Приключения Микки

Однажды, когда собрались уже почти все ученики, госпожа Валери сказала то, из-за чего поднялся радостный шум: — В четверг мы идём на экскурсию в человеческий мир. Пожалуйста, обсудите с родителями. Вдруг кто-то не отпустит. И магией раздала им по нескольку листочков с информацией. Микки взглянул на один из своих — там было написано, что школа берёт на себя полную ответственность за его жизнь и просит подписать листок. Госпожа Валери продолжила: — Как вы наверняка заметили, здесь нужно поставить подпись. Прошу вас всех принести подписанные документы не позже среды. — И поменяла тему: — А сейчас повторим английский, чтобы вы чувствовали себя увереннее на экскурсии. Микки с удовольствием понял, что этот язык ему таки даётся. И с нетерпением высидел последующие уроки — ему ведь очень хотелось побежать домой и дать маме на подпись лист-разрешение. Но так уж случилось, что ему пришлось задержаться. Когда он уже собирал вещи в любимый рюкзак, госпожа Валери попросила его: — Останься, пожалуйста. Нам нужно поговорить. Микки поймал на себе ехидный взгляд кого-то из одноклассников — вроде бы Коула, как ему показалось. И занервничал — вдруг ему могли сказать что-то плохое? А если его собрались прогнать из этого места? Здесь ведь ему так нравилось. Он привык за это время к учёбе. Вот он и когда подходил к учительскому столу, то чуть ли не дрожал от страха. И госпожа Валери, видимо, поняла это — ведь посмотрела на него очень-очень добрыми глазами, взглядом, который он всё чаще видел у неё, и почти приказала: — Выдохни. Я не кошка, чтобы слопать мышку. Микки невольно улыбнулся — так ему понравилась эта фраза. Он бы не смог объяснить, чем — но он сразу успокоился и уточнил: — Вы ведь говорили мне остаться, госпожа Валери? Она кивнула. И спросила совершенно неожиданную для Микки вещь: — Ты бы не мог попросить госпожу Асию открыть нам для перехода дверь в человеческий мир? Микки недолго посправлялся с недоумением, и всё-таки пообещал: — Да, конечно, госпожа Валери. Она улыбнулась и отпустила его: — Всё, можешь идти. И надеюсь, таки отправишься с нами в мир людей. Тем более, если учесть ходящие о тебе слухи. Он невольно захотел всё-таки спросить у неё, что это за сплетни. Однако понял, что это было бы невежливо. Поэтому решил обо всём узнать у Аримана. Или, скорее, даже у мамы — наверняка тот ей всё рассказал. И хотелось ему и всё узнать, и получить подпись на разрешение, поскорее, поэтому он невнятно попрощался и выскочил из класса. И уже пару минут спустя оказался в машине, которая до сих пор возила его в школу и оттуда. Хоть ему и хотелось уже добираться в школу самостоятельно. Впрочем, уже кое-что произошло, что приблизило его к выполнению этого желания — по крайней мере, мама уже не ездила туда-сюда вместе с ним. А сейчас он привычно смотрел в окно, на быстро пролетающие мимо городские пейзажи. И думал — отпустят ли его мама и Ариман? И пришёл к выводу — конечно же, да. Он ведь уже не один собирался пойти, а со столькими мышами. И когда он такое решил, машина подъехала к их подъезду. Он поблагодарил водителя и выскочил. И почти взбежал по лестнице на их этаж. И быстро открыл дверь своим ключом. Понял, что ни мамы, ни Аримана дома нет. Ну да, разумеется, у них ещё продолжался рабочий день. Так что приготовился ждать — а пока разогрел себе обед из супа, вкуснее, чем в многих ресторанах, как он был уверен, и неожиданно найденного в холодильнике какого-то восхитительно пахнущего рагу. Съел. И в который раз обрадовался, что его уже оставляют дома одного. А то у него было такое настроение, что не хотелось никого видеть или слышать. Пошёл в комнату. Включил компьютер — ему его недавно купили, чтобы удобнее было готовиться к урокам. Открыл бело-серый «mice.net» и чат их класса. И увидел, что не только он ещё не получил разрешения на поход в мир к людям. Крис — самый активный в их классе, единственный из них в школьной