37 Жертвоприношение
3 августа 2024 г., 17:00
— Где мы вообще? — я окинула взглядом незнакомое окружение и достала блокнот, делая пометки в спешке. Нас отбросили на тот самый остров с ненормально высокими деревьями и самой обыкновенной землёй. Всё было слишком… земное. В отличие от воздушных облаков Скайпии, здесь царила гнетущая тишина, пахло сыростью, и каждый шорох казался слишком громким. — Похоже на алтарь для жертвоприношения, — пробормотала я, глядя на огромную каменную платформу, на которой, словно пленник, стояла наша дорогая Мэрри. Камни вокруг были исписаны непонятными знаками, и всё это создаёт впечатление, будто вот-вот появится жрец с ножом.
Внизу, в зловонной воде, величественно скользили твари — не то крокодилы, не то ящеры, и каждая из них выглядела так, будто давно мечтает попробовать на вкус человека. Хотя, справедливости ради — меня они, скорее всего, не догонят. Но остальных…
— Можешь прекратить хоть на секунду?! — возмущённо заорала Нами, почти сорвав голос. — Нас могут в любой момент принести в жертву, а ты… рисуешь и записываешь как туристка!
Она замахнулась, явно намереваясь врезать мне по голове, но я с лёгкостью отступила на шаг влево. Удар пришёлся по воздуху, и я лишь насмешливо вскинула бровь.
— Нами, ты просто не понимаешь! Остров с ТАКИМ ландшафтом, ТАКОЙ фауной и ТАКОЙ архитектурой — выпадает раз в жизни! — я взмахнула карандашом, словно жезлом. — Надо брать от него всё, пока мы ещё живы!
— Если мы выживем, я тебя собственноручно прикончу, понялa?! — прошипела она, вытирая лоб.
— Да не ворчи ты, — ухмыльнулась я и вдруг хлопнула себя по лбу. — Точно! Мне же нужны сувениры!
— Что? — Нами отошла от состояния гнева к ступору. — Сувениры? Серьёзно?!
— Ну да! Надо же что-то привезти отцу! Представь, какой будет эффект, если я ему вручную притащу… кусочек загадочной креветки! — глаза мои загорелись.
— Сувениры… — пробормотал стоящий в стороне Зоро, облокотившись на стену. — Головы вон тех акул сойдут? — он махнул в сторону тварей, что лениво проплывали мимо, сверкая полосатыми боками и устрашающими пастями.
— Головы? — я прищурилась. — Не, как-то несолидно. Хочется чего-то более… впечатляющего. — вспомнила ту огромную креветку, что нас сюда притащила. — Вот та креветка — другое дело!
— Да вы совсем спятили! — взорвалась Нами, в голосе слышалось уже отчаяние. — Какие к черту сувениры в такой момент?! Мы можем умереть здесь!
— Ну да, головы — так себе идея. Не передаёт духа места, — покачала я головой, вдумчиво прикусив карандаш. — Они и на Гранд Лайне бывают. Неубедительно, — Нами в ответ лишь тяжело застонала, махнув рукой и села на ближайший плоский камень. Вся из себя измученная и психически подавленная.
— Господи, кто же в тебя вселился… — пробормотала она уже тише, устало глядя на небо, где вместо солнца плавали легкие перистые облака. Я закрутила карандаш между пальцами и уселась рядом, всё ещё по уши в исследовательском азарте.
— Значит, сначала нужно выбраться отсюда, — подвёл итоги Зоро, оглядывая окружающий остров с явным недовольством. Он стоял, заложив руки за голову, как будто бы всё происходящее его только раздражало, но в глубине глаз уже плясал знакомый огонёк.
— Я бы тоже хотела осмотреться, — сказала Робин, неспешно подходя. — Возможно, мы найдём что-то, что поможет отремонтировать корабль. Например… сокровища. — с тонкой улыбкой добавила она.
— Сокровища?! — тут же заискрилась Нами. — Ладно, оставайтесь на корабле, дети. Мамочка идёт за деньгами! — она ловко подпрыгнула и уже тянулась к своей сумке, в голове, очевидно, складывая будущий бюджет с процентами.
