Алый полководец: перерождение

      — Погодите! Я всё ещё вижу наш корабль! — Капитан прищурился, вытягивая шею вперёд, будто это могло улучшить его зрение. Его глаза метались по горизонту в отчаянной попытке зацепиться за знакомый силуэт. — Джери, ты видишь?       — Я похожа на человека с хорошим зрением? — устало фыркнула я, закатывая глаза и поправляя красную оправу очков, которые давно нуждались в замене. Логика Луффи как всегда поражала воображение: раз носишь очки — значит, видишь лучше. Спорить с этим не имело смысла. Особенно в такие моменты, когда всё рушится быстрее, чем успеваешь моргнуть.       За последние пару часов с нами случилось столько всего, что мозг отказывался это переваривать. Если кратко: повара ресторана Барати, включая Санджи, накрыли пир для людей Крига. Увы, тот ужин оказался для них последним. Мгновение спустя — словно по мановению дьявольской воли — появился он. Михоук Дракуль собственной персоной. Словно перо в воздухе, он разрубил корабли Крига, будто это были игрушки. Настоящий демон в человеческом обличье. Я по сравнению с ним милая и пушистая.       Но всё это было только началом.       Нами… Нами исчезла. И что хуже всего — она сделала это с умом. Спокойно, без шума, как настоящий профессионал. И что мы имеем? Она увела наш корабль, нагруженный до борта сокровищами, и скрылась за горизонтом, оставив нас на плавучем ресторане, среди обломков, прямо перед приближающимся шичибукаем.       — Йосаку, Джонни! Где ваш корабль?! — голос Луффи стал твёрдым, как сталь. Он пылал решимостью, жаждой гнаться за Нами, несмотря ни на что. — Я хочу, чтобы только она была моим навигатором!       Я застонала. В голове шумело, пульс давил в висках. Неужели он и правда хочет сейчас… погоню устроить?       — Ну конечно, — тяжело выдохнул Зоро, прикрывая глаза ладонью. — И что за капитан с шилом в заднице… Усопп, Джерилл, двигайтесь!       — А с какого это ты тут распоряжаешься?! — хотела возмутиться я, но слова застряли в горле. Руки уже развязывали канаты на палубе. Вот ведь, даже обидеться толком не успела… Хотя нет — я уже обиделась. Серьёзно. Почему никто этого не замечает?       Эй! Вы хоть раз взгляните на моё лицо! Я вообще-то пылаю от обиды!       Но крик с кормы заставил меня замереть.       — Дон Криг! Это же он! Он преследовал нас сюда, чтобы добить! Это… это Михоук Дракуль!       Моя спина мгновенно покрылась холодной испариной. Невольно я сделала шаг назад, словно это могло защитить от ужаса, нависшего над нами. Вот чёрт… Мы были так близки к спасению. Так близки! И Нами… Еще и она масла в огонь подливает.       — Я вышел в море, чтобы найти тебя, — Зоро шагнул вперёд. В его голосе не было ни капли страха. Только бесконечная решимость. Весь мир для него сузился до одной цели. — Ты просто убиваешь время, верно? Сразись со мной!       Я застыла. Грудь сдавило. В этом море Зоро считался одним из самых грозных мечников, но перед Михоуком… Они были как земля и небо. Я знала, что произойдёт дальше. И от этого внутри сжалось всё.       Если они начнут бой… он может погибнуть. Значит, я должна что-то сделать.       Любой ценой.       — Жалкий слабак. Будь ты истинным фехтовальщиком, ты бы не стал скрещивать меч с тем, чью силу не можешь постичь. Ты бы признал — ты ничто передо мной, — произнёс Михоук, голосом, от которого по спине пробежал холод.       