Роза ветров

Все утро накрапывал мелкий дождь. Небо затянули чернильные тучи, куда темнее и тяжелее обычных, словно готовились обрушиться огнем и молниями на несчастный остров в заливе. Лето кончалось, и люди уже начинали готовиться к сезону дождей, застилающих мир туманными занавесями. Нынешняя морось была первым посланником будущих ливней. Когда Хэ Сюань, прикрывшая голову от дождя и ветра капюшоном, шла к особняку Ши, она была готова встретить молодую леди в меланхоличном распоряжении духа, как это бывало обычно в пасмурные дни. Если нельзя было бегать по пляжу и наслаждаться солнцем - время, по ее мнению, проходило зря. Хотя, конечно, Цинсюань была горазда на выдумки и находила занятия и внутри огромного полупустого дома, она предпочитала свободным ветром носиться по полям. Однако ожидания Хэ Сюань не оправдались. Дверь ей открыла Цинсюань, а не экономка. Открыла даже прежде, чем Хэ Сюань успела коснуться ручки, словно ждала ее с самого утра и караулила у порога. Глаза девушки были полны лихорадочного блеска. - У мадам мигрень, - яростным шепотом произнесла Цинсюань, - давай скорее за мной! Она притопывала на месте в нетерпении, пока Хэ Сюань снимала грязные ботинки. И не успела островитянка поставить обувь, как ее уже поволокли на второй этаж. В большом доме было прохладно и тихо, и эхо голоса взбудораженной леди разносилось по холлу. - Как хорошо, что ты успела, - говорила она без остановки, тараторила и глотала слова, - я слежу за ним несколько часов, он все время в заливе. То пропадает, то появляется снова. Невероятное зрелище посреди волн. Я никогда не видела ничего подобного, и никогда не думала, что увижу. Только в книгах! В книгах они так красочно описываются всегда, что хочется глянуть хоть одним глазом в живую. А ты мне говорила, что это бред, что их здесь нет и не бывает! Но вот оно, это великолепное видение, как будто из моих снов, как будто океан собрал воедино все мои мечты и решил подарить мне частицу волшебства к окончанию этого лета! Хэ Сюань не понимала ничего из того, о чем говорила маленькая леди. Хотелось остановить на секунду поток слов, встряхнуть девушку за плечи, унять ее лихорадочное возбуждение, чтобы разобраться, наконец, в ситуации. За все это лето Сюань еще не видела ее в таком состоянии. Цинсюань старалась говорить шепотом, но звонкое волнение так и рвалось из нее. На лестнице она перепрыгивала ступеньки и оборачивалась на компаньонку. На ее личике горел румянец. - Что произошло? - спросила Хэ Сюань, стараясь сохранить спокойствие. - Я видела кита в телескоп! - выпалила Цинсюань. Звучало как бред, и правда. Хэ Сюань прожила на этом острове всю свою жизнь и ни разу не видела китов в заливе. Все говорили о том, что киты здесь не водятся, им нужны более холодные воды. Возможно, богатое воображение Цинсюань заставило ее принять корягу среди вздымающихся волн за огромный серый хвост? - Не может быть, - сказала Хэ Сюань. Цинсюань ответила ей взглядом, полным оскорбленного возмущения, на какой она только была способна. - Я докажу, - шепнула девушка и бросилась к двери комнаты. Хэ Сюань ничего не оставалось, как следовать за ней. Она была уверена, что виной всему - богатое воображение маленькой леди. Но готова была дать ей шанс доказать слова, чтобы потом сделать неприступный вид в стиле "я же говорила". Однако стоило Хэ Сюань прильнуть к телескопу, как все ее мысли вылетели из головы. Ей стоило только немного поискать взглядом. В сумрачном океане, среди черных волн отчетливо виднелся вздымающийся серой глыбой силуэт. Невероятное видение. Словно скала то поднималась, то исчезала в океане. Хэ Сюань никогда не видела подобного и даже не могла подумать, что когда-либо увидит. Это сильно отличалось от дельфинов, которые иногда заглядывали в