Истории за кадром

Нарцисса Блэк, похоже, совершенно оправилась после того письма. Во всяком случае, вид у неё был такой же высокомерный, как всегда. Ходили слухи, что они долго говорили по этому поводу с Лэнсом и тот её успокоил, но Северусу в это как-то слабо верилось. Говорить с девчонкой о замужестве — что может быть скучнее? (Глава 14)

      За углом в коридоре послышались шаги. Нарцисса вздрогнула, потянулась за носовым платком и вытерла лицо.       — Поразительно, но в Хогвартсе слухи распространяются ещё быстрее, чем в Министерстве, — донёсся до неё мужской голос. А, это профессор Лэнс, и явно не один. Нарцисса в досаде скомкала платок в кулаке, надеясь остаться незамеченной, а профессор продолжил: — Да, ходил. А что, что-то не так?       — Это странно, — откликнулась его собеседница, и Нарцисса узнала голос профессора Вектор. — Я не хочу сказать, что в этом есть что-то плохое, но… мы так не делаем.       Они остановились, не доходя до угла; Нарцисса дышала глубоко и размеренно, пытаясь успокоиться и сохранить лицо, если её обнаружат. За окном холодный ноябрьский ветер гнал пожухлые листья, которые упрямо цеплялись за неровности и кружились внизу в рваном танце.       — Ты знаешь… На самом деле мне захотелось его вытащить. Как я понял, он не выходит практически никогда. Разве это жизнь — безвылазно сидеть за книгами? Да и мне тоже было интересно, я узнал кое-что новое об особенностях сравнения температур, о заклинаниях и…       — Я понимаю, — сказала Вектор, прервав его на полуслове. — Ученики могут быть умными, эрудированными, лёгкими и приятными в общении, харизматичными… — Последние слова она произносила уже с явным сомнением в голосе. — Но, Мартин, послушай мой совет. С учениками не надо дружить.       — Я и не собирался, — заверил её Лэнс. — Но спасибо, я учту твоё замечание.       На какое-то время они замолкли, и Нарцисса понадеялась, что они развернутся и уйдут. Но разговор их заинтересовал её: возможно, они говорили о Северусе? Или ей показалось? Мало ли кто ещё может безвылазно сидеть за книгами…       — Я пойду к себе, — сказала Вектор. — Мне нужно закончить расчёты для шестого курса. Конечно, вряд ли это отложится в голове у всех так, как мне бы хотелось, но надо же выполнять свой долг.       Свой долг, отозвались эхом её слова в ушах Нарциссы. На глаза очень некстати опять набежали слёзы. Она потянулась за палочкой, чтобы очистить платок, но в спешке уронила её, и в тишине, повисшей после затихшего стука каблуков профессора Вектор, палочка ударилась о каменный пол неожиданно громко.       Из-за угла показался Лэнс, привлечённый звуком, и Нарцисса, наклонившаяся за палочкой, посмотрела на профессора исподлобья сквозь пряди светлых волос.       — Ах, это вы, мисс Блэк… Подождите, что-то случилось? Вам нужна помощь?       — Всё в порядке, — хрипло ответила Нарцисса, даже не пытаясь убрать волосы с лица. — Спасибо за беспокойство.       Она схватила палочку, поднялась, отвернувшись от Лэнса, и застыла в напряжённой позе.       — Послушайте, — сказал Лэнс, шагнув ближе, — я понимаю, что вы не хотите, чтобы вас видели в момент вашей слабости, но школьный коридор — не лучшее место для уединения.       Тут было очень даже уединённо, пока не появились они! Но, конечно, Нарцисса не могла бы сказать такое преподавателю. Тем более он был прав: здесь мог оказаться кто угодно. Но Лэнс мог бы хотя бы не подчёркивать, что заметил, в каком она состоянии!.. Хотя… разумеется, как он мог не заметить?       Нарцисса сглотнула, собралась с духом и развернулась, посмотрев Лэнсу прямо в лицо. На ресницах всё ещё дрожали слёзы, но они не сорвутся. Нет.       — Да, профессор Лэнс. Я уже собиралась идти к себе.       Сама мысль о том, чтобы вновь оказаться в гостиной факультета и неизбежно встретиться с однокурсницами, бывшими свидетельницами этой позорной ситуации, слышавшими, как Сабрина читала вслух это письмо, была невыносима. Но делать нечего. Там хотя бы свои, слизеринцы, а здесь её может увидеть любой, и слухи… Нет, нет!       