Секреты этого города

-К тебе можно? -Да, проходи.       Я робко зашёл в комнату Билла, когда тот крутил в своей руке стакан с бурбоном. Странная картина – видеть подростка не с бутылочкой пива, а с серьёзным взрослым напитком, который немного отгоняет от тебя внутренние переживания. Но Биллу было можно. Он спас несколько невинных жизней и убил самого главного врага нашей истории. Не каждый может похвастаться этим в свои восемнадцать. Но и хвастаться тоже было не особо чем. Денбро ведь чувствовал, что каким бы Эйдан не был плохим человеком, он всё равно его убил. И я прекрасно понимал своего друга, ведь наши моральные соображения и нормы ещё никто не отменял. Было бы намного проще, если бы родители и учителя воспитывали нас без чувства ответственности за чужую жизнь и веры в Бога, который единственный распоряжается человеческой судьбой, но кем бы мы тогда были? Монстрами, садистами, тиранами, которые не пришли бы к взаимодействию и миру во всём мире. Хотя, что говорить, человеческая раса и сейчас не может прийти к той утопии, к которой так стремится, потому что всегда найдутся такие, как Эйдан Фишер, которые решат, что их правда важнее. Как говорится, там, где начинается свобода одного человека, заканчивается свобода другого, и с этим уже ничего не поделаешь, потому что мы люди, хоть и во многом друг на друга похожи, но всё же отличаемся характером, поступками, мировоззрением, ценностями и прочим, что мешает нам жить. Сейчас я понимаю слова Эдди, который когда-то сказал мне о том, что лучше бы чувств и эмоций не было бы вовсе, ведь из-за них мы страдаем. Но и принимая во внимание то, что я могу прожить остатки дней вместе со своей семьёй, с любимым человеком, с друзьями, которые готовы меня поддержать и спасти, я выберу человеческую жизнь, не лишённую красок и хороших моментов. -Спасибо тебе за всё..И за то, что спас нас, и за то, что готов приютить моего отца. -Он точно никому не расскажет о нашем секрете? – серьёзно спросил Денбро, стараясь не показывать того, что я давлю ему на больную рану напоминанием о сегодняшнем вечере. -Нет, что ты..Точно нет. Я с ним поговорю после того, как Эдди закончит его лечить. -Хорошо, - громко выдохнул Билл это слово и повернулся ко мне. – Я рад, что вы с Эдди живы. Я рад, что мы все живы, потому что, учитывая то, как умел манипулировать и строить планы Эйдан, я немного в замешательстве, что мы, наконец, с ним расправились. -Да, с этим у вас хорошо получилось. -У нас получилось, - поправил меня Билл. Я мягко ему улыбнулся. Кажется, это был первый наш разговор в интимной обстановке без взаимной ненависти к друг другу. - Но как же Салли и остальные? Они, наверное, тоже выбрались. -Наверное, - протянул Билл. – Они представляют угрозу? -Возможно. – Ответил я, колеблясь в решении о том, рассказать ли Денбро о целительном свойстве Пустоши сейчас или сделать это завтра, после того, как все отдохнут. День выдался итак не из самых лёгких. Но мой ответ Билла не удовлетворил, и он вопросительно сщурил глаза. Мне пришлось рассказать часть этой длинной истории. – Она, Гарри, Джозеф и Шарлотт живы только потому, что Пустошь вернула их к жизни. Эйдан об этом знал, и потому специально убил их, чтобы они выжили и обрели новые силы. -Чего? – спросил Билл, изгибая бровь, и я понял, как абсурдно звучало то, что я сказал. Почесав за носом, я приготовился снова изложить ту информацию, которая сложно поддавалась объяснению, но Денбро похлопал меня по плечу и кивнул. – Я, кажется, понял. Не напрягайся. Поговорим об этом завтра. В любом случае, я думаю, что Салли и её друзья не захотят нам отомстить сегодня же. Гарри и Джозеф, если не погибли, то серьёзно ранены, а Салли без них ничего не предпримет. Что насчёт Пустоши, так мы продолжим за ней следить. Это уже, вроде, как вошло в нашу обязанность.       Я согласно кивнул и не стал более нагружать Билла информацией, которая могла бы вызвать у него бессонницу. В дверь снова постучали, и через щёлочку показалась голова Эдди. -Я закончил с Томом, - сказал он. – Его бы накормить и уложить.. -Да, конечно, - Билл направился в сторону двери, чтобы подготовить комнату моему отцу и Калебу, который оказался теперь нашим заложником. Вынужденно. Мы не собирались морить его голодом и жаждой. Просто он должен ответить на некоторые вопросы, а после мы его отпустим.       