— Я могу перенести Робин и Нами, — сказала я с широкой, почти хищной улыбкой, взглянув на мечника. — А вот ты, трава-голова, ищи способ сам, — Зоро резко повернул ко мне голову, бровь его задёргалась.
— Это ещё почему? — буркнул он с вызовом, делая шаг ближе.
— Ты слишком тяжёлый, маримо. — с невинным видом пожала плечами. — Я тебе не подъемный кран.
— А когда выкидывала мои штанги за борт, они, значит, не были тяжёлыми?! — у него почти пар из ушей пошёл.
— Нашёл, что вспомнить! — я откинула волосы за плечо, изображая благородное удивление. — Это была вынужденная мера. Они угрожали моему моральному здоровью.
Он фыркнул и подошёл к краю корабля, смерил взглядом висящие в листве лианы, после чего без лишних слов спрыгнул вниз, схватившись за одну. В воздухе он даже не шелохнулся — как будто бы знал, что удержится. И удержался. Грациозно, как кошка, и раздражающе уверенно.
— Показушник, — пробормотала я с лёгкой ухмылкой и повернулась к Робин.
— Я тоже воспользуюсь лианами, — произнесла археолог спокойно. — Не стоит утруждать тебя, милашка, — с иронией в голосе она кивнула и, как всегда, величественно покинула палубу.
— Ну а ты? — я посмотрела на Нами, подмигнув.
— Я? — она резко обернулась. — Конечно полечу с тобой! Не хочу, чтобы ты потом говорила, что я хуже маримо!
— Я бы не осмелилась, — усмехнулась я и схватила её под руки. Мы мягко оторвались от палубы и пронеслись вниз, между деревьев, пока ветер не запутал мои волосы, а Нами не вцепилась в меня, как в спасательный круг. Мы приземлились чуть поодаль от Зоро, и он, скрестив руки на груди, поднял на меня бровь.
— Спустилась? Не надорвалась?
— Я что, по-твоему, сахарная? — я прошлась мимо, нарочито не глядя на него. Он хмыкнул, а потом, подходя ближе, склонился к моему уху.
— Если так хочешь — в следующий раз подниму тебя сам. Посмотрим, кто кого надорвёт.
Я резко повернулась, поймав его взгляд — в нём была та самая дерзкая искра, от которой у меня сердце прыгнуло чуть выше обычного. Но я быстро собралась, сощурилась и ответила, не отводя глаз:
— Сначала научись свои штанги поднимать, герой.
Он тихо рассмеялся, и мы пошли вперёд, догоняя остальных. Мы шли всё глубже в лес, продираясь сквозь переплетённые корни этих исполинских деревьев. Каждый шаг давался с трудом — не потому что путь был тяжёлым, а потому что природа здесь будто сжималась, дышала, скрывала что-то в этих густых тенях и скрипах ветвей над головой.
— Да тут одни деревья, — пробормотала я, смахивая с лица прядь волос. — Какой смысл такого гигантизма? Эти деревья вообще нормальные?
Скорее мутанты. Они были не просто большими — они были древними, слишком древними. Я задумалась, на каких таких силах они выросли до такого безумия. Магия? Плод? Или просто Гранд Лайн говорит «здравствуй». Робин присела рядом с древним, почти заросшим колодцем, встроенным прямо в корневище. Похоже, его построили давным-давно, задолго до того, как дерево стало таким гигантом.
— Эй, Нами! Видишь что-нибудь оттуда? — донёсся снизу голос Зоро. Я приподняла рыжеволосую, чтобы она смогла осмотреться с биноклем. Она замерла почти мгновенно. Лицо заострилось, брови нахмурены, дыхание — будто затаилось.
— Что ты там увидела? — я нахмурилась, пытаясь заглянуть ей через плечо.
— Нужно посмотреть вблизи, — бросила она, резко спрыгивая. В голосе была смесь тревоги и чего-то… предчувствия. Мы подошли к краю берега, и я тоже всё увидела. Сердце пропустило удар.
