Мальчики не плачут

Погода в октябре, после тёплого сентября, быстро меняется. Дожди начинаются с первых чисел месяца и идут практически постоянно, затапливая Москву и её жителей. Солнечного света всё меньше, а холодного, продувающего насквозь ветра, всё больше. И отчасти это, неплохо, точнее сказать, даже очень хорошо. Ведь осень вступает в свои права, меняется время года и природа готовится к зиме. Влад же воспринимает октябрь как время для учёбы. Время чтобы наконец-то заняться собой и взяться за голову. Первый месяц нового учебного года позади. И вместе с ним ушли все детские и глупые обиды, нытьё и, частично, лень. Он понял, что деваться ему некуда и лучше уж сразу за ум взяться, чтобы потом не было обидно и больно за два потерянных года. Да ему и некогда, собственно, жаловаться на жизнь. В октябре график становится максимально плотным с уроками, домашней работой, консультациями, тренировками и играми. Он, честно говоря, сильно удивляется, как ещё успевает есть и высыпаться. Но понимает, что в таком бешеном темпе долго жить не сможет. Организм всё равно в какой-нибудь момент даст слабину, и юноша свалится с ослабленным иммунитетом дома. Только вот остановиться Тороп уже не успеет. Поэтому и приходится подстраиваться под этот ритм. Благо в этом месяце с играми всё намного лучше. А эта хорошая энергетика с матчей переливается и в его повседневную жизнь. Две победы подряд и обе отыграны на ноль. Для Влада это настоящее счастье. Он вливается в команду всё лучше, чувствует себя если не своим, то хотя бы в комфортных условиях. И это воодушевляет его. Он почти летает над ленточкой, беря самые тяжёлые мячи. Конечно же, это не остаётся не замеченным в команде. Парни после этих игр относят к нему по-другому, с уважением что ли. И после третьей победы, которая досталась им с большим трудом, это уважение к Владу только усиливается. Он взял все мячи в серии пенальти! Тут волей-неволей начнёшь восхвалять юношу за это. — Это была красивая победа! — Овчинников прерывает гул в команде в раздевалке, привлекая внимание. Он выглядит довольным, глаза его сияют. И Тороп улыбается сам, радуясь, что стал частью этой победы. — Конечно, два первый тайма вы хер пойми чем занимались, но молодцы, что хоть на серии пенальти собрались. Ошибки были, но о них потом. Даю вам пару выходных, а со следующей недели всё в штатном режиме... Гул и довольные вопли команды только усиливаются, и Сергей Иванович решает больше не надрываться, лишь хлопает своим парням, покидая раздевалку. Правда напоминает перед этим, что через полчаса здесь никого не должно быть. Правила никто не отменял. Влад, после душа ещё долго сидит на своём месте, без сил и желания собираться. У него ещё должно состояться небольшое занятие с Ильёй Александровичем. Подготовка к олимпиаде и контрольным работам идёт полным ходом, и пропускать никак нельзя. Поэтому парень только выдыхает устало, но поднимается, хватаясь за свои чёрные джинсы, натягивая штанины поочерёдно. — Что-то ты не выглядишь как главный кузнец победы, — раздаётся весёлый голос рядом и юноша, повернув голову, видит Костю, что стоит рядом с ним, медленно застёгивая пуговицы рубашки. — Да знаешь, как-то утомился немного, — фыркает Влад, потирая глаза, пытаясь взбодриться. Но если даже душ ему в этом деле не помог, то и сейчас ситуация лучше не станет. — Хотя лучше сказать, что устал непомерно. — Немного здорового сна и всё пройдёт. Однако и бутылка пива тоже неплохой вариант. Влад только усмехается и кивает согласно, выдыхая. Вообще, Костя Кучаев вдруг появился в команде совсем недавно, приблизительно неделю назад. Только пару дней назад Тороп узнал, что Костя был на больничном. Сломал ногу за неделю до начала учебного года, даже