Жизненная необходимость

— У тебя новый секретарь, — Джейк Олдвин жизнерадостно сиял улыбкой и всем своим нескромным возмутительно-бодрым видом просился на обложку «Alpha’s Health». И это в конце рабочего дня! Берн подумал, что с курением пора завязывать, и потянулся к сигаретной пачке. — Не так давно ты утверждал, что не различаешь их, потому что все они — на одно лицо, — выдохнув дым, сощурился он. Алекс рад был видеть друга и даже не пытался скрыть довольную улыбку. Пожав протянутую руку, он приглашающе махнул в сторону кресла рядом с собой и вдавил кнопку внутренней связи. — Итан, будь добр, два кофе. Джейк появлялся здесь нечасто — короткими набегами в перерывах между работой и семьёй — и почти всегда без предупреждения; его редкие визиты были глотком свежего воздуха в суетливой атмосфере, царившей в главном муравейнике AWBC. Но сегодня Алекс попросил прийти его сам. — Уже третий с начала этого года, если не ошибаюсь, — не дал свернуть с темы Джейк. — Всего лишь второй. — Всего лишь… — цокнул Олдвин. Поддёрнув брюки, он сел в кресло напротив. — И что случилось с его предшественником, прости, не успеваю запоминать их имена? — Не извиняйся, я и сам часто путаю. У нас возникли… хм, некоторые разногласия. Забавная история: в нашу последнюю встречу он потребовал кофе в постель, а Дастин не захотел оказать ему эту услугу. Пару секунд Джейк переваривал информацию, пока удивлённое выражение на его лице медленно сменяла ехидная улыбка. — Речь идёт о твоей постели, я правильно тебя понял? Я не буду спрашивать, что там делал твой секретарь, но если уж он там оказался… Ты удивишься, но кофе в постель — это вполне обычно для пары, которая провела ночь вместе. И принести его должен был ты, а не твой мажордом. — Да? Какой ужас, — вяло удивился Алекс. — Я правильно сделал, что уволил его. Страшно подумать, чем могло всё кончиться. Совместный поход в торговый центр? Планирование семейного бюджета? — Ты неисправим. — Я рад, что наконец-то до тебя дошло. Последовал короткий стук в дверь, и в кабинет вошёл Итан с подносом в руке. Точно выверенными движениями он расставил перед ними чашки с дымящимся кофе и повернулся к Алексу. — Я ещё нужен вам сегодня, мистер Берн? — Нет, можешь быть свободен. Джейк проследил за уходом секретаря и, дождавшись мягкого щелчка двери, с улыбкой озвучил оценку: — Уверен, собран, и в целом производит впечатление профессионала на своём месте, хотя явно и не стремится к этому. Но кого и когда это спасало? С большой долей вероятности в мой следующий визит я опять увижу новое лицо в твоей приёмной, — с нотой сожаления заметил он. — Думаю, там всё ещё будет Итан, — стряхнув пепел, возразил Алекс. — Ты серьёзно? — оживился Олдвин. — Боюсь предположить. Ты в завязке? Решил остепениться? Я бы спросил, может он не в твоём вкусе, если бы не знал эти самые вкусы. Голубоглазый миниатюрный брюнет с ухоженной кожей и идеальным макияжем, упакованный в брендовые шмотки, — я ничего не упустил? Парень в приёмной — копия своих предшественников. Берн решил было оскорбиться тем, что его безосновательно обвиняют в предсказуемости и неоригинальности вкусовых предпочтений, но передумал. Было лень. К тому же, если подумать, определённая доля правды в словах Джейка всё же была. — Есть пара существенных отличий. Итан в браке. Но это второе. А первое, потому что всё же решающее — я принял на работу омегу, начитавшегося романтического бреда и свято уверовавшего в истинность. Идеальная история знакомства с альфой, идеальные отношения, идеальные дети в недалёких планах — абсолютная идиллия. Скоро начну завидовать, — помрачнел Алекс. — Страшно подумать, и ты не побоялся принять на работу упоротого романтика? — Джейк явно продолжал забавляться, но уж лучше так, чем в очередной раз ловить понимающие взгляды и выслушивать более чем прозрачные намёки об эгоизме и девиациях сексуального поведения. Хотя у него сегодня, похоже, всё ещё впереди. Алекс малодушно прикинул, не перенести ли давно откладываемый разговор ещё на неделю-другую. Пожалуй, нет, он и так слишком долго тянул с этим. — Сам себе удивляюсь, ты ведь знаешь, я не терплю идиотов в собственной компании. Но текучка кадров в приёмной начала меня напрягать в последнее время. Наверно, действительно старею. Так