Луч, прорезающий дебри

Оглядевшись вокруг, Макс попытался оценить обстановку. Паника захлестывала его, заставляя тело дрожать, однако охотник был почти уверен, что сможет справиться с троллями, если только освободится. Но верёвки были слишком прочны. Тролль ударил Фрилайда по щеке. — Эй, ты! — приказным тоном позвал он. Макс дернулся изо всех сил, пытаясь вырваться из пут. — Не прикасайся к нему, тварь! Тролль с усмешкой повернулся к охотнику и издевательски хмыкнул: — Из твоих костей я сделаю отличный сервиз и подарю своей невесте. Если бы ярость Макса стала материальной, от этих двух троллей не осталось бы не только костей, но и лужи крови. Но он был бессилен. Второй тролль потопал в другой конец помещения, который охотник не мог видеть из-за широкого столба, к которому был привязан. Со скрипом крупный уродец разместился то ли в кресле, то ли на стуле. — Да разбуди ты уже этого человечишку, — недовольно просипел он. — Хочется пожрать вкусного мясца. — Сейчас, — буркнул его приятель. Потыкав принца лапой и не получив результата, он некоторое время помялся на месте, а потом вдруг расплылся в пугающем оскале. Тролль подмигнул Максу и крикнул второму: — Разжигай-ка печь! Охотник в отчаянии зарычал, прилагая все силы, чтобы разорвать верёвки. Ему казалось, что кожа под ними разрывается от давления, но даже это не ослабило путы. Из них невозможно было бы освободиться даже великану… Хотя… Быть может, Фрилайд мог их развязать? Охотник вспомнил, как легко принц избавился от его верёвок, хотя он был уверен, что связал его очень надёжно. Тролль отошел на пару минут, оставив Макса в страхе гадать о том, что же произойдёт. Через некоторое время он вернулся, держа в руке кусок ветки, тлеющей с одного конца. Когда охотник осознал его намерения, то стал вырываться так яростно, что одежда под веревками начала пропитываться выступившей кровью. — Не смей! — вопил он. — Не смей его трогать, слышишь! Тролль только фыркнул, а затем грубо дёрнул воротник принца, оголяя его плечо. Насмешливо подув на палку, он быстрым движением прижал раскаленный уголь к обнажённой коже Фрилайда. Принц дернулся всем телом, судорожно глотая воздух. От внезапной жгучей боли он задыхался и не мог даже кричать, зато кричал Макс. Так отчаянно, что даже тролль, казалось, посмотрел на него с удивлением. Горящая палка упала на пол, и принц со стоном поник, тяжело дыша. В следующий миг серая лапа тролля вцепилась в лицо охотника и потянула на себя. — Заткни пасть, — прошипел тролль и грубо пихнул его, оставив на щеке царапины от острых ногтей. Но Макс даже не почувствовал боли. — Ты чего не помыл котёл с прошлого раза? — зло спросил второй откуда-то сзади. — Гляди, сколько дряни налипло. Иди и помоги, если хочешь сегодня пожрать! Тролль фыркнул и поплелся к нему, ворча что-то себе под нос. Теперь охотник смог увидеть сильный ожог на плече принца, оставленный обугленной палкой. От мысли, как это было болезненно, Макс содрогался. — Фрилайд, — негромко позвал он. Принц что-то простонал в ответ так тихо, что слов было не разобрать. — Фрилайд, послушай, — охотник старался придать голосу твёрдости, но он все равно дрожал и срывался. — Послушай, ты должен развязать верёвки, хорошо? Ответом ему вновь был невнятный стон, в котором едва угадывалось «Я не могу». — Пожалуйста, Фрилайд, ты можешь, — умоляюще шептал охотник. — Прошу, иначе нас убьют. Кажется, эти слова подействовали на принца. Он с трудом поднял голову, жмурясь от боли. Его тело окутал едва заметный тусклый свет, а затем веревки сами упали на пол, будто внезапно умершая змея, которая секунду назад ещё затягивала кольца вокруг добычи. Фрилайд кое-как высвободился из них и подполз к Максу, который следил за его действиями, затаив дыхание. Было видно, что каждое движение даётся принцу с трудом и он прилагает все усилия, чтобы оставаться в сознании. — Просто развяжи меня и все, — бормотал охотник сквозь слезы. — Я убью этих ублюдков… В этот момент он ненавидел себя лишь немногим меньше, чем троллей. Несмотря на данную ему силу, он все равно не справился и позволил такому случиться… Фрилайд еле-еле стянул с него верёвки и почти упал в его объятия, что-то прошептав. Макс бережно уложил принца на пол и, утерев кулаком свои слезы, поднялся. Рука нащупала на поясе лишь пустой футляр кинжала — сам клинок, очевидно, сняли тролли — но это ни на каплю не уменьшило решимость охотника. Всё вокруг стало багровым, словно в пожаре. Макс едва осознавал, что делает. Его разум переполняла лишь звериная ярость, а тело как будто двигалось само. Его движения были такими точными и резкими, что все заняло едва ли больше двух минут. Охотник опомнился только когда уже стоял над двумя изуродованными трупами. Он с отвращением отшвырнул окровавленную вилку, которой расправился с обоими троллями, и бросился к Фрилайду, на ходу вытирая руки о рубашку. Макс склонился над ним и осторожно отодвинул прядь волос, чтобы взглянуть на рану. Удар пришёлся немного выше виска. Охотник тяжело сглотнул, подумав, что ещё несколько сантиментов вниз — и принц мог бы не выжить. Рана от удара была не такой страшной, как показалось Максу издалека. Он знал, что под кожей головы