Beautiful nightmare

Ближе к рассвету прибыли люди Ханса во главе с ним самим и с королевой Эренделла. Грета гордо стояла перед Кевином, сложа руки на груди, напоминая, что тот должен ей несколько золотых монет. Кевин ставил на то, что группа приедет через день, а не на следующий же, как думала Грета. Сам же он предложил этот спор и проиграл. С тяжёлым грузом на сердце Кевин доставал из своего сапога небольшой мешочек с звонкими монетами и несчастно высыпал оставшиеся у него четыре монеты в руку девушки. Девушка хмуро посмотрела на пустой мешок в руках парня, а после — на те самые монеты. Отдала ему три, одну забрала со словами: «Спор есть спор, но сумма не уточнялась». Сэм же вздыхал от этой сцены, зная, что большую часть денег Кевин прячет в складках своих жакетов. Парень попросту отыгрывался на чужой жалости. Как всегда. …и с абсолютным безразличием он же и наблюдал за сценой за окном. Бессознательное тело королевы передавали в руки стражникам, где те уже в грубой форме тащили девушку в темницу. Чем же нужно было её ударить, что она от такого дёрганого и грубого обращения не проснулась — оставалось загадкой для Сэма. Решать её он не собирался. — И что мы будем делать с этим? — спросил Кевин, глядя на расслабленного в кресле Сэмюэля. Тот же пожал плечами и пригубил эрендельского вина. — Совсем без понятия? — А что ты предлагаешь? — задал встречный вопрос тот, слегка наклоняя голову, будто разговаривал с ребёнком. — Мы будем залезать в темницу, чтобы освободить королеву? Подставляя свои задницы? И грохнуть потом Ханса? — Я не предлагал это, — отрицательно покачал Кевин головой, грубо отбирая фужер из рук Сэма. — Как мы будем разыгрывать эти карты? Сэм поморщил лицо, наблюдая, как рыжий парень без задней мысли допивает его вино, но всё же задумался. Если всё же рассматривать ситуацию с такой стороны, то в таком случае обвинят именно королеву, даже без задней мысли. Она уже имеет статус монстра, и данное обстоятельство только укрепит всё это. И от этой ситуации никто не будет в выигрыше. Думать о том, что им же будет лучше, ему не хотелось совсем. Королеву было чисто по-человечески жаль, и создавать ей подкреплённый образ чудовища не хотелось. — Давай подождём Анну, — предложил Кевин, видя, что черноволосый ничего не может придумать. Осуждать его он не собирался, но помочь таким советом можно было. — В конце концов, слова Анны важнее, чем слова Ханса. — Не тут-то, — вздохнул Сэм. — Эренделл несколько лет жил под началом местных аристократов и советников, и какая-то принцесса будет им указывать, что королева не несёт им угрозы? Бред. — Но всё же мы так и поступим, — заключил Кевин, отдавая фужер Сэмюэлю; тот же сразу начал наполнять его. — Алкаш, — отозвалась из соседнего кресла Грета, не отрываясь от книги в её руках. — Но ты меня таким любишь, — парировал парень, отсалютовал стеклянной посудой девушке и опять начал пить. Нелепый ответ на замечание девушки остался без ответа. И группа в целом продолжала наслаждаться своим отдыхом. Книги, вино и шахматы. В последние Сэму не везло. Кевин ловко переставлял свои фигуры на чёрно-белой доске, пока сам Сэм не понимал, откуда конь взялся на g3. Не умел он в них играть, но играл, потому что Кевину было не с кем. В комнату без стука ворвалась служанка, пройдясь взглядом по комнате, тут же наткнулась на своего нанимателя. Тихо прикрыв дверь, шустро перебирая ногами, подошла к Сэмюэлю. — Господин, одна из служанок самолично видела, как королеву посадили в тюрьму, приставив к ней двух стражников, которые и привели её в Эренделл, — тут же отчиталась она. — Но они же наёмники, а не рыцари Эренделла, — нахмурилась Грета, отвлекаясь от книги. — А про Анну что-то слышно? — спросил Кевин. — Абсолютно ничего. Если мне станет известно, я тут же уведомлю вас, — шустро, но тихо пробормотала та и, сделав реверанс, тут же скрылась за дверью, будто её и никогда не было. — Откуда у тебя появились такие уши? — спросила Грета, глядя на Сэма, пока тот играл с белой пешкой в руках. — За деньги они все и родную мать продадут. Алчные слуги. — Значит, им могут заплатить больше. — Могут, — кивнул головой Сэм, — но это будет уже не моей проблемой. Она не знает, кто мы, — просто обычные господа, которые хотят быть в курсе событий. Таких тут полно, а золото звенит. Грета нахмурилась, но продолжила чтение своей книги. Партия