Истина

Середина Июня, таверна «Рога и копыта» — Но мы не едим конину, — трясущимся голосом объяснялась Райна перед людьми, прибывшими из-за гор. — И? У вас много лошадей, зарежте одну для нас, — смуглый мужчина вальготно развалился на стуле, показательно ковыряя острым кинжалом в зубах, отдавая приказы на синдарине, который здешние люди хоть и не особо, но знали. Трактирщица растерянно застыла, не зная, что делать. — Что встала, женщина?! Мой господин непонятно объяснил? — подал голос такой же грязный мужлан. Из угла таверны резко поднялась фигура в капюшоне и двинулась в их сторону. — Пшли вон отсюда, отребье! — раздался глухой голос. — Чего? — опешившие от такой наглости мужики медленно начали подниматься. — Да как ты смеешь открывать свой поганый рот? Фигура откинула капюшон и из-под слоев ткани показалось девичье лицо. — Я сказала… пошли вон отсюда! — Эля закатала рукава рубахи, отпихивая тучную Райну за себя. — Грязная женшина, мы укоротим твой язык! — тут же взбесились вастаки. Началась потасовка. Люди деревни тоже присоединились, и даже подошедший трактирщик Кэл достал из-за стойки шипастую дубину, принявшись колотить нерадивых посетителей. Тут дверь таверны распахивается, но никто не обращает на это внимание. В проеме стоит пораженная Дана. — Что тут происходит?.. — тихо шепчет дева, только и успевая отходить с прохода, когда из заведения вышвыривают очередного смуглолицего человека. — Дана? — Эля удивленно замирает и неожиданно получает смачную оплеуху. — Прекратить! — из-за стола в центре поднимается высокая фигура, до того молчавшего человека. У него была светлая кожа, черные длинные волосы, а в карих глазах плескался праведный гнев. Дорогое красное одеяние, меховая накидка и золотые перстни говорили, что это человек не из последних. — Устроили бардак! Разве так ведут себя гости в доме хозяина?! — люди востока скорее со страхом, чем со стыдом забегали глазами и опустили оружие. — Ступайте в свои шатры и не возвращайтесь, пока не научитесь манерам! — мужчина презрительно глянул на людей с высоты своего роста. — Да, инак*, — произнес «главный» вастак сквозь зубы, махнул рукой остальным и те сразу последовали на выход. Дана, всё еще пораженная происходящим, так и стояла на пороге таверны. — А теперь ты! — вдруг разразился громом голос Эли и та с кулаками понеслась на сестру. Девушка сначала замешкалась, но потом рванула за спину недалеко стоявшей Райны. — Так, Эль, давай спокойно всё обсудим, — примирительно произнесла русоволосая. — Сначала я тебе накостыляю! — старшая пыталась добраться до младшей, но та всё пряталась за попадающих под руку людей в таверне, которые и так уже были порядком потрепаны и из-за выпитого алкоголя мало что понимали. — За что это? — За что? — Да, за что? — За то, что ты дура! — Эй! — Дана ловко перепрыгивала через препятствия и в один момент оказалась за тем самым мужчиной, что отослал вастаков. — Слушате, уважаемый, не подсобите? — обратилась дева к нему. Тот схватил Элю за руки, заставляя встать в ступор и почти сразу же отпустил. — Ни капли спокойствия в этом заведении, — театрально произнес он и поспешил к стойке, за которой стоял Кэл, потирая ушибленные бока, — вина. — Эля, давай выйдем? — Дана мирно подняла руки, умоляюще смотря на сестру, та пыхтела, но молчала, давай согласие. Некоторое время спустя они стояли на пустой дороге. Время близилось к полуночи. — Ты совсем сдурела?! — крикнула Эля. — Тише, люди спят! — Ушла на войну! — громким шепотом продолжила сестра. — Никому ничего не сказала! А если б тебя грохнули там?! Ты хоть понимаешь, какого было мне?! Никогда никого не слушаешь! Что за ребенок! — Дана, уже привыкшая к таким всплескам настроения сестры, просто спокойно стояла и ждала, пока старшая успокоится. — Да, я бунтарка, — пытаясь не засмеяться, выдавила девушка. Эля застыла с непонятным выражением лица. Резко приблизилась к сестре, и, занеся руку, дала по лбу, после чего та была заключена в крепкие объятья. — Я так соскучилась… — тихо произнесла Даниэла. — И я… — ответила