Луч, прорезающий дебри

— Макс? Ты здесь? Охотник замер, пытаясь понять, мерещится ему этот голос или нет. Фрилайд? Он пришёл к его пещере? Макс неверяще уставился на вход, где появилась знакомая фигура. Отблески солнца на волосах принца казались нимбом. — Фри… Фрилайд?! — Привет! Я тут шёл мимо и решил заглянуть. Шучу, специально к тебе шёл. Еле отыскал дорогу. Можно войти? Принц сделал несколько шагов внутрь и, увидев лицо охотника отчетливее, нахмурился. — Ты не заболел? Выглядишь бледным. Бледным — это, пожалуй, было мягко сказано. Макс не видел своего лица, но был уверен, что такой физиономии позавидует двухнедельный мертвец. — Я… Э-э-э… Да… Наверно слегка… Как обычно, мозг отказался выдавать что-то связное. Охотник все ещё не мог поверить, что происходящее реально. Фрилайд действительно пришёл?! — Ничего себе слегка! — возмутился принц, наклоняясь к нему и щупая лоб. — Температуры вроде нет… Как себя чувствуешь? — Не понимаю, — пролепетал Макс. Фрилайд помрачнел ещё больше. Он положил пальцы на виски охотника и закрыл глаза, сосредотачиваясь на магии. Смятение, боль, тоска — все это исчезло, смытое волнами ласкового тепла за пару мгновений. Слабость, сковывавшая тело из-за двух суток голода, тоже отступила, и Макс почувствовал прилив сил. Через несколько минут принц убрал руки. Тепло ушло, но ощущение бесконечного счастья осталось — к охотнику вернулась ясность мыслей, и он наконец отчётливо осознал, что это происходит на самом деле. — Что с тобой случилось? — требовательно спросил Фрилайд. — Ерунда, полная ерунда! — забормотал Макс, лихорадочно подыскивая объяснение. — Какая-то дрянь покусала. Но теперь я в порядке! — Нужно осмотреть место укуса, — встревожился принц. — Где рана? — Не нужно! Всё хорошо, клянусь! — Уверен? — с сомнением протянул принц. — Я могу привести врача, если… — Нет-нет, я уже прекрасно себя чувствую, — в доказательство Макс оскалился в улыбке, которая больше подходила истощенному шакалу. — Ты… Ты пришёл ко мне? — Да. Принёс кое-что. Фрилайд положил перед ним мешочек, в котором что-то зазвенело. — Тысяча золотых. На выкуп, который ты хотел, не тянет, но лучше чем ничего. Охотник растерянно посмотрел на мешок, затем перевел взгляд на принца. — Деньги? После того, что я сделал? — Ты спас мне жизнь. — Я похитил тебя! И всё случившееся потом — моя вина! — Тут, конечно, не поспоришь, — вздохнул Фрилайд. — Но если так смотреть, то и мои действия сыграли роль. Я мог бы сразу дать тебе отпор. Мог бы, в конце концов, убить того человека ещё при встрече в пещере. — Это другое! — воскликнул Макс, сжимая кулаки. — Нет, не другое. Ты ответственен только за похищение, остальное произошло не по твоей воле. А похищение я тебе прощаю. Охотник молча смотрел на него, не зная, что и сказать. Фрилайд пожал плечами. — Ну а что? Я принц, могу даровать помилование, если захочу. Какое-то время они сидели, не говоря больше ни звука. Макс не мог произнести хоть что-то, не мог подобрать слова, если не чтобы выразить эмоции, то хотя бы не сидеть как пень, а принц просто ждал. — Я, наверное, смогу купить какой-нибудь маленький домик, — неуверенно пробормотал охотник. — Обязательно приду в гости, — улыбнулся принц. Макс с трудом натянул неестественную улыбку. Его слегка потряхивало то ли от не до конца исчезнувшей слабости, то ли от сильных эмоций. — Тебе надо бы поесть, — заметил принц. Охотник кивнул и оглянулся на корзину, где оставалось ещё полно еды, большая часть которой была ещё вполне пригодна в пищу. Убедившись, что Макс действительно чувствует себя сносно, Фрилайд перестал сверлить его беспокойным взглядом. — Мой отец, кажется, поседел на пол головы за это время, — сказал он, но в его голосе не слышалось сожаления или вины. — Моё исчезновение дало какой-то толчок его безумию, и он, не из любви ко мне, разумеется, а из-за чести, натворил всякой ерунды. — Это какой? — промычал Макс сквозь огромный кусок хлеба. — Дал солдатам слишком много свободы. «Делайте что угодно, но найдите моего сына»… Они проверяли всех и каждого, заглядывали в любую щель, и во время поисков попортили немало чужого имущества. А теперь не желает признавать свою вину и требует, чтобы люди все так же платили подати. — Ну, он же король. Их хлебом не корми, дай пособирать налоги… Фрилайд невесело усмехнулся. — Он так глупо себя ведёт… Даже советники убеждают его снизить налог, а он ни в какую. Считает, что покажет этим слабость. Что уж говорить, даже Макс считал, что король ведёт себя глупо. Слабость или нет, но и дураку было ясно, что налогов не могут быть оплачены, если их оплачивать нечем. А уж он знал, как работают королевские солдаты — огнём и дубиной, оставляя за собой покалеченных людей и сожженные дома. Похоже, принц ещё не видел вживую последствий, иначе