залив. Бабушка Хэ Сюань прожила здесь всю свою жизнь, но даже она, среди всех ее сказок, никогда не упоминала о том, что такое возможно. - Скажи, волшебно, а? - Цинсюань пританцовывала на месте, то и дело касаясь плеча компаньонки. Хэ Сюань не отвечала, не в силах оторвать взгляд от хвоста в пене предштормовых волн. В этом было нечто магическое, захватывающее внимание. Хотелось сидеть так весь день, отслеживая перемещения одинокого зверя, непонятно как оказавшегося в маленьком заливе. Как он появился здесь? Непогода пригнала его в эту уютную бухту? Холодные течения и приближающиеся дожди? Но почему именно сейчас, ведь раньше такого не было, даже в самые холодные недели? Одинокий исполин среди бушующего шторма. - У меня есть отличная идея! Обернувшись, Хэ Сюань увидела, как горят глаза ее подруги, и поняла, что "отличная" идея, скорее всего, ничего хорошего не предвещала. Но видение огромной серой глыбы в океане все еще стояло перед ее глазами. В душе царила суматоха, мир переворачивался с ног на голову этим летом. Основная причина, конечно, приплясывала сейчас рядом. Но в целом - все лето выдалось каким-то нереальным. Словно сон, от которого не хотелось просыпаться. Или кошмар? Из которого нужно было выбраться в стандартную обыденность будней. Над этим нужно было поразмышлять, только вот Хэ Сюань уже утонула в этом сне, и погружалась все глубже, когда смотрела в восторженные, полные мольбы глаза маленькой леди. Этому сну нельзя было противостоять. - Мы должны увидеть его вблизи! - воскликнула Цинсюань. - Ни в коем случае. Такого ответа Цинсюань определенно не ожидала. Кажется, она была уверена, что уж эту идею ее компаньонка поддержит с радостью. - Ты видела, что творится на улице? - спросила Хэ Сюань. - Всего лишь небольшой дождь и легкий ветерок, - Цинсюань пожала плечами, - не такая уж большая помеха! За окном и правда было пасмурно. Легкий дождь кончился, но тучи все еще застилали все небо, не собираясь расходиться. Шторм только зарождался, начиная с крохотных шагов, чтобы затем разогнаться до катастрофы. Сколько времени потребуется ему для того, чтобы перерасти с мелкой неприятности до большой беды? А сколько времени нужно маленькой леди, чтобы в ее бедовой головке созрел очередной легкомысленный план? - Смотри, там небольшие волны, разве это сложности для такой смелой островитянки, как ты? Большие, невинно хлопающие глаза. Хэ Сюань безразлично взглянула на собеседницу, состроив свое самое скучающее лицо. Лесть с ней никогда не работала. Она умела трезво взвесить свои плохие и хорошие стороны, чтобы скептически реагировать на похвалу. - Ну давай, соглашайся, - продолжала умолять Цинсюань, - когда еще выпадет такая возможность? Там всего лишь легкая непогода, ты со всем справишься, я верю в тебя! Этому сложно было противостоять, но Хэ Сюань умела быть упрямой. Была только одна проблема. Цинсюань тоже обладала этой способностью. - Ну хорошо! - сказала она, увидев, что компаньонка совершенно не собирается вскакивать в энтузиазме и нестись вслед за леди. - Тогда я пойду одна! И чтобы слова не расходились с делом, она и правда принялась собираться. Натянула моряцкие штаны и достала большие желтые сапоги и зеленый плащ. Плащ ей был явно велик, капюшон закрывал все лицо. Скорее всего, кое-кто в ожидании компаньонки успел наведаться на чердак и покопаться в вещах, потому что этих сапогов Хэ Сюань раньше тоже не замечала в комнате летней маленькой леди. Потому что до этого дня в жизни Цинсюань существовала только одна погода - солнечная. - Да? - Хэ Сюань внимательно следила за приготовлениями подруги. - И где ты возьмешь лодку? Умеешь ею управлять по волнам? - Возьму на пристани, - Цинсюань натянула шуршащий капюшон на голову и попыталась как-то зафиксировать его на