Люблю или ненавижу?

Ямада проснулся, сонно потирая глаза, и обнаружил забавную вещь: они с Шотой поменялись ночью местами, теперь он обнимал Айзаву, а не тот его. Подобная маленькая деталь заставила его слегка улыбнуться и потянуться, целуя Шоту в висок. У него не было намерения разбудить возлюбленного, просто мягкий поцелуй, романтичная деталь, которую он решил добавить. Обычно Хизаши вставал сразу, как просыпался, но сейчас не было желания отрывать свое тело от кровати, так что он просто лег на спину, включая телефон, чтобы посмотреть последние новости и подеградировать в мягкой постели рядом с любимым человеком. Айзава продолжал тихо сопеть, поправляя ладонь под подушкой, чуть улыбаясь от приятного тепла со спины. А после ещё и от мягкого поцелуя, который он с лёгкостью почувствовал и замычал, переворачиваясь сначала на живот, а после на другой бок, чтобы оказаться лицом к Хизаши. — Мм. Ты меня разбудил, — тихо бормочет Шота, а его голос хриплый и слегка картавый, из-за чего он откашливается, закидывая руку на талию любимого, прижимая к себе. Бывший критик кладёт голову на грудь Ямады, выдыхая. Оба они были горячие и чуть потные от того, что в квартире слишком тепло, как и на улице. — Прости, — тихо ответил Ямада, будто боясь спугнуть наступившую атмосферу, и погладил Шоту по волосам. — Мне открыть окно или включить кондиционер, Шо? — Ему хотелось, чтобы Айзаве было максимально комфортно и тот мог бы еще подремать, если хотел, так что Ямада готов был вылезти из постели ради этого. Хизаши продолжал смотреть ленту уведомлений в телефоне, пока гладил Айзаву по спутанным волосам, стараясь усыпить и больше не нарушать этот спокойный сон. Стресс прошлого дня уходил, а его место с легкостью заменила нежность и тишина, царящая в квартире. Айзава сразу же растаял, словно довольный кот, расплылся лужицей, прежде чем уткнулся носом в грудь Хизаши, мыча. — Включи кондиционер, но не двигайся, — просит все тем же хриплым и заспанным голосом Шота, чтобы после аккуратно поцеловать Ямаду в ключицу, снова решаясь на вопрос. — М… Что-то пишут интересного? — интересуется критик, пребывая уже где-то между сном и реальностью, не понимая особо, что происходит вокруг. Просто было спокойно и тихо, отчего согревалась душа. Хизаши отложил телефон, не глядя открыл тумбочку, чтобы нащупать пульт и включить кондиционер на самый слабый режим. — Ничего важного, спи милый, — Ямада целует его в макушку, поглаживая и перебирая волосы, — вчера был утомительный день, — Хизаши превосходно понимал, что это был стресс для них обоих, в поддержке нуждался не только он, так что надо было находиться рядом с Шотой. И в самом деле не было ничего интересного. Ямада лазил на своей домашней странице, но тут замер, глядя на рекламу. Огромный домик с разными лежанками, платформами и когтеточками для кошек. В идеальной для его квартиры гамме. Он поднял глаза, глядя на развалившуюся в лежанке Моти. Хм, может, им купить такую для нее? Критик снова мычит, но не открывает глаза, продолжая наслаждаться приятными поглаживаниями и лёгким ветерком, который появился из-за кондиционера. — Я тебя люблю, — единственное, что буркает Шота, прижимаясь вновь к мужчине. Это утро, пожалуй, было самым прекрасным. Теперь Айзава лежал не один на своей пыльной постели, а с самым замечательным (но худшим поваром, конечно) мужчиной на роскошной кровати. Теперь было просто чудесно: не нужно никуда спешить, Моти всегда под рукой, как и Хизаши, хоть скоро ему и придётся выйти на работу. Они провалялись так еще пару часиков: Хизаши, тратящий время на соцсети, и Шота, дремлющий в обнимку с ним. Но все же Ямада устал просто лежать и аккуратно, стараясь не разбудить Шоту, вылез, быстро нашел халат и оделся, а затем пошел в ванную. Вода освежала, придавала яркость лицу и в принципе приводила в порядок, но задерживаться сегодня в ванне Хизаши не хотел, и вскоре отправился на кухню. Одинокая миска и мука стояли на столе, так и не задействованные, но все еще вполне готовые. Все же Хизаши не на работе, чтобы готовить все идеально, так что Ямада вздохнул, возвращаясь к готовке блинов. Шота и не заметил, как окончательно уснул на Хизаши, наслаждаясь атмосферой и тихим дыханием со стороны его мужчины. Вот только его разбудило уже совершенно не отсутствие привычного тепла спустя час, а Моти, которая наелась, но не была удовлетворена тем, что первоначальный хозяин совсем не уделил ей внимания. Чуть недовольно поморщившись, Айзава все равно не сдержал улыбку и после погладил кошку по загривку. — Хорошо-хорошо., — критик лениво поднимается, подтягивается и зевает, прежде чем натягивает лёгкие шорты и майку и идет в сторону приятного запаха. Судя по всему, он проспал добрую треть дня, тем более, Хизаши его и не будил. — Пончик? — спрашивает он, идя по квартире в сторону кухни. — Да? — Ямада ловко снял блин, кладя его на тарелку. — Как спалось? — он налил остатки теста на сковороду, это последний блин. В любом случае, их было достаточно для полноценного завтрака, к тому же Шота так вовремя встал. — Какой кофе будешь? — Ямада отошел от плиты и присел, гладя Моти за ухом. — Милая моя, — улыбнулся он, ловко играя пальцами. Та сразу замурчала и заластилась об его руку. — У меня осталось еще кошечьей мяты, возможно, я достану ее сегодня, — улыбнулся он, подымаясь и награждая Шоту поцелуем. — Ну так, я жду ответа. — М… Тебе не стоило готовить, — выдыхает Шота, чтобы после пройти ближе, наблюдая за ловкими движениями Хизаши. Всё-таки, он был поваром, так что все было отточено до иголки. Но Айзава не успел даже среагировать, как Моти сразу же рванула за ним, будто это её послал Ямада, чтобы разбудить его. Мило и бредово. — Вы явно сговорились, — выдаёт критик прежде, чем довольно мычит от лёгкого поцелуя, решая наклониться, чтобы взять кошку на руки, присаживаясь за стол. Все же иногда у неё просто не хватает сил запрыгнуть кому-то на коленки, поскольку лапки были меньше, чем у обычных кошачьих. — Эспрессо, — отвечает наконец Шота, чтобы после начать поглаживать Моти, которая сразу устроилась на коленях, иногда нежно «массируя» лапками ткань шорт. Хизаши переворачивает блин и подходит к кофемашинке, чтобы включить ее, подставить чашку и нажать пару кнопок. Машина тут же загудела, и Хизаши отошел, присаживаясь рядом с брюнетом, чтобы самому погладить кошку. — Знаешь, Шо, мне тут сегодня пришла одна идея в голову, — он поднял на Айзаву глаза, — может нам купить ей большой такой домик, ну, знаешь, где много лотков и платформ с трубами, чтобы Моти могла лазить, точить когти и расслабляться, играясь там, пока мы заняты, а? Как думаешь? Мне кажется, Моти бы понравилось, — он