расположено много сосудов, поэтому кровотечение и было обильным. — Фрилайд? — тихо позвал охотник и слегка потряс за здоровое плечо. Тот не двигался. Он всхлипнул и склонился ещё ниже, почти касаясь лбом груди принца. Подрагивающие пальцы охотника судорожно сжимали его одежду. Максу было страшно. Ему не понаслышке было известно, что удар по голове, даже не смертельный, может привести к плачевным последствиям. Один из его знакомых когда-то ослеп, упав со скалы, а ещё одна женщина до конца своих дней не узнавала собственных детей. Охотник отчаянно желал, чтобы принц открыл глаза, но вместе с этим содрогался, думая о боли, которую тот испытает. Как бы Макс хотел владеть целительной магией… А у него была лишь сумка с бесполезными травами, да и ту тролли забросили черт знает куда. — Пожалуйста, Фрилайд, скажи что-нибудь, — умоляюще шептал охотник, нежно, почти невесомо поглаживая лицо и волосы принца. — Прошу тебя… Нужно было что-то делать, хотя бы вытереть кровь и обработать ожог. Макс с трудом нашёл в себе силы отстраниться от принца и оглядеться вокруг. Они находились в просторном помещении внутри одноэтажного деревянного дома. Здесь легко можно было бы сделать несколько комнат, однако тролли не озаботились стенами, и обеденный стол, печь, пару кроватей и открытый сундук с оружием ничего не разделяло. Свою сумку вместе с погнутым ножом он увидел в углу на куче хлама, состоящего из мешков, битой посуды и оленьих костей. Он поспешно схватил её и вытряхнул содержимое прямо на пол. Нектар мертвоцвета пусть и не считался самым эффективным болеутоляющим, но все же был лучше, чем ничего. Откупорив флакон, Макс вылил немного жидкости на ожог. Слёзы душили охотника, а перед глазами бесконечно вставала картина: тролль подносит горячий уголь к плечу принца и злорадно ухмыляется, прижимая его к нежной коже. — М-макс… Охотник встрепенулся, услышав тихий стон, и обеими руками схватил лицо Фрилайда, аккуратно поворачивая к себе. — Я здесь, я здесь, — сбивчиво забормотал он, задыхаясь от волнения. Принц смотрел сквозь полуприкрытые ресницы затуманенным взглядом. — Как ты? Тебе больно? — Тролль… — Всё хорошо, его больше нет, — успокаивающе прошептал Макс. — Троллей нет. Мы в безопасности. Насчёт безопасности, впрочем, он поспешил, однако сейчас это его почти не волновало. — Посмотри сюда, — охотник поднял руку. — Сколько пальцев видишь? — Не знаю… Много… Макс перевёл взгляд на свой одиноко поднятый указательный палец. Если это сотрясение мозга, то не самой лёгкой степени. Во всяком случае, было очевидно, что по крайней мере день или два, и это в лучшем случае, принц будет не в состоянии продолжать путь. Фрилайд попытался поднять голову, но тут же со стоном зажмурился. — Тихо, тихо, не двигайся, — дрожащим голосом прошептал Макс. Почему он не умел исцелять или успокаивать боль, как Фрилайд? Он ненавидел себя за то, что не может толком помочь. Да и как он вообще мог допустить случившееся? Что за охотник умудряется не заметить приближение тролля? — Больно? — Голова… Кружится… — еле слышно пробормотал принц. — Не шевелись, не надо. Я сейчас перенесу тебя на кровать… Макс бережно, стараясь не тревожить, поднял его на руки и понёс к ближайшей кровати. Она была раза в полтора шире и длиннее обычной, но при этом не высокой. Охотник опустил принца на мягкую меховую постель. — Фрилайд? — шепотом окликнул он. Тот не ответил — похоже, снова погрузился в забытье. Макс поправил прядь волос, упавшую на лицо, и ласково провел пальцем от скулы до подбородка. Сердце затопило такой болезненной, горькой нежностью, что он не удержался и наклонился к принцу, едва касаясь губами лба. Это было короткое, еле ощутимое прикосновение, но по телу Макса пробежала дрожь, его бросило в жар, и он резко отстранился, закрывая лицо руками. Пытаясь хоть немного успокоиться, он почти до крови прикусил костяшки пальцев. Это не особо помогало. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот не выдержит и разорвётся. Ему потребовалось не менее десяти минут, чтобы взять себя в руки и встать. Охотник собрал травы и припасы, что высыпал на пол, и принялся перебирать их в поисках чего-то подходящего для того, чтобы нормально обработать и перевязать обожженное плечо. Огонь в печи, затопленной троллями, ещё не погас, будто только и ждал, когда на него что-нибудь поставят. Макс решил заварить листья блестянки поганой, которая, вопреки своему названию, была неплохим лекарством, ускоряющим заживление ран и придающим сил. Он капнул в отвар немного настойки мертвоцвета, чтобы придать обезболивающий эффект. Макс не читал ни целительских книжек, не толстых учебников по ботанике, но, как и любой охотник, разбирался в травах достаточно, чтобы выживать в дикой природе. Однако в лесу росло мало трав, обладающих действительно чудотворным действием. Не было здесь ничего, что могло бы исцелить рану за несколько часов или поставить на ноги человека, который не мог двигаться. Охладив отвар, Макс достал чистую ткань и принялся прилаживать повязку. Он старался касаться ожога как можно меньше, чтобы не причинить лишней боли. От одного взгляда на него накатывала такая ярость, что начинали дрожать руки. Ему хотелось