голове, - управлять не умею, но я уверена, что у меня получится! Я много читала про это и знаю теорию. Да, конечно. В жизни ведь так и происходит. Зная правила игры, легко выигрывать. Получаешь ровно то, за что заплатил. Хэ Сюань покачала головой. У Цинсюань выходило все так просто. И как она с такими мыслями дожила до своего возраста? - Другого шанса может и не быть, - сказала Цинсюань решительно, - нельзя упускать эту возможность. Разве тебе самой не хочется взглянуть на него ближе? - Нет, - твердо сказала Хэ Сюань, решив быть последним оплотом здравого смысла в этом доме. Цинсюань резко обернулась на нее, словно что-то решила, спустя непродолжительную борьбу с самой собой. - Тогда, - сказала она решительно, - я буду тебя шантажировать. - И чем же? - брови Сюань скептически поползи наверх. Она старательно отогнала подальше в подсознание образ, в котором Цинсюань отвечает ей: "Собой". И соблазнительно оголяет плечо. Такой бред мог только присниться, хотя от маленькой смелой леди и этого можно было ожидать. И Хэ Сюань просто потеряла бы всякую способность ей сопротивляться. Грозное и нечестное оружие в виде белой кожи хрупкого плечика. После той странной и чувственной ночи на пляже Сюань все чаще ловила себя на долгих взглядах, обращенных к леди, ее пушистым локонам, освещенным солнцем, тонким запястьям и узким щиколоткам. Ее пальчики и скулы были созданы для поцелуев, и островитянка ощущала, как каждый раз тяжелеет ее сердце, когда Цинсюань улыбалась ей легко и беззащитно. Она была словно утренний солнечный луч, касающийся шелка волн. В ней хотелось утонуть. Они не обсуждали случившееся несколько дней назад. Это был секрет той породы, что не стоило выносить на поверхность в этом обществе. Но Хэ Сюань казалось, что все вокруг - а особенно экономка - уже в курсе происходящего. Она теперь вилась вокруг подопечной практически без отдыха, зорко наблюдая за тем, чтобы леди и ее компаньонка не оставались наедине и чтобы не касались друг друга без надобности. То, что ее не было этим днем, было невероятным чудом. - Я нашла кое-что на чердаке, - сказала Цинсюань. Очевидно, какую-то новую безделушку от прошлых владельцев. Едва ли что-то стоящее внимания. - Это бумаги, - продолжила леди. - И в них написано, что ты, оказывается, принцесса мне под стать. - Хорошая сказка, - фыркнула Сюань, но примолкла, когда Цинсюань приблизилась. Маленькая леди тонула в желтых сапогах и зеленом плаще, но выглядела все равно весьма воинственно. На ее личике застыла упрямая решительность. Сегодня она была готова добиваться всех поставленных целей. От нее пахло теплом и ветром, несущим с собой ворох зеленых листьев. Сердце Хэ Сюань мгновенно откликнулось на сократившееся расстояние между девушками, сначала замерло, а затем глухо и тяжело застучало в груди. Воспоминания о белых бедрах и родинке прямо у края кружев белья заставили ее кровь бежать быстрее. И у нее было подозрение, что Цинсюань догадывается об этом. - Это не сказка, - совершенно серьезно сказала она, и что-то в ее голосе сбило спесь с собеседницы, - это... Очень важно, Сюань. Когда она говорила, то выглядела слегка виноватой, как будто сам факт, что она решила шантажировать этими бумагами свою компаньонку, вместо того, чтобы вручить их ей с торжественным лицом, заставлял ее сомневаться в том, что она делает. Хэ Сюань не знала, что там за документы она нашла, но пока что все звучало как сущий бред. Какое отношение к ней могли иметь бумаги, найденные на пыльном чердаке Розы? Что значило "ты, оказывается, принцесса"? Подумать обо всех этих вопросах Сюань не дали, потому что мягкие губы леди в плаще невесомо коснулись ее щеки. Воздушный, освежающий поцелуй. Островитянке захотелось зажмурить глаза и заурчать, как довольной кошке. Ощущая, как