрабатывали работу пентаграммы, добиваясь согласованности, получалось отлично. Дым под её обратный щит проникнуть не мог, а значит и туман не сможет. Не сразу, уж точно. А на долгие поиски недостатков структуры времени у Эурона не будет. У него будет Дени.       — Ничего подобного. Я всегда честен. Почти всегда. — Хмыкнул, видно вспомнив сколько врал за последнее время. — Думаю, командовать начало тебе.       — Тогда начнём. — Она улыбнулась, кивнула всем, отошла к заранее начерченной пентаграмме, дождалась пока они все займут свои места, кивнут в ответ, взмахом руки зажгла свечи, глубоко вдохнула. — Ал’таи меридэ ви эссе ни дэ, Эурон. — Древний язык отразился в гранях пентаграммы, прозвенел по пещере. Услышь мой голос и подчинись зову. Так просто. Хорошо, что на человеческом не работает. А на языке демонов не каждый сможет произнести. Даже демоны забыли многие его слова. Остались лишь ругательства, отдельные фразы, да такие вот формулы. Жаль. А может и нет.       В пентаграмме раскрылась густо-чёрная щель и тут же закрылась, оставив черноволосого демона с чёрными как тьма крыльями. Пришёл, как они и ожидали. Позволил себя вызвать.       — Интересно. Давно меня уже никто по полному имени вызывать не пытался. Вот уж никогда бы не подумал, что новоявленная огненная королева окажется такой смелой. — Он просто поднял голову, а Дени захотелось отшатнуться назад, закрыться руками, бежать. Исходящая от него сила ощущалась и телом, и разумом, от неё кружилась голова, леденели пальцы, накатывал ужас. Эурон провёл свой ритуал — успешно. С такой силой ей не справиться даже с новыми способностями, это было очевидно сразу. И никому, кроме может самих богов, не справиться. Надежда оставалась только на тех, кто держал круг. Особенно на Лианну, которой предстояло выбрать правильный момент. — Ну что же, прекрасный повод проверить новые способности. Хотя я полагал начать с менее… интересных целей. — Он хмыкнул, покачал головой, шагнул из пентаграммы… Его запястье захлестнула алая лента, почти мгновенно налившаяся серебром и растворившаяся. Кровная связь, преобразованная в канал связи. Эурон оступился, схватился за голову, вскрикнул, словно испытал мгновенную, но сильную боль. Поднял сильно побледневшее лицо. А затем в мгновение исчез, чёрный туман ударился о невидимую преграду над кругом, ещё раз, ещё. Но затем сдался, опустился к земле и вновь стал черноволосым демоном. — Что это? Что это такое?       — Это рунный круг, придуманный моим отцом специально для борьбы с вами, Эурон. — Дени не могла видеть лица врага, но почему-то ей казалось, что злость на нём мешается с растерянностью. Или не почему-то. Потому, что Джон видел сейчас лицо Эурона. А она слышала Песнь. — Наш дорогой друг расшифровал его, и мы воспользовались им, чтобы отобрать не принадлежащую вам силу. Или вопрос был о защите? Тогда это обратный щит, созданный живой полнолетней Розой. Помните про такой дар?       — Как не помнить. — Эурон повернулся так, что Дени могла видеть половину его лица. — Розы. Раздражающие существа. А про круг очень интересно, очень. Всегда знал, что Эйрис был сообразительным кас’хатари, хоть и не в себе. — По его губам проскользнула задумчивая улыбочка. — Может это в нём Рейлу и привлекло? Потому что я никогда не понимал зачем принцессе огня и одному из самых могущественных демонов Нижних миров простой огненный князь. Даже не особенно сильный. Хотя её всегда на тех, кто слабее неё, тянуло. Этого не отнять. — Дени даже замерла. Нет, Виз упоминал про слова Эурона о матери и о своих подозрениях, но она не поверила. А теперь слышала своими ушами. Впрочем, момент ностальгии у Эурона прошёл быстро. Задумчивая улыбка исчезла, вернулась прежняя, недобрая. — Полагаю, чтобы получить мою силу обратно, мне нужно найти способ пробраться под щит и уничтожить вершины круга. А чтобы искать способ пробраться под щит, придётся победить тебя, принцесса?       — Абсолютно верный ход мыслей. Неудивительно, что вам, такому умному, удалось целый культ имени себя создать.       — Что же, тогда я в твоём распоряжении. — Эурон лишь слегка покривился на насмешку. — Но прежде, позволь перекинуться парой слов с дорогим племянником. — И перевёл взгляд на Тео. Тот сперва было вздрогнул, но потом усмехнулся, поднял голову, прямо посмотрел дяде в глаза. — Какой ты, однако, смелый под защитой щита. Предал меня значит. Власть заполучить надеешься или за сестричку мстишь? И то и другое, судя по взгляду. Зря, сестра твоя знала на что шла. Она меня хорошо понимала. А власть тебе не удержать. Придётся на поклон к князьям воды ходить. — Ещё одна улыбка. — А я-то думал, ты повзрослел, за ум взялся, научился понимать свою выгоду. Но нет, как был в сорок лет романтичным дурачком, так и остался. Разве что убивать научился, Теон. — Тео, вновь вздрогнул, побледнел. Истинное имя прозвучало мелодией прощания. Какая ему теперь разница кто победит и у кого будет поводок? Но руну он не бросил. Видно, что-то всё же было, что-то, что заставляло идти против дяди. Кажется, сестру он действительно любил. — А вот теперь, принцесса, мы можем приступить. Не желаете чего-нибудь сказать?       — А должна? Желать?       — Не знаю. Твой брат рассказывал, что защитит семью и не позволит причинить ей страдания. Странно, но судя по тому, что я его здесь вижу, ему это как-то удалось, хоть он мне и проиграл. — Он покачал головой, поправил волосы, создал в руке короткий меч. — Тебе я такой возможности не дам, принцесса. Может победить мне тебя придётся и первой, но умрёшь ты последней. После того как увидишь, как они страдают. Из-за твоей попытки что-то доказать, сразившись со мной.       И атаковал, стремительно, не давая осмыслить, ответить. Но она ждала. Виз рассказывал, как Эурон ведёт бой, разбирал с ней. И про эту атаку предупреждал. И она не стала создавать огненный меч, упала, уворачиваясь, ударила с двух рук плетями. Одна обвилась вокруг меча, вторая, вокруг крыла. Рывок. Шипение боли. Полностью перерезать крыло ей не удалось, но на землю хлынула чёрная кровь. Два дня без полётов. Минимум минута без перевоплощений. Кровь, капающая из воздуха, отлично выдаёт.       — А ты хороша. — Он стиснул зубы, посмотрел с глухой ненавистью. — Может даже получше брата, хотя и младше. Полагаю, фокусы ещё не закончились?       — У меня их полные рукава. Только успевай доставать. — Она улыбнулась в ответ. Как же это… Завораживает. Драться с таким противником.       — Что же… — Во второй руке возникла плеть, удар. Дени взмахнула своей. Плети сплелись, демоны одновременно дёрнули их на себя. Эурон оказался куда сильнее. Но это она тоже предполагала. Плеть превратилась в огненный язык, рванулась вперёд, опаляя чужую руку, а Дени превратила падение в кувырок, сделала вторую плеть мечом, наотмашь ударила по Эурону. Или по тому месту, где он стоял. Демона там уже не было. Был он слева. Она отразила удар, бросила огненную стрелу, но не попала, снова ушёл. Ещё одна атака, дрожь воздуха вновь выдала чужое присутствие. Заклинание он в этот раз отбил. Ребром ладони. — Нет, сюрпризов у тебя всё же маловато. Заклинания ты в бою ловчее чем брат применяешь, но в остальном, один в один он. И конец у вас будет одинаковый, принцесса Дени. — Улыбнулся и исчез. Сейчас? Появился, но вновь пропал, стоило ей поднять меч. Как вы предсказуемы, король Эурон. Чужая рука сжалась на косе, Дени улыбнулась и шагнула в болото.       Мелькнула перед глазами белизна, вернулся верхний мир. Взмах огненным мечом. Эурон успел шарахнуться, но не уйти от удара. Бедро прочертила чёрная полоса. Глубокая рана. — Думаю, вы неправы. — Он ещё никогда не встречал того, кто был способен исчезать, как и он. Он смотрел на неё со страхом. И этот страх старого, могущественного демона пьянил не хуже самого крепкого вина. — Сюрпризов у меня хватает. И я не принцесса Дени. Я — королева Дейенерис.       — А вы очень отважны, королева Дейенерис. — Он произнёс её полное имя медленно, словно пробуя на вкус. Мало кто решается сообщить полное имя миру до того, как переступит рубеж трёх столетий.       — Я достаточно могущественна, чтобы противиться вызовам уже сейчас. Не вижу причин ждать ещё две сотни лет.       — Да, пожалуй. Вы достойный противник. Действительно достойный. — То, что он изменил обращение, тоже кружило голову. Сам Эурон признал её равной. И пусть он враг. Признание врага стоит куда дороже признания друга. — Таких я не встречал уже очень давно, а когда умерла ваша мать, полагал, что уже и не встречу. Что же, так даже интереснее. — Он улыбнулся, окутал левую руку каким-то заклинанием. — Давайте проверим, королева, хватит ли вашего могущества против меня.       