бы не говорил об этом так спокойно… — Ты осматривал деревню? — спросил Макс. Ответ Фрилайда подтвердил его догадку. — Пока нет. Я только мельком взглянул на вокруг сегодня, проезжая мимо. Думаешь, стоит обойти её, поговорить с людьми? — Нет-нет, — поспешно замотал головой охотник. — Они сейчас точно не в настроении видеть знать. Пожалуй, если разрушения были действительно велики, народ мог не только оказаться не в настроении, но и проявить жажду мести. А беззащитный принц — последнее, что им нужно видеть. Взгляд Макса только сейчас упал на весьма массивную сумку, которую принёс с собой Фрилайд. И с этой тяжестью он пробирался по лесу? — Что это? — Камзолы для болотных духов и семена для фей. Глаза Макса округлились. Он не только поспешил сразу выполнить обещание, но и принёс все сам? А ведь мог взять с собой парочку слуг… — Слугам в лесу делать нечего, — сказал принц, словно прочитал его мысли. — Я бы не стал показывать им твои тайные тропы. К тому же, здешние жители вряд ли оценят такую делегацию. «Так вот, почему он пришёл ко мне — чтобы я проводил его к болотникам и пикси!» — подумал охотник. От этой мысли он почему-то почувствовал облегчение, словно что-то непонятное встало вдруг на свое место, получив объяснение. — Тогда пойдём? — предложил он. — Нет уж, — отрезал Фрилайд. — Ты выглядишь недостаточно здоровым для такой прогулки. — Одного я тебя не пущу! — воскликнул Макс, прежде чем у него возникла мысль, что сформулировать стоило чуть менее выразительно и чуть более убедительно. — А я и не один, возьму бумажную птичку, — попробовал было отшутиться принц, но на лице охотника читалось такое волнение, что он опустил глаза и кивнул. — Ну ладно, в другой день сходим. Макс вздохнул с облегчением. Одно дело — добраться крутыми, но относительно безопасными тропками до его пещеры, и совсем другое — идти в самую глубь безо всякой защиты. Фрилайд, конечно, имел удивительную способность находить общий язык с самыми разными существами, но на это нельзя было полагаться. — Есть какие-то планы по поводу дальнейшей жизни? — поинтересовался принц. — Останешься в этих краях? — Да, — не задумываясь, ответил Макс. Само собой, пока Фрилайд здесь, охотник никуда не уедет. Что бы ни пришлось терпеть, он стерпит всё, лишь бы хоть изредка видеть принца. А если королю взбредет в голову вновь куда-то переехать, Макс пойдёт следом, хоть в снежные горы, хоть в низовья самого Лимба. — Здорово, — Фрилайд казался искренне обрадованным. — Было бы жаль, если бы ты уехал. Принц и вправду не хотел с ним расставаться или это была просто вежливость? — Да куда мне ехать-то, — пробормотал охотник, отводя лихорадочно заблестевшие глаза.

***

Дэйл смотрел на Макса со зловещей улыбкой, демонстрируя окровавленные зубы. Кровь стекала по его шее, груди, капала на землю, уже сплошь пропитавшуюся алым. На остром кинжале Дэйла тоже была кровь — но не его. Макс никак не мог вспомнить, кому она принадлежит — это кто-то очень важный для него, его имя вертится на кончике языка, но никак вспоминается… Охотнику хотелось кричать. Он чувствовал ужас, сковывающий его по рукам и ногам, и с каждой минутой росло ощущение, что сзади находится что-то страшное, на что он не в силах взглянуть. Что-то гораздо страшнее Дэйла. Чьё-то мёртвое тело… — Макс! Макс! Охотник вздрогнул и открыл глаза. Он что, заснул? Фрилайд с тревогой смотрел на него. — Ты в порядке? — Кошмар приснился, — пробормотал Макс, принимая сидячее положение. Как он умудрился заснуть? Он помнил, как они с принцем сперва наблюдали за маленькими големами, которые решили обустроить огород на голом камне, а потом… Похоже, эти три ужасных дня вымотали охотника настолько, что он не заметил, как уснул. Максу хотелось треснуть себя по голове, да посильнее из-за ощущения такого стыда, как будто с него посреди людной площади вдруг свалились штаны. А под штанами ничего нет. — Может, тебе лучше не ночевать в пещере хотя бы сегодня? — спросил принц. — Я могу снять для тебя комнату на постоялом дворе. — Нет-нет, все хорошо, — поспешил уверить его Макс. Сердце бешено стучало. Чувства, вызванные кошмаром, ещё не отступили до конца, и ему сильно, просто безумно хотелось обнять Фрилайда. Или хотя бы а взять его за руку. — Уже темнеет, — принц оглянулся на вход в пещеру. — Мне стоит остаться с тобой? Макс чуть не зарычал от досады. Мало того, что заснул в самый неподходящий момент, так ещё и проспал до вечера, так бездарно потратив это время! Он очень хотел, чтобы Фрилайд остался… Но это, очевидно, вызовет большие проблемы у принца. — Представляю физиономию короля, если ты опять не вернёшься домой… Я в порядке, правда. Давай провожу. — Не надо, я сам, — ответил Фрилайд. — Дорогу я уже выучил. А ты отдыхай. — Ты… придёшь ещё? — спросил охотник, тяжело сглотнув. — Если ты не против. — Я всегда рад тебя видеть. На глаза навернулись слезы, и Макс поспешно отвернулся, делая вид, что просто протирает заспанные глаза. «Держи себя в руках, идиот!» — мысленно сказал он себе. — Можно оставить сумку у тебя? — попросил Фрилайд. — Да, да, конечно. Кажется, его голос прозвучал неестественно, деланно. Не хватало только, чтобы принц подумал, будто Макс не хочет этого… «Так, успокойся и веди себя не как последний идиот», — приказал себе охотник, поднимаясь. Не считая небольшой слабости, физически он чувствовал себя вполне нормально. — Я все же тебя провожу, — твёрдо произнёс он.