что я решил закрыть глаза на этот недостаток, тем более что на исполнительности моего секретаря он не сказывается: парень неглуп и отлично справляется со своими обязанностями. — Кажется, начинаю понимать. Впредь решил охотиться вне стен компании? А я-то понадеялся… — картинно вздохнул Джейк. — Возможно, я оправдаю твои надежды, потому что, в определённом смысле, действительно решил остепениться. Собственно, об этом я и хотел сегодня поговорить с тобой, Джейк, — Алекс сделал последнюю затяжку и, сосредоточенно смяв окурок в пепельнице, добавил: — Думаю, мне пора завести ребёнка. — Как-то странно звучит, — нахмурился Олдвин. — Будто речь идёт об открытии ещё одного филиала компании или о покупке новой машины, или… Может, ты не в курсе, но одному тебе не справиться — в процессе участвуют двое. И обычно сначала находят пару. — Необязательно. — На недоумённый взгляд Берн пояснил: — Пару вполне возможно заменить суррогатным донором. — Скажи, что мне послышалось, — окончательно растерялся Джейк. — Ты же не можешь думать об этом всерьёз? Наблюдая, как сменяют друг друга все оттенки изумления в глазах Джейка, Алекс мысленно поздравил себя: шокировать Олдвина удавалось нечасто и немногим. Обычно тот пребывал в состоянии вселенского равновесия и его же профессионально распространял на своих благодарных клиентов. Но не сейчас. — Алекс, не слишком ли далеко ты зашёл в своей затянувшейся войне за независимость? Я могу понять твой страх перед долговременными отношениями и допускаю, что ты ещё не готов к ним. Бесконечную череду бабочек-однодневок, которые порхают вокруг тебя, я тоже в какой-то степени могу понять, хотя моё мнение на этот счёт ты знаешь. Но суррогатное донорство?.. Прости мне мою наивность, но осознаёшь ли ты в принципе, о чём идёт речь? Суррогатное донорство существует для того, чтобы дать возможность бесплодной паре заиметь ребёнка. Какое отношение к этому имеешь ты, скажи на милость? Или я что-то упустил?.. Расслабленно откинувшись на спинку кресла, Алекс наблюдал за размеренно-терпеливым вращением секундной стрелки настенных часов и не спешил возражать. И напрасно. Его молчание Джейк, по-видимому, расценил, как проявление нерешительности, и с нездоровым энтузиазмом увлечённого профессионала переключился на любимых баранов.  — Ты просил не напоминать о событиях пятилетней давности, но корень всех твоих проблем там. Думаю, ты и сам всё понимаешь, но отрицаешь с поистине ослиным упрямством. Попытайся хоть раз отстранённо взглянуть на то, что происходит с тобой в последнее время. Ты всё ещё продолжаешь бегать от своих призраков, и твоя бредовая идея — очередной пример тому. Не пора ли отпустить прошлое и дать себе шанс начать с чистого листа? «Было бы неплохо, если бы прошлое отпустило его самого». Мрачно посмаковав мысль, Берн решил, что эту заезженную тему он не станет обсуждать даже с Олдвином. Особенно с Олдвином. Протяжно выдохнув, он попытался оформить связный ответ: — У нас с тобой разные представления о шансе, Джейк. И я надеюсь, мы не будем возвращаться к надоевшему нам обоим разговору. Ты знаешь моё мнение: я не собираюсь вступать в брак ни сейчас, ни когда-либо позже, и это не пустые обещания. Но я хочу детей. Всегда хотел, и это ты тоже знаешь. Если ты думаешь, что решение принято спонтанно… За последние два месяца вопрос суррогатного донорства обдуман и просчитан мной в деталях. Осталось уладить пару вопросов, и максимум  через две недели я намерен подписать договор. Прости, Джейк, но для меня это дело решённое. — И сейчас, по сути, ты ставишь меня перед свершившимся фактом, — Олдвин растерянно нахмурился. — Мы виделись в прошлые выходные, и ты ни словом не намекнул, что планируешь более чем серьёзные перемены в жизни… Что случилось, Алекс? Мне казалось, я не давал повода для недоверия. Джейк выглядел обиженным и небезосновательно. Как самый близкий друг, он имел право на большую откровенность с его стороны. Но Алекс достаточно долго его знал, чтобы предвидеть реакцию; он не сомневался, что тот не одобрит его идею, а вероятнее всего — попытается отговорить. Джейк Олдвин был дипломированным психологом, одним из лучших в своей области, и его обширная практика, приносящая немалый доход, подтверждала его таланты как специалиста. В своё время