Я не волшебница я только учусь

- Ты волшебник Гарри! – повторила Дебора, погасив Люмос. – Как и я. Мальчишка не отрывал взгляда от светящегося шарика, пока он горел в ее руке. И когда тот исчез, то Гарри посмотрел на Адамс такими восхищенными глазами, словно узрел перед собой восьмое чудо света. - Ты умеешь колдовать? А как ты это делаешь? А меня научишь? – вопросы посыпались из него, как горох из дырявого мешка - Погоди, погоди Гарри! Не так быстро, - запротестовала Галия, подняв ладони. - Я и сама не знаю, как это получается. Просто хочу, чтобы был свет, и он появляется. - Но как у тебя получилось? – не унимался Поттер. – Я, наверное, тоже так смогу? - Я, когда пугалась или злилась, то вокруг меня все время что-то ломалось, разбивалось или сгорало, - начала врать Адамс. – И вот однажды ночью была сильная гроза и у нас в приюте погас свет. Я сильно испугалась темноты и очень хотела, чтобы было светло. И тут увидела, как моя рука засветилась, словно маленький фонарик. С тех пор, стоит мне захотеть света, и он появляется. Но как это волшебство работает, я и сама не знаю. Поттер внимательно слушал ее и сам буквально светился от счастья. Его искреннюю радость было видно невооруженным глазом. Столько лет он не мог понять, что за странности происходят вокруг него и тут такое откровение. Он оказывается волшебник, теперь многое становится понятным. - Дебора, покажи еще раз! – умоляющим тоном попросил он. Девочка про себя рассмеялась такой детской непосредственности, но в ответ лишь покачала головой. Она глазами показала Поттеру, что впереди них остановилась машина, из которой стала вылезать молодая женщина с двумя детьми. При ненужных свидетелях лучше свои умения не светить, а то те вдруг заинтересуются, а что это у вас происходит. - Со мной тоже разное случалось! – заговорил Гарри, бросив на появившуюся семью недовольный взгляд. – Однажды меня постригли коротко-коротко, а к утру мои волосы отросли заново. В другой раз тетя хотела, чтобы я носил старый джемпер, а он стал таким маленьким, что и на куклу не наденешь. - И еще ты взлетел на крышу столовой и перекрасил волосы учительнице! – добавила Дебора в речь мальчишки. - Ну да! – улыбнулся Гарри. – Теперь я все понял. Значит это было волшебство. - Конечно! – кивнула головой Адамс. – Только непонятно, как оно происходит. Мальчишка радовался так, как будто ему сообщили, что теперь у него будут два дня рождения в месяц. Но вдруг его улыбка погасла, словно ее отключили. А лицо стало испуганным. - И еще я заставил дядю танцевать. Это случилось недавно, потом у дяди Вернона стало плохо с сердцем и тете пришлось вызывать врача, - с беспокойством заговорил Гарри. – Значит я в этом виноват. Галия почувствовала укол совести. Для такого жиртреста, как Вернон энергичные танцы могут закончиться плохо. Прихватит у того сердечко от непривычных нагрузок и привет койка в больнице или того хуже, место на кладбище. И что потом, Дурсль единственный в семье, кто работает и обеспечивает семью. Случись что с ним, и останется Петуния одна с двумя детьми на руках. На что она жить будет, спрашивается. На детское пособие или что там полагается в Англии, в таких случаях. А ведь у них еще и кредит на дом, который осталось несколько лет выплачивать. Спасибо миссис Уоллис за информацию. Дурсли без единственного кормильца просрочат платежи и их выкинут на улицу. Это Поттера скоро в Хогвартс заберут, а его тете и кузену как потом жить. Хоть Дурсли и не самые приятные люди, но такой участи они точно не заслуживают. - И как с твоим дядей сейчас? – осторожно поинтересовалась Дебора. - Нормально. Доктор сказал, что ему вредно волноваться и прописал лекарство, - сообщил Гарри, расстроившись от мысли, что стал причиной недомогания своего дядюшки. - А когда дядя Вернон танцевать начал, ты на него разозлился? – спросила Адамс. Мальчишка задумался, потом отрицательно покачал головой. - Может он