Лэнс посмотрел на неё с неожиданным участием и внезапно сказал:       — Мой кабинет совсем рядом, мисс Блэк. Если хотите, вы можете побыть там столько, сколько нужно, и вас никто не потревожит.       Нарцисса моргнула, застигнутая предложением врасплох, и слеза предательски покатилась по левой щеке. Она заполыхала от стыда, но не отвела взгляда: терять было уже нечего.       — Благодарю, — сказала она, пытаясь, чтобы голос звучал с достоинством.       Лэнс предложил ей жестом следовать за собой, они завернули за угол, где, к счастью, никого не было, и действительно совсем скоро оказались перед дверью его кабинета.       Сейчас он спросит, что случилось, думала Нарцисса, проходя внутрь и осматриваясь по сторонам. Как давно она здесь не была: ни в этом году, ни в прошлом она не удостаивалась внимания преподавателей защиты от тёмных искусств настолько, чтобы ей назначили отработку или вызвали для какого-то поручения. В последний раз Нарцисса сидела за этим столом на пятом курсе, весной… а она угощала её чаем, гладила по голове и говорила, что всё будет хорошо, Нарцисса обязательно сдаст С.О.В., а по защите — наверняка по меньшей мере на «выше ожидаемого», не зря же она учила их целый год…       Андромеда. Они больше не увидятся никогда.       — Садитесь, — сказал Лэнс, вырывая её из воспоминаний. — Вам предложить какую-нибудь книгу? Или, может быть, чаю?       — Нет, спасибо, — ответила Нарцисса, отодвинула стул с высокой спинкой и села. Она выжидающе посмотрела на профессора, внутренне готовясь к вопросам, но Лэнс подошёл к окну и устремил взгляд куда-то вдаль.       Зачем она ему? Неужели и впрямь он хотел только предоставить ей уединение, больше ничего? «Мы так не делаем», — прозвучал в её ушах голос профессора Вектор. Лэнс — волшебник их круга. Пусть его семья не была в особо близких отношениях с семьёй Нарциссы, но они как-то пересекались на приёмах, когда она ещё была девочкой, и, насколько помнилось Нарциссе, учился он тоже в Слизерине. Наверняка у него есть какая-то цель, но какая?       — У вас, наверное, столько дел, — осторожно сказала она. — Мне неудобно отрывать вас…       — О, не беспокойтесь. — Лэнс повернулся к ней, и Нарцисса вдруг осознала, что безудержное желание плакать на время отступило. — Сегодня суббота, и у меня времени больше, чем обычно. Кстати, если есть желание, я бы порекомендовал вам сейчас приступить к эссе, которое я задал на понедельник. В последнее время вы не очень радуете меня своим домашним заданием, мисс Блэк.       — Вы же не ради этого меня привели, профессор. Вы увидели, что я…       — Не стану спорить, — сказал Лэнс. — Но я думал, что вы не хотите об этом говорить. А вы бы хотели?       Нарцисса от неожиданности приоткрыла рот, но спохватилась и сделала себе более приличествующее случаю выражение лица. А ведь ей на самом деле очень хотелось бы обсудить с кем-нибудь, что её гнетёт, лучше, конечно, с женщиной, но с кем? В голову приходила только Белла, но Нарцисса и без того могла представить, что она может сказать. Однокурсницы? Нет, им нельзя доверять: кто знает, какие могут быть у них скрытые побуждения. Профессор Вектор равнодушна и не заинтересована ни в каком общении с учениками. Лэнс? Это, конечно, очень странно, но…       — Да, хочу, — сказала она, отрезая себе пути к отступлению. — При условии, что вы ничего не расскажете Люциусу Малфою.       Лэнс вздрогнул — очевидно, он и сам не ожидал, что она согласится.       — Обещаю.       Нарцисса глубоко вздохнула.       — Моя семья нашла для меня просто отличную партию, мы хорошо подходим друг другу и по возрасту, и по происхождению, и по состоянию. То же самое было у моей сестры, и она уже вышла замуж и всем довольна, и я была уверена, что у меня будет так же, но в последнее время… в последнее время мне приходят в голову странные мысли, как будто я буду намного счастливее, если выберу другого, хотя это совсем неподходящие для меня отношения.       Лэнс подошёл к ней ближе.       — Скажите, мисс Блэк, а почему вы не хотите это обсудить… с другой вашей сестрой?       Нарцисса задохнулась от возмущения.       — Да за кого вы меня принимаете?! Конечно, эти отношения были бы неравными, но не до такой же степени!       — Простите, — сказал Лэнс. — Я не хотел вас обидеть, просто подумал, что она точно могла бы вас понять. А границы допустимого у всех свои, и, как я удостоверился недавно, они тоже могут меняться.       — Я думаю, что вы тоже можете меня понять, — немного успокоившись, сказала Нарцисса. — Извините, если я лезу не в своё дело, но все знают, что состояние ваших родителей унаследовал ваш младший брат. То есть вы тоже пошли против своей семьи, но при этом, в отличие от… того случая, который вы вспоминали, вас не исключили из нашего общества. Вы жалеете о том, что так произошло?       — Моя жизнь сложилась не так, как мне хотелось бы, — сказал Лэнс и пристально посмотрел на неё. — Но нет, я не жалею.       Если бы… о, если бы иметь хоть крошечную уверенность, что она небезразлична Северусу! Смогла бы она пройти в опасной близости от пути Андромеды и соединить свою судьбу с нечистокровным волшебником? Лэнс не отрывал от неё взгляда, и Нарциссе вдруг стало неуютно. Отчего-то вдруг вспомнились разговоры с Беллой, когда та, горя неофитским восторгом, внушала ей, как важно охранять свой разум от вмешательства извне, и показала ей пару приёмов, которым её научил кто-то из могущественных магов, чуть ли не сам Тёмный Лорд. Очистить сознание… Зачем, что за глупости? Нет, почему-то это кажется сейчас очень важным…       Лэнс отвёл от неё взгляд, прошёл несколько шагов и сел за стол.       Нарциссе очень хотелось спросить, не про Северуса ли они говорили с Вектор, и если да, то разузнать об этом подробнее, но нет, нельзя терять остатки благоразумия. Совершенно лишним будет, если Лэнс узнает, о ком именно она думает. Но ей казалось, что между ними протянулась тонкая нить совершенно неожиданного взаимопонимания, и если бы она копнула чуть глубже, она узнала бы намного больше о профессоре — и, как знать, возможно, и о себе. Поэтому Нарцисса спросила:       — Вы считаете, что стоит идти против общества, если оно не приветствует твою любовь?       — Я считаю, что вам не следует в этом вопросе слушать чужие советы, — быстро ответил Лэнс. — Особенно мои.       — Почему?       — Notre monde est petit, как говорится. И мы с вами можем иметь большее влияние друг на друга, чем может показаться. Но если говорить в общем… конечно, неравные отношения более рискованны и опасны. Стоит ли идти на риск? Решать каждый должен сам, но без ведома и согласия второй стороны это просто умозрительные построения.       Нарцисса вздохнула.       — Я не готова отказываться от мыслей, как буду хозяйкой дома, буду проводить приёмы… Иногда я думаю… Может, мне просто показалось? Может, я чувствую какую-то отчуждённость просто потому, что мы сейчас не можем видеться, он весь в делах, а я в учёбе?       Лэнс посмотрел на неё с непроницаемым выражением лица.       — В наших кругах нельзя доверять никому.       Нарцисса с удивлением поймала себя на том, что улыбается.       — В том числе и вам, да?       — Just precis, — без улыбки подтвердил Лэнс.       — В любом случае спасибо, — сказала Нарцисса и поднялась со стула. — Мне будет о чём поразмыслить.       По пути в слизеринскую гостиную успокоившаяся Нарцисса размышляла, как могла бы измениться её жизнь. Что, если бы родители тоже лишили её наследства, и всё досталось бы Белле? Смогла бы она найти в такой жизни утешение? Лэнс всегда одевается красиво и по последней моде, так сразу и не скажешь, что у него нет денег, но понятно же, что этого не скроешь. А ведь если даже предположить, что Северус тоже ею интересуется, а не что у неё просто «умозрительные построения» — что бы ожидало её с ним в будущем? Совершенно точно не та жизнь, о которой она мечтала. О Мерлин, ну почему же этого вовремя не поняла Андромеда, теперь она уже ничего не сможет исправить, и путь назад для неё насовсем закрыт! Нарцисса тяжело вздохнула. В жизни нельзя получить всё, но, в конце концов, можно получить то, что тебе уготовано.       А потом просто построить из этого счастье своими руками. Когда есть деньги, сделать это значительно легче.