Жалкое знакомство
4 марта 2020 г., 22:18
***
Волны тихо бились о берег Нордланда, выбрасывая на него маленькие обломки и щепки, невесть откуда взявшиеся на этом богами забытом берегу. Выбросила на берег и кусок паруса, и обломок весла, и кусок мачты, и ребро от остова какого-то корабля. И тела. Много тел. Это были те, кто не потонули в солёной воде, под тяжестью доспехов, и те, что всплыли, разбухнув от воды, что залилась внутрь. Куски древесины вперемешку с трупами на полу-промёрзшем берегу создавали картину, достойную пера какого-нибудь именитого имперского художника. Последний в этом году снег слегка припорошил трупы, потемневшие доски, чёрную землю, багровые пятна спёкшейся крови на бледной и синеватой коже… А может быть не кисть художника, а пара строк от барда? «И тонули в холодной воде, в чёрной соли, Так предайте тела их земле в мире боли…» - Эй, что ты там бормочешь, Ханс? - Ничего, Бьёрн… Так, херня всякая в голову лезет… - Так нечего проговаривать всё, что в голову лезет, особенно если в голове у тебя – херня! Наступило молчание. Двое мужчин шли по берегу вдоль линии трупов и обломков, выброшенных сюда безразличными волнами. - Слышь, Бьёрн, ты чего такой нервный сегодня? - А? - Чего такой нервный, спрашиваю? На главаря сорвался, на меня вон злишься, трупы пинаешь так, будто они у тебя девку из-под носа увели минуту назад… Бьёрн опустил ногу, заведённую для того, чтобы пнуть очередное тело северянина. - Знаешь, Ханс, мне кажется я просто устал. Все эти переходы, бегство чёрт знает от кого, ночёвки в грязных, вонючих тавернах, шлюхи, гниль… - Да, Бьёрн, я прекрасно тебя понимаю. Но у каждого из нас своя история, и закончилась она, к сожалению, вот этим. - Тем, что мы с тобой разгребаем кучу поганых трупов посреди богами забытого берега? – тяжёлый сапог всё же пнул тело северянина, но не со злости, просто, чтобы проверить. - Да. Вот этим. Да и не только… Двое мужчин шли по берегу, слегка припорошенному снегом, размышляя о том, куда их закинули перипетии красавицы судьбы. Один из них был высоким молодым человеком, на один дюйм переросший отметку в шесть футов. Одет он был в пусть и не новый, но всё ещё шикарно смотрящийся сине-жёлтый костюм доппельзольднера.Широкополая шляпа покрывала его короткие светлые волосы. Гладко выбритое лицо с тонким носом и острыми скулами казалось немного грустным. Образ довершали ярко-голубые глаза, в которых можно было утонуть и не выплыть, даже схватившись за обломок мачты. Второй был низким и угрюмым мужчиной с чёрной бородой, широкими плечами, толстыми руками, что заканчиваются мощными ладонями и грубой кожей. Его зелёные глаза казались злобными и сверкали как два острых изумруда. Одет он был в кожаный жилет, из-под которого торчала синяя старая зашитая рубашка и в чёрные штаны, которые еле держались, желая порваться на крепких ногах своего хозяина. - А чего бы ты хотел, Бьёрн? - Даже не знаю, Ханс… Дом… Может семью… Ремесло какое-нибудь… - Для человека, который хотел бы быть семьянином и ремесленником ты выбрал явно не тот путь… - Да знаю я, сожри тебя зверолюд! – Бьёрн пнул ещё один труп какого-то женоподобного мужчины с длинными тёмными волосами, - Но я его и не то чтобы выбирал… - Ну, я то к группе после армии прибился, мне идти было больше некуда, а ты? - А я с малолетства в это дело попал. Шпаной рос, шпаной и остался… Ханс промолчал. Неожиданно его взгляд упал на тело, чем-то неуловимо отличающимся от остальных, выброшенных на берег. Тонкие бледные руки, все в крови, обвивали кусок доски. Длинные красновато-чёрные волосы закрывали лицо. Солёные волны омывали тело, подбираясь к ногам, из-за чего казалось, что оно шевелится. Носком сапога высокий молодой человек поддел окровавленную руку, отцепляя её от доски и, уперевшись второй ногой в землю перевернул тело. Тихий вздох ветра послышался в шуме прибоя. Или это был не ветер? - Слышь… Эй! Бьёрн, посмотри на это… Глазам двух мужчин предстало высокое женское тело с длинными ногами и тонкими руками. Бледная кожа была обтянута в чёрную броню, которая тем не менее