Алый полководец: перерождение

      — Тридцать миллионов, хи-хи-хи… — самодовольно хихикал Луффи, размахивая свежей листовкой с собственной наградой. Бумага шуршала в его руках, как будто сама не верила в эту сумму. — Мы теперь в розыске!       Он сиял, словно получил приглашение на праздник, а не цену собственной головы. Такой же восторг был в его глазах, как у ребёнка, впервые увидевшего море — чистый, наивный и абсолютно безрассудный.       Нашёл, чему радоваться… — мысленно вздохнула я, облокотившись на перила и глядя на его растянутую в улыбке физиономию. Конечно, это было лишь вопросом времени. Мы знали, что внимание правительства не заставит себя долго ждать — слишком уж громко Луффи заявил о себе в Ист море.       Но тридцать миллионов за его голову… Это довольно много для первого постера.       На моей памяти подобные суммы для безымянных новичков были редкостью даже на Гранд Лайне. А для Ист Блю — и вовсе неслыханное дело. Но Луффи всегда умудряется влезть в неприятности настолько уверенно, будто специально их коллекционирует. Похоже, эта тенденция только набирает обороты.       — По курсу остров! — раздался крик с палубы, и команда заметно оживилась.       — Наконец-то! Последний остров перед Гранд Лайн!       — Логтаун…       — Город, где умер король пиратов… — Луффи замер на мгновение, его глаза сверкнули, но не от страха — от искреннего, почти благоговейного волнения. В его лице не было ни сомнений, ни тревоги. Лишь упрямое, отчаянное вдохновение.       Ну да… Конечно. Чего ещё ожидать от человека, который хочет стать королём пиратов? Я закатила глаза и без особого интереса развернулась, направляясь в женскую каюту. Нужно было собрать вещи, а заодно привести себя в порядок.

***

      — Ты чего такой хмурый идёшь? — преградила я дорогу Зоро, наклоняя голову и прищурившись. Его лицо было затянуто суровой тенью, и от него буквально исходило раздражение. Вид у него был такой, будто он готов прирезать кого угодно, кто встанет у него на пути.       Ну и кто тебя успел так выбесить, трава-голова?       — Что ты за мной увязалась? — буркнул он раздражённо и обошёл меня, словно я была просто очередной помехой. — Просто… та девушка…       Ого, он говорит первым. Это уже интересно.       — Влюбился, что ли? — усмехнулась я гаденько, подбегая сбоку и делая максимально снисходительное выражение лица. Мы только что встретили какую-то брюнетку с каре и в очках. — Какой наш малыш уже взрослый. Уже девочек разглядывает, ой, ты посмотри! — похлопала его по голове с видом всезнающей старшей сестры.       Он резко остановился, и, к моему удивлению, не вспылил — как обычно — а медленно повернулся ко мне, сдерживая эмоции.       — Да не в этом дело! — всё же сорвался он, голос задрожал от раздражения. — Она просто очень похожа на одну старую знакомую, — вот как. Ну и скучно же ты живёшь, Зоро. — И вообще, такие, как она, не в моем вкусе, — добавил он тише, почти не глядя на меня, но бросив вскользь какой-то… странный взгляд.       В груди что-то кольнуло.       — Фу, не говори. Даже не хочу знать, кто в твоём вкусе! — пробормотала я, отмахиваясь театрально, будто это меня совсем не задело, и повернулась к нему спиной, пряча глаза.       Он что-то пробормотал себе под нос и пошёл дальше, оставляя меня с тянущим чувством тревоги. Я несколько секунд стояла, глядя в землю, пока наконец не стряхнула с себя оцепенение и не побежала догонять его:       — Да постой ты, черт тебя дери!       Я никогда не была глупой. И уж точно не была наивной. Но его взгляд…       Я ведь видела в своей жизни всякое. Люди смотрели на меня с ужасом, с отвращением, с завистью, с болезненным восхищением. Кто-то — с животной похотью, кто-то — с холодным расчётом. Бывший напарник Ромеро, к примеру, всегда смотрел, как хищник на мясо — с одержимым интересом, которому я не собиралась давать ни шанса. Я научилась такие взгляды считывать сразу.       И избегать их.       Но взгляд Зоро… он не такой.       В нём нет похоти. Нет обожания, как у Санджи, который любит меня, как витрину в кондитерской. Нет и простого уважения, как у Луффи. Он смотрит будто сквозь меня, будто ищет что-то внутри.              Я дразню его потому что это весело. Потому что он злится, потому что краснеет, потому что с ним не скучно. Он — единственный из команды, кто так бурно реагирует. Ну… почти. С ним просто интересно играть в эту игру. У каждого свои игрушки, верно?              Но в последние дни что-то как будто начало меняться. Он уже не просто раздражается — он замолкает, смотрит. Иногда слишком долго. Иногда — слишком тихо. И в этом взгляде есть что-то, что я не хочу понимать. Потому что… если начну думать — всё испорчу.       Почему внезапно всё стало сложнее? Мне же просто весело. Просто привычка. Он же мой накама.       Накама, Джерилл. Просто накама.       Я отдалюсь от него… верно… Только не сейчас, когда-нибудь, но не сейчас. Вот завтра точно отдалюсь! Или послезавтра?

