Первая любовь историка

      То, что мне подарил учитель в тот день, он так же быстро и отнял обратно. Надежда на то, что в жизни что-то изменилось, угасла так же быстро, как и вспыхнула в груди, где-то в области сердца. Она оставила после себя горечь, разочарование, в каком-то смысле даже отчаяние, от которых хотелось бежать без оглядки. Из этой школы, из города, с этой планеты.       Окрыленная от мечтаний и предвкушения я вбежала в школу на следующее утро, во вторник. Уж не знаю, как в моей голове могли зародиться такие надежды, видимо я и правда сошла с ума. Почему-то мозг рисовал мне образы, которым не суждено было сбыться ни при каких обстоятельствах. Я отчетливо видела, что сразу у входа меня взглядом встретит Виктор, а затем бессловесно он пригласит меня на разговор в кабинете, где признается мне в любви и назначит свидание. Вариаций нашей встречи было множество, но эта мне нравилась больше всего. Однако все пошло не по плану, когда учителя не оказалось на первом этаже. Списав все на то, что Виктор не школьник и у него есть свои дела, я решила искать его сразу в кабинете. Нужно заметить, что накануне вечером я набрала номер учителя, но его телефон был выключен. Почему мне это не показалось странным, пожалуй, даже богу не известно.       На лестнице между вторым и третьим этажами Максима нагнала Суворова. Она отвлекла моего друга глупейшим вопросом, выставляя напоказ свою грудь с неприличным вырезом, взмахом головы отправляя белокурые кудри за спину. Мимоходом я заметила, как Дима маячит на фоне, сверкая молниями из глаз. Похоже Анжелу это не останавливало. Собственно как и меня. Я скрылась в рекреации третьего этажа, оставляя друга позади.       Я быстро добежала до знакомой двери и потянула ее на себя, вцепившись в ручку так, что костяшки пальцев побелели. Она была закрыта. Нервно выдохнув, я развернулась, о чем мгновенно пожалела.       Виктор Ринатович двигался спокойно, держался уверенно. На его лице я не увидела ни капли страха, сомнения, ни толики сожаления. Он в упор на меня не смотрел, будто меня не существовало в его мире. Там где теперь стояла я, для него было лишь пустое место. Мужчина молча поравнялся со мной и открыл дверь ключом, а когда он уже входил в кабинет, я удостоилась, наконец, одного лишь взгляда, который рассказал мне обо всем, практически. Это было хуже презрения или ненависти. Это задело меня настолько, что казалось меня растоптали, уничтожили на месте, лишив воздуха в легких. Эти карие глаза я не узнала. Они прожгли меня насквозь своим безразличием.       Меня сломало то, что все оказалось хуже, чем я думала. Если бы Виктор злился, ненавидел меня, кричал и заваливал двойками, я бы приняла это. Поняла бы, пережила и переболела. Но то, что я оказалась недостойна ничего из вышеперечисленного, повергло меня в шок. Я молчала до конца дня, погрузившись полностью в свои мысли. И Максим не решался заговорить со мной. Он терялся в догадках, упустив из-за Анжелы очень важную сцену.       Я настолько сильно ушла в себя, что пропустила момент, когда у Максима появилась новая девушка, которая к слову, уже готовилась к сдаче дипломного проекта из института. Так же я упустила тот факт, что мама сообщила мне о повторной командировке в Новосибирск в конце октября. Я пропускала мимо ушей учебный материал и колкие замечания одноклассников.       Целых две недели я провела глубоко в себе, игнорируя внешние факторы. На уроках истории я и вовсе не поднимала глаз, учитель так ни разу меня и не вызвал к доске, не спросил домашнего задания. А в тот урок, когда его вывели из себя и он устроил самостоятельную работу в назидание нам, Виктор даже не заметил, что я так и не сдала лист со своим именем. Меня не существовало для него даже на уроках. На физкультуру я часто не попадала вовсе, так как Юлия Валерьевна почти каждый день забирала меня с шестого урока на репетиции, куда я ходила с превеликим удовольствием. Я отвлекалась в пении. Только так я теперь могла спастись от собственных мыслей.       - Лиза, да что с тобой? – неожиданно влез в мою голову Максим.       -Что? – переспросила я, смаргивая с глаз образ знакомого лица.       -Ты вообще слышала, что я тебе сказал? – я уставилась на друга, давая понять, что совсем не слушала. – Ты со своим Ринатовичем совсем перестала меня слушать.       -Прости. Я просто задумалась.       -Ты задумалась еще во вторник, пятнадцатого сентября, а сегодня уже второе октября, пятница, – друг на меня осуждающе глянул.       -Я знаю.       -Так о чем же таком ты столько времени никак надуматься не можешь?       -Ничего важного. Что ты сказал? – решила сменить тему я.       -Я говорю, сегодня Паша за тобой заедет после шестого урока.       -Зачем? – я опешила.       -Ты меня убиваешь, Исаева.       -Максим, – умоляюще промямлила я, чтобы друг не начал распинаться о том, какая я ветреная и несобранная.       -Мы договорились, что сходим сегодня в кино все вместе, ты забыла? – и точно. Максим решил познакомить меня со своей девушкой, но чтобы я не чувствовала себя третьей лишней, пригласил и Пашу. Тот видимо был только рад.       -А, точно. Но кино в восемь вечера, – удивилась я.       -Да, но Паша изъявил желание тебя выгулять в кои-то веке. А то ты уже плесенью покрылась.       -Ладно, – нехотя согласилась я, чтобы не спровоцировать друга на лекцию о том, как важен солнечный свет и свежий воздух.       -Так что после уроков не убегай.       Да куда уж мне? Я в последнее время не то что бегала, я ползала с трудом. Бабье лето прошло, и погода совсем испортилась. Каждый день лили дожди, а ветер загонял огромные ледяные капли за шиворот. Этот же ветер гнал меня до дома, словно парус. И если бы не тяжелая сумка, то я бы и вовсе взлетела в воздух. За последние две недели я сбросила пять килограмм, при моих сорока трех изначально.       Паша действительно меня уже ждал, когда я, натягивая ветровку, зажав сумку между ног, окинула взглядом школьный двор. Он все такой же брутальный качок с бородой, в кожанке и с ухмылкой на лице, стоял у дерева, докуривая сигарету. Завидев меня, быстро потушил окурок, кинув его на землю и растерев подошвой ботинка. Радостно замахал мне рукой.       -Привет, Лиза! – крикнул он.       Его голос привлек внимание старшеклассниц. За спиной я услышала шушуканье и тихое хихиканье. А когда уже вплотную подошла к парню, который в свою очередь приобнял меня и аккуратно чмокнул в щеку, я и вовсе услышала недовольный писклявый голосок Суворовой.       -Да что это за херня? Почему вокруг Исаевой все время вьются такие красавчики? Чего они в ней находят? – а затем раздался голос Максима, который подошел поздороваться с другом.       -Завидуй молча, Анжела. И обрати, наконец, внимание, на того, кто находится с тобой рядом, – мы втроем уставились на поникшего Пищулина. Девушка скривилась и поспешила удалиться в сторону Артема Соколова. Пищулин поплелся вслед за ней, совсем сникнув и опустив взгляд в пол.       -Привет, Макс, – радостно хлопнув ладонью по руке парня, воскликнул Паша.       -Здорово. Как сам?       -Да пойдет. Машину из ремонта забрал, – помахав ключами в воздухе, рассказал парень.       -Не прошло и года.       -И не говори, да еще и вышло в копеечку. Хорошо успел подкопить.       -Поэтому я не хочу себе машину. Дорогое удовольствие.       -А ты, я слышал, со студенткой мутишь? – хохотнул Паша и с любопытством стал изучать фотографии, которые Максим с огромным желанием и даже гордостью стал показывать другу. Тот одобрительно кивал и даже делал какие-то замечания по поводу того, что Макс умел выбирать себе привлекательных девушек.       