оперировать пришлось. Но сейчас он снова в строю и даже играет совсем недурно после такого долгого перерыва. Как минимум, в обороне иногда спасает. А за это Влад ему сразу пару баллов к карме приписывает. Такие полузащитники сейчас на вес золота. Наконец одевшись, юноша быстро грязную форму в рюкзак бросает, прощается со всем и практически выбегает из раздевалки. Циферблат его часов на экране телефона показывает почти шесть и Влад бежит по коридорам, в основной корпус, через одну лесенку переступает, лишь бы успеть к началу занятия. Опаздывать почему-то именно к этому преподавателю не хотелось. Свежи ещё воспоминания об их первой встрече. Только когда он поднимается на нужный этаж, то вместо открытой двери видит Ксюшу, что сидит рядом, на небольшой скамейке, которые расставлены по всей школе. Девушка его не сразу замечает, печатает кому-то увлечённо. Только когда парень ближе подходит, загораживает свет от лампы, она поднимает голову, улыбается миловидно. — А ты чего не в кабинете? — спрашивает Влад, делая пару шагов до двери, дёргая за ручку. Кабинет оказывается закрыт. — Занятия не будет? — Нет, — выдыхает Ксюша, улыбаясь слабо. — Я хотела тебе после матча об этом сказать, ждала, но вы все так быстро убежали в раздевалку, что я вообще не успела заметить, как поле опустело. — Ты могла бы мне написать. — Как же я тебе напишу? — девушка поднимается со своего места, лямку рюкзака поправляет, ближе подходя. — Твоего номера у меня нет, а во ВКонтакте написать я тебе тоже не смогла. Я не у тебя в друзьях и сообщения закрыты. — Значит, пора исправить ситуацию, — Тороп тоже натягивает ответную улыбку, выхватывает телефон из рук одноклассницы. Только вот совершенно забывает про пароль. — Пароль скажешь? — Ага, разбежалась, — фыркает девушка, телефон обратно забирает и быстро вводит комбинацию цифр, возвращает его обратно в руки Влада. Юноша усмехается и для начала нажимает на иконку "ВКонтакте", ловкими движениями пальцев добавляет Ксюшу к себе в друзья. А потом, на всякий случай, записывает и свой номер в контактах, глупо подписывая "Топор", добавляя пару смайликов в конце. — Вот, теперь можешь писать мне днём и ночью, — довольным голосом сообщает Влад, возвращая телефон обратно. А потом осматривается, понимая, что школа уже почти опустела, кабинеты закрыты, последний урок вот-вот закончится. Поэтому он только в галантном жесте руку выставляет, предлагая взяться за неё, приговаривая: — Ксения Батьковна, позволите проводить вас до дома через какое-нибудь ближайшее кафе? Девушка усмехается, бровь удивлённо изгибает, спрашивая в ответ: — Это что свидание? А Влад усмехается только, сам бровями играет загадочно. А Ксюша только волосами взмахивает, ждёт ответа, почти гипнотизирует своими сверкающими зелёными глазами. И парень, правда, думает, что это не такая уж плохая идея. В конце концов, он заслужил себе небольшой отдых. И свидание с очень привлекательной девушкой — прекрасный вариант для этого. — Конечно, мадам, — соглашается Тороп, улыбается шире, когда Ксюша под руку его берёт. — Ну, тогда пошли, конечно.

***

Без тренировок после уроков Влад чувствует себя странно. Потому что совершенно не знает чем себя занять. Обычно он прибегал домой после занятий, ел, уроки делал и уходил обратно, почти до самого вечера. А сейчас у него масса свободного времени, от которого юноша совсем отвык. Валяться целый день на диване уже не хочется, за учебникам сидеть — тоже, да и шея затекает. Наверное, поэтому он находит выход в прогулках с Ксюшей. С Ксюшей весело. Как минимум, Влада всё устраивает. С ней есть о чём поговорить, да и на лицо она очень привлекательная. Парню с ней комфортно, за исключением одной детали. Он ничего к ней не чувствует. Эта глупая