команде по футболу — задал вопрос: «Ну что, предки отпускают?» Макс, самый тихий из них, ответил — Микки сразу вспомнил его тихий, хоть и высокий голосок: «Бабушка подписала и сказала, что мной гордится». Микки невольно позавидовал ему — да, конечно, у него добрая, понимающая мама, но он бы не отказался от такой же бабушки. Ната продолжила их отчёты: «Звонила папе. Он подпишет, когда вернётся с работы. А когда это будет — не знаю… Он вечно так занят со своей телестудией». Микки мимовольно посочувствовал ей. Коул же — как всегда, злость сквозила даже в этих его паре строчек — добавил ещё одно сообщение: «Достала со своей этой телестудией. Переснимаете всё дерьмо из человеческого мира. Или уже пересняли?» Нелли — Микки удивился, что онлайн столько народу, обычно в такое время в мышиной сети было пусто — попыталась их примирить: «Будто ты их не смотришь — эти ремейки». Коул гордо удалился — по крайней мере, его значок онлайна потух. А вот Тасси — новенькая у них, которая только недавно перестала учиться на дому, как и Микки — написала, и Микки почудилось, что где-то там за монитором она чуть ли не плачет: «А меня пока не отпускают». Нелли прислала смайлик мышки, обнимающей другую мышку. И написала: «Не беспокойся. Ещё передумают. Послали же тебя к нам учиться». Микки тоже такая мысль пришла в голову. И его ведь не выпускали из дому, пока не появился тот мыш. И сразу же Микки задумался — вдруг мама его не отпустит? И, немного подумав, взглянул на вкладку с «mice.net» — все почему-то замолчали, после сообщения Тасси не появилось ничьё. Он решил почитать онлайн новую книжку о приключениях его любимого героя — Великого Мыша. Тот как раз должен был спасти город, очень похожий на их. И зачитался так, что еле услышал, как в квартиру вошла мама с Ариманом. Разумеется, не побежал их встречать. Гордо остался в комнате, правда, уже не читая о Великом Мыше. И приготовился ждать, пока они его позовут, и попросить рассказать о ходящих среди мышей о нём слухах — интересно ведь, что о нём говорят. И ждать, как всегда, долго не пришлось. Уже минут пять спустя, как подсказал ему компьютер, в его дверь постучали. Он, конечно же, открыл — и увидел на пороге улыбающуюся маму. Она пригласила: — Пошли со мной, Микки. Мне кажется, нам троим есть о чём поговорить. Микки поднялся, взял со стола лист-разрешение и пошёл за ней. Они пришли на кухню, где уже вытаскивал из духовки что-то — Микки уже давно знал, что он умеет готовить, да ещё как — Ариман. Микки невольно принюхался — и почуял запах чего-то мясного и сыра. Восхитительный аромат. Собрался уже ждать, пока Ариман скажет садиться — он очень любил их с мамой приглашать попробовать его стряпню, которую иногда даже готовил по рецептам из человеческого мира. Мама даже его спросила однажды, как она может то, что он приготовил, есть — она ведь не могла есть человеческую пищу. Но он объяснил, что есть маленькая лазейка — если готовить из мышиных продуктов, то вполне можно что угодно есть. Микки помнил, как она обрадовалась этим словам. И как с удовольствием всегда пробовала все блюда, которые Ариман ставил на стол. Вот как сейчас. Ариман поставил на стол блюдо с прекрасно пахнущими отбивными с сыром. Микки прекрасно понял намёк — и превратил свою табуретку на время ужина в кресло. Мама первой продегустировала — и зажмурилась от удовольствия. Ариман же улыбнулся и пододвинул блюдо к Микки с немым приглашением. Микки не стал отказываться и переложил себе на тарелку несколько маленьких отбивных. И с точно таким же удовольствием, как и всегда, начал есть. Последним за собственное творение взялся Ариман. И Микки, время от времени поднимая на него взгляд, иногда стыдился своих манер — настолько аккуратно, даже, если бы Микки мог так сказать, элегантно тот ел. Однако со своей порцией расправился первым. И Микки, чтобы не заставлять никого ждать, тоже быстренько доел последнюю отбивную и призвал к себе