тебя напугал? – продолжала допытываться девочка. - Нет! – последовал ответ после недолгой паузы. Дебора пожала плечами и сказала успокоительным тоном: - Значит ты в этом не виноват! Гарри просветлел от таких слов. - Как ты думаешь, кроме нас, есть еще волшебники? – чуть ли не шепотом заговорил мальчишка. - Может быть есть! – уклончиво ответила Галия. – Если они и существуют, то скорее всего скрываются. А то узнают про них, и волшебников посадят в лаборатории и начнут на них опыты проводить. Вот они и прячутся. Вот поэтому я никому про свои чудеса не рассказывала. Только тебе и показала. - Значит я волшебник! – снова заулыбался Гарри. - Только никому об этом не говори! - предупредила его Адамс. Так за разговорами они дошли до дома Дурслей. Едва они приблизились к калитке как из дома вышла сама Петуния. Девочка попрощалась с Поттером и отправилась к себе домой. Миссис Дурсли проводила ее спину задумчивым взглядом и потом сердито посмотрела на племянника. Однако тот не выглядел подавленным или расстроенным, как всегда бывало, когда Гарри возвращался из школы с очередным письмом-жалобой от учителей. - Я уже все знаю от миссис Логан! – отрывисто сказала Петуния, глядя на мальчишку. – От тебя одно беспокойство! Гарри смущенно улыбнулся и женщину охватило смутное беспокойство. Зеленые глаза племянника до боли напомнили ей насмешливый взгляд родной сестры, в те моменты, когда Лили собиралась показать ей очередной сеанс колдовства. - Тетя Петуния! – жалобно протянул мальчик. – Что со мной происходит? То на крышу летаю, то дядя танцует, а теперь волосы красятся. Тетя, а может быть я волшебник? Петуния потеряла сознание. Очнулась она только тогда, когда перепуганный от своей шалости Гарри, вылил на ее голову весь графин воды, притащив его из гостиной. Весь день Петуния ходила как сама не своя и у нее все валилось из рук. Ругать и устраивать выволочку племяннику за случай с учительницей, она не стала.

***

На следующий день после драки с Поттером и перекрашивания учительского парика, Дадли обнаружил в своем рюкзаке странную открытку. На ней вырезанными из газет буквами была написана угрожающая фраза: «Дадли, будешь обижать детей – будешь проклят навеки». Дурсли – младший повертел открытку в руках, показал ее своим дружкам, посмеялся вместе с ними и выкинул открытку в мусорную корзину. Наверняка это чья–то глупая шутка. Так решил Дадли Вечером за ужином, он со смехом рассказал родителям про ужасное предупреждение. Если бы кузен Гарри поменьше налегал на мясной рулет, он бы заметил, что Вернон с Петунией с тревогой переглянулись. Позабыв о странной записке Дадли, как ни в чем не бывало, прибыл утром в школу. И едва зайдя в здание, тут же отвесил подзатыльник первокласснику. Что не укрылось от серых глаз одной темноволосой девочки. На перемене школьники общались друг с другом, лежали на газоне, играли в догонялки. А Дадли и его банда держались в стороне от всех, задумчиво поглядывая на учеников, и выбирая себе новую жертву. - Может быть, погоняем твоего кузена Дэ? – спросил Малкольм, обращаясь к Дадли. Тот скривил нос. - Нет, он быстро бегает, да и учителя за ним наблюдают после вчерашнего! – возразил толстяк, осматривая школьную территорию в поисках развлечений. - Тогда давайте сорвем шляпку с Эбигейл Маккински! – предложил Полкисс, кивая на рыженькую девчонку, прыгающую на асфальте перед входом в школу. - Лучше потом, а то она опять нажалуется, и учительница станет за нами следить, - покачал головой Дадли. - Может, посмеемся над новенькой, как ее там зовут, Адамс вроде бы? – сказал Гордон, почесывая затылок. Дадли оживился. - Хорошая идея! – обрадовался он. – И где она? - Идет прямо к нам! – был ответ. Дебора приблизилась к шайке Дадли, ребятишки ухмылялись, рассматривая ее, и оглядывались на своего вожака. Все они гадали, как Дадли начнет издеваться над новенькой девчонкой в их школе. - Мистер Дурсль можно вас на