***

Удивительно, как быстро полное отчаяние сменилось на бесконечное счастье. Если утром Макс был на грани самоубийства, то теперь ему хотелось жить, как никогда. Они с принцем снова расстались у дороги, но теперь он точно знал, что на следующий день снова увидит любимое лицо. Они пойдут на болото, чтобы отдать духам обещанные камзолы, проведут вместе целый день. Может быть, принц придёт ещё раз, если они не успеют в тот же день добраться и до фей. Что будет потом, после того, как Фрилайд закончит свои дела, охотник не хотел думать. Ему предстоит чудесный день, остальное пока неважно. Вернувшись в пещеру, Макс с жадностью набросился на еду. Человечки-големы обрадованно заскакали, увидев, что он больше не желает морить себя голодом. «И чего они за меня волнуются?» — удивлённо подумал охотник. Но вскоре крошечные фигурки потеряли к нему интерес. Двое малышей затеяли дуэль на сосновых иголках из-за дамы, которая игриво закрывала лицо веером-лепестком. Макс искренне смеялся, наблюдая, как старательно они пытаются уколоть деревянные тела друг друга. У Фрилайда была поразительная магия. Он не просто заставил игрушки двигаться, он оживил их и дал свободу. Охотник не разбирался в магии големов, он вообще не разбирался в магии. Но это было удивительно. Принц был удивительным. Макс закрыл глаза и откинулся на спину с широкой улыбкой на лице. Скорей бы наступило утро… Охотник спал всего пару часов, и большую часть ночи провел в нетерпеливом ожидании рассвета. Ему казалось, что время течёт слишком медленно, и ночь должна была закончиться уже давно, но небо все так же оставалось тёмным. Чтобы хоть немного отвлечься, Макс зажёг побитый светильник и вытащил пустой кусок картона. Давненько он не брался за кисть… Краски запылились, иссохли, цвета при бедном освещении были плохо различимы, но Макс все равно старательно наносил мазок за мазком. Вскоре с жёлтой от времени картонки ему улыбалась лицо Фрилайда. Охотник с радостью отметил, что ему удалось изобразить хотя бы часть того света, которое исходило от принца. Эта улыбка гипнотизировала, пусть даже и была всего лишь мазками красок. Макс легонько провел пальцем по уже подсохшей картине, с нежностью гладя нарисованное лицо. — Я люблю тебя, — прошептал он. — Люблю, люблю, люблю… Вот бы он родился в благородной семье… Бывал бы при дворе, где видел бы принца каждый день, беседовал с ним, мог бы сопровождать на прогулках… Дворяне ведь всегда так делают: какая-нибудь шишка голубых кровей решит пройтись из одного конца сада в другой и за ней тотчас устремятся толпы придворных. Принцы никогда не ходят одни. Кроме Фрилайда. Макс вздохнул, задумчиво глядя на картину. Неужели Фрилайда настолько не уважают во дворце, что у него даже нет этого хвоста из напудренных идиотов? С одной стороны, Макс при одной только мысли очень хотел отогнать даже воображаемых идиотов подальше, но с другой — он чувствовал злость от того, что люди в упор не видят, как прекрасен их принц. Да эти твари должны валяться у него в ногах, не смея даже взглянуть наверх! Охотник с радостью бы отдубасил каждого из безмозглых придворных, а тех людей, кто позволяет себе пренебрежительные замечания в адрес Фрилайда, убил бы без раздумий. И почему он появился на свет безродным бедняком, а не каким-то бароном, которому положено пойти в рыцари?.. Начинало светать. Солнце не успело толком встать, зато охотник был уже полностью готов к походу. Он пытался прикинуть, когда примерно ждать принца — тот вставал рано, однако вряд ли явился бы прямо с рассветом. Наверняка он ещё лежал в кровати. Макс понимал, что беспокойным хождением из угла в угол (впрочем, углы, в привычном понимании этого слова, в пещере отсутствовали) он никак не повлияет на течение времени, но все равно не мог усидеть на месте. Он то и дело выглядывал наружу, размышляя, не стоит ли спуститься Фрилайду навстречу, но все же не решался уйти от места, где они договорились встретиться. Принц настоял на том, чтобы Макс не выходил его встречать. Охотник не слишком понял, тревожится ли тот за его самочувствие или же опасается слежки. Как бы то ни было, ему оставалось только ждать.