У двери Билл повернулся и обратился ко мне: -Если хочешь, можешь переночевать сегодня у нас. Я позвоню Бену и попрошу, чтобы он остался в твоём облике до завтрашнего утра. -Да, спасибо, было бы здорово.       Денбро покинул свою комнату, и следом за ним это собрался сделать и Эдди, но я его остановил. -Подожди.. Я.. Хочу сказать, в общем.. Спасибо, что вылечил моего отца, и прости за то, что сегодня произошло.. -Ничего. Всё нормально. Ты в этом не виноват. -И ты ни в чём не виноват.       Я мягко коснулся плеча Каспбрака, надеясь на то, что он вскоре отпустит свои внутренние переживания по поводу сегодняшнего вечера, но мои слова его только сильнее напрягли, и пусть я не слышал мыслей парня, я чувствовал, что он сильно разрывается от размышлений о том, как теперь быть дальше. - Ты как? – спросил меня Каспбрак, будто ни в чём не бывало. Точнее, он попытался это сделать так беззаботно, как это делал всегда, демонстрируя своё искусное владение маскировки, но я всё равно его раскусил. -Нормально. А ты? -Тоже.       В комнате повисла тишина. Ни я, ни Эдди не знали с чего начать разговор, который в любом случае привёл бы нас к тому горькому осознанию, что мы оба убийцы. Но хуже всего было то, что мы не знали, как нам к этому относиться. Я, конечно, может и успел подумать над тем, как ужиться с историями из прошлого, но как при этом будет вести себя Эдди, предположить не мог, и благо он первым задал вопрос, стоявший между нами. -Что мы теперь будем делать с этой правдой? -Думаю, нам стоит послать её куда подальше. Прошлое – это прошлое. Мы в нём не живём, - сказал я, понимая, что единственным и лучшим решением в сложившейся ситуации было игнорирование событий, приподнесённых Эйданом в ярких и жутких красках. -Да, но оно всё равно оставляет отпечаток на настоящем, - возразил Эдди. – Я вот теперь не знаю, как смотреть тебе в глаза, не вспоминая каждый раз о том, что ты узнал о настоящей смерти моего отца. Скажи, ты винишь меня?       Большим и указательным пальцем я обхватил подбородок парня и развернул его лицо ко мне, так, чтобы наши глаза встретились. -Смотри так же, как и смотрел до того, как я узнал о смерти Стью. Хотя, знаешь, ты обычно меня игнорировал и старался не замечать, так что.. - подметил я, вспоминая первые дни нашего знакомства, когда Эдди предстал передо мной в качестве мальчика-загадки.       Каспбрак слабо улыбнулся, вспомнив те дни. К уголкам его глаз подступили слёзы, и я быстро попытался его успокоить. -Эдди, не надо. Сейчас всё хорошо. А то, что было..Это не моё дело. Ты не специально, и я тебе верю. Да и потом, Эйдан обладал такой же силой, как и ты, и он сказал, что был в твоём доме, когда умер Стью. Кто знает, быть может, это он всё подстроил, чтобы ты считал себя виноватым. Эйдан хотел, чтобы мы чувствовали себя ничтожествами, но мы пообещали, что ему этого не позволим. Помнишь? Ты мне сам так сказал.       Согласно кивнув, Эдди выдохнул и, часто-часто моргая, попытался загнать выступившие слёзы обратно. -Эй, - я снова потянулся к Эдди и крепко-крепко его обнял. – Я всё ещё люблю тебя. Несмотря ни на что.       Казалось, что мои слова только сильнее действуют на Эдди, потому что он горько разрыдался мне в рубашку. -Ричи, я не хочу тебя терять. -И не потеряешь. Я рядом. Я тебя не брошу и никуда не отпущу. Слышишь?       У меня у самого неприятно защипали глаза, как только в памяти всплыла картина с Джозефом и Гарри, которые издевались над Эдди, как только я осознал тот факт, что соверши я сегодня одно неловкое движение, я мог бы его потерять.. -А как же слова Эйдана о том, что нам осталось жить не так много? Он же не соврал? Ты читал его мысли. Я видел, каким ты стал серьёзным, когда Эйдан рассказал о Пустоши. -Всё будет хорошо. Завтра мы обо всём расспросим Калеба и подумаем над тем, как действовать дальше.       Я выпалил эти слова, как самый уверенный человек на земле, который знает, как поступить в любой ситуации, но на самом деле, это было не так, и, успокаивая Эдди, я успокаивал и себя, ведь данные слова не были лишены смысла.       