Родственные души...

Pov Мия       Просыпаюсь и чувствую, что что-то изменилось. Осторожно выбираюсь из его объятий, сажусь на кровать и смотрю на Эрика. Он спит, такой красивый и спокойный. Не имею понятия, как у меня это получается, возможно, просто слишком сильно этого хочу, мне вдруг удаётся проникнуть в его сознание.       На долю секунды я замираю, пытаясь понять, действительно ли я в его голове или же это моё воображение, но потом решаю просто наслаждаться моментом. После у меня будет время во всём разобраться. Сделав глубокий вдох, я открываю глаза.       «Он лежит на пляже, солнце светит так ярко, но совсем не ослепляет, скорее согревает. Я рядом с ним, сижу и строю замок из песка. То, каким он видит меня, так красиво, так сладко! В его мыслях я занимаю всё пространство, мой образ ясный и сияет, как солнце над головой.       Эрик переводит взгляд куда-то позади меня, и я инстинктивно оборачиваюсь, не успеваю увидеть что-либо, как всё вдруг исчезает, и начинается беспорядочный поток картинок.»       Вздыхаю, покинув его мысли, он по-прежнему спит, а вот я в растерянности. Как такое возможно? Хотя, с другой стороны, существование таких как мы, вообще за гранью возможного, мы - парадокс. Кто знает, что ещё мы сможем в будущем...       Поднимаюсь с кровати и иду в ванную, вдруг чувствую лёгкое головокружение, но стараюсь не предавать этому значения. Мы снова пропустили ужин, да и полночи занимались сексом, это не удивительно, что я чувствую лёгкую усталость.       Приняв душ и почистив зубы, выхожу в спальню, и сразу ловлю на себе его взгляд.       — Доброе утро, малыш, — улыбаюсь, стараясь не показывать ему своего беспокойства, которое, наверняка, совершенно беспричинно.       — Привет, иди ко мне, — он протягивает мне руку, и я сразу переплетаю наши пальцы, забираясь на постель и в его объятия. — Ты вообще спала? — он зарывается лицом в мои влажные волосы, поплотнее вжимаясь стояком в мой живот.       — Мм, — тяну с блаженством, лаская его плечи. — Спала, вернее, если ты не понял, кажется, я отключилась под тобой.       — Даа, — шепчет он хрипло, освобождая меня от полотенца. — Готова к продолжению? — это скорее не вопрос, а утверждение, ведь я уже довольно стону, когда его ладони накрывают мою грудь.       — Всегда готова, — шепчу смущённо, приподнимаюсь, оседлав его живот, упираюсь попой в его каменный стояк и начинаю тихо раскачиваться. Трусь об горячую плоть, прикусываю губы и буквально растекаюсь от наслаждения.       — Моя ненасытная, — говорит он, глядя мне в глаза. — Какая же ты сладкая, Мия!       — Эрик, — не могу больше ничего из себя выдавить. Мысли снова сбились в кашу и смешались с жидким огнём, растекаясь по моему телу.       Отвожу руку назад, обхватив его член ладонью, прижимаю к своей попе, продолжая двигаться на кубиках стального пресса, размазывая по горячей коже свои соки. Он довольно рычит, одной рукой сжимая мою грудь, другой ягодицу.       — Любимый, — сделав ещё пару движений, я разлетаюсь от сладкого оргазма, и он кончает мне в ладонь и на мою попу.       Падаю на его вздымающуюся и опускающуюся в неровном дыхании грудь и пытаюсь восстановить дыхание.       — Я люблю тебя, — шепчу ему, приподняв голову и глядя в такие любимые глаза.       — И я тебя, малышка.

