Дарование жизни

      Сичэнь вновь наполнил свою чашу ароматным горячим напитком. Поднеся её к губам, он замер, носом вдыхая приятный травяной запах. Что-то не давало ему покоя. Едва уловимое изменение в супруге Ванцзи казалось ему странным и необычным. С каких пор? Мысленно отматывая события, мужчина пришёл к выводу, что началось всё ещё восемь лет назад. Перед их с Цзян Чэном церемонией трёх поклонов.       Вэй Ин, узнав о предстоящем одним из первых, веселился так, казалось, празднество началось на месяц раньше запланированных дат. Он активно участвовал в организации той части, что должна была пройти в Гу Су. Можно сказать, именно он заправлял приготовлениями, ведь у обоих женихов не было родителей. А дядя Сичэня и Ванцзи был совсем не в восторге от избранника своего старшего воспитанника.       Цижэнь, узнав дату церемонии, разозлился и заявил, что уходит медитировать в уединении на полгода.       Отпив глоток, мужчина вернулся к прошлому объекту своих размышлений:       Вэй Ин. Он действительно постарался на славу. Облачные Глубины до того не видели ничего подобного. Даже их с Ванцзи церемония не была столь пышной и торжественной. Вот только… Когда пришло время, и всё было готово, он словно пропал. Ванцзи, принёсший дары и пожелания новобрачным от них обоих, сказал лишь, что его мужу не здоровится и попросил простить его отсутствие. Если задуматься, тот период и послужил началом странностей в отношениях супругов.       Вэй Ин заперся в цзинши, а Ванцзи никого туда не пускал, принося лишь лекарства, воду и еду. И пусть сам второй Нефрит присутствовал на всех официальных событиях, сопутствующих свадьбе глав двух кланов, однако Сичэнь явно видел его мрачность, слегка проглядывающую через непроницаемый барьер безэмоциональности. Не разобравшись, он решил, что брат беспокоится об Усяне и не придал большого значения. Хоть старший брат и подмечал его состояние, ему было не до того. Слишком ослепляющим было его личное счастье. Пожалуй, тогда первый раз в своей жизни Сичэнь предпочёл именно его, нежели заботу о Ванцзи.       А теперь… Глава клана тяжело вздохнул, допивая одним глотком остатки чая и убирая всё ненужное со стола. Ответит ли Ванцзи если спросить его прямо? Скорее всего нет. Если бы хотел рассказать, сам бы обратился к нему. ***       Несмотря на неудачное окончание разговора и свой быстрый уход, Вэй Усянь не спешил по пути к их с супругом дому. Он знал, что сейчас там никого нет. Он будет там один. Лань Чжань занят на занятиях с учениками клана и приглашёнными адептами из других орденов. Его муж точно не вернётся в течении, как минимум, двух часов. В любой другой день парень наведался бы к А-Юаню, но и того сегодня не было в Облачных Глубинах. Юноша отправился на ночную охоту в отдалённую деревеньку, где-то на окраинах территории Гу Су, и должен был вернуться минимум через день. Настроения идти к кроликам также не было. Поэтому Вэй Ин медленно побрёл в цзинши по вымощенным дорожкам. Он никого не встречал по пути, но совершенно не удивлялся этому. В Гу Су в это время все были заняты своими делами, у них просто не было времени праздно шататься. Поэтому казалось, будто бы вокруг царило запустение, но Вэй Ин привык к таким дням. Он научился понимать, что это впечатление обманчиво; тишина лишь оповещает об очередном мирном дне, в котором всё идет своим чередом без особых происшествий.       Спрятавшись от окружающего мира в уюте родного дома, Вэй Ин с опаской достал пару досок из пола в их с супругом комнате, открывая старый тайник. На глаза тут же попался довольно большой сундук. Парень потянулся к нему, стремясь открыть и заглянуть внутрь, но пальцы дрогнули, и тяжёлая крышка с грохотом приземлилась обратно. Сжав онемевшую руку во второй, он старательно растёр её. А после ухватился за крышку сундука обеими, резко откидывая. Внутри лежали детские игрушки, пелёнки и пёстрое маленькое одеялко. Потянувшись, он достал из всех вещей именно его и прижал к груди. Зажмурился. Вновь накатили жуткие воспоминания, замелькали пережитые события из прошлого, которые не отпускали его. Которые, казалось, душили его до сих пор. Уголки глаз защипало, но слёзы не выступили. Только сердце пустилось вскачь, отзываясь на образы, проносящиеся в голове.       