встает, выключая плиту и убирая последний блин, а затем достает два блюдца и варенье для блинов вместе со свежим молоком, которое блондин наливает в соседнюю от только утром насыпанного корма миску. Шота мычит, давая понять, что слушает, прежде чем поднимает взгляд, лениво оглядывая мужчину, который копошится с машинкой или блинами, а после наконец садится. — Мм, звучит неплохо, — он пожимает плечами. Но как только Моти слышит звон миски, то сразу же поднимается, мяукная. Точно маленький ребёнок. Айзава помогает ей опуститься на пол, а потом расслабляется на стуле. — Но нам не нужен прям замок, хорошо? Если она не привыкла к чему-то подобному с детства, то вряд ли будет там жить дальше. Но если ты так хочешь, Заши, то Моти не будет против, — критик чуть улыбнулся, наконец потянувшись за одним из блинов, который оказался на столе, чтобы после обмакнуть тот в тарелку с вареньем. — Ну, думаю, когда она привыкнет, ей понравится, но тогда почему бы нам не съездить сегодня в зоомагазин с ней, посмотрим, приглядимся, может выберем и закажем доставку к нам домой, почему бы нет? — Произошел щелчок, и Хизаши забирает кружку, ставя ее перед Шотой, а затем выбирает капучино, подставив уже свою кружку. Хизаши проводил Моти взглядом и улыбнулся, глядя на то, как она с удовольствием начала лакать молоко. — Думаю, ей просто часто скучно здесь одной, особенно, когда мы заняты, а такой замок позволит ей полазать, найти себе местечко и прочее. — Хорошо, — кивает Шота, окончательно соглашаясь с Ямадой, прежде чем съедает по-быстрому блин, наконец потянувшись за тёплым кофе. Конечно, к вечеру стало уже чуть прохладнее, но пить горячее, конечно, дело ещё то. Но так критик хотя бы проснётся за несколько десятков минут и не будет ходить, словно зомби. — Думаю, что так. Когда я её нашёл, то она была совсем котёнком. Просто сидела около подъезда и ждала кого-то особенного, — Айзава чуть усмехнулся, опуская взгляд на кошку, а после потянулся за очередным блином. — Но это лучше, чем улица. Если хочешь, можно прикупить ей новые игрушки, может, наконец миленький ошейник с колокольчиком, — критик пожимает плечами, обмакивая сладость в другую, откусывая потом. — Скорее с простым адресником, вдруг она магическим образом потеряется — тогда ее смогут вернуть. И да, я планирую пару игрушек. Сколько ей вообще лет? — в это время Моти отвлеклась от молока и подошла к повару, начиная тереться об его ноги и требовать ласки. Хизаши вздыхает и с легкой улыбкой приседает, чтобы продолжить ее гладить. — Она у тебя такая ласковая, Шо, — нежно произносит он, продолжая играть с кошкой, что явно была довольна чужим рукам. Кофе приготовился, но Ямада не стремился отрываться от столь чудесного и милого занятия. У Моти были более короткие лапки, так что Хизаши уже догадывался, что у нее могут возникнуть проблемы с прыжками. Это стоит учесть, если они хотят купить ей домик. Но все же живот Хизаши бурчит, и блондин вздыхает, поднимаясь и беря в руки кофе, чтобы подсесть к Шоте и самому приступить к поеданию блинов. — Два года, — хмыкает Айзава, опуская взгляд на свой напиток, вяло наклоняя кружку из стороны в сторону, наблюдая, как кофе делает такие же движения. — Да, я знаю, — он чуть усмехнулся, решая отпить наконец эспрессо, взглянув теперь в сторону Моти и Хизаши, которые мило проводили время. А после он садится рядом с ним, так же поедая блинчики. Критик более не тянется за сладким, лениво кладет голову на плечо Ямады, прикрыв глаза. Мужчина спал довольно долго, но это не мешало хотеть ещё, хоть в зоомагазин действительно надо сходить: кончается корм, да и потом игрушки все разодраны в пух и прах. — Угу, через два часика надо выехать, хорошо? — Ямада положил руку на чужую талию, отправляя еще один блин в рот, — Надо еще Моти подготовить. Кстати, как она вела себя во время переезда? — спросил он, отпивая еще кофе. — Чтобы быть готовым к этому, может, мне стоит поглаживать ее для успокоения, или можно спокойно держать переноску на коленях? — все же надо будет правда проконсультироваться, ведь не все игрушки подходят кошкам с короткими лапками, и Хизаши хотел подобрать лучшее для нее, а, значит, стоит быть готовым. — Да, хорошо, — Шота улыбается от чужой руки и чуть прижимается к тому, проходясь носом легонько вдоль всей шеи, тихо прыснув. — Она нормально переносит поездки, но лучше поглаживай, если будет нервничать, — мужчина лениво целует Хизаши в шею, прежде чем чуть отодвигается, чтобы взять свою чашку и поднести к губам, медленно отпивая кофе, довольно прикрыв глаза. На самом деле, Ямада довольно много пекся о Моти, но это было даже как-то приятно, ведь это означает, что он её действительно любит, как и критика. — Буду знать, — Ямада съел еще один блин и завлек Айзаву в мягкий сладкий поцелуй. — Но надо будет заехать на заправку, — улыбается он. *** Хизаши внимательно оглядывает себя в зеркало: простая футболка и джинсы, волосы собраны в пучок — он сильно узнаваем, но они планируют в зоомагазин и обратно, не особо задерживаясь. — Давай, Моти, — улыбается он, открывая переноску рядом с кошкой, — я буду рядом. Та лишь мяукает, но послушно заходит внутрь, что не может не радовать Хизаши, так как насильно запихивать ее туда он не особо хотел. — Что ж, — блондин поднимается, надежно держа переноску в руках. — Мы готовы, а ты, Шо? Шота поправлял обычную рубашку в клетку (жёлтую, между прочим), осматривая свои рваные джинсы. В добавок они ещё чуть грязные, но это придаёт им шарма. Оглядев себя ещё несколько раз, Айзава поворачивается на пятках, чтобы взглянуть на Хизаши с переноской, в которую уже залезла Моти. — Да, пошли, — он кивает и берет свои ключи от машины, прежде чем идет в сторону выхода. Там мужчина надевает лёгкий чёрный пиджак, а после обувается в жёлтые кроссовки, тихо выдохнув. В гардеробе из-за повара у него теперь слишком много ярких вещей. Поднимая наконец взгляд на виновника, который так же обувался, критик потянулся к нему и положил ладонь на шею. Он придвинул его к себе, нежно впиваясь в его губы поцелуем, наконец отстраняясь, чтобы открыть дверь квартиры. Ямада нежно ответил на поцелуй, но вскоре тот оторвался, и вышел за дверь. — Хм… не забудь напомнить мне сделать тебе копию, мы хотели сделать это в прошлый раз, но… ммм… забыли, — Хизаши выпрямился и направился вслед за Шотой и спустился вниз. — Давай сейчас на твоей машине, но правда надо заехать на заправку, — Хизаши улыбнулся, вызывая лифт и просто улыбаясь, — ух, никогда не покупал что-то в зоомагазине до твоего переезда, ты так много изменил в моей жизни, — он чуть наклонил голову, а улыбка стала еще мягче, — и Моти, конечно, куда без нашей принцессы. Мужчина