***

Макс услышал приближение принца ещё издали. Сперва он даже подумал, что ему почудилось: ну подумаешь, пара птиц взлетела, мало ли что могло их спугнуть… Но через пару минут он убедился в том, что это действительно Фрилайд. При виде принца в груди разлилось тепло, даже жар, и охотник забеспокоился, не порозовели ли его щеки, выдавая эмоции. Макс не знал, что ему стоит сделать: пригласить Фрилайда посидеть в пещере или сразу отправиться в путь. — Смотри-ка, кажется, у големов свадьба, — принц обратил его внимание на маленьких человечков. И правда, эти крошки бурно справляли какое-то празднество, сгрудившись вокруг двоих. Приглядевшись внимательнее, Макс узнал в виновниках торжества недавних драчунов. Дамы возле них не было. — С чего ты взял, что это свадьба? — растерянно пробормотал охотник. Ответа не потребовалось — големы начали целоваться. Вернее, просто тыкаться головами, потому что лиц у них не было. — П-пора нам идти, — дернулся Макс. Теперь краска смущения точно залила щеки. — Кстати о свадьбах, — сказал принц, наклоняясь за сумкой. Охотник тотчас перехватил ношу, не собираясь давать ему тащить тяжесть, пусть и не большую. — Отец совсем ополоумел и решил закатить бал. — Бал? — удивился Макс. — В честь чего это, когда казна истощена? — Хочет найти Линнеусу невесту. Побогаче. — А, старый добрый брак по расчёту… — У нас иначе не бывает, — со вздохом ответил Фрилайд. — Если супруги друг другу не противны — уже хорошо. Они вышли из пещеры и двинулись по направлению к ядовитым болотам. — Как же счастлив, что не имею титула наследного принца, — сказал Фрилайд. — А то пришлось бы жениться мне. — Да уж, — пробормотал охотник. Не хотелось даже представлять подобную перспективу. — И ради женитьбы устраивать бал? — спросил он через некоторое время. — И так разоряться? В народе вот делают иначе: просто прибивают на видном месте письмо, мол, ищу мужа или жену, столько-то лет, такое-то хозяйство. Принц рассмеялся. — Нет, этот способ нравится мне не больше королевского. Я бы предпочёл идти под венец с тем, кого люблю, а не с кем удобнее. — А ты… — Макс осекся прежде чем успел задать неуместный вопрос. Он сделал вид, что закашлялся, лихорадочно соображая за выигранные мгновения, что спросить. — А ты любишь балы? — В детстве очень любил. Сейчас они стали изрядно скучнее, но все-таки танцы меня все так же очаровывают. Макс никогда не любил, да и не умел танцевать. Вернее, он вообще ни разу не пробовал, а со стороны в целом был равнодушен. Может, на какой-нибудь балет он бы и посмотрел, да только за это надо платить, а деревенские пляски выглядели просто раздражающе. — Кажется, дождь будет, — сказал принц, глядя на небо. — Как думаешь, успеем пойти ещё и к пикси? — Не уверен. Но мы можем сходить к ним и завтра, верно? — Завтра, наверно, начнут готовиться к приёму и тогда отец заставит меня сидеть во дворце. А потом бал, и после него гости разъедутся не сразу… Не хотелось бы откладывать и дальше. Максу, напротив, не хотелось укладываться за один день, чтобы обеспечить себе и вторую встречу с принцем. — Спешка в лесу может быть опасна, — ответил он. — Феи подождут пару дней, ничего с ними не случится. Во время дождя тропы становятся скользкими. — Ну да, — неуверенно согласился Фрилайд. К болоту они вышли через несколько часов: Макс вёл принца другой дорогой, занимавшей больше времени, но менее сложной. Охотник огляделся вокруг в поисках духов. Никого не было видно. — Ну и где их теперь искать? Кочку, что ли, поджечь, чтобы вылезли? — Я принёс камзолы, — громко сообщил принц, и со всех сторон мгновенно послышался шорох травы, засверкали глаза-огоньки маленьких человечков. — Ваше Высочество! — радостно завопили болотники, бросаясь к пришедшим. Макс опустил сумку на землю, Фрилайд открыл её и принялся вынимать один за другим красные бархатные камзолы как раз по размеру этим малышам. Как такая куча одежды, пусть и маленькой, уместилась в одной сумке, охотник так и не понял. — Спасибо, спасибо! — кричали духи, расхватывая камзолы. Они сразу натягивали их на полупрозрачные тела, визжа