он предлагал ему профессиональную помощь, но Берн отказался наотрез и попросил не возвращаться к болезненной теме. К сожалению, его просьба Олдвина не останавливала, и, время от времени, тот с упорством, достойным лучшего применения, снова принимался за душеспасительно-воспитательные беседы. Ссориться с другом он не хотел, возможно, поэтому не спешил открываться. До настоящего момента. — Что ж… ты прав, я задолжал тебе исповедь. Алекс повертел в руке примятую сигаретную пачку и после недолгого колебания отложил её на стол рядом с пепельницей. — Как я уже говорил, идея появилась пару месяцев назад. И, каюсь, я намеренно не посвящал тебя в свои планы. Дело, конечно же, не в недоверии, тут ты ошибаешься. Если я кому и не доверял в этот раз, то себе. Ты чертовски дотошный мозгоправ, Джейк, считай мои слова профессиональным комплиментом; я знал, что ты будешь против и попытаешься отговорить меня от задуманного. Я не ошибся с прогнозом, не так ли? — немного нервно хохотнул Алекс. — Я действительно считаю твою странную затею ошибкой. Эта новость… Услышь я её от кого другого, решил бы, что это неудачный розыгрыш. Как я могу переубедить тебя? Берн коротко улыбнулся и качнул головой: — Прости. — Знаю, как упрям и непробиваем ты можешь быть в своих решениях, — Джейк прикрыл глаза и потёр пальцами переносицу. — Так что там насчёт исповеди? Могу я хотя бы постфактум узнать подробности? Я так понимаю, ты уже выбрал агентство, занимающееся подбором доноров. С кем ты намерен заключить договор? — С одним из моих служащих. И ты его знаешь, он руководит восточным филиалом компании. — В восточном филиале у тебя Гордон Блейк, — наморщил лоб Джейк. — И он определённо альфа. Каким неведомым природе способом ты собираешься зачать ребёнка с альфой? — Не с ним… с его омегой — Микаэлем Тэйном, — на пару секунд Алекс замялся, прежде чем закончить фразу, но, похоже, Олдвин не заметил заминки, онемев от услышанного. Что ж, примерно такой реакции он и ожидал. — Святое Небо! Куда катится этот мир? — прервал изумлённое молчание Джейк. — В своём ли ты уме, Алекс? Ты действительно намерен заключить договор с Блейком и собираешься заделать ребёнка его паре?  — Ты не знаешь всех обстоятельств, — заезженная фраза, не объяснявшая ничего. Не стоило и надеяться, что Олдвин удовлетворится ею. Судя по едва сдерживаемому нетерпению, вопросы у того множились и требовали немедленных ответов. — Так просвети меня, — с искренним недоумением развёл он руками. — Я теряюсь в догадках, может, наконец, прояснишь, что могло подтолкнуть тебя к такому… как бы помягче сказать, необычному выбору суррогатного омеги? Алексу понадобилась минута, чтобы решить с чего начать. — Причин несколько. В каждом случае речь идёт о конфиденциальной информации, и я прошу тебя не распространяться об услышанном. — Алекс, я знаком с этикой неразглашения конфиденциальной информации, — возмутился Джейк. — Я по уши напичкан откровениями своих клиентов и, поверь мне на слово, до сих пор не выболтал ни одного. — Да, конечно, прости, мне не стоило, — пробормотал Алекс. — Так вот… три месяца назад служба безопасности компании обнаружила утечку денежных средств со счетов AWBC. Все нити вели к восточному филиалу. Команда внутреннего расследования сработала как надо, и доказательств мошенничества удалось собрать более чем достаточно. Так мы вышли на Блейка. Сумма оказалась внушительной, но добиться внятного ответа на вопрос о том, куда он перевёл денежные средства, мы так и не смогли. Огласка факта мошенничества не входила в мои планы:  как ты понимаешь, такой шаг поставил бы репутацию компании под угрозу. А потому в личной встрече с Блейком я предложил ему два варианта выхода из ситуации. Первый — он возвращает похищенную сумму на счета компании и увольняется по собственному желанию. Второй — разоблачение, заявление в прокуратуру и уголовное расследование по факту хищения денежных средств. Я не сомневался, что для Блейка выбор будет очевиден и план не даст осечки. Но альфа оказался не так прост, он предложил мне третий вариант — своего омегу в качестве суррогатного донора. А в качестве оплаты услуг Блейка и его пары — обнуление его долга компании. Некоторое время Джейк нахмуренно молчал, обдумывая услышанное. Алекс прошёл в другой