Свой среди чужих

Дом набит под завязку наёмниками и разной шелупонью, юные новички, вроде Боа, кто-то чуть старше, кто-то чуть младше... складывалось впечатление, что это просто детский сад, хотя, учитывая историю Алькассера... Луи фыркает, задумываясь о том, насколько велики аппетиты этого чудовища, раз среди его бывших столько подростков. Ему их не жаль, ведь никто из них даже не попытался сбежать. Сломленные физически и психологически. Однако это вынуждало слегка переживать за Вальта, возможно, он ещё не вышел из возраста, интересного Гиллтену. Сложно перестать думать об этом, даже если Луи прекрасно знает, что попытки насилия над Вальтом ничем хорошим не закончатся, по крайней мере, Маньяк найдёт, как отплатить за это, если не в ту же секунду, то через какое-то время после... - Не переживай, он сильный малый, - вмешательство Шакуэнджи в эту мимолётную мысль заставляет Ширасаги усмехнуться, косо взглянув на здоровенного парня в облегающей чёрной майке. - Да... гадюка против медоеда, - теперь и Кайзер заметно повеселел, услышав такое сравнение. Отравляющий жизнь всем и вся - Гиллтен вряд ли ожидает ярого сопротивления со стороны очередного "ребёнка", однако у этого "ребёнка" есть достаточно прочная броня, и прокусить её совсем не просто. О том, какие клыки и мощные когти у медоеда лучше вообще не говорить. Луи собрал все эти "когти" от мала до велика в своё время... он оглядывается на слегка зажатого Боа и собранного Акабу рядом с ним, но, кажется, Алькарссер совсем пропускал мимо ушей слова Айги. Возможно, его не стоило брать в эту заварушку, однако подросток прицепился сам, буквально следуя попятам за Ширасаги со своим дурацким беспокойством за "родителя"... - С Киямой я договорился, у полиции вопросов не будет, - это явно положительная новость, ведь больше всего киллеры переживали за правоохранительные органы. На такую шумиху сложно просто закрыть глаза, даже в их мире, благо семья Кияма на их стороне, удивительно, как продуманно Вальт подошёл к подбору союзников: целая гильдия киллеров, обученные семьёй Шакуэнджи люди и абсолютное игнорирование самой настоящей мясорубки от полиции. Вот уж точно комбо. Среди всего этого не хватало только вишенки на торте, хотя её, судя по всему, Аой уже давно захомутал, зря только отпустил на вольные хлеба, теперь приходится разгребаться с этим... Куренаем. - Что ж... не вижу повода медлить дальше, - пожал плечами Луи, отправив сообщение Чагаке, с этого момента они могут начинать зачищать дом. Главныя цель - найти и спасти Аоя, второстепенная - не покалечить Шу, с остальным они разберутся уже на месте.

***

Прожжённый воздух, полный ужаса и запаха крови, давно он такого не чувствовал... лёгкий дым мешает обходу, приходится иногда щуриться, чтобы различить своих и чужих, не хотелось бы подстрелить кого-то из знакомых, хотя вряд ли кто-то будет разбирать: кто и кого убил в такой суматохе, а все, кто здесь - готовы к смерти. Или, по крайней мере, настолько сломаны и забиты, что не покинули дом до сего момента. Жаль, но щадить их нет смысла, зачастую, из такого уже не выбираются, а в их мире ничего хорошего им не светит. Всё началось с окружения периметра, а после дымовых шашек в окна или, что ещё хуже, газовых. Тут уже зависело от киллера и его умений, некоторые больше специализировались на отравлениях. К счастью, таких было не много, и Чагаке постарался отследить, в какие комнаты лучше не лезть, если не хочешь скоропостижно откинуться вместе с врагами. А сейчас это было просто кровавое месиво, шум от стрельбы сверху, снизу, по бокам... где-то иногда ещё проскакивают взрывы от гранат, где-то автоматная очередь, где-то крики раненых, самый настоящий полигон в особняке за городом. Миленькое шоу для любителей пострелять по живым мишеням, правда, с вероятностью сдохнуть, но тут уж как повезёт... Главное в такой шумихе не растеряться и самому не стать живой мишенью, к счастью, у Луи достаточно опыта, чтобы знать места, куда человеческий взгляд кинется вовсе не сразу, и достаточно практики, чтобы не отвлекаться на далёкие взрывы и стрельбу, а прислушиваться к основному - к близлежащим шагам, шумам и скрипу пола. Ему нужно отслеживать каждый шорох в коридоре, каждую дверь открывать с готовностью