Родственные души...

Pov Мия       — Это всего лишь одна ночь, — ласкаю пальцами его плечи, подставляя шею для поцелуев.       — Это не всего лишь одна ночь, — сжимает он мою талию, крепче прижимая меня к себе, — Это целая ночь без тебя, — вжимается стояком мне в живот, и я сразу стону от осознания того, что он снова хочет меня, хотя, Эрик и трахал меня весь вечер, не выпуская из постели ни на минуту.       — Милый, — собираюсь силами и пытаюсь освободиться от его таких желанных объятий. — Сейчас за мной придёт Тами, да и парни тоже.       — Ничего, они подождут, — он уже вовсю шарит под моим платьем, сжимая мне попу и посылая волны мурашек по всему телу от своего горячего дыхания в мою шею. Уже готовая послать всё к чертям и насладиться этим мгновением, слышу тихий стук в дверь.       — Малыш, — зову его, задыхаясь. — Прошу, нам действительно стоит остановиться.       — Блядь, — рычит он, прикусывая нежную кожу на плече. — Хорошо, — Эрик нехотя отстраняется от меня, какое-то время мы просто стоим, глядя друг другу в глаза и восстанавливая сбившиеся дыхание. — Но после, Мия, ты обязательно всё отработаешь, — улыбается, и я сразу согласно киваю, прикусывая губу.       — Иначе и быть не может, — шепчу, касаясь его щеки нежным поцелуем.       Собираюсь уже выходить, забрав свою куртку, когда он окликает меня у двери.       — Мия, — смотрит мне в глаза, и я сразу понимаю, что именно он хочет сказать.       — Любимый, — подхожу к нему и обнимаю. — Я обещаю, что никогда больше не сделаю тебе больно, ты должен мне верить.       — Я верю тебе, но это не значит, что не схожу с ума от ревности, — говорит он, вздыхая и зарываясь пальцами в мои волосы.       — Малыш, прости меня! — отстраняюсь от него и смотрю в любимые глаза, которые сейчас излучают столько тепла, что я буквально растворяюсь в них. — Я не дам тебе повода усомниться во мне, больше никогда в жизни!

***

***       — Господи, твой животик растёт не по дням, а по часам! — улыбаюсь, видя, как Трис пытается присесть, девушка смешно ощупывает позади себя стул, словно может промахнуться.       — Да уж, наш малыш весь в папочку, — она нежно поглаживает его, и я вдруг понимаю, что действительно хочу такого же чуда, хочу ребёнка, ребёнка Эрика. -Это мальчик, — продолжает Трис.       — Представляю инструктора, — ухмыляется Тори. — Он, наверняка, на седьмом небе.       — Нет, не представляешь, — смеётся Трис. — Иногда мне кажется, что Фор забывает, что наш малыш ещё у меня в животе, разговаривает с ним, рассказывает всякие истории, а поход к врачу — это вообще отдельная тема. Он, разве что, не плачет.       — Боже, это так мило! — говорю, представляя, какой будет реакция Эрика, когда вдруг я забеременею. И, скорее всего, этого не придется долго ждать, учитывая, что мы делаем всё для этого.       — А как себя ведёт Юрай, — спрашивает Тори, когда Тами садится рядом с нами.       — О, в точности так же, как и Фор, — дёргает она плечами. — Он даже толком не восстановился после ранения, а уже носится за мной попятам, то заставляет есть, то лежать, — вздыхает подруга. — Мне кажется, такими темпами до конца беременности я уже вообще не буду влезать ни в какие двери.       Естественно, мы уверяем её, что всё не так уж страшно, как она думает, и что она совсем не поправилась, всего-то пара килограмм. В какой-то момент от веселой болтовни меня отвлекают мысли Эрика, его переживания. Сосредоточившись на его чувствах, хочу поговорить с ним, когда вдруг чувствую, что всё не совсем так, как было раньше. Вдруг понимаю, что не просто слышу его чувства, а вижу мысли, пока только мой образ, он расплывается, смешиваясь с моими мыслями, а я пытаюсь не паниковать. Мы непременно со всем разберемся, главное — это сейчас успокоить его, пока он не ворвался сюда за мной. Pov Эрик       — Напомните мне ещё раз, какого хрена я должен потакать всем её прихотям? — ставлю пустой стакан на столик и откидываюсь на спинку дивана.       — Ты так говоришь, словно у тебя есть выбор, — ухмыляется инструктор. — Вы с Мией как пламя и вода. Каждая ваша очередная стычка бывает зрелищней и громче предыдущей. Но, в конечном итоге, либо пламя испаряет воду, либо вода тушит пламя.       Смотрю на него, не отрываясь, приподняв колотую бровь, и не произнося ни слова. Мелкий Педрад начинает ржать в голос.       — Что я сказал смешного? — Фор хмурится, сделав глоток из стакана.       — Серьезно, дружище? Ты говоришь метафорами с Эриком, — продолжает смеяться, и теперь уже и я начинаю хмуриться.       — Я надеялся, как бывший эрудит, он меня поймет.       — Тут дело не в качестве или количестве ума, а в его уклоне. Эрик умнее большинства бесстрашных, особенно урожденных, но он мыслит прямо и совершенно не понимает намеков.       — Вы же сейчас в курсе, что я, блять, здесь и отлично вас слышу?       — Лидер, не злись. Это вовсе не плохо, я просто констатирую факт, — мальчишка поднимает руки в защитном жесте.       — Если тебя не добило отречение, то твое правдолюбие точно доканает, — качаю головой. — Странно, что я не пристрелил тебя во время инициации, как дивергента. Хотя, по большому счёту, мне насрать, будь ты даже им, — взяв сигарету, снова откидываюсь на спинку дивана, и подкурив, делаю глубокую затяжку. — Сейчас меня напрягает только одно: этой мелкой сучке весело, она там ржёт, как конь со своими подружками. Какого хрена невесело мне? Она всего лишь этажом ниже, в нескольких сотнях метров, а мне кажется, словно у меня оторвали руку, — затушив сигарету в стакане с вискарем, устало закрываю лицо ладонями.       Мия веселится, я отлично чувствую её настроение, но мне оно почему-то не передается. Единственное, что я сейчас ощущаю — это дикую потребность в ней, в её близости. Возможно, это потому, что она сегодня ночует у Тори. Снова грёбанной, мать её, Тори. Этой течной суки, которая теперь ещё и мученицей стала в её глазах. Зная Мию, теперь она не бросит её до конца жизни, и все мои мытарства по этому поводу — сущая вода, не возымеют действия, хоть об стену расшибись.       Упёртая мелкая засранка! Помимо всего меня жутко напрягает перспектива, провести ночь в одиночестве. Как на зло, алкоголь ни грамма не действует, и общество друзей помогает слабо. Надо сказать, моё терпение на этот раз слишком быстро достигло апофеоза и теперь стремительно идёт на спад. Нужно вытаскивать её оттуда и тащить домой, иначе, жди беды. Тараканы в моей голове уже ехидно потирают лапки: ну-ну…       — Совсем недавно ты едва не потерял её, — голос Юрая вырывает меня из потока мыслей. — Ей в этом случае немного легче. Мия знала, что ты её спасёшь. Она, в отличие от тебя самого, никогда не сомневается в твоих силах. А ты в глубине души был неуверен в том, что снова её увидишь.       — И что это значит? — хмурюсь, в моей голове, блять, только ещё одного «психиатра» не хватало.       — Это просто объясняет твое настроение. Прошло мало времени, и ты ещё не готов расставаться с ней надолго.       — Да пофиг. Это всего лишь одна ночь, — стараюсь натянуть безразличное лицо, на что Юрай лишь улыбается, а вот убогий качает головой, чем бесит меня ещё больше.       Дохрена вы все знаете. Поднимаюсь и иду к холодильнику за пивом, с вискарём лучше сейчас не шутить, уж слишком он подстёгивает мою фантазию. Уже так себе и представляю язык этой суки у Мии во рту. — Твою мать! Если я за этот вечер никого не придушу, это будет огромной удачей и серьёзным шагом в моей работе на собой.       «Малыш, что случилось?» — слышу её голос в своей голове, и по спине пробегают мурашки.       «Всё в порядке, отдыхай.»       «Ничего не в порядке! Меня ты точно не обманешь. Что не так? Ты скучаешь?»       «Я не вижу тебя часа три. Думаешь, успел соскучиться?»       «Я рада, что ты хорошо отдыхаешь, любимый. А я собираюсь станцевать на столе танец живота. Люблю тебя.»       Даже в мыслях слышу задор в её словах, и меня накрывает новая волна раздражения.       «Прости, детка, но я немного занят. Ребята заказали стриптизёрш.»       «Эрик! Какие ещё стриптизёрши?! Эрииик!» — пытается меня дозваться, но я не реагирую.       — Эрик, ты в порядке? — Фор одергивает меня за плечо. — Ты словно отключился.       — Вы снова общаетесь с Мией ментально? Это так круто! — Педрад едва не подпрыгивает от восторга в кресле. — Я о таком слышу впервые. За вами, ребята, нужен глаз да глаз. Вы просто клад для эрудитов!       — Блять, Юрай! — инструктор закатывает глаза.       — Всё в порядке. Он прав. Но я, скорее, откушу голову сучке Мэтьюз, чем снова подпущу её к ней на шаг, — стоит мне договорить, как вдруг я чувствую нарастающее напряжение в паху.       — Тааак! Эту тему закрыли! — слышу голос инструктора, но уже не обращаю на него внимания.       «Мия! Какого хрена ты делаешь?!»       «Мне захотелось принять душ, милый. Я просто жутко соскучилась!»       Отхожу за стойку, сделав вид, что мне вдруг приспичило вымыть руки. В штанах уже все горит огнём. — Ну конечно, блять, развлекайся, детка. — Витиевато матерюсь себе под нос. Не представляю, как этой маленькой засранке удается так быстро завестись самой и передать мне своё возбуждение.       «Я бы рад к тебе присоединиться, но девчонки уж больно горячие. Глаз не оторвать!»       «Ага. Я так и подумала. Вот и решила, помочь тебе, расслабиться. Чтобы не перевозбудился.»       Даже в моей голове её голос уже звучит так, что я понимаю, как она возбуждена. Плескаю в лицо водой, набрав в ладони. По мере того, как Мия там ласкает себя, моё возбуждение растет с молниеносной скоростью. Дыхание учащается, и на лбу выступает испарина. Тянущее чувство в паху нарастает, и стояк почти болезненно упирается в ширинку. Пульс учащается всё сильнее. Если раньше у меня не было проблем с самоконтролем, и я спокойно мог справляться с собственной похотью, то в случае с Мией это однозначно не прокатит.       Плюнув на всё, молча разворачиваюсь, и стараясь игнорировать пытливые взгляды друзей, топаю в ванную. Закрыв за собой дверь, судорожно вздыхаю и расстегиваю ширинку, упёршись свободной рукой в стену. Сжав стоящий колом член, двигаю ладонью, и из груди рвется глухое рычание.       «Да… Милый…» — слышу в голове её сладкий стон, и сделав ещё пару движений, кончаю в руку, задыхаясь от наслаждения. Какое-то время продолжаю стоять, держась за кафель, пока не привожу в норму дыхание.       «Мия, хватит уже этих заёбов с традициями. Давай, вали домой!»       «Родной, мы же это обсуждали. Всего одна ночь. Завтра наша свадьба, и сегодня мы должны потерпеть.»       «Отлично. Можешь терпеть дальше. А я пошел в бар.»       «Это нечестно!»       «С чего бы?»       «Я сижу в квартире с подругами, а ты пойдешь туда, где каждая вторая курица мечтает залезть в твои трусы?!»       «Мало ли, кто и о чем мечтает. Это не запрещено. Тори тоже мечтает трахнуть тебя, но она этого не делает, и я закрываю глаза на вашу с ней дружбу. Даже после вчерашнего, прошу заметить. Я сказал, что иду в бар, значит иду! Отдыхай, детка.»       «Эрик! Даже не думай меня игнорировать! Слышишь?! Не смей!»       Маленькая, настырная поганка в моей голове кричит так, что моя черепная коробка воn-вот лопнет, но я не отвечаю и выхожу из ванной.       — Мы уж думали, что совсем тебя потеряли, — Педрад скалится до ушей и понимающе подмигивает.       — Мы идём в бар, — кидаю, напоследок приложились к вискарю прямо из бутылки.       — Даже так? — Фор приподнимает бровь. — Хотя, в сущности, мне всё равно. Уверен, что Мия с подружками прибегут туда едва ли не раньше нас.       Только мы успеваем разместиться за стойкой у Джареда, как мои надежды и предположение Фора оправдываются целиком и полностью. Мне даже не нужно оборачиваться, я чувствую её присутствие каждой клеточкой своего тела, и предательское сердце радостно ёкает. Прислушиваюсь к её чувствам и слышу, что её злость сменяется довольным удовлетворением. По всей видимости, она уловила мою реакцию на её присутствие. Лениво оборачиваюсь, салютуя ей бутылкой, и она, фыркнув и задрав подбородок, отправляется к столику. Тори сразу чешет за ней, как верная псина, Трис и Тами виновато улыбаются парням, и тем не менее, тоже отправляются следом за ними.       