убить этих троллей ещё десять и двадцать раз, самыми жестокими способами. Перевязав плечо принца смоченными в целебном отваре лоскутами, охотник начал аккуратно вытирать кровь с его лица. Почувствовав прикосновения мокрой ткани к виску, принц тихонько застонал. — Фрилайд? Ты меня слышишь? — с надеждой позвал охотник, однако принц не ответил. Макс тяжело вздохнул, подумав, что сейчас не следует его тревожить. Чем меньше боли почувствует принц, тем лучше. Охотнику так хотелось забрать его боль себе, но увы, он этого не мог. Макс сел на пол у изголовья кровати и облокотился на стену. Его собственное самочувствие оставляло желать лучшего: голова болела после удара, однако охотник игнорировал это. Нервы были взвинчены до предела, и он едва сдерживал дрожь во всем теле, стараясь не поддаваться страху. Но ему было чертовски страшно за Фрилайда, как бы он ни пытался убедить себя, что принц будет в порядке. Видеть его таким было невыносимо. Вдруг Макс что-то не заметил и рана на самом деле куда серьёзнее? Вдруг его жизнь в опасности? Охотник царапал ногтями свои плечи, чтобы отвлечься от дурных мыслей и не дать себе запаниковать. С каждой минутой ему становилось все страшнее.От внезапного шума снаружи он едва не вскрикнул. Кто-то неспешно подбирался к хижине, топая тяжёлыми лапами. Ещё один тролль! Взгляд Макса метнулся от валящейся у печи окроваленной вилки к ножу, приведённому в негодность. Лезвие было согнуто под большим углом. Зато охотник заметил в сундуке среди примитивных тролльих дубин ещё и человеческое оружие. Он бросился к сундуку и схватил первый попавшийся кинжал. Шаги приблизились к двери, а затем раздался стук. — Роггу, ты там? Макс замер, стараясь не издать ни звука. Раз тролль стучал, значит, жил не здесь. Возможно, он уйдёт, если решит, что дома никого нет? — Я слышала, как ты копошишься! Ты же обещал, что мы встретимся сегодня! Охотник сжал кинжал. Неужели сюда явилась та дамочка, которой предназначался сервиз из костей Макса? Что ж, теперь она получит разве что кости своего жениха… Похоже, затаиться охотнику не получится. Впрочем, он знал, что тролли не отличаются умом, и подумал, что, быть может, он сумеет этим воспользоваться. Во всяком случае, попытка не пытка. Если можно избежать драки, лучше это сделать. Лишние хлопоты сейчас ни к чему. — Я сегодня не могу, — сказал он, стараясь сделать голос как можно ниже. — Я простудился. — Ой, бедняжка! — посочувствовала троллиха. — У тебя и голос сел! Сварить тебе горячий суп из лосиной крови? — Нет, лучше уходи, а то заразишься, — с трудом сохраняя нужные нотки, проговорил Макс. — Ла-адно, — растерянно протянула невеста. — Тогда я приду завтра? Или послезавтра? — Приходи после-после-после-послезавтра. Или ещё позже. Эта зараза, она… очень заразная. Максу показалось, что он даже слышит, как троллиха медленно загибает пальцы. — Крэгг тоже заболел? — она никак не хотела отставать. — Да, — со злостью ответил охотник. Имитировать троллий бас становилось совсем сложно, у него действительно заболело горло от напряжения. — Он спит. Уходи, пока мы его не разбудили. Троллиха ещё немного потопталась у двери и наконец вздохнула: — Ну ладно. Пока… Максу хотелось выскочить следом и хорошенько её отпинать. Простояв в напряжении у двери пару минут, он убедился, что гостья действительно ушла. Охотник положил кинжал и вернулся к кровати. Перспектива вырисовывалась не радужная. Оставаться в хижине было опасно, но покидать её ещё опаснее. Лес, судя по всему, кишит троллями, которые, несмотря на свои размеры, умеют подкрадываться незаметно. Макс подумал, что неплохо было бы вернуться обратно через пещеру сфинкса и пойти другим путем, пусть даже намного более длинным. Вот только как найти вход в стволе дерева среди тысяч таких же? Охотник даже не представлял, в какой он теперь стороне. Да и можно ли войти в искаженное пространство с другого конца? Он тяжело вздохнул и опустил голову на кровать, тихонько накрыв ладонь принца своей. *** Макс не то чтобы даже задремал, а скорее впал в оцепенение, глядя куда-то в одну точку. Будто его тело требовало отдыха, чем и решило заняться, несмотря на то, что разум был слишком взбудоражен. Охотник слышал быстрый стук собственного сердца и чувствовал гнетущую тоску, которая, словно болото, затягивала его так медленно и плавно, что даже гипнотизировала этим. Вместе с тем его слух был достаточно обострен, чтобы улавливать любые шорохи снаружи. Когда Фрилайд пошевелился, он вздрогнул, резко сбрасывая леденящую пелену. Охотник склонился над ним, с волнением заглядывая в синие глаза, даже в полутьме не теряющими свой цвет. — Наконец-то ты пришёл в себя, — он вытер рукавом выступившие слезы. Принц приподнялся, пытаясь сесть. — Стой, стой, не спеши, — испугался Макс. — Не надо вставать. — Всё нормально… Ой, чёрт… — Фрилайд неудачным движением задел повязку и поморщился от боли. Не слушая просьбы охотника лечь обратно, он все же принял сидячее положение. — Что случилось? — растерянно спросил принц, глядя на забинтованное плечо. — Тролли… Макс сглотнул, чувствуя вновь накатывающую ярость. — Тролли нас сюда притащили и… хотели съесть. Один из них… — он вновь замялся, пытаясь