мысль заставляет его каждый раз отвлекаться, когда разговоры становятся более интимными. Каждый раз появляется другая тема и Влад спрыгивает на неё, завлекая за собой и Ксюшу. Он не хочет портить эти хорошие отношения своим глупым "не люблю". Ведь знает, что любовь не всегда залог крепких чувств. И просто надеется на то, чтобы в его случае было именно это. Собственно, ближе к середине недели Тороп привыкает к этой расслабленной атмосфере, пытаясь полностью абстрагироваться от всех плохих мыслей и предчувствий. Ведь в конечном итоге ему это даже в плюс. Ксюша теперь с ним сидит, а это какая-никакая помощь. Однако на одном из уроков биологии учитель рассаживает всех кабинету по одному. Только когда в классе появляются одиннадцатиклассники, то становится понятно, что урок совмещённый. В последние два месяца это уже обычная практика для старшей школы. И Влад очень радуется, что в этот раз вместе с ними будут парни из технического профиля. Потому что среди них юноша видит Костю и нарадоваться не может. К тому же и сам Кучаев рад такой встрече. Не удивительно, что они сели вместе. — В этому году у нас вводят в школе интересную практику. Думаю, вам уже рассказывали, — начинает свою речь Набабкин сразу после звонка, успокаивая галдёж в кабинете. — Подготовка рефератов и исследовательских работ по непрофильным предметам. Физмату, точно так же как десятому гуманитарному классу, выпала биология. Поэтому я и решил вас объединить. Можете работать в парах, можете сделать группы. Но главное условие — это то, чтобы в паре не было людей из одного профиля. И я должен знать, что работают все. — А какие сроки, Кирилл Анатольевич? — раздаётся незнакомый Владу голос. Но вопрос однозначно хороший. — Думаю, что месяц-полтора. Потом защита, — мужчина поправляет очки, осматривая своих учеников. — Даю неделю на выбор темы. За эту неделю вы должны будете найти себе человека в пару и придти записаться ко мне. После можете начинать собирать материал по теме. В классе вновь поднимается шум. Все переговариваются, пытаясь сразу же найти себе пару для этой работы. Набабкин, смотря на это пару минут, стучит ручкой по столу, вновь привлекая к себе внимание. И когда становится относительно тихо, он продолжает, подходя к доске: — Но это после. А сейчас я напишу вам задание. Каждому классу отдельно. После урока сдаёте тетради. Влад поджимает губы, выдыхая шумно. Как раз тетрадку сегодня он дома и оставил. Сделал домашнюю работу и забыл убрать в рюкзак. Поэтому сейчас чуть загоняется, пытаясь найти себе листок, на котором можно будет сделать работу и не получить ненужную двойку. Но Костя спасает его и здесь, подсовывает двойной листочек, улыбаясь слабо. — Спасибо, — шепчет Влад, открывая учебник, ища нужный параграф в оглавление. А после останавливается, в одну точку смотрит, размышляя над этим глупым заданием с рефератами. Если выбора у них нет, и придётся работать в паре с одиннадцатиклассниками, то лучше работать с тем, кого знаешь. И Костя прекрасный вариант. И поэтому Влад озвучивает его: — Кость, как ты смотришь на то, чтобы вместе этот... реферат делать? — Хорошая идея, — с улыбкой соглашается Кучаев, записывая тему и дату в тетради. — О чём писать будем, м? Влад растерянно глазами хлопает, даже не зная, что предложить. Он никогда особо не увлекался биологией. Только разве что генетика ему нравилась, да эволюция как этап в истории. Но хотелось чего-нибудь другого, всё же это популярные темы, а повторяться совсем не хотелось. Однако ответить Тороп не успевает, потому что телефон в кармане вибрирует, и он отвлекается на сообщение, что пришло от Ксюши.

«Илья Александрович написал, что мы можем придти на занятие сразу после биологии. У него как раз окно будет.»

