Последнее задание Северуса Снейпа

В данном выпуске: Пизанская башня клонится не в ту сторону! Использование домовых эльфов в Хогвартсе негуманно! У мухомора вида Amanita muscaria обнаружили признаки наличия разума! Старые покрышки — основной ингредиент ирисок из «Всевозможных волшебных вредилок!» «Придира»

Утром Гарри проснулся, чувствуя себя бодрым и полным сил. Прибывший из Мунго целитель развёл руками. Макгонагалл недоумевала. Снейп заглянул позднее и поведал виновнику всеобщего беспокойства о событиях минувшей ночи. Гарри согласился, что безопаснее будет, если профессор спрячет камень воскрешения в надёжном месте; было решено, что они встретятся после завтрака, чтобы Гарри показал, где он его выбросил. — И ещё одно, мистер Поттер, — предупредил Снейп, — знаю, вам не терпится поделиться тем, что вы узнали, с друзьями. Однако это вовсе не очередное приключение, как вы могли подумать, и будет лучше, если вы оставите наш разговор в тайне. За завтраком все имели счастье лицезреть новый номер «Придиры» под редакцией не Ксенофилиуса, но Полумны Лавгуд. — Как вам? — спросила она, присаживаясь за гриффиндорский стол. Счастливые, но покрасневшие глаза выдавали нехватку сна. Ненадолго воцарилось молчание, прерываемое чавканьем и звоном вилок о тарелки. — Статья про жестокое обращение с домовыми эльфами неплохая, — поддержала подругу Гермиона. — Мне не хватало «Придиры». — Про мухоморы ты интересно написала, — заметил Невилл и сконфуженно добавил, — вот только, если бы это была правда… Рон хмыкнул. — Если бы только про мухоморы! Ириски из покрышек, это же надо выдумать! Из-за твоей статьи у Джорджа будут проблемы с покупателями! — Но это правда, — она склонила голову набок, — про покрышки Джордж сам рассказал мне. — Ерунда! — Рон дёрнул подбородком. — Либо он пошутил, либо ты лгунья. — Рон! — встрепенулась Гермиона. — Вообще-то, братец и не такое мог в свои вредилки запихнуть, — вмешалась Джинни. — Помню, он рассказывал мне, что они с Фредом добавляли сопли тролля в рвотные конфетки, правда, потом от этой идеи отказались. Рон подавил приступ тошноты, вспомнив, что у конфеток из первых партий действительно был странноватый привкус. — А давайте вместо того, чтобы нападать на Луну, спросим у самого Джорджа, — предложила Гермиона. Снейп застал профессора заклинаний в его кабинете за любимым занятием. — Филиус, я переработал рецепт зелья и мне снова понадобится ваша помощь. — Разумеется, — с хитринкой улыбнулся профессор. — А вы уже начали читать мою книгу? Северус присел на ближайший стул, понимая, что коротким «да» ему не отделаться: — Бедная, несчастная сирота. Сверстники её обижают, мачеха ненавидит, попечитель бьёт и морит голодом, — безразличным тоном пересказал он сюжет первых глав и метнул взгляд на Флитвика. — Вы хотели этой книгой вызвать у меня жалость? — Северус! Мерлин вас упаси думать, что я преследовал какие-то иные цели, кроме желания обсудить с вами сюжет. — он поболтал ножками. — А вам разве… не жалко сиротку? — Жалость отравляет разум, — флегматично ответил Снейп. — А… Ну да, ну да, — Флитвик как-то сник. Зря он всё это затеял. С таким же успехом можно было обсуждать книгу с каменной стеной. — Главная героиня сильная натура, — вдруг продолжил Снейп, — храбрая, стойкая, с гибким умом и добрым сердцем; она создаёт впечатление человека, который выдержит любые удары судьбы. — О, да, — горячо поддержал Флитвик, — и эти удары вскоре… впрочем, не будем забегать вперёд. Когда вам удобно провести испытание зелья? Договорившись о времени, довольные результатом беседы, они распрощались. Рон, Гарри и Гермиона спрятались от лишних глаз в нише полукруглого эркера в конце восточного коридора. Устроившись на коленях хозяйки, Живоглот нежился