справиться с гневом, — решил, что будет забавно обжечь тебя горячими углями. Фрилайд осторожно приподнял ткань, чтобы посмотреть на ожог. — Ничего, — пробормотал он. — Мне казалось, все куда хуже. — Сможешь себя исцелить? — с волнением спросил охотник. — Думаю, да, но не сразу. И… вряд ли сегодня я буду в силах идти дальше, — принц со вздохом потёр виски и нахмурился. — Мне нужно немного времени. Кстати, а что с тро… Он не договорил, потому что уже увидел ответ на свой вопрос: две тролльих туши лежали в луже крови, блестящей в свете печного огня. Макс смущённо отвёл взгляд. — Прости, — тихо проговорил он. — Я не успел убрать. И к тому же, понятия не имею, куда их спрятать. От мысли о том, что ему придётся копать огромную яму, а потом тащить туда трупы, у него в два раза сильнее заболела голова. Но не выбрасывать же их на всеобщее обозрение! И уж точно не оставлять здесь — для Фрилайда это не самое приятное зрелище. — Но не беспокойся, я с этим разберусь, — сказал охотник, прикидывая, на сколько кусков придётся разрубить тела, чтобы запихнуть их в печь. Небольшая сценка Троллиха: Тук-тук. Впустите меня. Макс: В целях предотвращения распространения коронавирусной инфекции необходимо соблюдать социальную дистанцию в два метра. Для троллей — три. Троллиха: Чего? Макс: Где твоя маска? Где результаты ПЦР-теста и QR-код? Троллиха: Чего-чего? Макс: Без этого не пущу. Обратись в ближайший пункт вакцинации и потом приходи. Троллиха: Куда? Макс: Сто кедров на север, тысячу на восток, а дальше прямо по направлению, указанному хвостом третьего по счёту дятла. Троллиха: Я скоро вернусь, милый. Мы поженимся, родим много-много уродливых деток и будем жить долго и счастливо! Макс: Да-да, конечно. Несомненно. Так все и будет. Тролль-жених: *рыдает по-призрачному*

***

Ночь опустилась на лес, принеся неожиданный холод. Максу оставалось только порадоваться, что они находятся в доме с четырьмя стенами и, главное, с печью. Он подбросил дров в огонь, и вскоре по комнате распространилось приятное тепло. Заварив уже третью по счету порцию целебных трав, охотник капнул туда немного настойки мертвоцвета и поднёс Фрилайду. Принц лежал на кровати, прижимая ладонь к плечу чуть выше ожога. Из-под его пальцев струилось золотое сияние, но по его бледному лицу было видно, что исцеление идёт не слишком успешно. Макс тихонько присел на край кровати. — Ну как? — спросил он. Фрилайд со вздохом опустил руку и сел, принимая кружку с отваром. — Трудно. Мне что-то мешает колдовать. Магию сложно направлять, она как будто течёт мимо, а в цель попадают лишь капли. Охотник осторожно сдвинул повязку и увидел, что ожог немного затянулся. Но это было совсем не то, что следовало ожидать от лечебной магии. — А голова? — Макс убрал прядь волос принца, чтобы взглянуть на рану от удара. Здесь дело обстояло лучше — осталась лишь ссадина и почти прошедший синяк. Охотник ласковым движением заправил прядь ему за ухо, не сумев сдержать порыв нежности. Так хотелось обнять его и расцеловать, каждым прикосновением забирая боль… — Гораздо лучше, — ответил Фрилайд. — Немного шумит в ушах, но это ерунда. А вот ожог… Он поморщился от боли, и у Макса сжалось сердце. — Дай мне ещё мертвоцвета, — попросил принц. Охотник протянул ему флакон, в котором оставалось уже немного. Оставалось только надеяться, что Фрилайд сможет исцелить рану быстрее, чем закончится обезболивающее зелье. Пусть эффективность мертвоцвета не была идеальной, все же это было гораздо лучше, чем ничего. Потребовалось капель десять, чтобы унять боль. — Почему же он не исцеляется? — пробормотал Макс, помогая поправить повязку. — Мне кажется, дело в кедрах, но я ещё не понимаю, как это работает… Если тролль обжег меня кедровой веткой, то возможно, что остаточная энергия дерева отталкивает мою магию. — Это плохо, — нахмурился охотник. — Её можно убрать? — Должна сама постепенно развеяться. Я не знаю, как ускорить её исчезновение в наших условиях. За дверью кто-то заскребся, и Макс моментально вскочил, бросаясь за кинжалом. Спустя секунду он понял, что не стоило так подрываться, выставляя себя параноиком перед принцем — там был явно кто-то маленький, мышь или… — Это наши големы! — воскликнул Фрилайд, указывая на щель. Между дверью и полом просунулась деревянная лапка и призывно заскребла. Когда охотник приоткрыл дверь, три птицы и зайчик заскочили в помещение и радостно устремились к принцу. Макс на это только фыркнул. Он и думать забыл о големах, которых все это время не было рядом. Ему сложно было определиться, что он чувствует по отношению к деревянным существам. Восхищение, потому что их так искусно создал Фрилайд? Ревность, потому что они забирали часть его внимания? Охотник всегда раздражался, когда големы начинали ластиться к принцу. Ему хотелось убрать их прочь и самому прильнуть к нему. — Тебе надо отдохнуть, — посоветовал он. — Поспи немного. — А ты? — Я не хочу спать. Хоть Макс и не был полон сил, сна не было ни в одном глазу. Чувство возможной опасности держало в постоянном напряжении, не давая расслабиться и позволить себе отдых. — Тогда просто посиди со мной, — попросил принц. Охотник молча кивнул и сел на кровать. Фрилайд улыбнулся