Элеонора. Девушки простояли так несколько минут, пустив пару слезинок. Вокруг стояла почти гробовая тишина, факелы, висящие на столбах слабо освещали пространство, легкий ветерок ласкал волосы. — Пойдем обратно, — Дану потянули в таверну и они медленным шагом пошли к строению. — Что там произошло? — мысли русоволосой вернулись к драке. — Я этих обезьян уже терпеть не могу! Объявились тут пару недель назад, пришли, начали свой сучий характер показывать, — снова разгневалась сестра и чуть ли не сплюнула от досады. — Мдааа, — протянула ее собеседница. Девушки зашли в почти опустевшую таверну, остались лишь пара в усмерть пьяных мужиков, хозяева заведения и тот странный мужчина, что всех успокоил. — Даночка, золотце, живая всё-таки, — пухлая женщина в слезах бросилась обнимать пришедшую с войны «кровиночку». — Конечно, живая, от меня так просто не отделаться, — отшутилась девушка. — Да, в каждой бочке затычка. Теперь на пару с сестрой все наши запасы медовухи опустошит, — проворчал Кэл, и та рассмеялась. — Конечно, дядя Кэл, я всё-таки ветеран войны, кружечка от заведения мне полагается, — дева приблизилась к стойке. Мужчина недовольно глянул на нее и протянул руку. — Молодец, что не померла, — это все чувства, на которые был способен старый пень. — Ой, я вам сейчас и закусить что-нибудь подыщу, — прощебетала Райна и упорхнула на кухню. — Эй, ты, — трактирщик обратился к сидящему за стойкой мужчине, что монотонно потягивал вино, украдкой наблюдая за происходящим, — спасибо. — Я приношу извинения за своих собратьев, — как-то неискренне ответил человек, что показалось Дане странным. — Собратья? Вы не похожи на людей с востока, — подала дева голос, присаживаясь рядом, стараясь сильно не пялиться. — На востоке много людей, я лишь присоеденился к их племени, потому что хотел покинуть темные земли Врага, — он медленно повернулся к Дане, заглядывая в самую глубину ее глаз, та нахмурилась, — но все люди друг другу братья. — Вон оно как. Значит, им повезло, что Вы есть у них, — произнесла девушка, продолжая играть в гляделки. — Верно. Позвольте представиться, Гошгар**, — новый знакомый с улыбкой протянул руку. *** Ночью мы с Элей, подвыпившие, вернулись в крепость. Своих друзей-детишек я так и не повидала, они жили у друзей семьи, из-за неспокойных вастаков, которые буянили с тех пор, как заявились в эти земли. Надеюсь, Нельо-терапия подействует на них отрезвляюще и он сможет приструнить их. *** Утро Незамкнутые двери в родные покои с треском распахнулись, впуская радостную нисс. — Дана! Какое счастье! Ты вернулась! — я простонала что-то нечленораздельное в подушку. — Ой, ты еще спишь… — тут же затихла девушка и подкралась к моей кровати. Под подозрительную тишину я подняла голову и встретилась с радостным ожидающим взглядом. — А если бы я до обеда спала, ты бы так и сидела? Та без слов бросилась обниматься, мне пришлось ответить ей. — Дана, я так боялась за тебя! Мало мне волненья за Лайро было, еще и за тебя пришлось! — Лайро? — я пограла бровями и девушка стушевалась. — Ой, да ну тебя, — она рассмеялась, — лучше расскажи, как ты? Ты зачем с араном ушла в поход? Пол утра я разъясняла Алассэ, зачем я все-таки пошла. Что случилось, что я делала и прочее. Ну, конечно, без некоторых деталей… Эллет посетовала на мою безответственность и излишнюю самоуверенность и потянула меня с собой на завтрак в общую столовую. — Погоди, — я задержалась в своей комнате, ища одну вещицу в сумке. Погладив мягкий металл, я немного поникла, но понимала, что лучше решить все сейчас. — Мне нужна садовница, Арассэ, кажется. Где я могу найти ее? — моя подруга тоже перестала улыбаться. — Она в саду, всегда. После потери сына, она… мало с кем говорит. — Я поняла. Пообещав вскоре вернуться в столовую, я направилась на улицу. Вдыхая свежий воздух, я медленно вышагивала по каменной тропинке вглубь сада. Солнечные лучи, шелест листвы и напевы птиц совсем не помогали мне успокоиться. Сердце бешено колотилось, а к глазам подступала влага. Сейчас мне нужно еще больше