конец кабинета и, открыв встроенный бар, плеснул виски в два стакана. Вернувшись, он протянул один из них Олдвину. Тот на автомате сделал глоток и сморщился:  — Блейк… и почему меня это не удивляет? Мне никогда не нравился его напыщенный снобизм и высокомерие. Есть в нём что-то… не знаю, червоточина какая-то, видимая невооружённым глазом. Берн стоял напротив Джейка, опираясь на стол позади себя, и с интересом, приправленным долей недоумения, рассматривал его. Было чему удивляться: Олдвин крайне редко высказывался о ком-либо с такой категоричностью. — Но откуда он узнал о том, что ты ищешь суррогатного донора? — задал вопрос друг. Алекс вспомнил, как развеселило его предложение Блейка в первую минуту. Настолько, что даже временно задвинуло на второй план злость на него. Гордон Блейк сидел перед ним с выжидающим терпением в позе и взгляде и, похоже, не разделял его веселья. «Почему вы решили, что мне нужен суррогатный донор?» — отсмеявшись, спросил Берн. Тот ушёл от прямого ответа, заметив вскользь, что за личной жизнью общественно значимых персон пристально наблюдают СМИ. Явное напоминание смыло остатки веселья. — Он этого не знал. — Алекс одним глотком опустошил стакан и прикрыл глаза. — Не мог знать, потому что суррогатного донора я не искал. Мысль пришла после того, как я услышал его предложение. Вспомни мой бракоразводный процесс, и ты всё поймёшь. После интервью Абеля в «Омега-Экс» только слепые и глухие не были посвящены в то, что владелец AWBC страдает половым бессилием и что он не в состоянии обеспечить ребёнка безутешному супругу. Изворотливым умом Блейк решил «помочь», с пользой для себя, разумеется. И я решил: почему бы и нет? Это действительно могло стать выходом. Но в тот момент я ещё всерьёз не воспринимал его странное предложение. К тому же, у меня назрело несколько вопросов. Первый — зачем мне «кот в мешке», если я могу обратиться в одно из проверенных агентств с безупречной репутацией, и в любом из них мне предложат на выбор десятки гарантированно здоровых доноров… Ответ Блейка решил всё — он сказал, что Микаэль девственник. Брови Джейка в который раз за вечер взлетели вверх, и Алекс не удержался от смешка. — Забавно, правда? Я удивился так же, как и ты сейчас. Да ладно, четыре года брака и ни одного полового контакта? Кто бы поверил на моём месте? Ответ оказался прост до безобразия: Гордон Блейк импотент. Полная и неизлечимая импотенция и бесплодие бонусом. Признаюсь, на секунду мне даже стало жаль его. Но только на секунду. В конце концов, это не оправдывало его махинаций в стенах моей компании. Перед тем как принять окончательное решение, я просмотрел результаты медицинского обследования Микаэля Тэйна: здоров, способен к зачатию. И девственен. Ты ведь понимаешь, что это значит? Нетронутый генетический код, чистый лист для генома отца*. И по факту — недоступная роскошь в случае с суррогатным донорством: в нашей стране всё ещё действует запрет на донорство для омег, ни разу не вступавших в брак. Олдвин не спешил комментировать услышанное. Слепо уставившись в стену перед собой, он механически покачивал в руке запотевший стакан — подтаявший лёд тихо позвякивал о стекло. Минуту спустя он неопределённо дёрнул плечом: — Я как-то не вникал в тему с юридической стороны, но, думаю, закон не может запретить тебе заключить договор суррогатного донорства с девственным омегой, состоящим в браке. Хотя это и необычно. Никогда не слышал о подобном. Насколько я знаю, суррогатное донорство — прерогатива омег, потерявших пару, и подавляющее большинство из них к моменту заключения договора уже имеют своих детей. Субсидии государства одиноким омегам всё ещё плачевно малы, и многие из них охотно включаются в программу донорства, видя в этом возможность заработать неплохой капитал за сравнительно короткое время. Совсем другое дело — омега, состоящий в браке. Инстинкт собственника по отношению к своей паре в альфе — один из самых сильных. Альфа, который согласился бы, чтобы его омегу использовали в подобном качестве, больше того, сам это предлагает — это против самой природы полов. Даже не знаю, много ли таких найдётся? Возможно, Гордон Блейк — первый. Во всяком случае, мне бы очень хотелось так думать. Джейк поставил стакан на стол, и устало провёл