Нити Судьбы: Зарождение Сплетения

      Короткий стук в дверь прервал царившую гармонию в королевской спальне. Илиот поднял голову, оторвавшись от разглядывания сына, которого держал на руках, сидя в кресле у камина. Нянька и кормилица был рядом, складывая пеленки после стирки.       — Войдите, — отозвался Илиот, поднимаясь.       В дверях показался Фербус, явно чем-то обеспокоенный.       — Мы можем поговорить, ваше величество? — спросил омега, кивнув на няньку.       — Конечно, — кивнул Илиот, передавая сына слуге. — Пойдем. Мне, пожалуй, не помешает размяться.       Вместе они вышли из комнаты и направились по коридору. Слуги, что попадались по дороге, кланялись королю, придворные так же выражали свое почтение. Замок вновь кипел жизнью. Посевы закончились, но в скором времени ожидали возвращения короля и его армии. Все были возбуждены. Каждая семья желала увидеть своего воина живым и невредимым. В письмах Варон никогда не говорил, сколько солдат они потеряли. Ведь без смерти воинов захватить чужую страну невозможно.       В полном молчании омеги прошли в небольшую комнату, в которой Варон занимался бумажной работой. Раньше он выполнял эту работу, как и Осейдай, сидя в тронном зале и выслушивая советников с зачтением их докладов. Но поняв, что это лишь отнимает время и силы, приказал подготовить комнату, где он будет лично все читать и выносить решение.       В комнате стояли два соединенных дубовых стола, на которых уже скопилась кипа бумаг. Илиот конечно просматривал с помощью Вальнора некоторые бумаги, но не все. Где-то требовалось непосредственное решение его величества, и младший король из чужой страны не мог заменить его.       За столами имелось два кресла, дабы не приходилось каждый раз передвигать одно. Несколько стеллажей с полками-ячейками, в некоторых хранились свитки. Отдельно стояло кресло у камина, рядом столик с кувшинами и кубками.       Указав Фербусу на одно из кресел, Илиот расположился у окна.       — Что-то случилось? — спросил он, внимательно разглядывая напряженное лицо лекаря.       — Да, — тут же отозвался он, прямо посмотрев в голубые глаза его величества.       После родов Илиот быстро шел на поправку, через два дня он уже начал вставать и делать небольшие шаги по спальне. Сейчас же, спустя две недели, охотно занимался делами, когда сын спал, и лично ухаживал за ним. Даже ночью отпускал няньку к себе. Каждый раз поднимался, пеленал и кормил мальчика. Терпел даже когда сын требовал внимания по пять раз за ночь. Подобное случалось редко в силу его столь маленького возраста. Пока наследник большую часть времени спал, да ел.       — Говори же уже, — нетерпеливо потребовал Илиот. Он заволновался. Произойти могло что угодно, раз пришел именно Фербус. Начиная с Варона, заканчивая врагом каким-то.       — Не могу объяснить как, но я чувствую, что Кукловодов стало меньше. Точнее на троих, — проговорил Фербус, чувствуя дискомфорт от своей способности. Он точно был уверен, что не связан с братьями нитью. Но почему чувствовал их, не мог объяснить. Причем выходило, что чувствовал он лишь их смерть. Возможно, это всегда было так, все Кукловоды чувствовались смерть близкого. С другой стороны, тогда бы он ощущал их жизнь. Найти ответы не имелось возможности. Последний наставник погиб еще при нападении. Впрочем, это вовсе не означало, что наставника как статуса не существовало больше.       — Значит, осталось пятеро, — задумался Илиот. — Возможно, ты не знал, что Варон кое-кого отправил, чтобы расправиться с ними. Тогда значительно снизится превосходство Расчермена над Милинолом. Видимо задание выполняется успешно.       — Это не все, — встав, Фербус приблизился к королю и прошептал: — Один в замке.       — Что? — опешил Илиот. — Как в замке? Раньше ты говорил, что поблизости никого нет.       — Знаю, — кивнул Фербус. — Но буквально несколько минут назад я почувствовал присутствие другого Кукловода.       — Чем... Чем это грозит? — разволновался Илиот, лихорадочно соображая, что можно сделать в данной ситуации. Победить Темное дитя мог только другой кукловод, но только с наличием нити. Не мог же Фербус гоняться по замку за каждым, чтобы распознать собрата и завладеть его нитью. Опытного же воина на данный момент в замке просто не имелось.       — Не могу ничего сказать, — виновато опустил голову Фербус. — Был бы Варон здесь, возможно решение бы нашли. А так... — он развел руками. — Я ничего не могу, потому что не знаю, как он выглядит.       — Но вы вместе выросли в монастыре.       — А если он маскируется?       — И что нам делать? За кем он пришел?       — Ваше величество! — в комнату ворвался слуга, запыхавшийся и совершенно не позаботившийся о приличиях.       — Что? — гаркнул Илиот, рассердившись на него. У них слишком важный разговор.       — Вернулись! Армия вернулась! — слуга тут же выскочил в коридор и помчался вниз, встречать своего возлюбленного.       — Наконец-то! — воскликнул Илиот и тоже последовал за ним.        Сердце ухнуло в груди от волнения. Последнее письмо, что он отправил супругу с известием о рождении сына, осталось без ответа. Страх перемешался с надеждой.       Достигнув верхней ступени лестницы в зал, Илиот замер, стараясь перевести дыхание. Двойные двери в залу были широко распахнуты, солдаты наполняли помещение. Их было так много. Шум от лязга доспехов смешался с криками людей, кто-то радостно приветствовал своих мужей и сыновей, кто-то в голос рыдал, узнав о смерти близкого человека.       Илиот лихорадочно скользил глазами по зале, выискивая своего альфу по росту. Варон отличался от всех. Но тем не менее, даже спустя несколько минут рыскания, омега не нашел своего мужчину. Сердце забилось сильнее от волнения.       Может быть, он задержался на мосту?       — Илиот! — раздался сзади знакомый голос, дрожью отозвавшись во всем теле.       Мгновение и молодой король уже повис на широких плечах, целуя небритое лицо Варона куда приходилось. От переизбытка чувств, от их силы, омега совершено не рассчитал силы.       — Задушишь! — прохрипел Варон, впрочем, стискивая супруга в руках сильнее него.       — Варон! — не обратив внимания на замечание, Илиот буквально впился в его рот своими губами. Альфа охотно отозвался на поцелуй. — Как же я скучал!       — И я скучал, милый мой! — шепнул мужчина, отпуская его и отступая на шаг, разглядывая. Спустя миг он нахмурился.       — Где твой живот?! Что случилось? — карие глаза расширились, в голове мелькнули ужасающие картины.       Илиот так же удивлено посмотрел на него.       — Ты не получил моего письма?       — Ч-что? — голос Варона сел, говорить он оказался не в состоянии. Ведь так надеялся, что вернется к рождению сына. Что же случилось? — Илиот...       — Все хорошо, — видя, как альфа побледнел, омега поскорее заговорил, поняв, что письма супруг не получал. — У тебя сын, альфа.       — Ох! — Варон едва не рухнул на колени от облегчения. Когда же осознал сказанное, снова крепко обнял супруга и поцеловал.       — Ваше величество, — раздался голос Хеберта за спиной Варона. — Поздравляю с рождением наследника. Тем не менее, вынужден оторвать вас от счастливого момента.       Варон кивнул и отпустил Илиота.       — Где вы расположились?       — В нашей спальне.       — Я приду, чуть позже. Закончу дела и приведу себя в порядок, — Варон ласково накрыл ладонью щеку супруга.       — Хорошо, — кивнул Илиот, потеревшись о его шероховатую ладонь. — Буду ждать!       — Постараюсь побыстрее.       Обернувшись к Хеберту, Варон оглядел советника и его спутника. Им оказался молодой человек, с черными волосами и горящим взглядом. Стройный и тонкий. Явно омега. Руки его сковывали цепи, кисти были замотаны в ткань.       — Куда его? — спросил Хеберт, кивнув на пленника.       — В темницу. Только самую дальнюю. Никого не подпускать. Ни единого стражника. Еду пусть ему палкой подносят.       Илиот на миг удивился столь странному приказу. Словно этого человека боялись. Но почти сразу он понял, что это и есть тот Кукловод, которого почувствовал Фербус.       — Зачем он здесь, живой? — тут же спросил Илиот. Варон обернулся к нему, вопросительно вскинув бровь. При его движении Кукловод смог рассмотреть Илиота.       Его удивление длилось долю секунды, прежде чем он низко поклонился и проговорил:       — Рад вас видеть, ваше высочество!       Илиот лишь прищурился. Они были знакомы, слишком давно.       — Аоки! — вздернув подбородок выше, отозвался омега.              

