What's the worst that I can say?

      Я поморщился от яркого света и попытался прикрыть глаза рукой, но почувствовал резкую боль в висках. «Черт, я думал, что протрезвел еще вчера» – мрачно отметил я. - Хэй, Майк, закрой шторы! Голова раскалывается! – крикнул я. – Если это твоя месть за вчерашнее, то позволь сказать, что это слишком жестоко! - Слышь, хватит орать, вставай давай, - сказал низкий и недовольный голос у меня над головой.       Не понимая, кому он принадлежит, я попытался открыть глаза, но почувствовал, как голову сжимает словно обручем, и снова зажмурился. - Вставай давай! Иначе заставлю убирать твою же блевотину.       Теперь я был в полном замешательстве. Этот голос точно не принадлежал моему брату. Приподнявшись на локте, я наконец-то открыл глаза и уставился на мужчину средних лет в сером комбинезоне и с густой бородой. Он грозно стоял над моей головой, из-за чего мне пришлось круто повернуть шею, чтобы его разглядеть. - Кто вы? – пробормотал я, прищурившись от боли. - Ваш покорный слуга, мой господин, - ехидным тоном ответил мужчина. – Вы вчера по пьяни понизили меня в должности, и теперь я убираю мусор.       Я усердно пытался переварить услышанное, но мысли сливались друг с другом и терялись, пока в конечном счете не превратились в нераздельную кашу.       Видя мои напрасные усилия, мужчина раздраженно усмехнулся и, схватив меня под локоть, начал поднимать. - Чувак, я мусорщик. Мусор убираю. А ты мне мешаешь. Помогай мне тебя поднимать! – резким движением он рванул меня вверх и через секунду я уже стоял на ногах. Перед глазами всё поехало, и я схватился за стену. Только теперь мысли в голове начали складываться в логическую цепочку. Я опирался не просто о стену, а о кирпичную стену. А рядом со мной стоял мусорный контейнер всё с тем же отвратительным запахом тухнущих продуктов. Я подавил рвотные позывы. Четкая мысль всплыла в моей голове: я всё еще на том же месте, где вырубился после посиделок в баре. - А где Майки? – ошарашенно спросил я. - Майки? Твой парень? А он вообще существует? Не думаю, что кто-то стал бы терпеть такого пьяницу как ты. Или его привлекает блевотина на твоей одежде? – мусорщик засмеялся. Его смех был похож на раскаты грома, и я снова скривился. Оттолкнув его рукой, я пробормотал: - Где тут серый Шевроле?       Без лишних колких замечаний мужчина указал на мою машину, стоявшую всё там же, где я ее и оставил.       На лобовом стекле под дворниками красовался штраф. Скомкав его, я бросил бумажку в карман.       По дороге до дома я начинал постепенно понимать, что весь вчерашний разговор был всего лишь сном. Что ж, это объясняло резкую смену настроения Майки и то, как легко он принял мои извинения. От мысли, что придется снова произносить эти слова, меня затошнило. "Может всё не так плохо, и судьба решит повторить мой сон?"       «Получается не было никаких объятий, шутки про слона и разговоров про зоопарк. Скорее всего меня снова сейчас встретит худое бледное существо, которое еще недавно было моим братом. Ему не стало легче»       От этих мыслей защипало глаза, а в лёгкие будто насыпали камней. Хотелось свернуть с дороги и уехать подальше от дома, от этого города, а может вообще из страны. Но от себя не уедешь. «Я не смогу еще раз предать Майки» - подумал я и крепче сжал руль.       Подъехав к гаражу, я остановился и начал всматриваться в кухонное окно на первом этаже, где в моем сне сидел Майки. Но на этот раз там никого не было. Несмотря на то, что солнце только начинало подниматься и было еще достаточно темно, свет не горел ни в одном окне. Я тяжело вздохнул, осознав, что судьба видимо всё-таки решила пойти своей дорогой. - Мааайк, я пришел! – крикнул я с наигранной легкость, переступая порог дома. –Прости, что не сдержал свое обещание и снова напился. Дай мне еще один шанс. «Тупая шаблонная фраза. После нее никто никогда не дает третьего шанса»       Я ожидал, что брат выйдет и начнет на меня орать, но ответом мне была тишина. Больше я не стал кричать, подумав, что Майки еще спит и своим ором я только его разбужу. Тогда он точно оторвёт мне то место, где у нормальных людей находится мозг.       Я снял куртку и кинул ее на стул. Решил, что пока брат не проснулся, надо принять душ. От меня воняло не лучше, чем от того мусорного контейнера.       Ванная располагалась на втором этаже. Я старался тихо передвигаться по длинному коридору, но в какой-то момент моя нога зацепилась за что-то твердое и я упал на колени, вовремя выставив руки вперед. Подождав пару секунд в таком положении, я убедился, что брат не проснулся и поднял предмет, о который споткнулся. Это был ботинок. - Черт бы тебя побрал, Майки! – сквозь зубы выругался я, всё еще чувствуя боль в коленях от падения. – Ты уже не ребенок, чтобы раскидывать свою обувь!       Это явно не то, что я собирался сказать ему при встрече. Я всё еще держал ботинок в руке, когда начал подниматься на ноги. Но подняв голову, встал как вкопанный. - Эм, Майк, прости, что разбудил тебя, - рассеянно промямлил я. – Я хотел с тобой поговорить…       Я стоял лицом к дверному проёму в спальню, в которой отчетливо виднелась худощавая тень, руки которой свисали по бокам, а голова была опущена вниз. Майки стоял перед кроватью посреди комнаты. - Майк? – спросил я, не дождавшись ответа. - Так что насчет поговорить?       