лишь кивал на бытовые вопросы, а после тихо рассмеялся, притягивая к себе повара за талию, чтобы лениво уткнуться ему в плечо. — Это ты изменил мою жизнь, пончик. Пожалуй, я так бы и остался тем критиком-мышью, который дуется на крупу, — Шота успевает поцеловать его в щеку прежде, чем замечает, как открываются двери лифта. Благо, там никого нет, и они спокойно заходят внутрь, пока Айзава нажимает на нужную кнопку. Как только к нему присоединяется Хизаши с Моти, двери сразу закрываются и начинается спуск вниз. Там они молчат, но как только выходят на улицу, критик выдыхает, беря ключи вновь в руку. — Ты ведь знаешь, что я тебя люблю, Заши? — Знаю, и нагло пользуюсь — улыбается тот, подходит к машине и, дождавшись щелчка открывающихся замков, садится внутрь, пристегивая ремень и прижимая переноску ближе к груди. Моти мяукает, шевелясь в ней так, что Хизаши приоткрывает молнию, чтобы просунуть руку и погладить кошку, а та лишь рада этому. — Но я тоже очень люблю вас обоих, — добавляет он, стоит критику сесть в машину. — Ну, когда ты не пытаешься напакостить мне, — усмехается он. — Я просто представляю, как спустя годы мы будем рассказывать о том, как познакомились. «Да, мы пытались разрушить друг другу жизнь, а потом меня чуть не убили, он спас меня, и мы счастливо живем вместе». Лол, это звучит очень странно. Усмехнувшись, Шота вскоре усаживается в машину и пристегивается, чтобы после её завести, взглянув на Хизаши. — Как жаль, что такое редко случается. Но, — мужчина чуть улыбнулся и посмотрел на переноску, а затем наклонился, поцеловав повара в щеку, отодвинувшись и окончательно снимая машину с коробки передач. — Ты прав. Скажем, что я просто великодушный герой, спасший тебе жизнь. Но кое-кто меня охомутал, — Айзава снова не сдерживает лёгкую улыбку, медленное выезжая из привычного места, чтобы после окончательно выехать с парковки в сторону заправки. Благо, та находилась примерно в 15 минутах езды. А вот чтобы доехать до хорошего зоомагазина потребуется потратить чуть больше времени. — Скажи, как думаешь, можно выпустить Моти гулять по салону? Если она относительно спокойна, то почему бы нет, но все же ты лучше ее знаешь, — Ямада протянул ему свою карту, глядя в ожидании ответа. Кошки редко любят переноски, никто же не хочет сидеть в темном узком пространстве, пока тебя везут непонятно куда. А Хизаши правда успел полюбить эту кошку, так что ему хотелось самого лучшего для нее. Но сначала надо было бы заправиться, чтобы не задерживать людей в очереди, но все же, если выпускать, то лучше на остановке, так что просто нужен ответ. — Не знаю, Заши. Думаю, что лучше не стоит. Если что-то вдруг случится, то она отреагирует первой, а потом выскакивать к кому-то с расцарапанным лицом — не очень, — усмехнулся мужчина, лениво устраиваясь на сидении, как только они подъехали к бензоколонке. — Но если хочешь, на пару минут можешь выпустить, — что ж, иногда Шота чересчур теплел к повару и не мог даже в чем-то отказать. Он взял карточку и вышел из машины. Сказал работнику, чтобы тот заправил определённое количество и какой марки, прежде чем пошел в сторону кассы. Там сидела милая женщина, которая озвучивала, на самом деле, не маленькую сумму, но Айзава лишь выдохнул, прикладывая карту. Просто они с Ямадой, на самом деле, очень часто устраивали какие-то свидания, походы в парки или рестораны, из-за чего потребность в бензине часто росла. Критик просто не привык к этому. Он возвращается и садится в машину, отдавая карточку Хизаши, чтобы прикрыть глаза, пока работник все ещё заправлял бак. — Ну как?  — Слышала, Моти, Шота не разрешил, — печально вздохнул Хизаши, поглаживая мурчащую кошку, — Так что будешь сидеть тут, — он вздохнул, глядя как Шота идет расплачиваться за бензин. Вскоре пришла SMS, что с одного из его счетов сняли деньги. Ну, он не назвал бы эту сумму крупной, но только для себя, для других, возможно, она бы была. Ямада быстро зашел в приложение своего банка, решая проверить не сколько баланс, а сколько акции, как они упали, а какие-то, наоборот, поднялись. Если они с Шотой правда решатся на свадьбу или даже ребенка, то надо будет завести общий счет, но все же свой личный каждому из них стоит иметь, так как какая-то финансовая независимость должна быть у каждого из членов семьи. Потом, наверное, стоит обсудить с Айзавой финансы, но только лишь когда их отношения станут более устойчивы, они и так сильно спешат по меркам развития всего того, что происходит в их жизни. И в этот момент Шота возвращается, прерывая его мысли. — Я решил, что, все же, оставлю ее в переноске. Главное, что в магазине можно их вынимать, а то ей стоит размять лапки, — улыбается он, убирая телефон в карман. — Ну что, поехали? Мужчина окончательно усаживается и пристегивается, чтобы после тихо усмехнуться и кивнуть. Как только слышится щелчок со стороны крышки бензобака, то Шота сразу выезжает на проезжую часть, пока слегка воняет бензином в салоне, но это проходит через минуту. Критик уже автоматически включает музыку, чтобы после продолжить смотреть на дорогу. Всё же, теперь они привыкли ездить так, поскольку чаще всего говорить в салоне было не о чем. Ехали они даже больше, чем ожидалось, так как пришлось заехать сделать копию ключей для Шоты, чтобы он тоже мог спокойно куда-то ходить, не деля ключи. Шота же припарковался к небольшому зданию, где было большое помещение, отведённое именно под магазин. Он глушит мотор и смотрит на Ямаду, чуть улыбаясь. — Приехали. Хизаши улыбнулся, наклоняясь и целуя Шоту, чтобы сразу же отстегнуться и выйти из машины. Чуть дразнить он слишком любит. Блондин не закрыл машину, вытаскивая Моти из переноски и беря на руки, чтобы затем отправить аксессуар на пассажирское сиденье, лишь затем закрыв дверь. Моти доверчиво сидела на руках, пока он огибал машину, гладя ее по голове в ожидании Шоты. Он уже полюбил эту кошку и хотел лучшего для нее, ведь она была такой милой, доброй и ласковой, что не могла не растопить сердце повара. И как она могла оказаться на улице? Иногда Хизаши чертовски сильно ненавидел людей за их обращение к животным. — Кстати, как давно ты водил ее к ветеринару? — вдруг спросил он, глядя на своего любовника. Шота лишь хмыкнул, но более отвечать на стал, расстёгиваясь и выходя из машины, забрав ключи. Он ждёт буквально минуту, чтобы Хизаши положил переноску на место и держал Моти на руках. Наконец, он закрывает машину и подходит к повару, лениво обнимая его за талию, бросив ключи в карман джинсов, прежде чем лениво целует его в щеку, идя в сторону небольшого входа. — Ну. Наверное, в самом начале, — тихо выдыхает Айзава, чтобы после застенчиво провести ладонью