И вновь исчез. Атака из ниоткуда, она уже не таясь, ушла в Пустоту. Выскользнула, ударила. Никого. Заклинание из воздуха. Тёмный туман вспахал землю, но она уже стояла десятью шагами левее. Бой превратился во что-то невероятное. Летели заклинания, перепахивающие каменный пол пещеры и крошащие стены, мечи сменяли плети, шиты, кинжалы, из пола вырастали шипы, прямо в воздухе раскрывались ловушки. А они с Эуроном появлялись только для того, чтобы нанести удар. Но второго никогда уже не было там, куда он приходился. Это опьяняло, восхищало и кружило голову. Никогда и ни от одного боя она не испытывала такого. Но это должно было вскоре кончиться. Она чувствовала. Она уже не так хорошо реагировала, заклинания получались слабее. Может их силы и были равны, но Эурон был старше, опытнее, он лучше распределил силы на долгий бой. Чем дольше это продолжалось, тем ближе была к нему победа. Бой было необходимо заканчивать. Сейчас. И она знала только один способ сделать это на своих условиях.       Дрожь воздуха, Дени повернулась, взмахнула мечом, не пытаясь уйти. Клинок был нацелен в сердце, но удар сбил его. Тёмный туман вошёл в живот, в глазах потемнело. Как же больно. А ведь будет ещё больнее.       — Вы прекрасно дрались. Но опыта вам не хватает. Ошибка была неизбежна. — Он смотрел без насмешки, задумчиво-серьёзно. — Это конец, но, пожалуй, вам удалось вызвать у меня уважение. За это я избавлю вас от мучений. Убью мгновенно.       — Последнее слово? — По коже тянуло холодом и болью, но это было хорошо, помогало не улыбаться. Одна ошибка, и всё станет напрасным. Он только кивнул. — Даже, скорее, вопрос. Вы знаете, Эурон, что есть конец всего? — Он чуть приподнял бровь, она улыбнулась. Ладонь сжалась на его запястье и, прежде чем он успел стать туманом, она вновь шагнула в Пустоту. Но в этот раз не одна. Белизна приняла обоих, растаял меч, исчезла боль. Дени разжала руку, шагнула назад, поправила волосы. — Пустота. И она положит конец вашим амбициям, вашей жестокости и вашему правлению. Я завершу то, что начали отец и брат.       — Что это за место? — Он попытался дёрнуться, но бесполезно. Дени только покачала головой.       — Пустота. То, что между нижним и верхним мирами. Не пытайтесь что-то сделать. Здесь нельзя перемещаться, не работает магия, не действуют амулеты и даже действие уже принесённых заклинаний останавливается. — Она провела пальцами по своей ране, из которой не сочился тёмный туман и не шла кровь. Кровь здесь не идёт и не действует регенерация. Здесь нет боли. И что-то менять здесь могу только я. — Дени обошла вокруг беспомощного врага, который теперь только и мог головой крутить. — Я бы могла оставить вас здесь навсегда, оставить растворяться в Пустоте. И я бы сделал так. Я не испытываю к вам уважения. И у меня нет жалости к тому, кто убил моих отца и мать, планировал убить одного брата и мучил другого. Вот только мне нужна ваша смерть. Ваша голова в моих руках скажет Нижним мирам больше, чем тысячи слов.       — Полагаю, я должен посчитать это удачей. — Эурон усмехнулся уголком губ. Горько и зло. — Вечное пребывание здесь выглядит тоскливее любого иного заточения. Здесь даже камни на стенах темницы не посчитаешь. А если здесь нет боли, то я и не почувствую, как вы меня убиваете. Иронично. Я стал тем, кого вы знаете, королева, убив демона, которого все считали могущественнейшим. Хитростью. А теперь меня победили так же. Дочка Рейлы. Что же, убивайте, королева, но не обижайтесь, если я вас достану напоследок.       — Попытайтесь. — Дени скользнула вперёд. Легко увернулась от неуклюжей попытки удара. Рывок за длинные тёмные волосы, когти вогнанные глубоко в горло, движение рукой. Там, в мирах, он бы ещё пожил со свёрнутой шеей. Регенерация бы спасла. Но здесь её не было. Некогда самый могущественный демон — умер. Тело рухнуло плашмя, колено на спину, вновь рывок, хруст костей. Она хотела его голову, она её получила. Дени глубоко вздохнула, улыбнулась, шагнула назад. Верхний мир вернулся, живот резанула боль такой силы, что она не устояла на ногах. Дени улыбнулась, опустила глаза. На голову Эурона, на свои залитые чёрной кровью руки, на рану, из которой сочился тёмный туман.