— Где-то я это уже видела… — пробормотала я.
Перед нами возвышался двухэтажный дом, стоящий прямо на границе между лесом и обрывом. И в этой архитектуре, в изгибе крыши, в форме окон было что-то до ужаса знакомое.
— Там была другая сторона, — уверенно сказала Робин. — Это… вторая половина.
Я вытаращилась, пока в голове не защёлкали пазлы.
— Подожди… Это же… Нет! Это дом Монблана Крикета… на Джае?! — я застыла. — Но это же… Это же невозможно!
— Если соединить этот дом с тем, что на Джае, они составят единое целое, — подтвердила Робин, и у меня в животе всё скрутило от осознания.
— Значит, это действительно была Джа… — слова застряли у меня в горле. — Нет! Нет! Но тогда получается, что Джаю буквально разрубило надвое, и часть оказалась на небесах! — причем разрубило больно уж ровно. Я бы назвала это ювелирной работой. Да какое природное явление на такое способно? Хотя это Гранд Лайн… Но я никогда не слышала о чем-то подобном. Это же бред собачий!
Я отступила на шаг, в голове крутились цифры, обрывки легенд и… одна невозможная мысль.
— Если всё это правда… — проговорила я медленно, — тогда «Золотой город», который Норланд нашёл 400 лет назад… всё это время был здесь… — я судорожно рассмеялась. — А мы стоим прямо на нём.
Нами буквально светилась от счастья. Я слышала, как она уже пересчитывает золотые горы в уме.
— У-х-а-а-а-а! Спасибо тебе, бог! — почти рыдала от восторга рыжеволосая, прижимая руки к щекам. На её лице сияла та самая мечта — алчная, дерзкая, но живая.
— Разве ты не боишься «бога» этого острова? — спросил Чоппер, переглянувшись с Робин.
— Бог? — она даже не моргнула. — Кого волнует бог? Разве он стоит дороже золота?
— Так, с этой всё ясно, — я вздохнула, закатывая глаза. — Если нас кто и погубит, так это её любовь к сокровищам.
***
— Чоппер? Ты где?! Что случилось, Чоппер?! — громко крикнула Нами, как только мы вернулись к Гоинг Мэрри. Мы почти бежали сквозь лес, отмахиваясь от листвы, а я то и дело поглядывала в небо, будто молнии могли вернуться в любой момент. Зоро всё время упирался, подначивал свернуть с маршрута, настаивал, что надо идти глубже в лес — мол, «так безопаснее». Но Нами одним только взглядом припечатала его к земле. Когда Гоинг Мэрри наконец показался между деревьями, у меня внутри что-то екнуло. Он выглядел… потрёпанным. Словно что-то случилось, пока нас не было. — Мачта… её нет, — пробормотала Робин, прищурившись. Одна из главных мачт словно была выдрана с мясом. Порывшись в памяти, я вспомнила, что Чоппер должен был остаться чинить судно. И всё равно корабль выглядел хуже, чем раньше. — Чёрт, — прошептала я и взмыла в воздух, подхваченная крыльями. Мягко опустилась на палубу и тут же увидела знакомую меховую фигурку, дрожащую возле лопнувшего бруса. — Чоппер… — он поднял на меня глаза, полные слёз, и без слов вцепился в меня всеми четырьмя копытцами. Я прижала его к себе, крепко-крепко, чувствуя, как он дрожит всем телом. — Мне жаль… я не справился… — всхлипывал он в груди. — Я позвал на помощь… я дудел в свисток, но… они его чуть не убили… — Тсс… всё в порядке. Главное, что с тобой всё хорошо, — тихо ответила я, мягко гладя его по голове. Но когда я подняла взгляд — на остатки мачты — меня передёрнуло. Следы от подпалин, обугленные щепки… Это не просто поломка. Это был поджог. И в этот момент — как всегда не вовремя — по лесу пронёсся вопль: — Нами-суаан! Робин-чуаан! Джерилл-суаан! — с перекатывающимся эхом нас догнал голос Санджи. Я обернулась — и увидела, как на небольшой облачной лодке к нам спешили Луффи, Усопп и он сам. И, конечно, весь