***

***       День на работе сегодня напряжённый, документам не видать конца и края. Занятая бумагами, я даже не понимаю, как проходит время, и когда Коэл стучит и в дверном проёме показывается его голова, я, мягко говоря, удивляюсь.       — Почему у тебя такое лицо, словно мы не договаривались обедать вместе? — добродушно улыбается друг.       — Скорее, оно выражает радость, что я наконец увидела человеческое лицо, а не бесконечные буквы и цифры, — дёргаю плечами, закрывая папки.       — Он опять завалил тебя работой, — ухмыляется друг, кивая на пустой стол Эрика.       — Да, и смылся сам по «важным"делам, — бубню недовольно, хотя, я сама прекрасно понимаю, почему мой муж время от времени уходит на «полевую» смену. Просто находясь в одном помещении, не наброситься друг на друга у нас, мягко говоря, ещё не получается. Поднимаюсь из-за стола, и забрав куртку, собираюсь выйти, когда на мгновение теряю равновесие от головокружения.       — Эй, полегче, детка, — Коэл сразу оказывается рядом, не дав мне упасть. — Ты в порядке?       — Да, кажется, я действительно насмотрелась в монитор, — говорю успокаивающе, хотя, я уже не уверена, в чём причина этого странного состояния.       Но когда мы чуть позже заходим в столовую, и я буквально сдерживаю рвотный порыв от запаха бифштекса, меня вдруг осеняет. Кое-как пообедав, иду прямиком к Калебу, прежде убедив друга, что у меня просто несварение. Стучу в дверь и после секундного молчания слышу его тихое: «проходите».       — Привет, — захожу в стерильное помещение, запах лекарств сразу бьёт в ноздри, и я морщусь.       — Мия, что-нибудь случилось? — парень обеспокоено смотрит на меня.       — Не уверена, — говорю, проходя прямиком к окну. — Со мной что-то происходит.       — Думаешь, это может быть последствия сыворотки? — он поднимается из-за стола и подходит ко мне.       — Не знаю, Калеб, это ты должен выяснить, — пожимаю плечами, не оставляя попытки открыть окно.       — Что именно ты чувствуешь? — он осторожно убирает мои руки от бедной ручки и с лёгкостью отворяет ставню.       — Головокружение и тошноту, — делаю долгожданный вдох чистого воздуха, подставляя лицо к порыву ветра. — Возможно, это из-за яблок.       — Яблок? — приподнимает брови. — Каких яблок?       — Красных. В последнее время поглощаю их, как не в себя.       — Хорошо, когда надышишься, проходи в смотровую, — он как-то загадочно улыбается, и я согласно киваю, пытаясь понять, что его так развеселило, ведь он даже не попытался скрыть улыбку. Pov Эрик       Потягиваюсь, стараясь не задеть спящую нимфу, но вытянув руку, вдруг понимаю, что я в постели один. Открываю один глаз. В комнате ещё темно, за окном только едва сереет. Поворачиваю голову и вижу свет, льющийся сквозь щель из-под двери в ванную. Потираю глаза, отгоняя остатки сна, и приняв вертикальное положение, смотрю на часы на тумбочке. Пять утра. Какого черта маленькой засранке не спится? Мия явно чем-то встревожена, причем, не первый день. Но она молчит, и я просто жду, не задаю вопросов.       Поднимаюсь с кровати, и как есть, голышом, топаю в ванную. В приоткрытую дверь вижу Мию. Девчонка сидит на крышке унитаза, замотанная в темную простынь, в позе Лотоса, точит яблоко и периодически нервно поглядывает на какую-то хрень, зажатую в руке, похожую на авторучку или… Не важно. Понятия не имею, что это, поэтому просто открываю дверь и захожу в уборную.       — Милый? Почему ты не спишь? — она рефлекторно прячет за спину штуковину и напряжённо улыбается. Чувствую, как сразу возрастает её пульс, будто её поймали с поличным.       — Хотел спросить то же у тебя, — приподнимаю бровь, глядя на мусорку, которую уже до половины занимают огрызки от яблок. — Что это?       — Это? Мммм… — смотрит на вещь у себя в руке, поднимается с унитаза и пятится назад, положив яблоко на умывальник. — Ничего.       — Хорошо, — вижу, что она на нервах, и стараюсь говорить спокойно. — Тогда другой вопрос: ты думаешь я не заметил, что ты за неделю сожрала годовую норму яблок?       — Что в этом плохого?       — Ничего. Покажи, что у тебя в руке.       — Эрик, — начинает было она, но я ловлю её, крепко обняв обеими руками и лишив возможности двигаться.       Разжав у неё за спиной её пальчики, отбираю пластиковую штуку и взглянув на неё, убеждаюсь, что всё ещё понятия не имею, что это. Вижу на ней цифровое окошко, в котором горит плюс и снизу через чёрточку цифры восемь и девять.       — Так ты мне скажешь, что это? — поднимаю вверх предмет, зажав его между пальцами.       — Это тест, — отвечает едва слышно, и её щёки заливаются румянцем. — На беременность. Я в положении.       — Это… — сглатываю ком, мгновенно образовавшийся в горле. — Ты, блять, что?! И давно ты знаешь?       — Эрик, серьезно? — начинает злиться. — У тебя в руках тест. Сколько, по-твоему, времени я знаю?       — Ты не ответила.       — Если точно, то со вчерашнего дня. Была у Калеба на осмотре. Он дал тест, чтобы убедиться в точности срока, который он поставил.       — Убедиться? И как он его поставил? — приподнимаю бровь. Поняв, о чем говорит девчонка, чувствую, что начинаю закипать от злости, и стараюсь заглушить ей подступающую панику.       — Милый, ты вчера родился? С помощью осмотра на кресле. На ощупь! — видимо почувствовав мой гнев, делает шаг назад. — Вот, значит, как! — вдруг резко толкает меня к выходу. Не успеваю среагировать, как уже стою снаружи, и перед моим носом резко захлопывается дверь.       — Мия, открой немедленно! — рычу, постучав пару раз ладонью.       — И не подумаю!       — Как блять я должен был отреагировать?! Ты сидела в кресле перед этим щенком! Он в тебя ещё и пальцы совал! — чувствую, как к моему страху, злости и жуткой ревности вдруг добавляется желание, которое растёт по экспоненте. Эта необъяснимая и глупая жажда самоутвердиться и напомнить бесячей малявке, что она МОЯ.       — Ты вообще себя слышишь? Я сказала тебе, что жду от тебя ребёнка, а всё, что тебя волнует, это то, что мой доктор — молодой и красивый?!       — Так значит, красивый?!       — Господи! Эрик!       — Открой эту чёртову дверь, пока я её не вынес!       — Не открою! Можешь выбивать! В конце концов, это твоя квартира. Ломай в ней всё, что пожелаешь, — голос Мии дрожит, и я чувствую её обиду.       С силой дёргаю ручку, издав нездоровый треск, наличник отлетает, и дверь открывается.       — Ты неотёсанный кобель, который думает только о том, как бы потрахаться! — она пятится назад, но упирается спиной в стекло душевой.       — Я не виноват в том, что хочу тебя, — в два шага сокращаю расстояние между нами и надавив ладонью на её затылок, впиваюсь губами в её ротик. Чувствую на языке соленый вкус. По её щекам текут слёзы, и мне от этого вдруг становится так хреново и больно, будто на сердце плеснули кислотой. — Иди ко мне, — подхватываю её на руки и выхожу из ванной, перешагнув через валяющийся под ногами наличник.       Опускаюсь с ней на край кровати, посадив Мию к себе на колени, мысленно радуюсь, что она в простыне. Иначе разговора у нас с ней точно бы не вышло, потому что мой стояк и так уже весьма красноречиво упирается в её попу.       — Во-первых, никакой МОЕЙ квартиры нет. Она наша. Во-вторых, мне не каждый день сообщают, что скоро я стану отцом.       — Можно подумать, я мама со стажем, — обиженно дует губки и шмыгает носиком. — Ты первый начал разговоры о ребёнке. Почему ты теперь вдруг испугался?       — Я не знаю, — отвечаю честно, уткнувшись лбом в её плечо. — Но если этот бляденыш ещё раз к тебе прикоснется, нахрен оторву ему руки, — поднимаю глаза и встречаюсь с ней взглядом.       — Калеб хороший врач. Тебе это известно.       — Известно. Но на приёмы я буду ходить с тобой, — хмурюсь, снова начиная заводиться.       — Ооо… Ну тогда ты точно его без рук оставишь, — закатывает глазки и поднимается с моих колен.       — Ты издеваешься?! — встаю с кровати. Маленькая засранка, кажется, намеренно выводит меня из себя, и возникает дикое желание, отшлёпать её по сладкой попке.       — Вовсе нет, милый. Я буду очень рада видеть тебя на моих осмотрах у гинеколога, — стоит, глядя на меня снизу вверх. Её грудь, обмотанная простынёй, тяжело вздымается. — Когда я влезу на кресло, разведу ноги, — облизывает губки.       — Мия, — рычу предупреждающе.       — Потом он наденет перчатки и…       — Сучка! — протягиваю руку и резко сдёргиваю с неё простыню. — Ты нарочно меня изводишь, — шиплю в её ушко, притянув к себе. — Значит, должна понимать, что нарываешься на наказание, — провожу языком по её шее от ключицы, заканчивая за ушком, на что девчонка призывно стонет и закрывает глаза, запрокинув голову.       Подхватив её на руки, почти кидаю на кровать и сразу разведя её бедра, ввожу в неё два пальца, присев между её ног. Начинаю двигать ими, лаская клитор большим пальцем и зажав в свободной руке свой член. Понимаю, что она близка к развязке, потому что сам уже задыхаюсь от возбуждения, и спустя несколько движений девчонка кончает и извивается, насаживаясь на мои пальцы. Насладившись нашим общим оргазмом, немного отдышавшись, размазываю по члену свое семя.       — Перевернись на животик, — говорю хрипло, и Мия послушно переворачивается, дрожа от предвкушения.       Сжимаю рукой упругие ягодицы, и она стонет, приподнимая попу. Ввожу большой палец в её киску, другими играя с цветочком пирсинга, Мия вскрикивает, и начинает нетерпеливо вилять бёдрами. Второй рукой раздвигаю её ягодицы и упираюсь смазанным спермой членом в её вход, продолжая ласкать её киску.       — Нет, Эрик! — она слабо вскрикивает и напрягается.       — Да, милая, — хриплю, задыхаясь от жуткой похоти, массируя нежно тугое кольцо. — Постарайся расслабиться.       — Малыш, не надо, — уже тихо шепчет она, но мои ласки делают своё дело, и Мия разводит ножки шире, снова приподняв попу.       Медленно, но настойчиво толкаюсь в её задний проход своим стояком, и наконец мышцы поддаются, впуская меня миллиметр за миллиметром, сразу сжимая мой член так сильно, что я начинаю неконтролируемо громко стонать. Не вынимая пальца из её, истекающей соками, киски я осторожно двигаюсь внутри её тела, постепенно входя всё глубже.       «Ты такой засранец, но как же это сладко!» — слышу в голове её слова, и они напрочь сносят мне крышу.       Ускоряю движения, которые становятся всё более резкими, в то же время продолжаю двигать большим пальцем в её влагалище.       «Кажется, я сейчас сдохну от наслаждения. Бля…» — на этом мои мысли обрываются, и я с криком кончаю, едва успев выйти из её горячего тела. Мия кричит вместе со мной, и я чувствую, как пульсирует её плоть вокруг моего пальца.       Забив на то, что постель безнадежно испачкана, можно сказать, залита моей спермой, падаю рядом с девчонкой и привлекаю её в объятия, перевернув на бок.       — Я люблю тебя, — говорю, упершись лбом в её лоб. — И буду любить нашего ребенка. И я буду ревновать тебя к Калебу, Коэлу и ко многим другим. Просто не смогу по-другому, потому что это Я. И потому, что ты такая красивая и горячая, что я каждый раз схожу с ума, когда ты рядом, и тем более, когда тебя рядом нет. Pov Мия       — На самом деле, малыш, тебе правда не стоит беспокоиться, хотя бы просто потому, что я люблю тебя больше всего на свете, а на счёт Калеба, — упираюсь ладонями в его грудь, заставляя лечь на спину и удобно устраиваюсь на его груди. — Он практически не касался меня, я не раздвигала ноги перед ним и не сидела на кресле.       