спрятанный до поры лист, который нужно было подписать. Положил перед собой — ведь тарелка до этого словно по волшебству, хотя почему словно? — исчезла, и уже собрался рассказывать взрослым, чего он от них хочет. Но не пришлось — Ариман поднял лист и внимательно посмотрел. Мама тоже любопытно взглянула — и Микки понял, что правильно сделал, положив его на видное место. И всё-таки принялся ждать, что же они скажут. Ариман посмотрел уже на него — с улыбкой, прокашлялся и вспомнил: — Примерно такая формулировка была в тех письмах, которые я приносил домой перед каждым школьным визитом в человеческий мир. Мама подтянула к себе лист и нервно уточнила: — А… это безопасно? Ариман прикрыл глаза — как почудилось Микки, что-то вспоминая — и рассказал пару секунд спустя: — Мы когда-то всем классом ходили. С нами были телохранители — лучшие в этом деле мыши из нашего клана. Однако им ничего не пришлось делать — мы просто превратились в людей, прошлись по их городу и вернулись. Не сказал бы, что это очень опасно. Мама потянулась к листу, и Ариман вытащил из воздуха ручку. Подал ей с ужимкой профессионального лакея, и мама подписала. Ариман же взял — опять-таки из ниоткуда — прозрачную папку-файл. И объяснил: — Чтобы не помять. — Посмотрел на Микки и проницательно поинтересовался: — Ты ведь хотел ещё что-то спросить? Или я ошибся? За время общения с Ариманом у Микки сложилось впечатление, что он никогда не ошибается. Точно так же, как и сейчас. Вот он и спросил: — А что за слухи ходят обо мне в вашем клане? Ариман сначала ответил: — Уже и твоём, мой маленький. — И добавил уже серьёзно-серьёзно — так, как Микки почти никогда от него не слышал: — Разные. Особенно о том, что у тебя талант — общаться с людьми. Микки посмотрел на него — стараясь, чтобы взгляд выглядел недоумённым — мол, с чего они взяли? Ариман же продолжил всё тем же тоном: — Они где-то прознали, что ты ходил в мир людей в собственном теле. Не знаю, откуда им это известно, но… Мама неожиданно вмешалась в их разговор. Она напомнила им о том, о чём они когда-то болтали: — Вроде бы в вашем клане все всегда знают, когда его представители ходят в человеческий мир. Вот и сейчас узнали. Ариман задумчиво согласился: — Может, ты и права. — Однако продолжил всё-таки кое в чём сомневаться: — Но это было так давно… Мама пожала плечами: — Утечка информации. Только сейчас стало выгодно обнародовать эти данные. Не находишь это возможным? Ариман всё так же задумчиво снова поддержал её: — Да, ты вполне можешь быть права… Вся эта история с Мисси. Мама кивнула и преувеличенно бодрым голосом поинтересовалась: — Ну как, Микки? Мы ответили на твой вопрос? Микки кивнул. И вспомнил, что госпожа Валери просила разрешения на выход через их квартиру. И робко пискнул об этом: — Мама, а можно нам пойти в человеческий мир через нашу квартиру? Мама ответила: — Да, конечно. А как тебе пришло это в голову? Микки быстренько отмахнулся от этой идеи и сказал, что это его попросила спросить госпожа Валери. И поймал почти разочарованный взгляд мамы, которая повторила разрешение: — Передай госпоже Валери, что я не против. Эта квартира ведь для этого и предназначена. И они разошлись по комнатам. *** На следующий день почти весь класс отдал госпоже Валери разрешения. Только пара мышат сказали, что поднесут позже, и Тасси, смущаясь и отводя взгляд красных, Микки догадывался, почему, глаз, сказала, что её не отпускают. Госпожа Валери погладила её по голове и грустно сказала: — Понимаю, Тасси. Я слышала, так делают со многими мышатами и человеческими детьми. Они вас любят, поэтому боятся за вас. Коул хмыкнул. Причём так громко, что к нему повернулись и госпожа Валери, и все мыши, сидящие в этот момент за партами. И госпожа Валери неожиданно спросила: — Ты что-то хотел сказать, Коул? Тот кивнул. И ответил: — Не думаю, что такие родители любят. Они ведь не разрешают детям того, что те очень хотят. Коул ответил так