от восторга. Макс даже улыбнулся, глядя на это веселье. Получив одежду, духи как будто позабыли о людях, не обращая на их присутствие никакого внимания. Они вертелись друг перед другом, щупая одежду и обмениваясь комплиментами. — Кажется, нам тут больше делать нечего, — шепнул Фрилайд. Охотник и принц тихо ушли, не мешая болотникам радоваться камзолам. — Наверно, к феям мы всё-таки успеем, — сказал Фрилайд, посмотрев наверх. Небо потемнело, но ещё не затянулось тучами, в ближайшие пару-тройку часов вряд ли пошёл бы дождь. — Пойдём, — согласился охотник, не решившись оспорить желание принца. Ему было стыдно за своё стремление помешать Фрилайду быстро расправиться с делами. Но он бы жизнь отдал, только бы тот пришёл в лес ещё раз. А потом… Отголоски того выжигающего изнутри холода, который он чувствовал в те дни, когда Фрилайд вернулся во дворец, заставили его поежиться. Разум изо всех сил пытался оттолкнуть мысли о грядущем одиночестве, но теперь они все равно начали возвращаться. Макс уже испытал эти чувства — и это было чуть ли самое ужасное время в его жизни. — Ты будешь ходить в лес, если купишь дом? — спросил вдруг Фрилайд. — Или тебе не захочется сюда возвращаться? — Наверно буду, — растерянно сказал Макс, не понимая, к чему этот вопрос. — Отлично, — обрадовался принц. — Мне очень нравится здесь. Ты не будешь против составить мне компанию на прогулках? Сердце охотника подпрыгнуло, и ему показалось, будто оно вот-вот выскочит прямо из горла. Они продолжат видеться? Он не ослышался? — К-конечно, — выдохнул Макс, с трудом скрывая волнение. — Буду рад. Он уже был не просто рад — он был счастлив. Абсолютно счастлив. Ему хотелось кричать, как ребёнок, бежать или скакать, петь — да что угодно! Охотник ускорил шаг. Теперь, когда он знал, что ему предстоит ещё множество встреч с принцем, Максу больше не хотелось оттягивать визит к феям. Напротив, с этой мелкотой надо было разобраться поскорее, чтобы не попасть под ливень, который в некоторых частях леса и правда мог быть опасным. Они потратили ещё несколько часов на дорогу. Наконец перед ними оказалось поле с густой высокой травой и каменным «мостом» из огромных валунов. — Эй, мошкара, — позвал охотник. — Вылезайте. Тишина. Трава не шевелилась. — Может бросить туда камнем? — предложил Макс. — Думаю, просто зайти будет достаточно, — ответил принц и, прежде чем охотник успел его остановить, протянул руку и раздвинул молчаливую траву. В ту же секунду над полем взмыли сотни крылатых существ и ринулись было на потревоживших траву гостей, но, узнав их, остановились. Из роя вылетела королева и сдержанно поприветствовала принца. Но когда она услышала о семенах, ее маленькое личико посветело и стало дружелюбнее. Пикси начали разбирать семена, но в этом они не уподабливались болотникам, не кидались на подарки с детской непосредственностью, а делали все степенно и согласовано, будто пчелы в улье. Королева тем временем беседовала с принцем. Макс не прислушивался к их разговору, который сводился к обсуждению принесенных семян, но следующая фраза феи заставила его напрячься. — Мы не могли не доложить лесному королю. Он желает вас видеть и надеется, что вы не откажетесь нанести ему визит в это воскресенье. — Я обязательно приму приглашение, — ответил Фрилайд. Макс всерьёз заволновался, но при королеве этого показывать не стоило. — Нам бы поторопиться, — сказал он, стараясь выглядеть не слишком озабоченным. — Дождь скоро пойдёт. На прощание с королевой ушло ещё добрых десять минут. Охотник не уставал удивляться нерациональности знати. Обычный человек просто скажет «До свидания» и уйдет, но особы благородных кровей должны раскланиваться дольше, чем длилась беседа. Наконец феи нырнули обратно в свое море травы, и Макс поспешил отвести принца подальше от их ушей. — Не ходи к лесному королю, — прошептал он. — Это может быть ловушкой. — Ты знаешь лесного короля? — спросил Фрилайд. — Полагаешь, у него злые намерения? — А какие ещё?! — само собой вырвалось у Макса, но после этого он все же вынужден был признаться: — Нет, не знаю. Где уж простому