Эрик смотрит на меня с вопросом, и я, поцеловав его подбородок, продолжаю:       — Я лежала на кушетке, рядом с монитором, переоделась в бумажную юбку, и он провел осмотр при помощи специального аппарата, который ввёл в меня. Так что, в следующий раз ты сможешь пойти со мной, — он смотрит на меня с минуту и вдруг начинает смеяться.       — Что такого смешного я сказала? — приподнимаюсь на нём, седлая его бёдра.       — Ты просто невообразимая засранка, — вдруг говорит он совершенно серьезно, и от его холодного взгляда я невольно ёжусь. Сразу прислушиваюсь к его чувствам, на что он рычит, скидывая меня на постель. — Маленькая сучка, ты намеренно выводишь меня из себя, не так ли? — нависает надо мной, пригвоздив меня к матрасу.       — Совсем нет, — защищаюсь. — Ну, может, совсем немного, — Эрик приподнимает колотую бровь. — Хорошо, ладно, я намеренно хотела тебя разозлить, — вздыхаю, обнимая его за плечи.       — Почему, Мия? — вопреки моим ожиданиям, его тон сменяется на спокойный.       — Не знаю, наверное, потому, что это единственное, что я могу, ведь ты делаешь со мной всё, что захочешь, — вздыхаю, по-прежнему лаская его плечи.       — Посмотри на меня, — это скорее звучит как просьба, чем как приказ, даже не смотря на привычный, холодный тон. Поднимаю на него взгляд, и Эрик улыбается. — Это твой способ самоутверждения, я правильно понял?       — Возможно. Я не знаю, — отвечаю честно.       — Ты же понимаешь, что я не тот человек, на ком стоит самоутверждаться? — он наклоняется ко мне и шепчет в самые губы. — Или тебе нравятся последствия? — опускает руку вниз, просунув между нами, ласкает мой живот, и спускается ниже, прижимает ладонь к моей киске, и я задерживаю дыхание.       — Да, — шепчу на вдохе, и он впивается в мои губы горячим поцелуем.

***

      — Вот, стащил у ребят в столовой, — Коэл заходит в кабинет и кладёт на мой стол бумажный пакет.       — Умоляю скажи, что это красные, сахарные! — тянусь к пакету, и как только мои пальцы касаются холодного фрукта, я не могу сдержать довольный визг. Пусть даже это не красные яблоки. — Милый, ты просто чудо!       — Прости, сладкая, красных не нашёл, — смеётся друг, присаживаясь напротив. — Так ты была у врача?       — Да, — кусаю большой кусок и сразу принимаюсь жевать, радуясь сладкому вкусу, что растекается по рту.       — И что он сказал?       — Я беременна, — улыбаюсь. — Как вы с Тори и предполагали.       — А Эрик? — чувствую беспокойство в его взгляде.       — Он рад, в конце концов, это была его инициатива, — пожимаю плечами. — Он сделал всё для этого.       — Оу! Только без подробностей, — друг поднимает руки перед собой в защитном жесте. — Я не переживу.       — Ладно, не буду, — улыбаюсь ему. — Ты разве не должен быть сейчас на смене? — вдруг вспоминаю наш вчерашний разговор.       — Эрик снял меня со смены в последний момент, они с Максом куда-то уехали, так что… — смотрит на меня как-то виновато, и я сразу всё понимаю.       — Значит, сегодня ты моя личная охрана, — вздыхаю обречённо. Конечно, я вынесу мозг своему мужу, как только он вернётся, но с другой стороны, понимаю его страхи, если учесть, что нам вместе пришлось пережить. Тем более, сейчас я беременна, и явно он будет перебарщивать с моей безопасностью.       День проходит спокойно, Коэл даже помогает мне разобраться с бумагами, на обед мы не идём в столовую, забрав с собой еду, отправляемся к Тами.       