в шахматы была благополучно проиграна Сэмом, ведь играть с жуликами — себе дороже. Находиться в полупустой — и то только благодаря им она и полупустая — библиотеке парень уже не видел смысла, поэтому, оставив всё, отправился к себе в комнату. Зелёный цвет — это цвет Эренделла, но его использование доведено до абсурда. Каждая гостевая комната имеет в основе цвета — зелёный. И от этого начинало тошнить. Сэму повезло: в его комнате была постель глубокого фиолетового цвета и кресло, которое неудачно поместили рядом с дверью. Иногда он представлял, как сидит в этом кресле, спокойно попивая вино, и тут открывается дверь и ударяет по рукам, которые обычно лежат на подлокотнике. Сидеть он там не будет. Ни за что. Вздохнув, Сэм тут же обрушил своё тело на кровать, чтобы смотреть на пейзажи природы, которые были изображены на картине. Зимний лес. Теперь этот зимний лес наступал и в летнем Эренделле. С каждым часом становилось холоднее, а запасов дров на отопление королевство пока не имело. Было рано для этого. Люди топили печь дровами из промёрзших остатков, как в своих домах, так и во дворце. В конце концов, если проблему не решить, они замёрзнут тут насмерть. — Господин! — послышались женские окрики за дверью, а потом и стуки. — Господин, принцесса Анна прибыла во дворец! Как по сигналу, парень поднялся с кровати, снимая на ходу свой помятый чёрный сюртук и кидая его на то самое кресло. Одевать новый сюртук у него не было времени. Выйдя в коридор, тут же схватил служанку за руку и утащил её в библиотеку, где до сих пор сидела его группа. Громкий шум открытой двери заставил всех взглянуть на вход в огромную комнату. На пороге стоял Сэм с горящими от предвкушения предстоящей сцены глазами. Отведя служанку вперёд себя, тут же метнул взгляд на Кевина. — Кевин, берёшь мадам Дрей и быстро к Анне, мне нужно знать, что с ней и жива ли! Бегом! Рыжий поднял бровь, медленно поставил фигурку и вышел из библиотеки вместе с служанкой. Грета же с беспокойством смотрела на Сэмюэля, будто спрашивая, всё ли в порядке, но тот проигнорировал её и ушёл в залу. Уже там он встретился с местными аристократами, которые посматривали друг на друга. Сэм был уверен, что те продумывали, что делать дальше, но не могли озвучить свои мысли вслух из-за посторонних. В конце концов, на диванчике рядом с камином сидели аристократы других краёв. — С принцессой Анной всё в порядке? — решил спросить Сэм, будто ему действительно было дело до принцессы. Даже отыграл фальшивое беспокойство. — Она с принцем Хансом, — ответил кто-то из местных, судя по фасону одежды. Сэм кивнул и сел в кресло, грея свои руки. Холодало слишком быстро, особенно сегодняшним днём, но это было последнее, что беспокоило парня. Только то, что Ханс мог делать рядом с Анной один на один. — Принц Ханс! Не успев толком показаться, парня тут же окружили аристократы, пока тот старался не плакать. Выглядел он очень грустным и даже разбитым. Сэм скривил лицо, смотря на Ханса. Он не верил в то, что принцу настолько грустно, будто у него на руках умер самый близкий человек в его жизни. Лоуренс не удивился бы, если рыжий сказал именно так. — Принцесса Анна, — с подавленным голосом начал принц, будто ему было тяжело говорить, — мертва. — Что? Что случилось? — проникся Варавский, за руку сажая Ханса на мягкий стул. — Её убила королева Эльза. Все в зале ахнули, Сэм закатил глаза, понимая, что тот сам убил принцессу. — Нет, родная сестра… — Мы поклялись быть мужем и женой, — безутешно продолжал принц, пряча свои глаза в руках. — И она умерла у меня на руках. — Теперь нет сомнений, — зло начал Варавский, сжав свои руки в кулаки, — что королева — чудовище, и мы все здесь в опасности. — Принц Ханс, — начал… советник? — Эренделл ждёт вашего слова. — С тяжёлым сердцем я обвиняю королеву Эренделла в измене и приговариваю к смерти. — Простите, — подал голос Сэм, поднимаясь с насиженного кресла, подходя к толпе. — А кто вы такой, чтобы отдавать такие важные решения? К тому же о смерти принцессы говорите исключительно вы, и подтверждения лекарей мы не видим. Да и вы остались наедине с принцессой, что… заставляет усомниться в ваших словах. — Я только что держал в своих руках тело возлюбленной, и вы смеете такое говорить? — зло прошипел Ханс, поднимаясь, пытаясь сравняться с Лоуренсом, но тот был выше. — Никто не сомневается в