I'm not the best, but the best for you

Эта глава рождалась в муках. В муках, связанных с тем, что нам постоянно что-то или кто-то мешал. Писали ее мы три долгих дня. Серьезно, это очень долго. Но в итоге, сквозь все тернии мы сделали это. Поэтому очень надеемся, что вы оцените) Приятного чтения, милые =* _________________________________________ Всю последнюю неделю Курт упивался счастьем осознания того, что у него есть парень. И не просто парень, а самый лучший во всем мире. Несравненный и потрясающий Блейн Андерсон. Боже, если бы год назад кто-то сказал Курту, где и как он будет жить, в какую школу ходить и по кому сохнуть, он бы, наверное, избил этого человека. Сумкой. Чем же еще, если они только начали тренировки с Блейном, и половина их уходила на поцелуи и изучение тел друг друга. А сейчас он жил и учился в убогом городишке, зато был влюблен в замечательного парня и чувствовал себя совершенно счастливым рядом с ним. Эйфория от начала отношений еще не прошла, и Курт по-прежнему старался не думать о том, что они вынуждены скрываться из-за Блейна. Что он все еще терпит бесконечные толчки и унижения, и сколько бы он не огрызался и не орал в ответ, никто из громил не воспринимал его всерьез. Просто Курт был влюблен настолько сильно, что все темное казалось просто побочным, фоном, на который не стоит обращать внимания. Центром его мира стал Блейн, его руки и губы, его голос и объятия. Только в минуты рядом с ним Курт чувствовал себя живым и полноценным, способным на все. Только с ним улыбался искренне, и мог говорить все, что угодно, не боясь, что его засмеют. Сегодня у Курта выступление группы поддержки на футбольном матче, и, увы, Блейну не удается приехать. Он - пловец, и черт бы побрал тех, кто устраивает их соревнования в один и тот же день. В итоге они быстро и жарко целуются в кабинке школьного туалета, обещая созвониться вечером, и выходят по отдельности, чтобы не привлекать внимания. - Хаммел, быстрее вали в автобус! - рявкает кто-то, когда Курт выходит из туалета, и парень вздрагивает, поворачиваясь лицом к Карофски и кривясь. - У нас еще есть время. - Не для того, чтобы ты трахался в толчке! - Я не трахался, а даже если бы и трахался, тебя это не касается, - холодно говорит парень, поправляет волосы и гордой походкой идет впереди Дейва, надеясь, что тот не тронет его сейчас, перед игрой. - Мне противно потом туда ходить, - бурчит футболист и догоняет Хаммела для того, чтобы несильно, но ощутимо пихнуть в плечо. Курт хмурится, сжимает кулаки и очень хочет использовать один из приемов, которым его научил Блейн, но сдерживается. Он молча садится в автобус к Сантане и Бриттани, и всю дорогу слушает о толстом коте блондинки, который, определенно, снова связался с мафией. Игра и выступление проходят отлично, их команда выигрывает, и всю обратную дорогу до школы автобус гудит и взрывается смехом. Кто-то из парней смог пронести водку, и теперь они разбавляют ее со спрайтом и пьют, а Курт старается просто привлекать как можно меньше внимания, чтобы его не заставили пить эту гадость. Автобус подвозит всех к школе, ученики отправляются к своим машинам, и Курт тоже спешит к вишневой малышке, когда его ловят за руку и тащат в сторону. - Твою... - Молчи, Хаммел. Опять Карофски. Боже, это хоть когда-нибудь прекратиться? - Чего тебе надо? Я спешу. Отвали от меня. - Слушай, давай просто поговорим. На трибунах. Минут десять, не больше. - Серьезно? Ты, правда, считаешь, что после всего этого я буду тебе доверять? - недоуменно спрашивает Курт, округляя глаза. - Я клянусь тебе, что не трону ни я, ни кто бы то ни было еще, - проникновенно бормочет Дейв, и Курт замечает, что тот немного пьян. - Нет. - Тогда я потащу тебя силой. Но, пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста... Это впервые, когда Карофски ведет себя так, и Хаммел решает, что ничего такого уж катастрофичного все равно не случиться, так что кивает. - Ладно, у тебя есть ровно десять минут, пошли. Они приходят на трибуны, и