теряет саму себя, Сюань обняла необъятный зеленый плащ и поцеловала свою ветреную леди как полагается, вдыхая аромат ее волос и кожи. А в следующую секунду уже обнаружила себя на улице под руку со счастливейшей Цинсюань. Это произошло так быстро и неожиданно для самой островитянки, но ее сопротивление было полностью сломлено клятвенными заверениями маленькой леди, что "мы быстро - только туда и обратно!", "это же восьмое чудо света, ты больше никогда такого не увидишь!", а так же угрозами: "если ты не пойдешь со мной, то я отправлюсь на лодке одна и погибну во цвете лет, а потом тебе придется на похоронах утирать бархатным платочком слезы моему дорогому брату!" Возможно, именно последнее напугало Хэ Сюань до такой степени, что она решила выбрать из двух зол наименьшее - и отправиться в морскую пучину с очаровательной, но упрямой леди, вместо того чтобы затем объяснять ее брату, как же так вышло, что бездыханное тело девушки нашли на берегу в чрезвычайно счастливом, но мертвом состоянии. Дождь на время стих, и ветер словно бы умерил пыл. Как будто погода благоволила отчаянным искательницам приключений в их остром желании увидеть восьмое чудо света в волнах залива. Но Хэ Сюань знала - это лишь затишье перед основным ударом шторма. И когда разрушительная волна ливня и ветра набросится на остров, девушкам лучше бы уже быть дома под защитой каменных стен. Цинсюань в зеленом дождевике шагала по слякоти и мокрой траве решительно, словно от сегодняшнего приключения зависела ее жизнь. Переубедить ее в последнюю секунду уже не представлялось возможным, да и - честно говоря - не очень-то хотелось. Через пару недель Цинсюань уже улетит отсюда, и все, что ей останется - все, что останется им обеим - это воспоминания об этом бесконечном лете. И если леди до конца жизни хотела вспоминать о ките, которого увидела вблизи, то Хэ Сюань хотела, чтобы ее воспоминанием навсегда стало это: хрупкая леди в огромном зеленом плаще и высоких рыбацких сапогах, среди вздымающегося серого океана, с прядями волос, подхваченными соленым ветром и липнущими к решительному лицу. Словно сама воздушная стихия воплотилась в невесомой, но смелой и волевой аристократке. Великая морская пиратка из потрепанных книг, искусная фехтовальщица черенком от метлы, таинственный маг-мистик с нарисованными усами и невероятная, переменчивая и всесильная ведьма Ветра. Хэ Сюань, прожившая на этом богами забытом острове всю свою жизнь, не видела никого подобного ей. Только рыбьи скелеты, богатых снобов и островитян, озабоченных тем, как бы прожить следующий день. Цинсюань сломала ей всю жизнь, выдернула из темного спокойствия и вдохнула в ее сердце то, без чего Хэ Сюань всегда думала обойтись. Ее черное сердце заалело при первом взгляде на шифоновые волны мятного платья далеким утром у самых начал лета. Поэтому сейчас она толкала в воду промасленную рыбацкую лодку, содрав с нее защищающий от дождя брезент. Поэтому взяла в руки весла и налегла на них, чтобы отправить прочное, но маленькое суденышко в глубь взволнованного залива. Не потому что хотела узнать, что там в бумагах, которые нашла Цинсюань. А потому что хотела исполнить мечту леди, что сидела сейчас на корме, вглядываясь в серую даль в надежде отыскать вздымающийся серый хвост. Потому что если хоть какие-то боги существовали в этом мире, они должны были знать, что ветреная леди достойна каждой капли пролитой за нее крови. Цинсюань поначалу честно пыталась помочь. Она взялась за одно из весел с усердием, достойным любого воина. Но сил ей все же не хватало. Поэтому она села на корму и приняла на себя роль направляющего, сообщая о вероятных преградах в виде скал и о нужном направлении. Грести было тяжело, волны упрямо толкали лодку обратно к берегу, словно не