Зоро сделал первый шаг. Твёрдый, уверенный, словно шагал не на смерть, а на встречу своей судьбе. А я — будто чьими-то чужими руками — шагнула следом. Сердце сжалось, в груди заколотилось пульсом тревоги. Я схватила его за запястье. Схватила крепко, намертво. Как будто могла удержать волю человека, готового пройти сквозь шторм, лишь силой своей паники.       — Нет… нет, нет, нет… — слова срывались с губ шепотом, который никто, кроме меня, не слышал. Зоро обернулся. Его глаза — спокойные, сосредоточенные — вдруг вспыхнули ноткой раздражения.       — Джерилл. Отпусти, — в голосе звучала угроза. Не ярость, не злость — предупреждение. Он смотрел на меня, как на преграду на своём пути. Как на камень, который мешает остро заточенному клинку лететь к своей цели. Почему он смотрит так? Почему на меня — как на врага? Я же… я просто не хочу, чтобы ты умер. Разве это так сложно понять?       — Не надо… Зоро… ты… — я пыталась подобрать слова. Хотела объяснить, остановить, но всё, что приходило в голову, звучало предательски: «Ты слишком слаб». А сказать это — значит ударить в самое сердце. А я… я не могла.       Он цокнул языком. Смотрел, как я мотаю головой, отчаянно, будто пытаюсь стереть реальность.       — Отпусти. — сжал челюсть. Его рука рванулась, и я почувствовала, как мои пальцы, сжавшие его запястье, разжались под силой его движения. Больно. Не только физически — внутри будто что-то хрустнуло.       Я даже не заметила, как оказалась в одиночестве. Он уже стоял там. Перед ним. Готовый. Мечи обнажены. Тишина перед бурей давила на уши, и даже крики с Барати казались далекими и неважными.       Я сжала пальцы в кулаки. Почему? Почему мне так тяжело дышать?       Он ведь просто… чужой. Появился в моей жизни случайно. Вовремя и невовремя. Он всего лишь один из многих — мимолётный, проходящий. Разве я когда-либо плакала по другим? Разве сердце болело, когда кто-то исчезал? Нет. Никогда.       Мастер всегда говорил мне: не привязывайся. Люди слабые. Люди ломают тебя, когда ты к ним приближаешься. Они пользуются тобой, а потом бросают, оставляя раны. Он учил меня быть сильной. Училась не жалеть. Жить для себя. Идти по головам ради цели.       Так почему я стою тут? Почему я не ушла? Почему… мне хочется закричать?       Я опустила голову. Чёлка упала на лицо, скрывая глаза. Я не хотела видеть. Не хотела смотреть, как он проигрывает. Или погибает. Не хотела быть свидетельницей этой битвы.       — Джери, не волнуйся ты так! — Луффи похлопал меня по плечу, пытаясь приободрить. — Зоро обязательно победит!       Но эти слова не дали ни грамма облегчения. Напротив — грудь сдавило сильнее. Как будто воздух стал густым, как вода, и я тонула в нём.       Он не понимает… Никто из них не понимает…       — Зоро силён… здесь. — слова слетели с губ почти неслышно. — Но на Гранд Лайне чудес не случается… — Я прикусила губу, не отводя взгляда от пола.       Первый звон металла ударил по нервам. Сердце дрогнуло, но я всё ещё смотрела вниз — на собственные руки. Пальцы дрожали. Запястье ныло. Синяк от того, как он вырвался, уже начал темнеть под кожей. Инстинктивно я дёрнулась, натянула рукав, спрятала. Не хотела видеть. Не хотела помнить.       С каждой секундой становилось всё яснее: бой идёт именно так, как я и предсказывала. Крики Йосаку, Джонни… напряжённый голос Луффи… Всё это будто происходило за стеклом, глухо, отстранённо.       Зоро не мог даже подойти к нему. Он делал всё, что умел, всё, что знал — но перед Михоуком это было как детская игра в солдатики. Между ними зияла бездонная пропасть, разделяющая мечты и реальность. Мастерство, дух, опыт… Зоро не хватало всего. Абсолютно всего.       