Подруга сегодня воодушевлена больше, чем обычно, и вскоре мы понимаем причину. Тами демонстративно кладёт на столик стаканы для сока, что мы принесли, причём она делает это так медленно, что мне на глаза попадает кольцо на безымянном пальце девушки.       — Тами! — поднимаю на неё восторженный взгляд, и она согласно кивает, улыбаясь на все свои тридцать два белоснежных зуба. — Поздравляю, милая.       Решаю, что сегодня её день, я о своей беременности могу рассказать и завтра. Главное, что Эрик в курсе, и мне больше не приходится сходить с ума от представления его возможной реакции.       — Спасибо, дорогая, — закончив с объятиями, мы дружно смотрим на Коэла, парень выглядит озадаченным, явно не понимая, что происходит, и с чем это я поздравляю подругу.       — Тами выходит замуж, — объясняю ему, и наконец после секундного молчания он поднимается с места, тоже поздравляя её, сжимая в теплых объятиях, но я просто не могу не заметить мимолётную грусть в его взгляде.       — Он всё ещё думает о ней? — спрашиваю его шёпотом, когда Тами выходит в ванную.       — Да, он даже запросился на дальнюю разведку, чтобы пореже бывать в Чикаго, — дёргает он плечами.       — Это грустно, — поджимаю губы. — Но так бывает.       — Тебе легко говорить, тебе точно не грозит быть брошенной своим любимым, — обвинения в его тоне нет, скорее, просто констатация факта.       — Коэл, а ты не думал, что если с ним что-нибудь случится, я просто не выживу? — спрашиваю с улыбкой. — И не потому, что не переживу эту потерю физически, а потому, что мне не нужна жизнь без него.       — Ты права, прости, — он грустно вздыхает, сжимая мою ладонь в своей.       — И тем не менее, я понимаю его боль, но он обязательно найдёт свою половинку.       — Да уж, пусть хотя бы поскорее, а то мне категорически не хватает друга, — говорит скептически и добавляет: — Друга без пмс и новых человечков в животиках.       — Ты же понимаешь, что это прозвучало, как половая дискриминация? — спрашиваю, смеясь.       — Что он опять сказал? — Тами появляется в дверном проёме.       — Да, как обычно, — говорим в один голос и смеёмся.

***

      Так и не дождавшись Эрика в кабинете к концу рабочего дня, иду домой. За целый день мы переговаривались пару раз ментально, он очень занят, и по этому я старалась не отвлекать его, но сейчас я уже начинаю волноваться.       «Милый, ты в порядке?» — спрашиваю, открывая дверь в нашу квартиру.       «Да малышка, я задержусь. " — отвечает коротко.       Прислушиваюсь к его чувствам, и не уловив причин для беспокойства, вздыхаю с облегчением, хотя, если быть уж совсем честной, я чувствую себя спокойно только тогда, когда он рядом.       Выхожу из душа как раз, когда открывается дверь. Не дожидаясь, пока он её закроет, я подбегаю и сразу прыгаю в его объятия.       — Я так соскучилась! — говорю между поцелуями, ощущая нашу общую радость и привычное возбуждение, когда мы вместе.       — Я тоже, маленькая, — он придерживает меня одной рукой, и наконец до меня доходит, что он что-то принёс.       Эрик сажает меня на стул и ставит на стол бумажный пакет.       — Что это? — смотрю на мужа с удивлением.       — Открой, — снимает куртку, не переставая смотреть на меня.       Открываю пакет, и моё сердце радостно ёкает. Яблоки, красные, сахарные.       — Эрик, — всхлипываю. Не знаю, почему я плачу, скорее всего, от счастья.       — Почему ты плачешь? — он смотрит на меня растерянно. — Я сделал что-то не так?       — Нет, — отрицательно качаю головой, протягивая к нему руки. — Ты самый лучший на свете.       — Тогда почему же ты плачешь? — обнимает меня, касаясь подбородка и всматриваясь в мои глаза.       — Не знаю, — шепчу, громче всхлипывая.       — Маленькая, — Эрик зарывается лицом в мои волосы. — Ты такая сладкая!