по шее. Он действительно ужасный хозяин, не так ли? — Тогда надо записать ее на осмотр, — Хизаши почесал явно довольную кошку и отправился в магазин, один из самых больших в городе. Магазин был просторным и светлым, Ямада улыбнулся, перехватывая ее поудобней. К нему сразу же подошел консультант, мило улыбаясь и быстро окидывая Хизаши взглядом. — Здравствуйте, — поздоровался он. — Могу я чем-то вам помочь? — Да, мы хотим найти большой и удобный домик для кошки, ну, знаете, где бы она могла лазить и лежать. Там должно быть много лотков и труб, а так же платформ, где лежать и точить когти, но видите, — он аккуратно показал лапки Моти, — они у нее более короткие, чем должно быть, так что мы бы хотели посмотреть что-нибудь удобное. — Мы? — удивился консультант. — Да, — Хизаши кивнул на вошедшего Шоту. — Я с ним. — Ох, хорошо, прошу, следуйте за мной. Айзава лишь угукает и заходит следом, прежде чем лениво оглядывает магазин. Здесь было все, что нужно любому человеку, у которого есть домашнее животное, даже экзотическое. Здесь было полно попугаев, рыбок, кроликов и даже шиншилл. Собак и кошек, к сожалению, не было. Животным, пожалуй, лучше. Потом его взгляд переходит на консультанта, который, кажется, весьма удивился, что Хизаши с ним. Неужели он их попросту не знает или надеется на что-то? Шота решает оставить эти мысли на потом, двигаясь следом. Их подводят к кошачьим домикам. Работник рассказывает о нескольких видах, какие лучше всего, а какие брать не стоит. И честно, критик не может перестать замечать эти странные взгляды в сторону его любовника. — Какой тебе больше нравится? — решает прервать диалог мужчина, посмотрев на Ямаду. Так было легче всего выбрать. — Хм, — Хизаши оглядывает указанные продавцом домики. — Этот, конечно хорош, но он не подойдет дизайну квартиры, этот маленький, а вот тот, — он указывает на один из самых высоких, но при этом с достаточно короткими лазами, чтобы снова вернуться к поглаживанию Моти. — Он сколько метров в высоту? Консультант улыбается, подходя к Хизаши и как бы в невзначай поглаживает Моти, касаясь руки повара.  — 2.6 метров. А какая у вас высота комнаты? Это один из самых высоких вариантов с наибольшим количеством площадок и труб для лазания.  — У нас 3.2 метра, вроде, а нам как раз такой нужен, чтобы Моти не было скучно, — улыбается Хизаши, не замечая чужой руки.  — Ну, тогда вы можете приобрести его с доставкой на сегодня, только дайте мне свой номер, чтобы я организовал, — консультант пододвинулся чуть ближе. Шота все ещё продолжает наблюдать. Совершенно не за домиком или Хизаши, а за консультантом. Все эти прикосновения, сладкие улыбки. Противный и мерзкий. Критик хмурится, но ничего не говорит, хотя придвигается так же к повару ближе. Что ж, он не проиграет свою добычу.  — Пойдём на кассу, — бормочет Айзава, только после резко отдергивает себя, наклоняясь к уху Ямады, собираясь напомнить кое о чем. — А ещё нам нужны игрушки и, желательно, ошейник, — на удивление, парень его слышит и улыбается уже сдержанно, прося пройти самому критику в другой отдел, пока он будет оформлять заказ с Хизаши. Что за наглость? Хизаши нахмурился, отстраняясь от консультанта и из-за этого ближе прижимаясь к Шоте.  — Простите, конечно, но оплачивать все это мы будем вместе, и я выбрал это как вариант. Хизаши не был идиотом, он уже замечал, что консультант как-то пытается вторгнуться в его пространство, но если раньше он скидывал это на собственную паранойю, то сейчас он был почти уверен в заинтересованности к его персоне. — Итак, Шо, — он нежно улыбается Айзаве. — Как думаешь, нам стоит взять этот домик или посмотреть еще варианты? Этим всем он старается максимально отдалить консультанта от себя. От этого лёгкая самодовольная улыбка прямо расцветает на губах, но он её сразу прячет, будто «невзначай» положив ладонь на талию Ямады, оглаживая бок пальцами. — Думаю, что да. Моти он определённо нравится, — мужчина взглянул на кошку, глаза которой бегали по всему магазину и не могли даже понять, на чем сфокусироваться. Какая же она милашка. Шота потрепал её по голове, прежде чем двинулся слегка в сторону, вовлекая за собой и Хизаши. — Может, теперь отпустим её? Она может попробовать походить по нему или выбрать что-то сама. Помнишь, как в тех милых видео, — усмехнулся чуть Айзава, продолжая гладить их домашнее животное. Какое же счастье, что она у них спокойная и слишком милая. — А можно? — он улыбается, и смотрит с вопрос на консультанта. Тот улыбается, но его брови были чуть более нахмурены. — Да, конечно, но если она испортит товар, вы будете за нее платить, — уже менее радостно говорит парень, и Хизаши ловит взгляд, что тот мимолетно кидает на руку Шоты, что лежит на талии Ямады. Хизаши вздыхает, опуская кошку вниз, и та замирает на полу, будто не зная, с чего начать, но потом, поводив носом в воздухе, Моти отправилась к одному стеллажу с вкусняшками.  — Хах, кажется, ей что-то приглянулось, — улыбается блондин и идет, попутно беря Шоту за руку. Консультант же следует за ними. Шота хотел бы как-то съязвить консультанту, но вовремя прикусил язык. Всё же, это его работа, и если Моти действительно испортит товар — они заплатят. Но их кошка явно не такая. Сжимая ладонь Хизаши в ответ, критик продолжает идти, наблюдая за Моти с лёгкой улыбкой на лице. Она принюхивается к различным коробочкам или пакетикам, пытается схватить мягко зубами или когтями, дабы достать нужное лакомство.  — Кажется, ей нравятся только те, — Айзава опускает ладонь любимого и поднимает кошку с места. Иначе никакая бы упаковка или нормы приличия её не стали останавливать. — Значит, их и возьмем, — оставайся с консультантом тут, а я пока возьму корзинку у входа. Хизаши улыбнулся, отходя. Он уже знал, что парочкой колких фраз они перекинутся точно, но либо надо было бы тащить и Моти, и Шоту и консультанта за корзинкой, либо оставить их одних меньше чем на полминуты. Хизаши возвращается быстро и почти сразу кладет ту коробку, что коснулась Моти, в корзинку. — Одну на пробу, хорошо? — улыбнулся он Шоте. — Сейчас давай посмотрим ей ошейник и парочку игрушек. Где у вас этот отдел? — спросил он, чуть наклоняя голову и поворачиваясь к консультанту. — Пройдемте, — парень ведет их к другому отделу, где они снова опускают Моти, чтобы она осмотрелась. Шота остаётся один на один со своим врагом и буквально чувствует это напряжение в воздухе. Что ж, к такому он точно привык, потому что у критика довольно-таки разносторонняя работа, которая буквально высасывает любые эмоции. Благо, они никак не контактирует, а Айзава продолжает поглаживать Моти, прежде чем возвращается блондин. Они спокойно проходят к небольшому