44 Сорока
17 августа 2024 г., 17:00
Я так глубоко погрузилась в собственные мысли, что даже Ророноа — этот воплощённый инстинкт опасности — не стал лезть. Хотя я чувствовала: он хотел что-то спросить. Но, видимо, решил не мешать. Я ходила туда-сюда по палубе, уткнувшись в размышления, хрустя один леденец за другим, словно они могли помочь мне прояснить голову. Не помогали.
В какой-то момент я резко остановилась.
— Я выхожу в город. Нужно… кое-что проверить, — бросила я через плечо, не дожидаясь чьего-либо мнения. Слишком многое не сходилось. И если я хочу получить ответы — придётся действовать по-старому.
— Я иду с тобой, — прозвучало твёрдо, почти мгновенно. Конечно. Кто бы сомневался. Я обернулась и приподняла бровь, указывая подбородком на горизонт, где уже показались Санджи с Чоппером, радостно тащившие какие-то пакеты.
— А кто за кораблём следить будет?
Зоро не сказал ни слова, просто кивнул в их сторону, мол, проблема решена.
— Ладно, чёрт с тобой, — фыркнула я, натягивая капюшон. — Но! Будешь делать всё, что я скажу. Устроишь драку или впутаешься в разборки — больше никогда тебя с собой не возьму, — зловеще сузила глаза.
— Понял, понял! Вести себя хорошо, никого не рубить! — театрально поднял руки он. Такой покладистый он меня только настораживает… хотя нет, с ним всегда так. Всё равно вляпается куда-то, а потом придётся его вытаскивать.
Мы сошли с трапа, пересеклись с возвращающимися ребятами. Санджи, завидев нас вдвоём, сразу трагично закатил глаза, едва не расплакавшись.
— «Почему не я…!» — явно думал он, но промолчал. За это ему отдельное спасибо.
Мы шли по оживлённой улице, утопая в людской суете. Город жил в предвкушении праздника — по крышам уже свисали гирлянды, дети бегали в масках, повсюду играла музыка, пахло выпечкой, специями и жареными орешками.
Я остановилась у прилавка с масками. Краски, формы, фактуры — глаза разбегались. На стенах висели маски зверей, духов, воинов, демонов, даже морских королей.
— Чего изволите! У меня есть любая тематика за скромную цену! — весело пропел торговец, подскочив ко мне с чуть перегибающимся от театральности поклоном.
— Что-то, что не будет спорить с… этим, — указала я пальцем на свои рога, приподняв прядь волос. — И что-нибудь… вот для этого куска зелени, — махнула в сторону Зоро, не оборачиваясь.
Тот только фыркнул, но подошёл. Торговец смерил нас взглядом, зашевелил губами, будто прикидывая к образу цвет и форму, и, в конце концов, протянул мне маску демона с черными рогами и хищной улыбкой, в которую мои выглядели почти органично. Я примерила — и, признаться, даже себе понравилась. Стало как будто… привычнее.
Зоро выбрал странную, но мрачновато-стильную маску — вроде зверя, вроде духа войны, с узором, напоминающим о шрамах.
— И всё-таки, — начал он, когда мы отошли от прилавка, — зачем весь этот маскарад?
— На соседнем острове сейчас проходит карнавал, — с усмешкой ответила я. — Поддержи атмосферу.
— Серьёзно?
Я молча кивнула в сторону очередного переулка, где люди в костюмах бросались конфетами, кто-то пел, кто-то играл на барабанах. Воздух звенел от праздника. Да, очень удачно замаскироваться в толпе.
— Кроме того, — добавила я, — ты слишком привлекаешь внимание.
— Я?
— Да. Три меча и вечно напряжённое лицо. Нас узнают быстрее, чем мы успеем шаг сделать. А теперь? — я крутанулась на каблуках в плаще. — Теперь мы просто… часть карнавала. Таких, как мы, тут сотни.
— Ясно… — задумчиво осмотрелся он. Он явно никогда не обращал внимание на свое окружение. Я направилась по знакомому мне маршруту к небольшому магазинчику в центре города.
— Добрый день, чего бы вы хотели? — голос девушки-официантки был тихим, почти мурлыкающим, как у одной из многочисленных кошек, что буквально облепили это странное кафе. Всё здесь было каким-то… уютно безумным: подушки с хвостиками, стулья с ушками, гирлянды с лапками. Кошки были повсюду. Они спали на полках, прыгали по спинкам диванов, шуршали в кустах у входа, и, разумеется, вились у моих ног, как будто мы были старыми друзьями.
