Сильная и независимая

      — Что-то вы в последнее время совсем плохо выглядите, госпожа, — сурово поджав губы, Хана-сан поставила перед сыном тарелку с кашей. Устало проследив, как Какаши тут же нахмурился и навострил уши, прикрыла глаза.       — Токсикоз замучил, — буркнула первое, что пришло в голову и, услышав, как с грохотом на пол упала тарелка, поняла, что сделала это зря.       — Ками-сама! Это же замечательно! Поздравляю! — лицо женщины озарилось улыбкой.       — Спасибо, не стоит, — вздохнула и перевела взгляд на палочки, лежащие на столе, и подавила приступ тошноты, как и воспоминания о том, как можно эти палочки использовать для убийства. Не знаю, кем была эта псина, но дать мне знания в стиле «тридцать три способа забить врага подсвечником» было очень, очень смешно. — И да, вы же понимаете, что распространяться об этом тоже нежелательно?       Сила бывает разной, никто не спорит. Я без этих знаний и так спала тревожно, а теперь, каждый раз проживая момент из жизни этой милой госпожи, хватаюсь за сердце.       Лет так триста-триста пятьдесят назад жила милейшая девушка под звучным именем Моммо Хатаке, удивлены? Персик Сельхозугодия. Хотя более известна она была, как Серебристая Моммо. И славилась она отнюдь не боевыми разрушительными техниками, а любительским убийством предметами обихода в разных вариациях. Была она не чувствительна к чакре, поэтому мало кто воспринимал ее всерьез, но при этом мало восприимчива к иллюзиям, а также являлась бывшей химе, которая решила податься в отшельники после смерти своего мужа. Хотя химе — это громко сказано, ведь тогда клан Хатаке был просто довольно большой семьей, не претендующий на звание великих. В общем, Хатаке о ней не упоминали, так как за одно только родство с этой женщиной их могли вырезать подчистую, а так как она отказалась от титула и имени, взяв другое, то они с радостью говорили о ней только шепотом. А точнее забыли, как страшный сон, защищая тех, на кого могла пасть тень ее имени.       А она, так и не дойдя до своего духовного просвещения, угодила во дворец дайме, с чего и начались трагические события.       Ее дом — это череда ловушек без чакры. Ее жизнь — это ловкость и хитрость, а также отличный нюх на неприятности. Ее талант — это убить очередного наглеца, пришедшего просить ее руки, отравленной зубочисткой. Ее сила — в актерском мастерстве. Вы все еще хотите сказать, что Учихи, Сенджу и другие страшные монстры страшнее, чем эта отчаянная женщина, отбивающаяся от одного Учихи бытовыми предметами? И она не достойна уважения?       Она дайме убила просто потому, что он захотел ее своей любовницей сделать, ведь она реально была красавицей! И ее никто не раскрыл!       Учиха тоже молодец, влюбился так, как могут любить только эти чокнутые, и ее категорический отказ его не устроил. Увидел один раз на каком-то празднике и с диким рыком «мое» потерял свой разум. Он раз за разом пытался ее завоевать, но сереброволосая красавица была предана лишь одному мужчине, слепому Инзу, ее мужу, которому тот же Учиха выколол глаза, будучи с ней еще не знакомым.       В общем, это была настолько отчаянная женщина, насколько и несчастная. И преданность она свою сохранила до самой смерти от рук соклановцев влюбленного, а Учих ненавидела настолько сильно, что у меня от впечатлений от того темного чувства поджилки тряслись.       Безумная жизнь была у этой женщины. Просто дичайшая преданность мужу и безумный влюбленный мужик, который готов положить к ее ногам весь мир, что был не нужен.       От воспоминаний подкатила тошнота, и я рванула в сторону белого друга, очередной раз выворачивать желудок.       Конечно, Учиха себя ей убить не дал, но помимо него были отчаянные идиоты, которые пытались достать девушку, чтобы позлить того безумного влюбленного. В общем, Моммо Хатаке умело управляла собачьей сворой, выгодно убивая всех своих врагов с помощью того Учихи, и попутно отбивалась от него же. И самое главное, знаете, что? Учиха сам прекрасно понимал, как его вокруг пальца водят, но все равно лез в расставленные сети и самолично погубил половину своего клана, будучи даже не тем самым знаменитым Мадарой! Она же все это время обитала во дворце дайме, как красивое украшение.       