Алый полководец: перерождение

      Придурок! Извращенец! Маримо чертово! Я едва не шипела, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Искры злости, кажется, реально плясали в моих глазах, пока я быстрым шагом шла по узкому, сырому туннелю. Каменные стены давили со всех сторон, будто подчеркивали каждую мою обиженную мысль. Да как у него вообще наглости хватило? Да как я, чёрт побери, вообще это допустила?! И главное — он идёт сзади такой довольный, словно не я сейчас готова его придушить, а он прогуливается после сытного ужина.       — Ну хватит дуться, — нагло хмыкнул зелёноволосый, догоняя меня и лениво засовывая руки в карманы.       — Как мягко ты описываешь мое состояние, — злобно сверкнула глазами.       — Тебе напомнить как ты практически мурлыкала, пока я гладил тебе спинку? — «мило» усмехнулся парень, тыкая меня как котенка в этот факт, так ещё и выглядел так, будто получает от этого искреннее удовольствие. Я поморщилась, не желая поддаваться ему.       — Я тебе это ещё припомню, — прошипела я, стараясь вложить в слова как можно больше обещания будущей расплаты.       — Как именно? Отплатишь тем же? — он оскалился, будто хищник, учуявший добычу. Я на секунду задумалась, не сразу уловив намёк, а после густо покраснела, хватая ртом воздух. Да как он… да он… в голову невольно лезли мысли того, как бы это могло быть, если бы мы поменялись позициями и я панически выкидывала эти мысли из головы.       — Ты… Да я… — выдавила я, скрипнув зубами и с трудом удерживаясь, чтобы не ударить его по плечу. Зоро лишь ухмыльнулся ещё шире, явно смакуя каждую секунду моей реакции.       — О, мы, кажется, куда-то пришли, — нагло перебил меня парень, указывая вперед.       Я прикусила язык. Развивать прошлую тему было бы равносильно тому, чтобы добровольно подписать себе приговор — а я и так уже с треском проигрывала в этом словесном бою. Вместо ответа я шагнула вперёд, отодвигая в сторону тяжёлую, пыльную картину. Петли скрипнули, открывая нам вид на длинный, тускло освещённый коридор.       — Налево или направо? — я на секунду прикрыла глаза, пытаясь уловить хоть какой-то запах. Без толку. В воздухе стоял затхлый, одинаковый аромат старого камня и пыли. — Запахов не чувствую… скверно. Может, разделимся? — предложила я, пытаясь хотя бы рационализировать поход.       — А что мы вообще ищем? — с прищуром спросил он.       — Что-то весёлое, — уклончиво бросила я, и сразу почувствовала его подозрительный взгляд на себе. Нет, правду говорить точно нельзя.       — Тогда не вижу смысла разделяться, — уверенно заявил Зоро, и, не дожидаясь моего ответа, пошёл направо. Я тяжело вздохнула и последовала за ним. Я выдохнула, обречённо идя следом. Мы проверили несколько комнат — пусто, скучно, ничего стоящего. Запертые шкафы, пыльные столы, пара стульев, которые выглядели так, будто развалятся, стоит только на них сесть. Но наконец мы зашли в кабинет, и тут я замерла. На полках стояли десятки стеклянных сосудов. Внутри… руки, глаза, куски мышц, будто вырезанные из анатомического учебника и поставленные на выставку. Жидкость в банках мерцала при свете ламп, отражая искажённые тени.       — Как же мне везёт, — усмехнулась я, проходя между полок. Везёт ли? Или это зеленоволосый так хорошо имеет оказываться в нужное время в нужном месте?       — Как-то здесь… некомфортно, — поморщился он, бросая взгляд на ближайший сосуд, где в мутной жидкости плавала человеческая кисть. — Может, уйдём?       — Да ладно тебе, — я едва заметно ухмыльнулась, — прямо как дома.       — Странное у тебя понятие дома, — тяжело вздохнул Ророноа, пока я уже тянулась к ящикам стола. Металлические ручки холодили пальцы, а старые замки противно скрипели, когда я их открывала. — Ты определённо что-то ищешь, — уверенно произнёс он, сверля меня взглядом.       — Ищу записи о телах, которые они хранят, — ответила я тоном, в котором равномерно смешались невинность и хищное любопытство. — У них должна быть шикарная коллекция сильных тел для зомби… и я обязана её увидеть.       — Это еще зачем?       — Надо, — отрезала я, перебирая папки и просматривая страницы мельком. Пыль щекотала нос, хотелось чихнуть, но я упорно продолжала.       — Ты что-то скрываешь, — хмыкнул он, явно недовольный моим ответом.       — Давай не сей… — я запнулась, а потом радостно выдохнула: — Кажется, нашла! — передо мной лежала папка с краткими записями по хранимым телам. Судя по спискам, неиспользованные тела держат в гробах в подвале. Какое расточительство.       Мои пальцы заскользили по строкам, выискивая нужные. Сердце стучало быстрее — если я права, находка может оказаться бесценной.       — Ну надо же… какие гости, — раздался за спиной тягучий, напыщенный голос, пропитанный самодовольством. Я слышала его, но не подняла головы — глаза бегло скользили по строчкам.       — Ты ещё кто? — мгновенно напрягся Зоро, чуть повернувшись и кладя ладонь на рукояти мечей.       — Я доктор Хогбак, — мужчина сделал театральный жест рукой, словно представлялся публике на сцене, — талантливейший хирург и гений медицинской науки, спаситель жизней и создатель чудес. — Его самодовольная улыбка едва не треснула лицо. Рядом с ним двигалась девушка с длинными, рваными шрамами на лице и шее. Её взгляд был тяжёлым, безразличным, даже немного пустым. — И вы, дорогие незваные гости, — Хогбак развёл руки, — пробрались на мою территорию.       — Тут было открыто, — лениво хмыкнул Зоро, хотя по напряжённым плечам было видно, что он уже готов к бою.       — Что же ты так усердно ищешь, двуличная Джерилл? — голос Хогбака зазвенел насмешкой, а глаза блеснули опасным интересом. Я наконец зацепилась за несколько строк со знакомыми именами. Нет, лично я их не знала, но с этими телами когда-то имел дело Цезарь Клаун. Память об одном из разговоров с отцом всплыла в голове: он хотел уничтожить эти проклятые останки, чтобы не раскрывать некоторые тайны их общих наработок, но они пропали. Он надеялся, что они просто сгнили в земле, однако подозревал, что Гекко Моррия мог прибрать их к рукам — и если так, то Хогбак, этот безумец, наверняка к этому причастен.       Проблема в том, что, похоже, они даже не понимают истинной ценности того, что имеют. И это было на руку мне… но всё равно их нужно уничтожить. Ради отца.       — Ну, ты вряд ли сможешь мне помочь, — произнесла я с показным безразличием, отрываясь от папки и поднимая взгляд на Хогбака. Нужно было сбить его с толку. — Но я слышала о тебе… от отца, — добавила я с лёгкой паузой, вкладывая в слова намёк, который он наверняка уловит. Хогбак замер на секунду, а затем его лицо осветилось безумным восторгом.       — Так я был прав! Боже, это… просто изумительно! — он начал кружиться на месте, прижимая руки к груди и бормоча себе под нос какие-то слова.       — Что ты имеешь в виду? — настороженно спросил Зоро, переводя взгляд с него на меня. Я проигнорировала вопрос и, сжимая папку так, что костяшки пальцев побелели, шагнула вперёд.       — Где вы храните тела? — мой голос прозвучал резче, чем я планировала, и я вцепилась в его взгляд, словно пыталась пробить его насквозь. Хогбак слегка нахмурился, театральный блеск на мгновение погас.       — Зачем тебе… бесполезные трупы? Лучших мы уже оживили… — разочарованно выдохнул он, как будто я только что не оценила его любимое творение. И тут же, оживившись, добавил: — Хочешь, мы возьмём тень вот этого мечника, — он недвусмысленно кивнул на Зоро, — и оживим кого-нибудь. Разве это не чудесно? Когда дорогие сердцу люди возвращаются из мёртвых? У тебя есть такие среди мертвецов?       — Но это будет просто ходячий труп, — я скривилась так, будто попробовала что-то отвратительное, — в чём смысл, если человек внутри уже другой?       В груди всё закипало от желания вонзить этому самодовольному маньяку клинок прямо между глаз. Но здравый смысл тут же окатил холодной водой: убить его сейчас было бы слишком рискованно. Неизвестно как отреагирует Гекко Мория.              — Как разочаровывает… — Хогбак изобразил тяжёлый, почти театральный вздох и кивнул своей спутнице — девушке со шрамами. Она шагнула чуть вперёд, бесшумно, как тень. Взгляд её был направлен не на меня, а куда-то мимо, и это было тревожнее всего.       Нападёт? Я напряглась, перенося вес на носки ног. Сердце стучало быстрее. Я уже отложила книгу в руке, чтобы не мешалась. Но беда пришла совсем не оттуда, откуда я ждала.       В нос ударил едкий, странный запах. Я резко обернулась — и заметила, как по полу, словно туман с кладбища, ползёт густой серо-зелёный дым, обволакивая ноги. Он поднимался всё выше, и уже через пару секунд щекотал горло.       — Чёрт! Не дыши! — выкрикнула я, успев вдохнуть только крошечную дозу этого дьявольского тумана, прежде чем ладонью зажала нос и рот. Лёгкие обожгло, в глазах защипало.       Хогбак и его спутница даже не шелохнулись. Стояли спокойно, будто вокруг был просто тёплый морской бриз. У них… есть противоядие? Или они привыкли к этой мерзости? Газ был тяжёлым и липким, словно невидимая паутина, и с каждой секундой становилось труднее сдерживать дыхание.       Сбоку раздался резкий, металлический звон. Я сквозь дым различила движение — это Зоро, уже обнажив клинки, пронёсся вперёд вихрем. Его катаны мелькнули в воздухе, рассекли туман, как ветер рвёт тучи. Он рванул к Хогбаку, но та девушка со шрамами метнулась наперерез.       Я сделала шаг к нему, собираясь прикрыть спину. Но пол под ногами вдруг будто провалился. Плитка ушла вниз, и я рефлекторно вдохнула — и вместе с воздухом в лёгкие рванулась порция едкого, парализующего газа.       Мир качнулся. Я попыталась зацепиться за край образовавшейся дыры, но пальцы скользнули по скользкой плитке, оставляя борозды от быстро выросших когтей. Вот только появились они слизком поздно, плитка не выдержала и раскололась, а я потеряла опору. Внизу зияла темнота, из которой тянуло холодом и влажной гнилью.       — Джерилл! — голос Зоро прорезал шум крови в ушах. Я мельком увидела, как он одним движением отбросил противницу, развернулся и рванул ко мне. Его клинки мелькнули, рассекли нависающий над дырой обломок камня, чтобы тот не рухнул на меня.       Но я уже скользила вниз.       Глупо.       Чертовски глупо.

***

      Я очнулась рывком, будто меня выдернули из вязкой тьмы за шкирку. Первое, что ощутила — холод металла под спиной. Над головой — тусклый свет, искажённый мутным стеклом ламп. Пахло странно: смесь старой крови, формалина и чего-то сладкого, приторного, от чего мутило.       Память ударила мгновенно. Я — в том кабинете. Зоро рядом. Расползающийся туман и… падение. Теперь — я здесь. Зоро… он в порядке? Эта мысль была первой, яркой и колющей. Сердце ускорилось, будто пытаясь рвануться к нему.       — О-о-о… наконец-то проснулась… — тянучий, почти масляный голос прорезал тишину, и я поняла, что не одна.       Доктор Хогбак склонился надо мной, его тень на миг закрыла свет. Лицо блестело от пота, глаза — холодные и слишком довольные. Он вытер руки о белый фартук, испещрённый тёмными пятнами, и обошёл стол, рассматривая меня так, будто я — диковинная находка, а не человек. — Должен сказать, твоё появление здесь — подарок судьбы, — он скривил губы в подобие улыбки. — И уж поверь, я знаю, как такие подарки использовать…       — Где моя… тень? — выдохнула я, замечая, что уже ее не отбрасываю Хотя чему я удивляюсь… Он приподнял брови, наслаждаясь моментом.       — Ах, боюсь, ею уже распоряжаются. Забрали, не спрашивая разрешения. Но не переживай, твоя тень сослужит отличную службу.       Мир качнулся. Я сжала кулаки, но тело реагировало вяло, как чужое. Он мне что-то вколол… Но на меня действует только… Так он знает, плохо. Я чувствовала что голова легче обычного, а значит рогов нет. Это инсулин. Хогбак не сводил с меня взгляда, в котором сквозило нездоровое восхищение.       — Ты же понимаешь, кого я сейчас держу на своём столе? — он говорил медленно, смакуя каждое слово. — Не просто пиратку. Не просто бывшую морячку. А образец, над которым работали величайшие умы этого мира — Цезарь Клоун… и сам Вегапанк.       Он наклонился ближе, и я ощутила его тяжёлое, гнилое дыхание.       — Такой материал… грех не исследовать.       Я уставилась в потолок, пытаясь удержать себя в руках. Паника смешивалась с злостью. Я не знала, в порядке ли Зоро. Я лишилась тени. И теперь ещё этот человек произносит имя моего отца, без должного уважения.       Металл холодом впивался в запястья, но я чувствовала, как во мне, сквозь вязкий морок, просыпается злость. Инсулин вязал мышцы, сковывал фрукт, отрезал меня от привычной силы… но оставил одно — яростное желание встать.       Хогбак что‑то бормотал себе под нос, возился с инструментами, изредка бросая на меня взгляд, словно на тушку, которую ещё не дорезали. В этот момент я рванула. Пальцы сжались на цепях — и с сухим, рвущим слух скрежетом металл поддался. Не полностью, но достаточно, чтобы я выдернула руки.       — Ч-что за… — Хогбак отшатнулся, глаза полезли на лоб.       Я поднялась — вернее, попыталась. Ноги дрожали, тело было ватным, каждый шаг отдавался судорогой в мышцах. Но я шла. Хватаясь за стол, за стойку, за всё, что попадалось под руку. Колбы с реагентами одна за другой падали, разбиваясь с глухими всплесками и выпуская в воздух сладковато‑ядовитые запахи.       Хогбак метался по комнате, прижимая к себе поднос с шприцами.       — Нет-нет-нет… так не пойдёт! — голос его сорвался на визг.       Я успела сделать ещё шаг, почти дотянулась до него… и почувствовала, как игла впилась в шею. Холодная жидкость разлилась по венам, сминая остатки сил, как удар в солнечное сплетение изнутри.       — Ещё дозу… для надёжности, — пробормотал он, тяжело дыша. — Не думал, что ты настолько… упрямая.       Мир начал плыть. Колбы, свет, тени — всё растекалось и сливалось в один вязкий мрак. Сначала я подумала, что просто теряю силы. Но холод, растекающийся от шеи, вдруг сменился жаром, и мышцы сжались в судороге так, что у меня перехватило дыхание. Что‑то внутри меня зашевелилось — не воображение, а сам фрукт, рвущийся наружу.       По коже прокатилась волна боли, как если бы её вспарывали изнутри. Там, где раньше была кожа, проступали плотные, тёмно‑зеленые чешуйки, растущие со скрежетом. Пальцы выгнулись, когти впились в воздух. Я зашипела, не узнавая собственного голоса.       Мысли рвались в разные стороны — часть меня пыталась удержаться, повторяя: стоп, хватит, это я управляю фруктом, но вторая, дикая, смеялась и требовала броситься на всё живое.       — Чёрт… нет, нет, нет! — Хогбак попятился, роняя шприцы. — Такого быть не должно…       Я шагнула вперёд, спина выгнулась дугой, челюсть ломило, будто кости меняли форму. В глазах — красный туман, в ушах — стук чужого сердца. Хогбак, заикаясь, схватил один из шприцов, дрожащими руками сорвал колпачок. Я рванулась к нему, и в тот миг игла впилась в кожу под ключицей.       Ледяная волна третей дозы прокатилась по венам, и всё внутри меня, ещё секунду назад рвущееся наружу, захлебнулось, будто его утопили. Ноги подогнулись, чешуя побледнела и начала осыпаться, превращаясь в сероватую пыль.       Мир стал тяжёлым, густым и далёким. Последнее, что я увидела, — круглые от ужаса глаза Хогбака и его бледное, пятнистое лицо.       А потом — тьма, тихая и безразличная.

