Последнее задание Северуса Снейпа

Так оставайся, чародейка! Оставайся на мою погибель! "Монах", Мэтью Грегори Льюис

— Это не я, — растерянно сказала Гермиона. Снейп подходил всё ближе, всё больше деталей открывалось его взгляду. Мысли лихорадочно пытались восстановить картину произошедшего. Несмотря на беспорядок вокруг, словно созданный убийцей специально, на лице и теле Скитер не было следов борьбы или пыток, а значит, убили её внезапно и быстро. Возле левой руки валялась волшебная палочка. Северус наклонился, чтобы лучше её рассмотреть и замер: знакомые изгибы древка, та же длина, те же выступы, цвет… Он резко выпрямился и нацелил конец палочки на Гермиону. — Что всё это значит? Кто ты?! — Я Гермиона Грейнджер, — ответила она с ноткой возмущения в голосе, — и знаю столько же, сколько и вы. Я пришла, когда она уже была мертва. Снейп недоверчиво сощурился. Так он делал, когда подозревал: неважно, хитреца ли, решившего воспользоваться чудо-шпаргалкой на контрольной по Зельям; Дамблдора ли, затеявшего очередную игру в вершителя судеб; колдуна ли под оборотным в облике мисс Грейнджер. — Как называлось растение, которое я заставил вас собирать, когда вы стали моей ученицей. Быстро! — Крапивник рдяный. — И зачем же вы сюда пришли, мисс Грейнджер? — Это она написала статью. Линда Скиннер — её псевдоним. У нас был уговор. Я случайно узнала, что она незарегистрированный анимаг, и, сообщи я куда следует, Скитер осталась бы без работы. Она пообещала мне, что про меня и моих друзей ни строчки не напишет. Но не сдержала слово. — То есть вы её шантажировали? — непонятно, чего в его вопросе было больше: иронии или беспокойства. — Вроде того. — Вы шантажировали журналистку, которая буквально сегодня выпустила порочащую вас и меня статью, а теперь лежит мёртвая посреди гостиной у ваших ног. Вас ничего не смущает? Не дав ей ответить, Снейп нацелился на лежавшую возле Скитер палочку и произнёс: — Priori Incantatem . В ядовито-зелёном тумане вспыхнул образ Риты Скитер, выставившей вперёд руки и испуганно мотающей головой. В её глазах немел ужас, казалось, если всмотреться пристальнее, в них можно было разглядеть лицо убийцы. Внезапно она застыла и безвольной куклой повалилась навзничь. Зелёная дымка растаяла. — Зачем убийца оставил свою палочку здесь? — подумала вслух Гермиона. — Авроры без труда выяснят, кому она принадлежала. — Потому что это моя палочка, — ответил Снейп. Он отошёл от тела журналистки и встал рядом с остолбеневшей от изумления Гермионой; ещё раз посмотрел на валявшееся возле неподвижной руки орудие. Уничтожить улику? Глупо. Так или иначе, найдутся люди, которые скажут, что видели высокого темноволосого джентльмена, входившего в дом убитой. — Specialis Revelio, — произнёс он. Чары обнаружения не показали никакой тёмной магии. Снейп наклонился, и палочка разве что сама не прыгнула ему в руку, пальцы любовно обвили рукоятку. Вот она, та самая, служившая ему верой и правдой долгие годы, прекрасно справлявшаяся как с боевыми заклинаниями, так и с тонкими ментальными чарами. Лучшая. Другие палочки могли быть очень хороши, но ничто не сравнится с той, которая тебя выбрала. Ладно, хватит сантиментов. Северус посмотрел на мисс Грейнджер, которая, казалось, вот-вот заплачет. — Надо уходить, — сказал он. — Скоро сюда нагрянут авроры. — Простите, — она шмыгнула носом. — Я вас подставила. Я не подумала перед тем, как… я испугалась, а потом вспомнила про зачарованную монету. Я не… — Прекратить истерику! — приказал Снейп. — Извиняться будете потом. А сейчас надо действовать. Возвращайтесь