подчёркивала пусть и не слишком объёмные, но притягательные окружности груди и бёдер с тонкой талией. Красновато-чёрные волосы, не без помощи сапога, упали на землю, обнажив острые черты лица: длинные уши, слегка выступающие скулы, длинный тонкий нос, линию бровей, острый подбородок и небольшой ротик. Бьёрн подошёл к Хансу и тоже уставился на девушку. Её лицо казалось совсем молодым, пусть и безжизненным. - Ну, что, отличная девка… И чё? Ты никогда девок не видел? - Видел, но эта в доспехах… - И что, что в доспехах? Мало ли кто в кожаных доспехах ходит. Вон у того северянина тоже кожа на теле, ты ж на него не уставился. Тихий вздох ветра вновь проплыл над берегом. - Слушай, Бьёрн, - пробормотал Ханс, склоняясь к женскому телу, - походу она живая… - Зараза…***
Холодные солёные волны вновь пытались пробраться в глотку тёмной эльфийки, обдирая солью нежные внутренности. Девушка вновь сплюнула воду, пытаясь отдышаться, всё сильнее сжимая кусок доски, который встал между жизнью и смертью. Тёмная фигура, сжимая в руках дреч в виде огромного топора, медленно скользила по волнам, в ожидании своего часа. Её лицо скрывал чёрный, как беззвёздная ночь, капюшон, фигуру – балахон из шерсти, на руках – перчатки из тонкой эльфийской кожи, а на ногах – сапоги из чешуи хладнокровных ящеров. Балахон был таким же солёным, как это море, а сапоги и перчатки столь же холодными. Холодными как сталь лезвия, что вот-вот взмоет ввысь и прекратит ненужные страдания. Задохнись. Проглоти ещё этой солёной воды. Отпусти этот жалкий кусок дерева и позволь воде забрать тебя. Перестань дышать. Умри. Тёмная фигура бродила по воду вокруг жалкой девушки по имени Алтхатх, что цеплялась за свою жизнь, словно загнанный в угол зверь. Она и была зверем. Жестоким хищником, посвятившим свою жизнь убийству множества жертв кровавых налётов тёмных эльфов. Хищником, что убивает ради удовольствия, а не ради пропитания. Жестокой тварью, со смертоносными стальными клыками в форме клинков. Но теперь хищник был беспомощен. Он оказался добычей. Добычей для куда более страшного зверя, имя которому – стихия. Солёная вода, что проникает всюду и жаждет забрать в своё чрево очередное тело. Поглотить. Сожрать. И выплюнуть на берег бездыханное тело. Холодные волны вновь захлестнули тёмную эльфийку. Она закашлялась, и чуть не разжала побледневшие пальцы. Они все были ободраны просоленной древесиной, которая встала между жизнью и смертью. А тёмная фигура в плаще всё бродила кругом, и каждый круг становился меньше предыдущего. Дреч ударялся о волнующееся зеркало воды, всё приближаясь к шее, которую ему суждено перерубить. Но это будет после. Сначала фигура в чёрном шерстяном плаще отрубит девушке пальцы, что и без того кровоточат, отрубит кисти, отрубит локти. Затем, когда эта боль станет обыденностью, остриё топора вскроет ей живот, выпуская внутренности. Тёплая кровь польётся по кишкам, что будут вываливаться наружу сквозь распоротую плоть, а внутрь польётся солёная вода. И лишь тогда дреч перерубит шею Алтхатх. А пока она всё ещё болтается в этом холодном море, которое жаждет лишь одного: чтобы её жертва задохнулась. Проглотила ещё немного этой сладкой воды. Отпустила жалкий кусок дерева, и позволила воде забрать себя. Перестала дышать. Умерла. Неожиданно тёмная эльфийка почувствовала что-то твёрдое под ногами. Она начала машинально перебирать ими, отталкиваясь от невесть откуда взявшейся земли. Ледяные волны подталкивали девушку вперёд, выбрасывая на столь же холодный заснеженный берег. И она поползла. Отталкиваясь локтями и коленями, всё ещё подбрасываемая волнами, тёмная эльфийка выбиралась на сушу. И лишь когда последние силы покинули тело девушки, она остановилась, лежа ничком. Тёмная фигура сняла свой капюшон. Под ним оказалось лицо с начисто содранной кожей. Обнажённые мускулы играли на этом отвратительном лике, превращаясь то в гримасу гнева, то выражая уважение столь стойкому противнику. Фигура в балахоне не смела ступить на землю, и её ритуальный дреч остался сегодня голодным до крови. Алтхатх лежала на холодной земле лицом вниз, ощущая, как сверху на неё падает снег. Ощущая лишь холод. И боль. Но эта боль означала, что она жива.***