— Я вчера потеряла кота… по кличке «Сапфир». Рыжий, полосатый, с зелёным ошейником и биркой с именем. Возможно, вы его видели? — проговорила я с выражением искреннего огорчения, как будто и правда рыдала всю ночь. В то же время краем глаза ловила выражение лица Зоро — чистый шок. Он точно хотел переспросить, какого ещё кота я ищу, если у нас никогда не было никакого «Сапфира».
Но он молчал. Молодец.
— Хм… Многие коты сбегаются сюда, — задумчиво отозвалась официантка, аккуратно поправляя фартук, на котором была вышита маленькая чёрная кошка.
— У него зелёный ошейник, с серебряной биркой, — добавила я, будто бы невзначай. Несколько посетителей, что с интересом посматривали в нашу сторону, сразу же потеряли всякий интерес, вернувшись к своим капучино и мурчащим спутникам.
— Тогда… может быть, заглянете во двор? Мы подкармливаем там многих бездомных, — с легкой улыбкой предложила она, указывая на маленькую дверь с надписью «Только для персонала».
— Я буду очень признательна! — выдохнула я с облегчением, будто бы схватилась за последнюю надежду. Мы с мечником проследовали за ней по узкому, слегка пыльному коридору, где пахло старой древесиной, кошачьей едой и — странно — мятой.
Когда мы подошли к массивной двери у лестницы вниз, девушка повернулась ко мне:
— Я сообщу о вашем визите. Сорока скоро спустится, — вежливо кивнула она и скрылась за другой дверью. Я, не торопясь, начала спуск по ступеням, не оборачиваясь.
— Что это за место? — тихо спросил Зоро, осторожно ступая следом.
— Место обитание сорок на этом острове, — прямо сказала я, не поворачивая головы. Говорить громче не имело смысла — в этих стенах слишком хорошо всё слышно. Мы оказались в небольшом, но стильном помещении. Пол выложен гладким тёмным деревом, на нём пушистый ковёр. В углу — полки с книгами, странными фигурками, чайный столик между двумя мягкими диванами и свечи, дававшие тёплый, слегка колеблющийся свет. Уют, в котором явно таилась опасность.
Я села на один из диванов и похлопала рядом.
— «Сорок»? — переспросил Зоро, усаживаясь рядом, наигранно расслабленно.
— Информаторы, — пояснила я и сняла маску, чувствуя, как лицо слегка потеет под ней. — Ты пока не снимай. Я не уверена, кто именно из сорок сейчас тут.
— Помню. Молчу, сижу, дышу через раз, — пробурчал он. Даже через маску чувствовалось, как он закатил глаза.
Я хотела снова его одёрнуть, но в этот момент послышались быстрые шаги. На ступеньках мелькнула тень. Первая появилась чёрная кошка с янтарными глазами — она уверенно миновала нас, прыгнула на стол и устроилась, не забыв театрально начать вылизывать лапу, демонстративно игнорируя присутствие людей.
— Ну надо же… Какая птичка ко мне сегодня залетела, — пропел бархатный, слегка тягучий голос. За кошкой спустился высокий, болезненно худой брюнет с узким лицом, зализанными тёмными волосами, собранными в низкий хвост. Во рту у него дымилась сигарета, которую он не потрудился даже убрать в помещении.
Уже по одному его взгляду было ясно — оружие он в руках держал разве что чтобы вскрыть конверт. Но с таким человеком лучше не играть в прятки. Он и без пистолета мог быть опаснее целого отряда дозорных.
— Надо же, седьмой, какая встреча, — ухмыльнулась я. Даже не знаю, повезло ли мне. Ну хоть знаю, как вести мне с ним дело. — И что же ты тут делаешь?
— Решил устроить себе небольшой отпуск, город тут спокойный, — сел он напротив меня, — но кто бы знал, что увижу тут твое прелестное личико.
— Ты хотел сказать, мой прелестный язычок? — с усмешкой поправила я, перекидывая ногу через ногу и откидываясь назад. Сороки спят и видят, как бы залезть личностям вроде меня в голову.
— Ах, догадливая, как всегда, — выдохнул он дым, не моргнув. — Как же ты сладко всё помнишь. За это я тебя и ценю.
Он налил чай из фарфорового чайника в три чашки и поставил перед каждым по одной. Пальцы у него были длинные, тонкие, почти женственные, а движения — такие, будто он каждый день пьёт чай с какими-нибудь аристократами.
— Или твой спутник… предпочитает другое? — скользнул он взглядом по Зоро, с лёгким намёком.
— Пока что нет, — ровно ответила я, не давая Зоро вставить ни слова. Я взяла чашку и поставила перед собой, давая понять: разговор ещё только начинается. — Полагаю, ты догадываешься, зачем я здесь.