путь повар крутил пируэты и махал руками, будто танцевал на параде. — Я прошёл испытание любви! — радостно сообщил он, как будто это объясняет что-то хоть на йоту. Его рубашка была наполовину сожжена, волосы растрепаны, а взгляд по-настоящему безумен — такой у него бывает только после встреч с красивыми женщинами… или почти-смертельной опасности. — Испытание чего, прости? — усомнилась я, но Луффи уже взобрался на палубу и начал что-то бормотать о летающих шариках, странных руинах и человеке, который стрелял громом из барабана. Пока они рассказывали, стало понятно — Чоппер, спасаясь от какой-то опасности, использовал тот самый свисток, который нам оставил Ган Фолл. И старик, не теряя времени, появился, чтобы помочь. Только вот… его самого едва не убили. Сейчас он лежал на палубе, бессознательный, с ожогами и ссадинами. Санджи накрыл его своей курткой, а Усопп неловко поправлял подушку у головы. — Ладно… — Санджи устало выпрямился, прикуривая сигарету. — Думаю, было бы разумно переночевать в лесу, на берегу. Подальше от облаков, от корабля, от… неба вообще. Если нападут — мы хотя бы не утонем вместе с судном. — Пикник! Вечеринка! Мясо! — закричал Луффи, мгновенно потеряв нить разговора. Он уже подпрыгивал на месте, хватал Чоппера за копыта и кружил его, пока тот не завизжал. — Ты ничего не понял, капитан! — закричала Нами, бросая в него подушку. — Да что вы так все серьёзно… Мы же на Небе! Надо праздновать! — беззаботно улыбнулся он. Вскоре после заката мы развели костёр на берегу, в удобной полянке у воды. Пламя мягко освещало наши лица, отбрасывая на траву длинные, дрожащие тени. Слегка пахло гарью и древесной смолой. Мы устроились в кругу, перебрасываясь обрывками информации, добытой за день. Кто-то резал фрукты, кто-то жарил скромный улов, а кто-то — как Луффи — просто сгорал от нетерпения. Но всё затмило одно слово, прозвучавшее с особенным весом. — «Золотой город»… — повторил Усопп, будто пробуя его на вкус. — Если поблизости есть сокровища, пираты не пройдут мимо! — Золото, а? — глаза Луффи зажглись, как два фонаря. Он вскочил на ноги, стиснув кулаки. — Я так долго ждал этого приключения! Решено! Мы идём искать золото! — вечерний ветерок подхватил его плащ, костёр вспыхнул ярче — всё выглядело так, будто само небо одобряет его порыв. Мы распределились по парам и направились в разные стороны, пообещав не уходить далеко. Ночь в этом лесу не сулила ничего хорошего. Мне повезло: на одном из деревьев я нашла гроздь крупных, спелых бананов. Вскарабкалась на ствол, стараясь не поскользнуться, и начала обрывать их, кидая вниз в сумку. Было тихо… пока я не услышала знакомый голос снизу. — Эй, что ты там делаешь? Спускайся! Я обернулась и увидела Зоро, который стоял внизу, с ленивым видом болтая… несколькими дохлыми крысами, зажатых за хвосты. — Мерзость какая… — пробормотала я и спрыгнула вниз, отряхивая ладони. — Мы искали еду, а не чуму. — А что не так? — он посмотрел на меня, искренне не понимая отвращения. — Ну, например, ты хочешь это съесть! — я махнула рукой в сторону его «добычи». Но спорить с ним — как разговаривать с камнем. Он лишь пожал плечами и сунул крыс в сумку. Ладно, пусть сам ест своих крыс. Сделав глубокий вдох, я отвернулась и присела рядом с каким-то кустом. На глаз попались грибы — здоровенные, мясистые, со странными узорами на шляпках. Я осторожно срезала несколько и поместила в мешок, чуть нахмурившись: их я тоже раньше не видела. Надо будет спросить Чоппера — вдруг я нашла идеальный способ накормить всю команду или… отравить. Кто знает. — Стоило