в лучах пробивающегося сквозь окна солнца, которое отбрасывало на пол ровные полосы света. Кот лениво вертел головой, подставляя пальцам то одну сторону мордочки, то другую. — Не понимаю, — сказал Рон, — ты ведь ещё в мае её выбросил. — Я был в Англии. Снейп сказал, на таких далёких расстояниях палочка не чувствует волшебника, — стал объяснять Гарри. — Если начать сокращать дистанцию, то в какой-то момент она начнёт тянуть волшебника к себе. — Жуть какая, — Рон повертел в руках свою палочку, — они как живые! — Да нет. Все палочки образуют связь с хозяином, но очень мало обладает такой силой, чтобы влиять физически. Мне вот иногда казалось, что моя зовёт меня. — А что будет, если сопротивляться? — у Гермионы в голове роилась куча вопросов. — Скорее всего, волшебник будет слабеть с каждым днём, пока не умрёт. — Палочки-убийцы… — зловеще прошептал Рон. — Слушай, а ты уверен, что это правильно — взять и просто отдать Снейпу камень? Что-то я в нём сомневаюсь. — Мне камень не нужен, а Снейп… Он спас мне жизнь, — пожал плечами Гарри. Гермиона согласилась. Столько лет они относились к этому человеку с подозрением, что, несмотря на все его заслуги, продолжали это делать уже по инерции. Пора было прекращать. Кот мяукнул, словно поддержал, и повалился на спину, беззастенчиво открывая солнцу лоснящийся животик; его густая шерсть блестела и переливалась разными оттенками рыжего; Гарри протянул руку и погладил мягкое пузо, Живоглот, откинув голову, блаженно заурчал. — Гарри, а давай мы с Роном поможем? — предложила Гермиона. — Вчетвером мы быстрее отыщем этот камень. Рон, ты согласен? — Я не могу, у меня встреча с профессором Хуч. Она теперь мой поручитель. — О, ты выбрал квиддич. Поздравляю, — немного растерянно произнесла Гермиона. Она была готова поддержать друга, но если бы они встречались, вряд ли также спокойно отнеслась бы к его выбору. Хорошо, что между ними на одном поцелуе всё тогда и закончилось. Гермионе нравилось находить подтверждения этой мысли. Время от времени она развлекала себя игрой: «а что если…». Ведь так она с каждым разом всё больше к нему остывала и всё твёрже убеждалась, что друзья из них отличные, а вот пара так себе. — Эм-м, вообще-то, я не должен был вам всё это рассказывать, — замялся Гарри. — Если ты пойдёшь со мной, Снейпу это не понравится. — Гарри, — ласково посмотрела на него подруга, — Ты ведь знаешь, что я уже всё решила. — А мистера Уизли вы потеряли по дороге, — прошипел Снейп, увидев Поттера и Грейнджер, приближающихся к нему. — Здравствуйте, профессор. Рон сейчас занят. Я подумал, втроём мы быстрее управимся, — пожал плечами Мальчик, Который Никого Никогда Не Слушает. — Гарри не виноват, я сама напросилась помогать, — влезла Гермиона. Снейп продолжил говорить с Поттером, будто её и не было: — Лучше бы вы притащили Уизли. От него меньше головной боли. Однако не будем терять времени. Они направились по тропе к лесу. Всю дорогу Снейп молчал и не обращал на спутников никакого внимания, находясь целиком во власти мрачных предчувствий. — Ведите, Поттер, — приказал он, когда они остановились возле опушки леса. Вниз по холму виднелась часть избушки лесника, из трубы которой поднимался пар. — Может, здесь выйдет лучше? — неуверенно произнёс Гарри. — Не тратьте зря силы, — предупредил профессор. — И всё же, я попробую. Accio камень! — взмахнул он палочкой, и ничего не произошло. Гарри плотно сжал губы, и молча скользнул в чащу леса. Гермиона и профессор Снейп двинулись следом. Погода стояла ясная. Голоса птиц, пытавшихся затмить друг друга сладкозвучными трелями, сливались в стройную симфонию. Деловитые скворцы бегали вдоль тропинки, заглядывая под каждый листик; любопытный молодой жаворонок перелетал с ветки на