Запреты на любые запреты

      Северус выдохнул облако горького дыма и поморщился от тянущей боли в бедре. Рана оказалась несерьезной, однако общее его состояние значительно ухудшилось, да и это не меняло того факта, что в ней не было никакой необходимости: Поттеру достаточно было ударить где-нибудь рядом, чтобы Малфой и Лестрейндж поверили в разыгранную Орденом постановку. Джеймс, конечно, клялся, что это произошло случайно, но ведь Снейп то видел, как он прицеливался! В следующий раз стоит оставить его без очков в самом начале битвы, чтобы уж точно попадание в движущую цель было случайным.       Даже теперь, когда Северус Снейп был на их стороне, Мародеры продолжали вести себя как подростки-гриффиндорцы. Казалось, что для Блэка и Поттера то, что он — двойной агент, снабжающий Дамблдора такой информацией, какую ни один их шпион не сможет узнать, вообще ничего не значит. Он, правда, и сам был хорош, порой через чур бурно реагируя на выпады в свою сторону, и, если б оставались хоть какие-то силы, сам бы пользовался каждой возможностью насолить школьным врагам, но это не мешало ему осознавать глупость ситуации.       Крики в доме резко стихли. Как только за спиной послышался сначала скрип двери, а затем и старых досок веранды, он затушил сигарету и бросил ее в урну, что стояла рядом с крыльцом. Лили нелепо опустилась рядом с ним на ступеньку, вытянув ноги — живот мешал ей принять какое-то иное положение. Рыжая тяжело вздохнула и еще несколько мгновений ерзала на месте, после чего, наконец, замерла. Северус с трудом сумел не засмеяться, но вот сдержать улыбку ему не удалось: такая она была смешная и нелепая в этот момент. — Ушел? — Ага. — К Блэку пойдет, скорее всего. Не переживай. — Не переживаю. Пусть катится куда хочет, я с ним ни то, что в одной постели сегодня спать не хочу — в одном доме противно находиться, — она принюхалась и поморщилась, недовольно глянув в его сторону. — Сев, бросай курить. — Это единственное, что меня успокаивает. Не лишай последних удовольствий. — Это очень вредно. — Поттер тоже вредный, а ты за него замуж вышла.       Рыжая недовольно закатила глаза. — Что? Будешь отрицать? Лучше б ты курила. Сигареты бы не нашли хорошей идеей заделать тебе ребенка во время военного положения, — он осторожно похлопал ее рукой по животу.       Лили только цокнула. Ей приходилось мириться с тем фактом, что лучший друг не собирается скрывать свое мнение по поводу того, как сложилась ее личная жизнь.       Да, она ведь понятия не имеет, что он переживает, наблюдая за тем, как будущая мамочка встречает из рейдов муженька-оленя, который, кажется, совсем не думает о ее безопасности… Глядя на откровенно безалаберное отношение к драгоценной Лили, Снейп понял, что не может оставить ее одну, особенно сейчас, в таком положении. Он был готов подавить всю ревность и боль, сменить кукловода и стать послушной марионеткой Дамблдора плечом к плечу с людьми, которых в глубине души продолжал ненавидеть и не мог простить за школьные обиды, только бы быть рядом с ней.       Лили вдруг схватила его за руку и крепко прижала холодную ладонь к своему животу. — Чувствуешь, Сев? — восторженно спросила она, широко улыбаясь несколько удивленному и не совсем понимающему, что именно нужно чувствовать, другу.       Через несколько секунд через плотную ткань ее кофты он ощутил, как о его ладонь что-то слегка как бы ударяется. Еще раз. И еще. — Толкается… — задумчиво констатировал Снейп и, глядя на ее счастливое лицо, невольно улыбнулся в ответ.       В груди как-то странно и непривычно потеплело. Наверное, это лишь отражение эмоций Лили, с чего бы ему самому испытывать что-то подобное к будущему поттеровскому отпрыску?..       