***

             Спустя час, Варон влетел в спальню, уже помытый и побритый. Не хотелось тащить грязь на себе к долгожданному сыну.       — Где он? — тут же спросил, подскакивая к постели, где Илиот полулежал рядом с какой-то пеленкой. И она шевелилась.       Омега, широко улыбаясь, кивнул на пеленку, что как будто только этого и ждала, разразившись плачем. Илиот, сев, аккуратно взял комок на руки. Варон пристроился рядом, заглядывая супругу через плечо.       — Такой маленький! — прошептал он, разглядывая личико младенца.       — А ты как хотел? — рассмеялся Илиот, поднося к губкам Киры бутылочку. — Ничего, скоро вырастет как папа, верно малыш!       Кира с удовольствием принялся сосать, довольно прикрыв глаза.       — Спасибо! — уложив голову на плечо молодого человека, проговорил Варон. Сердце трепетно билось при взгляде на своего ребенка. Теперь альфа ощущал себя полноценным во всех смыслах. У него есть истинный омега, теперь еще и сын. О большем он и просить не смел.       — Я люблю тебя, Илиот! И благодарен за все, что ты мне даешь! — мужчина нежно поцеловал омегу в шею, от чего тот покраснел и локтем пихнул мужа в бок.       — Я тоже очень люблю тебя! — отозвался нежно Илиот, чуть позже добавив. — Пока не прижимайся так, светло еще. Я ведь тоже скучал, и не один месяц!       — Но вечером ты весь мой? — прищурился Варон, едва сдерживая смех. Конечно же он хотел прикоснуться к мужу, но понимал, что с появлением ребенка некоторые вещи изменятся. Ему так же пора взрослеть и быть более ответственным.       — Весь твой, — кивнул Илиот, улыбнувшись.