бы уже возвращаться, — пробормотала я, глянув на небо. За деревьями уже почти не было видно света, и ночь казалась гуще, чем обычно. Влажный ветер шевелил листву, и в этой тишине вдруг послышались чужие шаги. — Ты куда пошёл, блин?! — закричала я, увидев, что Зоро уходит в сторону — не в ту, откуда мы пришли. Он не отреагировал. Просто шёл вперёд, как загипнотизированный. Я поспешила за ним и нашла его возле… улья. Огромного. Чертовски огромного — размером с его торс. Вокруг роились пчёлы, каждая размером с мою ладонь, с блестящими крыльями и хищным гудением. — Мёд был бы неплох, — задумчиво произнёс он, не отрывая взгляда от улья. — Ты с ума сошёл?! — прошипела я. — Ты вообще видишь, какие они огромные?! Они сожрут тебя живьём! с сомнением посмотрела на летающих пчел. — Я потом тебя не откачаю от их яда, — если они набросятся всем роем, ему конец. Но тот, словно и не слышал меня. Он достал два меча, будто предупреждая всех насекомых сразу, а я обреченно вздохнула и невольно сделала несколько шагов назад. — Ты точно рехнулся, — простонала я, отступая назад и приседая за толстый корень. И о чем он вообще думает? И в следующий миг он кинулся вперёд, как волна. Лезвия мелькали с такой скоростью, что я с трудом могла их разглядеть. Пчёлы, с яростным жужжанием, бросались на него, но он рубил их, не давая приблизиться. Один взмах — и пять тел упали на землю. Второй — и ещё десяток. Через пару минут воздух очистился, а гул стих. Он тяжело выдохнул, спрятал мечи и направился к улью, словно всё это не стоило ему ни капли усилий. — Вроде всё, — спокойно сказал он, заглядывая внутрь и вытаскивая целую ладонь янтарного, густого мёда. Он взглянул на меня через плечо и криво усмехнулся. — Хочешь попробовать? Я закатила глаза и усмехнулась: — Дуракам везёт. Но если тебя ужалит что-то ядовитое — я тебя не лечу. Будешь валяться в кустах с опухшей рожей. А я буду смеяться. — Ай! — резко выругался он, хлопнув по плечу. Последняя пчела с характерным жужжанием рухнула на землю. Я нахмурилась, подошла ближе и, не спрашивая разрешения, взяла его за руку. — Дай сюда, — потребовала я, аккуратно осматривая покрасневшее, опухшее место. Ужаленное место пульсировало, вокруг стремительно образовалась припухлость. — Ну вот и зачем ты туда полез? — я тяжело выдохнула, глядя на его руку, а потом — на него. На лице не было боли, но беспечность с выражением «подумаешь, укус» меня не убеждала. Вроде ничего опасного, но если будет аллергическая реакция… лучше показать его Чопперу. — Просто… мёд же сладкий, — пробормотал он, глядя куда-то мимо, и вдруг неожиданно добавил, — а ты такое любишь. Моя рука замерла. Я моргнула, не сразу поняв, что он сейчас сказал. Зоро почесал затылок, явно сам немного стесняясь своей внезапной откровенности. — А-ха-ха-ха! — я не выдержала и разразилась смехом. Слишком мило, слишком… глупо и неожиданно. Он всерьёз полез в улей ради меня? — В меде невероятно мало сахарозы, я бы даже сказала, что ее нет, — я тронула его плечо, еле сдерживаясь. — В бананах её куда больше! — А? — он удивленно хлопал глазами, словно его только что обманули, из-за чего я рассмеялась еще сильнее. — Чего?! — выдал он наконец, в полнейшем замешательстве. — Ну да! — я показала на корзину бананов, в смех все не утихал. — Прекрати уже! — пробурчал он, но в голосе слышалась не злость, а скорее стеснение. Он отвернулся, но я видела, как он стиснул губы, явно пытаясь не выдать смущение. — Ты же сама говорила, что если ужалят — мне не поможешь! — Я?! — я всплеснула руками. — Я думала, ты не воспримешь это