Зоопарк

Лучший способ избавиться от врага — сделать его другом©

      — Убирайся, — в голосе ни капли раздражения, лишь чувствуется холодная отрешенность. Смит напряжен до предела, но лицо оставалось спокойным, непроницаемым: только вот Флетчеру казалось, что модные круглые очки, которые придавали суровости и строгости сидящему напротив человеку, угрожающе поблескивали под тусклым кухонным светом. От Рэя веяло усталостью, потом и невысказанными эмоциями. Он хотел бы отдохнуть, вот только нахождение в доме одного ублюдка срывало все планы. — Ой, да ладно тебе, милый. Не говори, что не рад меня видеть, — Флетч закидывает ногу на ногу, покачивая из стороны в сторону начищенным лакированным ботинком с острым «носком». Рэй даже не шелохнулся, еле слышно выдохнув. Не сказать, что мужчина привык к частым появлением неприятеля. Не то чтобы они враждовали в открытую, но у светловолосого часто чесались кулаки набить непрошеному гостю морду. Каждый раз, когда Флетчер каким-то неизвестным способом врывается к нему в дом и часами ждет возвращения хозяина, Рэй потом обходит дозором свое жилище, чтобы выявить лазейки. Скоро, кажется, ему придется наглухо заколачивать дверь в подвал и завести охранных собак. Не держать же сутками у себя Банни и Дейва, у тех и так забот полно. — Зачем явился? Если по пустякам - вышвырну, если снова приставать - пристрелю и закопаю на заднем дворе, — сегодня выдался трудный день: им с Микки нужно было ехать в порт, разбираться с теми, кто был виновен в том, что его подчиненные не досчитались товара. Обычно Пирсон не занимался контрабандой, но прибыльная сделка была уже заключена, а появившиеся неприятности не на шутку разъярили «царя зверей». Никто не имеет права так нагло забирать его собственность. Без драки и перестрелки, к сожалению, не обошлось. Впрочем, как и всегда. — Детка, если ты хочешь обойти конфетно-букетный период в наших затяжных отношениях, то я с радостью перейду к самому главному, — Флетчер хитро улыбнулся и вытащил из неизменного кожаного портфеля бутылку коньяка. Рэй же небрежно пододвинул к «собутыльнику» один из стоявших на стеклянном столике стаканов, которых по какой-то причине было два. Флетч не стал шутить по этому поводу, но с каким-то странным удовольствием отметил для себя, что была малюсенькая возможность, что непробиваемый в эмоциональном плане Рэймонд ожидал его. — Lheraud, Grande Champagne тысяча девятьсот восемьдесят третьего года. Дорогое дерьмо, трудно достать, но, поговаривают, имеет отличный вкус и запах. Если позволишь, сам открою бутылку, чтобы ты лишний раз не напрягался, — акцент в словах, произнесенных в начале, немного «резанул» по ушам. Рэй чуть наклонил голову влево, наблюдая, как оппонент одним движением выдергивает пробку. Их стаканы наполнились темной, резко пахнущей жидкостью, и владелец усадьбы почувствовал нотки пахучих полевых трав. — Я никогда не поверю, что ты просто пришел со мной выпить, поговорить по душам и поесть. Не трать время и выкладывай, как взломал сигнализацию. — Ничего не нужно взламывать, чтобы проникнуть в твою крепость, злая принцесса. К слову, знаешь, было бы неплохо провести ночь так, как ты описал. В конце еще прибавить прогулку под луной, совместную ванну и грубый секс. — Флетчер, еп твою... — Смит умолк на полуслове, не став тратить остатки сил даже для того, чтобы закатить глаза. Раздражающая манера этого засранца тянуть и перед главным пробалаболить около часа, была порой невыносима. — Твоя очаровательная манера не договаривать ругательства в мой адрес умиляет. Но правда на твоей стороне, как бы не противно это признавать, — частный детектив был уверен, что держащий руки внизу «телохранитель» уже целится из пистолета ему в ногу. Или пах. Это зависит от того, что ляпнет в очередной раз Флетч. Смит имел дурную привычку везде таскать с собой оружие: за поясом ли, пряча за длинным плащом или в штанах. Причем орудия разных видов: от обычного револьвера до автомата. — Нам предстоит серьезно поговорить. Один на один, как ты не любишь. Если у тебя есть микро-наушники, «жучки», включенные диктофоны, рация в трусах — попрошу сдать мне на сохранность, — протянул руку, в любой момент готовый ее отдернуть. — Ничего нет. Я не думал, что ты заявишься в три часа ночи, нарушив традицию прятаться за балконной занавеской в полночь. — А в двенадцать значит ждал моего прихода? — Флетчер удивленно выгнул бровь, но увидев так и не изменившуюся «кирпичную» рожу второго участника диалога, решил, что прекращать шутить не стоит. Он умел давить, у него это превосходно получалось. — На выход. Серьезно. У меня нет желания участвовать в твоих играх. Не сегодня, — «танцевать» с огнем Рэй не любил, но остановиться не успел. Когда кто-то отказывается делать то, что хочет Флетч, то последний показывает свою настоящую сущность. Шутить перехотелось сразу. — Если не заметил, то уже играем. И если ты захочешь «выйти», то я буду очень, — казалось, что люстра над их головами лихорадочно мигнула, а голос Флетча звучал «металлом», — очень разочарован.

***

      Бороться с Рэймондом в рукопашную — самоубийство. Хотя, на данный момент еще неизвестно кто кого уложит на лопатки. Флетчер не был слабаком. Немного трусом – да, но не слабаком. Рэй был настроен на драку, когда его недруг положил ладонь подле его. Никогда не касался, провоцировал, пытался развести на эмоции. — Мы знакомы уже слишком давно, я даже не помню, когда впервые встретились. Тебе не надоело убегать? Давай наконец поебемся, Рэй? — Мы уже несколько лет назад ебнулись на всю голову, Флетчер, но не настолько. Трахаться с тобой не буду... Я... Не готов.

***

      Рэй похож на дворнягу. Такой же побитый жизнью, погрязший по уши в грязи и уличных бойнях, но не лишенный разума, преданности, и даже положительных чувств. Даже пытается ухаживать за собой, выглядеть, как сошедшая с обложек журналов модель. Всегда терпел до последнего: нервы железные, и так надломленная психика редко давала сбои. Стараясь не горячиться, Рэй использовал всю свою хитрость, смекалку и опыт психолога, старался выкрутиться из любой ситуации. Но когда он всё-таки выходит из себя, то весь контроль теряется к чертям, и Рэймонд срывается с цепи, разрывая все что движется на мелкие кусочки. Флетчер пытается как-то подобраться к недоверчивому псу, усмирить и присматривать, хотя койотам не свойственна нежность. Только детектив, скажем, был наглухо «отморожен» и был неправильным во всех смыслах. Именно Рэймонд однажды сравнил его с койотом: случайно, перебирая наиболее вероломных и гнусных представителей фауны, живущих на Земле.       Они уже были пьяны. Рэю ужасно хотелось спать. Почему-то не одному. Голова сильно болела, Смит снял очки и зажмурился. Обычно он так сильно никогда не пьянел, возможно, в пойло было что-то подмешано, хотя Флетчеру хоть бы что: вон, сидит довольный. До его запястья осторожно коснулись: рука «судебного служителя» была горячей, и по телу прошла неприятная дрожь. — Пойдём наверх, Рэймондо, договорим там. Здесь становится слишком холодно, — и Рэй не сопротивлялся. Просто не хотел.