выстрелить кому-то в лоб, ещё и умудряться за долю секунды сообразить свой или чужой по одежде. Хорошо, что Чагаке и Шакуэнджи быстро сгруппировались и договорились об отметках для своих людей, или это была бы просто резня ради резки между своими-чужими-своими и хрен ещё знает кем... Зато у людей Гиллтена таких обозначений нет, что делает врагов более разобщёнными и растерянными. В любой момент они могут подстрелить своих же, и даже не поймут этого. По крайней мере, пока не поймут, слишком резкий выпад со стороны наёмников, слишком неподготовленные люди внутри. Луи даже усмехается, кто бы мог подумать, киллеры работают, как спецназ - ирония, не иначе. В какой-то момент он останавливается у приоткрытой двери аккуратно толкая её и косо разглядывая комнату. Внутри никого живого, но... заметно синие пятно - их обозначение, значит, кто-то из своих. Ширасаги уже планировал отвернуться, не обращая внимания, всё-таки даже среди своих было достаточно много тех, кого Луи впервые видел, однако... что-то останавливает его, что-то заставляет приблизиться, чтобы рассмотреть в небольшой дымке знакомый пистолет. Пистолет, который сам Луи дал всего одному человеку перед этой заварушкой. Человеку, которого он тренировал уже несколько месяцев и... который уже официально часть семьи Аоя. Сев на одно колено, Луи впервые за долгие годы так неуверенно касается чужого трупа. Он никогда не был неуверен в себе, он никогда не был застигнут врасплох всего одной смертью. Даже с теми, кого он называл "напарниками" годами, в таких случаях он мог сказать лишь глухое "чёрт", ведь это означало, что их раскрыли и надо стать втройне аккуратнее. Однако, сейчас совсем другая ситуация, и совсем другой расклад. Боа не был просто "напарником", они знакомы не так долго, но успели притереться и сойтись хотя бы в одном - они оба любили Вальта. Да, по разному, да, они даже не спорили между собой, ведь это спор был бы взрослого с малолеткой, но... они успели проникнуться друг другом, не только Вальт мог привязываться к своим жертвам, Луи тоже ощущал ответственность за тех, кого обучил и кто был дорог его любовнику. И сейчас они оба потеряли кого-то дорогого, кого-то, кто запал в душу и Вальту, и Луи. Зелёные глаза совершенно пусты, губы слегка приоткрыты, но лицо спокойное, скорее, даже слегка удивлённое. Казалось, он умер в один момент, и это, должно быть, действительно было так, ведь приподняв непослушные, грязные от крови волосы, Луи видит осколок от гранаты прямо во лбу подростка. То ли враг решил, что лучше умереть, но забрать с собой хоть кого-то, то ли кто-то другой неосмотрительно кинул гранату, даже не разобравшись, кто внутри, но... в любом случае, всё это было уже не важно. Резко шумы становятся в разы тише, в голове словно какой-то отвратительный звук, похожий на гул, и стук сердца. Такой громкий, что Луи сглатывает и выдыхает, сжимая в одной руке своё оружие. Чёртовы ублюдки. Они лишили Вальта и Луи их любимчика, их "сына". Зубы непроизвольно сжимаются, из горла выходит неосознанный короткий рык, волосы горят синим пламенем. Его буквально разрывает от эмоций - то ли он раздосадован, то ли зол, то ли опечален... ему срочно нужно увидеть Вальта, убедиться, что с ним всё хорошо, что хотя бы он всё ещё жив, что он дышит и движется, а не лежит на полу такой же бездушной куклой, как Боа. В этот момент Луи понимает, что не хочет терять Вальта. И ради этого он готов даже на блядский ритуал Аоя, чтобы только оставаться рядом с ним, видеть его каждый день, слышать его смех и просыпаться с ним в одной кровати. У них было много недомолвок и странностей, много ссор и недопониманий, однако... спешить домой к нему - волнительно, смотреть на него часами - успокаивающе, любить его во всех смыслах и позах - согревает душу. Оставив своё оружие за поясом и взяв на руки абсолютно обездвиженное тело, которого ещё не коснулось трупное окоченение, Луи встаёт с места. Никогда в жизни смерть не говорила ему так много. Она буквально крикнула ему в уши, что рано или поздно их жизни с Вальтом тоже оборвутся. После какого-нибудь задания Ширасаги, с которым он не управится, простого несчастного случая или... нападения такого ублюдка, как Гиллтен. И это чертовски напугало и отрезвило Луи.