в Хогвартс. Там вы будете в безопасности. — А вы? Она напряжённо посмотрела ему в глаза. Северус понял, что не хочет ей врать, хотя позже проклял себя за это решение. — Я собираюсь исчезнуть. Не знаю, насколько, и увидимся ли мы вновь, так что… спасибо вам за всё, мисс Грейнджер. И не пытайтесь искать меня. — Не надо! — она отчаянно замотала головой, — мы докажем вашу невиновность. Ваши и мои воспоминания… — У меня с собой Воскрешающий камень! Куча запрещённых зелий и тёмномагическая литература! Обыск при аресте — стандартная процедура, и на этот раз вы тоже под подозрением! Разбираться на месте никто не будет. Им хватило одного отрубленного пальца Петтигрю, чтобы засадить Блэка на двенадцать лет! Поэтому хватит спорить, и делайте, что вам велят! Вас будут допрашивать. Запомните: вы ни при чём. Это я убил Риту Скитер и заманил вас в её дом, чтобы также убить, но вам удалось сбежать от меня. Скажете это аврорам. А сейчас возвращайтесь в Хогвартс, у вас будет пара часов, чтобы подправить воспоминания и выйти сухой из воды. Гермиона ничего не говорила, только смотрела на него печальными глазами, не веря, что вот сейчас они, возможно, расстанутся навсегда. Снейп взял её за плечи и резко тряхнул. — Да очнитесь вы, наконец! Абаддон выиграл эту битву! Но война ещё не окончена. Моя война, не ваша! Грейнджер, умоляю вас, не губите свою жизнь! Послышались хлопки аппарации. — Убирайтесь отсюда! Быстро! — взревел Снейп. Кто-то крикнул: «Он здесь!», а следом в проёме двери появился человек в алой мантии. — Брось палочку и отойди от девушки! — сказал аврор. Слева разбилось окно, и в Снейпа полетело какое-то проклятье, но он успел увернуться. Аврор возле двери крикнул: «Incarcerous», но Гермиона контратаковала заклятие, и верёвки, вырвавшись из палочки аврора, опутали его самого. Она повернулась, чтобы отразить готовящуюся атаку другого аврора, но чья-то сильная рука обхватила её за талию и резко дёрнула назад. Спиной Гермиона почувствовала твёрдую мужскую грудь, мимо её лица пронеслась вспышка заклятия, ударившего в стену, а в следующий миг всё пропало, и она очутилась в заснеженном лесу. Кто-то словно щипцами сжал ей плечо и развернул к себе. Гермиона увидела лицо Снейпа, пылающее гневом. — Какого Мордреда, Грейнджер?! Вам в Азкабан захотелось? — Не нужно кричать на меня, сэр! — возмутилась она, пытаясь высвободиться, но хватка Снейпа была железной. — Верно! Кричать на вас бесполезно! Вас нужно было связать и отправить в Хогвартс силой! Да что с вами такое?! — Снейп встряхнул её так сильно, что она вскрикнула от боли. Он резко разжал пальцы и выпустил её руку. — А что я сделала?! — Гермиона с возмущением потирала место возле локтя, на котором обещал вскочить синяк. — Она ещё спрашивает! Бросаться в аврора заклинанием — считаете, это очень храбро?! Так вот, это не храбрость, Грейнджер, а обыкновенное гриффиндорское самодурство! Почему не послушались меня?! Вы представляете, во что ввязались?! — Очевидно, да! И это мой осознанный выбор! Снейп закатил глаза. — Какой выбор! О чём вы?! Вам семнадцать лет! У вас шило в одном месте и гриффиндорская дурость в башке. Через пару дней вы взвоете от отчаяния и тоски, и что мне тогда с вами делать? — Во-первых, мне девятнадцать. Во-вторых, оставьте уже в покое мой факультет, а заодно — и мои ягодицы. Я рискнула всем не для того, чтобы вместо благодарности выслушивать оскорбления и упрёки! Что со мной делать — не вам решать! Я не вещь и не домашнее животное! Как-нибудь разберусь со своей жизнью сама. — Поразительная непробиваемость! — Феноменальная