Я терпеливо ждала, когда оценка незнакомки закончится. За это время успела поймать пару капель, упавших с дерева, носом, а одна таки булькнула за шиворот, я поморщилась. И видимо моя мина не осталась не замеченной, отчего парни начали прощаться до вечера, и Максим спешно ускакал в сторону автобусной остановки.       -Ну и чего мы поникли? – спросил Паша, обращаясь ко мне, наклонившись так, чтобы наши лица встретились на одном уровне.       -Все нормально, – пожала плечами я.       -Ладно, по дороге расскажешь. Голодная? Перекусим?       -Да. Только мне нужно домой заехать. Переодеться и денег взять.       -Хорошо, – согласился парень и, приобняв меня за талию, потянул в сторону парковки.       Еще не подойдя к машине, я сразу поняла, какая из них принадлежала Паше. Под стать своему хозяину. Додж рам, черный, отполированный. Словно только из салона. Я на его фоне совсем потерялась, но должна признаться, машина мне понравилась.       Когда мы подошли к ней, Паша открыл мне дверь, как истинный джентльмен. Я поспешила скрыться от ветра и запрыгнула в машину. Дверь за мной захлопнулась, а через секунду Паша сидел уже рядом. Когда мы выезжали с парковки, я заметила белую ладу, в лобовом стекле которой, рассмотрела вопросительный взгляд физрука. И я не совсем поняла, что так удивило мужчину. Сама машина или же я в ней. Но я быстро прогнала мысли о Романе из своей головы, уставившись в окно.       Откуда Паша знал, где я живу, я могла только догадываться. Но парень ловко выкручивал руль, виляя между домами, направляясь точно туда, куда было нужно. Он терпеливо ждал меня в машине, пока я переодевалась, наспех выбирая наряд. И это еще повезло, что предыдущим вечером я приняла душ, а не оставила сие мероприятие на сегодня. Спустя полчаса я выползла из подъезда, поймав на себе удивленный взгляд.       Я натянула черную обтягивающую водолазку и черные узкие брюки, сверху светло-серое пальто, такого же цвета лаковая сумка, черные полусапожки на небольшом широком каблуке и в довершение на распущенные волосы усадила черную шляпу. В этот день я надела еще новые вещи, привезенные мамой в подарок к новому учебному году из Новосибирска. Обычно я одевалась не так, потому они еще не были распакованы. Но в этот день мне хотелось почувствовать себя другим человеком. Новые вещи, новые мысли, новая жизнь. ***       -И что же приключилось с такой спокойной девушкой как ты? – спросил Паша, разбавляя звуки работающего двигателя.       -Да все хорошо, правда, – попыталась как можно правдоподобнее соврать я.       -Ну, ну. Оттого ты заперлась дома и перестала разговаривать даже с лучшим другом, – наябедничал-таки.       -Это не так, – продолжала настаивать я.       -В таком случае, почему Максим жалуется, что ты совсем нос повесила? – я этому ябеде при встрече нос то укорочу. Чтобы не совал его, куда не надо. Хотя глубоко внутри себя я понимала, что очень даже надо. Если не Максим, то кто сможет меня поддержать, не даст мне совсем утонуть в собственном отчаянии.       -Преувеличивает, – продолжаю врать я.       -Хочешь, расскажу одну историю?       -Давай, – удивленно соглашаюсь. Вместо допроса, Паша решает прибегнуть к другой тактике. И меня это, откровенно говоря, подстегивает. Располагает к общению. Если бы он закидал меня болезненными вопросами, я бы как улитка скрылась в своей раковине, а так, может, хоть отвлекусь.       -Когда мне было четырнадцать лет, я влюбился. Впервые и как мне тогда казалось по-настоящему. Это была девочка другого уровня. Она была из состоятельной семьи, вела себя соответственно. Была высокомерна и жестока, а вместе с тем безмерно привлекательна, безусловно, красива. Она училась в параллели. И ее все время окружали толпы воздыхателей. Это в четырнадцать то лет!       -Но ты тоже очень привлекателен, – поспешила напомнить я.       -Это сейчас. А тогда я был долговязым, несуразным парнем с прыщами и смешным пушком вместо щетины.       -Не могу себе этого представить.       -Не ты одна. Но тогда я не знал себя такого, – парень указал на свое тело. – Я знал только неудачливого подростка, так себя и вел. Моя любовь оказалась для меня под запретом по многим параметрам, и это очень меня тревожило изо дня в день.       -И что же ты сделал? У истории будет хеппи энд? – заинтересовалась я.       -Я добивался ее целый год. Дарил цветы на сэкономленные с обедов деньги, водил в кино. Хотя и заговорить с ней боялся, каждый раз переступал через себя, чтобы подойти сказать простое: «Привет». И она, наконец, согласилась со мной встречаться.       -Но сейчас вы не вместе? -      Нет. Мы встречались не долго. Она уже через месяц начала вести себя странно. Все чаще у нее не находилось на меня времени. Она перестала смеяться над моими шутками, а когда я ей рассказывал какую-то историю, она постоянно меня не слушала. И знаешь в чем суть?       -В чем?       -Она оказалась не той девушкой, ради которой стоило все это делать.       Мы подъехали к кирпичному зданию с окнами в пол, в которых виднелись столики и люди, весело переговаривающиеся и уплетающие с больших тарелок красивые блюда.       -Почему? Что с ней не так? – спросила я, выбираясь из машины, вцепившись в поданную руку Паши. Он вытянул меня наружу, убедился, что я твердо стою на ногах, захлопнул дверь и поставил машину на сигнализацию.       -Она не рассматривала меня как парня для серьезных отношений. Я же говорил, что она была высокомерна. Она считала меня собачкой, которая может скрасить ее свободное время. Сама же крутила шашни с парнями намного старше нас. От одного из них она через полгода забеременела и родила. Ее родители засудили паренька, и он сел. А вот сама девчонка сбежала из дома с каким-то наркоманом, бросив своего ребенка на родителей. Можетпомнишь, тогда весь город на уши поставили, по всем новостям крутили.       -Смутно, – пытаясь нащупать хоть что-то подобное в своей памяти, отозвалась я.       -Здравствуйте. Сегодня я буду вашим официантом. Меня зовут Мария. – поприветствовала нас девушка, с доброжелательной улыбкой, провожая к столику возле окна.       Когда мы расселись и изучили меню, сделали заказ и попросили принести напитки, только тогда мы продолжили разговор. Я всмотрелась в глаза Паши, пытаясь понять, как на нем отразилось предательство.       -И что с ней стало?       -Не знаю. В школе она больше не появлялась. Да я и не интересовался.       -К чему же ты рассказал мне эту историю?       -Я хочу сказать, что первая любовь может ранить и разочаровать. Но это не конец света. Как бы тяжело тебе сейчас не было, не опускай руки, не замыкайся в себе. Пройдет время, и ты сможешь начать все заново, забудешь боль обиды.       -Ты считаешь, я влюбилась?       -Очевидно.       -Разве?       -Конечно. Не знаю, что именно у вас пошло не так, но судя по твоему выражению лица, у вас не все гладко.       -Ох, Паша. Если бы ты знал, во что я вляпалась, – загадочно протянула я.       -Расскажи.       -Не могу.       -Можешь не называть имен. Мне это ни к чему, – смекнув, что к чему, предложил Паша.       -Без имен?       -Да. Так просто.       -Ну... Думаю можно, – официантка принесла чашку горячего черного кофе без сахара для Паши и бокал с коктейлем ярко голубого цвета для меня. Напиток оказался очень вкусным, и меня даже не насторожил любопытный взгляд парня.       Я поведала другу историю о том, что было в вечер покера, затем то, что произошло в кабинете. Без подробностей, меняя некоторые моменты так, чтобы Паша не догадался о том, что Виктор – учитель. Пожаловалась на то, что теперь он совсем меня игнорирует.       -Знаешь, что я думаю? – я заинтересовалась.       -Что?       -Он боится. Не пойму чего именно. Но это так.       -Почему ты так думаешь?       -Ну, смотри, – парень поставил локти на стол, расчерчивая на столе какие-то линии. Они меня отвлекали и никак не помогали понять то, о чем толковал Паша. Потому я перестала рассматривать руки друга и уставилась ему прямо в глаза. - Если бы он хотел над тобой пошутить, то не стал бы игнорировать. Он бы при каждой встрече тебе напоминал о том, что было, и колко подшучивал. Если бы ты интересовала его лишь в плане сексуального объекта, то он бы вернулся и довел дело до конца и только потом стал динамить. А раз ни того, ни другого не произошло, то можно сделать вывод, что ты ему как минимум нравишься, но я считаю, что там что-то большее. И чего именно он боится нужно выяснить, если ты хочешь, чтобы он был с тобой.       -А если, предположим, я знаю, чего он боится, как мне узнать наверняка, что я ему нравлюсь?       -Выведи его на ревность. Способ до ужаса бабский. Ой, прости. Девчачий. Но действенный.       -Да куда там? Как я его выведу на ревность? С кем? Он прекрасно знает, что Макс мой лучший друг.       -И больше не с кем?       -Разве что с тобой, – просто так кинула я.       Нам принесли заказанные блюда. Мне под нос поставили огромную квадратную тарелку с легким салатом из овощей. Пустой бокал забрали, и я попросила повторить, Паша попросил стакан простой воды, оглядывая свое блюдо с интересом. Ему принесли стейк, украшенный, словно это было произведение искусства.       -Ну, со мной так со мной, – пожал плечами парень, разрезая кусок мяса на несколько частей.       -То есть ты согласен? – поразилась я. Ведь я больше рассчитывала на то, что Паша рассмеется мне в лицо.       -Почему бы и нет?       -Если честно, я не думала, что с тобой можно вот так запросто общаться.       -Ты думала, что я лишь хочу затащить тебя в кровать и записать твое имя в список тех, с кем я переспал?       -Откуда ты знаешь? – я залилась краской.       -Открою тебе тайну, – а потом шепотом, мне на ухо, добавил. – У меня нет такого списка. И в моей постели было всего две девушки.       -Да не может быть! – воскликнула я, привлекая лишнее внимание. Отчего на нас стали коситься люди, и мы расхохотались в голос.       -Так как я не знаю, о ком ты рассказывала, предлагаю сделать вот что, – Паша придвинулся ближе. - Я буду каждый день забирать тебя из школы, при этом мы будем делать вид, что встречаемся. Целоваться не будем, но за руки держаться можем.       -И что ты хочешь взамен?       -Взамен ты будешь проводить со мной пару часов в день.       -Зачем? -      Будем гулять, разговаривать. Я отвлеку тебя от твоих переживаний, ты поймешь, как к тебе относится твой крендель. Ты скрасишь мои серые будни, а Макс успокоится, увидев, что ты ожила. Всем хорошо, все счастливы.       -Идёт, – я пожала руку Паши, и мне, наконец, стало теплее на душе.       В кафе мы просидели еще около полутора часов. Я выпила еще два коктейля. А когда пришло время расплачиваться, Паша не взял ни копейки из моего кошелька, пожелав расплатиться самому. Я была удивлена, но мне польстило, что меня восприняли как девушку, хрупкую, о которой нужно заботиться и за которой нужно ухаживать.       Когда мы выезжали со стоянки, мне показалось, что я видела знакомую белую машину, но списала все на совпадение. До кинотеатра мы добрались быстро, правда в дороге меня укачало, и первые пятнадцать минут я провела в женском туалете, ожидая рвотных позывов. Таких не последовало, однако отчего-то перед глазами поплыли стены. Я с трудом выбралась из уборной.       -Лиза, ты в порядке?       Меня немного наклонило вправо, и я вцепилась в Максима, благо он стоял рядом. А затем все закрутилось, завертелось, и только на следующий день я узнала о том, что меня полчаса не могли отцепить от пластиковой плоской фигурки Малефисенты.