ему и, устроившись поудобнее, закрыл глаза. Макс смотрел на его лицо, с облегчением понимая, что мертвоцвет достаточно унял боль. Принц больше не выглядел напряжённым от боли, скорее просто усталым. Охотник надеялся, что ему удастся выспаться, прежде чем настойка перестанет действовать. Стараясь не скрипеть кроватью, Макс облокотился на стену, позволяя своему телу немного расслабиться. Големы понимающе отползли от принца и, недолго думая, устремились к охотнику и устроились под боком, как цыплята. Тот только бессильно вздохнул и не стал их прогонять. . Время текло медленно. Потрескивали дрова в печи. За окном шуршали от ветра деревья, а из щелей веяло холодом. Но в помещении было тепло благодаря огню, к тому же, Макс накрыл Фрилайда меховым одеялом и набросил краешек себе на ноги — благо, оно было достаточно большим. В целом, обстановку можно было назвать уютной, если не считать следов крови на полу, который охотник вытер не слишком старательно. И, конечно же, если забыть, что они окружены враждебным лесом со странными деревьями и троллями-людоедами. Но теперь Макс был уверен, что больше не будет настолько беспечным и не подпустит врага так близко. В голове не укладывалось, как он мог прозевать приближение тролля. Неужели опять непонятная магия кедров? Охотника терзала совесть, медленно и методично выкручивая что-то в груди железной лапой. Всё случившееся было его виной. Фрилайд пострадал из-за него. Из-за того, что он был недостаточно внимателен и быстр. Перед глазами снова и снова вставала картина, как тролль грубо оголяет плечо бесчувственного принца и прижимает пылающий уголь, нанося ужасный ожог… Этот ублюдок умер слишком быстро. Максу хотелось сжечь его заживо, медленно, по кусочкам отрывая обугленную плоть. И хотелось вернуться в прошлое и броситься наперерез троллю, приняв удар на себя. Сколько раз он клялся уберечь Фрилайда от любой боли? И не справился, как самый жалкий слабак, не способный ни на что. Тихий стон вырвал его из тяжёлых мыслей. Принц хмурился во сне, учащенно дыша. Кажется, ему снился кошмар. Макс склонился над ним и провел рукой по волосам, ласково шепча: — Тише, все хорошо, все в порядке… Фрилайд приоткрыл глаза, глядя на него сонным взглядом. — Тролли… Огонь… — пробормотал он. — Нет никаких троллей, не бойся. Я рядом, я не дам тебя тронуть, — шептал Макс, успокаивающе гладя его по голове. Принц вдруг схватил его за воротник рубашки и притянул к себе, обвивая его шею рукой. Охотник пораженно замер, чувствуя, как бешено заходится сердце. Краска смущения залила лицо, его бросило в жар. Но он не посмел выскользнуть из объятий и только осторожно сдвинулся чуть вбок, чтобы лечь рядом. Фрилайд прижался к нему, вновь погружаясь в сон, на этот раз спокойный. Макс чувствовал себя будто вылепленным из воска и плавящимся от внутреннего жара. Его тело стало ватным, а мысли плыли, словно в дурмане. Почти не осознавая, что он делает, охотник опустил голову и во второй раз за сутки поцеловал принца в высокий лоб. Из глаз сами собой потекли слезы, и он судорожно вдохнул. Казалось, он вот-вот задохнется от переполняющей грудь нежности. Губы беззвучно шевелились, как будто пытались высказать слова любви, но голос пропал… Да и разве Макс мог произнести такое вслух? Фрилайд не должен был узнать о его чувствах. Иначе… Об этом даже не хотелось думать. *** За всю ночь охотник не спал ни минуты, просто лежал, закрыв глаза и вслушиваясь в ровное дыхание принца. Ему было тепло и почти спокойно. Вернее, он знал, что опасность может вернуться в любой момент, но наслаждался каждым мгновением выигранного покоя. Когда занялось утро, он тихонько выбрался из постели и подошёл к двери. Окон у этого дома не было, поэтому нужно было открыть дверь, чтобы осмотреться. Утренний холод заставил Макса поежиться. Вокруг было туманно, а на траве лежали крупные капли росы. Поняв, что в такой дымке он не разглядит никаких ориентиров, охотник вернулся в дом. От скрипа половицы Фрилайд проснулся. Увидев встревоженный взгляд принца, Макс поспешил его успокоить: — Всё тихо, здесь никого нет. «Надолго ли?» — вздохнул он про себя. — Как твое плечо? Фрилайд сдвинул повязку и посмотрел на рану. — Понемногу заживает. Не так быстро, как хотелось бы, но уже лучше, чем вчера. Макс облегчённо вздохнул. И правда, ожог затягивался, хоть и не так быстро, как должен был под волнами целебной магии. — Знаешь, эти кедры действительно интересны, — сказал принц. — Они могут нам пригодиться. Охотник молча пожал плечами. Он уже успел пропитаться ненавистью к злосчастным деревьям, мешающим своей непонятной аурой. Но если Фрилайд считает их интересными, то он смирится с горсткой семян и парой веток в сумке. — Думаю, я сегодня уже смогу идти, — уверенно произнес принц, вставая с кровати. — Здесь небезопасно оставаться. — Как небезопасно и выходить в лес, — возразил Макс, внимательно следящий за его движениями. — Давай отсидимся хотя бы ещё один день. Нельзя просто взять и пойти сквозь эту чащу. — Да, ты прав, — немного поразмыслив, ответил Фрилайд. — Что ж, тогда ещё один день. Охотник слабо улыбнулся, всей душой надеясь, что этот день пройдёт спокойно и не принесёт новых проблем.