чёрствость! — Фантастическое упрямство! Эпитеты, которые расточал зельевар, могли бы достойно обогатить словарный запас какого-нибудь лесного гнома, случайно оказавшегося поблизости: «крайнее тупоумие», «умственная слепота», «первобытная простота мышления»... Гермиона расщедрилась не меньше: «неблагодарный хам», «грубиян», у которого «не сердце, а засохший ингредиент»... — Вам не стоит со мной так разговаривать, Грейнджер, — сказал Снейп после очередного её хлёсткого выпада тихим угрожающим тоном. — А то что, снимите баллы?! — Хватит! Снейп замолчал. Было видно, что он смертельно устал. Он отвернулся, сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться, вытащил кусок материи и бросил на снег. Под руководством его палочки на том месте воздвиглась средних размеров палатка. Стоя спиной к Гермионе, он холодно произнёс: — Я буду думать, как исправить то, что вы натворили. Идите в палатку. Наш разговор окончен. Она не двинулась с места. — Исправить то, что я натворила? Я защитила вас! — И обрекли себя на жизнь в скитаниях и смертельную опасность. — Это был мой выбор! Мой! Перестаньте решать за меня! Хватит относиться ко мне, как к неразумной маленькой девочке! — Вы и есть неразумная маленькая девочка. — А вы… вы… просто глупец, если действительно так считаете! — Грейнджер! — Снейп резко развернулся к ней. — Вы явно забыли, с кем говорите. Довольно препирательств. Убирайтесь с глаз моих, — тяжело дыша, он указал пальцем в сторону палатки. — Как скажете! — она развернулась и пошла в совершенно другом направлении. — Грейнджер, вернитесь немедленно! — ВЫ МНЕ НЕ ОТЕЦ! — крикнула она в сердцах. — И СЛАВА МЕРЛИНУ! «Пусть идёт, раз такая самостоятельная. Замёрзнет, прибежит обратно», — махнул рукой Снейп и стал обустраивать палатку. Поскольку эту ночь им, скорее всего, предстояло провести под одной крышей, а палатка была рассчитана на одного, требовались некоторые преобразования. Первым делом он наложил защитные чары на само место ночёвки, затем разделил палатку на две жилые зоны с помощью трансфигурированной в портьеру душевой занавески и заклинания магического расширения. Душевая кабина, раковина и туалет, составлявшие третью, самую маленькую часть палатки, остались неизменны, а единственный стул был превращён в ещё одну кровать, которую Снейп застелил постельным бельём, магически сотканным из самых разных тряпок. Наконец он закинул в маленькую портативную печку несколько поленьев, развёл огонь и, весь взмокший от трудовых хлопот, присел на кровать. Северус имел обыкновение составлять что-то вроде расчета прибылей и убытков, чтобы понять, в выигрыше он находится сейчас или в проигрыше. В такие моменты в его голове спорили два голоса. Прибыль / Убытки Что же, я, по крайней мере, жив. / Да, но ты не можешь вернуться в Хогвартс. В Хогвартсе мне делать нечего, камень и зелье со мной. / Но ты теперь вообще нигде не можешь появиться! Аврорат считает, что Риту Скитер убил ты. Не сегодня-завтра напечатают листовки с твоей фотографией и привет, Азкабан. Ничего страшного, скрываться я умею. / Да, но с тобой Грейнджер! Чёрт! Если бы только она не лезла всюду, куда её не просят! / Она пожертвовала собой. И уже не в первый раз. А я не просил жертв. / И тем не менее Грейнджер рискует всем ради тебя. Интересно, зачем? На что я ей сдался? И что мне с этим делать? / Очевидно, смириться, что вы теперь в одной лодке. По крайне мере, Грейнджер уже была в бегах — такой опыт должен облегчить нам обоим жизнь. / Э-хе-хе. Вы будете делить одну палатку на двоих. Тебе придётся туго. Сведу контакт к минимуму. / Это