Я мягко притянул влажное и запачканное лицо Эдди к себе, оставляя на губах металлический привкус крови. Он так и не умылся с того момента, как мы вернулись к Денбро домой, и сразу же принялся помогать моему отцу, несмотря на то, что он сегодня узнал. Эдди спас Тома дважды, и я уж точно не мог после этого ненавидеть человека за то, что когда-то у него произошёл конфликт с собственным пьяным отцом, после которого произошёл несчастный случай. Нельзя так бескорыстно отдавать свои силы и эмоции на то, чтобы помочь другому человеку, и при этом быть убийцей. Эдди, конечно, сочетал в себе много качеств, но уж точно не тех, которые до абсурдности противоречили друг другу. -Это надо отмыть, - я провёл ладонью по щеке Каспбрака, оставляя на пальцах тёмно-бордовые кусочки крови, которые быстро успели засохнуть. Я взял парня за руку и повёл в гостевую комнату на третьем этаже, где когда-то состоялась наша первая ночь вместе, и, усадив Эдди на бортик ванны, принялся мочить полотенце тёплой водой.       Тщательно отжав ткань, я мягко коснулся кожи парня. Как заботливая мамочка, я старался не причинить боль своему ребёнку, который поранил коленку или локоть во время игры на улице. Я бы подумал даже подуть на порезы, которые оставил Эдди Гарри, но их не было. Каспбрак опять самоисцелился, и мне лишь оставалось поражаться этому чудесному процессу снова и снова.       Вообще, я мог бы и не заниматься такими, казалось бы, ванильными вещами, предоставив Эдди возможность самому принять горячий душ и смыть с себя все следы сегодняшнего кошмара, но я не хотел. Я не хотел оставлять Эдди одного и сам не хотел оставаться один. Забота и понимание – это то, что нам было нужно этим вечером.       Усевшись перед Каспбраком на корточках, я провёл полотенцем по лицу парня, но кровь не смыл, потому что ткань лишь слабо размочила засохшие кусочки, оставив ярко красный узор на лбу Эдди. Я снова поднёс полотенце под струю воды и в этот раз отжал его минимально, так, чтобы запекшаяся кровь парня приняла свою прежнюю консистенцию и впиталась в шероховатую ткань, но с новой попыткой я создал себе ещё одну проблему. Оранжевая жидкость начала стекать с лица Эдди на шею и дальше под рубашку, заставляя того заелозить на месте. Вся моя забота и романтика момента накрывалась медным тазом, но, на удивление, Каспбрак смотрел на меня с полными любви и благодарности глазами, игнорируя нормальность идеи о том, чтобы сделать всё самому.       Я аккуратно расстегнул пуговицы на рубашке Эдди и отодвинул ткань вбок, оголяя ключицу и грудь парня, на которой осталась влажная полосочка от воды. Сухой стороной полотенца я провёл по мягкой коже и против собственной воли громко сглотнул скопившуюся во рту слюну. Каспбрак, наблюдающий за этим делом снизу вверх, довольно улыбнулся, пробежавшись языком по пересохшим губам. Я чувствовал, как воздух между нами становится жарче от подступающих к голове мыслей. Я резко вспомнил, что ещё вчера у меня был мой первый секс, а уже сегодня мы с Эдди расправились с нашим врагом и теперь отмываемся от ужаса, который произошёл в доме Эйдана. Точнее, отмывался только Каспбрак, с моей помощью, которая сразу сошла на «нет», как только я увидел полюбившиеся мне ключицы. - Это странно, да? – спросил он. – Хотеть тебя после того, что мы сегодня пережили.       Я, как бы невзначай продолжил освобождать Эдди от рубашки, вынимая её из тёмных брюк, что идеально сидели на парне, и попутно расстёгивая ремень. -Да, наверное, немного.. – быстро ответил я, стараясь избежать пытливого взгляда Каспбрака, потому что, если бы я посмотрел ему в глаза, то точно признал бы тот факт, что мы и правда поступаем странно. – Но.. Может быть, таким образом мы показываем друг другу, что любим всё сильнее несмотря ни на что? И, наверное, это нормальная реакция на то, что мы хотим найти сейчас в друг друге успокоение, ведь нам хорошо, когда мы.. – Я запнулся. -Занимаемся любовью, - сказал за меня Каспбрак. -Именно. Мы освобождаемся от всего дерьма, хватаясь за это прекрасное чувство, которое рождается у нас внутри, когда мы рядом, поэтому, я думаю, что нас никто не обвинит в том, если мы займёмся сексом.       Эдди по-детски рассмеялся и склонился поближе ко мне. -А ты, философ, Ричи Тозиер. Я и не знал.       Я глупо покачал головой, мол: «Ну да, бывает», а Эдди, бросив на меня ещё один пытливый взгляд, снял, наконец, с себя расстёгнутую рубашку и бросил в сторону двери. -Я, конечно, люблю послушать твой треп, но сейчас ты, кажется, хотел меня помыть.       