***

Такая шумиха не может обойти Александра. Дом просто переполнен звуками взрывов, выстрелов и голосов, а это значит лишь одно - переговоров не будет, будет только мясорубка, что слишком выбивает из колеи. Откуда они узнали об этом месте? Как догадались, что Вальта похитили? Или дело было вовсе не в Вальте? Возможно, это якудза собрали мелких прихвостней для "освобождения" Куреная? Выглядело всё это, как минимум, странно, отчего только больше пугало. Быстро, не медля ни секунды, Гиллтен спешно собрал самых приближенных, отправляясь на четвёртый этаж - к их пленнику. Нельзя, чтобы этот мальчишка пострадал или был освобождён раньше времени. К тому же, вся шумиха пока на первых этажах, возможно, до четвёртого даже не доберутся...

***

Ступеньки под ногами, шум где-то внизу, спереди Артур и ДеВой, на случай, если решат напасть сверху, что маловероятно, позади Норман и Шу, наконец, прикрывающий их спины Де Ла Хойя, самый опытный среди них, тот, кто сможет дать отпор. Мужчина хмуро подмечал, как рушился купленный им четырёхэтажный особняк, как на втором этаже оказались запачканные кровью ступени, как где-то позади слышался топот чьих-то ног, а дыхание сбивалось от адреналина и ужаса, трепыхающегося где-то в груди. Он и не думал, что похищение одного мальчишки может обернуться настоящим хаосом. Нет, это не могло быть простым совпадением, они едва похитили Аоя, странно, что именно после этого на особняк напала неизвестная группировка, что буквально крушила всё на своём пути, словно бешеные псы, спущенные с поводка. Всё было так скомкано, что картинка в глазах смазывалась, голову кружило от страха и слишком быстрого передвижения по лестницам и коридорам... наконец, нужная дверь, за ручку которой Гиллтен хватается, словно за тонкую соломинку, что может спасти его от всего происходящего. В комнате всё такой же связанный подросток, сидел на полу, словно не планировал бежать от этого шума и опасности, словно... он уже знал, что всё так и будет. Секунда молчания. Две. - Щенок... - едва ли не шипит всклокоченный мужчина, надвигаясь на Вальта с видом человека, готового распотрошить Маньяка и выдать голову его друзьям, как трофей их наглости, но вовремя слышит выстрел из пистолета. Несмотря на шум снаружи, несмотря на явную немалую злость, Александр успевает остановиться и медленно повернуть голову назад. Фри ДеЛаХойя. Предатель, что сейчас стоял ближе всех к закрытой двери, отгораживая путь на выход. Блинд истерично засмеялся, он не заметил, он не обнаружил лазутчика в их "команде", и пусть у Фри всего лишь пистолет, каждый в этой комнате знает, что он владеет орудием лучше, чем все остальные вместе взятые. Удивительно то, что он выстрелил в потолок, а не в голову самого Гиллтена. - Что за?.. - Артур хочет что-то спросить, но сразу же замолкает, стоит ему пересечься с карие глазами ДеЛаХойи. Абсолютная готовность убить любого из здесь находящихся, его не волновал никто, честно говоря, он бы мог убить и Аоя, прикажи Кристина сделать это, но она слишком признательна, а самому Фри остаётся только довольствоваться "странностями" Маньяка при новой встрече. Вальт тоже тихо прыскает от смеха, едва ли сдерживаясь, чтобы не смеяться в голос с наивности взрослого мужчины. Он действительно не думал, что киллера может кто-то перекупить? Бирюзовые глаза Гилтена снова смотрят на Аоя, на этот раз слегка прищурившись, всё стало предельно ясно, больше Вальт не скрывает своих карт, но у Александра тоже кое-что осталось... - Убей его, - короткий приказ для Шу, что сразу же трогается с места. Фри не станет стрелять в Куреная, ведь для Аоя Шу всё ещё друг... Более того, никто не хочет связываться с якудза, а тем более, мафией. Да, конечно, он мог скрыться в своей Испании, однако для киллера мирового класса - это всё равно, что похоронить свою карьеру, будучи запертым в одной стране раз и навсегда, и для гильдии Кристины - это потеря сильнейшего из наёмников бесследно не пройдёт... Тишину нарушали только