ранить мать, что потеряла дитя. Остановившись у фонтана, я тяжело вздохнула и опустила свободную руку в кристально-прозрачную воду, попутно думая, что же сказать женщине. — Вы искали меня, госпожа? — раздался позади хрипловатый голосок. Я резко развернулась, застигнутая врасплох. Высокая, будто постаревшая эллет со слегка красными от слез глазами печально смотрела на меня. — Вы — Арассэ? — нисс кивнула. — Он просил передать это вам, — я протянула дрожащую руку и раскрыла ладонь, на которой покоилось кольцо. Арассэ долго смотрела на него, потом всё же медленно взяла, роняя капли слез. — Он долго мучился, — произнесла дева утвердительно, будто сама была там, — неужели на поле боя не было лекарей… хотя бы для того, чтобы ослабить его боль… — она снова перевела на меня взгляд, испытующий, полный горечи и злобы на несправедливость взгляд. Я застыла, задержала дыхание, ком встал в горле, и по моей щеке тоже скатилась одинокая капля. — Простите… я не успела… — эти слова показались тяжелыми, словно горная гряда, подобная той ответственности, что приходится нести на своих плечах мне или Майтимо. Эллет закрыла глаза и покачала головой. — Если он отдал его Вам, значит доверял. Это так? — снова этот испытующий взгляд. — Да, это так, — голос надломился, когда я вспомнила о той лжи, что наплела Неллару, — он помог мне, поддерживал, и мы сдружились. Я… мне очень жаль… — Спасибо. — За что? — За то, что были рядом. *** Несколько часов я не могла выкинуть из головы случившееся, но все же решила взбодриться и съездить еще раз в деревню. Пока искала Элю по всей твердыне, я столкнулась с Маэдросом. — Силиэль, — он был максимально собран и сосредоточен, — сейчас начнется совет с людьми, идем, — ошарашил он меня. — Что? А мне зачем? — я остановила мужчину, пока он не потащил меня в зал совета. — Ты многое знаешь и хорошо понимаешь людей. Твоя сестра тоже там будет, за время нашего отсутствия она снискала немалое уважение и доверие Мараха, нынешнего владыки людей в моих землях. — Ого… — удивилась я, поднимая брови, — а ты знаешь, что вастаки творят? — эльда вопросительно посмотрел на меня, нахмурившись. — А, ну да, кто бы тебе сказал. Они уже пару недель людей из деревни терроризируют. — Что делают? — не понял эльф. — Дебоширят, — он всё еще не понимал, — ну, Нельо, беспорядки устраивают, — подобрала я слова. — Хмм, я понял, идем, — мужчина возобновил шаг и потянул меня за собой. В зале совета царил хаос. Между смертными, по крайней мере. Они яростно переругивались, чуть ли не хватаясь за оружие. Мирэндил пытался их урезонить до прихода короля, но не выходило. — Молчать! — громогласный голос Нельяфинвэ заставил из затихнуть. Он твердым шагом прошел к месту владыки за столом, и, возвышаясь над всеми, смерил людей суровым взглядом. Я тихонечко встала недалеко от него. — Я собрал вас здесь, чтобы обсудить, как люди будут сосуществовать на землях Восточного Белерианда. — Мой король, я даже за гору золота не соглашусь жить рядом с этими варварами! — подал голос вождь Марах. — Мы хотя бы не пускаем женщин на важный совет, — ответил один из вастаков, презрительно смерив сначала Элю, затем меня взглядом. — Еще раз скажешь что-то в сторону женщин — сам ею станешь! — ответила ему моя сестра, ударяя кулаком по столу, отчего я чуть не прыснула, с трудом удерживая улыбку. — Достаточно, — это был тот мужчина из таверны, Гошгар, кажется, — хан, в присутствии владыки этих земель, мы должны вести себя учтиво. — Да, это так, — впервые высказался, как мне кажется, вождь вастаков. Это был невысокий смуглый мужчина лет сорока, с заметной проседью в темных волосах и короткой бородой. — Прости нам наше невежество, Король, — произнес Гошгар, не глядя Майтимо в глаза и низко поклонившись. — Хан Бор, мне сообщили, что твои люди устраивают беспорядки, — Нельо пристально посмотрел на вождя вастаков, что говорил до этого. Так вот он, тот самый Бор, который не на голову отбитый. Ну, может только слегка. — Они всего лишь хотели узнать своих родичей поближе, господин, — ответил