Тень всё также молча стояла, опустив голову. Начиная выходить из себя, я переступил через порог и на автомате нажал сбоку на стене выключатель. В следующую секунду меня отбросило обратно в коридор, а ботинок улетел в сторону лестницы.       Знаете, как обычно кричат в фильмах ужасов? Это обычная реакция людей на то, что увидел я. Но это всё потом. Сначала они испытывают шок. Вот и в моем случае не было пронзительного крика, переходящего в рыдания. Я просто молча сидел, прижавшись спиной к стене, и сжимал в руках штанины до онемения пальцев. Мои глаза были широко раскрыты. И только теперь, осознав происходящее, я закричал так громко, что мог бы оглохнуть сам.       Передо мной висел мой брат. А точнее он всё еще стоял на пальцах ног, но вокруг его шеи была обернута веревка, которая тянулась до потолочного вентилятора, а там была завязана на, похоже, очень крепкий узел. Майки повесился, стоя практически на ногах.       А дальше все было как во сне. Я вскочил и чуть снова не упал, потому что мои ноги были уже не моими. Я их не чувствовал. Побежал вниз, перепрыгивая через половину лестницы. Телефон лежал на кухне. Пальцы так дрожали, что я смог набрать 911 только с пятого раза. Все тело колотила крупная дрожь. Я почувствовал сильную боль в пальцах, которыми сжимал трубку телефона. Будто в ней было спасение. Но тут я услышал голос диспетчера 911. - Ньюарк 911. Что у вас случилось? - Я-я… мой брат… спасите его, - пробормотал я. - Что случилось с вашим братом? - Он висит, - слова исходили из моего рта, но я их не осознавал. Я совершенно не понимал, что говорю. - Сэр, ваш брат повесился?       Эта фраза будто окунулась меня в ледяную воду. Я стоял, мысленно повторяя её. Из ступора меня вывел голос диспетчера. - Сэр, ваш брат повесился? Вы сказали, что он висит… - Да! – закричал я и услышал свои же рыдания. – Он… на вентиляторе. Он все еще стоит на ногах. Его можно спасти!       Внутри меня была пустота, но я кричал. - Где сейчас ваш брат? – голос диспетчера был спокоен. Она привыкла уже ко всему этому. Это не ее родной человек висит сейчас. Это не ее грудь будто разрывает зубами зверь. - Наверху. В наш… в моей комнате. - Сэр, вы должны подняться наверх и проверить, дышит ли ваш брат. Это необходимо. - Я не могу! – ноги подкосились, и я начал оседать на пол. – Отправьте скорую! - Я уже отправила. Скорая скоро приедет. Но вам необходимо провести реанимационные мероприятия прямо сейчас. - Я… боже, я не могу, - обессилено прошептал я, но схватился рукой за стол и начал подниматься на ноги. – Хорошо. Я попробую.       Помню, как стоял перед лестницей, не решаясь подняться наверх. Голос диспетчера направлял меня и поторапливал. Но я не мог двигаться быстрее. Время будто замедлилось. Я был словно в аду.       Не помню, как поднялся наверх, но вот я стою перед входом в комнату. Солнце уже поднялось достаточно, чтобы осветить Майки. Он висит все так же, как когда я его обнаружил. Такой бледный и… я отбросил эту мысль и подошел к брату. Не помню, как вынул его из петли и положил на пол. С моим телосложением должно быть это было трудно сделать, но в состоянии шока человек способен на многое.       Голос в трубке инструктировал меня. Проверить дыхание, сердцебиение, пульс. Один раз мне показалось, что я услышал слабый удар в груди Майки, но вскоре понял, что это всего лишь мое воображение. Я отчаянно старался убедить себя, что он жив. - Есть признаки жизни? – раздался голос в трубке. - Нет. Ничего нет, - прошептал я и закусил руку, чтобы сдержать судорожные всхлипы. - Тогда начинайте проводить непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. 30 нажатий на…       - Я знаю, как это делать, – прервал я диспетчера и приступил к реанимации. Это требовало огромных усилий, но, пребывая еще в шоке, я не чувствовал усталости. Каждое мое действие было наполнено отчаянием. Мне казалось, что если я остановлюсь, то признаю его смерть. Поэтому даже когда врачи скорой вбежали в комнату, я не остановился и продолжил надавливать на грудную клетку Майки, шепотом считая. - Сэр, отойдите, пожалуйста, - произнес один из врачей. - …девятнадцать, двадцать, двадцать один… - Сэр, нам нужно подойти к вашему брату. Отойдите и мы как можно скорее постараемся ему помочь. - …тридцать, - я наклонился ко рту Майки, чтобы сделать два вдоха, но крепкая рука меня остановила. - Тебе придется выйти, - серьезно произнес врач. Он крепко схватил меня за плечи и попытался оттащить от Майки. - Нет! – я крикнул так громко, что мужчина поморщился и еще крепче сжал меня. – Я не оставлю его! Я обещал Майки, что больше не оставлю его!       Резким движением я вырвался из хватки врача и кинулся к телу брата. Взяв его за плечи, я начал бормотать: - Хей, Майки, прости меня! Я не должен был уходить! Прости, умоляю. Я больше так никогда не сделаю, обещаю. Мы пойдем в зоопарк завтра. Я покажу тебе овцебыка или слона или кого-нибудь еще… Майки… - мое бормотание переросли в неконтролируемые всхлипы, а потом в вовсе в плач. Я положил голову ему на грудь и продолжил повторять эти слова как заклинание. Сквозь бормотание я услышал голос врачей. - Оттащите его кто-нибудь! - Оставь. Его брат все равно мертв. Напишем потом, что к нашему приезду уже наступила биологическая смерть. Скорее всего так оно и есть. - Тебе же потом достанется от начальства…       Больше я ничего не слышал. Перед глазами все поплыло, и темнота накрыла меня.