шаги, альбинос подходит к Маньяку, перегораживая обзор на пленника, в его руке всё ещё пистолет, и он не смеет направить его на истинного "хозяина". Аой усмехнулся, посмотрев на Шу с некоторой нежностью снизу вверх. Эта игра больше не имеет смысла. - Начни с ног, - короткая команда, выстрел, непонимание смешивается с ужасом. Александр Гиллтен проиграл, причём малолетке. Блинд медленно поднимает руки вверх и улыбнуться, словно бы ему ничего не грозило. Впрочем, ему и правда не грозит, всё-таки, часть семьи Вальта, пусть и далёкая. Артур просто смотрит с суженными от ужаса зрачками на простреленную ногу Александра, а после раздаётся второй выстрел, за которым следует истерический, животный крик "Нет!" от преданного, словно сторожевая шавка Нормана. Тот кидается к своему давнему любовнику, не успев остановить пулю, но загородив его тело своим. Впрочем, его тело слишком узкое и щуплое, чтобы полностью прикрыть тело взрослого мужчины в расцвете лет. Да и за спиной у этих голубков Фри, который в любой момент может выстрелить Гиллтену в спину, и весь этот спектакль окончательно загнётся, оставив после себя только отвратительный привкус недосказанности, как если бы целая эпопея с приготовлением пирога закончилось одной печенькой, запитой горьким кофе. Шу даже не старался держать на прицеле всего лишь жалких пленников, теперь хищник и жертва поменялись местами, смысла видеть угрозу в уже и без того забитых зверях - глупо, однако Фри всё равно держит их на мушке, понимая, что загнанная в угол крыса в любой момент может кинуться в глотку кому-то из котов. Словно бы Гиллтен был из тех, кто решится унести жизнь противника с собой в могилу, нет, этот мужчина просто мусор на дороге, тот самый ублюдок, который жил ради удовольствия, и пользовался всеми окружающими во имя своего эгоизма. Именно поэтому Вальта совершенно не пугали эти наполненные нечеловеческим гневом глаза взрослого-ребёнка, не получившего новой игрушки. - Сучка, - прокомментировал Гиллтен, понимая свой проигрыш, но пока не догадываясь, как Аой смог всё это провернуть. В конце концов, Шу определённо точно был накачен наркотиками, Фри подкуплен, а план был практически идеален. Исключая вероятность, что Вальт - это просто пешка на доске, к которой относятся, как к разменной монете. Слишком сильно стянутые верёвки, наконец, сползают с онемевших рук Маньяка, когда Шу легко режет их складным ножом. С этого момента Вальт официально не заключённый. И это не он застрял в этой дыре с педофилом и его прихвостнями, а они застряли с ним... - И когда? - единственный вопрос, который волнует Александра, пока Аой мнёт свои руки для восстановления кровотока в пальцах, успевших посинеть от передавливания вен. - Это не верный вопрос, - издевательски медленно произносит Маньяк. Наконец, он пару раз сжимает и разжимает ладони, пытаясь окончательно вернуть ловкость рук, в конце ещё и потягиваясь, словно кот после сна. Как будто осознавал, что с самого начала и до сего момента ему абсолютно ничего не грозило. - Не "когда", а как. Вместо долгих рассуждений Вальт просто, без задних мыслей, залазит в карман штанов Шу, забирая телефон и набирая один из зазубренных наизусть номеров. - Шака! Приветик! Я в порядке... Хватит кричать! - Маньяк слегка сморщил нос, когда из трубки донеслось что-то похожее на "Какого хуя, Аой?!". Он знал, что друг будет ругаться, однако пора было заканчивать эти бессмысленные и беспощадные жертвы с обеих сторон. Хорошие киллеры Японии ещё пригодятся, как и подчинённые дома Шакуэнджи. А несчастные использованные детишки в любой момент могут стать неплохими жертвами для него, Вальта, или подчинёнными для Шу. Достаточно просто их правильно воспитать... - Закругляй свой крестовый поход, Гиллтен на мушке. Тяжкий вздох Шакуэнджи, который, судя по всему, ожидал чего-то такого от Вальта. А после громкие команды на том конце провода для подчинённых. Кажется, эта война окончена в пользу Аоя, совсем скоро он сбросит трубку, а после послышится