Такой дерзкий ответ выбил меня из колеи, и я немного замешкался, прежде чем предпринять дальнейшие действия. Резко и в тоже время аккуратно перекатив Эдди с бортика ванны на её дно и сам, наступив в это узкое корыто, я потянулся за душевым шлангом, что был прикреплен к стене. -Ты чего творишь? – смеясь в нервном возбуждении спросил Каспбрак, приподнимаясь на локтях и выпрямляя свои ноги между моими, так, чтобы нам двоим было удобно находиться в ванне. – Мы же ещё до конца не разделись. -Правда? – я повернул кран, и из шланга пошла вода, окатывая нас с Эдди первой своей холодной струёй. – Ну, тогда, значит, и постираемся.       Покачав головой, Эдди потянул меня за собой, и мне пришлось здорово постараться, чтобы в скользкой ванне удержать равновесие и не плюхнуться на Каспбрака огромным грузом. Но я это сделал и мягко приземлился коленками на дно эмалированной стали, усевшись сверху на Каспбрака. Вода стала чуть теплее, и потому мы уже не замечали того, как она обволакивает наши тела, пропитывая одежду влагой. Пусть она смывает всю боль, горечь и разочарования, что мы испытали с Каспбраком, пусть уносит это в далеко забытое и никому не нужное прошлое, пусть оставит нам ясные, чистые головы и море любви, что мы испытываем друг к другу. Мне, правда, больше ничего не надо.

***

      Как я и предполагал, ночь у меня была бессонная. Но не потому, что я долго о чём-то размышлял и не мог заснуть, а потому что я просто, по большей части, не спал. Во-первых, мы с Эдди сделали то, что хотели – мы помылись, а после, откинувшись на белоснежные простыни, принялись согревать друг друга оголёнными и разгорячёнными, а главное, чистыми, телами. Во-вторых, я несколько раз предпринимал попытки уйти в мир сновидений, но, как только у меня это удавалось, я тут же просыпался, представляя перед своими глазами образ Эйдана, что выбирается из могилы, рукой отбрасывая чёрную землю на местном кладбище. Хватаясь покрепче за Каспбрака, я приходил в чувства и понимал, где и с кем я сейчас нахожусь, и всё становилось на свои места. Первый раз Эдди даже не заподозрил, отчего я так вскочил, и, заметив, как нервно я ощупываю его тело, спросил: -Тебе ещё раз приспичило? -Ага, - пролепетал я, не сразу сообразив, что спросил у меня Эдди.       Парень, сонный и немного помятый, тут же улыбнулся, и, откинув на пол одеяло, накрыл моё тело своим, устраиваясь поудобнее, и только когда я почувствовал, как головка моего пениса соприкасается с ягодицами парня, я понял, о чём вёлся наш маленький диалог. Но возражать и противиться я, тем не менее, не стал и с радостью откликнулся на действия Каспбрака, позволяя тому руководить процессом. Мысли об Эйдане сразу же меня покинули.       Во второй такой раз моего неожиданного пробуждения Эдди сообразил, что это не связано с безумным желанием заняться сексом, и потому просто притянул меня к себе, запустив руку в волосы. Он перебирал пальцами мои кудрявые неровные пряди и тихо нашёптывал о том, что мне приснился всего – лишь - навсего дурацкий сон, который с реальностью не имеет никакой связи, и я ему поверил.       Наверное, я всё же не так спокойно переносил ту ситуацию, которая случилась у меня в жизни, как хотел, а, значит, мне просто надо привыкнуть к тому, что теперь всё будет хорошо. Ну, практически хорошо.. Если Калеб расскажет нам всем, как остаться в живых после тридцати, то я вообще умру от счастья, и это будет не самая худшая из смертей. Что ж, каламбура я не лишён, и это уже путь к тому, чтобы всё образумилось.       Пошалив со своей нервной системой несколько раз за ночь, я, наконец, дождался утра и, приободрённый, направился на кухню, где Беверли уже накладывала на стол, приготовленный для всех, завтрак. На удивление, мы с Эдди пришли одни из самых последних. Все за столом собрались только тогда, когда Стэн вышел из душа и присоединился к утренней трапезе, состоящей из тостов, яичницы, овсяной каши и фруктов. Парень был веселее всех и не особо спешил набивать свой желудок пищей, в то время как я хотел смести всё и сразу, потому что я не ел с того момента, как мы с Эдди пришли к Эйдану в гости. Пусть он и устроил вчера для нас званый ужин, есть мы с Каспбраком всё же ничего не стали. Как и мой отец, который голодал неделю, не стал принимать шикарный стол от человека, который опозорил его перед сыном и его парнем. Всё же ему было не до еды..       Тем не менее, вчера – это вчера, а сегодня – это сегодня, и, несмотря на все невзгоды, мы вместе с моими друзьями и Томом дружно решили начать новую жизнь. И стартовой точкой для реализации этой цели стало то, что мы тихо и мирно позавтракали, насладившись стряпнёй Беверли и ярким солнцем, что своими тёплыми лучами било в кухонное окно. Казалось, что всё в наших жизнях начинает налаживаться, и погода за окном вторит этому утверждению.       