этом, — протянул Сэм, демонстративно проводя по воздуху рукой, будто показывая ему, что все верят. — Но всё же настаиваю на подтверждении. Всё слишком подозрительно, тринадцатый принц. Акцент на последнем слове был лишним, но те, кто не был местным и кому не была на руку вся эта межусобица, получили окончательный повод усомниться в словах принца. Но никто не решался высказать свою поддержку, хотя Сэму это было и не нужно. Он просто наслаждался перекошенным лицом принца, будто тот съел самый кислый лайм. — Но королева — чудовище, у неё из рук исходят иглы! — воскликнул Варавский, на что Сэм тут же посмотрел на низенького старика. — Эти иглы — лёд, господин Варавский. И она никого не ранила, не учитывая случая, который существует только на словах принца Ханса. Вы не можете действовать, пока нет стоящих подтверждений. — Вам моих слов мало, господин… как вас там? — театрально вскинул руки Ханс, на что Сэм лишь улыбнулся. — Наследник Западных земель, Сесилион Крауз. Простите моё невежество. И да — мне мало ваших слов. Потому что я могу сказать, что дрался с самим драконом, — вы поверите? Окончательное представление с титулом произвело свой эффект; мнение Сэма признали и местные аристократы. Меньшинство, но Лоуренс уже считал это прогрессом и даже в тайне радовался, что есть что-то светлое в них, и королеве будет чуть полегче. А ещё он радовался, что это заставило Ханса поубавить свой пыл. Горячая дискуссия между местными аристократами продолжала набирать обороты: одни твердили, что им нужен мужчина как управляющий королевством и что можно доверять мужчине, потому что сама принцесса выбрала его в женихи. Но вторая сторона напоминала, что жених — это ничего не значит и что для королевства он никто. Сэм же тихо в углу попивал вино и наблюдал за выступлением верхушки Эренделла. Продолжалось это не так долго, а всего пару минут, после чего Варавский обеспокоенно осмотрел место, где сидел Ханс, и, не найдя того на месте, привлёк своими окриками всех в комнате. Аристократы обескураженно осматривались вокруг, после чего решили искать виновника их спора. Нашли на улице посреди замёрзшего моря. Он замахивался мечом на скорбящую королеву, но выскочила Анна, и меч со звоном ударился о её замёрзшую руку. После чего началась скорбь и магия. Аристократы не успели толком снять свои головные уборы, как перед королевой опять появилась живая сестра, а не голубая статуя, после чего поднялся ветер, который снёс те самые шляпы с лысых голов мужчин. Сэм поморщился от сцены. Такие спектакли он не любил, а тем более неестественный корабль, который должен был утонуть, но тот всплыл и стал опорой для королевской четы. Единственный момент, который ему понравился, — это когда Анна одним ударом выкинула Ханса за борт, чем вызвала у всех смех. И все счастливые, радостные, и Сэм уходит, пытаясь справиться с тошнотой. На следующий день Ханса собирались вернуть на родные острова после быстрых переговоров между знатью, которые все поголовно поддержали решение королевы, хотя большинство хотело, чтобы принц стал их королём. Мысль о том, что те активно переобуваются, чтобы быть на плаву, не покидала никого из наёмников, но те только посмеялись и начали активно думать, что делать. Хотя Сэму эта беготня надоела, поэтому тот взял всю идею и реализацию в свои руки, так и не посовещавшись с командой. Чёрную накидку он достал достаточно легко, украв ту у одного из стражников; они одевали её, когда дежурят на стенах замка. Лук же он достал свой, но одну единственную стрелу он всё так же украл на оружейном складе, чтобы было сложнее искать убийцу. А забраться на одну из башен рядом с причалом было ещё проще — их никто не охранял, не было в этом необходимости. Осталось только ждать. Точного времени отплытия корабля никто не знал, и достать информацию об этом было сложно, главное, что Ханса отправят сегодня. Яркое солнышко уже успело пригреть Сэмюэля, из-за чего тот начал дремать, но окончательно уснуть ему не дали крики. Ханс почти на корабле. Натянув тетиву со стрелой, Сэм ждал, когда парень сделает шаг на доску, чтобы зайти на борт. Стрела полетела без звука, а уже мёртвое тело со стрелой у виска полетело в солёную воду. Стража в панике осматривалась повсюду, после чего послышались крики капитана, что необходимо найти убийцу. Сэмюэлю не было до этого дела… Он уже ушёл с места преступления.