Курт сразу чувствует, что что-то произойдет. - Слушай, принцесса. - Я ухожу. - Нет, ладно, извини. Я немного пьяный сейчас, - парень улыбается как-то смазано и протягивает руку к лицу Курта, но тот вовремя уворачивается и кривится. - Отвали, раз пьяный. Что тебе надо? - Я хотел сказать, что это был я. Мы. Мы с парнями тогда тебя избили. Я не бил, если честно. Но я хотел тебя потрогать. И потом все эти угрозы... Блин, ну я просто не хотел, чтобы они тебя замочили, принцесса... - Дейв вяло ворочает языком, и Курт понимает, что он куда более пьян, чем думал Хаммел. А еще он думает, что теперь знает, кто же его обидчики, но не чувствует никакого удовлетворения. Ему противно и гадко. Ему просто хочется уйти отсюда к Блейну и больше не видеть этого лица. - Спасибо за беспокойство, - ядовито цедит Курт и пытается встать, но его ловят за руку и усаживают обратно. Рука Дейва большая и горячая, Курт чувствует себя ужасно неуютно, но не знает, чего ждать от футболиста, и потому не вырывает ее. - Скажи, почему ты с ним, а не со мной? Я же даже никому не говорю про вас! Я, видишь ли, благородный. Епта, - парень улыбается, и Курт испытывает жалость. Конечно, он догадывался, что Дейв гомофоб именно из-за своей тяги к тому же полу. Понимал, что нет дыма без огня, и он не просто так ненавидит его с Блейном. Но он прав, это благородно с его стороны - не раскрывать их. Он должен его поблагодарить, или не стоит? - Спасибо. - Нет, не спасибо! Я ненавижу, как ты на него смотришь, а он на тебя! Понимаешь?! - Понимаю. Но, чего ты хочешь, Дейв? Я люблю его, понимаешь? Он для меня - все. - Ненавижу его! Ненавижу! - по-детски срывает парень, сжимает кулаки и дергает Курта на себя, прижимая к груди, как любимую игрушку, которую отбирают. Хаммел затихает и старается не дышать, потому что от футболиста тянет выпивкой и потом, а тот расценивает это неверно, потому что начинает гладить Курта по спине. - Нас могут увидеть, так что тебе лучше отпустить меня, - крякает Курт, и его действительно отпускают, но теперь Дейв смотрит на него большими просящими глазами. Совершенно не такими большими, как у Блейна. Под воздействием взгляда Блейна Курт может хоть горы свернуть, хоть на колени рухнуть. Под взглядом Дейва ему неуютно. - Нас? Каким мне надо стать, чтобы понравиться тебе? - Никаким. Дейв, я влюблен в другого человека, и не стоит ненавидеть его за это, ладно? Ты тоже встретишь парня или мужчину, с которым будешь счастлив. Ты просто должен принять себя. - Но я не гей. Я просто хочу тебя. Курт не говорит ничего, не переубеждает его и просто качает головой: - Слушай, все будет нормально однажды, я обещаю. Давай поговорим позже? Уже темнеет, мне пора домой и все такое. - Когда? - Завтра. Правда. Извини. И Курт сбегает, прежде чем футболист успевает его остановить, на ходу набирая смс Блейну: «Как скоро ты сможешь быть в парке? Нам нужно поговорить.» *** Блейн долго плескался в душе после соревнования. Одно дело – душ в школе, и совсем другое – дома. Здесь обстановка родная и подумать можно о чем угодно. Ну, или, о ком угодно. Точнее, о ком-то вполне определенном. О ком-то очень сексуальном. О ком-то, заставляющем воздух в легких накаляться и нагревать всю грудную клетку. О ком-то по-детски милом и совсем не по-детски волнующем. Выйдя из заполненного паром помещения, Блейн лег на кровать и взял телефон, чтобы посмотреть на фото Курта, сделанное им несколько дней назад. Но, вместо этого, он увидел сообщение, пришедшее около пятнадцати минут назад. Блейн напрягся. Нехорошо. Совсем нехорошо. Во всех фильмах и книгах эта фраза не приводила ни к чему хорошему. Долго смотря на экран и прокручивая в голове варианты и причины, по которым, как сказал Курт, им надо поговорить, Блейн даже немного потерял счет времени. Спохватившись, он набрал ответ. «Минут через 20. Мне следует нервничать?» За то время, что Блейн молчал, Курт успел переволноваться несколько раз и даже доехать до парка, так что сейчас он выдохнул спокойно и ответил: «Ничего