Уже практически под конец нашей трапезы раздался стук входной двери, и я немного осел, когда услышал надвигающиеся шаги, но, как только я услышал свой голос, то сразу понял, кто к нам заявился. Без каких-либо церемоний Бен громко обратился ко мне, даже не встретившись ещё со мной взглядом. -Чувак, я, конечно же, не против тебе помочь и поиграть перед твоей мамой любящего сына, но ты, хотя бы, создай мне для этого нормальные условия. - О чём ты? – спросил Эдди, который первым вышел из-за стола к идущему в нашу сторону Бену. -О том, что вы хотя бы презервативы за собой убирайте. Нет, ну это ни в какие ворота! Я, значит, собрался спать, разложил себе постель, и, угадайте, что я там увидел?       Беверли, Стэн и Майк громко рассмеялись, не в силах сдержать себя от такой раздирающей душу истории, а я и Эдди залились краской, ведь всё это услышал мой отец. Но Тома поразило не столько то, что мы с Эдди занимались сексом, как то, что перед его взором стояли два меня. -Пап, это Бен, - пролепетал я, чтобы перевести тему, и Хэнском принял свой настоящий облик. Том, конечно, многое вчера увидел, но всё ещё не мог принять то, что живёт в мире таких удивительных вещей. -Ой, здрасьте, - кротко сказал Бен, когда увидел всех присутствующих, чем ещё сильнее раззадорил своих друзей и вогнал в стыд меня и Эдди.       Хотя чего стесняться то? Мы взрослые люди, нам уже восемнадцать, и мы решаем проблемы вселенского масштаба. Возраст вообще не играет роли тогда, когда ты должен принимать серьёзные и ответственные решения, а мы с ребятами занимаемся этим уже в течение месяца долго и основательно.       Минутка общего веселья и нашего с Эдди позора подошла к концу, и всех присутствующих в кухне сразу же посетила мысль о том, что пора бы уже нам с Каспбраком рассказать о событиях вчерашнего вечера, чтобы определиться, что делать дальше с моим отцом, с Калебом и со всей ситуацией в Пустоши.       Мы все перевели взгляд на Фишера – старшего, что спокойно сидел за столом, выжидая того момента, когда же на него обратят своё внимание. Он знал, что мы с ребятами потребуем ответы на вопросы после того, что рассказал нам Эйдан и после того, о чём проболтался сам Калеб, а именно о секретной лаборатории, что помогла последнему сохранить свою жизнь. -Вы же понимаете, что нам придётся задать вам пару вопросов? – спросил я мужчину. В ответ он понимающе мне кивнул одними глазами. -И вы так же осознаёте тот факт, что если вы не захотите с нами делиться информацией, мы всё равно попытаемся узнать о вашей лаборатории?       Все вопросительно переглянулись, не понимая, о чём я говорю. Эту часть истории знали только я, Эдди и Том.       Калеб прожигал меня взглядом, но второй раз не кивнул. -С вами или без вас, мы всё равно это сделаем. Вы уже проговорились, что у вас есть друзья из Станфордского университета, а, значит, вы уже дали нам подсказку. И пока будут идти наши поиски, нам придётся держать вас здесь. Вы разве этого хотите?       Билл и Стэн удивлённо изогнули брови, но я перевёл на них строгий взгляд, чтобы они не выглядели так, будто мы не собираемся оставлять Калеба у себя. Калеб должен понять, что мы ни чуть не безответственнее Эйдана, когда дело касается собственных жизней. «Меня это не пугает. Я прожил у Алека в подвале около недели, но всё равно не открыл ему тайну» -И нам вы тоже не хотите её открывать?       Калеб поднял плечи вверх, как бы демонстрируя неопределённость своего ответа, что очень мне не нравилась. -Почему вы не разговариваете вслух? Вы же не немой. Вы спрашивали нас на уроке. «Общение на уроках было вынужденной мерой. Обычно у меня с этим проблемы, и разговаривать я предпочитаю вот здесь» - Калеб указательным пальцем стукнул себя по виску. -Тем не менее, я прошу вас помочь нам, рассказав всё от начала и до конца. Мы не плохие люди, и мы заслуживаем жизни, и не по нашей вине..       Я не закончил. Нехорошо было бы начинать наш допрос с пристрастием с предъявления обвинений. -Подумайте, - вступился Эдди в наш диалог, обращаясь к Калебу. – Мы вас не торопим и уж, тем более, не угрожаем. Вы и сами знаете, как поступить правильно. Вчера вы выбрали спасти нашу жизнь, а когда-то постояли и за честь моей мамы. Я думаю, что вы из добрых людей, а они всегда делают всё по совести.       