зло, почти с ненавистью. Так что ему невольно пришло в голову, что у Коула что-то есть личное к таким взрослым. Госпожа Вапери вздохнула — Микки почему-то показалось, что она прекрасно понимает Коула — и ответила: — Не все родители такие, Коул. Коул снова удивил Микки — он прошептал, тихо-тихо, что Микки померещилось, что он говорит мысленно: — Хотелось бы верить. Госпожа Валери же перевела тему — наверняка захотела разрядить обстановку, по крайней мере, так показалось Микки: — Какие вы у меня уже взрослые. На такие темы задумываетесь. — На пару секунд задумалась, а после предложила: — А у нас как раз сегодня урок по человеческой психологии. Может, проведём сейчас? И поговорим о человеческих подростках — примерно таких, как вы. Мышата согласились. Вытащили из сумок учебники по человеческой психологии — вместо книг по математике, которые уже большинство положили на столы. И госпожа Валери начала расхаживать по кабинету, как делала не так уж и часто. Достаточно редко, как знал Микки, разве что если её что-то взволновало. А она была мышью спокойной. Неужели это из-за Коула, подумалось Микки. Как интересно они разговаривали только что. И ему захотелось услышать нечто такое ещё. А то обычно мышата такие тихие… Скучные даже, можно сказать. И размышляя так, он чуть не пропустил реплику госпожи Вапери: — Как вы думаете, на кого больше похожи человеческие подростки — на Нелли или на Коула? Класс разделился. Кто-то думал, и выражал вслух, что подростки в мире людей похожи на взрослых. То есть, такие же рассудительные, как Нелли. Кто-то орал, что человеческие подростки ближе к мышиным — такие же взрывоопасные, как Коул. Вот так вот они перекрикивали друг друга, пока госпожа Валери не прекратила всё это повелительным взмахом лапы. И не сказала: — Вообще-то никто из вас не угадал. Что мышиные, что человеческие подростки — она особенно выделила последующее слово — разные. И вы бы это знали, если бы раньше прочитали учебник. Так что давайте сегодня почитаем и обсудим главу о подростках. Все, судя по шуршанию страниц, открыли книги. И госпожа Валери почти приказала: — Читайте. После поговорим, что же это за люди — подростки. И Микки углубился в чтение, хоть и знал уже давно, благодаря собственному любопытству, что человеческие подростки очень похожи на мышиных. Точно такие же неуклюжие — внешне, точно так же растут и точно такого же требуют от самых близких у них уже людей — внимания и понимания. Как и он, например. *** Вот и наступил четверг, которого Микки так ждал. Как и наверняка его одноклассники, ему казалось. Госпожа Валери уже рассказала ему, как всё должно было пройти — они должны были собраться возле его дома, подняться в их квартиру. Ну а после — выпить зелья и отправиться в человеческий мир. Пришлось встать попозже, чем всегда в школу. Однако мама всё равно подняла его чуть раньше, чем он планировал — и объяснила, что кто-то слишком пунктуальный вполне мог прийти пораньше. Микки вспомнил ту же Нелли с её болезненным перфекционизмом и пунктуальностью — и согласился. Оделся в привычные для школы джинсы и футболку — и задумался, как же поменяется его одежда, когда он окажется в мире людей. Так что вытащил из шкафа футболку с группой «Mice Haters», которая вроде бы в человеческом мире называлась по-другому, взглянул в зеркало на дверце шкафа и довольный шалостью вышел. Мама уже ждала на кухне с огромным ключом в лапах. Внимательно посмотрела на Микки и, видимо, поняла, чего он хотел добиться таким нарядом. Она ведь тоже любит эту группу, Микки прекрасно это знал, и поэтому одобрила его выбор. И попросила: — Посмотришься в первую же витрину. — Подмигнула и весело добавила: — Мне тоже очень интересно, во что превратятся эти весёлые мыши. В брутальных мужчин? Или — она картинно прижала лапу ко рту — в гламурных фифочек? Микки сразу же стало ещё интереснее, если это было возможно. И он уже с нетерпением ждал, когда очутится в человеческом