желали, чтобы суденышко приближалось к чуду природы в заливе, но Хэ Сюань только упрямо стиснула зубы, ведя про себя счет гребкам. Она не собиралась сдаваться так легко. Но когда начался дождь и смысл с островитянки решительность, она неожиданно поняла, насколько вся эта затея была глупой. Дождь просто вопил о скором приближении стены урагана. Серое небо впереди стало чернильным, подсвечивалось изнутри розовыми всполохами. - Нам надо развернуться! - крикнула Хэ Сюань, перебивая шум дождя, океана и ветра, лижущего крепкую маленькую лодку. Цинсюань обернулась к ней. Вымокшие волосы взметнулись и хлестнули ее по лицу. Капюшон давно сбился с головы, но она даже не тянулась его поправлять. По ее отчаянному взгляду, Хэ Сюань поняла, что кита она упустила из виду, и последние несколько минут лишь пыталась снова рассмотреть его хвост среди волн, что становились все выше и выше. - Только не сейчас! - взмолилась она. - Мы же почти добрались! - Его здесь нет! - лодочка отчаянно качалась на волнах, словно норовистая лошадь на ухабистых дорогах, мокрые весла скользили в руках. - Он, наверное, уже... "Покинул залив", - хотела сказать она. Но прямо рядом с ними неожиданно вздыбилась неровная поверхность океана, огромная, почти черная стена рассекла волны, выбираясь из глубин медленно и неотвратимо. Дождь застучал о ее поверхность. Сейчас легко было поверить во все сказки бабушки Сюань о морских монстрах, о кракенах размером с дом, дьяволах с чешуйчатыми хвостами и перепончатыми лапами, которые только и жаждут утащить человека на дно. Девушки не отводили глаз от обманчиво гладкой спины, что была больше и длиннее их лодки, от фонтана брызг и воздуха, вырвавшегося из незаметного отверстия в грубой толстой коже. Хэ Сюань не видела раньше ничего подобного. Это была магия в чистом ее виде. Прежде чем она успела остановить Цинсюань, леди перегнулась через борт лодки, еще сильнее ее раскачивая, и коснулась серой громады в воде. Едва скользнула по ней пальцами, наверняка даже не почувствовав толстую китовью кожу. Но при этом ее выражение лица пело таким восторгом, словно она увидела самих ангелов в окружении золотой пыльцы. Хэ Сюань отпустила весла, чтобы подобраться к подруге поближе и схватить ее за плащ, чтобы она не свалилась случайно за борт. А в это время монолитная спина кита исчезла, волны над ней сомкнулись, чтобы разойтись вновь, когда показался исполинский хвост. Он неумолимо поднимался ввысь, и обе девушки задрали головы, чтобы смотреть на то, как с черной кожи катятся потоки воды, как вспенивается океан вокруг лопатообразного гиганта. Хэ Сюань поняла, что должно было сейчас произойти, за секунду до катастрофы. И не успела ухватиться за зеленый плащ - влажная грубая ткань просто выскользнула у нее из рук. Огромный хвост обрушился на вздыбленную поверхность океана. Поднявшаяся волна подхватила лодку с искательницами приключений и отбросила ее назад, по направлению к берегу. Мир завертелся вокруг, дождь и соленая вода смешались, точно так же как серое небо и черные холмы вокруг. Поднявшийся ветер нес с собой холод и электрический привкус подступающего урагана. Сколь сильно Хэ Сюань не пыталась удержаться в лодке, цепляясь за весла, не старалась удержать ее в более-менее устойчивом состоянии, волны накрыли ее с головой, утопив суденышко в чернильную тьму. Неожиданно, но под водой было спокойно. Тихо, словно на поверхности не бушевали ветра и волны. Но умиротворение это было слишком обманчивым. Стоило сомкнуть глаза и позволить тишине унести сознание - и ты не сможешь больше выплыть, не сможешь вдохнуть холодный воздух, болью расправляющий легкие. Поэтому нельзя было сдаваться на милость тьмы и ласке касаний соленой воды. Где-то здесь неподалеку солнечно-ветряная ведьма была в