охотнику лично знать властителя этого леса! Он не попадается на глаза людям, как мелкая нечисть. Как короли людских царств скрываются за стенами огромных дворцов, так и высшие фэйри редко выходили из самой тёмной чащи леса, куда не пройти без их воли. Вообще-то обилие королевских титулов среди фэйри создавало путаницу для людей, далёких от дивного народа. Взять, к примеру королеву полевых пикси — таких, как она, в одном этом лесу несколько сотен. В каждом рое пикси — своя царица, как у пчёл или муравьёв, но правят они лишь на небольшой территории: на одном поле, пруду или болоте. А вот лесной король правит всей нечистью, живущей в этих местах. Но и на этого правителя найдётся правитель повыше: королева всех фэйри. Где она находится, никто из людей, разумеется, не знал. Вообще отношения людей и дивного народа были довольно прохладными: иногда между ними возникали конфликты, иногда заключалась сделки, но в целом обе стороны предпочитали держаться друг от друга на расстоянии, не считая всяких племён друидов и прочих феепоклонников. — Зачем правителю леса приглашать к себе человека? Он явно что-то задумал! — Например, установить дипломатический контакт? — предположил Фрилайд. — Сотни лет не хотел, а теперь вдруг передумал? — возразил Макс. — Почему бы и нет? Но на самом деле, мне кажется, он заинтересовался моей магией. Помнишь, как странно отреагировали пикси? — И не только они, — охотник был вынужден согласиться. — Лиана липла к тебе, как кот к бутылке мяты. — Королевский лекарь очень мудрый человек, но пикси были правы — люди не чувствуют магию так тонко, как волшебные существа. Мне и самому интересно узнать, что они думают. — Честно говоря, я почти не понимаю, о чем речь, — признался Макс. Ему было чертовски любопытно услышать подробности, но он все ещё боялся попросить. Однако Фрилайд, как оказалось вовсе не считал это чем-то настолько личным, чтобы не делиться с собеседником. — У любого волшебника есть некий резерв магии. Его величина и восстановление может сильно отличаться у разных людей, а ещё люди по-разному контролируют магию. Некоторым сложно вызвать свою магическую силу, у некоторых, напротив, происходят спонтанные выбросы. У меня, по-видимому, нарушена магическая оболочка: она слишком слаба, чтобы сдерживать магию, поэтому волшебная энергия как бы перетекает через край. Так сказал лекарь. — Но он мог ошибиться? — Всё возможно, — пожал плечами принц. — Только я понятия не имею, что именно встревожило фей и что упустили врачи и наставник. Я хочу узнать больше. Макс его отлично понимал. Но всё-таки визит к лесному королю был не самым безопасным вариантом. — Возьми с собой охрану, — предложил он. — Боюсь, тогда мне просто не позволят выйти из дворца, — вздохнул Фрилайд. — Если отец узнает, куда я собрался, он посадит меня под замок. — Да-а, не повезло тебе с папашей, — протянул охотник. Дождь начался, когда они подходили к пещере. Вдалеке загремели раскаты грома, засверкали ветвистые молнии, воздух наполнился запахом грозы. Крупные капли забарабанили по листьям деревьев. — Переждем у меня, — сказал Макс. Благо, до пещеры оставалось всего пять минут. Когда дождь перерос в настоящий ливень, они уже были внутри. Охотник развёл костёр и пригласил принца поужинать, про себя отметив, что пора пополнить запасы чем-то поприличнее вяленого мяса, чёрного хлеба и каких-то солений. Дождь продолжался часа два. Когда с неба перестали литься потоки воды, вечерняя темнота как раз начала наползать на лес. Принц должен был возвращаться домой. Как бы Максу ни хотелось задержать его подольше, он заставил себя смириться. Ведь они расстаются не навсегда, как он думал ещё утром! Через какое-то время Фрилайд снова придёт к нему. Этой мысли хватало для того, чтобы чувствовать себя счастливым, несмотря на не нежелание расставаться сейчас. Макс проводил принца до дороги, где послушно ждал его конь. Охотник хотел было потрепать скакуна по золотой гриве, но тот с возмущенным ржанием отшатнулся — похоже, не забыл напавшего. Тепло распрощавшись с Фрилайдом, он отправился обратно в пещеру.