***

Еда почти закончилась. А големы ни в какую не желали отправляться на охоту или хотя бы найти фрукты, орехи, ягоды — что там ещё росло в этих местах? К счастью, Макс увидел большой ящик с кореньями, родственными картофелю. Очевидно, на них и выживали тролли в отсутствие мяса. Они были хотя и пресными на вкус, но при этом весьма питательными. Охотник отобрал самые лучшие и принялся готовить. Фрилайд тем временем сосредоточенно изучал свежее кедровой полено, пропуская через него какие-то волны энергии. Залюбовавшись его выразительным профилем, охотник отвлёкся от чистки кореньев достаточно, чтобы рука соскользнула. Лезвие ножа оставило порез на подушечке пальца. — Чёрт! — прошипел Макс, оглядываясь в поисках чего-то, чем можно вытереть кровь. Не хватало только запачкать все кругом… Он даже не заметил, что Фрилайд подошёл к нему, оставив свое полено. Когда рука принца легла ему на плечо, охотник чуть вздрогнул от неожиданности. Фрилайд накрыл его ладонь своими, и тут же боль и жжение в пострадавшем пальце исчезли. Спустя минуту принц убрал руки, и Макс увидел, что кровотечение остановилось, а края пореза сомкнулись. — Не стоило… — пробормотал он в смущении. — Стоило, — улыбнулся принц. Охотнику захотелось обнять его, и это желание было таким сильным, что в груди защемило. Он не мог отвести глаз от Фрилайда и несколько раз открывал и снова закрывал рот, не зная, что сказать, но очень желая произнести хоть пару слов. «Ты прекрасен», «ты — самый чудесный человек в мире», «ты — смысл моей жизни» — эти фразы вертелись у него в голове, но им нельзя было позволить слететь с языка. Макс с трудом заставил себя опустить взгляд и продолжил чистить коренья. Вскоре будущий обед перекочевал в громадный котёл — поменьше у троллей не нашлось, а тот, что был у охотника, оказался слишком мал для того, чтобы стоять на печи. — Кажется, я понял, в чем дело! — воскликнул Фрилайд. Оставив коренья вариться, Макс подошёл к принцу. — Ты разобрался с магией кедров? — Не совсем. Они отталкивают почти все виды магии из тех, что мне доступны. Но суть не в этом, а в том, почему мы не добрались до границы с Гулинией. — Потому лесной король нас обманул? — с невеселой усмешкой предположил Макс. — Он говорил, что пещера выведет нас к границе, а не к троллям в пасть. — Думаю, лесной король тут не при чем. Гулиния — равнинная страна с жарким климатом, а мы явно находимся в горах, да ещё среди кедров с уникальной магией, о которых я никогда не слышал. А ведь будь это место и правда близко к границе, о нем бы писалось в книгах. — Так что, нас выбросило совсем черт знает куда? — испугался охотник. — Есть и такая вероятность. Но мне кажется, все куда проще: мы до сих пор находимся в искаженном пространстве. — В ис… Макс изумленно замолк. Все становилось на свои места: отсутствие ориентиров, бесконечный лес, магия… Ему и в голову не приходило ничего подобного. — Тогда как же нам отсюда выбраться? С рекой все было понятно, а тут… Искаженная река перенесла их на немалое расстояние, как должна была сделать и пещера: в одном пространстве ты проходишь двадцать шагов, а в другом преодолеваешь двадцать километров. — Может быть и наоборот, — сказал Фрилайд. — Можно бесконечно идти в одном направлении, но при этом едва сдвинуться с места. — Ничего не понял, — спустя пару минут напряжённого обдумывания признался Макс. Ему было стыдно за свою тупость, но что он мог поделать? — Смотри, — принц вырвал ненужный листок из эльфийского словаря, который сильно потрепало за это время. — Представь, что это пространство, которое нужно пройти. Заходишь с одного конца, выходишь с другого. Река и пещера соеращали нам путь. Фрилайд сложил лист пополам и отогнул его края, сделав похожим сбоку на букву Т. — Ты просто пропускаешь середину и с одного края сразу переходишь на другой. Но если сделать вот так, — он свернул лист в трубочку. — Ты не сможешь дойти и будешь бесконечно ходить кругами. Макс, внимательно следивший за его движениями, кивнул. — Значит, нужно просто повернуть вбок и выйти из трубы? — Либо найти отверстие, — Фрилайд указал на протертость на жёлтом листке. — Теорию понял, — кивнул Макс. — Но что на практике? Как нам дырявить пространство? — Будь на моем месте сильный волшебник, он изучил бы направления магических полей и открыл портал в нужное место. Но нам придётся действовать по-другому. Я постараюсь использовать энергию этого леса в нашу пользу. — А её можно использовать? — поднял брови охотник. — Если только я правильно понял, в чем секрет этих кедров… Злешние деревья сами по себе напоминают миниатюрные искажения. Мне кажется, они не просто отражают магию — они её поглощают и просто выплевывают лишнее. Как сосуды, которые наполняются до определённого объема, а затем вода начинается литься через край. А чем больше напор — воды или энергии — тем дальше отлетают брызги. Поэтому магия не попадает в цель. Но