же Грейнджер, она проломит любые барьеры. Стану так невыносим, что она сама будет рада держаться от меня подальше. / А вот это мысль. И вот, решив, что будет вести себя с ней самым безобразным манером, он не пошёл искать её, хотя такая мысль то и дело появлялась в его голове, а достал сэндвичи, приготовленные эльфами Хогвартса ему в дорогу, и стал ужинать в одиночестве. Но всё получилось, конечно, не так, как он задумал. Надкусив второй сэндвич, Снейп услышал снаружи палатки женский вскрик. Предчувствуя самое худшее — вряд ли в глушь Каледонского леса, в котором они сейчас находились, могла забрести случайная туристка, — он отложил тарелку с едой, взял палочку и, мысленно ругая себя за то, что не обездвижил и не связал Грейнджер на месте, позволив бродить одной в лесной чаще, осторожно подошёл ко входу в палатку. Сквозь прорезь в брезенте виднелись деревья и сугробы. Он вышел из палатки, обошёл её вокруг, но так ничего и не увидел, даже следов на снегу. Снова раздался крик — теперь он был уверен — принадлежавший Грейнджер. Снейп бросился в ту сторону. Бежать пришлось недолго, через четыреста ярдов он увидел фигуру, корчившуюся от мук в снегу, и мужчину над ней. Заслышав шелест снега, мучитель потерял интерес к своей жертве, выпрямился и перевёл прицел палочки на Снейпа. На его плечи упал капюшон, обнажая лысую голову и ярко-голубые глаза в сгустившихся сумерках. — А я думал, ты не появишься, — злорадная ухмылка исказила лицо Абаддона. — Твоя подружка никак не хотела показать мне, где ты спрятался. Пришлось её немного покалечить, ты уж прости. Не удостоив своего врага ответом, Снейп метнул в него режущее заклятие. Абаддон отбился и выпустил из палочки вердимиллиус. Началась ожесточённая схватка. Яркие сполохи разрезали сумеречный воздух, ветки и щепки летели от деревьев, звери, волшебные и не волшебные, бывшие поблизости, попрятались, спасая свои шкурки. Борьба велась без передышки, без права на ошибку. Ослеплённый вспышками заклинаний, Снейп находил противника исключительно по звуку, запястье не слушалось, что затрудняло прицеливание, а последствия недавней травмы скоро дали о себе знать болью в плече. Северус держался на одной только силе воли. Абаддону тоже приходилось нелегко. С невербальных заклинаний он перешёл на вербальные, которые требовали меньшей концентрации, стал использовать самые простые из них и всё реже попадал в цель. Накал боя, начавшегося столь стремительно, спал. Северус, изнурённый событиями дня, понимал, что долго не протянет, и надеялся лишь на удачу. Абаддон, чувствуя слабость противника, старался вымотать его окончательно, однако уже сам пошатывался от усталости. Предвидя, что одолеть Снейпа ему не удастся, он совершил отвлекающий манёвр, затем ловко уклонился от заклинания и скрылся за толстым стволом дуба. Из-за дерева он вышел, прикрываясь Гермионой, держа палочку возле её шеи. — Игры кончились, Северус. Бросай палочку или… ты знаешь, на что я способен, — в подтверждение своих слов он сильнее ткнул древком в тонкую бледную кожу, отчего пленница застонала. На лице Снейпа не дрогнул ни один мускул. Он равнодушно посмотрел в глаза Гермионы, затем перевёл взгляд на Абаддона. — С чего ты взял, что мне важна её жизнь? — Снейп начал медленно приближаться к врагу. — Разве ты не понял, что на приёме я солгал тебе, чтобы добраться до книги? На самом деле, ты даже окажешь мне услугу, если избавишь меня от… Абаддон не дал ему договорить. Он быстро зашептал что-то на латыни, направляя конец палочки прямо в сонную артерию своей заложницы. Гермиона дёрнулась, словно