Красавицу даже тронуть этот Учиха не смог, потому что великая любовь ездила по мозгам. Он был готов все ее окружение вырезать, что периодически по ее наводке и делал, а сам коснуться ее не мог. Потому что она не хотела и была против.       В общем, в то дикое средневековье девушка умудрилась не просто выжить, но еще и под каблук загнать многих. Красота и мозги — страшная сила, а умение играть на чувствах влюбленных еще страшнее.       А кто, по сути, она была? Да никто! Девушка из неизвестного клана охотников и следопытов, что жили себе в лесах и никого не трогали. Была просто демонически красива и так же умна. Всего лишь попала какому-то вельможе на глаза красивая фарфоровая куколка.       Причем, помимо всего прочего, эта мадам еще и Сенджу на Учих натравливала, когда Учиха совсем ее достанет. В общем, все проблемы от женщины. А конкретно эта женщина заслуживала уважение своей преданностью и искренний страх и ужас от того, что она творила.       Когда я начала по ночам ловить красочные сны, обнаружила у себя на спине еще и отпечаток собачьей лапы, прекрасно поняла, кто меня этим наградил, толкнув на просмотр чужой жизни, тем самым выразив свое благословение. Осталось только найти влюбленного Учиху и проехаться ему по мозгам, чтобы красочная и кошмарная история повторилась.       Если вдруг напишу завещание, поставлю запрет на имя Моммо! Всем поколениям вперед! Не дай бог эта страшная женщина с милыми серыми глазами и кукольным лицом решит устроить себе перерождение!       — Мам?       — Да?       — А я стану ниндзя? — серые глаза удивительно серьезные. Отложив в сторону книгу, мягко улыбнулась, протягивая руки, приглашая Какаши залезть на колени.       — Конечно станешь, как твой папа, — который, кажется, если не в курсе, то точно что-то знает про эту серую псину, насылающую мне сладкие сны.       — А сестренка?       — И сестренка станет, — со вздохом заключила я, потому что жизнь тут такая. Для убийц.       — А мы назовем ее Моммо? — внезапно спросил ребенок, заставляя меня вздрогнуть.       — Думаю, не стоит, — в горле пересохло.       — Тогда почему ты во сне постоянно говоришь про эту Моммо? — сын, нахмурившись, смотрел, как я постепенно начинаю бледнеть.       — Просто она мне снится, — попыталась я перевести тему.       — А расскажи! — неожиданно заинтересовался Какаши, заставляя меня вздрогнуть и отрицательно помотать головой.       — Не думаю, что это хорошая идея, милый, — где-то за спиной мне почудился лающий смех. — Моммо была очень необычной девушкой, так что…       — Ладно, — покорно согласился он. — Пойдем гулять?       — Конечно, — улыбнулась я.       С прогулки я вернулась с милым букетом цветов, из которых некто Моммо варила шикарный яд, каким и отравила дайме. Поздно вечером, уложив Какаши спать, со вздохом отправилась на кухню и разложила букетик на составляющие.       — Раз нас так настойчиво толкают друг другу, то почему бы мне не перенять от тебя опыт, Хатаке-химе? — спросила я темноту за окном и сняла со стойки с оружием танто, щедро окунув его в зелье и заранее попросив прощение у всех, кто случайно или не очень на него напорется.       Просто так бы ко мне из призывного мира псов приветы не слали, значит что-то будет.       Кто, как не принцесса охотников и следопытов, знает травы? Как запутать следы и сбить со следа? Как сыграть на инстинктах зверя? Как убить медленно или быстро?       Свиток с призывными псами появился еще до Моммо, слава к Хатаке пришла как к следопытам довольно давно. И пусть Инузука всеми силами пытаются уподобиться зверям, именно Хатаке, как охотники, знали своих жертв от и до.       А чтобы понять волка, надо самому стать волком.