Какое-то время я просто общаюсь с Фором и Юраем, иногда с Джаром, периодически подмигиваю девкам, отвечая на их знаки внимания, чем, конечно, жутко злю Мию. Девчонка выходит на танцпол, подтянув с собой азиатку, и наступает моя очередь злиться, но я благополучно справляюсь с гневом. Вдруг мои бока и шею пронзает такая жуткая боль, что я подскакиваю, спрыгнув с высокого стула.       — Твою мать! — ищу её глазами, но нахожу не сразу, потому что передо мной вдруг возникает фигура мелкого Педрада.       — Эрик, успокойся. Тебе не нужно ничего делать. Мы всё уладим, — он старается удержать меня в то время, как Фор уже чешет в сторону танцпола.       — Юрай, лучше съебись!       — Лидер, это просто парень, который только вернулся со Стены. Он не знает, кто она такая, — Юрай едва поспевает за мной, стараясь обогнать.       Когда мы подходим, Фор и Тори уже вовсю пытаются вразумить пьяного бедолагу, который никак не желает отлипать от ошалевшей девчонки. Но наконец Мия приходит в себя, и вывернувшись из его рук на своей талии, заламывает одну из них ему за спиной. Моя девочка! Хищно скалюсь, глубоко в душе торжествуя, но очень глубоко. Она что-то шепчет ему в ухо как раз в тот момент, когда подхожу я, и парень перепуганно на меня таращится.       — Мой Лидер! Я не знал! — хнычет он, даже не пытаясь вырваться, когда я беру его за горло и приподнимаю, оторвав от пола.       — Съебался, — рявкаю, отшвырнув бедолагу в сторону, и он, более, чем шустро, сваливает с моих глаз. — Идём-ка со мной, невестушка, — беру Мию за руку, но она пытается вырваться, чем до жути меня бесит.       Одним движением закидываю её к себе на плечо, шлепнув по соблазнительной попке, заодно одергивая подол её короткого платья.       — Эрик, отпусти сейчас же! — брыкается засранка.       Не обращаю внимания на её вопли и продолжаю идти, пока не подхожу к сортиру. Собравшаяся там толпа сразу рассасывается, и я захожу с девчонкой, запершись изнутри.       — А теперь объясни мне, — шиплю в её ушко, поставив её перед собой и прижав спиной к раковине. — Схуя это ты решила, что можешь мне приказывать и вообще, говорить в подобном тоне?       Мия молчит, а я чувствую, что не могу уже отлепиться от неё ни на миллиметр. Её запах, глубокое, тяжёлое дыхание, теплые ладошки, которыми она упирается в мою грудь — всё это будоражит мою кровь, заставляя лёгкий гнев смениться на животную похоть. Заглянув в её глаза, вижу, что девчонка чувствует то же самое, и с рычанием впиваюсь в её приоткрытые губки, сразу начиная буквально трахать языком её сладкий рот.       Мия со стоном отвечает на поцелуй, царапая ноготками мою грудь сквозь ткань футболки. Её ручка скользит вниз и в одно мгновение оказывается в моих штанах, сжимая каменный стояк, на что я снова утробно рычу, задрав подол её короткого платья и сжимая упругие ягодицы.       Резко прервав поцелуй и развернув девчонку спиной к себе, заставив её упереться руками в раковину, освобождаю стояк, и стянув вниз её трусики, вхожу в неё сильным толчком. Мия вскрикивает от боли, но сразу начинает привычно подмахивать, виляя попой и продолжая тихо стонать, и это настолько сладко, что из моей груди вырывается глухой стон.       — Как же я люблю тебя, маленькая сучка! — хриплю, вбиваясь в её тело, грубо сжимая её грудь сквозь тонкое платье. — На хую я вертел эти традиции! Если ты не пойдешь домой сама, я приволоку тебя силой, — последние слова говорю уже вперемешку с собственными стонами.       Ещё несколько раз толкнувшись до упора в её горячую плоть, кончаю, прикусив кожу на её шее, привычно разделяя с ней её оргазм.       — Я надеялась на то, что ты поступишь именно так, — шепчет она, сквозь ещё рваное дыхание, выпрямившись и откинув голову мне на грудь.       — Моя маленькая, похотливая засранка, — прижимаю её к себе, уткнувшись носом в её волосы. — Поверить не могу, что завтра ты станешь моей женой.