И он этого не понимал.       — Просто наблюдайте… — Луффи, сидя на краю, был предельно напряжён. Его плечи дрожали, кулаки сжимались. Он верил. Верил так, будто одной верой можно перепрыгнуть пропасть.       Почему?       Почему он верит в него с такой силой? Это наивность? Безумие? Или он и вправду видит в Зоро то, чего не вижу я?       Йосаку, Джонни… Их глаза светятся отчаянной надеждой, они будто молятся, хоть не произносят ни слова. Глупцы. Зачем толкаете его в гибель? Зачем позволяете этому случиться, называя это «испытанием»?       Я не понимаю. Я не понимаю.       Пальцы сжались в кулаки. Кожа под ногтями стала горячей, жгучей. Я чувствовала, как ногти впиваются в ладони. Боль. Её проще переносить, чем бессилие. Я пыталась дышать ровно. Успокоиться.       И мне почти удавалось…       Пока не прозвучал очередной удар клинков.       Он был глухим, влажным. Нечто в этом звуке было неправильным.И следом — крик. Капитан закричал. Йосаку. Джонни. Их голоса слились в один, рвущий воздух вопль.       Я вскинула голову. И увидела.       Зоро стоял… с лезвием, вонзившимся под его сердце. Тонкий клинок Михоука впился в его тело с пугающей точностью. Рана — не смертельная. Пока. Но стоило сделать хоть шаг, хоть неосторожный вдох — и всё…       Моё дыхание сбилось. Мир вокруг замер.       Словно сама реальность вытекала из него вместе с каплями крови.       Лишь мысль о том, что он может умереть, парализовала меня. Я замерла, будто в теле выключили дыхание и отключили инстинкты. Не могла ни двинуться, ни даже моргнуть. Только сердце — глухо билось в висках, гудело, как колокол перед бедой.       И вдруг — резкий, точный удар. Я подняла глаза как раз в тот миг, когда клинок соколиного глаза вонзился в грудь парня. Его тело медленно начало падать в воду… и щелчок. Что-то во мне оборвалось.       Я не думала. Ни секунды. Почувствовала лишь волю в ступнях. В следующее мгновение я уже была на плоту, тянулась к нему, к этому падающему телу, с надеждой, будто могла переиграть саму смерть. Я надеялась, что он протянет мне руку, что мы коснёмся пальцами, и я успею. Но он даже не шелохнулся. Его глаза были полны удивления… а затем — вода забрала его.       Я застыла на краю, хватаясь за воздух, как за соломинку. Он исчезал на глазах, медленно, бесконечно — как во сне. И хотя мозг отчаянно шептал: «Бесполезно. Его достанут Джонни и Йосаку. Ты тут ничем не поможешь», — другая часть меня отказывалась это слушать. Другая часть уже опускала руку в воду, и тело предательски наливалось слабостью.       — Ты что творишь?! — меня резко дёрнули назад. — Что с тобой?       Голос рвал из оцепенения. Кто-то тряс меня за плечи — резким, грубым движением, ледяной голос. И я… не смогла ничего сказать. Он был прав. Абсолютно прав. Мои действия не имели ни капли здравого смысла. Я, которая всегда всё контролировала, вдруг вела себя… как глупая, разбитая девчонка.       — Отпусти… ты не понимаешь… он… он… нет… нет… — я мотала головой, не в силах принять то, что видела. В голове — ни одной связной мысли. Одна только паника. Страх. Отчаяние.       — Успокойся. Он не мёртв. Мальчишка жив.       — …Жив?       Я замерла. Глаза распахнулись, сердце сбилось с ритма. Я обернулась — и увидела, как тело вытаскивают на палубу. Он кашлял. Хрипел. Плевался водой. Но дышал. Он жив.       Он что-то говорил… Кричал? Обещал? Клялся? Я не слушала. Я не могла слушать. Уши заложило. Внутри — ничего. Пустота.       