всерьёз! — Вот и не беспокойся тогда, — фыркнул он. — Прости! Прости! Просто это было неожиданно мило, — все еще не могла успокоиться. Как вспомню его растерянное лицо, как очередной приступ смеха пробирает! Тот вновь рвался наружу, но что-то в его взгляде остановило меня. Он вдруг резко притянул меня за локоть, и я поняла, что шутки закончились. — Мило? — практически взбесился он. — А вот это мило? — тихо, почти шепотом, спросил он, наклоняясь ближе. Его рука оставалась на моем локте, пальцы крепко, но аккуратно сжимали кожу. Он смотрел мне прямо в глаза, и в этом взгляде не было ни тени колебания. Я могла отстраниться. Могла сказать, что это не вовремя. Что сейчас темно, поздно, и мы вообще-то собирали еду. Но я не сделала ничего из этого. Вместо этого, сама не знаю зачем, медленно провела языком по пересохшим губам, глотая воздух, который вдруг стал очень горячим. Он уловил движение и опустил взгляд. Его глаза скользнули по моим губам, и он едва заметно усмехнулся. Сердце стучало где-то в горле. Я успела подумать, что это глупо… и в ту же секунду он наклонился и поцеловал меня. Сначала мягко, как будто пробуя. Но стоило мне обвить руки вокруг его шеи, прижимаясь ближе, как его объятия стали крепче, жаднее. Он прижал меня к себе за талию, и я едва удержалась на ногах — то ли от неожиданности, то ли от того, что ноги просто подкашивались. Его поцелуй углубился, стал жарче. Губы требовательно скользили по моим, он не давал мне и секунды передышки, отрываясь только для того, чтобы вернуть поцелуй с новой силой. Я вздрогнула, когда его пальцы легко прошлись вдоль моей спины, обжигая сквозь тонкую ткань. Его дыхание смешивалось с моим, а мечи за его спиной лязгнули друг о друга, когда я прижалась ближе, и он сменил руку. Этот звук будто подчеркивал опасную сторону его натуры, но вместо страха я чувствовала… трепет. Пальцы в его волосах ощущали их грубую, чуть жёсткую текстуру. Я зарылась в них, притягивая его ближе, как будто могла раствориться в нем. К такому, черт возьми, можно и привыкнуть. Чертов маримо с его дьявольским искушением. Я зарылась руками в его волосы, уже даже не отрицая, что наслаждаюсь происходящим. Я не знаю, сколько мы так стояли. Время исчезло. Мир сократился до его рук, его дыхания, его губ на моих. Когда мы, наконец, разом оторвались друг от друга, над лесом уже давно воцарилась густая темнота. Ни один из нас не говорил ни слова. Воздух вокруг был липким от жары и наших дыханий. — Кхм… нам, всё же, пора, — я поспешно отвернулась, прочищая горло, будто могла стереть ощущение поцелуя этим звуком. — Ага, — тихо, но с неубедительной невозмутимостью ответил он, поднимая свой мешок с крысами и банку мёда. Никаких шуток. Никаких слов. Просто пошёл за мной. И я шла вперёд, делая вид, что ничего не произошло. Но я слышала его шаги за своей спиной — ровные, спокойные, как будто он всегда будет рядом. А внутри всё ещё горел костёр. — О! Вы наконец вернулись! — воскликнула Нами, заметив нас. Она сидела на большом пне у костра, в руках у неё была карта, а на лице — лёгкое удовлетворение, как у человека, который только что распутал нечто важное. — Ты что там делал, тупой маримо?! — завёлся Санджи, подскочив к нам и вырывая у Зоро банку мёда и висящих за хвост крыс. — Ты хоть понимаешь, насколько ты бесполезен, когда ходишь без присмотра?! Зоро фыркнул, даже не удостоив повара ответом. Он лишь протянул руку и легонько подтолкнул Санджи плечом, проходя мимо. — Не лезь, бровастый кусок теста, — пробормотал он себе под нос, присаживаясь у костра. — Что ты сказал?! — закричал