стенду со всякими ошейниками и игрушками, прежде чем ставят кошку на пол. Та снова неловко переминает лапками, медленно подходя к стенду и обнюхивая его. Некоторые игрушки она сразу же забрала себе, как мышка с шариками внутри, мягкий фламинго с резиновыми элементами, даже что-то на ниточке с палкой. — Тебе не нравятся ошейники? — прыснул Айзава, замечая, что Моти и не смотрит на коробочки. Он аккуратно присаживается на корточки и тянется за одним из предметов ее будущего «гардероба», оглядывая. Хизаши аккуратно забирает у Моти игрушки, чем она явно недовольна, и подводит ко второму хозяину. — Нам надо выбрать тебе ошейник, — улыбается он, присаживаясь рядом с Шотой. — Может быть этот? — он указывает на один тонкий с небольшим кулоном, в который потом можно будет вложить текст, — Персиковый цвет, довольно приятно, думаю Моти пойдет. В это время на его плечо кладут руку. Консультант мило улыбается. — У нас есть милая одежда для котов и кошек, я мог бы вам показать, пока ваш спутник выбирает ошейники. Хизаши улыбается, но мягко снимает руку парня с плеча. — Думаю, мы посмотрим потом вместе, да, Шота? Шота лишь немного улыбнулся и кивнул, сразу же повесив ошейник обратно, прежде чем в который раз замечает ладонь на плече его любовника. — Да, лучше вместе. Все же, вкусы у нас немного отличаются, да, милый? — хмыкнув, Айзава снова кинул взгляд на консультанта и поднялся с корточек, беря тот самый персиковый ошейник, пока следом за собой тянет и Хизаши, который успел схватить Моти. Всё же, этот работник все никак не может отстать и понять, что повар занят. Неужели он впритык не видит? Фыркнув, критик оглядывается, чтобы после повести Ямаду в сторону отдела одежды, который он и без помощи прекрасно видит. — Думаешь, Моти будет её носить? — Не знаю, — вздохнул Хизаши. — А ей понравится? Он, на самом деле, не очень сильно одобрял эту идею, так как Моти была домашней и пушистой кошкой, так что ей просто был не нужен костюм, да и Ямада не уверен, что он ей понравится. Хизаши мягко обхватил руку Шоты, забирая ошейник и кидая его в корзину. Небольшой вздох со стороны консультанта заставил его слегка улыбнуться. Бывает, парень, но Хизаши занят. Шота опустил ее на землю, и они стали наблюдать. Моти некоторое время ходит вокруг да около, чтобы потом удалиться к игрушкам с гордо поднятым хвостом. — Что ж, похоже это не для нее. Думаю, нам стоит взять пару игрушек, может, вкусняшек, и на этом закончить, как думаешь? Мужчина лишь пожимает плечами и наблюдает за Моти, которая будто говорит, что мода это явно не для неё, и она лучше прогуляется к игрушкам. — Да, хорошо, — он чуть усмехнулся, услышав вздох со стороны работника, прежде чем положил Ладонь Ямаде на талию. Спустя десять минут они, наконец, стояли на кассе, оплачивая товары более мелкие, пока им оформляли заказ с домиком. И, конечно, никто не пропускал этих взглядов со стороны незнакомца. Упрямый.  — Запишите сюда ваш номер, — консультант улыбается, даже чуть самодовольно. Неужели надеется получить телефон Хизаши? Только через его труп. — Давай я лучше запишу свой, — фыркнул критик и буквально забрал бумагу, вырывая ручку, чтобы вписать свой мобильник. Его взгляд медленно поднимается вновь на повара. Как только дело закончено — Айзава решает нанести последний удар. — Ну что, пойдём, милый? — тихо спрашивает Шота, наклоняясь к его шее, чтобы после поставить багровый засос, не отрывая взгляда от работника. Пусть знает свое место. Ямада, не сопротивляясь, отдает Шоте бумаги, что ж, он не против не распространять свой номер телефона. Ямада слегка прикусывает губу, лишь затем ловя взгляд консультанта. Ну, ему хватает совести покраснеть. — Ммм, — он слегка отстранился, и повернулся к парню, все еще чувствуя руку Шоты на своей талии. — Когда нам его привезут? — Вам позвонят, чтобы согласовать время, но в течении следующих трех дней, желаете заказать и сбор? — тот выглядит немного смущенным и грустным, но Хизаши старается не обращать на это внимание. — Да, конечно, — улыбается он, доставая карту, чтобы оплатить остальные покупки. — Спасибо за вашу помощь, — он оплачивает все и собирает в пакет, чтобы отдать его Шоте, а самому взять Моти и выйти на улицу. Стоит им сесть, а Хизаши уговорить Моти залезть в переноску, блондин улыбается, наклоняясь к Шоте и целуя его. — Не знал, что ты такой милый, когда ревнуешь, — на губах повара расцветает коварная улыбка. От такого взгляда Айзава лишь ухмыляется, чуть прижимаясь к мужчине. На самом деле, критику действительно удалось отхватить сладкий кусочек пирога из всеобщей массы Франции. Он берет предложенный пакет и выходит из магазина. Покупки оказываются на заднем сидении, пока сам Шота усаживается на водительское, пристегиваясь. — Мм, — Довольно мычит он от приятного поцелуя, прежде чем фыркает, слегка укусив Хизаши за нос. — Но тебе лучше не стоит выводить меня на ревность. Я тот ещё собственник, — прыснул Айзава, чуть наклонив голову, чтобы ответить своим поцелуем на предыдущий. Всё же, когда лезут на его территорию, то мужчина потом не обязан отвечать за свои действия. А тут Ямада будет его специально провоцировать, лишь бы потом получить щелбан или боль в пояснице на утро. Хизаши сладко отвечает, но мяуканье кошки заставляет его отвлечься. — Хах, она не очень рада, так что думаю нам стоит ехать и, может быть, продолжить дома, — улыбается он, поправляя волосы и включая радио. Поездка проходит, как всегда, молча, ну не любил Хизаши отвлекать людей за рулем, а вот Моти была более активной. Видимо, магазин ее взволновал, или ей хотелось попробовать вкусняшки и поиграть с новыми игрушками, Ямада не знает, но первое, что они сделают, когда приедут домой, это подпишут ошейник и дадут его ей, а так же Хизаши запишет ее к ветеринару, чтобы проверить ее состояние здоровья, а может и зарегистрировать на имя Шоты, чтобы в случае чего ее можно было бы опознать. Шота тихо усмехается, посмотрев на переноску, где копошилась Моти. Пожалуй, действительно пора ехать домой. Он заводит машину окончательно и выезжает обратно на проезжую часть, чуть прикрыв глаза. Домой они едут гораздо дольше, поскольку день клонился к вечеру, а в такое время дня почти всегда пробки. Примерно через сорок минут Айзава паркуется на подземной парковке, чтобы после спокойно выдохнуть и взять пакет с задних сидений, аккуратно выходя и глуша машину. Он ждёт Хизаши и Моти, прежде чем закрывает автомобиль и идёт в сторону лифта. Там опять встречает тишина, но и, как всегда, она почти приятная. — Вот и дома, — выдыхает Шота, когда Ямада перед ним открывает дверь квартиры и проходит следом. Пакет оказывается на тумбочке, а пиджак на крючке, пока