Так прошла не одна минута. Парень совершенно потерял счёт времени, но когда он вновь открыл глаза, то отрешённая безэмоциональность на его лице спокойно перетекла в дежурную улыбку. Ему не полегчало, нет, совсем нет. Все годы жизни с пережитым, со знанием и осознанием своей неполноценности ни капли не успокоили его. Вэй Ин избегал, ни с кем не делился, отмалчивался или переводил в шутку любые слова в его сторону по поводу рождения детей.       Уложив одеяло, которое когда-то привередливо выбирал, на место, он аккуратно закрыл сундук и потянулся глубже. Дальше в тайнике, как и прежде, стояли с юношества знакомые кувшинчики. Достав сразу все три, Вэй Ин мотнул головой и откупорил первый, салютуя им в воздух и произнося для самого себя тост:       – За моих племянников, - он тут же опрокинул содержимое кувшина себе в рот. Улыбка императора потекла по его лицу и попала на одежду. Только вот, ему было всё равно. Вэй Ин продолжил пить, произнося порой сущую несуразицу, и сам смеялся над своими словами. Он даже не услышал, как пришёл Ванцзи.       – Вэй Ин? – наблюдая, как супруг пытается вытрясти ещё хоть каплю вина из последнего сосуда, позвал второй Нефрит.       – Ммм? – с озорной улыбкой ответил парень, отставляя опустевшую посудину и переводя свой совершенно пьяный взгляд на мужа. – Ох, Лань Чжань ты пришёл? – неестественно весело и как-то уж слишком фальшиво удивился он.       – Вэй Ин, что случилось? – коротко поинтересовался мужчина, осматривая всю комнату. Его цепкий взгляд с особым вниманием остановился на открытом тайнике.       – Хорошие новости! – всё с той же интонацией воскликнул Усянь. – Твой брат снова благополучно стал отцом! У них опять двойня.       – Мгм, – спокойно отозвался Ванцзи. – Я его уже поздравил… Но что с тобой? Ты редко пьёшь в одиночестве так много, да ещё и днём, - настороженно продолжил он. – Тебе кто-то что-то сказал?       Вэй Ин на мгновение замер. На его лице повисла совершенно дурацкая улыбка, а после он отрицательно помотал головой.       – Вэй Ин, я знаю, что у тебя скоро течка, – конечно, его муж хорошо был осведомлён, что в это время парень был куда более восприимчивым, чем обычно.       После минутной заминки Усянь чуть прищурился, а на его лице показалось хищное ехидство.       – Ничего, гэгэ же мне с этим поможет, – его обычный тембр голоса перешел в интимный шёпот.       Если бы с ним всё было в порядке, Лань Чжань без раздумий прямо сейчас бы не преминул исполнить супружеский долг. Но с его любимым точно что-то было не так. Лань Чжань знал о его переживаниях, знал о страхах, знал о потере. Они оба тяжело её пережили, но оба выбрали продолжать жить. И такая ситуация, как сейчас, совсем не входила в рамки повседневности. Испугавшись, второй Нефрит бросился к мужу и встряхнул его, хватая за плечи.       – Вэй Ин, что ты творишь? Почему…       Его бесцеремонно перебили:       – Ты сердишься на меня? – весело, с подначкой спросил Вэй Ин.       – Нет, – серьёзно прозвучало в ответ.       – Ну скажи же, что сердишься, – сладко, словно змей-искуситель, пропел бывший старейшина Илин.       Лань Чжань, всё ещё аккуратно придерживая мужа, молча искал ответ, что плескался в серых омутах напротив.       – Рассердись же на меня, Лань Чжань! – рявкнул Вэй Ин, на его глазах выступили слёзы бессилия.       Желая не допустить любые слова, что могли ещё вырваться в этом порыве, второй Нефрит с лёгкостью завладел ртом любимого, вовлекая в длительный поцелуй. В нём не было желания или необузданной страсти, лишь успокаивающая нежность. Поцелуй был на вкус немного горьким и в тоже время солёным от привкуса алкоголя и слёз, что сбегали по щекам и капали с подбородка.       До отбоя было ещё далеко, но Лань Чжань тут же подхватил любимого на руки и понёс свою притихшую, несопротивляющуюся ношу в постель. Там он с предельной осторожностью опустил его, а после лёг рядом, обнимая и прижимая ближе к себе. Вэй Ин, привыкший использовать мужа вместо подушки, не стал изменять своей привычке, лишь немного поёрзал и устроился поудобнее.       