Влад быстро стреляет взглядом в сторону девушки, замечая её взгляд на себе. Он только кивает, соглашаясь. Всё лучше, чем вечером идти в такую промозглую погоду. — Слушай, давай мы с тобой встретимся как-нибудь на неделе, — вновь обращаясь к Косте, говорит Влад. — Сейчас мы явно с тобой ничего не выберем. Подыщем темы, обсудим и придём к общему решению. — Это... умно, — с выдохом соглашается Кучаев, улыбаясь. — Тогда спишемся, если что. Тороп кивает только, наконец, переключаясь на задание, что дал им Набабкин. Только вот после относительно лёгкого урока биологии, история кажется безумно тяжёлой. Влад, придя в класс, совсем не ожидал увидеть на столе пару вариантов по Феодальной раздробленности и Нашествию монголо-татар. Это его самые не любимые темы. Он всё ещё помнит, как завалил пару заданий на экзамене по этим датам и персонам. Да и сейчас ситуация лучше не стала. Он лишь тупит глаза в листок, всё поправляя край рубашки, понимая, что совершенно не может сосредоточиться. А сосредоточиться не может, потому что взгляд так и норовит в сторону Ильи Александровича ускользнуть. Это наваждение какое-то. Он сидит на среднем ряду, наблюдая за тем, как мужчина что-то отмечает в тетрадях, хмурясь и изредка покусывая кончик ручки. И Влад совершенно не понимает, почему так краснеет в эти моменты. В кабинете сразу душно становится. Приходится даже верхнюю пуговицу рубашки расстегнуть, чтобы легче дышалось. Но когда Помазун ещё чуть назад откидывается, ногу на ногу закидывает, читая что-то увлечённо, то Влад понимает, что легче ему не станет, если даже все пуговицы расстегнуть. — Влад? Ты в порядке? Тороп вздрагивает, фокусирует взгляд на преподавателе, видя его внимательный взгляд. Даже Ксюша, сидящая перед учительским столом, отвлекается от своего варианта, поднимает глаза. Теперь юноша чувствует ещё и смущение, чуть глаза опускает, приговаривая: — Я... Я просто задумался. Не могу решить... кое-что. — Так, а я здесь зачем? — с доброй усмешкой на губах спрашивает Илья, поднимаясь со своего места и подходя ближе, склоняясь чуть над парнем. — Давай показывай, что у тебя не получается. — Да вот. Соотношение. Помазун чуть нахмуривается, читая небольшие два текста, изредка поглядывая на варианты ответов. А Влад в этот момент умирает практически. Он чувствует, как его плечо упирается в бок мужчине, как приятный аромат чужого одеколона практически обволакивает его, заставляя губу закусить, чтобы не издавать лишних звуков. Илья же только пару исправлений своей ручкой делает, перечёркивая, объясняя. Но Тороп не слушает практически, только лишь на его руку засматривается. На то, как выступают венки, как двигаются сами пальцы, как красиво смотрятся острые костяшки. Юноша ощущает глупое и неожиданное желание прикоснуться к этим рукам, очертить каждый участок кожи, почувствовать эти руки на своих плечах. Мысли пугают его, а организм его не слушается. Он чувствует возбуждение и от этого краснеет ещё сильнее. — Влад? — тихо зовёт Илья, касаясь чужого плеча. — Ты в порядке? Что-то ты весь красный. — Я? Да, — нервно отвечает парень, не поднимая взгляда. А после выдыхает, добавляя: — Здесь душно просто... Что-то нехорошо мне. — Хочешь, я окно открою? — Помазун отходит от его стола, смотрит с волнением. — Илья Александрович, я.., — Влад сглатывает, наконец-то поднимая взгляд на преподавателя. — Можно я домой пойду. Мне, правда, нехорошо. — Может быть тебя проводить нужно? — Нет, я дойду сам, — отвечает быстро Влад, небрежно запихивая свои вещи и варианты тестов в рюкзак, поднимает взгляд на Ксюшу. — Ксю, я тебе потом напишу, ладно? Девушка только обеспокоенно на него смотрит, но кивает, чуть губы поджимая. Тороп вылетает из кабинета практически пулей, чувствуя себя до безумия нелепо. И глупо. И странно. Он, правда, впервые испытывает такое рядом с кем-то. И его пугает то, что испытывает это рядом с Ильёй. Со своим преподавателем. С мужчиной, в конце концов. Не то, чтобы пора бить тревогу, но тот факт, что это произошло — не радует. Но Влад, выйдя на улицу, быстро вдыхая прохладный воздух, решает для себя, что это всё возраст. Играют гормоны, тело не слушается и вот результат. Он верит в это головой, но в душе всё равно неспокойно.