— Ну… — его глаза чуть сузились. — Всё же надеюсь, что ради чаепития со мной, — протянул он мечтательно, с притворной обидой. — Го ты никогда не приходишь просто поболтать.
Кошка на столе замерла, перестала вылизываться и уставилась на меня.
— Чтобы ты потом продал всё, что я тебе расскажу? — я хмыкнула, лениво облокотившись на подлокотник дивана. Кошка на столе метнула на меня ленивый, но осуждающий взгляд — будто бы ей не понравился мой тон. Что ж, извини, пушистая, сейчас не до вежливости.
— Ну в этом же и прелесть дружбы со мной, не так ли? — хмыкнул Седьмой, закидывая ноги на стол и театрально раскидываясь на диване. — Но полагаю, сейчас тебя может интересовать одно из двух… Информация о семье Винсмок… или же, скажем, СР9.
Я не сразу ответила. Сделала вид, что слишком занята чайной ложкой, которой мешала уже утонувшие в чае куски сахара. Моя улыбка была тонкой, как лезвие.
— Как-то… слишком просто подтвердил ты мои подозрения о Винсмоках, — прищурилась я, чуть склонив голову, наблюдая за ним. Его ухмылка была игривой, почти беззаботной, но я знала — ничего без расчёта он не говорил.
— Ну ты и сама всё прекрасно знала, — протянул он, потягивая дым. — А вот как именно член твоей команды связан с ними…
— Лучше молчи, — перебила его я. — Я тут не за этим, а ради СР9, — я давно подозревала нашего кока в связи с этой семьей, да что уж… я была уже практически уверена. Отличительные черты говорили сами за себя. Но это его дело, и, если он не хочет этим делиться, то это его право.
— Значит, не хочешь копаться в семейных драмах, а просто интересуешься правительственными убийцами? — он задумчиво прищурился, выпуская дым в потолок. — Ладно… Что именно ты хочешь знать?
— Их цель меня не особенно волнует, — махнула я рукой, как будто прогоняла надоедливую мысль. — Ради чего бы они тут ни скрывались — их дело. Меня интересует другое. Я хочу знать, почему он узнал меня так быстро.
Я бросила в чашку ещё один кубик сахара, и жидкость — или то, что от неё осталось — начала понемногу переливаться через край. Я даже не глянула.
— Не говори со мной такими загадками, это моё ремесло! — возмутился Седьмой, откинувшись назад. Даже кошка, кажется, подняла голову, чтобы выразить поддержку его страданиям. Я склонила голову набок, сцепив пальцы на колене. Медленно, со вкусом, сказала:
— Мы знакомы с тобой, сколько… около пяти лет?
— Что-то около того…
— Ну так вот… Скажи, я сильно изменилась за эти пять лет? — он немного нахмурился, сдвинув сигарету в уголок рта.
— Тебе найти твои фотографии пятилетней давности? — удивился он, не совсем понимая, к чему я клоню.
— А можешь? — неожиданный голос Ророноа прозвучал спокойно, но взгляд я на него метнула такой, что он тут же демонстративно замолчал и отвернулся. Седьмой, между тем, развеселился.
— А-то, по скидке, всего сто миллионов, — показал он один палец, как будто это что-то малое.
— Седьмой, не отвлекайся, — в моей кружке уже была горка сахара. — Ответь на мой вопрос.
— Ну не то, чтобы ты сильно изменилась. Скорее просто повзрослела, — протянул он с ленцой, задумчиво поводя кончиком сигареты в воздухе. В его голосе читалась насмешка, но в глазах — знакомая прищуренная сосредоточенность. За его внешней праздностью всегда скрывался острый и цепкий ум.
— Так вот… — я медленно достала кубик сахара из чашки, едва не зачерпнув им уже выступившую от переизбытка сладкого жидкость. — Как думаешь, если человек, который видел меня всего один раз… ну, скажем, лет пять назад… — я щёлкнула кубик в рот, он с хрустом разлетелся, будто подчеркивая мои слова, — …встретил бы меня сегодня. Насколько быстро бы он меня узнал?
На пару секунд повисла тишина. Он вытянулся было в кресле, собираясь, видимо, отпустить очередную ленивую шутку, но замер. Его губы приоткрылись, но слова так и не сорвались с языка.
— Только если у него очень… — он оборвал фразу на полуслове, зрачки чуть расширились. — …очень хорошая память, — закончил он, не глядя в мою сторону. Он понял.
— На этом острове есть только один человек, способный помочь ему вспомнить, не так ли? — мило улыбнулась я информатору, облокотившись на подлокотник.