такого, жду тебя на скамейке у входа» Пока у него было немного времени, Хаммел отошел к прилавку и купил два стаканчика кофе, тем временем размышляя, как подать всю информацию Блейну и чем это все грозит им обоим. Уж чего он делать не собирался точно, так это лгать своему парню. Немного расслабившись, Блейн быстро нацепил удобные джинсы, пайту и кеды, и побежал к машине. Так как он не копался, то доехал до парка за семь минут. Курт его уже ждал. Подойдя к парню, Блейн присел рядом, проговорив приветствие, и забрал протянутый стаканчик. Общая напряженная поза Курта сбивала с толку, а закушенная, как будто в нерешительности, губа, заставляла сильнее необходимого сжать теплый плотный картон. Решив не тянуть кота за хвост, Блейн спросил: - Ну и… Что за разговор? - В общем, это связано с Карофски. Я сегодня опять скакал за команду, мы выиграли, и в автобусе ребята напились, - негромко проговорил Курт, чувствуя себя лучше рядом с Блейном, но все равно не совсем хорошо. Он не знал, как продолжить дальше, чтобы все это выглядело достаточно адекватно, а не бредом сумасшедшего. Андерсон медленно отставил ни в чем не повинный стаканчик на скамейку, потому что иначе весь кофе вылился из смятой посуды. Зубы сжались, желваки на челюсти как будто жили своей жизнью. Блейн, не смотря на Курта, прошипел: - Поздравляю с победой. Дальше. Покосившись на явно злящегося Блейна, Курт отставил и свой стаканчик тоже и спокойно обвил плечи парня руками, целуя его в висок. - Эй, не злись. Он не трогал меня. - Не трогал? – чуть более расслабленно спросил Блейн, повернув голову к Хаммелу. - Нет, ну трогал, но не так, как ты, - не удержавшись, Курт улыбнулся и прикусил нижнюю губу, а затем рассмеялся и шутливо хлопнул Блейна по ноге. - Вечно ты меня отвлекаешь. Не могу на тебя спокойно смотреть, - нагнувшись, он оставил короткий поцелуй на губах Андерсона и только после этого смог нормально рассказать Блейну обо всем произошедшем, немного сглаживая углы и стараясь особенно не концентрироваться на эмоциональной части беседы и том, как Дейв его обнимал, потому что это и сейчас вызывало у Курта не самые приятные чувства. Во время рассказа, Блейн то сжимал кулаки, то притягивал Курта ближе к себе, то собственнически поглаживал по бедру. Он не знал, как ко всему этому относится. С одной стороны, он злился. С другой, ему было жаль Дейва. С третьей, он был ему благодарен. С четвертой, он боялся. Потому что молчание Карофски было очень зыбкой переменной. Его затянувшееся молчание заставило Курта слегка поерзать. Это привлекло внимание Блейна. - Я не знаю, что делать, милый. Честное слово, не знаю. Поговорить с ним? А смысл? - Я тоже не знаю. Я просто не хотел скрывать от тебя. Думаю, ты должен это знать, верно? В конце концов, я не знаю, как он поведет себя завтра, когда протрезвеет и вспомнит все, что говорил, - Курт пожал плечами и уложил голову на плечо Блейн, блаженно вздыхая от вернувшегося ощущения тепла и комфорта рядом с любимым человеком. - Спасибо, что рассказал. Думаю, завтра я от тебя отходить не буду. От греха подальше, - он крепко обхватил любимого руками, и дыша ароматом мягких волос. - Мы и так вызываем слишком много подозрений. Ты же понимаешь, что однажды тебя спросят прямо, и что тогда? Скажешь, что я твой друг, и именно поэтому мы вечно ходим растрепанные и с засосами? Курт не собирался ссориться или чего-то требовать, но это действительно был важный вопрос для них обоих, и его ведь нельзя было игнорировать вечно? - Твоя безопасность важнее, чем слухи обо мне, - твердо ответил Блейн, нахмурив брови. Он не хотел думать об этом. Не хотел говорить. Не хотел представлять. - Ладно, - спокойно кивнул Курт, - хотя, ты знаешь, он с такой нежностью на меня смотрел... Я не думаю, что он причинит мне вред... - не глядя на Блейна, Курт закусил губу и старался не улыбаться, чтобы звучать достаточно правдоподобно. Что делать, если твой парень настолько сексуален, когда ревнует? - С нежностью? С нежностью, значит? – тут же