***

Встретиться с Костей получается только на следующей неделе. После первой и очень изматывающей тренировки, они с большим трудом добираются до столовой. Есть не хочется, но сейчас, во время уроков второй смены, — это одно из немногих спокойных мест в школе. Правда, добравшись до самого дальнего стола, они лишь двадцать минут молча сидят в телефонах, изредка переговариваясь и шутя. Но в какой-то момент Костя всё-таки достаёт учебник и тетрадь, листает её, пытаясь найти свои записанные темы. — Я набросал пару идей, — устало выговаривает Костя, поворачиваясь боком к Владу, чтобы видеть его полностью. — Но их немного. — У меня тоже, — выдыхает Влад, поворачивает телефон экраном к Косте, где в заметках красуются только три записи. — На самом деле, я не открыл Америку. Решил, что тема клонирования интересная. И тема о заболеваниях головного мозга или крови. Просто когда-то я писал похожую работу, в классе восьмом. Вроде бы что-то помню. Кучаев усмехается слабо и откидывает ручку в сторону пенала, выдыхая. Думать после силовых нагрузок не хотелось, особенно о биологии. И честно говоря, он не знает, зачем всё это. Он в одиннадцатом, Влад в десятом и им только об экзаменах думать нужно, а не заниматься этим глупым рефератом. Конечно, все эти работы будут отмечены в аттестате. Но сейчас это волнует меньше всего. — У меня тоже тема про клонирование, — тихо начинает Костя. — Также пару тем о генетике, которые слишком сложны даже для моего ума. Мне их друг из биохима подсказал. Но, — парень делает паузу, привлекая внимание Торопа, что поднимает взгляд, смотрит нахмуренно, — есть ещё одна тема. Нестандартная. Но интересная. — Какая же? — юноша бровь изгибает в вопросе, удивляется ещё сильнее, когда Костя протягивает тетрадь вместо того, чтобы сказать. Влад скользит взглядом по красивому почерку и останавливается на последней, что обведена ручкой и так сильно бросается в глаза. И в один момент удивление сменяется непониманием. Потому что это тема о гомосексуализме. Точнее, об её восприятии в обществе. — Кость, ты серьёзно? Вот прям без шуток? — А чего же здесь такого, м? — Кучаев сам выглядит не веселее, но продолжает стоять на своём. — Мы в двадцать первом веке живём... — Вспомни свой класс, — перебивает Влад, откладывает тетрадь на стол. — Вспомни мой класс. И о том, что нам защищать перед всеми работу. — У нас не СССР с его цензурой. — У нас хуже, — фыркает Тороп. — Думаю, Набабкин не одобрит эту тему... И вообще, почему именно она? И Влад в один момент видит, как лицо Кости меняется. Он чуть краснеет, отводя взгляд в сторону, пальцы нервно заламывает, щёлкая. И юноша вдруг понимает, что это личное. Что он не имеет права лезть сейчас со своими расспросами. Вдруг понимает, что он может чувствовать сейчас. И смеяться, конечно, не станет. Это не в его приоритетах и воспитании. — Личное? — тихо спрашивает Влад. Кучаев только кивает согласно, вдруг совсем каким-то хрупким становится, уязвимым. И через пару минут молчания хрипло продолжает разговор: — Не знаю, слышал ли ты, но мои одноклассники... В общем, в прошлом году они парня одного почти до смерти избили, когда про него слушок пустили, что он гей. Мальчишка из восьмого класса был, а они... Твари, даже скорую помощь потом ему не вызвали... — Слышал... Но я не понимаю, как это связано с биологией. — Я просто подумал, что если мы напишем работу на такую тему, то они задумаются.., — Костя усмехается, сам понимая абсурдность этих слов. — Может они сами все... пидоры. Вот ты знал, что семьдесят процентов населения Земли хоть раз, но задумывались об отношениях или связях со своим полом? И многие из этих людей открытые гомофобы. А если такие простые как мы? Вот ты думал? Вопрос заставляет Влада опешить. Он хлопает своими голубыми глазами, растеряно глядя на приятеля. И в голове сразу всплывает тот случай с Ильёй в кабинете, когда мужчина был слишком близко. Когда тело возбуждалось от этого. Румянец вновь проступает на лице, но юноша только отрицательно головой мотает, приговаривая: — Ну, вроде нет... Но ты сам сказал про проценты, это очень много... Однако я всё же думаю, что это неподходящая тема. Проблемы могут быть и у нас, и у Кирилла Анатольевича. — Ты прав, — с выдохом соглашается Костя, сдаваясь. — Тогда я не знаю... Может клонирование? — Если только теневое, — улыбается Влад, пытаясь перевести тему в шутку. И у него это получается. Костя смеётся, отвлекается от всего плохого. Только вот Влад совсем мрачнеет, потому что образ улыбчивого и доброго Ильи не пропадает из его головы.