Её глазами.

- Что-то случилось?       Лин недоумённо перевела взгляд на коменданта. Тот внимательно смотрел на неё, в его миндалевидных розоватых глазах женщина заметила волнение. - Прошу прощения, господин комендант...- она приподняла брови.- Что вы имеете в виду? - Быть может, это не моё дело, но, видите ли, я заметил, что вы чем-то обеспокоены и удручены. - А разве вы не слышали, сэр? Вчера и позавчера были найдены трупы девушек. Есть подозрение, что это дело рук серийного убийцы. - Да... теперь я понимаю,- тихо ответил офицер.- А вы сами что думаете? - Судя по тем снимкам, которыми пестрят передние полосы газет, я опасаюсь, господин комендант, что маньяк из Сорроу Клифф вернулся.       Женщина вернулась к своему альбому с набросками, но карандаш предательски дрожал в её грубоватых пальцах. Сорроу Клифф... Печально известный интернат, так близко находившийся к кладбищу, что его называли Кладбищенским. Но цепь ужасных событий, произошедших там более десяти лет назад, всё ещё пугала людей до смерти. Раз в год несколько лет подряд умирали девушки от четырнадцати до восемнадцати лет. Ежегодно всплывали всё новые и новые случаи, а убийца был неуловим. Доблестные стражи закона оказались совершенно беспомощными, а толпа требовала правосудия. Неизвестно, чем бы это кончилось, если бы убийца внезапно не остановился.       Лин строго нахмурилась и перехватила карандаш поудобнее. Она здесь не для того, чтобы вспоминать дела давно минувших дней - ей платят за работу, а значит, выполнено всё должно быть надлежащим образом. Поэтому стоит забыть обо всём и делать наброски, много набросков, чтобы было видно, как будет лучше в конечном итоге.       Ордена... Глядя на своего заказчика и натурщика в одном лице, женщина удивлялась тому, сколько серьёзных боевых орденов украшает его лилейно-белый мундир. «За отвагу» первой степени, отличительный орден старшего командира ВВС, «Лучший военный пилот», памятный орден «За победу в битве на Яракайской дуге», «За взятие Каона» - первой степени (выдавался лишь тем, кто зачищал правительственные здания), «За взятие Тарна», «За взятие Праксуса» и «За взятие Полигекса». Отдельно висел «Герой революции» и вновь первой степени.       Лин прикусила губу, погружаясь в свои весьма спутанные мысли. Праксус был взят революционерами лет семь назад. Комендант же из-за кукольного личика был похож на субтильного подростка. От силы ему можно было бы дать двадцать три года, никак не более. Это что же, шестнадцатилетний парень принимал активное участие в жестоких бойнях? Такой ангелоподобный мальчик лежал в траншее во время химических атак «на Яракайке»? Это же просто невозможно! Чисто фактически - этого парня не взяли бы в революционную армию из-за чрезмерной юности.       Это лицо. Такое юное, прекрасное... Неестественно прекрасное. Роскошные золотистые локоны выглядят так, будто сотканы из солнечного света. Черты лица настолько соразмерны и правильны, будто выверены искуственно. За всю свою недолгую работу Лин никогда не видела лица прекраснее. Но отчего же тогда в душе столько сомнений и подозрений? Отчего никак не покидает её тот, другой образ: сероватая кожа, впалые щёки, выцветшая полоска бородки... Образ, который снится ей уже вторую ночь в кошмарах.       В дверь постучали. После короткой паузы створка открылась, и в комнату вошли два молодых человека, один из которых нёс большое серебряное блюдо, накрытое колпаком, а другой - бутылку превосходного вина и два бокала. - Да-да, поставьте всё на том столике, только аккуратно, не запачкайте бокалы отпечатками пальцев - им это шарма не передаёт,- комендант проследил, чтобы всё было выполнено в точности по правилам, а потом обратился к Лин,- Если вы не возражаете, предложу нам слегка прерваться и позаботиться о пище не для духа, но для тела бренного. - Конечно же не возражаю,- Лин, свято верившая в то, что клиент, в отличие от пациента, всегда и во всём прав, отложила папку с набросками и сунула руку в огромную сумку. Пошарившись в тёмном полупустом пространстве, она, наконец, вытащила из сумки маленькую коробку, в которой хранила свой более чем скромный обед. На сей раз это был рис и что-то, весьма отдалённо напоминающее кусочки запечённого мяса.- Надеюсь, господин комендант, вас не смутит факт того, что я употребляю мясо («мало ли у кого какие заскоки»- мысленно закончила женщина).       Старскрим лишь удивлённо смотрел то на дешёвую пластиковую коробку в этих тёмных, внешне грубых руках, то на ассорти из морской фауны, которое приготовили в одном из лучших ресторанов города и которое вообще-то предназначалось для двоих...