если древесина не отталкивает магию, а поглощает её, это значит, что я смогу сделать из неё голема. И он, как часть этого пространства, вероятно будет знать, куда нам идти. В ответ Макс мог только поморгать глазами и выдавить восхищенное «Ух ты…» Фрилайд, вроде бы, объяснил все достаточно просто и доступно, но охотник понимал и не понимал одновременно. «Как человек вообще может быть способен на подобное?» — подумал он, глядя на принца с открытым ртом. Будучи довольно слабым магом, Фрилайд все равно творил невероятные вещи, как будто из раза в раз находил способы обойти законы природы. — Тогда… Тогда я пойду принесу материалы, — наконец выдавил из себя охотник. ****Материалами в основном стали шишки, потому что свежих веток было не достать — слишком высоко они росли. Только сухие палки, да парочка сломанных белками или птицами валялась поблизости, и охотник с радостью их подобрал. Отходить от хижины он не рискнул, поэтому просто обошёл вокруг и вернулся к принцу с тем, что нашёл. Тот, поблагодарив, тотчас принялся за дело. Постепенно кучка шишек начала превращаться в нечто оформленное. К тому времени, когда коренья наконец сварились, Фрилайд как раз закончил мастерить голема. Это оказался дракон размером с кошку. Всё его тело — лапы, туловище, длинная шея, голова — состояло из шишек. Кусочки веток сформировали когти и зубы. Дракон грациозно потянулся, выгнув чешуйчатую спину, и уставился на Макса глазами-камешками. Завороженный охотник протянул руку, чтобы погладить новосозданное существо, но голем вдруг извернулся и поцарапал его когтистой лапой. — Сильфи, не надо так себя вести! — расстроенно воскликнул Фрилайд и схватил Макса за руку. — Глубоко поранил? Но дракон лишь ободрал кожу, оставив розовые полосы. Тем не менее, принц все равно наложил исцеляющее заклинание, не успел охотник сказать и слова. Полосы тут же побледнели. — А ты у нас, прости за каламбур, важная шишка, да? — саркастично спросил Макс, смерив оценивающим взглядом Сильфи. Голем равнодушно отвернулся. — С характером оказался, — буркнул охотник. — Извини, — вздохнул Фрилайд, виновато глядя на него. — Я не знал, что он так себя поведёт. — Ты что, не извиняйся! — тут же испугался Макс. — Он мне этим даже нравится. Нравился, впрочем, дракон ему только как результат труда принца, а не сам по себе. Будь он животным, то сразу получил бы хорошего пинка для разъяснения, кто тут главный. — Я сделаю ещё нескольких големов и отправлю их на разведку, — сказал Фрилайд, отбирая у Сильфи словарь, который тот вознамерился погрызть. Его голос прозвучал так, будто он не был убеждён в успехе, даже несмотря на то, что сумел создать существо из этой древесины. Охотник ободряюще улыбнулся принцу. — Я уверен, у нас все получится. До самого вечера Фрилайд мастерил големов. Так как шишек, собранных поблизости, хватило бы максимум дракона на полтора, он отказался от идеи делать сложные фигуры. Теперь по всей хижине шастали презабавные существа, каждый из которых состоял из одной-единственной шишки и ножек-палочек. Некоторые были снабжены и руками. Эти малыши постоянно путались под ногами, и Максу только и приходилось смотреть, как бы на кого-то не наступить. Когда шишки закончились, принц приказал големам выстроиться в ряд и сосчитал их. — Двадцать два, — заключил он. — Этих я пошлю на разведку, а Сильфи останется с нами. Он вышел довольно сильным. — Я тоже довольно сильный, — буркнул Макс. — Ну, и я не то чтобы немощная бабуля, — рассмеялся Фрилайд в ответ. — Но если сюда явятся тролли, пригодится любая помощь. Принц приоткрыл дверь, и шишки на ножках, словно выводок цыплят, высыпали наружу. Бегали они на удивление быстро. Охотник вздохнул с облегчением, когда эти безобразники наконец перестали мельтешить под ногами. «Надеюсь, их не сожрёт какая-нибудь белка, страдающая бессонницей», — подумал он. **** На следующий день Макс проснулся от странного скрежета и тотчас подскочил, озираясь вокруг. Стояло уже позднее утро — половина помещения была залита солнцем. А источником звуков был Фрилайд, пытавшийся почистить коренья. — Доброе утро, — поприветствовал он охотника. — Ты спал, так что я решил сам приготовить завтрак… Но что-то у меня совсем не выходит, — разочарованно добавил он. Макс выругался про себя. Как он мог проспать до полудня? Должно быть, сказались бессонные ночи… — Не беспокойся, я сейчас все сделаю, — сказал охотник, отбирая у принца нож, который тот каким-то образом умудрился погнуть. — Кстати, хорошие новости. Големы знают, куда идти. Макс только сейчас заметил, что шишки вернулись и сидят, сгрудившись, у распахнутой двери. Увидев его беспокойный взгляд, принц поспешил его успокоить: — Поблизости точно нет никого опасного. Охотник на всякий случай высунулся наружу и прислушался — ничего не говорило о присутствии кого-либо, чутье тоже молчало. — Ладно, — кивнул он. — Позавтракаем — и в путь. . Они вышли спустя