***

В деревне царила странная атмосфера из непонятной смеси подавленности и возбуждения. — Ничего не осталось, ничего! — плакалась торговка овощами соседу по ряду. — Весь огород растоптали своими железными сапожищами! Вот что им там надо было? Неужто думали, что я прячу принца в компостной яме? На прилавке у неё лежало несколько измятых пучков зелени и пара пожухлых кабачков. — И чем налоги платить? — вздохнул сыродел. — А король, дрянь, такая, бал устраивает! Чтоб они там все подавились! — Хоть бы нас уже завоевал кто-то понормальнее. Сил моих нет! — в сердцах сказала торговка. Макс молча ходил между поредевших рядов, выискивая, что купить из съестного. Спасибо королю — покупать было особо нечего. На большой дороге временами проезжали богатые экипажи, не останавливаясь перед деревней, а только прибавляя скорости. Это гости начали съезжаться к завтрашнему балу. Красивые породистые лошади везли богато украшенные кареты, в окошках которых иногда виднелась женская голова. Причёски у этих леди были одна другой страшнее — казалось странным, как хрупкая барышня может тащить на голове что-то в две раза больше себя. Кучеры свысока смотрели на прохожих и понукали лошадей скакать быстрее. Никто не хотел задерживаться у этой бедной деревеньки, населенной полуголодными людьми с недружелюбными лицами. Макс отчего-то не мог перестать думать о предстоящем празднестве. Вернее, об участии в нем Фрилайда. От мысли, что принц будет танцевать с какой-то размалеванной и надушенной дамой на него накатывала злость. Впрочем, если дама окажется приятной и привлекательной, злости не станет меньше. Все равно охотник не мог представить, чтобы кто-то оказался достоин принца. Да будь она хоть первой красавицей — разве заслуживает танца с Фрилайдом? А вдруг… Что, если это зайдёт дальше? Все-таки балы для того и придумали, чтобы искать на них кавалеров и дам сердца. Эти мысли грызли его изнутри, не давая сосредоточиться на хорошем. — Молодой человек, купите бинокль! — раздался голос очередного торговца, отчаявшегося продать свое барахло. Бинокль… Макс задумчиво почесал подбородок. Возле стены, окружающей дворец, росли высокие деревья — можно залезть и взглянуть, что видно в окнах. — Так и быть, давай, — сказал он, протягивая торговцу монетку.

***

Скрипач поднёс смычок к скрипке, арфистка закрыла глаза и замерла, готовясь коснуться струн, трубач набрал полную грудь воздуха. Мелодию начал пианист. Первые ноты играл он один, затем подхватил остальной оркестр.Бал начался.Макс сидел на дереве уже пару часов. С самого утра он пришёл сюда с недавно купленным биноклем и подыскал самое удобное место для наблюдения. Поначалу он видел лишь то, как придворные снуют по бальному залу, подготавливая кресла для отдыха гостей, поправляя украшения и оттирая от окон микроскопические пылинки. Но вот, наконец, гости начали собираться в зале, они толпились стайками, иногда загораживая вид на распахнутые двери. Макс внимательно смотрел туда, ожидая, когда же появится Фрилайд. Через некоторое время, когда зал был уже полон, до его ушей донеслась музыка. Оркестр начал играть, но ещё никто не спешил закружиться в танце. Казалось, все чего-то ждут.Мелодия замедлилась, стала торжественной и неторопливой. Среди присутствующих прошло волнение, все уставились на двери, которые в какой-то миг успели закрыть — и как Макс это упустил? — и отступили к стенам.Двери медленно открылись снова. В зал гордой походкой вошёл король Авитус. Полы его мантии поддерживали двое придворных, на голове короля красовалась, сверкая драгоценными камнями, золотая корона. Чуть позади, по правую и левую стороны за ним следовали два принца. Увидев Фрилайда, Макс замер. Эти пышные кружева на рукавах и воротнике делали его внешность ещё нежнее, чем обычно. Золотая вышивка на светлом камзоле по цвету идеально подходила к волосам, которые украшал жемчужный венец. Охотник едва не выронил бинокль из рук, потому что все тело затопило тягучее тепло, лишая сил.Боже, как он красив… Макс забыл, как дышать. Ему это будто и не было нужно — казалось, он может получить всё, что нужно для жизни, только глядя на принца. Когда он видит Фрилайда, не нужна ни еда, ни вода, ни воздух… Король прошествовал к трону и водрузил на красное бархатные сидение свое царственное величество. Фрилайд и Линнеус сели по обе стороны от него — один слева, второй справа. Макс только мельком взглянул на второго принца — как он мог смотреть на кого-то, помимо Фрилайда? Но мимолетного взгляда хватило, чтобы понять, что младший брат не идёт ни в какое сравнение со старшим. Может быть, для объективного наблюдателя, его красота ничем не уступала, но для охотника он не отличался от каменного столба. Красив столб или нет — да кто об этом задумывается? Столб есть столб, никто не обращает на него внимания. Зачем смотреть на столб, если перед тобой прекрасная картина, которой можно любоваться без перерыва веками, тысячелетиями? Охотник