плену океанических чернильных щупалец. И в отличие от Хэ Сюань, она с глубиной тишины не дружила. Чуть выше, чуть ближе к поверхности, потоки воды сносили за собой, бросая тело к берегу, словно океан не хотел иметь никакого дела с людьми и пытался вытравить их как блох. Но Хэ Сюань все это было знакомо. Она уже когда-то была в такой ситуации, слышала как толща воды давит на уши, чувствовала горящие без глотка воздуха легкие. В тот раз океан помог ей, как должен был помочь и сейчас, иначе какой толк от титула морской ведьмы? Желтые рыбацкие сапоги проглядывали ярким пятном сквозь наступающую плотную тьму, освещенную вспышками далеких молний. Сюань вложила все свои силы в яростное движение навстречу. И на этот раз крепко ухватилась за ткань плаща, за безжизненные бледные руки, и отчаянно вытолкнула обеих на поверхность. Волны мешали дышать, окатывая голову, и казалось, будто они созданы из бетона, а не атласной толщи воды. Бессознательная Цинсюань висела на островитянке мешком, но пульс ее бился на бледной шее, прерывисто и слабо. Хэ Сюань оставалось только надеяться, что она не слишком много наглоталась соленой воды. Лодку еще не отнесло далеко, и волны сами подтолкнули девушек к ней. Перевернувшаяся, лодка уже едва ли могла помочь в преодолении расстояния, что осталось до пляжа, но за нее хотя бы можно было держаться. Вокруг стремительно сгущалась тьма, и ветер становился все сильнее. Эта затея изначально была верхом самоуверенности, и Хэ Сюань, выплевывая воду, ненавидела саму себя за то, что позволила Цинсюань вести себя на поводу. Что же с ней происходило в последнее время? Неужели в самом начале этого лета она согласилась бы на нечто подобное, если бы маленькая леди только открыла рот? Где вся ее сила воли и хваленая мрачная невозмутимость? Взяв себя в руки, Хэ Сюань огляделась, насколько ей позволяли ливень и волны вокруг. Они уже не были в заливе, до берега было рукой подать. Расстояние, которое в любой обычный день она преодолела бы за пару минут. Но сейчас на ней висела Цинсюань, а вокруг царил необъятный хаос. Благо, хотя бы волны были на их стороне и упрямо тащили лодку к берегу. Оставалось только набраться терпения и помогать волнам и этому деревянному неустойчивому корыту преодолевать остаток пути. Цинсюань очнулась, когда лодка ударилась о камни. Хэ Сюань, ощущая вибрацию удара в во всем теле, отпустила суденышко и с облегчением поняла, что уже может достать цыпочками до самого дна. Волна снова оттащила ее назад, а потом с силой бросила вперед. Островитянка вцепилась в Цинсюань, в надежде, что сможет защитить ее от удара о дно. И так и вышло - ее плечо врезалось в песок и камни и скорее всего - судя по застилающей глаза боли - вылетело из сустава, а в следующую секунду девушка уже стояла по колено в воде, дрожащими ногами упираясь в твердое дно. Цинсюань кашляла ей прямо в ухо. - Ты не поверишь, - сказала она хриплым болезненным шепотом, - я плыла! Я смогла удержаться на плаву, пока меня не накрыло волной! Ты все же не самый безнадежный учитель, Сюань. У Хэ Сюань подогнулись ноги от нового удара волны, а ноющее от боли плечо буквально взвыло, когда Цинсюань подхватила компаньонку, не дав ей упасть. Выбравшись на берег, обе повалились на мокрый песок и молча слушали бушующее море и гром. Дождь смывал соль с их лиц. Переводя дыхание, Хэ Сюань смотрела в черное небо, закрывая глаза, чтобы их не заливала влага. И неожиданно ощутила холодное прикосновение к губам. Сквозь ресницы она увидела лицо уставшей молодой леди. Она целовала ее, и на вкус это было как соль и лед, и на языке осталась песчаная крошка. Сюань невесомо провела пальцами по ее мокрым, спутанным волосам. И Цинсюань поцеловала ее снова. И они обе знали, что, возможно, это последний их поцелуй.