***

      — И это всё? — Первым заговорил, как ни странно, Петир. Может остальные, как и сам Джон, не могли найти слов. Когда меч Эурона вошёл Дени в живот, сердце пропустило удар. Но затем она что-то сказала ему и исчезла. И забрала бывшего главу культа и бывшего короля Воды с собой. Тогда стало понятно, что ранение не результат ошибки, не случайность. Она позволила себя ранить, чтобы схватить Эурона и увести за собой. И Джон ещё не решил, что он об этом думает. — Мне казалось, бой должен был быть более… опасным. Для нас, я имею ввиду. Или он ещё не закончен, и Эурон вернётся?       — Не вернётся. Без способностей Дени оттуда не вернуться. Мы проверяли. — Мама вздохнула, сдула с глаз пряди волос. — Чем бы там всё ни закончилось, Эурон уже не вернётся.       — Тогда давайте подумаем о Дени. — Джон, наконец, нашёл подходящие слова. — Она ранена была. Мама, ты же сможешь её вылечить?       — Рана у неё куда серьёзнее, чем у Виза, но если убрать тёмный туман, то регенерация должна справиться, наверное. Справится же?       — Справится. — Визерис которому был адресован вопрос кивнул, продолжая хмуриться. — Умереть не даст точно, а на потом у нас есть Шини. Сомневаюсь, что она откажет.       — Шини? Откажет в лечении? Скорее миры поменяются местами. — Вновь Петир и голос у него звучал куда веселее. — Так что рисуй свой круг для извлечения тумана, Лианна. Думаю, Дени будет благодарна, если не придётся ждать и терпеть боль от тумана.       — Тем более с такой раной, поражённой туманом, есть риск и от потери крови умереть. Я согласен с Петиром, Лианна. Готовь ритуал.       — С ритуалом есть проблема. — И судя по тону и выражению мамы проблема очень серьёзная. — Прежде чем я займусь им, надо разорвать этот круг. Вот только если мы это сделаем, вырвавшаяся сила всех нас тут похоронит.       — Давайте рассеем. Вырастим какой-нибудь экзотический сад, а я потом буду сюда за ингредиентами ходить. — Тирион, не имея возможности потереть руки, задумчиво пожевал губами. — Мне кажется, эту силу вполне можно в созидание и жизнь перевести.       — Можно. Только ни один сад проблемы не решит. Силы слишком много. Мы её будем несколько лет рассеивать. А выбросить её в облака и устроить дождливый год наше крайне удачное местоположение не даёт.       — И хорошо. — Маргери до того молчала, кажется пребывая под впечатлением от увиденного боя, но тут встрепенулась. — Дождливый год — это сгнившие на корню урожаи и смерти сотен людей от голода. Дени девушка хорошая, но я бы не позволила ими пожертвовать ради неё.       — А я бы ради сестры половиной вашего мира пожертвовал. — От Визериса это прозвучало так холодно, что не будь они привязаны к рунам, Маргери вполне могли сейчас ждать неприятности. — Так что и впрямь хорошо, что нам не надо это обсуждать.       — Дени бы не позволила ради неё тысячами жизней пожертвовать, Виз. — Джон вздохнул, вновь прислушался к себе, но Песнь молчала. Где же ты, Дени? — Даже если бы мы могли. Давайте поищем другой способ потратить силу, пока она не вернулась.       — Я думаю, я мог бы её потратить. — Вот уж от кого он не ожидал предложений, так от Тео… Теона. Особенно после того, как дядя его истинное имя стольким людям и демонам выдал. — Это не так сложно, на самом деле. Силу можно использовать для того, для чего она и собиралась. Для изменения демона.       — Или человека? — Петир слегка вздёрнул брови. — Это же тоже возможно?       — В теории, но ритуал дорабатывался для демона. Если использовать его на человеке, то результат, думаю, будет как с сестрой нашего знатока рун. — И кивок в сторону Тириона. Тот в ответ показал свободной рукой кулак. Повторить судьбу сестры ему точно не хотелось.       — А для демона он безопасен?       — Абсолютной гарантии не дам, но при испытании на Хорьке всё получилось, да и дядя, как видите, не пострадал от его последствий.       — Значит любой из нас? — Джон приподнял бровь. Интересно, себя не предлагает, потому что понимает, что никто не позволит?       — Кроме князей. Я не уверен, что всё сделаю правильно. Да и делать никого из вас настолько могущественным не хочу. Так что…       — Нет, спасибо. — Единственный демон не князь только усмехнулся в ответ. — Мне и оборотнем очень неплохо. Никогда не хотел иметь другой… — Петир вдруг резко замолчал, глаза у него расширились, словно он вспомнил нечто крайне удивительное. — Род.       — Что такое? Вспомнил что-то?       Петир посмотрел на спросившего Визериса, медленно кивнул. — Да. Вспомнил. Ви. Она всегда хотела быть кем-то другим. Кем угодно, только не суккубой. Это был бы такой шанс. Если бы только можно было как-то позвать её сюда.       — Я могу попробовать перераспределить энергию так, что шесть вершин смогут её удержать, хоть и с трудом. — Мама покивала головой, словно подтверждая что-то. — Веди Ви, Петир. Она точно заслужила такой шанс, только поторопись. Ослабляй силу на своей руне. Все остальные, готовьтесь усилить связь с рунами.       Усилить связь. Ощущалось это, словно на спину приличных размеров камень положили. Неприятно, хотя терпимо. А вот у Тириона губы побелели, для него и прежней нагрузки было довольно. Зато Петир смог подняться, выйти из своей руны и раствориться в щели между мирами.       — Тео, сколько силы уйдёт на превращение Ви? — Они вполне могли обращаться к Теону по истинному имени теперь, но мама решила соблюсти вежливость и не произносить имя, поведанное не добровольно.       — Кто знает. Для каждого демона её объём индивидуален. Сколько способно принять тело. Но, думаю, меньше, чем есть. Она суккуб, ей точно должно быть нужно меньше, чем князю.       — Хорошо. Что-то я оставлю себе, для излечения Дени. Есть у кого-то ещё идеи на что потратить дармовую силу, которую долго не удержать? А то сад Тириона, боюсь, получится слишком впечатляющим.       — Я немного возьму. Знаю одну демоницу, которой сейчас силы не помешают. — Мама кивнула Визу, улыбнулась, посмотрела на остальных.       — Мне бы в границах своей силы разобраться. — Маргери пожала плечами, Джон повторил её жест. Идей не было.       — Я тоже возьму. Решать проблему дядиного длинного языка. — Тео как-то очень горько вздохнул, зато улыбнулся Визерис.       — Мы ведь тебя всё равно достанем.       — Посмотрев на то, что творила Дени, я даже пытаться бегать от вашей семейки не буду. Но вот от всех остальных возможных последствий хотелось бы попытаться оградиться. — Тео сплюнул и именно этот момент выбрал Петир, чтобы появиться в обнимку с ошарашенной Ви. Снаружи щита, разумеется. На созданной для призыва Эурона открытой пентаграмме.       — Маргери опускай щит. — Мама только вздохнула, глядя на постучавшего по преграде Петира. — Петир иди на руну. Я не смогу освободить Тео, пока ты не возьмёшь её контроль.       — Конечно, Лианна. — Петир на мгновение сжал плечо Вель и двинулся к своему месту, но проходя мимо Маргери, замер. — Маргери проследи, пожалуйста, чтобы ничего не…       — Ну я же не самоубийца. — Теон договорить не дал и возмутился вполне натурально. — Дейенерис проживёт вполне достаточно, чтобы убить меня, если мне надумается бежать. Куда же я денусь, когда вы моё имя знаете? И тем более не собираюсь я вредить твоей суккубе. Отношения с огненными уже достаточно враждебные на мой вкус. Я пытаюсь их хоть немного наладить, а не испортить ещё больше.       — Наладить? Думаешь это возможно? — Виз насмешливо вскинул бровь, Теон только плечом повёл.       — Ну ты же не единственный огненный. А Дейенерис и Джон, я полагаю, поступок оценят.       — Вполне. — Джон пожал в ответ плечами. Поступки, совершённые из корысти, его нисколько не восхищали, зато ему нравился прагматизм Теона. Если уж справиться с огненными никак, то надо постараться убедить, что живым и свободным он полезнее, чем мёртвым или на слишком коротком поводке. — Только приступай уже. Мы не знаем сколько времени будет у Дени после возвращения.       — Конечно. — Теон махнул Вель головой, подзывая, но начать не успел, потому что в пещере вновь появилась Дени. И в руках у неё была голова Эурона       — Дени. — Сдержаться и не кинуться к ней стоило огромных усилий, особенно когда она, не удержалась на ногах и упала на колени. Удержала только мысль, что порыв погубит их всех. — Как ты?       — Плохо. — Она слабо улыбнулась. Несмотря на боль глаза выглядели вполне счастливыми. — Лианна, можно меня вылечить?       — Пока нет, Дени. Сперва нужно потратить силу, забранную у Эурона. Иначе она нас всех уничтожит.       — Рано я вернулась, да? — Она грустно вздохнула, Кивнула Теону, мол чего стоишь, делай что собирался. — Там-то даже такая рана не опасна.       — Можешь уйти туда?       — Не уверена. — Она скривилась, сжала зубы. — Если боль помешает переходу, то есть риск навсегда застрять наполовину здесь, а наполовину в Пустоте. Я лучше подожду. — Она поменяла позу, а затем и вовсе легла, отложив голову Эурона в сторону. Джон глубоко вздохнул и перевёл взгляд на всё же начавшего ритуал Теона. Просто чтобы на неё не смотреть. Он помнил, как выглядел после куда менее серьёзной раны Визерис, и сил смотреть, как она мучается, не в силах помочь, не было.       Хотя посмотреть на ритуал, не требующий рунного круга, тоже было любопытно. В другой ситуации он бы даже постарался запомнить, чтобы потом записать или зарисовать. Теон притягивал к себе тёмное облако энергии, вытянутое у Эурона, и перенаправлял его на Ви. С помощью рун всё же. Только он их формировал прямо в воздухе, из энергии, да и было их всего четыре: сила, существование, жизнь и крайне редкая — танцующий образ, руна создания иллюзий, но нестабильных и магу не подчиняющихся. Чаще всего её использовали для ловушек. Но невозможность предсказать какую именно иллюзию вызовет к жизни руна и там сводила её использование к минимуму. А тут её было много. Она чередовалась со всеми тремя оставшимися, словно была основной. Был бы тут нормальный круг, наверное, именно её бы поставили в корону. Хотя что это за круг, на четыре руны? Продолжалось всё недолго. Теон действовал быстро и руны, касавшиеся Ви и тут же проступавшие у неё на коже, быстро покрыли ей и кисти, и лицо, и даже хвост. Наверное, под одеждой их было ничуть не меньше.       — Замри сейчас. И не двигайся, чтобы ни почувствовала. — Теон сформировал последнюю руну танцующего образа, как-то сложно сложил руки. — Я активирую руны. Тебе нужно не сомневаться в себе, не пытаться отвергать, даже мысленно, изменения, какими бы они ни были, и ни в коем случае не шевелиться. Поняла? — Ви в ответ лишь качнула ресницами. — Молодец. Тогда начали. — Момент активации рун было не пропустить, даже если бы Теон не разомкнул руки. Они все резко превратились в чёрный дым, окутавший Ви плотным коконом. Теон понаблюдал пару мгновений, а затем вернулся на свою руну. — Ну что, Лианна, вернёте мне контроль над руной? Или мы Дейенерис спасать уже не собираемся?       — Засмотрелась. — Мама только хмыкнула. Ощущение камня ушло, круг вновь держали семеро. — Так, забираю свою часть силы. — И без того сильно побледневшее чёрное облако над кругом стало ещё светлее. — Виз, твоя. Тео, твоя. — Облако стало почти прозрачным. Кажется, эта сила их бы уже не убила, но вот обрушить своды пещеры ещё вполне могла. — Тирион, остальное увожу на тебя. Рассеивай через созидание и рви круг. Готов?       — Давай. — Облако исчезло резко, а затем прервалось и чувство натянутых между ними нитей. Круга больше не было. Теперь Джон ощущал только Песнь, захлёбывающуюся чужой болью… щедро перемешанной со спокойствием и уверенностью. Не в себе, в них. Дени…       Разрыв круга почувствовали все. Мама тут же кинулась к Дени и на камнях магией стала чертить ещё один. Петир осторожно двинулся к туманному кокону, который постепенно приобретал формы демона. Джон подумал и пошёл за ним. Помочь Дени он всё ещё не мог. Она даже не почувствовала бы его прикосновение, присутствие. А узнать всё ли в порядке с Ви хотелось. В её судьбе, он был куда менее уверен, чем в удачном исходе для Дени.       — Почему ты не начертил нормальный круг? — Петир редко позволял себе выглядеть настолько взволнованным. Даже голос дрожал.       — Нельзя. Четырёх рун слишком мало, круг нестабильный выходит. Ещё прошлый Культ выяснил, что превращение через круг — быстрая, но очень мучительная смерть.       — А почему танцующий образ? — У Джона тоже были свои вопросы. Не только для себя, для мамы тоже. Он был уверен, она заинтересуется. — Есть же более предсказуемые руны иллюзии.       — В том и смысл, что она непредсказуемая. Как и превращение. Раньше мы пытались хаотическое превращение передать через руны, относящиеся к порядку. Неудивительно, что хаос выплёскивался в способностях, делая их смертельными. Крайз додумался до хаотического изменения, но оно и его тело зацепило.       — Я помню. — Как диктовал ритуал толстый демон Джон помнил. Ещё и подумал тогда, что хаос в значении изменения — явно не самая безопасная руна, для применения на себе.       — Ну вот, а Паук понял, что можно взять в значении изменения менее разрушительную руну, но тоже непредсказуемую и хаотичную. И получилось. В прошлый раз.       Кокон вдруг резко увеличился в объёмах, а затем, столь же резко сжался и втянулся в тело Ви, тут же упавшей без сознания. Удариться ей, правда, не дали. Петир успел броситься вперёд и подхватить на руки.       — Дышит? — Внешне никаких негативных изменений не было. Та же миловидная девушка. Только теперь без хвоста. И с несколько другими рожками. И из-под длинной юбки выглядывали не копытца, а ноги.       — Да. — Кивок в ответ. Джон хотел ещё что-то спросить, но тут же об этом забыл. Потому что из Песни исчезла боль. Вот теперь он был нужен Дени.       — Дени? — Она дышала тяжело, несмотря на то что чёрного тумана больше не было. Да и рану её мама залечила. Неидеально, всё же некроманты не целители, но кровь идти перестала. Вот только потеряла Дени той крови слишком много. Джону пришлось идти по ней, чтобы подойти. — Как ты, королева моя.       — Лучше. — Она, не открывая глаз, протянула руку, Визерис подвинулся, дав Джону переложить её голову себе на колени, погладить по волосам, измазанным не то в своей, не то в чужой крови. — Как остальные.       — Все в порядке. Ви пока без сознания, но, похоже, изменение у неё успешное. — Джон осмотрелся по сторонам. Из каменного пола пещеры активно пробивалась трава, стены укутывали мох и какие-то лианы, в некоторых местах распускались первые цветы и виднелись ростки деревьев. Всё же руна существования, в значении созидания — крайне могущественная вещь. Если удастся найти достаточно силы чтобы напитать её. — А Тирион вырастил в пещере волшебный сад.       — Люблю сады. — Вновь улыбка, но глаза она так и не открыла. — Но посмотрю как-нибудь в другой раз. Мы же закончили здесь?       Джон ещё раз поднял глаза на пещеру, прежде чем ответить. Маргери с Тирионом бегали вокруг какого-то деревца, не то восхищаясь, не то, наоборот, пытаясь подлечить. Теон сидел, на траве и отсутствующе смотрел в стену. Другом он им, конечно, никогда не станет, но пока на их стороне сила — врагом быть тоже поостережётся. Пришедшая в себя Вель опиралась на руки Петира и что-то ему рассказывала, а он смеялся. Интересно, кем же она всё же стала? И насколько сложно взрослому демону научиться жить с новыми способностями? А мама и Визерис, так же, как и он, сидели возле Дени. Дядюшка держал её за руку, а мама гладила по плечу. — Да, Дени. Мы тут закончили. Можем возвращаться домой.