мире. И мама опять-таки всё осознала — она отпустила его со словами: — Встреть там всех ваших, будь вежливым. — Протянула лапу, как Микки казалось, чтобы привычно погладить его по голове, но, наверное, вспомнила, что он уже на это обижается, считая себя взрослым, и вспомнила вслух: — Ты ведь у меня всегда вежливый. А когда все, кому можно идти, появятся — поднимайтесь сюда, я встречу. Микки послушно выскочил из квартиры и понёсся вниз по лестнице. Оказавщись во дворе, оглянулся — вдруг он нагло заставил кого-то ждать? Но, к счастью, пока из знакомых были только две пожилых мыши на лавочке, с которыми он и поздоровался. Он уже приготовился ждать — и ждать долго. Но тут во двор въехало такси одной из самых известных мышиных фирм, и оттуда вышла Нелли. Осмотрела двор — и, видимо, заметила Микки, ведь поздоровалась: — Привет, Мик. Давно тут стоишь? Микки мысленно взглянул на циферблат часов — их совсем недавно научил этому трюку господин Дарэл. Не нужно было призывать настоящий хронометр, всего лишь надо было его представить. Что он сейчас и сделал, и честно ответил: — Нет. Нелли неловко — её неуклюжесть в разговорах проявлялась часто, только не когда она отвечала на уроке — попыталась продолжить разговор: — Погода хорошая. Интересно, как будет в человеческом мире? Микки оглянулся — и правда, погода была чудесной. Солнце светило, но не слишком ярко, птички пели, легонький ветерок колыхал траву… И он невольно вспомнил: — Ариман смотрел погоду в мире людей. Там должно быть немного холодно, но без дождя и снега. Нелли уточнила: — Ариман — это твой отчим? Микки кивнул и в который раз решил, что надо бы Аримана уже называть по-другому. Однако пока не получалось. Точно так же, как и разговаривать с Нелли. Впрочем, этого ему не пришлось делать долго. Буквально пару секунд спустя прямо из воздуха появился двухэтажный автобус. Микки почему-то взглянул на мышей, сидящих на лавочке — и понял, что наверняка смотрится сейчас так же нелепо. Почему-то ему показалось, что у него тоже открылся от удивления рот, глаза расширились. А из автобуса начали выходить их с Нелли одноклассники. Разумеется, не все — только те, кому подписали лист-разрешение, как понял Микки. А за ними — спустилась госпожа Валери. Она и единственная догадалась, взглянув на Микки и старушек на лавочке, пожурить водителя: — Я же просила не заезжать во двор. К ним подошёл мыш, очень похожий на Коула — или, скорее, судя по возрасту, который Микки определил на глаз как лет сорок — мышиных, конечно же — Коул на него. И недовольно пробормотал: — А как вы тогда бы на улице выгружались? Госпожа Валери пожала плечами — и ответила: — Как все мыши из автобусов. Водитель, видимо, не нашёлся, что на это ответить. Только сплюнул в сторону, а госпожа Валери его отпустила: — Можете ехать по своим делам. Я вам позвоню, когда вы снова будете нужны. Мыш какой-то деревянной походкой направился обратно в автобус. Госпожа Валери же поздоровалась с Микки и с улыбкой спросила: — Привет, Микки. Ну что, поднимаемся? Я, кстати, давно хотела посмотреть, как работает госпожа Асия. Должность Хранительницы — это так необычно. Микки кивнул — мол, да, идите за мной — и неуклюже пошёл к двери подъезда. С раздражением увидел, что она опять закрыта, и приложил магнитный ключ. Дверь снова распахнулась — и мыши вошли. Причём Микки показалось, что кто-то из них с любопытством осмотрел подъезд и позже с разочарованием хмыкнул. И Микки понял этого кого-то. Наверняка этот или эта кто-то ожидал или ожидала чего-то необычного на пути к людям. Например, движущихся лестниц в небо. А увидел всего лишь обычный мышиный или человеческий подъезд — с грязными зелёными стенами и заплёванным полом. И ещё, Микки знал, ждёт его одноклассников ещё одно, как минимум, разочарование. Думал он об этом, когда отпирал ключом дверь. Наверняка мыши рассчитывали увидеть огромную квартиру с высоченными потолками. По крайней