— Это просто бизнес, дорогая, ничего личного, — немного нервно сказал он. Он не боялся, просто суть их бизнеса в информации, а значит им выгоднее располагать к себе клиентов. Злой и подозрительный клиент может расплатиться лишь деньгами, но никак не информацией.
— Я знаю, но я хочу знать, что они хотят… и что ты им рассказал, — я закинула еще один кусочек сахара, собираясь слушать невероятно увлекательную историю.
— Хорошо, — пробурчал он, потерев висок. — Я понял запрос. Но, как ты знаешь… ничто не бесплатно. Ты можешь заплатить информацией… или…
— Не томи, — устало вздохнула я.
— …сто пятьдесят миллионов, — он показал два пальца, будто это всё ещё была «скидка жизни». — По старой дружбе. Мог бы и двести запросить. Ты знаешь, сколько за тобой хвостов тянется?
Я не ответила сразу. На мгновение перевела взгляд на свою чашку — теперь уже через край лезли куски сахара, создавая липкую лужицу на блюдце. Я покачала головой. Зоро, до этого молчаливый, чуть приглушённо кашлянул. Я подозревала, что это он от суммы поперхнулся, но решила не комментировать. Он сам вызвался меня сопровождать — пусть теперь страдает.
— Скидка? Твои тарифы все дорожают, — усмехнулась я.
— Потому что ты всегда выбираешь деньги, хотя хранишь в своей головке кучу ценной информации, — печально вздохнул он. — Ну так что?
— Дай пустой чек, — выдохнула я. Все же не стоит мне идти у него на поводу. Я бы с удовольствием выдала ему кучу грязных тайн дозора, вот только он и слышать это не захочет. Эту информацию они смогут вытянуть из десятка других клиентов. А вот информацию про отца получить уже куда сложнее, что ставит меня в неприятное положение.
— Ты меня убиваешь, — театрально схватился он за грудь, с видимым страданием приподнялся, подошёл к полке в углу комнаты, достал из аккуратной коробки плотный лист с водяным знаком и перо, выложил на стол. Я молча взяла ручку, указала сумму, медленно вывела подпись, после чего окунула палец в чернила и оставила чёткий отпечаток.
— Потерпи. Ты переживал и худшие сделки, — ответила я спокойно, снова откинувшись на диван. — А теперь, говори. Кто был у тебя из СР9? Что они ищут? И самое главное — что ты им сказал обо мне?
— Они интересовались твоими слабостями, привычками, — лениво начал он, разглядывая кончик своей сигареты, словно там был написан список. Его тон был таким спокойным, будто он обсуждал прогноз погоды.
— И что именно ты им разболтал?
— Ну… — он потянулся к чашке, сделал неторопливый глоток и начал с привычной невозмутимостью: — Про твою одержимость сахаром — они это сочли забавным. Потом про то, что кайросеки на тебя действует слабее, чем на других. Что ты опасна в ближнем бою, особенно когда разозлишься. Про устойчивость к большинству наркотиков, кроме… ну, ты сама знаешь, — он прищурился и с хитрой ухмылкой уставился на меня сквозь дым.
Я сжала челюсть. Он всё ещё играл, даже сейчас, когда ставки куда выше простой забавы.
— То есть… — я шумно выдохнула, — они спрашивали о моих слабостях, а ты сдал им мои сильные стороны? — если не учесть мою слабость к… а вот то, что они это знают — плохо.
— Мы всегда работаем на совесть, тебе ли не знать, — с довольной ухмылкой он пожал плечами, будто это оправдание. Я прикрыла глаза на пару секунд, пытаясь удержаться от того, чтобы не кинуть в него эту проклятую сахарную гору. Только усложнил всё. Теперь они будут осторожнее, расчетливее.
— Это всё? — холодно поинтересовалась я.
— Вообще-то да. Это всё, что они прямо спросили… но, — он откинулся в кресле, убрав ноги со стола и скрестил пальцы под подбородком, — их визит всё равно оставил странное послевкусие. Были двое: длинноволосый с голубем на плече, и их шеф. Думаю, ты уже догадалась.
— Луччи и Спандам, — кивнула я.
— Угу. Шеф, скажем так, оказался… не самым осмотрительным собеседником. Он обмолвился об одной вещице.
— Ну насколько я помню, умом он никогда не блистал, — фыркнула я, глядя на клубы пара, поднимающиеся от кружки.
— Я заметил, — усмехнулся он, явно вспоминая не самый приятный разговор, — тебе я это рассказываю только потому что ты мне нравишься в отличии от них, — какая честь, может на стенку залезть от радости? Я чувствовала небольшое недовольство Ророноа, но он и так прекрасно понимает, что тот говорит совсем не в том смысле. На удивление, кстати, не отсвечивает.