от удара током, и по лесу разнёсся вопль такой силы, что верхушки деревьев пошатнулись от взмывших вверх птиц. — Нет! — крикнул Снейп, замерев на месте. Ладонь сама разжалась, и палочка безвольно упала в снег. Абаддон ухмыльнулся и прекратил мучения своей жертвы, взяв под прицел соперника. — Я знал, что ты бросишься спасать её, Северус. Бессмысленное геройство! Это делает тебя слабым, — сказал он с отвращением. — Тебе нужен я, а не она. Отпусти её. — Аха-ха-аха-ха-аха-ха-ха-ха… — его мерзкий смех напоминал лай собаки. — Вы оба мне не сдались! — тон Абаддона резко переменился, став жёстким и непримиримым. — Предательства я не прощаю, так что ты умрёшь в любом случае, а что будет с её жалкой жизнью, зависит от твоего поведения, Северус. Ты знаешь, что мне нужно. Принеси его. Чувство безысходности овладело Снейпом, когда он словно пришибленный плёлся к палатке, чтобы собственноручно вручить врагу мощнейший магический артефакт. Ритуалы, которые Абаддон мог совершить с помощью Камня воскрешения были омерзительны и ужасны. Стоило только вспомнить отрывок из второй книги, как к горлу тут же подступила тошнота. Он действительно собирается сделать это? Отдать врагу то, что способно укрепить власть безумца и умножить человеческие жертвы? Дамблдор бы это не одобрил. Дамблдор бы пожертвовал Гермионой. Так же как Поттером. Но Северус не мог. Он готов был отдать на растерзание Абаддону весь мир, лишь бы спасти её. Жалкий, подлый поступок. Но разве мир, в котором не будет её, имеет хоть какой-то смысл? Северус осторожно оглянулся, чтобы прикинуть, могло ли ему посчастливиться найти лазейку, сквозную секунду, какую-то мельчайшую долю судьбы, для того, чтобы ринуться в атаку. Он перебрал в воображении все варианты, и во всех случаях обнаруживал себя мёртвым. Показалось смешным и бессмысленным всё, что он надумал до того: про совместное житьё в палатке, про то, что нужно держать себя с Гермионой отстранённо. Идиот! Надо было остановить её! А теперь поздно! Поздно! Они оба погибнут! Он — так точно! Злость на самого себя грозно раздувалась посреди поля его души, покуда не заполнила её почти всю, оставив ему лишь тонкий светящийся обод, напоминающий венец мученичества. Абаддон шёл следом за Снейпом, толкая перед собой Гермиону в полубессознательном состоянии. Его распирало от предвкушения скорой победы. — Мне вот интересно, Северус, вы уже переспали? Будет грустно умирать ради женщины, которой так и не успел воспользоваться, — глумился он, растягивая слова и говоря театрально-сочувствующим тоном. — И откуда у тебя такое необычное пристрастие к грязнокровкам... Абаддон вдруг резко остановился и прислушался. Откуда-то из глубины леса донёсся рёв мотора. — Что это? Снейп медленно повернулся к нему, держа руки перед собой. — Я не знаю. — Пытаешься хитрить, Снейп? — в глазах Абаддона металась тревога. — Последний раз предупреждаю: прекрати немедленно, или девчонка умрёт! — Я, правда, не… Откуда ни возьмись выскочила машина, ослепив светом фар всех. Абаддон бросил связанную пленницу на снег, а сам рванул в сторону. Но автомобиль внезапно сменил траекторию и погнался за ним. Абаддон бежал что было мочи, через плечо кидаясь в оживший механизм заклинаниями, которые не попадали в цель. Пока он пытался справиться с обезумевшим голубым драндулетом, Снейп призвал свою палочку и развязал Гермиону. — Как ты? Аппарировать сможешь? Гермиона отняла ладонь, всю красную от крови, от внешней стороны бедра. В круге распоротой джинсы алела, разгораясь, огромная, с запёкшейся красной коркой по краю, рваная рана. — Ясно, — сказал