мере, Микки считал, что кто-то из них вполне себе представлял именно так жилище одной из немногих Хранительниц. Впрочем, его ожидания не оправдались. Он ведь вошёл вместе с одноклассниками и госпожой Валери не в маленькую квартирку. Ему по крайней мере показалось, что он переступил порог дворца. Огромного бального зала с зеркалами на стенах и дверью на другом конце. И он решил поговорить с мамой, что это значит. Однако когда они всей компанией вернутся из мира людей. А пока подошёл к стоящей посередине «зала» маме. Она была одета необычно — примерно так, как всегда одевалась госпожа Валери: в чёрную юбку, только не «карандаш», который преимущественно носила та, а плиссированную, если он правильно помнил название из всяких модных шоу, и белую блузку. Все остальные мыши, как ему померещилось, испуганно, подошли за ним. Госпожа Валери поздоровалась: — Здравствуйте, госпожа Асия. Спасибо огромное, что согласились предоставить нам место для перехода. Мама посмотрела на них — считая, как Микки прочитал в её мыслях, невольно — или благодаря приглашению, как ему потом показалось — заглянув в них — и ответила: — Здравствуйте. — Прокашлялась и добавила: — Вообще-то, у меня, как у Хранительницы, есть одна обязанность. Дети — кто-то за спиной Микки обиженно вздохнул, и она с улыбкой поправилась — молодые мыши ведь первый раз идут в человеческий мир? Госпожа Валери кивнула. И, вспомнив свой первый поход в мир людей — Микки не удержался и заглянул в её мысли тоже — уточнила: — Техника безопасности? Мама снова улыбнулась — и один из мышей восхищённо похвалил её внешность, Микки точно слышал — и подтвердила: — Точно! Будете меня слушать, молодые мыши? Все — или, по крайней мере, те, кого Микки мог видеть, а это было большинство — кивнули. И мама рассказала: — Правила очень просты. Не высовываться, не привлекать к себе внимания. Вести себя, будто вы настоящие люди, приехавшие на экскурсию. И не отставать от других. Всё-таки зелье действует не всю жизнь мыша. Микки думал, что она ещё что-то скажет. Однако она замолчала, и госпожа Валери прокашлялась и поблагодарила: — Спасибо вам огромное, госпожа Асия. — И уточнила: — Мы можем идти? Мама взглянула на них — и объяснила: — Идите всё время вперёд. Когда достигнете стены, будет дверца мышиного размера. Заходите в неё и поворачиваете направо. Спустя несколько шагов будет дверь человеческого размера. Входите в неё и направляетесь по своим делам. Госпожа Валери сказала: — Ещё раз спасибо за объяснения, госпожа Асия. Простите, что побеспокоили. Мама ответила — весело, как почти всегда: — Не за что. Это ведь моя работа. Удачи! Одноклассники нестройным хором прокричали: «Спасибо!» Мама же развернулась и ступила пару шагов назад. И — исчезла. Они некоторое время простояли, глядя ей вслед, пока госпожа Валери не развеяла чары: — Пошли дальше, ребята. Нам надо успеть прийти туда до закрытия музея. И первой зашагала вперёд. Остальные, недолго помявшись на месте, — за ней. И Микки, пройдя чуть ли не половину «бального зала», мимо воли вспомнил путешествие в человеческий мир. Когда он точно так же шёл по огромной — для него, разумеется — комнате. Но вот они достигли мышиной дверцы. Хоть и нескоро. Вошли — и Микки уже приготовился шагать долго-долго. Однако справа уже виднелась огромная для него дверь. К которой они и подошли буквально через пару минут. Госпожа Валери кивнула, и один из сопровождающих их огромных мышей снял с плеч рюкзак. Вытащил оттуда несколько десятков, как показалось Микки, флаконов, как Микки уже знал, используемых для зелий. И госпожа Валери взяла один из них и приказала: — Пейте сразу же, когда мы войдём в мир людей. И первой переступила порог громадной двери. Неожиданно открытой, хоть Микки помнил, что буквально пару минут назад она была заперта. У него в лапах оказался флакон, и Микки первым ступил за госпожой Валери. Не знал, почему именно он — может, потому что у него был опыт?