пару слов? – официальным тоном поинтересовалась Адамс. Шайка Дадли покатилась от смеха, так к их главарю еще никто из детей не обращался. Сам Дурсль-младший гордо выпятил грудь и с превосходством глянул на Галию. - Ну, хорошо малявка! – согласился он, отходя с девочкой в сторону от своей хохочущей банды. Дебора постаралась встать так, чтобы массивная туша Дадли закрывала ее от глаз дружков Дурсля. Хотя луч Конфундуса почти незаметен, все равно лучше перестраховаться. - Ну, говори, чего тебе надо? – хмуро спросил толстяк. - Отстань от Гарри Поттера! - тихо и твердо сказала Дебора, отправляя заклинание в Дадли. Тот еле заметно вздрогнул, и его глаза разбежались в разные стороны. Секунду спустя толстяк с недоумением оглядывался, видно пытаясь понять, что он тут делает. - Так твоего кузена зовут Гарри? - невинным голосом поинтересовалась Дебора. Дадли в ответ нахмурился. - Отстань от меня и от Гарри Поттера! - буркнул тот и пошел прочь. Шестерки Дадли еще продолжали смеяться, и не сразу поняли, что их главарь топает в сторону, словно позабыл про них. Мальчишки догнали Дадли и стали выпытывать у него, что им проделать сегодня. Но когда Полкисс предложил Дадли вновь погоняться за Гарри, то услышал: - Отстань от Гарри Поттера! На уроке математики учительница вздумала вызвать к доске Поттера, и едва она успела договорить, как Дадли закричал на нее: - Отстаньте от Гарри Поттера! Весь класс от крика толстяка вздрогнул, учительница тоже. Предприняв еще одну попытку вызвать Поттера к доске и снова нарвавшись на истерику Дурсля-младшего, учительница решила оставить в покое мальчишку и позвонить Петунье с жалобой на ее сына. На перемене одноклассники попытались расспросить Гарри, почему его кузен так себя ведет. Так Дадли и тут на них накричал. На его беду мимо проходила миссис Фрай, которой уже успели сообщить о странном поведении Дадли. Ей тут же наябедничали, что из-за Гарри толстяк стал неадекватен. Только заместитель директора школы повернулась к нему. - Отстаньте от Гарри Поттера! - заорал Дадли так, что все от него шарахнулись. Миссис Фрай предприняла титаническую попытку не упасть в обморок. После чего, кое-как сумев с собой справиться, она тут же отправила обоих мальчишек домой. Пока кузены шли на Тисовую улицу, заместитель директора дозвонилась Петунье и ввела ее в курс происшествия. Когда Дадли и Гарри вошли в дом, их встретила рассерженная и обеспокоенная мать семейства Дурслей. Естественно, первый вопрос о том, что случилось в школе, адресовался Гарри. После этого маму Дадли ожидало сильное впечатление, в виде кричащего крохотулечки и разгневанного милого сыночка Дадличка. Ошалевшая и ничего не понимающая Петуния попыталась отправить Гарри поливать газон и подметать дорожки. Но… - Отстаньте от Гарри Поттера! – взвыл Дадли, и чтобы быть более убедительным затопал ногами. Также Дурсль – младший наорал на Вернона, когда тот, вернувшись с работы, вздумал по привычке ворчать на Поттера. Ужин в респектабельном и приличном семействе превратился в бедлам. Дадли выходил из себя и требовал не трогать Гарри, как только того просили передать соль, нарезать ветчину, принести вечернюю газету. Перепуганный Поттер посчитал за лучшее спрятаться в своем чулане и не показывать оттуда нос. А родители Дадли до самой ночи старались не производить громких звуков и не упоминать о своем племяннике. Петунья перед сном, капала себе успокоительной микстуры, и подозревала, что без колдовства тут не обошлось. На следующий день Гарри рассказал Деборе, что утром дом Дурслей по тишине мог соперничать с моргом. Потому что все, кроме Дадли ходили на цыпочках, на Гарри никто не кричал, никто не смотрел и даже никто в его сторону не дышал. Галия поняла, что с Конфундусом она явно перестаралась. Миссис Дурсль все-таки не дура и с колдовством немного знакома, она наверняка поймет, что виной странного поведения Дадли могла оказаться магия.