***

      Я лениво разглядывала мечи, выставленные на стенах — клинки всех форм и размеров, от прямых катан с изогнутыми лезвиями до парочки яри с вычурной гравировкой на древках. Всё вычищено до блеска, выставлено под стекло, как музейные экспонаты. Ни капли духа настоящего боя — просто коллекция, мёртвое собрание мёртвого железа.       Почему, кстати, здесь вообще ничего, кроме мечей, нет? Ни огнестрела, ни нормальных ножей, ни даже приличного метательного оружия. Какой-то извращённо узкоспециализированный магазин. Я вздохнула — надеялась прикупить себе что-нибудь острое, серьёзное… а получила зал железяк, которые я, признаться, даже использовать не умею.       Где-то рядом становилось всё шумнее и громче.       — Двести тысяч! — голос продавца срывался. Он явно был на пределе. — Я даю тебе двести, и это щедро! За такие деньги ты купишь три хороших меча вместо этого… хлама!       Я прищурилась. Вот уж кто не умеет торговаться — так это наш охотник. Хотя, честно говоря, он даже не пытался. Стоял спокойно, как камень, руки в карманах, лицо — будто ему на всё плевать. А ведь и правда плевать: продавать меч он не собирался.       — Ладно! Ладно! Шестьсот пятьдесят тысяч! — уже почти вопил торговец, обливаясь потом. — Это последняя цена! Дороже он никому не нужен, парень, поверь мне!       Зоро молчал. Повернул голову медленно, взгляд тяжёлый, равнодушный, как у акулы. Потом чуть слышно хмыкнул, будто его развеселил сам факт торга.       — Я не продаю его. — коротко бросил он и отвернулся, будто разговор окончен.       Я уже хотела зевнуть — скукотища. Но тут в лавку почти влетела девушка с коротким каре — та самая, на которую мы наткнулись по пути. Ее глаза загорелись при виде меча в руках Зоро.       — О-о-о! Какой великолепный меч! Можно взглянуть? — её голос звенел восторгом. Она прильнула к витрине, будто разглядывала не оружие, а произведение искусства. Я перекатилась ближе к Зоро и с ухмылкой прошептала       — У-у-у, Зоро, судьба сама идёт к тебе в руки!       Он бросил на меня взгляд, полный утомлённой ярости. Такой, каким смотрят, когда уже трижды пожалели, что взяли кого-то с собой. Но ответить не успел — к нему подскочил продавец, схватил за рукав, забормотал возбуждённо:       — Ты недостоин его! Этот меч — один из Мэйто! — прошипел он, злобно косясь на меч у Зоро за поясом. — Эта чудачка только что спасла тебя от ошибки. Мечи за пятьдесят тысяч — вон там, в бочках! Бери два и катись!       И как по команде — та самая чудачка споткнулась на ровном месте, уронив очки и с грохотом растянулась у прилавка. Я подошла к ней, склонившись с лёгким хмыканьем.       — Ты в порядке? — спросила, помогая подняться. Очки целы — удивительно. Учитывая, как грохнулась, я думала, собирать их придётся по осколкам.       — Да… спасибо… — пробормотала она, отряхиваясь. Потом её взгляд вновь метнулся к Зоро, и глаза буквально засветились. — Он носит сразу три меча? Как охотник на пиратов!       — Охотник на пиратов? — переспросила я, округлив глаза и изобразив на лице совершенное непонимание. — Кто это?       — Да как же! Он же знаменит! Его зовут Ророноа! — в её голосе была смесь благоговения и страха.       — Никогда не слышала. — отозвалась я холодно, бросив мимолётный взгляд на спину Зоро.       — Он — лучший фехтовальщик Восточного моря! Но… — её лицо помрачнело. — Он плохой человек. Убивать ради денег — это… это отвратительно! — я замерла, внимательно глядя на неё. А потом, не сдержавшись, усмехнулась.       — Ты чего, мозг себе сахарной ватой залила? — спросила я абсолютно искренне. — В каком мире ты живёшь?       — Что?..       — Меч — это не игрушка. Он создан, чтобы резать плоть и проливать кровь. Ты ведь тоже убивала, не так ли? Или делала вид, что не замечаешь, как твои удары ломают кости?       — Но я… я проливала кровь только плохих людей! — голос дрогнул. Но глаза её оставались уверенными. Такая… наивная. Ещё верит, что может остаться чистой.       — Тебе сколько лет, девочка? — я прикрыла глаза, тяжело выдохнув. — Ты правда веришь в «плохих» и «хороших»? Это не сказка. Нет ни чёрного, ни белого. Есть только сильный — и тот, кто слаб. А тот, кто проливает кровь, всегда запачкан. Даже если прячется за словом «справедливость».       Она молчала. Не спорила. Просто смотрела с обидой — не настоящей злостью, а детской, почти ранимой.       — Говоришь как мой начальник, — буркнула она наконец. — Такой же бесчувственный…       — Значит, твой начальник умный человек, — я довольно кивнула и подбросила в рот новый леденец.       — Смокер-сан немного вспыльчивый, но человек он хороший! — счастливо воскликнула она, глядя куда-то за моё плечо. У меня всё внутри сжалось. Глаза расширились не от удивления — от шока. По двум причинам.       Первая — Смокер. Не ожидала, встретить кого-то в Ист Блю. Значит он тоже тут… И какие шансы, что капитан вляпается в неприятности? Или лучше спросить обратное?       Вторая причина, по которой у меня перехватило дыхание, — этот чёртов кретин. Потому что ровно в этот момент Зоро кинул один из мечей в воздух, подставил руку точно туда, где он должен был упасть, и, как всегда, на дьявольском везении поймал его, даже не моргнув.       — Придурок! Ты что творишь?! — взорвалась я, на автомате шагнув вперёд.       Хотела бы сказать, что злюсь. Но это было бы враньё. Я знала: ему всё равно. Всегда было. После его фокусов с Михоуком я уже мало чему удивляюсь. Даже когда он всерьёз берёт в руки проклятый меч, будто это обычное оружие, а не опасная реликвия.       — Я беру его, — спокойно, почти буднично произнёс он. Как будто не только что чуть не отрубил себе кисть. Я застонала и провела ладонью по лицу. Не знаю, за что мне всё это, но явно я кого-то в прошлой жизни очень крепко разозлила.       — Знаешь, — прошипела я, — если ты однажды покалечишься, я не буду тебя жалеть. Просто знай.       Он хмыкнул, и, как назло, продавец вдруг с энтузиазмом протянул ему ещё один меч. Бесплатно. И ведь неплохой. Удача у него просто… чудовищная. А я тем временем окончательно теряла терпение и практически волоком вытянула его из магазина.       — И всё-таки с тремя куда лучше, — довольно прокомментировал он, с каким-то почти нежным удовлетворением поглаживая рукояти мечей.       — Нам нужно срочно убираться с этого острова, — отрезала я. Мой голос был серьёзен и жёсток. Настолько, что он, наконец, оторвался от своего арсенала. Я схватила его за руку — крепко, твёрдо — и повела к площади, где, я была уверена, находится Луффи. Надо найти капитана. И валить. Быстро. Пока не стало слишком поздно.       — Что? О чём ты? — недоумённо спросил он, бросая осторожный взгляд на мою руку, словно не привык, что его так тянут.       — Здесь Смокер, — коротко бросила я. Потом, поняв, что ему этого мало, пояснила: — Дозорный. И Луффи он не по зубам, — не по зубам это еще мягко сказано между прочим. Зоро прищурился, будто оценивая ситуацию, но на лице всё ещё оставалось лёгкое недоверие.       — Да ладно… Всё не так уж плохо, — пожал плечами. Конечно, у него же три меча теперь. Ему море по колено. Я остановилась, резко развернулась к нему и заглянула прямо в глаза.       — Ты не понимаешь, — я сжала переносицу, думая как бы ему это объяснить, — боюсь капитан его даже поцарапать не сможет, — прямо сказала я. Учитывая что тот логия, то с нынешними силами они не смогут сделать абсолютно ничего.       В одно мгновение я почувствовала ледяной укол у самой шеи — инстинкты взвыли тревогой. Не раздумывая, я резко отпрыгнула назад, захватив Зоро за плечо и увлекая его с собой.       Глухой грохот — точно в том месте, где я стояла долю секунды назад, с силой вонзился огромный дзюттэ, оставив трещину в каменной мостовой.       