Они старались не вспоминать о том, почему когда-то в школе их дружба прекратилась. Оба чувствовали, что виноваты в произошедшем. Лили искренне раскаивалась, понимая, насколько эгоистично было с ее стороны отвернуться от Северуса, когда тот стал общаться с Мальсибером и его компанией, а Северус… он еще в школе понял, в чем не прав и что неправильно сделал, только вот ее отказ в прощении отрезал для него все отходные пути. Хотелось вернуться в прошлое и дать самому себе хороший подзатыльник. Хотя, если бы была возможность вернуться в прошлое, он лучше бы попытался предотвратить тот июньский инцидент, или вернулся бы в самое начало пятого курса и не позволил им с Лили так сильно отдалиться друг от друга.       Она заботилась о нем, как могла. Несмотря на ссоры с мужем, на недовольство друзей семьи, которые также не одобряли возобновившуюся дружбу, старалась изо всех сил показать ему, что он дорог ей и насколько сильно жаль, что поняла она это так поздно. Лили всегда ждала его после рейдов, помогала залечивать раны, и всегда рвалась накормить его, от чего в сознании всплывали теплые воспоминания из детства, когда он приходил к Эвансам, там, в Коукворте, и Миссис Эванс не отпускала их гулять, пока Северус не поест, что Лили, в общем-то, одобряла, так как черезмерная худоба друга ее раздражала, видите ли, обниматься не удобно. — Он так ни на кого не реагирует, даже на Джеймса. Только на тебя, — рыжая все также прижимала его руку, накрыв сверху своей ладонью. — Должно быть, я ему не нравлюсь, — фыркнул Снейп. — Я от тебя тоже не в восторге, но драться не обязательно, — он с ухмылкой погладил ее живот, и Лили тихо засмеялась, однако ее лицо практически мгновенно вновь приобрело задумчивое и несколько печальное выражение, с каким она вышла к нему из дома. — Мне не стоило приходить. — Да что ты, не неси чепухи! Кто тебя еще подлатает в таком состоянии? — она придвинулась ближе и положила голову ему на плечо, по-прежнему не отпуская его руку. Северус обнял ее и уткнулся носом в рыжие волосы. — А Джеймс перебесится. Ему давно уже пора привыкнуть. Хватит этого всего, давно уже не дети, чтобы друг другу что-то доказывать. — Вы как-то слишком часто ссоритесь для молодой семьи, — заметил как бы невзначай Снейп. Лили не любила говорить об этом, но он считал необходимым вывести ее на разговор по этой теме и попробовать объяснить, что Поттер ведет себя как последняя свинья. Блэку же было дозволено вмешиваться в их отношения и доказывать Джеймсу, что «Нюниус только и ждет удачного момента, чтобы все разрушить», значит и он на правах лучшего друга может попытаться защитить ее. — Большинство наших стычек не назовешь ссорами. Просто беседуем на повышенных тонах. Джеймс… он не всегда понимает меня. А я не всегда понимаю его. Было сразу понятно, что у нас будет много конфликтов. Не вини только себя в этом. Он и без тебя повод найдет, если ему надо поскандалить. — Лили, знаешь… — Что знаю? — рыжая подняла на него глаза.       Ему хотелось сказать о своих чувствах. Не было сил держать в себе нечто настолько огромное, и не иметь возможности никому об этом поведать. Он любил ее так сильно, что готов был закрыть глаза даже на то, что она носит под сердцем ребенка Поттера, он готов был даже полюбить этого ребенка.       Но нужно ли ей знать об этом?       Едва ли. — Знаешь, что мы могли бы с тобой провести выходные в Коукворте? В ближайшее время Пожирателям я вряд ли понадоблюсь, плюсом ко всему, у них на глазах я чуть ли не умирал, так что можно считать, у меня больничный где-то на неделю. Про мой дом в Паучьем тупике никому из них неизвестно. — Было бы здорово, на самом деле… можно нажарить блинчиков, сварить какао и долго-долго разговаривать. Как тогда, летом после четвертого курса, у меня на ночевке. А еще можно было бы сходить на кладбище на могилы родителей… — Только вот как ты объяснишь это Поттеру? Он же тебе мозг вынесет весь подчистую. — Я попробую что-нибудь придумать, — она пожала плечами. — В любом случае, нам предстоит в этот раз очень серьезный разговор, когда он вернется. Так не может продолжаться, — Лили снова нахмурилась. — У меня тоже есть к нему претензии, если уж на то пошло.       Северус только вздохнул, крепче обнимая ее.