голос, говорящий нечто не совсем разборчивое в микрофон. Прислушавшись, можно понять, что речь о том, что Гиллтен взят в плен, что знаменует остановку кровопролития, точнее, окончательно это завершит процесс только когда зашуганные и ничего не понимающие "детишки" поймут, что их главнокомандующий уже вне игры и перестанут рыпаться. - Так вот, к вопросу о "как"... - Аой успешно отдаёт телефон обратно владельцу, смотря на Александра и его перепуганную "правую руку" сверху вниз, как смотрят на нечто жалкое, но обезображенное до лёгкого отвращения, из-за которого Вальт побрезгует взять "это" в руки. - Ты ведь не дурак, перекупить киллера не так уж сложно... - решение начать с простого - правильно и неправильно одновременно, по крайней мере, это не то, что хочет слышать Гиллтен, но это то, что ему, как раз, понять совершенно не сложно. - Как я узнал о Фри? Гильдия Чагаке не единственная, что мне приглянулась. - Везучий сукин сын... - на огрызательство Александра Вальт только фыркнул. В каком-то роде ему действительно повезло, ведь Гиллтен выбрал именно Фри, с другой стороны... такой ублюдок, как Гиллтен захотел бы лучшего профессионала для своего плана. - Как у меня хватило денег и связей? - игнорируя выпад со стороны мужчины, Аой продолжил свой монолог. - Всё просто, я хватаюсь за каждого. Шу, Шака, Вакия, Рантаро, Кристина... я не упускаю "друзей", если ты понимаешь, о чём я. На самом деле, с Кристиной сыграла роль его родословная, но знать об этом Гиллтену или кому-то ещё - вовсе не обязательно. Пусть искренне верят, что это лишь случайности, лишь "везение", кто знает, как и когда всплывёт то, что посторонним лучше не знать... Смотря на то, как желваки начинают гулять по лбу разъярённого Александра, Аой усмехнулся, решив, что с Гиллтена достаточно загадок. Этот ублюдок всё равно умрёт или отправится в психушку, третьего не дано. Так к чему мучить несчастного подстрелыша? - Как Шу пришёл в себя? - последний и самый важный вопрос, на который Гиллтен хочет получить ответ... Вальт нахально проводит пальцами по шее Куреная, показывая степень доверия между ними, ведь альбинос даже не вздрогнул, позволяя прохладным пальцам очертить на мягкой и нежной коже незамысловатый узор, после чего Вальт слегка притягивает Шу к себе за подбородок, на что друг послушно склоняется к нему, создавая понимание абсолютного повиновения, иллюзию близости любовников, но это лишь нездоровая любовь меж верным псом и его хозяином. Любовь, не опошляемая сексуальным желанием, страстью и прочим мерзким, лишь чистые, платонические чувства. - Всё просто... Это не Шу Куренай. Снова гробовое молчание, никто не понимает, что здесь вообще происходит. Ни Гиллтен, ни Норман, ни два их прихвостня, ни, уж тем более, Фри, впрочем, последнему всё равно, Вальт всегда выдавал странные перлы, и этот момент не исключение. - Ты, как всегда, прекрасен, Ред, - в карих глазах мелькает нечто тёплое, можно даже сказать, завораживающее, словно он смотрел на самого любимого человека на этой планете. Пожалуй, отчасти, это так и было, Вальт любил своих «детишек», нет, он обожал их, он готов был посвятить им всего себя и даже больше... всё, что угодно, ради них, ради того, чтобы видеть их, дарить им любовь, которой ему так и не смогли дать его родители, и уже никогда не дадут, ведь их нет. В такие моменты Вальт безумно благодарен отцу, что тот был таким ублюдком, подарившим ему призвание. И ещё больше он сейчас любил его за смерть. Такую быструю, глупую, тихую, как и положено любому ублюдку. Теперь Вальт точно знает, что он в этом мире совершенно один, никто не придёт и не подарит ему родительской заботы, хотя и раньше вероятность любви со стороны Тайги была... слишком близка к нулю, но теперь она свелась к абсолютному минусу, что расстёгивало руки Вальту-отцу всей их семьи и своим жертвам в частности. - Фри, отойди от двери, скоро за нами придут, - мягкая улыбка и взгляд посиневших глаз дают понять - теперь всё здесь под контролем Маньяка.