Эдди махнул ребятам рукой, приглашая тех пройти в гостиную, где мы могли бы поговорить о том, чего они ещё не знают. Кухня всё же была тесновата для такого количества людей, да и Калебу надо было подумать над словами Эдди, которые, как я услышал, отозвались горьким чувством в его живом сердце. Калеба никто не тронул и более ничего не сказал, но перед тем, как выйти с кухни, каждый из друзей бросил на гостя вопросительный взгляд. Все как-то подсознательно поняли, что дальнейшая их судьба зависит от таинственного мужчины, что так на меня похож. «Пожалуйста, Калеб, открой нам секреты этого города»

***

      Отведя Тома в свою комнату и усевшись в гостиной, мы с Эдди принялись рассказывать ребятам всё то, что мы узнали за последние несколько недель. Начали мы с того, что обозначили, кто такой Калеб, чтобы ребята сразу приняли во внимание его роль в нашей судьбе.       Во-первых, он был нашим с Эйданом общим отцом.       Во-вторых, Калеб, так же как и мы, обладал сверхъестественными способностями, которые у него заключались в феноменальной памяти, в возможности быстрого анализа и синтеза информации и в прочей гениальной ерунде, которая делала его лучше любого компьютера.        В-третьих, данные способности достались ему посредством крови, которую он отдал Пустоши в свои четырнадцать лет.        В – четвёртых, то же сделала и Лиз Каспбрак, но каким образом, мы с Эдди упоминать не стали, чтобы не задевать умы друзей грязной историей из прошлого. Однако часть её нам всё же пришлось вылить наружу, рассказав о том, что союз Калеба и Лиз породил Эйдана, наделённого способностью к аудикокинезу, телекинезу и управлению болью. А вообще, кто знает, какие таланты были у него помимо тех, что он нам показал. Главное, они были и ушли в далёкий мир покоя и очищения души.       Основная же мысль из всего сказанного заключается в том, что Эйдан и есть тот самый импульс, который наделил рядом находящихся малышей сверхспособностями, и что именно благодаря ему мы с ребятами сейчас такие, какие есть. Как сработал этот удивительный механизм – мы не понимали, но факт оставался фактом – у нас есть силы, о которых никто из обычных людей и не смеет догадываться.       Ну и вишенкой на торте стал рассказ о Пустоши, которая обладает свойством исцеления и «одарения», как назвал это Эдди. Именно она когда-то помогла выжить Калебу, Джозефу, Гарри, Салли и Шарлотт и именно она наделила всех их сверхъестественной силой. Как и меня, мальчика, который решил проверить всплывшую в голове теорию на себе. Когда я рассказал всем о нашем с Эдди романтичном свидании на поляне, где я вскрыл себе вены, Стэн покрутил у виска, а Беверли в недоумении заходила по комнате. -Вы рехнулись? Проводить такие эксперименты! Да ещё и на себе! – воскликнула она, разводя руками. - А на ком же ещё нам это было делать? -Не знаю, - потерялась Беверли, - попробовали это сначала на кролике, что ли.. -Да, - поддержал Стэн. – Или на курице, как это сатанисты делают. Всё лучше, чем самому откидываться.       Тем не менее каламбур Денбро никто не поддержал, и я, было, решил продолжить свой рассказ, как в гостиной послышался ещё один голос, принадлежавший взрослому мужчине. То был Калеб. -Убийство кролика не привело бы вас к ответам на вопросы. Животные способны лишь к тому, чтобы сделать свою дубликатуру, исчезнуть или замаскироваться. Вам бы потребовалось кучу времени на то, чтобы увидеть проявление способностей этих зверей, а через неделю они, скорее всего, откинулись бы, потому что таковы законы природы Пустоши. А вам, как я понимаю, действовать нужно было срочно.       Все подняли глаза на мужчину, что вышел к нам в центр комнаты и занял одно из кресел. Все наконец-то услышали его голос, а ещё, к тому же, поняли, что Фишер – старший готов нам помочь. Я мягко сжал руку Эдди, благодаря его, тем самым, за искромётные слова, которые он сказал мужчине на кухне. -Я готов вам помочь и я расскажу всё то, что вам интересно. И ещё я надеюсь на то, что мои друзья примут вас с той же радушностью, с какой приняли вы меня. Но я ничего не обещаю. Мы, учёные, народ скрытный, и уж точно не любим, когда в наши дела кто-то суёт свой нос. А ещё я заранее предупреждаю, что, возможно, через часа два наших разговоров у меня может случиться приступ маниакально – депрессивного психоза или параноидального криза, потому что, как я уже сказал ранее, вслух я общаться не привык. -Вы ничего не говорили нам, мистер, - выпалил Бен, отчего Калеб немного улыбнулся. Надо же, в нём есть задатки нормальности. -Так какие способности ты приобрёл, Ричи? – обратился ко мне Майк.       