повар, угрожающе вскинув сковороду. — Ничего. Просто подумал, что тебе бы не помешала пчелиная терапия — может, яд подлечит твои мозги, — лениво бросил мечник, потирая плечо. Я почувствовала, как сжимаюсь изнутри от воспоминания о том, что произошло минут десять назад. Я оставила их в их привычной перепалке и подошла к Нами. Она перешла на шёпот и подозвала меня к себе, разложив на колене две карты — небесного острова и старой доброй Джаи. Точка соединения — дом Монблана Крикета. — Смотри, — прошептала она и совместила карты. Я сразу же поняла, что меня поражает: очертания острова в верхнем мире искажаются, но если наложить их на карту Джаи… — Он в форме черепа, — выдохнула я. Меня аж пробрало. — Значит, Норланд был прав… — «Я видел золото в правом глазу черепа»… — проговорила Нами, и её голос звучал как финальный аккорд. Всё сходится. — Так вот где он… Золотой город, — я откинулась назад и уставилась в небо. Где-то над этим лесом, среди гигантских деревьев и странных облаков, лежит одна из древнейших легенд. И мы её нашли. Я украдкой посмотрела на Зоро. Он сидел чуть в стороне, глядя на огонь. Я решила всё же попробовать мёд — хоть и бесполезный для моего организма, но его вкус приятно щекотал язык. Густой, ароматный, с привкусом дыма… чертовски вкусно. И чертовски приятно, что он добыл это для меня. Нами, как всегда наблюдательная, пристально посмотрела на меня и вдруг прищурилась. — Хм… Джерилл? — тихо сказала она, с подозрением поднимая бровь. — У тебя… губы опухли? — Что? — я даже поперхнулась. — Ну-ну, — ухмыльнулась она. — А я-то думала, ты сама говорила: «между нами ничего нет и не будет»… Я почувствовала, как меня начинает бросать в жар. Есть ли вообще смысл отрицать? — Это… не понимаю, о чем ты, — пробормотала я, отворачиваясь. Но Нами уже довольно хихикала, покачивая ногой. Она всё поняла. Да и как не понять, с её-то нюхом на такое. — Не волнуйся, — с усмешкой добавила она. — Я никому не скажу. Пока. — и сделала акцент на последнем слове, отчего у меня перехватило дыхание. К счастью, разговор перешёл к планам на завтра. Рыжеволосая, как всегда, быстро взяла организацию в свои руки. — Утром разделимся. Первая группа — остаётся с кораблём и пытается выбраться с этой платформы, — она указала на Мерри. — Вторая — отправляется в «правый глаз» за золотом. Двигаемся быстро. Берём, что можем, и уходим, пока нас не поджарили молниями. — Это если всё пойдёт по плану… — мрачно вставила Робин. — А у нас когда-нибудь всё шло по плану? — хмыкнула я. И да, это был риторический вопрос, мне даже никто не ответил. — Ты в какой группе будешь? — спросила Нами, оборачиваясь ко мне. — Конечно же иду смотреть на сокровища, — самоуверенно заявила я. — Плевать на опасность. Пропустить Золотой город? Ни за что. — Вот это уже моя Джерилл, — ухмыльнулась Нами. — Только не отвлекайся на всякие… соблазны, — кинула она недвусмысленный взгляд в сторону спорящих о чем-то Зоро и Санджи. Я прикрыла лицо руками и застонала. — Я убью тебя во сне, — процедила я, глядя на Нами с ледяным спокойствием, за которым скрывался раскалённый до бела стыд. Она хищно улыбнулась, не сводя с меня взгляда, и неожиданно наклонилась вплотную, шепча прямо в ухо: — Попробуй — и я скажу Зоро, что ты бормочешь его имя во сне. У меня в ушах зазвенело. Я моментально покраснела, как помидор, и резко отпрянула. — Ты… ты выдумываешь! — Да? Ну и что? Главное, чтобы он поверил, — хихикнула она, изящно откидывая волосы и делая вид, что ничего особенного не сказала. — Ты исчадие ада, — прошипела я, зажав лицо ладонями.