***

      — ЭЭЙ! ВЫ! ПРОСНИТЕСЬ! НЕ ВРЕМЯ СПАТЬ! — отчаянно заорал Чоппер, вбегая на палубу и спотыкаясь о канат. Голос его пронзительно прокатился по кораблю, но спящие Луффи, Зоро и Санджи даже ухом не повели. Они сидели в самых нелепых позах — Зоро, свалившись спиной на бочку и закинув ногу на перила, Санджи, свернувшийся калачиком прямо на ящике с овощами, и Луффи, растянувшийся лицом вниз поперёк двух бочек, словно это была его кровать. Они только вернулись на корабль, застав этих троих тут. Вот только разбудить их все не получалось.       Чоппер подбежал и начал трясти Зоро за плечо, потом дёргать Луффи за куртку, а Санджи за штанину. Бесполезно — троица лишь невнятно мычала что-то во сне.       — СМОТРИТЕ! Девушка-мечник принесла гору мяса! — внезапно заорал Усопп с такой экспрессией, что любой бы вскочил. Результат не заставил себя ждать: Луффи подскочил так, что едва не впечатался головой в мачту, Зоро распахнул глаза, выхватывая катану, а Санджи чуть не перелетел через ящик, оглядываясь в поисках «девушки-мечника».       — А ну, отдавай мою тень, ты… — с боевым криком рванул вперёд Луффи, явно ещё не до конца проснувшийся.       — Эй-эй, тихо, сорвиголова! Мории тут нет! — Фрэнки поставил ему руку на плечо, притормаживая. Луффи замер, хлопнул глазами и, моргнув несколько раз, начал осознавать, что они снова на корабле. Зоро нахмурился, а Санджи, закуривая сигарету, недоумённо повёл плечами.       — Кстати… — Санджи обвёл взглядом палубу, — я не вижу Нами-суан и Джерилл-суан. Где они?       — Они украли наши припасы… — мрачно произнёс Луффи, с каким-то почти траурным видом доставая из кармана кусок сыра и откусывая его. — Как я мог потерять свой пиратский завтрак? А теперь у нас только сыр… и он даже без хлеба…       — Божеее! — Санджи резко выдохнул, разом позабыв про сигарету. — Не могу поверить, что я позволил себе вырубиться, когда на моей милой Нами-сан собирается жениться какой-то… зверь! Даже я, чёрт возьми, себе такого не позволяю! — Санджи побагровел от злости, а в глазах заплясали опасные огоньки.       — Чеерт! Не могу поверить, что я дал им себя поймать! — махал головой Ророноа. Он тоже осмотрелся в поисках Джерилл, нахмурившись. — Кстати да, где Джерилл… и Нами, — для приличия добавил парень.       — А что с Джерилл? — спросил у Зоро Чоппер.Тот нахмурился, и мышцы на его лице чуть дрогнули.       — Она была со мной… перед тем, как я потерял сознание, — произнёс он низким, хриплым голосом. Ему всё это категорически не нравилось. Слишком уж часто эта женщина умудряется оказаться там, где пахнет бедой. Слишком часто он находит её уже в центре хаоса.       В голове непрошено всплыли её слова о нехорошем предчувствии. Тогда он только усмехнулся, списав это на лишнюю осторожность. Но теперь… теперь это предчувствие будто передалось и ему, сжало грудь ледяным тиском.       Он сжал кулаки, чувствуя, как внутри зарождается знакомое, колкое раздражение — смесь злости на неё и тревоги за неё же.

***

      Мугивары сидели на крыше разрушенного здания, откуда открывался вид на площадку, где громыхала битва Озза и Санджи. С каждой секундой ударов земля дрожала, крыша под ними тихо скрипела.       — Вот идиот… Зачем ругаться с зомби, да ещё с таким? — Ророноа Зоро щурился, наблюдая за тем, как Санджи в своём стиле умудряется спорить с существом, которое могло раздавить его одним движением. Но в глазах Зоро сейчас не было обычной насмешки. Он уже был на взводе. Они прочесали почти весь этот проклятый парк, разнесли по дороге полсотни нежити… а ни следа Джерилл он так и не нашёл. Видимо, придется разнести тут все по камешкам.       — Он и правда ведёт себя как Луффи, — в голосе Усоппа звучало и удивление, и лёгкая паника.       — Что будем делать? — спросил Фрэнки, скрестив руки на груди, но уже явно прикидывая, как бы врезать кому-то из врагов.       — Сейчас самое главное — найти Джерилл и вернуть наши тени, — спокойно, но твёрдо произнесла Робин, наблюдая за движением бойцов внизу. Они так сосредоточились на битве и своих мыслях, что никто даже не заметил, как за их спинами возник чей-то силуэт. Тихий, лёгкий, почти невесомый. Никто, кроме Усоппа. Он обернулся чисто случайно — и, встретившись взглядом с неожиданным гостем, истошно завопил:       — А-А-А-А-А-А-А! Т-т-тут з-з-зомби!       