Жив. Это всё, что имело значение.       — …Какого чёрта… — выдохнула я, глядя на свои руки. Они дрожали. Я приложила их к лицу, пытаясь вернуть себе хоть какое-то равновесие. — Что со мной…       Мы всего ничего в этом плавании… а я уже…       — И давно ты начала импонировать кому-то настолько, чтобы терять голову? — раздался спокойный, почти насмешливый голос рядом. Я даже не повернулась сразу. Просто сидела, ощущая чужое присутствие слишком близко. Только через пару секунд медленно подняла взгляд.       Михоук.       Он присел рядом, опираясь локтями на колени, смотрел на меня своим вечным, колючим, всё пронизывающим взглядом. Тот, кто знал слишком много.       — Это неправильно… так нельзя… — я бормотала, сама не понимая, слышит ли он. — Это не по правилам. Я не должна… Мастер бы…       Мысли путались. Мотались, как листья на ветру. Я пыталась себя убедить, что это — ошибка. Что это — просто срыв. Но голос внутри смеялся: Ты уже привязалась. Уже на крючке. И ты это знаешь.       — Ты так не похожа на себя, Джерилл, — сказал он, глядя прямо в глаза. Его голос был ниже обычного, почти не холодным. Словно говорил не с солдатом. С кем-то хрупким.       Я не ответила. Только тяжело сглотнула.       — Отец будет не в восторге от того, что я связалась с пиратами, но это ведь такая мелочь… — прошептала я, отводя взгляд. И да, его глаза не пугали. Это было не самое страшное в нём. Он знал слишком многое. И знал моего отца. Именно поэтому я так долго избегала этой встречи.       — Это не просто мелочь, Джерилл. Посмотри на себя. — он быстро провёл взглядом по моему лицу, по рукам. — Ты не просто встревожена. Ты на грани.       — Я… просто… — хотела было оправдаться, но слова застряли в горле. Нет объяснений. Он вздохнул и, не говоря больше ни слова, полез во внутренний карман плаща. Несколько секунд — и в моих ладонях оказался тяжёлый чёрный конверт. Знакомый до боли.       Письмо от отца. Я смотрела на него в молчании. В голове снова начали просыпаться страхи, воспоминания, долг и вина.       

POV Ророноа Зоро

      — Я клянусь… я больше никогда не проиграю! — голос Зоро дрожал не от страха, а от ярости, от унижения, от боли. — До тех пор, пока не стану сильнее… пока не превзойду его. Я больше никому… и никогда… не проиграю! — эти слова он не кричал в пустоту. Они не были для капитана или окружающих. Это была клятва самому себе. Единственная нить, что могла сейчас удержать его мечи от того, чтобы остаться навсегда лежать в ножнах. — Есть возражения, будущий король пиратов? — уголок его губ дернулся в слабой, упрямой улыбке.       — Хе-хе… Никаких.       — Джерилл-сан! Он и её сейчас…?! — воскликнул Усопп, нарушая тяжелую тишину. Я резко повернул голову — и сердце ухнуло куда-то в живот.       Михоук.       Он сидел рядом с Джерилл. Присел на корточки, положив руку ей на плечо. Что-то резко говорил. Её лицо было закрыто прядями волос, но по напряжению плеч, по сжатыми пальцам, по тому, как она не глядела ни на кого — было видно, что с ней не всё в порядке.       — Нужно помочь ей! — Луффи уже метнулся вперёд, как пружина, но Джонни и Йосаку тут же его поймали за плечи.       — Погоди! Он не выглядит так, будто собирается с ней драться! И Джерилл-сан… она не глупая! Если мы сейчас вмешаемся — можем только всё испортить! — Йосаку говорил быстро, почти шепотом, но его слова подействовали. Луффи замер, сжав кулаки. Он был на грани — но ждал.       