критик разувался. Хизаши разувается и выпускает Моти из переноски, и та сразу же выбегает, присаживаясь в дверном косяке между коридором и гостиной в ожидании игрушек. Хизаши улыбнулся, распуская волосы и поправляя их, лишь затем достав новые игрушки, чтобы высыпать их на полу гостиной, недалеко от лежанки Моти. Кошка с удовольствием принимается за них, кувыркаясь по полу. — Хах, — Хизаши проводил ее нежным взглядом, а затем достал лакомства и положил их на полку. — Этот поход был увлекательным, — он улыбнулся, поворачиваясь к Шоте. — С замечательным обслуживанием, правда? Шота мельком взглянул на Моти и улыбнулся, прежде чем потянуться рукой в пакет, доставая плюшевую мышку и бросая её в сторону кошки, отчего та подскочила и ринулась за новой игрушкой. Тихо прыснув, Айзава взглянул теперь на Хизаши, прижав его к себе за талию, уткнувшись носом в шею. — Ага. Написать о них плохой отзыв и поставить одну звезду? — хмыкнув, мужчина лишь сильнее обхватил Хизаши, прижимая к себе, чтобы после как-то лениво укусить его за шею, где раньше поставил засос. Всё же, критик был буквально безумным собственником, которому всегда надо знать, что его половинка рядом и никуда не уйдёт, даже на улицу не выйдет. — Ну зачем так? Тот парень объяснил и показал нам всё, что мы хотели, — Хизаши ходил по тонкому льду и вполне мог провалиться, но он не был против, сильнее прижимаясь к Шоте и тая под его руками. Ладони заскользили вверх, запутываясь в чужих волосах, и Хизаши мягко помассировал их, прикрывая глаза. — Ты же знаешь, что тебе нет смысла ревновать, не так ли? — шепчет он, не сводя взгляда. Ему не хотелось, чтобы Шота сомневался в его чувствах и думал, что Ямада может изменить ему при любой возможности. Айзава стал воистину дорог Хизаши, и тот хотел, чтобы Шота понимал это. Фыркнув, Шота поглаживает его спину, вырисовывая странные узоры, прежде чем поднимает взгляд, выдохнув. Он ни в коем случае не сомневался в чувствах Хизаши к нему, но эти постоянные поклонники, фанаты слишком доставали его. Точнее, их поведение и влюблённость в его пончика, к которому он довольно сильно привязался. И просто… ведь многие его фанаты действительно красивые, богатые и состоятельные? И Айзава, который издевался над ним долгое время. — Да, точно… — чуть улыбнувшись, Шота после воздушно поцеловал его шею, извиняясь за предыдущий укус. Ямада нахмурился, поймав немного неуверенное и будто сомневающееся в себе выражение лица Шоты. — Так, — он отстранился, беря голову Айзавы в ладони. — Я выбрал тебя, Шота, потому что понял, что под всей этой маской сарказма и колкости скрывается человек, который может и умеет любить, но ему сложно это показывать. Ты спас меня, но я почти уверен, что подавляющее большинство либо убежало бы, либо наоборот были бы рады такому исходу, — он внимательно смотрел Айзаве в глаза. — Ты выслушал меня вчера, смог утешить и успокоить, спас Моти и преодолел множество трудностей, чтобы пробиться сюда, так что не надо сомневаться в себе, Шо. У меня много поклонников, но никто из них не зацепил меня, ни с кем из них я не живу и не встречаюсь — запомни это очень и очень хорошо, а если надо, я, а повторю это столько раз, сколько потребуется, — он наклонился, целуя Шоту. Брюнет слегка удивлённо распахнул глаза и уставился на Хизаши, едва улыбаясь. Он так переживает за него и его самоуверенность… Ямада был таким милым, когда говорил о том, что критик чуть ли не самый лучший мужчина в его жизни и… это помогало. Мужчина прикрыл глаза и ответил на поцелуй, аккуратно потягивая его за нижнюю губу, прежде чем лениво куснуть, опуская ладони со спины ему на талию, мягко оглаживая бока, приподнимая футболку. Вскоре Айзава оторвался, причмокивая, чтобы потом спуститься поцелуями к его ключицам, выдыхая. — Я тебя так люблю, Заши. Хизаши прикусил губу, поддаваять Шоте, а его руки заскользили вниз, лаская чужую грудь и плечи. — Я тоже, Шо. Тоже люблю тебя, — Хизаши наклонился, осыпая лицо мужчины поцелуями и ласками, — и не думай, что какой-то консультант сможет меня забрать. Руки проникли под рубашку, оглаживая торс и слегка царапая его ногтями. — Я твой, Шота, только твой, — шептал он другому на ухо, прежде чем лизнуть ушную раковину. — А ты мой, не так ли? Хизаши не знал, будет ли он ревновать Шоту, так как на данный момент к бывшему критику ещё не подкатывали, и блондин искренне не понимал причину. Даже когда они с Шотой были в отвратительных отношениях, Ямада не мог не признать, что Айзава хорош собой. Шота тихо выдыхает и выгибается в спине, чуть толкаясь грудью навстречу горячим рукам, мотнув головой в сторону, наслаждаясь сладкими поцелуями. Закусив губу от новых царапин, бывший критик не отстаёт, сжимая чуть бока, мягко оттягивая жирок, а после переводя руки на животик. — Д-да, только твой… — его голос теперь хрипел, а тело обмякло от всех этих приятных ласк. Резко вздрогнув всем телом, Айзава заскулил, поднимая руки до груди Ямады, задевая кончиками пальцев его соски, пока сам потирался бёдрами о чужие. Он, на самом деле, такой нетерпеливый… — Я только твой, Заши, — тихо бормочет мужчина, чтобы потом потянуться, целуя ушко Ямады, а после прикусывает мочку, немного оттягивая её. — Ммм, — Ямада самодовольно улыбнулся и уже хотел было потащить Айзаву в спальню, как раздался громкий телефонный звонок. Хизаши вздрогнул, отстранился и прислушался. — Это твой, — вынес он вердикт, отпуская Шоту, чтобы тот мог ответить на вызов. Моти же, заметив, что хозяева уже не лобызаются, мяукнула и подошла, начиная тереться о ноги блондина, а затем отправилась на кухню, показывая, что ей нужно. Ямада улыбнулся, беря одно из лакомств и отправляясь кормить маленькую любимицу, пока Шота разбирается с телефоном. Скорее всего, это из зоомагазина, договориться о времени привоза и установки домика, а может ещё кто-то, кому срочно понадобился Айзава. Момент был упущен, а Моти окончательно сбила настрой, так что Хизаши остался на кухне, лаская кошку и наблюдая за тем, как она с удовольствием ест вкусняшки. Шота, казалось, разочарованно простонал, когда услышал надоедливый звук. Как всегда, на самом интересном месте. Это действительно звонили из службы доставки. Сказали, что могут уже привезти сегодня и установить, на что бывший критик, конечно же, согласился. Упускать такую возможность — себе хуже, хоть и хотелось поскорее заняться Ямадой. Тихо вздохнув, Айзава убирает телефон в карман и идёт в сторону кухни. — Они привезут и установят примерно через полтора часа, — мужчина ухмыляется, замечая Моти, которая стоит на задних лапках и тянется к любимому лакомству, которое повар держал на расстоянии. Какая же у него милая и маленькая