Я посмотрел на висящую на потолке люстру и представил себе, что она тут же должна загореться. Так и случилось. Свет в лампочке озарил комнату на какое-то мгновение и снова погас. -Круто! – выпалил Бен и переглянулся со Стэном. -Вообще-то не очень, - поспешил огорчить я парня. - С теми способностями, которые у нас есть, мы не имеем права прожить больше тридцати лет.. Это же правда? - я перевёл взгляд на Калеба. Тот согласно кивнул. -К сожалению или к счастью, но это так. Пустошь даёт тебе возможность себя реализовать лишь на определённое время. Мутация в нашем организме ведёт обратный отсчёт. -Поясните. -Я заметил изменения в своём организме ближе к двадцати, когда приступы моих психических расстройств стали отчётливее. В то время я встречался с твоей мамой. - Калеб пронзительно на меня посмотрел. - Не подумай, что я плохой человек, раз бросил её сразу же после выпускного. Я просто отчётливо понял, что мне нужно срочно искать возможность спастись и выжить. Я уже тогда резко почувствовал страх, что вскоре должен умереть, и потому мне пришлось бросить Бонни, хотя она не заслуживала такого отношения с моей стороны. Твоя мама была единственным человеком, который принял мои странности после случая на Пустоши. Бонни поддерживала меня и заботилась в те моменты, когда у меня срывало крышу. Но для нашего общего блага я должен был уехать. И ты, думаю, не жалеешь, что так случилось. У тебя есть настоящая семья и молодой человек, - Калеб любовно бросил взгляд на Эдди. - А я нашёл способ выжить, и всем нам от этого теперь хорошо. -Как вы это сделали? -Мне помог мой близкий друг, который отправил мои научные работы по квантовой физике в Станфордский университет, в который меня впоследствии взяли. Сам же я не верил, что меня могут принять в одном из самых престижных ВУЗ-ов страны, потому что нормальностью я давно не отличался, и потому меня терзали сомнения. Но я поступил и очень вовремя, потому что уже тогда почувствовал, что меняюсь, а обычные врачи помочь мне не могли. В университете я сблизился с несколькими профессорами, которые как один пришли к единому мнению, что все мои изменения пошли ещё с четырнадцати лет, тогда, когда мой череп был разбит об огромный булыжник в Пустоши. Мы взяли образцы местной почвы и обнаружили, что в ней содержится огромное количество радиактивных атомов водорода. Покопавшись в библиотеке, я попытался что-нибудь найти о загрязнении Дерри данным веществом, но ничего не обнаружил, потому что правительство позаботилось о том, чтобы скрыть тот факт, что на территории штата Мэн проводились испытания по созданию атомной бомбы. Данная информация засекречена и по сегодняшний день. Вы и сами понимаете, что очень невыгодно оставлять целый штат без людей, точнее, людей без штата, в котором они благополучно живут уже в течение многих лет. Да и статистика смертности не такая большая, чтобы беспокоиться о благополучии населения.        Но давайте вернёмся к тому, как поступили мы с моими коллегами дальше. Мы провели ряд экспериментов, в результате которых обнаружили, что почва, хранящая в себе несколько десятилетий распадающиеся атомы водорода, при взаимодействии с человеческой кровью формирует особый вид радиоактивности, вызывающей в живом организме полезную мутацию. Эта мутация и даёт возможность человеку обладать сверхъестественной силой. -Но почему же тогда все люди в Дерри не обладают этой силой? - прервал Калеба Эдди. -Никто специально на Пустоши не пускает кровь , а без этого компонента не происходит возникновения радиации, мутирующей наши клетки. Да и вообще, я считаю довольно удивительным тот факт, что когда-то люди открыли такой изотоп водорода, который не способен причинить существенных нарушений в человеческом организме, какие наблюдаются при любой другой лучевой болезни. В какой-то мере мы просто счастливчики, и населению штата Мэн не стоит беспокоиться о том, как бы выжить на своей территории. -То есть, получается, мы как те чуваки из Marvel? - заключил Бен. - Мы мутанты с суперсилами? -Возможно, - ответил Калеб, - вот только жить долго и счастливо ты не будешь, если не соблюдать особый курс лечения минимум раз в год.        