он. — Настолько поближе, что начали женщин из домов красть?! — взбесилась Эля. — Да что там женщин, девочек молодых совсем! Маэдрос с непроницаемым лицом всматривался в лицо вождя. — Таковы наши традиции… В походе умерло много женщин, нам нужны жены… Я стояла в шоке и даже не знала, что можно сказать на такое. Хорошо, что мне и не нужно. Что я вообще здесь делаю? — Что?! — снова Эля — Элеонора, спокойнее, — остудил ее пыл Марах. — Довольно, — заговорил Нельо, — хан Бор, ты и твой народ можете разместиться на севере от Химринга. — И верните женщин, ради Бога, — вставила я свои пять копеек. — Верно. Это недопустимо. Если вы хотите жить в Белерианде, не важно, Восточном ли или Западном, вы не можете красть чужую свободу. Это темные промыслы Моргота, оставьте их там, откуда пришли. Если вы не прекратите, — его голос стал еще ниже и приобрел нотки угрозы, — вы нигде не найдете покоя и жизни. Бор долго молчал, потом посмотрел на Рыжего. — Как скажешь, король. Но нам нужна помощь в строительстве новых домов. — Мы окажем вам ее, — Майтимо кивнул каким-то своим мыслям, — если вы хотите общаться с родичами из Дома Мараха, то прежде научитесь уважать их. Всех. — Последнее слово мужчина произнес с особым нажимом. — Пока можете идти. — Господин, я знаю, что вы только вернулись из похода, — начал, как я поняла, советник Бора — тот самый Гошгар, — мы не успели поприветствовать Вас как следует. Позвольте нам организовать небольшой пир, в честь нашего знакомства. Наши дорогие родичи тоже могут присоединиться, если пожелают, — его учтивый слащавый голос лился, словно бальзам на душу. — Благодарю, я отвечу чуть позже, — все еще строго сказал Нельо. Все откланялись и разошлись. Мы с Элей перекинулись взглядами, я махнула ей рукой, чтобы она шла без меня. — Тебе ничего не показалось подозрительным? — спросил Майтимо, когда последний гость покинул залу. — Советник этот странный какой-то… — Тот, что с Бором? — я кивнула. — Я тоже так считаю, не могу почувствовать его осанвэ, в отличие от остальных людей. И он не из народа Бора. — Он сказал мне, что из другого племени, а присоеденился к вастакам, чтобы уйти за горы. — Когда вы успели говорить? — недовольно задал вопрос Маэдрос. — Вчера. В таверне, — я глупо улыбнулась, — там драка завязалась, он своих утихомирил и по домам отправил. Потом мы перекинулись парой слов. Его зовут Гошгар, — мужчина поморщился от неприятно звучащего имени. — Этот пир. Он что-то задумал, — Рыжий обошел стол и направился к выходу, я последовала его примеру. — Значит, нужно быть начеку, — Майтимо снова кивнул и задумался, — я могу идти? — Конечно, будь осторожна с этими людьми и, в особенности, с советником. — Как прикажете, Ваше Величество, — с улыбкой ответила я, дотянувшись до щеки лорда губами, отчего тот на миг расслабился, но почти сразу вернул серьезность своему лику. Мы распрощались и разошлись по своим делам. *** Эля, сразу после совета, отправилась в деревню вместе с вождем. Дана оседлала лошадь и тоже направилась туда. Из-за нехилого пекла дверь в таверну была распахнута настежь. На входе дева услышала знакомые голоса и, заглянув внутрь, увидела Хэви и Лину, по которым успела соскучиться за целый год разлуки. Дети сидели за стойкой, что-то рассказывая хлопотавшим родителям и попивая прохладный компот. Девушка, используя все свои умения подкрадывания, тихо подошла к ним сзади и неожиданно для них приобняла, отчего те сначала застыли, потом резко обернулись и снова застыли. — Дана! — радостно крикнула девчушка, спрыгивая со стула и крепко обвивая руками деву. Ее брат, все еще удивленный, остался сидеть на месте. — Лина, Хэви, как мы давно не виделись! — в ответ обнимая девочку, произнесла Дана. — Ты так и будешь сидеть или обнимешь сестру названную? — обратилась она к малчугану, что за год успел вытянуться и приобретал все более юношеские черты. Девушка сама, не дожидаясь ответа, обняла смущенного сидящего мальчика. — Ну что за нежности, — проворчал тот, отнимая покрасневшее лицо от тела девушки. — Ой-ой, какие мы