час, предварительно вооружившись: в кучах хлама нашлось немало интересного. Макс выбрал себе несколько кинжалов разной длины, Фрилайд взял один с извитым лезвием. Похоже, принцу просто понравился его внешний вид, потому что такой кинжал был хоть и красив, но не очень практичен. Однако Макс ничего не сказал, надеясь, что Фрилайду и не придётся его применять, Шишки весёлой гурьбой скакали вперёд, налетая друг на друга, а Сильфи степенно шествовал за ними, иногда раздавая пинки особо шаловливым. Эти големы очень напоминала важную курицу и крохотных цыплят, которые так и норовят разбежаться. Только маленькие шишки, наоборот, прекрасно знали, куда нужно идти. Они шли не более получаса, сильно петляя: иногда големы резко сворачивали, по-видимому, обходя опасные места. Если бы не это, путь занял бы пять-десять минут, как показалось Максу. — Смотри, впереди что-то есть! — сказал Фрилайд, указывая на красноватое пятно вдали. Путники ускорили шаг и вскоре перед ними предстала иная картина. Пейзаж здесь резко менялся: словно светлые и тёмные воды двух сливающихся рек, сошлись два лесных массива. Вместо однообразных высоких сосен начинали расти краснолистные деревья с тонкими извилистыми стволами, которые причудливо изгибались. Шишки остановились у незримой границы с довольным видом. Похоже, именно это они считали конечной целью. — И что же, тут нормальное пространство или все ещё искаженное? — непонимающе спросил Макс. — Не знаю, — ответил Фрилайд, хмуря брови. — Но у нас нет другого выхода, кроме как идти вперёд. Медленно и осторожно охотник шагнул на землю, даже по запаху заметно отличающейся от того, что было раньше. Он понятия не имел, какие опасности могут подстерегать здесь. Фрилайд подошёл к одному из деревьев и провел пальцами вдоль кривой ветки. — Совершенно обычное растение, — сообщил он. — Никакой магии. По его знаку, птицы-големы взлетели над лесом и закружили, осматриваясь вокруг. Спустя несколько минут они вернулись назад и виновато опустили головы. — Ориентиров нет, — перевёл принц с големьего на человеческий. — Думаю, мы ещё не вышли из искаженного пространства. Придётся вам опять исследовать местность, — обратился он к шишкам. Те с готовностью подпрыгнули и покатились в разные стороны, за секунду скрывшись из виду. . Путники продвигались вперёд медленно, с большой опаской. Макс изо всех сил прислушивался, чтобы не упустить ни малейшего признака чужого присутствия. Деревья переплетались ветвями и корнями, расползшимися по земле, словно змеи. Между корнями пучками пробивалась трава, в которой не было ни единого цветка, но часто торчали колючие стебли с крупной ягодой в венчике из листьев. — Интересно, они съедобные? — спросил Макс, срывая одну. — Не рискуй, — предостерёг его Фрилайд. — Я таких раньше никогда не видел. Охотник осмотрел ягоду со всех сторон, надавил, заставив выступить каплю сока и осторожно слизнул. Вкус был горьковато-сладким, но вполне приятным. Сразу же захотелось съесть ягоду, но Макс пересилил себя и бросил её в траву. Маленькая серая пичужка спорхнула с ветки на землю и подобрала ягоду. — Птица ест, значит съедобная, — обрадовался охотник и сорвал несколько штук. Целиком они оказались ещё вкуснее и охотник окончательно убедился в том, что их можно есть без опаски. Уж что-что, а распознавать ядовитые растения за время жизни в лесу он научился прекрасно. — Не хочешь попробовать? — он протянул пару ягод Фрилайду. Принц взял их и осторожно положил одну в рот, но тут же скривился и выплюнул её. — Какая гадость! Они же горькие! — Может, незрелая попалась? — растерялся Макс. — Попробуй другую. — Нет, спасибо, я обойдусь без них, — принц с неприязнью отбросил вторую ягоду. Макс не стал его уговаривать. Неудивительно, что человеку, выросшему в роскоши, эта ягода показалась куда более горькой, чем привыкшему к самым неприятным вкусам охотнику. В этом месте витал неуловимый аромат, отчего-то напоминающий Максу о раннем детстве, когда он ещё не думал ни о каких проблемах, а просто беззаботно сидел в луже и играл с корабликом из листка. Это было одно из самых ранних воспоминаний. — Ты не чувствуешь ничего странного? — спросил он у принца. — Вроде бы нет, а что? — Не знаю… — Макс задумался, как сформулировать свои ощущения. — Запах такой… знакомый и не знакомый одновременно… — Я не чувствую запаха, — сказал Фрилайд. — На что он похож? Охотник постарался как можно подробнее вызвать в памяти тот день, который всплывал под действием аромата. Ему было четыре или пять… Наверно, все же четыре… Лужа тёплая и грязная, но ему плевать, да и его родичам тоже. Дядьки на охоте, рядом только престарелая прабабка, такая дряхлая, что уже не может обращаться даже в полнолуние… Макс резко остановился, хватая принца за руку. — Что такое? — испуганно спросил тот. — Я вспомнил, что это за запах, — пробормотал охотник, напряжённо сжимая его ладонь. — Это запах оборотня.