***

      Дом милый дом. Или не очень милый. Теон магией запер двери замка, прислонился к стене, выдохнул. От того, чтобы по этой самой стене сползти на пол, всё же удержался. А то потом долго просидит, не понимая в каком месте и времени находится. А сейчас у него было ещё одно важное дело. И вот после него можно и посидеть, и даже полежать. Но это потом. А сейчас хотелось просто постоять в тишине несколько мгновений. Закрыть глаза и ни о чём не думать. Особенно о том, что вся огненная семейка, их подпевала Пересмешник и даже какие-то люди теперь знают его истинное имя. И он ничего не сможет с этим сделать. Ну если не хочет на собственном опыте познакомиться со способностями Дени… королевы Дейенерис. Назвала своё имя во всеуслышание, настолько уверена в себе, что не боится вызова по нему. Ему бы так. Король Водного сектора, чтоб его. Начинает правление с того, что вынужден в глаза другим демонам заглядывать и голову перед ними пониже держать.       Снова захотелось сплюнуть, но кто потом убираться будет? С местными слугами — элементалями воды, ещё предстояло как-то договориться. А до этого он сам по себе. Поэтому он просто оторвался от стены и пошёл в центральный зал, которые сестра и дядя всегда называли тронным. Они действительно друг друга очень хорошо понимали. И дружили, если так можно было сказать про демонов с полутысячелетней разницей в возрасте. Если бы не Аша, он сам, наверное, никогда бы и не вступил в Культ. Она вообще многих к дяде привела. Именно она была его первым капитаном, самым доверенным. А потом дядя её убил. По-дружески и из большого доверия — не иначе. Забавно. Она даже против отца и братьев его поддержала. А он убил за идею и желание покинуть Культ. В тот день он как-то понял, что верить дяде нельзя. И дружить ни с кем нельзя. Все вокруг — твои инструменты. Итог оказался… предсказуемым вообще-то, если бы он дал себе труд над возможностью такого итога задуматься.       До центрального зала пришлось пройтись, но хоть там всё было просто и понятно. Подойти к центральной кристаллической колонне, приложить руку, пустить свою силу, позволив стереть силу прежнего короля. С этого момента именно он станет хозяином замка. Но, как оказалось, неприятные сюрпризы на сегодня ещё не закончились.       — Мои приветствия новому королю Водного сектора. — На ступенях, ведущих к колонне, сидел Паук, а рядом крутился мелкий золотистый бес. Морды у обоих были крайне довольные. — Рад, наконец, видеть тебя здесь, Теон.       — Не могу сказать того же, Варис. — А этот откуда его имя знает? Теон покосился на беса и решил, что вопрос имеет слишком простой ответ. Ну не мог Паук не наблюдать за столь важной схваткой. Пусть и не своими глазами. — Мы никогда в хороших отношениях не были и начинать, я не собираюсь.       — Ну почему же. Ты мне помог вернуть благосклонность твоего дяди. Если бы не это, мой план мог бы… поломаться. Так что я считаю своим… долгом помочь тебе в ответ.       — Чем же? — Та помощь была выгодна обоим, вероятно, эта была того же свойства.       — Новому королю пригодится тот, кто умеет знать обо всём на свете. Особенно когда… некоторые знают о нём слишком много.       — А тебе это зачем? — Можно было поиграть словами, но ему что-то не хотелось. Лишнее напоминание о собственной слабости не радовало совершенно.       — А мне… Нам. Не хочется попасть в когти Петира. У него слишком интересные покровители. — Паук вздохнул и почесал беса за ухом, тот довольно оскалился в ответ. — Когда огненная королева продемонстрирует голову Эурона, она получит столько власти сколько сможет удержать. А сможет она много. И лишь больше со временем. Так что через какое-то время мы можем обнаружить, что теперь у всех Нижних миров только один правитель. А нас те, кому она покровительствует, не любят. Сильно не любят. Петир, Виз, Тирион и Джейме Ланнистеры, а следом за последним и Лианна Старк, а значит весь рождающийся орден магов, то, что останется от Собора, и многие демоны четырёх секторов. Даже без королевы Дейенерис многовато врагов. В наших же интересах создать место, куда её, а значит и их взгляд не будет проникать. А в твоих интересах знать всё, что можно, и хоть так отдалить от себя влияние огненных.       — Не поспоришь. — От идеи союза с Пауком и тем паче его зверушкой, которую тот, похоже, считал вполне равной демонам, снова хотелось сплюнуть. Но он был прав. Дейенерис была слишком сильна, у её брата и Петира были причины не любить его. Да и отношение Джона было сложным, особенно учитывая невероятные для демона способности инквизитора. Разве что людей можно было из врагов вычеркнуть. Но это не утешало. Ему и демонов хватит. А, если отказаться от союза, то он и во владении информацией всегда будет на десяток шагов позади них. Кроме Вариса Петиру в таких вопросах никто не соперник. — Хотелось бы, но не поспоришь. — Да и держать того, кто знает твоё имя, надо либо рядом, либо в могиле. А закапывать такие возможности… — Что же. С дядей у тебя сотрудничать получалось. Может и договоримся. Только постарайся не предавать меня так же быстро.       Паук усмехнулся, встал и так с усмешкой и поклонился. Бес повторил за ним. Теон сложил крылья и руки в знак принятия служения. Договор был заключён.