Мы с ребятами дружно сглотнули и посмотрели друг на друга. Перспектива пожизненного лечения для сохранения жизни не привлекала. Но что поделать? Такова была наша плата.. -Что за курс?        Калеб громко вздохнул и принялся перечислять всю последовательность терапии для сверхъестественных людей: -Плазмаферез, гемосорбция, внутренние сорбенты..       Калеб говорил слова, которые дотоле не были мне знакомы, и оттого мне становилось страшно. Год назад, сидя на контрольной по алгебре и читая мысли с решением примеров у своих одноклассников, я и подумать не мог, что всё это так серьёзно. Одно лишь радовало - Калеб делился с нами своими знаниями и готов был помочь, а, значит, мы будем живы. -Вы нас отведёте? В свою лабораторию, - вырвался у меня общий вопрос. -Возможно. Если вас примут мои коллеги. Мы пообещали, что секрет нашего тайного штаба мы открывать никому не будем. -Почему? -А зачем нам неприятности? Мы не нанимались помогать всем подряд. Если люди столкнулись с такой проблемой как у меня, значит, она у них решится сама собой. Годам к тридцати. -То есть, вы позволите им умереть? -Да. Тогда будет больше вероятности того, что такие, как Алек, не задумают использовать нашу помощь в корыстных целях. -Почему именно этот срок? И почему он сокращается тогда, когда ты добровольно приносишь себя в жертву? - поинтересовался Эдди. Он то как раз и разбирался во всём том, о чём говорил Калеб, в отличие от остальных, которые думали только о том, как остаться живыми. -Ответ на первый твой вопрос кроется в сущности явления апоптоза. -Что это? - спросил Бен. -Запрограммированная клеточная гибель, - пояснил Эдди. - Клетки перестают выполнять свои функции просто потому, что уже постарели. -Именно. И мутация способствует перекоординированию их работы. Когда же человек подвергает себя ситуациям с нарушением целостности своего организма, он лишь увеличивает работу определённых органов и тканей, что сокращает продолжительность их функционирования.       Голова снова закружилась от количества информации, которую высыпал на нас Калеб. Пусть она была и важна, но от мысли о неминуемой гибели мне становилось не по себе. Я держался из последних сил, хватаясь за руку Эдди, а он старался меня успокоить своим присутствием рядом. Гостиная и ребята сливались в одно общее пятно. Я чувствовал, как груди подступает неконтролируемая агрессия и желание расплакаться.        Что со мной происходит? -Ричи? Рич? - окликнул меня Эдди, и я поймал его обеспокоенный взгляд. -Что? - хриплым голосом вымолвил я. -Из-за тебя лампочки лопнули.       Только сейчас я сообразил, что ребята сидят не так, как прежде, а обеспокоенно прижимаются друг к другу, переглядываясь между собой. -Неприятно, да? - спросил Калеб. - Такое случается, когда ты сильно о чём-то переживаешь. Расслабься.        "Расслабься?" Это всё, что он может сейчас сказать? Мы же, блин, в дерьме. Как тут расслабиться? Будто читая мои мысли, Калеб добавил. -Я помогу вам. По крайней мере, попытаюсь. Я отвезу вас в нашу лабораторию. Другой вопрос - готовы ли вы это сделать сейчас? -Нет! - в один голос выпалили Эдди, Беверли и Бен. -У нас экзамены на носу. Пока мы их не сдадим, мы не сможем никуда уехать. -Значит, поездка откладывается на три месяца. -А я столько проживу? - буркнул я, чем испугал Беверли и Эдди. Не очень оптимистичный у меня был настрой.        Калеб мягко посмеялся и похлопал меня по плечу. -Ты сильнее, чем ты думаешь.        Мужчина встал с кресла и направился в свою гостевую комнату, чтобы всё тщательно обдумать, чему я, с одной стороны, был рад, а с другой - не очень. Калеб не ответил и на половину моих вопросов. Но всё же один из них я решился ему задать сейчас же. -Подождите. Я хочу узнать. Почему вы вернулись в Дерри? То есть, почему не рассказали Эйдану о том, что всё знаете? - Я, конечно, сначала было обрадовался, что у меня есть ребёнок от Лиз, но всё же не мог ему полностью открыться. Мы были не так близки, чтобы посвящать Алека в свои секреты. И я оказался прав, что не сделал этого. Алек был не очень хорошим человеком.. -Но он же не Алек.. - снова возразил я, на что Калеб ответил мне уже мысленно. "Знаю, но только я не хочу называть это чудовище именем, которое выбрала Лиз для нашего будущего ребёнка, когда мы были ещё подростками. Если я буду называть его Эйданом, то я просто оскверню её память..."