Мугивары тут же развернулись, готовые к атаке, но перед ними стоял вовсе не привычный разложившийся монстр. Перед ними был мальчик лет тринадцати. Короткие, рыжие, взъерошенные волосы, лицо в шрамах, словно он пережил не один бой. Одежда порвана, местами заляпана чем-то тёмным.       И при этом он сидел на большом камне, как на троне, болтая ногами и… ел конфеты. Яркие фантики тихо шуршали в его руках. Пахло сладким и странно неуместным для этого места.       — Может ли быть… — Зоро прищурился, изучая движения мальчишки, его манеру держаться, — что он… тень Джерилл?       — Вы ведь мугивары, верно? — мальчик спрыгнул с камня легко, как кошка, и подошёл ближе. В его взгляде скользила насмешка, а в улыбке — дерзкая уверенность. И эта улыбка… была чертовски знакомой. Слишком. Точно так же умела смотреть она. — Как насчет небольшой игры? — улыбнулся мальчик в той же манере, что делала это она. У Зоро сомнений больше не осталось. Единственное, что его успокаивало — если тень жива, значит и её обладатель ещё дышит.       — Игра? — переспросила Робин, не сводя глаз с мальчишки.              — Ага, — он крутанулся на месте, скользнув мимо них так, что никого даже не задел, — если победите, то я отведу вас к той девушке, — его движения были быстрыми, как у воришки, а голос издевательски лёгким. — Но… — он обернулся, и в его глазах блеснул настоящий дьявольский огонёк, — если проиграете… я заберу одного из вас.       Он рассмеялся тихим, скользким смехом, который неприятно отдавался в ушах. И на мгновение всем стало ясно: это не ребёнок. Это кусок души Джерилл.       — И что это будет за игра? — спросил мечник, не сводя взгляда с рыжеволосого мальчишки.       — Эй! Зоро! — заорал Усопп, уже предчувствуя неладное. — Тебе не кажется, что ставки… ну… слишком высоки?!       — Что-нибудь простое, — мальчик беззаботно пожал плечами, подойдя к самому краю крыши. Сверху он с интересом наблюдал за тем, как внизу Озз и Санджи обменивались ударами, разбрасывая обломки по сторонам. — Можно… подбросить монетку. Мне всё равно.       — Подбросить монетку? — Фрэнки нахмурился. — Слишком просто для того, кто так загадочно улыбается.       — Тогда давай сыграем, — усмехнулся Зоро, доставая из кармана простую медную монетку. Ситуация казалась ему настолько нелепой, что он даже не чувствовал напряжения… хотя в глубине души прекрасно понимал — это до боли в точности её стиль. Джерилл всегда любила рисковать, играть на тонкой грани.       Он взвесил монету на ладони, глядя на мальчишку.       — Орел — я выиграл, решка — проиграл, — сказал мальчик. Зоро без лишних слов подбросил монету высоко вверх. Она закрутилась, переливаясь на солнце, делая десятки, если не сотни оборотов, прежде чем с тихим звоном упасть на каменную плиту.       — Что там? Что там? — Усопп буквально подпрыгивал, стараясь заглянуть первым.       — Сегодня мой день! — мальчик подхватил монету, демонстрируя орла, и его улыбка стала шире, почти дьявольской. — Что ж… время моего приза.       — Хорошо, забирай меня, — хмыкнул охотник на пиратов. На самом деле ему был безразличен исход этой игры. Он в любом случае в выигрыше. Или этот мальчик отвел бы его к самой Джерилл, или «забрал» бы его, и он смог бы что-то, да узнать.       — А? — мальчик искренне удивился. — Разве я говорил, что заберу тебя? — на крыше воцарилась тишина, нарушаемая только глухими ударами и криками изнизу. Мугивары переглянулись, поражённые. Все они знали: зомби перенимают привычки и склонности владельцев теней. Никто не сомневался, что мальчишка, будучи тенью Джерилл, будет заинтересован именно в Зоро.       — Тогда кого ты хочешь? — в голосе мечника скользнуло опасное напряжение. Левый глаз дёрнулся, но он упрямо сохранял видимость спокойствия. Мальчик, не спеша, вытянул руку и указал вниз.       — Его.       Все проследили за направлением пальца. Прямо на Санджи. На секунду у Зоро перекосилось лицо. Кулак непроизвольно сжался.       — Чёртов кок… — процедил он сквозь зубы, но это была не привычная насмешка, а глухое, раздражённое рычание. Он не мог понять, что бесило его сильнее — сам факт, что тень Джерилл выбрала этого смазливого обольстителя, или то, что в её извращённой игре он оказался всего лишь зрителем.