семья. — Хорошо, — он улыбнулся Хизаши, — поглаживая ушки Моти. — Тогда надо чуть прибраться, чтобы им было удобней работать. Он поднялся и, легко поцеловав Шоту, направился в гостиную. Надо было найти место — всё же у него было на самом деле не так много мебели. — Хорошо, — он вздохнул, — Шота, мне надо отодвинуть вот этот комод к тому шкафу и убрать этот столик, так как он будет мешать. Хизаши улыбнулся, поворачиваясь к Айзаве. Полчаса — за это время им нужно убраться и подготовиться. Главное было, чтобы Моти не крутилась под ногами, так что надо было закрыть её в спальне. Кивнув, мужчина продолжал немного улыбаться, решая погладить Моти, прежде чем двинулся за Хизаши, чуть прикрыв глаза от приятного поцелуя. Шота спокойно приподнял комод, стараясь не задеть ножками ламинат, дабы не поцарапать. В итоге, приготовления действительно занимают около получаса или даже больше, ведь Моти настойчиво просила опять лакомства или поиграть с ней. — Теперь терпеливо ждём, — вздыхает Шота, наконец подходя к Хизаши, чувствуя, что даже немного вспотел. Ему, конечно, приходилось часто переносить тяжёлые вещи, но долгое время критик этого не делал. — Люблю тебя, — усмехнулся он, вновь аккуратно целуя Ямаду в щёку. Теперь придётся ждать установки домика, чтобы вскоре насладиться сладкими поцелуями и томным дыханием друг друга. Хизаши так же поцеловал Шоту в щёку, улыбаясь. — Спасибо, — поблагодарил он. — Жду не дождусь, когда мне снимут швы, и я смогу вернуться к полноценной деятельности. Скучаю по работе, — вздохнул Ямада. В этот момент в дверь позвонили. Хизаши повернулся, глядя на неё. — Убери Моти в нашу спальню, чтобы она не мешалась, а я пока пойду открою, — вздохнул он, направляясь к домофону. Это правда оказались из доставки. Хизаши кратко объяснил им, что надо будет сделать несколько заходов на лифте и спросил, требуется ли помощь, но ему сказали, что спокойно справятся без них. Вскоре в квартире одна за другой начали появляться коробки — домик действительно был большим, так что следующий час был проведён в наблюдении того, как устанавливают эту громадную махину. Моти явно будет рада, по крайней мере Хизаши надеется на это. Шота сидит рядом — они просто наблюдают, а рука мужчины лежит на талии повара, потом блондин подписывает все документы и расплачивается, закрывая наконец дверь. — Что ж, это было не особо муторно, — выносит Ямада свой вердикт, поворачиваясь к любовнику, чтобы затем подойти к одной из полок в гостиной и достать кошачьей мяты. Ему требуется стул, но Хизаши раскладывает пару листочков, чтобы Мои быстрее привыкла в новому домику. — Выпускай её, Шота, — разрешает наконец Ямада. — Да, сейчас, — Шота убирает Моти в спальню, оставляя ей парочку игрушек, пока наблюдает, как заходят несколько мужчин, которые чуть крупнее его самого. Они спокойно переносят коробки, достают нужные инструменты и начинают кропотливую работу, иногда посматривая в инструкции. Через час они подписывают несколько бумаг, пока рабочие собирают вещи, покидая квартиру. Как только в гостиной стало пусто, Айзава погладил ещё раз бок Хизаши, поднимаясь и подходя к двери спальни, медленно открывая дверь. Оттуда сразу выбегает Моти с бешенными глазами и поднимает взгляд на огромный замок, который почти соприкасается с полом. — Тебе нравится? — тихо спрашивает бывший критик, присев на колени. Хизаши наблюдал, как Моти медленно подходит к домику, что действительно легче назвать замком, и обнюхивает его, почти сразу же цепляясь своими маленькими лапками, чтобы забраться на первую платформу. Она Ямаде по пояс, следующая будет уже по грудь, потом чуть выше головы и ещё несколько по возрастающей. Запутанные тунели, закрытые и открытые лежанки — в общем, всё, о чём могла мечтать кошка. Моти уже направилась на изучение новых территорий. В это время живот Ямады заурчал. — Ох, — блондин повернулся к Шоте. — У нас остались суши со вчера, хочешь перекусить? — спросил он, глядя на Айзаву. Он не ел ничего, кроме пары блинчиков и на самом деле очень даже проголодался, но что-то готовить желания не было. Они могли бы что-то заказать или доесть, что осталось, если это будет Шоте по вкусу, а то тот сказал, что не особо любит суши. Шота продолжал смотреть на Моти, которая под действием адреналина бегала по всем лестницам, планкам, царапаясь и дёргая ушками. Ей определённо нравилось, хоть она и была слегка напугана новым домиком, возможно, даже первым. — Ну, ты явно хочешь, — усмехнулся Айзава, повернув голову в сторону Хизаши, как только услышал урчание живота. Подумать только, как они смогли изменить жизни друг друга. А теперь могли дышать лишь вместе, поскольку один был кислородом для другого. Мужчина поднимается с колен, вяло проходя к блондину, беря за руку и ведя в сторону кухни. Теперь они покушают и останется лишь продолжать наблюдать за Моти, чтобы она не перенюхала мяты, пусть она и постепенно от этого привыкает к своему «огромному замку». Их маленькая пушистая принцесса. Ямада достал тарелку суши и соус, ставя их на стол. — Хм, — он задумчиво посмотрел на них. — А как тебе идея покормить друг друга? — он улыбнулся, глядя на Айзаву, пока ставил чайник и доставал чашки и зеленый чай. — Мне кажется, это было бы мило. Он смущенно опустил взгляд, присаживаясь рядом. Он теперь не один и ему хотелось сделать множества милых вещей, которые раньше были невозможны. — Так что, — он взял один суши пальцами и поднес к чужому рту. — Открой-ка ротик, милый. Они со стороны выглядят как настоящие идиоты, но, хей, их никто не видит! Они находятся в это доме и могут делать, что им захочется! Имеют право, в конце-то концов. Мужчина усаживается на стул, наблюдая со стороны за Хизаши, который крутился с тарелкой суши и соуса, прежде чем сел рядом, предлагая новую идею, как можно провести ужин. Шота удивлённо распахнул брови, но после улыбнулся и сразу раскрыл рот, закрывая глаза. Да, они правда идиоты, но, возможно, каждому человеку не доставало той глупой романтики, которую встречают обычно в фильмах. В рот попадает суши с лососем и соевым соусом. Довольно замычав, Айзава начинает медленно жевать, задевая иногда пальцы Ямады языком или слабо прикусывая зубами, но вскоре всё равно выпуская их изо рта. Он только «поигрался», а уж повар не упустит возможности довести его. Веки приподнимаются и бывший критик тянется уже за роллом, беря так же пальцами, предварительно обмакнув в соус и протягивая любимому. — Теперь ты, пончик… надеюсь, понравится. Хизаши с нежностью наблюдает за Шотой, мягко улыбаясь. Тот заигрывает с ним даже сейчас. Что ж… он может отыграться. Суши и правда очень вкусные, Ямада не зря их очень любит. Но помимо их пережёвывания, Хизаши