- Слышь, Бьёрн, мне кажется, что она не дышит. - Кажется? - Кажется. - Когда кажется… - Бьёрн не закончил и выругался, - Если кажется, то проверь, блять! - Да как я проверю, если у меня руки заняты? Бьёрн промолчал. Он шёл впереди, держа девушку за лодыжки, в то время как Ханс шёл сзади и тащил безвольное тело, схватившись за запястья. - И вообще, мы как-то неправильно её тащим… - пробормотал Ханс. - А что ты хотел, карету? – ответил Бьёрн, который чудом услышал бормотание юноши. - Ну, не знаю, носилки там какие-нибудь. - В жопу носилки… Сине-жёлтый костюм доппельзольднера ярко выделялся на фоне едва ожившего леса и припорошенной снегом чёрной земли. Почки лишь недавно начали набухать на ветках, напоминая о том, что природе нет никакого дела до войн и мелких людских проблем. - Бьёрн… - Блять, в пизду! – крикнул мужчина на весь лес. Ноги девушки полетели вниз, выпущенные из мощных ладоней, словно камни из требушета. Тело безвольным мешком упало на землю, и лишь руки остались висеть, всё ещё сжимаемые пальцами Ханса. Бьёрн развернулся и, искривив рот и нахмурив брови повернулся к Хансу: - Да что опять то, блять?! - Она глаза открыла… Девушка полулежала на земле, запрокинув голову и глядя своими миндалевидными глазами с иссиня-чёрной радужкой прямо в лицо Ханса. Выражение этого лица было трудно прочитать из-за того, что практически все мышцы на нём были расслаблены, и лишь хитрый прищур позволял что-то понять. - Бля… - выдавил из себя Бьёрн. Наступило молчание. - Ну… Привет? – произнёс Ханс. Неожиданно девушка одним движением вскочила на ноги и развернулась. Но её запястья всё ещё были в руках Ханса, так что этот манёвр ей мало что дал. Тёмная эльфийка за несколько мгновений оценила ситуацию и поняла, что её запястья сжаты, так что в следующую секунду она ударила ногой снизу-вверх, демонстрируя поразительную растяжку своего жилистого и крепко сложеного, пусть и на вид тонкого тела. Но юноша с лёгкостью увернулся от этого удара, благодаря своей неплохой выучке и нескольким годам, проведённым в рядах доппельзольднеров. Сделав шаг назад он потянул девушку вперёд, заставляя её упасть на него, с ногой, закинутой на плечо. В этой странной позе они постояли ещё несколько мгновений, как вдруг всё тело девушки вновь обмякло. Ханс увидел перед собой Бьёрна, держащего в руке короткий меч, яблоком которого он только что ударил тёмную эльфийку по голове. - Бойкая какая… Надо будет её связать, когда до лагеря доберёмся. Берись, пошли. Ханс взял девушку за кисти, а Бьёрн за лодыжки, и они потащили её дальше по лесу, словно мешок с тухлой картошкой.***
- Быстрее! Тёмные эльфы бежали к ближайшему кораблю, преследуемые своими сородичами. - Быстрее! Крики слышались повсюду. В погоню за командиром отступников отправили целую армию. Здесь были и воины, и наездники на ящерах, и даже палачи Хар Ганета. На корабле, который стоял пришвартованным у причала уже ждала подмога, которая спешно помогала погрузиться убегающим тёмным эльфам. Их командира признали отступником, а значит всех, кто служил ему ждала лишь одна участь, и участь эта – смерть. Алтхатх была одной из тех, кому удалось сбежать, и теперь она отступала вместе с остальными уцелевшими, в надежде продлить своё жалкое существование хладнокровного убийцы, который умеет лишь чуять кровь. - Догнать их! Убить всех! Крики преследователей были всё ближе. Запах крови и звук битвы авангарда наступавших с теми, кто остался позади были всё ближе. Но спасительный корабль был также близок… Ещё несколько футов, несколько шагов, прыжок, и вот спасительный такелаж уже в тонких ловких пальцах. С кинжалами, подвешенными на пояс тёмная эльфийка взобралась на небольшой корабль, который уже отплывал от пристани, оставляя всех опоздавших позади, обрекая их на смерть в бою. Достойную, но не менее жестокую и кровавую… Вот так Алтхатх и оказалась в море, на старом корабле, почти без провизии и запасов пресной воды, в окружении таких же беглецов, как и она, без возможности когда-либо снова вернуться назад, в холодный, но всё же столь родной дом…***