Я застыла, сердце колотилось в горле, но внутри — только тихое напряжение. Не может быть… уже? Я не думала, что он появится так быстро. Хотя… кого я обманываю? Это ведь Смокер.       — Надо же, — знакомый низкий голос раздался сзади, спокойный, чуть насмешливый, обволакивающий, как табачный дым. — Восстала из мёртвых, Джерилл.       Я медленно повернулась. Он стоял в облаке белого дыма, уже привычно держа дзюттэ на плече. Та же ухмылка, те же проницательные глаза, те же сигареты в зубах.       — Не могла упустить шанс порадовать тебя своим возвращением, — выдавила я с усмешкой, пытаясь скрыть дрожь в пальцах и нервно подёргивающуюся бровь. Дело дрянь.       — Что происходит? — Зоро чуть шагнул вперёд, уже мечами в руках. В голосе напряжённость. Он почувствовал силу — почувствовал, что этот дозорный сильнее чем все, кого мы встречали. За исключением Михоука, конечно. Но этого монстра можно и не брать в расчет.       — И у вас неплохо получилось, Джерилл-сан, — сказал Смокер, с лёгкой ноткой иронии. Он затушил сигарету о камень, не сводя с меня взгляда. Тон его был почти дружелюбным. Но я знала — он никогда не говорит так. Особенно в бою.       — Зоро, — я резко повернулась к мечнику, лицо стало жёстким. — Найди капитана и остальных. Бегите к кораблю. Готовьтесь к отплытию.       — Н-но…! — начал он, но договорить не успел.       — Значит, ты и правда стала пиратом, — перебил Смокер. Его голос стал тяжёлым. — Какая жалость…       Спина покрылась потом, сердце провалилось куда-то в живот.       — Ты уже знал? — я напряглась, будто до последнего надеялась, что он не в курсе.       — Когда мне показали те фотографии, я сначала не поверил, — он шагнул вперёд и выдернул дзюттэ из трещины в мостовой. — Но теперь вижу — всё было правдой.       — Зоро, не тяни время, — я метнула в его сторону острый, почти угрожающий взгляд. В нём было отчаяние. И немая просьба. Зоро не сможет с ним мне помочь. Не сейчас. Но он не шелохнулся. Только сильнее сжал рукояти мечей.              — Я тебя одну тут не оставлю.              — Не лезь, это мое дело, — отрезала я. Он логия. Он не сможет его даже задеть. Может хоть так на этого зеленоволосого кретина подействует? Я видела: он хотел спорить. Но… — Можешь считать это моим боем, так что вали, — против такого он не мог спорить. Это противоречило его принципам.       — Джерилл…       — Я догоню вас. Просто иди, — голос дрожал. Не от страха. От раздражения. Я отвела взгляд. И достала шприц.       Смокер тяжело вздохнул.       — Не изменяешь себе… — тихо проговорил он, наблюдая за моими действиями. — Травишь себя всяким дерьмом.       — А ты пытаешься арестовать своего бывшего командира, — хрипло усмехнулась я, вводя чёрную жидкость в вену. Тело резко охватил жар. Мышцы напряглись, лёгкие будто вспыхнули изнутри. Эффект сработал слишком быстро — слишком резко.       — Что ты себе колешь?! — Зоро шагнул ко мне, но я уже подняла голову, глаза полны ярости, за которой я прятала боль, что течет по венам.       Он сжал зубы. Не двигался. Смокер же усмехнулся, и в его взгляде вспыхнул азарт.       — Я всегда хотел сразиться с тобой по-настоящему, К-А-П-И-Т-А-Н, — протянул он, нарочито выделяя. Напоминание. Укол в сердце. Я вздрогнула. Не от слов — от того, что они все еще отзывались чем-то внутри.       — Значит, придётся проучить непослушного подчинённого, — кивнула я, с тенью улыбки на губах. Я поймала последний взгляд Зоро. В нём читалось всё: ярость, тревога, непонимание — и что-то ещё. Что-то, чего он не хотел озвучивать.       — ЖИВО, — почти прошептала я. И он… подчинился.       — Чёрт бы тебя побрал, — прорычал он сквозь зубы, развернулся и помчался в сторону площади. Я развернулась к Смокеру. Пульс гудел в ушах. Сердце не билось — оно гремело.       — Ну что ж… — он шагнул вперёд. Дым начал клубиться вокруг. — Пора обломать твои крылья, Джерилл.       Я усмехнулась и сжала кулаки.       — Попробуй. Только на этот раз я не буду сдерживаться.