В цзинши повисла неуютная тишина. Она была воистину редким гостем в этих стенах, но в этот день явилась без приглашения, и никто из присутствующих не спешил её развеять.       Лань Чжань медленно поглаживал по спине своего мужа, давая выплеснуть накопившиеся эмоции. Он чувствовал, как его одежды пропитывает влага. И сердце сжималось, разделяя страдания своей второй половинки. Второй Нефрит долго лежал, размышляя о случившемся. Он надеялся, что то, что случилось более пяти лет назад не так сильно тревожит Усяня. Но, судя по-происходящему, он ошибся.       Чуть приподнявшись, мужчина поцеловал парня куда-то в волосы на затылке и опустился обратно, сильнее прижимая его к себе рукой. Он чувствовал невыплеснутую печаль и злость на собственное бессилие, засевшие в душе его спутника по жизни. Именно сейчас это ощущалось лучше всего. Видимо, прошедшие годы не успокоили переживаний. Со временем их лишь накопилось так много, что невозможно было больше сдержать.       Они продолжали лежать и обниматься. Слёзы больше не текли по щекам Усяня на одежды Ванцзи. Они просто оставили после себя солёные дорожки, что стягивали кожу лица. Вэй Ин не обращал внимания, он по-прежнему лежал на груди родного человека, прикрыв глаза. Голова была совершенно пустой, а во всём теле ощущалась тяжесть. Ни за что на свете он бы сейчас не поднялся, даже если от этого зависела его жизнь. Единственной отрадой служил глухой стук под его ухом. Чуть учащённое сердцебиение любимого приятно разбавляло тишину и постепенно приносило покой уставшему разуму. Так проходили часы. И только после полуночи парню удалось наконец уснуть. Второй Нефрит же продолжал невесомо поглаживать его по спине. Сам он погрузился в размышления столь глубоко, что сон побоялся забирать его в свои владения.       Мысленно вернувшись в прошлое, Лань Чжань оживил образ беззаботного и искренне улыбающегося избранника. В тот день лекарь подтвердил, что у них наконец получилось зачать ребёнка. Это удалось не с первой попытки и от того было ещё более волнительно и радостно на душе. В тот же день они узнали о помолвке Лань Сиченя с Цзян Ваньинем. Был воистину хороший день. Он помнит, как лучился счастьем Вэй Ин, словно стал маленьким солнышком. Хотя для второго Нефрита он всегда был таким. Однако в ту пору это подмечали многие окружающие. Супруги не стали рассказывать никому о ребёнке. Так пожелал сам Вэй Ин, в шутку ссылаясь на то, что сейчас ему некогда быть центром внимания. Ведь он так занят церемонией поклонов.       Так проходили времена их беспечности.       Но вскоре они омрачились. Вспоминая сейчас, мужчина корил себя за свою невнимательность. Он мог заметить раньше, что его любимому нездоровится. Мог, но не заметил.       Нет, даже не так. Если это касается Вэй Ина он замечает всё, но смущённая улыбка и шутливые заверения, что всё в порядке, усыпили его бдительность.       А потом всё произошло неожиданно быстро. Возможно, у него был шанс избежать случившегося, но он его упустил. Воспоминания о муже в крови, корчащегося от боли на полу их дома были столь яркими, что рука, покоящаяся на талии любимого, непроизвольно сжалась, наверняка причиняя боль. Вэй Ин обиженно засопел, но не проснулся. Мужчина тут же опомнился и, извиняясь, мягко погладил уязвлённое место.       Вынырнув из раздумий, он услышал утренний колокол, что возвещал о подъёме. Аккуратно переложив супруга с себя на кровать и укрыв одеялом, Лань Чжань отправился за завтраком. Но пройдя мимо зеркала, он всё же решил сначала переодеться. Вчера он не снял верхних одежд перед тем, как лечь. Было совершенно не до того. За ночь его ханьфу помялось и выглядело совершенно неподобающе.       – Лань Чжань? – донеслось сонное из под одеяла, как только мужчина вернулся с едой.       Второй нефрит бросил оценивающий взгляд янтарных глаз на ворох в постели и спокойно поинтересовался:       – Тебе уже лучше?       Тут же показалось сонное припухшее лицо с лёгким румянцем смущения.       – Прости за это… Я не знаю, что на меня нашло, – едва слышно произнёс парень, избегая смотреть в глаза любимому.       