словился Андерсон. – Нежнее, чем я? Он повернул голову Курта к себе и уставился ему прямо в глаза. Курт хихикнул и прикрыл рот ладошкой, но с напускной серьезностью протянул: - Конечно. Никто не сравнится с Дейвом Карофски по уровню нежности. А уж как он меня обнимал... - мечтательно протянул Курт, закатывая глаза и готовясь быть убитым. - Хаммел!! – воскликнул Блейн, в шоке раскрыв глаза. – Ты нарываешься! – после этих слов он схватил Курта в охапку и сжал изо всех сил. – Ну как? Всё еще грезишь Карофски? Он всё еще лучше? – не отпуская, вопрошал то ли разгневанный, то ли развеселившийся, брюнет. Курт крякнул, чувствуя, как из его легких под давлением выходит воздух. - Отпусти меня, Блейн, - простонал он, боясь, что ребра хрустнут. Как только парень немного ослабил хватку, Хаммел выдохнул. - Вы меня оба решили убить, да? Даже если и так, от твоих рук я готов понести смерть. И губ... - он перевел взгляд на пухлые губы парня, облизываясь, - и твоих мышц... И твоего члена, - промурлыкал он уже ниже, заводясь и скользя кончиками пальцев по бедру Андерсона. - Эй, полегче, парень! Мы в общественном месте! – засмеялся Блейн, перехватывая руку Хаммела и, поднеся к лицу, целуя по очереди пальцы. - А как же секс в публичном месте? Тебя это не заводит? - невинно поинтересовался Хаммел, медленно облизывая губы. - Ой, давай сначала наедине попробуем, а уж потом и публичный обсудим, - не переставал веселиться Би. Ну и что, что джинсы оказались чересчур узкими? Ну и что, что приходилось часто сглатывать? Ну и что, что хотелось повалить сидящего рядом бесстыдника на скамейку и нежно изнасиловать? Всё равно было смешно. - Я всегда готов, сладкий, - хмыкнул Курт, хотя был совершенно не готов. - Хотя, я всегда могу сделать тебе минет. Или мы можем пойти в мою машину... Или в твою машину... Черт, почему ты такой сексуальный? Поцелуй меня! - Курта требовательно надул губы и потянулся к парню. Громко смеясь, Блейн встал, незаметно поправил джинсы, чтобы ширинка давила не так сильно, схватил Хаммела за руку и повел к своей машине. - Как бы мало народу ни было вокруг, мы по прежнему в Огайо, и два целующихся парня не смогут не привлечь внимание. Поэтому пошли ко мне в машину, она просторнее твоей. С довольной мордашкой Хаммел поспешил за Блейном, прыгнул на пассажирское сидение, и как только Блейн занял свое место, он вновь повернулся, надувая губы. - А теперь? - А теперь молчи, - ответил Андерсон и, наклонившись, протолкнул язык в рот парня. Все эти поддразнивания и намеки, разожгли огонь в крови, и церемониться совершенно не хотелось. В голове мигала неоновая вывеска «БРАТЬ». Если бы Курт мог сейчас упасть, он бы точно упал, потому что от поцелуя Блейна его ноги стали ватными. Обняв парня за шею, он углубил поцелуй, яростно терзая его губы зубами и тут же зализывая следы. - Ты в курсе, что через стекло тоже видно? - со сбившимся дыханием поинтересовался Хаммел, на миг оторвавшись от губ парня и скользнул рукой на его выпуклую ширинку. - В курсе, - сквозь поцелуи прерывисто выдыхает Блейн, - но уже сумерки, и в окно никто заглядывать не будет… Надеюсь. Ммм…. Черт, ну почему здесь нет заднего сидения?.. - Только не вздумай засунуть меня в багажник, Блейн. Романтика провинциальной жизни - это прекрасно, конечно, но я боюсь, что наша любовь этого не переживет, - фыркнул парень сквозь поцелуй и переместил губы на шею парня, осторожно и нежно прикусывая кожу под нижней челюстью. - Смешно, - не оценил юмора брюнет. И решил, что свою идею все равно воплотит, пусть и не на заднем сидении. За страстными поцелуями и руками, блуждающими по всему телу, парни не заметили, как быстро за кронами деревьев село солнце. Лайма погрузилась во мрак. Тускло светящие фонари располагались на приличном расстоянии от машины, поэтому теперь Блейна ничего не сдерживало. Довольно ощутимо укусив губу Курта, он, без лишних слов, спустил поцелуи на длинную солоноватую шею, а пальцы уже расстегивали ремень и ширинку. Избавив Курта от джинсов и