ладонью по лицу: — Вся эта история… Ты уверен, что хочешь в этом участвовать? Блейк — не тот амон, с которым я стал бы в принципе вести какие-либо дела, тем более, настолько личные. Меня удивляет, что ты до сих пор не уволил его. В сложившейся ситуации Гордон повёл себя, как редкий подлец, и его финансовые махинации, на мой взгляд, меркнут в сравнении с тем, что, спасая свою шкуру, он запросто предложил постороннему альфе свою пару в качестве инкубатора. Подумай, стоит ли доверять ему? Уволить Блейка было первым порывом, но, поразмыслив над последствиями, Берн решил, что если он всё же подпишет с ним договор, будет разумнее держать того на виду. — Держи друзей близко, врагов — ещё ближе, — Алекс опустился в кресло, достал сигарету из пачки и, неспешно прикурив, выпустил дым в сторону от собеседника. — Он не посмеет нарушить договорённости, это не в его интересах. У меня достаточно компромата, чтобы надолго засадить его за решётку, не говоря уже о том, что уголовное расследование порвёт в клочки его профессиональную репутацию. Он не настолько глуп, чтобы не понимать своё шаткое положение. Незаданный вопрос царапал почти физически ощутимым налётом недосказанности, и Джейк, ну кто бы сомневался, не мог милосердно не вспомнить о том… — Как Микаэль Тэйн относится к идее о донорстве? Ты ведь не можешь не понимать, учитывая обстоятельства брака, для него это, вероятнее всего, единственная возможность зачать и родить ребёнка. Ребёнка, которого он потеряет в тот же момент, как родит. Это был второй из вопросов, заданных Алексом Гордону, — как его омега относится к перспективе стать донором? «Об этом вам не следует беспокоиться, мистер Берн, у вас будут все необходимые бумаги, подтверждающие его согласие», — всё, что альфа ответил ему тогда, и Алекс не стал выяснять детали. Сейчас, в разговоре с Олдвином, это виделось иначе. Молчание затянулось. Джейк склонил голову и медленно кивнул, словно соглашаясь с собственной мыслью: — Дай-ка угадаю: ты ни разу не встречался с Микаэлем и не говорил с ним. Осуждение, прозвучавшее в словах Джейка, было более чем оправданным, но никто не заставил бы сейчас Алекса в том признаться. Он не понаслышке знал, как мастерски Олдвин умеет вытаскивать подсознательные страхи и сомнения, с тем чтобы препарировать их потом с увлечённостью фанатичного исследователя. — Не встречался и не говорил. Зачем? У меня есть юридически заверенное согласие омеги на донорство и результаты его медицинского обследования, все формальности соблюдены, и это всё, что меня интересует. — И тебя не смущает этическая сторона вопроса? — О какой этике ты говоришь? — Алекс не донёс сигарету до рта, рассмеялся сухо и зло. Уже не сдерживая раздражения, он резко оттолкнулся от стола и отошёл к окну. — Кто вспомнил о грёбаной этике, когда в зале судебного заседания на очередном этапе фарса, названного бракоразводным процессом, в сотый раз перетряхивали моё грязное бельё, или когда месяцем позже меня поливали помоями жадные до сенсаций СМИ? Тебе ли не знать, Джейк? Пять лет назад у меня выработался отличный иммунитет на этику. — Я помню, Алекс. Я присутствовал на каждом из заседаний. Мне искренне жаль, что всё это произошло с тобой, и мне вдвойне жаль, что ты не дал мне возможности помочь тебе. Но сейчас ты несправедлив: омега Блейка не виновен в твоих бедах. Мягкое участие в голосе друга заставило почувствовать угрызения совести. Джейк — последний, кто заслужил этот спонтанный выплеск гнева. Но признать его правоту — значило отказаться от своих намерений, такого Алекс допустить не мог. — Жизнь вообще несправедлива, Джейк. Чем раньше он поймёт суровую истину, тем проще ему будет приспособиться к ней, — уже почти спокойно добавил он. Алекс отошёл от окна и, смяв в пепельнице окурок, сел напротив Олдвина. Некоторое время тот молча и сосредоточенно смотрел в пространство перед собой, словно обдумывая новые доводы. Алекс точно уловил момент, когда он сдался, смирившись с бесполезностью спора. Во взгляде Джейка, когда он снова посмотрел на него, читалось усталое разочарование. — Что-то мне подсказывает, Алекс, что эту науку он регулярно постигал все четыре года своего брака. И теперь его ждёт встреча с ещё одним воинствующим альфой. Пречистое Небо, храни Микаэля Тэйна!