Алтхатх проснулась лёжа в какой-то палатке. Снаружи слышались разговоры и чей-то неприличный смех. Внутри же было темно, и лишь узкая полоска света просачивалась через приоткрытый полог. Девушка попробовала пошевелить кистями, но они оказались связаны. Ноги тоже. Она смогла лишь перевернуться на бок, чтобы размять затёкшие руки. Затем она подтянула ноги наверх, к запястьям. Пока глаза отказывались работать как надо, тёмная эльфийка старалась дышать как можно тише и медленнее, и так же тихо и медленно двигать руками, ощупывая длинными и тонкими пальцами переплетения верёвок. Через несколько минут она смогла чётко разглядеть всё, что находится в палатке. В ней было шесть лежанок, обложенных нехитрым скарбом. Здесь были походные сумки, куски вяленого мяса, которым пропахла вся палатка, немного деталей доспехов, потные стёганки, которые воняли куда сильнее, чем мясо и личные вещи. Возле приоткрытого полога сидел мужчина и курил длинную белую трубку. Судя по всему, он наблюдал за тем, что происходит снаружи, может быть даже пытался прислушаться к историям, что травили где-то неподалёку. Находясь на одной из лежанок девушка не сразу поняла, что с неё сняли все элементы кожаных доспехов, оставив лишь тонкую эльфийкую одежду. Руки медленно приобретали прежнюю гибкость и подвижность. Алтхатх начала медленно вращать кистями, перекрученными верёвкой. Так она провела ещё несколько минут, периодически поглядывая то на своего стражника, то на полоску света возле него. Неожиданно мужчина с трубкой повернулся в её сторону и заметил её движения. - О, очнулась, сука. Он аккуратно отложил трубку на одну из лежанок, пока тёмная эльфийка принялась быстро двигаться и дёргаться словно рыба, выброшенная на берег. Мужчина тем временем спокойно подошёл к ней и, выпрямив ноги, схватился за них и потащил на улицу. Яркий свет ударил в лицо, но глаза привыкли к нему достаточно быстро. Девушку протащили по траве несколько десятков футов и вскоре она оказалась в окружении группы мужиков с ухмылками на лицах. - Посмотрите, наше тело проснулось! - Ну что, соня, какие сны тебе снились? - Выспалась надеюсь? Алтхатх не обращала внимания на подколы и лишь оглядывала лица. Неожиданно её взгляд остановился на юноше, который тащил её через лес. Он молча стоял, глядя ей прямо в лицо. - Ну чё, мужики, что будем с ней делать? - Да известно чё, - заухмылялись вокруг. Юноша молчал. - Ну что, эльфиечка, готова поработать ротиком? - Да и не только ротиком, хе-хе… - Интересно, эльфийкая пиздятинка отличается от нашей? - А вдруг у неё ещё и до сих пор узкая? Юноша молчал, глядя в глаза тёмной эльфийки. Неожиданно та отвела взгляд. - Что-что вы там хотите сделать со мной мальчики? Повисло гробовое молчание. Судя по всему, мужчины не ожидали, что их жертва откроет рот, да ещё и будет обращаться к ним так пренебрежительно. - Да уж известно что, сука, блять… - Ой мальчики знаете… - тишина снова повисла над поляной. - Что? - Я очень возбудилась от ваших фраз, вся намокла от желания, но есть одно но… Молчание вновь стало ответом девушке. - И что же? - Вы совершенно не умеете вязать узлы! Одним движением Алтхатх вскочила на землю, высвобождая руки. Она чуть не упала, приземлившись на всё ещё стянутые верёвкой ноги, но быстро вытащила одну из них и тут же нанесла удар обеими руками. Хлопнув по обеим ушам первого попавшегося мужика и оглушив его, девушка развернулась и ударила второму в кадык. Дальше последовал удар правым локтем вбок, по носу очередного ублюдка, и удар с левой, вновь в кадык. Мало кто мог соперничать с тёмными эльфами в реакции и ловкости, но кто-то всё же смог схватить Алтхатх со спины, но это не помешало ей завершить серию ударов. Оттолкнувшись ногами от земли, а затем от груди и лица очередного противника она перевернула того, кто нападал сзади, в то время как сама приземлилась за землю. Мужчина на земле получил по лицу коленом, когда девушка наклонилась, чтобы увернуться от правого