Лань Чжань опустил поднос на столик недалеко от постели и приблизился к супругу. Он нежно погладил его бледную кожу кончиками пальцев, а после мимолётно поцеловал.       – Тебе не за что просить прощения, – серьёзно заметил он. – Я рядом.       Румянец ещё сильнее зарделся на щеках бывшего старейшины Илин.       – Ещё рано. Можешь спать дальше, – не отстраняясь от мужа, предложил второй Нефрит.       Прислушавшись к своим ощущениям, Вэй Ин прикрыл глаза и обхватил руку мужа, любовно обнимая её и прижимая к себе. Ощущение его близости позволило дрёме куда быстрее захватить в своё владение изящную фигурку. Уголки губ Лань Чжаня чуть дёрнулись вверх, когда он услышал, как дыхание любимого становится более глубоким и равномерным. ***       Проснувшись ближе к полудню, Вэй Ин бодро потянулся и осмотрелся вокруг. Никого. И не мудрено, Лань Чжань снова на занятиях, а больше здесь никого и не могло быть. На столике стоит давно остывший завтрак, который, впрочем, совсем не потерял своей аппетитности. О нет, Вэй Ин совсем не смирился с пресной едой местного приготовления. Просто его любимый добился того, чтобы его избраннику готовили отдельные пряные блюда. Цижень умудрился в то время раздуть из этого целый скандал.       Вэй Ина до сих пор пробивало на смех, при мысли о том, как гордый учитель нарушил с десяток правил в попытке воспрепятствовать своему младшему племяннику, а Лань Хуань ходил за ним следом, мило улыбаясь и указывая на его нарушения. Брошенная вскользь фраза о том, что учитель нарушил почти столько же правил, как и Вэй Ин, окончательно добила старика. Таким злым и раздраженным его до тех слов еще не видели. Несмотря на самопальную вражду между ним самим и дядей Ванцзи, Вэй Ину было жаль старика. Он ещё не настолько стар, но уже прилично поседел из-за всех этих переживаний.       Хитрая улыбка пополза по губам старейшины. Однако даже это искреннее сочувствие не помешает ему в следующий раз совершить что-нибудь эдакое, что не придётся по душе учителю.       – Хмм, – задумчиво протянул он, вылизывая ложку.       Ему ведь ничего не стоит воплотить это "что-то" на следующей же ночной охоте с детьми. Можно будет немного поразвлечься. Мысленно потирая руки в предвкушении, Вэй Ин подумал о планах на сегодня. Он глянул на то место на полу, под которым скрывался тайник. Поразмыслив с минуту, Усянь пришёл к выводу, что надо бы пополнить запасы, раз уж он вчера их прикончил. К тому же, скоро будет течка, так что стоит сходить к лекарю за лекарствами.       Набросав мысленную карту своих передвижений вместе со списком задач, Вэй Ин встал из-за стола и составил посуду обратно на поднос. Нужно бы ещё его убрать перед выходом. ***       Солнце уже начало свой путь за горизонт, а вечерняя прохлада расползлась по земле. Вэй Усянь, весело напевая незатейливую песенку, направлялся в последнее из запланированных мест. Ему удалось купить и незаметно пронести в Облачные Глубины вино, теперь же оставалось только лекарство. Лекарь жил в большом доме довольно близко к центру города и держал там же лавочку, в которой торговал лекарствами и травами. Как раз туда и планировал заглянуть парень. Вечерний воздух приятно холодил кожу после жаркого дня, по небу медленно плыли облака, окрашенные в ярко-алые тона, переходящие в тёмно-синий по мере захода светила.       Когда до лавочки оставалось всего лишь разок повернуть, Вэй Ин остановился и оглядел свою одежду, стряхнув невидимые пылинки и поправил запАх. Вопреки привычке носить тёмные верхние одежды для удобства, на нём сейчас были надеты белоснежные с изящным узором голубых облаков. Бывший старейшина Илин надевал их только тогда, когда выходил в город один. Это было просьбой его любимого супруга. По его словам, так должно быть безопаснее. Не то чтобы Вэй Ин нуждался в защите, скорее, она нужна была от него самого. Но если Лань Чжаню так спокойнее, почему бы и нет.       Придав лицу максимально приветливое выражение, он вышел на нужную улицу и быстрым шагом направился к небольшому домику, распространяющему по всей округе удивительный запах трав.       – Добро пожаловать, господин, – тут же послышался приветливый голос продавца.       – Здравствуйте, – вернул любезность парень и прошёл прямо к нему.       Вэй Ин не первый раз заходил сюда по подобной нужде, но сегодня удача не улыбнулась ему. За прилавком стоял совсем юный, субтильный мальчишка. Вероятно лекарь взял себе нового ученика. Старейшина хотел бы не афишировать за чем он пришёл, а просто забрать регулярный заказ, расплатиться и уйти.       – Господин, что-то не так? – поинтересовался юноша. – Вам нужно что-то определённое? Или Вы хотели попасть к моему учителю? Если так, то он сейчас занят и не принимает. Спокойно выслушав его, Усянь отрицательно помотал головой.       – Я заказывал у вас лекарство раньше. Лекарь должен был знать… – не желая уточнять ответил он.       – Ах! Простите, но какое именно? Здесь так много покупателей. Я только недавно начал работать, поэтому пока не знаю всех, – искренне извиняясь, смутился юный продавец.       Вэй Ин чуть закусил губу изнутри, ничего не отвечая, чем ещё больше растревожил мальчишку. Оглянувшись, он осмотрел лавочку на предмет других посетителей. Никого не было.       – Порошок для прерывания беременности, – произнёс он после глубокого вздоха.       – Ох, – на мгновение юноша засомневался, что правильно расслышал. Но после он отмер и поспешил к огромному шкафу, который занял всё пространство от пола до потолка у одной из стен. Усянь всегда удивлялся тому, как там удаётся найти хоть что-то среди сотни одинаковых шуфлядок. – Да-да, конечно, он тут.       В это время из-за одного из стеллажей в маленькой комнатке показалась недовольная мордашка юноши немногим старше продавца. Видимо, при беглом осмотре Усянь его не заметил. Когда незнакомец встал ровно, стал заметен большой округлившийся живот, который не могла скрыть просторная дорогая одежда. Демонстративно игнорируя Усяня, он прошел к продавцу и потребовал ему что-то упаковать. Растерявшийся мальчишка, не успевший отыскать заказанного, недоуменно переводил взгляд от младшего к старшему своему посетителю. Он не понимал почему лицо беременного практически кричит о его недовольстве.       – Простите, молодой господин, я обслужу вас в порядке очереди, – насколько мог вежливо предложил ученик лекаря. – Этот господин первым обратился. Подождите пару минут, пожалуйста. Это не займёт много времени.       – Нет, – бесцеремонно возразил незнакомец. – Это плохая примета! Или ты хочешь навредить моему малышу? Мальчишка, семья моего мужа богата и влиятельна! Подумай дважды о своих словах! Иначе я пожалуюсь ему!       Маленький продавец от таких слов аж сжался весь. Вэй Ин мысленно отметил про себя, что незнакомец ни за что не позволил бы себе так себя вести с учителем этого мальца. А от прямого презрения в его сторону останавливает лишь страх перед могуществом клана, чьи одежды, чей отличительный знак сейчас на нём. Глубоко вздохнув, он нацепил на лицо вежливую улыбку и мягко вмешался в разговор:       – Ничего страшного. Обслужите сначала его, я никуда не спешу.       Недовольно цокнув, незнакомец, впрочем, ничего не ответил. Продавец поспешно рассчитал его, бросая извиняющиеся взгляды.       Нельзя сказать, что Вэй Ина совсем не задевали подобные ситуации, но после эмоционального всплеска вчера ему не хотелось даже задумываться об этом. Он просто не обращал внимание, старался пропускать мимо ушей слова, сказанные на его счёт.       Наконец разобравшись со своим лекарством, Вэй Ин вышел обратно на улицу и вдохнул полной грудью прохладный вечерний воздух. Хорошо, что сюда не нужно ходить чаще. Иначе это стало бы настоящим испытанием. Решив, что сейчас ему больше всего хочется оказаться в тёплых родных объятиях, старейшина легко оттолкнулся от земли и пошёл напрямик, перелетая по крышам домов.       Усяню удалось сэкономить где-то половину времени на путь до подножия горы. Чтобы добраться до Облачных Глубин, осталось лишь подняться. Но не успел он сделать и шагу на гору, как его шестое чувство завопило о близкой опасности. Прислушавшись к окружающей местности, Вэй Ин понял – его окружили.