***

Тихому поведению Дадли пришел конец через пару дней. Если два дня он еще нервничал и вел себя более-менее спокойно и мирно, то уже на третий день толстяк попробовал надрать уши первокласснику Лэнгтону. К счастью подозрительную толпу школьников заметила миссис Фрай и выскочила во двор. Пока она добежала до Дадли и его своры, Лэнгтон с покрасневшими ушами сбежал прочь от гогочущих хулиганов. Так что Дадли со своей шайкой вновь сумели избежать наказания. Но его настигла кара совершенно неофициального характера. Урок ИЗО, где толстяк откровенно скучал и пытался тихо раздавать тычки соседям, оказался сорван по вине Дадли. Пока дети тихо водили кистями и карандашами по листам своих альбомов, а преподавательница неспешно прогуливалась между столами, Дадли вдруг задергался. Он сучил ногами, краснел и тер себя между ног. - Миссис Доусон можно выйти? – попросил, точнее, проскулил Дадли, поднимая руку. - Нельзя! Ты уже отпрашивался пять минут назад, - отрезала преподавательница. - Но мне очень нужно! – заныл толстяк. - Мистер Дурсль потерпите. До конца урока осталось семь минут! – сурово отчеканила миссис Доусон. Но уже через три минуты Дадли взревел раненным бегемотом и, вскочив из-за стола, бросился к выходу, на бегу ожесточенно растирая свою промежность. Его лицо выражало неописуемые муки, злость и страдания. Не обратив внимания на крики преподавательницы, Дурсль – младший побежал в сторону душевых спортзала. Вихрем промчавшись по коридорам школы, кузен Гарри влетел в спортзал и ворвался в душевые, на бегу скидывая с себя одежду. На его беду душевые отнюдь не пустовали. А в них принимали водные процедуры ученицы старшего класса, смывавшие с себя пот и усталость после урока физкультуры. И когда к ним вбежал воющий Дадли, с выпученными глазами, с багровым и перекошенным лицом, да еще раздевающийся на ходу, девушки единодушно решили, что сейчас они все станут объектами сексуальных домогательств. Душевые задрожали от громкого визга и криков. В Дадли полетели мочалки, куски мыла и резиновые тапочки. Тот, скинув с себя одежду, пытался что-то объяснить перепуганным школьницам, но все его слова тонули в непрекращающемся визге. Все кончилось тем, что девушки похватав полотенца, начали лупить голого толстяка, стараясь выгнать его из душевых. Но Дадли вместо того, чтобы спасаться бегством, крутился под ударами, что-то кричал и усиленно подмывался. Ученицы решили, что таким образом толстяк готовится к прелюдии их всеобщего изнасилования и удары на Дадли сыпались все чаще и сильнее. Когда в душевые, привлеченная криками и шумом вбежала преподаватель спортивного воспитания, то обнаружила внутри нервных и испуганных девушек, которые кутались в намокшие полотенца и халаты, а также избитого, мокрого и стонущего Дадли, лежащего на кафельном полу под струями падающей воды. Происшествие прогремело на всю школу, о нем написали местные газеты, перепуганные Дурсли носились из кабинета директора школы, в участок полиции, принимали у себя работников социальных служб, ругались с родителями учениц, побивших Дадли. В итоге родители Дадли выплатили большой штраф школе, компенсации родителям учениц, ставшими свидетелями очередной выходки Дадли, сам хныкающий Дурсль – младший встал на учет в полицию, как подросток с криминальными наклонностями. А директор школы предупредил перепуганных Дурслей, что еще одно такое безобразие и их сын покинет школу и отправится в учебное заведение имени Святого Брутуса. Дадли в директорском кабинете пытался оправдаться тем, что его прокляли, но в ответ нарвался на подзатыльник от Вернона. Дома толстяка ждала крепкая взбучка, от которой дрожали стены и дребезжали окна. На Дадли теперь взвалили половину обязанностей по дому, потребовали прилежной учебы, посадили на диету и запретили гулять дальше Тисовой улицы. Толстяк попробовал ныть и качать права, но был жестоко обломан в своих ожиданиях. Дурсли грозно пообещали побледневшему сыночку, что если он не возьмется за ум и не станет хорошо учиться, то школы Вонингс ему не видать, как своих ушей, и он переедет из своей комнаты в чулан вместо Гарри, который поселится в его апартаментах. Все эти подробности Дебора узнала от Гарри, который смущаясь, краснея, бледнея, и видимо не веря самому себе, поведал ей все, что на его глазах произошло в доме Дурслей. - Похоже, я и тут переборщила! – чуть не хватаясь за голову поняла Адамс. Ведь казалось вроде небольшая шалость в том, чтобы насыпать перечного порошка в трусы Дадли, пока он моется в душевой спортзала. Кто же знал, что эта небольшая шутка будет иметь такие нешуточные последствия.