хука, который был ловко перехвачен, и вот ещё один противник падает на землю, благодаря невиданной силе и отточенным навыкам. Алтхатх огляделась и увидела лишь корчащихся на земле мужчин, который хватались кто за шею, а кто за нос. И лишь тот юноша стоял поодаль, глядя на то, как его товарищей избивают, даже не пытаясь помочь им. Лезвие блеснуло в холодном воздухе, но тёмная эльфийка успела его заметить. Схватив руку с оружием за запястье, а затем ударив снизу-вверх по локтю она смогла выбить кинжал из пальцев противника и схватить его на лету. Все, кто ещё был на ногах и не оказался побит, сразу же отступили от противника с кинжалом, тем более что тот показывал недюжинные силу и ловкость. - Хватит! – раздался вдруг властный голос. Он подействовал на всех, кроме, естественно, эльфийки, которая продолжала стоять в боевой стойке с зажатым в умелых пальцах кинжалом. Мужчины расступились, пропуская вперёд высокого, даже выше Алтхатх, мужчину в кожаном нагруднике, кожаных набедренниках и кожаных же наручах. За спиной у него торчала рукоять меча. Девушка заметила, что у него не хватает средних пальцев на обеих руках. Лицо было похоже на женское, с округлыми чертами, но острыми скулами и подбородком. Левый глаз был небесно-синим, правый же скрывала чёрная повязка. - Хватит, говорю, - повторил одноглазый, - я к тебе обращаюсь, эльфийка. - С чего бы вдруг мне прекращать, восьмипалый? - С того, что ты хочешь жить. А я предлагаю тебе это. Жизнь, и место в нашем братстве. - И что же у вас за братство такое, а? - Да обычное. Тебе понравится. Алтхатх немного расслабила тело: - Я слушаю. - А это всё. Ты остаёшься с нами. Как член нашей команды. Кто-то хихикнул. То ли над глупой и непреднамеренной игрой слов, то ли от полного неверия в происходящее. Затем повисла тишина. - Я согласна. Но при условии, что меня не зарежут, пока я сплю. - Как командир я гарантирую тебе защиту. Все слышали? Мужики вокруг закивали. Даже те, что ещё зажимали свои разбитые носы. - А теперь будь так добра, иди в мою палатку. Хансен тебя проводит. Да Ханс? Юноша, что тащил девушку по лесу наконец вышел вперёд и коротко кивнул. Сначала командиру, а затем и эльфийке, указывая дорогу. Алтхатх в свою очередь кивнула и, бросив кинжал на землю, пошла за симпатичным парнем.***
Когда они дошли до палатки командира, которая была явно лучше обставлена, тёмная эльфийка сразу же уселась на один из мягких мешков, заменявших кровать. - Так значит тебя зовут Ханс Хансен? - Ага, - коротко ответил юноша. - Дурацкое имя. – констатировала девушка. - Да? А как же зовут тебя, - поразительно резко ответил парень. Повисла тишина. - Акорберг, - ответила Алтхатх после продолжительной паузы. - Это ведь не твоё настоящее имя? - Ага. - А почему ты назвала его? - Потому что оно больше похоже на имперское. И оно подходит мне по значению. - И что же оно значит? - Ну, в переводе с моего наречия, «Акор» означает «лучший», «первый» и, - тёмная эльфийка нежно облизнула свои губы, - «возлюбленный» или… Нежное придыхание раздалось в палатке. Юноша отвёл глаза. - Или «желанный», - продолжила девушка. - А «Берг»? – спросил юноша, всё ещё отводя взгляд. - «Изящный», «текучий», а также «вода» или… Тихий стон раздался в палатке. - «Мокрая». - Слышь, Бьёрн… Бьёрн?! – закричал парень, завидя низкий силуэт, напоминающий тумбу. - Чё? - Подмени меня, мне поссать надо. - Хорошо. Ханс вылетел из палатки, а низкий мужик медленно зашёл в неё. - Сука… - Чё? – спросил Бьёрн. - Да друг твой… Сука. Маленькая сучка. Я его соблазнить хотела, а он ведёт себя как девственник… - А, это? Так он и есть девственник, - буркнул мужчина. В палатке повисло неловкое молчание. - Что, правда? - Ага. – последовал сухой ответ. - Ему на вид лет двадцать пять, и он ни разу не трахался? - Ага. - Даже с шлюхой?! - Ага. - Я думала вы любите шлюх. - Ага. - А он нет? - Ага. - Вот невезуха… - Ага… Алтхатх снова посмотрела на Бьёрна, который явно не желал продолжать этот скучный диалог и, развернувшись на мягких мешках, закрыла глаза. - Вот это меня выбросило… - пробормотала она.