злые, — от радости Дана даже потрепала его за щечку, как обычно делают бабули со своими внучатами. Из дальнего угла таверны с плохо скрываемым отвращением и презрением за этими соплями наблюдал Гошгар. *** — Дана, мы так рады тебе! Мы боялись, что с тобой что-то случится, — сказала Лина. — Да что со мной может случиться? Максимум вон, собака покусала, — я подняла руку, показывая детям оставшийся от варга шрам. Те сразу расширили глаза и даже Хэви наконец заинтересовался. — Так что все со мной хорошо. Злодеев победили, крепости отбили, — я широко улыбнулась и сложила руки на груди, — лучше расскажите, как вы тут, чем занимались весь год? — Я учусь у швеи, смотри какую юбку я сшила, — девочка покрутилась вокруг себя, представляя свое творение. Криво сшитая, с торчащими нитками юбка все равно была очаровательной в моих глазах, о чем я и сказала Лине. — Спасибо! Это меня тетя Адара учит! — девочка с гордостью продолжала гладить ткань. — Что-то ты какой-то молчаливый, Хэви, — заметила я, мальчик все бегал глазами по таверне. — Да он вообще ворчливый стал, как папа. Он учится у кузнеца Вагнера… — не успела Лина договорить, как брат перебил ее. — Не учусь я, просто помогаю, пока мы у него и Адары живем, — по нему было видно, что он не доволен таким раскладом. — А что, ты не хочешь стать кузнецом? — заинтересованно спросила я. — Какой кузнец, а кто трактиром заниматься будет, когда мы с матерью помрем, — заговорил Кэл, что до этого протирал кружки недалеко от нас. Я не успела ничего ответить, потому как к нам подошла незнакомая девочка, примерно ровесница мальчишки. Она была среднего роста, одетая с самое обычное голубоватое платье, овальное лицо обрамляли длинные косы светло-каштанового оттенка, зеленые глаза спокойно смотрели на мальчика. — Хэви, папа сказал, что ему нужна помощь, — тот сразу подорвался, выпрямился по струнке и, чуть задыхаясь, что-то буркнул и быстро ретировался. — Привет, Нимира, — Лина улыбнулась девочке, — это Дана, — и указала на меня. Нимира, с еще детским восхищением, посмотрела на меня снизу вверх. — О, здравствуйте. Хэви и Лина рассказывали мне о Вас. — Приятно познакомиться, Нимира, — я протянула руку, и девочка несмело пожала ее, — я так понимаю, ты дочь Вагнера и Адары, у которых сейчас ребята живут? — девочка кивнула. — И как, не докучают они тебе? — лукаво продолжила я. — Нет-нет, что Вы. Они очень хорошие. — Да, особенно они с Хэви дружат, — Лина хитро прищурилась, отчего Нимира покраснела. — Ааа, ну понятно, — так же хитро протянула я. — Ладно, я пойду, — девочка замешкалась, — Лина, мама тоже ждет тебя. Девочки ушли, и я, тихо похихикивая, повернулась к стойке. — Эх, Хэви растет, вон, влюбился видимо. — Отлично, через пару лет свадьбу сыграем, — все так же сварливо ответил Кэл. Райна, что до того подметала полы таверны, наконец добралась до нас. — Ну пускай-пускай, это дело молодое, скоро на свидания бегать будет, — я рассмеялась, — а ты, Даночка, жениха подыскала в походе? — женщина красноречиво посмотрела на кольцо, что надето на мой палец. — Подыскала, — уже я смутилась. — Ну вот и славно. Кто он? Когда свадьба? Детей, надеюсь, побольше хотите? — начала заваливать меня вопросами Райна. — Да отстать ты от нее, женщина! — спас меня ее муж. — Ой, да помолчи ты, пень старый, — ответила ему трактирщица той же монетой. — Ничего не скажу, это секрет! — улыбаясь, заявила я. — Ну-ну, как хочешь. На этом наши щепетильные разговоры о любви закончились. Я сказала сообщать мне вастаках, если они опять что удумают, и направилась к выходу. *** Майрон сидел в этой чертовой таверне часами, чтобы краем уха слушать разные сплетни. Как он понял, девчонка часто здесь бывает. Отвратительное поведение. Неужели дитя самого Властелина Тьмы так приязненно относится к этим людишкам. Будь его воля, каждый жалкий смертный и каждый эльда прислуживал бы ему и его Господину. А тут… В голове не укладывалось. Как Мелькор сможет сделать из этой человеко и эльфолюбивой девочки своего сильнейшего, как он считает, союзника и воина?