заметил, что гости начали танцевать, только когда одна пара пронеслась совсем близко от трона. Король наклонился ко второму принцу и что-то сказал, глазами указывая на кого-то в зале. Линнеус поднялся и скрылся в вихре танцующих пар, направившись в том направлении. На лице Авитуса появилось удовлетворение. Немного поглазев по сторонам, он обратился к Фрилайду. Увидев, как брови принца нахмурились, Макс страстно возжелал скорейшей смерти короля, желательно, от его рук. Король и первый принц о чем-то спорили. Выражение мерзкой физиономии короля становилось все более раздраженным, а Фрилайд казался все более мрачным, если не злым. Так непривычно было видеть эти эмоции на его лице… Макс ерзал на дереве, скрипя зубами и до побеления костяшек сжимая бинокль. О чем они говорят? Что старый самодур хочет от принца? Фрилайд резко встал и, бросив гневный взгляд на отца, сошёл с возвышения, где стояли три трона. Охотник сразу потерял его из виду среди кружащихся пар, пестрящих нарядами, где один был ярче другого. О, с каким удовольствием он бы разбил свинскую рожу короля!.. Авитус всем своим видом прямо-таки излучал превосходство. Он взирал на гостей снисходительно, его оценивающий взгляд блуждал по залу, ни на ком особо не задерживаясь.Мелодия закончилась. Подождав с минуту, оркестр заиграл новую, и люди вновь закружились в танце. Как раз к этому времени Макс наконец отыскал в этой толпе Фрилайда.Уж лучше бы он с самого начала не лез подглядывать… Затаив дыхание, охотник следил за тем, как принц подаёт руку какой-то девушке. Дама расплылась в широченной улыбке и застенчиво захлопала наклеенными ресницами. По телу Макса пробежала дрожь отвращения. Ему до безумия хотелось схватить эту девку и отпилить обе руки тупым ножом, а потом вывесить на всеобщее обозрение на площади, чтобы навсегда отбить охоту у ей подобных прикасаться к Фрилайду. Что за мерзкие лапы! Наверняка измазаны в белилах и пудре. А эти волосы! Да трава, насыпанная на лысину смотрится естественнее! Ярость и боль затопили разум охотника. Мир перед глазами начал приобретать кровавые оттенки. Он не моргая смотрел, как Фрилайд и размалеванная уродина кружатся в танце, одна рука принца лежит на перетянутой корсетом талии, вторая держит белую ладошку. Эта девка недостойна даже находиться рядом с ним, не то что танцевать! Макс до крови искусал губы, с трудом удерживаясь от злобной брани. Стража с той стороны стен вряд ли дружелюбно улыбнётся, обнаружив, что кто-то сидит на дереве и шпионит за аристократами.Танец закончился, но принц не спешил оставлять свою спутницу. Они стояли рядом, о чем-то беседуя, а когда оркестр вновь заиграл, продолжили танцевать. Охотник чувствовал к девушке такую ненависть, что готов был живьём содрать с неё кожу, а затем, освежеванную, но ещё дышащую, бросить в железного быка. Ну какого чёрта?! Неужели она понравилась принцу? Как такое отвратительное, уродливое существо может кого-то привлечь? Макс готов был разрыдаться от бессилия и злости. Вдруг что-то стукнуло его сзади. От неожиданности охотник чуть не упал с ветки, но вовремя смог вернуть равновесие. Он не разглядел толком и не сразу понял, что это было, но когда кто-то рванул из его рук бинокль, не задумываясь, ударил по напавшему кулаком. — Кар-р-р! Крупная ворона неуклюже отлетела в сторону, уронив бинокль, который всё-таки смогла выхватить. Видимо, металлические части ярко сверкали на солнце, чем привлекли жадную птицу, а Макс сидел так неподвижно, что та его попросту не заметила. Как назло, бинокль упал не под деревом, росшим почти вплотную к стене, а по ту сторону, на территорию дворца. Охотник в сердцах обругал зловредную птицу последними словами, на что она ещё раз громко каркнула и улетела восвояси. В саду, казалось, никто не заметил происшествия. Или там никого не было? Макс пополз вперёд, к самой стене, и осторожно посмотрел вниз. Так и есть — охрана в этой части сада отсутствовала. Наверняка вся стража сейчас стояла у входов и выходов, а кому нужно охранять весь периметр ограждения? Стена была покрыта толстыми стеблями вьюнов, способных выдержать вес человека. Пожалуй, он мог быстро спуститься за биноклем и тут же залезть обратно… Ещё раз внимательно оглядевшись вокруг, охотник подобрался к краю и спрыгнул вниз. — Эй! Что ты делаешь? Проклятье! Как он умудрился не заметить, что здесь кто-то есть? Макс резко обернулся и едва успел уклониться от руки стражника, собиравшегося схватить его за шиворот. Проворно, как обезьяна, он отскочил, позабыв про бинокль. Черт с ним, надо скорее сматываться! Охранник хоть и был совсем близко, вряд ли имел шансы схватить незванного гостя — они такие неповоротливые в своих доспехах, что в быстроте проиграют даже пятилетнему ребёнку. Однако Макс не учёл очень важную вещь. Стражники никогда не ходят по одиночке. Когда он осознал свою ошибку, было уже поздно — крепкие руки схватили его, не давая двинуться с места.