белья, Блейн поднял лицо, заглянул в любимые глаза, чмокнул щечку и, сместившись на своем сидении под более-менее удобным углом, опустился ртом на возбужденный член своего парня. Медленно, изучающе скользя языком вдоль длинного ствола, Блейн поражался тому, что вкус Курта здесь был совершенно другим. Более терпким. Мужским. С какими-то мускусными нотками. Правой рукой оттягивая вниз тонкую кожицу, Блейн внимательно рассматривал вблизи большую розовую головку. Она казалось невероятно нежной, как будто атласной. Хотелось уделить ей как можно больше внимания, поглаживая губами и языком. Ее гладкость ощущалась совершенно по-особенному во рту еще и потому, что солено-горькая смазка, сочащаяся из нее, придавала пикантности и какой-то совершенной интимности всей ситуации. - Обожемой, Блейн, - высоко простонал парень, запуская пальцы в густые кудряшки Блейна и пытаясь приподнять бедра, застывшие в неудобной позе, чтобы толкнуться глубже в рот Андерсона. Улыбнувшись на несдержанность Курта, Блейн задал еще более медленный ритм, чтобы помучить. И насладиться самому. Потому что лихорадочные толчки бедер, прерывистые стоны и вздохи доставляли почти физическое удовольствие. Хотелось слушать эту симфонию наслаждения как можно дольше. В голове возникли картинки того, каким страстным и ненасытным - а главное громким и нуждающимся – будет Курт, когда их сексуальные развлечения дойдут до последнего уровня. Тот факт, что их все равно могут заметить по характерному покачиванию машины, по запотевшим стеклам или по тем же стонам Курта, которые едва ли скрывала плохая звукоизоляция старой машины, заводили Хаммела еще сильнее. Он никогда не считал себя фанатом публичного секса, но его так сильно заводил Блейн и мысли о том, чтобы все, наконец, узнали, какой он горячий и нежный только с ним, сводили Курта с ума. - Мой. Ты только мой, Блейн, - несознательно простонал он вслух и сжал кудряшки сильнее, прогибаясь в спине и чувствуя, как приятная легкая судорога сводит ноги перед оргазмом. Андерсон сжал руку у основания длинного члена, крепко сомкнул губы, и яростно принялся облизывать эрекцию Курта, все чаще задевая чувствительную уздечку. Потому что слова парня взорвали что-то очень яркое внутри головы Блейна. Будто теперь не было пути назад. Как будто теперь все действительно стало реальностью. Все еще сказочной и волшебной, но реальностью. Как будто по-другому и быть не может. Усилившаяся хватка цепких пальцев возвестила его об окончании терпения у Курта, поэтому Блейн вцепился пальцами в бедра парня, не давая им дергаться, а сам обхватил головку его члена по четко выделяющемуся краю, там, где она переходит в ствол, и языком защекотал уздечку. Брызнувшая вслед за этим струя вязкой жидкости, заставила Блейна зажмуриться, чтобы запомнить каждый момент в малейших подробностях. Долго кончающий член, наконец, выпустил последнюю капельку, и Блейн отстранился, чувствуя, как его рот наполнен солоновато-горьковато-терпкой субстанцией. Чем-то, что он никогда раньше не пробовал. Чем-то, что теперь будет вкушать при любой возможности. Потому что каким бы странным вкусом сперма не обладала, мысль о том, что это сперма Курта, заставляла его все еще возбужденный член дернуться. Подняв взгляд на Хаммела, Блейн демонстративно сглотнул, при этом в наслаждении прикрыв глаза. Затем, ухмыльнувшись, он в последний, на сегодня, раз, чмокнул начавший расслабляться член, и уже после этого усаживаясь, поудобнее в кресле и поворачиваясь к шатену. Курт тяжело дышал, оттягивая воротник рубашки, и с трудом ворочая языком пробормотал: - Блейн, черт, это... Ох... Ты же понимаешь, что это то, о чем я буду думать теперь постоянно? - Парень поморгал и потер лицо руками, приходя в себя, а затем повернулся к Андерсону и, наконец, улыбнулся. - Как ты себя чувствуешь, м? - игриво поинтересовался Хаммел, поправляя джинсы и белье и застегивая ширинку. Глядя на Курта, Блейну хотелось мурлыкать или бегать по улицам с плакатом «СМОТРИТЕ! ЭТО ВЕЛИКОЛЕПИЕ - МОЙ ПАРЕНЬ!» Вместо этого он приблизил лицо вплотную к Курту, и прошептал: - Я себя чувствую твоим. Абсолютно твоим. Внутри Курта взмыло вверх целое облако из бабочек, и он буквально почувствовал, что у него увлажняются глаза от переизбытка эмоций. - Только ты можешь умилять меня до слез после минета, - наигранно обиженно буркнул Курт и взял лицо парня в ладони, прижимаясь губами к любимым губам и жмурясь от ощущения собственной спермы, смешавшейся со слюной Блейна. У него самый милый, горячий, сексуальный и очаровательный парень в мире. - Мой волшебный, - тихо промурлыкал Курт, отрываясь от поцелуя и прижимаясь лбом ко лбу парня. - Мой любимый, - вторил ему Блейн, растворившийся в моменте, в ощущениях, в эмоциях, в дыхании Курта, смешивающемся с его собственным. Растворившийся в Курте. - Кстати, Блейн, - опомнившись, проговорил Курт, и, чмокнув парня еще раз в губы, дал сесть нормально. - Я хотел поговорить насчет твоего Дня рождения. Это ведь совсем скоро, и у меня даже есть некоторые задумки.... Ладно, у меня уже все готово, - Хаммел довольно улыбнулся, - но мне придется сказать тебе заранее о части подарка, потому что иначе ничего не выйдет. Ты... Нормально к этому относишься? У тебя нет никаких жутких заморочек на этот счет? - На счет чего? – от такого резкого перехода Блейн даже немного опешил. Плюс он сам еще совершенно не задумывался о Дне рождения. Ему казалось, что полмесяца – это еще далеко. Да и не отмечал он никогда этот день как-то особенно. В основном зависал с Сэмом. - Насчет того, что ты узнаешь о части подарка заранее... Ну, понимаешь, я просто обожаю организовывать праздники, дарить подарки и все такое. Для меня это целый ритуал! Но, по некоторым причинам, мне придется получить твою помощь в самом начале плана... - Курт вздохнул, - блин, так ничего не объяснишь. Я придурок. - Так ша. Ты не придурок. И я, кажется, понял, что ты имеешь ввиду. Так помощь какого рода тебе понадобится? - Пока что, я просто хочу знать, что ты не будешь зол или обижен, если я вдруг устрою все за тебя, - скромно потупившись, проговорил Курт. - Как я могу злиться или обижаться? Особенно учитывая, что я толком и не отмечал этот день никогда. И поэтому даже не знаю, что можно придумать. И как провести его со своим парнем. Курт хлопнул в ладоши, мгновенно загораясь энтузиазмом. - А родители? Твои родители не будут против, если вдруг так выйдет, что я украду моего любимого кудрявого брюнета в этот важный день? - Учитывая, что они всегда расстраивались моему сидению дома, то, думаю, они переживут, если праздничного ужина не будет. Позавтракаем вместе и хватит, - Блейн не мог не умиляться искоркам восторга от собственной задумки в глазах Курта. - О, Блейн, - буквально взвизгнул парень и без того высоким голосом и потянулся, чтобы обнять Андерсона, крепко прижимая его к себе. - Это будет потрясающе. Я обещаю тебе, - промурлыкал он в самое ухо своего бойфренда и аккуратно куснул за мочку, а затем поцеловал в щеку, где уже успела отрасти щетина и теперь щекотно царапалась. Смеясь, Блейн обнял Хаммела в ответ, заражаясь его предвкушением, а неведение добавляло яркости радости. - Я тебе верю, Курт. Иначе и быть не может. - А теперь мне пора пересаживаться в вишенку и ехать домой, если я не хочу, чтобы отец сошел с ума, - грустно проговорил парень, отрываясь от Блейна и снова поправляя на себе одежду. - Вот черт, - протянул расстроенно Блейн, - я совсем забыл, что ты на своей машине. Думал, еще есть время наедине, пока я тебя отвезу. Жаль. Так, завтра я весь день с тобой, помнишь? - Ты каждый день со мной, - нежно улыбнувшись парню, он отправил ему воздушный поцелуй и открыл дверцу, легко выпрыгивая наружу. Остановившись перед лобовым стеклом, Курт помахал парню рукой и отправился к своему автомобилю, что стоял в десятке метров от машины Блейна. А Блейн, глядя на удаляющуюся фигуру, освещенную лишь маловаттными лампочками уличных фонарей, думал о том, что человека счастливее него сейчас будет очень трудно найти.