— И о чем же он проболтался?
— Он заикнулся о том, что получит больше миллиарда, — я не сразу поняла к чему он клонит и как это относится ко мне. И тот тоже понял, что не совсем правильно выразился. — Цитирую: «он готов заплатить нам за эту девку больше миллиарда», — посмеивался мужчина. Мои глаза в шоке расширились и я задумалась.
— Кто-то… готов заплатить за меня… больше миллиарда? — повторила я, будто пробуя фразу на вкус.
— Ага. Я сначала подумал, он ляпнул не то, — пожал плечами он, — но потом стало понятно: он и сам не до конца понимал, что сказал. А жаль. Я бы не прочь знать, кто столь щедр, — в его голосе зазвенела жадность. — Если бы я знал, может и сам бы не удержалс…
Звук меча, выхваченного в долю секунды, перекрыл всё. Лезвие было у его горла прежде, чем он закончил фразу.
— Ты что сказал? — прошипел Зоро, сжав рукоять меча так, что костяшки побелели. Я мгновенно вскочила, схватила его за руку, не давая дотянуть дело до крови. Раздражение во мне бурлило не меньше, чем в нём.
— Успокойся! Ты что мне обещал? — я встретилась с ним взглядом, полным гнева и разочарования. — Мы договаривались! — он всё ещё дышал тяжело, словно сдерживая желание раскроить череп седьмому, но всё же опустил меч. Неохотно, но послушался.
— Да шучу я, шучу, — примирительно поднял руки седьмой, откидываясь назад. — Чёрт, охотник на пиратов, ты совсем без чувства юмора. Хоть бы улыбнулся… — ну да, разве возможно такое, чтобы он не пытался весь наш разговор понять, с кем же я пришла.
— Прости его, он не знает, как у нас тут всё устроено, — сквозь зубы сказала я, с трудом удерживая раздражение.
— Ради тебя, милая, я это забуду, — протянул информатор с нарочито томным вздохом и, прищурившись, послал мне воздушный поцелуй.
***
— Не нравится мне этот… — не знал как его обозвать Ророноа, когда мы уже вышли оттуда. Я, тем временем, доигрывала роль опечаленной хозяйки: поджала губы, опустила плечи, оглянулась в сторону входа, как будто всё ещё надеялась, что «Сапфир» вот-вот выскочит навстречу. — Господи, ты даже не представляешь какие бы последствия могли быть, если бы ты… — я тяжело вздохнула, понимая, что это все равно что со стенкой разговаривать и не стала ему что-либо объяснять. — Впрочем забудь. — Может всё-таки объяснишь мне, в чём дело? — он всё ещё шёл рядом, нахмуренный, но голос звучал ровно, без привычного упрямства. Это было странно… и немного приятно. Я остановилась, чтобы оглядеться, и как бы между делом начала. — Ну… тот длинноносый парень является членом секретной организации на службе мирового правительства девятого подразделения Сайфер Пол, или же просто СР9, — начала объяснять я ему. — Вот только меня смутило, что он довольно быстро меня узнал и вообще странно отреагировал, — предположила я. Думаю он подумывал быстро меня вырубить, пока я его не узнала и не насторожилась, или тем более не сорвала им миссию, которую они тут выполняют, но недооценил меня, — Скорее всего, он знал, что я с вами, но думал, что на корабле никого. — Значит Луффи убедил чинить корабль… секретную организацию? — недоуменно переспросил Ророноа. — Они обычно работают под прикрытием, так что ему повезло наткнуться именно на «таких» плотников, — усмехнулась я. — Но все очень неприятно сложилось. — Ты про тот миллиард? — голос Ророноа стал тише, словно слова сами не хотели звучать вслух. — Ага, видимо кто-то, знающий куда мы направлялись, связался с ними и предложил за меня огромные деньги, вот они и пошли за информацией обо мне, — задумалась я. В целом с их стороны это все выглядит как очень простой способ заработать. — Только я не понимаю, кто и зачем готов за меня столько заплатить… — кто-то слабый? Иначе зачем платить за то, что способен сделать и сам. Все равно как-то не вяжется, не понимаю. Кто-то, желающий избежать чужих взглядов? — Значит, они будут охотится на тебя? — задумчиво прошептал Ророноа. — Ах-ха-ха, получается… но ты же меня защитишь? — не могла не подразнить его, улыбнувшись охотнику на пиратов. — И зачем спрашиваешь? — он отвёл взгляд, и я отчётливо увидела, как его уши вспыхнули красным.