Снейп. Он приманил аптечку и вылил треть пузырька настойки бадьяна на рану. Кожа затянулась, не оставив шрама. Пока он искал кроветворное, автомобиль, дребезжа всеми своими внутренностями, подъехал к ним, развернулся боком и открыл двери, как бы приглашая сесть. В схватке человека и машины победила последняя. Неподвижное тело Абаддона лежало чёрной точкой вдалеке, то ли без сознания, то ли мёртвое. Северус и Гермиона в недоумении посмотрели друг на друга. Тут на лице последней отразилось понимание. — Ну конечно! — воскликнула она. — Это же машина папы Рона, мистера Уизли! Гарри рассказывал, как она спасла их от пауков Хагрида в Запретном лесу, а потом укатила в неизвестном направлении. Она… она ведь и сейчас нам помогает?.. — Я не уверен. — Ну да! Она напала на Абаддона, а теперь предлагает увезти нас отсюда. — И вы рискнёте сесть в неё? Мотор машины издал низкое рычание, в котором слышались почти человеческие отголоски недовольства и нетерпения. — У нас нет выбора, — ответила Гермиона. — У меня всё болит, будто внутренности жжёт горячая лава. Боюсь, он сделал со мной что-то такое, от чего меня расщепит, даже если вы сами аппарируете меня. — Чёрт! Вас надо срочно лечить! — Нет, сначала нужно разобраться с ним, — она указала в сторону, где должно было находиться неподвижное тело их врага, но был лишь голубовато-серый, взрыхлённый колёсами снег. — Куда он делся?! — В машину! Быстро! — скомандовал Снейп прежде чем над их головами молнией просвистела вспышка заклинания. Он наскоро наколдовал защитный купол над автомобилем, а сам кинулся к палатке. Затолкав все вещи в походный чемодан, Северус ухнул на водительское сиденье, вверяя свою судьбу, судьбу Грейнджер, а заодно и судьбы всех живущих на белом свете ржавой развалюхе, двери которой хлопали так, что уши закладывало. Машина тронулась. — Как он узнал о нас? — спросила Гермиона и посмотрела на Снейпа, волосы и плечи которого сливались с тьмой за окном и, казалось, острый профиль его парил в воздухе, похожий на могучего золотого орла. Они выехали на узкую просёлочную дорогу, на которой машину всё ещё потряхивало, хотя не так сильно, как на устланной сугробами дикой лесной тропе. Снейп уже успел дать Гермионе кроветворное и густой золотой напиток, после которого у неё начался жар — первый признак, что зелье подействовало. Сам он был угрюм и задумчив и не сказал с момента их побега из леса ни слова. — Вы не хотите со мной разговаривать? — не отступала Гермиона. — Я понимаю. Я подвела вас. Я не должна была уходить в лес. Из-за моего самовольства и глупости вы могли погибнуть. Я только мешаю вам, я… — Да, — резко ответил Снейп и снова замолчал, продолжив глядеть на дорогу. Гермиона замолчала тоже. Ей стало до отчаяния обидно, на глазах закипали слезы. Шум мотора и шипение шин сливались с жарким жужжанием в висках. Она готова была сломаться, расплакаться, рассыпаться в пыль от тяжкой вины и стыда, но одна мысль удерживала её от этого. Когда машина выехала на асфальтированную дорогу, Гермиона вновь заговорила: — Вы могли пожертвовать мной, но не сделали этого. Спасибо. Снейп даже не пошевелился, только скосил на неё взгляд и вернулся к созерцанию дороги. В голове крутились слова Абаддона: «Это делает тебя слабым». _____________________________________________________________ Deus ex machina  — (с лат.  — «бог из машины») неожиданная, нарочитая развязка трудной ситуации с привлечением внешнего, ранее не действовавшего в ней фактора, например, чудесное спасение героев. (Близкое значение имеет русское выражение «рояль в кустах»).