О чём они говорят?.. О чем они вообще могут говорить?       Я снова посмотрел на неё… и перед глазами всплыли два образа. Первая — она, с дрожащими руками, с полными ужаса глазами, вцепилась в моё запястье, будто пыталась удержать меня на краю обрыва. Тогда я чувствовал раздражение… потому что её страх был справедлив. Потому что она не верила в меня. Потому что… она знала, что я проиграю. Вторая — она же, тянущая ко мне руку, вся в отчаянии, когда я падал в воду. И эта боль в её глазах… Я не видел в ней жалости. Только страх за меня.       Что это за эмоции? Почему я их помню так ясно? Почему ей не всё равно?..       А теперь она сидела одна. На краю плота. Плечи опущены, взгляд в воду. Прямая, но опустошённая. В том самом месте, где я только что чуть не умер.       — О чём они? — зло бросил Луффи.       — Слишком тихо, ничего не слышно… — ответил Усопп, хмурясь.       — Может подойти поближе? — нерешительно предложил Йосаку.       — Ты рехнулся?! Жить надоело?! — вспыхнул Джонни. — Ты предложил — вот и иди!       — Лучше ты иди, если такой храбрый!       Я уже не слышал их перепалки. Мой взгляд не отрывался от Михоука, и от того, как его рука легла на плечо Джерилл. Что он ей говорит? Почему она не реагирует? Почему сидит так… сломленно?       А Луффи… Луффи стоял спокойно. Он же собирался рваться в бой, хотел защитить её. А теперь — смотрел спокойно, почти мудро, словно понимал что-то, чего не знал никто.       — Что ты творишь, капитан?! — я зашипел, пытаясь приподняться. Тело тут же свело судорогой, перед глазами заплясали темные пятна. — Ты же хотел помочь! Почему ты просто… стоишь?!       — Зоро-аники, не двигайся! Ты ранен! — Йосаку кинулся ко мне, пытаясь удержать, но я оттолкнул его, хоть и ослабевшей рукой.       — Какого хрена вы все бездействуете?! — в груди гудело от гнева и боли. — А если он причинит ей вред?! — голос срывался, в висках билось как перед ударом грома.       — Нет, — Луффи посмотрел прямо мне в глаза. Его взгляд был абсолютно серьёзен, спокойный. — Он её не тронет.       — Ты с ума сошёл?! На чём основана эта уверенность?! — с отчаянием выкрикнул Усопп.       — Чувствую.       Чувствуешь?! Чувствуешь?! Как можно быть таким идиотом! Я заскрежетал зубами и снова попытался подняться. В жилах закипала злость. Я не допущу, чтобы с ней что-то случилось, пока я беспомощно лежу!       — Он ей что-то дал! — выдохнул Усопп. — Что-то… чёрное, не вижу.       Что-то дал?.. Что за чёрт?       — Эй, ты! — я собрал последние силы, сжал зубы до хруста и выкрикнул: — Отойди от неё!       Каждая мышца горела огнём, а тело подкашивалось, но я не мог просто смотреть.       — Зоро-аники! — Джонни пытался снова усадить меня, но я вырвался.       — Она ни при чём! Оставь её! Она не связана с этим!       Голова кружилась всё сильнее. Земля под ногами казалась зыбкой. Но я не сводил глаз с Михоука. И вдруг… Он засмеялся. Низкий, хриплый смех — как удар ножом по нервам.       — Ку-ку-ку… Каких интересных людей ты всё же нашла. — с этими словами он мягко похлопал Джерилл по голове.       А она…       — Отвали, старикашка! — она вскинулась, резким движением смахнув его руку. В её голосе было столько гнева и боли, что я почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Вали уже туда, откуда пришёл!       Я застыл. Она… не сломалась. Она держалась. Даже перед ним. Даже в таком состоянии. И несмотря на боль, на слабость… я улыбнулся. Пусть и криво, сквозь жжение в боку, но — с настоящей гордостью.       Джерилл…