ветку, с интересом следя за путниками. Всё дышало и пело, шуршало и мельтешило, суетилось и делало запасы к зиме; лес был живым и неугомонным организмом. Выйдя к небольшой поляне, Гарри застыл на месте. Несколько мгновений он боролся с нахлынувшими воспоминаниями: змеиный оскал на жутком бледном лице, красные глаза, притихшие вокруг чёрные фигуры, зелёная вспышка во тьме и мысль: «Неужели это всё?» — Поттер! — вернул его к реальности голос профессора. — Я выронил его где-то здесь, — кивнул Гарри и стал высматривать мелкий предмет в траве. Снейп достал палочку и, сделав волнообразное движение рукой, произнёс: — Viriditas evanesco! Пучки жёсткой высокой травы, которыми здесь всё заросло, начали постепенно исчезать. Каждый отдельный стебелёк словно таял от кончика до корня, обнажая голую почву. Гермиона и Гарри заворожённо смотрели на это волшебство, пока не поняли, что стоят на абсолютно опустевшей земле. Вокруг них по-прежнему был густой лес, но на самой поляне — ни травинки, ни кустика. Гермиона вдруг заметила, что не вся растительность исчезла; она подошла к дубу, в тени которого цвело растение с длинными зубчатыми листьями и белым бутоном. — Крапивник рдяный, — прокомментировал Снейп её удивлённый взгляд. — Под действие заклинания попадают только сорные травы, а целебные становится легче заметить. Собственно, для этого оно и было придумано. — Не понимаю, почему его называют рдяным, если цветы у него белые? Уголки губ профессора дрогнули то ли в ухмылке, то ли в желании заговорить, но он ничего не сказал. — Профессор Снейп, а что это была за магия? И кто создал это заклинание? А вы можете научить меня? — природная любознательность Гермионы взяла верх над сдержанностью, и вопросы градом посыпались на бедного профессора. — Потом, мисс Грейнджер, — отмахнулся от неё Снейп, как от назойливой мухи. — Сосредоточьтесь на том, ради чего мы сюда пришли. И компания разбрелась по поляне. Снейп нырнул вглубь леса и исчез за деревьями; Гермиона и Гарри, памятуя о том, что в лесу далеко не безопасно, старались не терять друг друга из виду. Так прошло ещё немного времени. Гарри закончил осматривать свой периметр и решил помочь подруге. Пару раз он замечал какой-то блеск, раскапывал почву в этом месте, но то оказывались обыкновенные камни с вкраплениями слюды или кварца. — У меня такое чувство, что мы его уже не найдём, — тихо сказал Гарри. — Ты думаешь, его нашёл кто-то другой? Он пожал плечами, и вдруг замер: — Ты слышала? Гермиона насторожилась. В той стороне, откуда они пришли, хрустнула ветка. Не сговариваясь, они одновременно достали палочки. Зашелестели кусты, продолжили трещать ветки, кто-то или что-то пробиралось сквозь чащу прямо к ним. Друзья приняли боевые стойки. Из-за кустов показалась знакомая собака. — Клык? — удивилась Гермиона. Пёс подбежал к ней, активно виляя хвостом, и она погладила его по большой голове. — Гарри, Гермиона! — раздался возглас Хагрида, а скоро и он сам стоял перед ними во весь рост. На лице великана сияла улыбка, в одной руке он держал накрытую тканью корзину, в другой ведро с крышкой. — Опять нарушаете правила? — подмигнул он. — А где же третий шалопай? Из-за деревьев вынырнул Снейп. — О, эм-м… здравствуйте профессор Снейп! — поприветствовал коллегу Хагрид и вмиг выпрямился. Если бы не ноша, он бы, наверное, и руки опустил по швам. — Здравствуйте, профессор Хагрид, — коротко кивнул Снейп. — Эм-м… ну, я это, пойду, Грошику пора обедать, — он приподнял руки с корзиной и ведром, как бы показывая, что все это он приготовил для брата. Снейп проводил великана критическим взглядом и отдёрнул мантию, когда Клык подбежал, чтобы обнюхать и заодно обслюнявить его. Пёс посмотрел на Снейпа и что-то проскулил, но, услышав