занимается слегка другим. Язык мягко проходит по чужим подушечками, обводит пальцы, а сам блондин смотрит прямо в глаза партнёру. Новое состязание? Ну, Шота слишком нетерпелив, чтобы его выиграть. Наконец, блондин выпускает чужие пальцы изо рта и дожёвывает суши, чтобы взять следующую. — Скажи «а». Шота снова мычит, иногда двигая пальцем, надавливая на язык Ямады или его нёба, прежде чем спокойно высовывает их, отводя в сторону. — А-а, — протягивает Айзава, открывая рот, правда, глаза на этот раз не закрывает, решая сделать так же, как и Хизаши. Пусть критик и нетерпелив, но этот раунд он выиграет. Но если и проиграет, то не особо расстроится, ведь вечер и ужин всё равно были приятными. В рот идёт ролл, кажется, с креветкой. Бывший критик пережёвывает, но решается взять Ямаду за руку, чтобы после, наконец проглотив комок, просунуть язык между его пальцами, томно дыша. Ямада прикусил губу, а его зрачки расширились, пока он смотрел на эту прекрасную картину. Шота выглядел так восхитительно, хотелось потянуть его и поцеловать, почувствовать этот язык не на пальцах, а на… Жалобное громкое мяуканье заставило Хизаши вздрогнуть и прислушаться. Моти. — Что стряслось? — он поднялся из-за стола и направился в гостиную. Несчастная кошка сидела на самом верху, громко зовя хозяев. Хизаши потребовалось пара секунд, чтобы понять, что стряслось. — Ох, бедненькая ты наша, — Моти была напугана, видимо, не зная, как спуститься вниз, но при виде блондина чуть успокоилась и замерла в ожидании спасения. Хизаши взял стул и поставил его рядом, чтобы встать. Он уже было протянул руки, чтобы поднять кошку, как та, скорее всего, потеряв терпение, неожиданно прыгнула прямо на него. Ямада рефлекторно поймал Моти, но равновесие было утеряно, и он почувствовал, что сила притяжения тянет его встретиться с полом. Айзава снова разочарованно вздохнул, следя за тем, как уходит Хизаши, чтобы после причесать свои волосы, медленно поднимаясь с места. Конечно, он не мог злиться на Моти из-за такого, но всё же хотелось заняться чем-то другим. Шота встал в проёме, облокотившись на деревяшку, наблюдая за подобным «спасением» молча. Только вот стул стоял неправильно и. чёрт возьми! Глаза мужчины сразу широко распахнулись и он сорвался с места, чтобы упасть на колени и буквально в метре от пола схватить Ямаду, придерживая и резко выдыхая. Успел… Мужчина слегка зажимает его плечи, прижимая к себе, пока Моти, кажется, от пущего испуга, спрыгивает и смотрит на них со стороны. — Ты… придурок, — фыркнул критик, прежде чем начал тихо смеяться, а потом это переросло в искренний хохот, пока Шота прижимался носом к волосам повара, не в силах остановиться. Это выглядело… так глупо со стороны. Ямада крепко зажмуривает глаза, готовя себя к удару, но… его не следует. Вместо этого сильные руки прижали блондина к себе, а Моти наоборот выпрыгнула из объятий Хизаши. Голос Шоты окончательно приводит его в себя, и Ямада моргает, пока под ухом раздается чужой смех. — Хах, — тихо говорит он, а на его губах постепенно растягивается улыбка. — Вау… у тебя… быстрая реакция, — наконец выдаёт он, поворачиваясь лицом к спасителю. — Я не ожидал, что она на меня прыгнет, как какой-то тигр из засады, — жалко оправдывается он и поворачивается, с желанием найти кошку. А та, как будто она тут ни при чём, снова залезает в домик, но, наверное, на самую высокую Моти уже не полезет. — Что ж, ты спас меня уже второй раз, — выносит он свой вердикт. Шота посмеялся ещё пару минут, прежде чем успокоился, пока на губах всё ещё продолжала играть слабая улыбка. — Я просто испугался за тебя. Будь аккуратнее в следующий раз, — выносит уже свой вердикт Айзава, ныне лениво перебирая пальцами светлые локоны, слегка приподнимая его, чтобы повар смог теперь принять сидячее положение. — Ты хоть ничем не ушибся? Вдруг что-то повредил… — Только своё сердечко от твоего героизма, — Ямада прижал руку к груди, драматично закатывая глаза. — Можешь отнести меня на кухню, мой герой? Они умели превращать небольшие стрессовые ситуации в шутки, так что это не было ни для кого удивительным. Да, он буквально минуту назад мог упасть и сильно удариться головой, потому что их кошка решила прыгнуть на него, ведь забралась слишком высоко. Но почему бы не пошутить над этим, раз всё хорошо обошлось? А сейчас Хизаши хотел вернуться на кухню, заварить чай и всё же поесть, так как был весьма голоден. Фыркнув, Шота хотел уже было его толкнуть, но сдержался, прежде чем подобрать Хизаши, медленно поднимаясь с ним на руках, чтобы пойти в сторону кухни, волоча ногами. — Моя бедная принцесса, — улыбнулся шире Айзава, чтобы вскоре поправить стул, аккуратно усаживая повара, мучительно медленно целуя его в щёку. — Больше тогда не вставай на стул. Тебе приготовить что-нибудь? — мужчина отодвинулся, прильнув поясницей к столу. — Прости, но я не хочу умереть тягучей и страдальческой смертью, так что давай просто доедим суши, — закатил глаза Ямада. Он взял одну и отправил в рот. Уже второй раз за день их прерывают, не давая возможности насладиться друг другом. Между прочим, он скоро выйдет на работу и будет часто уставать, а это значит, что Шота может подолгу не видеть его обнажённым в постели. Это не есть хорошо, но что поделать. Хизаши вздохнул. У него завтра трансляция, в понедельник врач, а потом он наконец выходит на работу. Блондин уже скучает по кухне и коллегам. Как бы хорошо ему не было с Шотой, ресторан стал важной и незаменимой частью его жизни, от которой он никогда не откажется. — Я готовлю гораздо лучше тебя, — фыркнул мужчина, сморщив нос, лениво перебирая пальцами роллы, прежде чем нашёл один с лососем, протягивая ко рту Хизаши. Что ж, принцесса спасена и теперь всё было в порядке, можно насладиться едой и обществом друг друга. Но Хизаши действительно придётся скоро выйти на работу, как пожалуй, и самому Шоте. Всё-таки, он пообещал поговорить об этом с директором, тем более, одному сидеть в квартире не особо хорошая идея, а ещё хотелось приносить и свой вклад в их общий капитал. — Но, как знаешь, — как только появляется возможность засунуть повару ролл в рот, то он сразу ею пользуется, пока на губах всё та же лёгкая улыбка. Было хорошо. Может, всё опять встанет с ног на голову, но. Они справятся, верно? Ямада быстро съедает суши и наклоняется вперёд, чтобы поцеловать Айзаву. Наконец в его жизни наступил относительный покой, и он мог бы сказать, что счастлив. Рядом с ним любящий человек, а за стеной весёлая кошка, есть работа, карьера, деньги — можно сказать, он собрал куш и не спешил от него отказываться. Сейчас всё стало на свои места, и Хизаши безумно этому рад. Как, наверное, и Шота.