строгий окрик хозяина, затрусил прочь. — Я так понимаю, у вас двоих тоже ничего, — Снейп напряжённо посмотрел на Гарри, потом на Гермиону. Те помотали головами. Взгляд профессора устремился туда, где уродливо извивались древние стволы деревьев, возможно, такие же древние, как та магия, к которой он собирался прибегнуть вскоре после нахождения камня. Но обстоятельства вокруг данного Дамблдору обещания изменились, да так, что хуже и не придумаешь. Камень попал в чужие руки, и эти руки вряд ли сотворят что-то доброе. — Профессор, — несмело потревожил его Гарри, — может, его нашли кентавры? По дороге сюда я заметил участок с полностью вытоптанной травой, и ещё несколько, где трава росла реденько. — У вас в голове реденько, Поттер, — ответил Снейп. — Возвращаемся. И было ясно, что обратный путь будет таким же долгим и безмолвным. «Видимо, кто-то из Пожирателей заметил, как Поттер выронил камень, и подобрал необычную вещицу, — размышлял Снейп. — Но большинство приспешников Лорда, хотя и талантливы в боевой магии, глубоких познаний в тёмных искусствах не имеют. И вполне вероятно, что нынешний обладатель камня даже не догадывается, что с его помощью можно обрести могущество, которое Волан-де-Морту и не снилось». — Поттер, — внезапно остановился Снейп, сложив руки в замок, — вы можете перечислить всех, кто был тогда на поляне? — Боюсь, что нет, сэр. Я смутно помню те события, к тому же, лица были скрыты масками. — Очень важно, чтобы вы их вспомнили. Зайдите ко мне после семи, я дам вам зелье, улучшающее память. Снейп двинулся дальше. Гарри шел следом, думая о том, что этот вечер имеет все шансы быть испорченным. — Ты чего такой бледный? — подался вперёд Рон, увидев Гарри, вошедшего через портретный проём. Гермиона отложила книгу и подвинулась на диване, чтобы Гарри сел между ними. — Это из-за Снейпа? — Нет, — мотнул головой Гарри, — из-за его зелья. — Потому что оно помогает вспомнить, да? — сочувственно произнесла Гермиона. — Как наяву. — Я сейчас заварю магической ромашки со спокойного холма, этот чай успокаивает и выравнивает, — засуетилась подруга. — Не нужно. Снейп уже выровнял, в смысле, угостил меня чаем. — С отравой? — выпучил глаза Рон. — И извинился за то, что заставил меня заново пережить свою смерть. — Нет, ну там точно была сыворотка правды или ещё какая дрянь, — продолжал стоять на своём Рон. — Что ты сделал со Снейпом? — шутливо спросила Гермиона. — Это ведь адекватное поведение любого преподавателя, — пожал плечами Гарри, — тем более теперь ему не нужно притворяться злодеем. — Назови своё настоящее имя! — приказал Рон. — Турбормот Хрюкотак, — весело сказал Гарри. Друзья придумали это, чтобы проверять друг друга при подозрении на оборотное зелье. — Гарри, ты одолжишь мне свою мантию? — попросила Гермиона. — Зачем? — удивился он. — Практика у Снейпа предполагает сбор целебных трав. — В Запретном лесу? — Да. — Ночью? — Полная луна в Деве — самое лучшее время. — Мы не отпустим тебя одну! — вскочил с места Рон. — Если эти цветы действительно так необходимы, то мы идём с тобой. Да, Гарри? Тот был полностью солидарен. «Что может быть замечательнее, чем иметь таких друзей», — подумала Гермиона. — Мальчики, это приятно, что вы обо мне беспокоитесь, но травы требуют тишины и сосредоточенности. Я должна идти одна. С лесными тварями разобраться — нехитрое дело. Да и защитные чары я накладывать умею. — Обещай, что аппарируешь сразу, как только почувствуешь опасность, — сказал Гарри, отдавая мантию-невидимку. — Обещаю. — Надень свитер, на улице холодно, — буркнул недовольный Рон. — Вы прямо как мои родители, — сентиментально сказала Гермиона. Когда портретный проём за ней закрылся, Гарри повернулся к другу: — Нехорошее у меня предчувствие.