Луч, прорезающий дебри

Бан развёл костёр, несмотря на то, что было довольно тепло. — Это чтобы блуждающие огоньки приняли за своего, — неохотно пояснил он. — Но они совершенно безобидны, если не идти за ними, — удивился Фрилайд. — Огоньки могут привести не только тебя к беде, но и беду к тебе, — махнул рукой торговец. Он вытащил флягу и присосался к ней, всем видом давая понять, что болтать не намерен. Максу тоже не хотелось вести разговоры — в присутствии посторонних темы для беседы были ограничены, да и участия этих людей он совсем не желал. Но их попутчица явно была настроена почесать языком. — Вы не женаты? — поинтересовалась она. — Нет! — злобно огрызнулся охотник, и девушка округлила глаза. — Почему ты разозлился? Вы родственники? Родственники! Об этом и врать не стоило — охотник и принц были похожи друг на друга только тем, что имели по две руки и ноги и одной голове. — Мы просто хорошие друзья, — мягко ответил Фрилайд. Алия совершенно не казалось убежденной. — Да быть не может! — Не твоё дело, что может, а что нет! — рявкнул на неё охотник, но девушка ничуть не смутилась и только рассмеялась. — Серьёзно, вы слишком напоминаете парочку влюблённых. Не верю, что между вами ничего нет. У тебя все на лице написано, приятель, — она панибратки толкнула Макса под локоть. Сердце охотника пропустило удар. Он рад был бы швырнуть нахальную девчонку лицом в костёр. Вдруг из-за неё принц догадается о его чувствах? — Что у меня на лице написано? — набросился он на Алию. — Совсем спятила? Да если хочешь знать, я любил лишь один раз и эта женщина до сих в моем сердце! Больше там никому нет места! Он солгал неожиданно для самого себя. Но раз уж эта девчонка не унимается и ей нельзя отрезать язык, лучше подкинуть выдуманную историю. — О… — удивилась Алия. — Это так романтично… А можно спросить… — Нельзя! — Ладно, — девушка наконец соизволила заткнуться. Но молчала она недолго и спустя минуту повернулась к принцу. — А что насчёт тебя? — Я монашка озерного храма, — с серьёзным видом поведал Фрилайд. — Мы посвящаем свою жизнь служению магии воды. — Что, никаких мужчин? — ахнула Алия — Никаких мужчин, — подтвердил принц. Макс мог бы улыбнуться, если бы не был слишком взволнован. Надо было ждать другого человека, который едет в Каор, а не отправляться с этим хамом и с идиоткой, которая лезет не в свое дело. Да кто вообще задаёт такие вопросы малознакомым людям? Может, ей ещё любовников мамаши перечислить со всей подноготной? — Ужас, я бы не выдержала, — вздохнула девушка. — У меня четверо поклонников на данный момент. Мне скоро двадцать четыре, уже пора бы замуж, но все не знаю, кого выбрать. — Если на знаешь, значит, не пора, — улыбнулся принц. — Они все такие хорошие, — продолжала Алия, не ответив на его слова. — Один блондин с шикарными кудрями и мускулистый как бог. Второй песни пишет. У третьего собственная гончарная. А четвёртый мне дарит невероятно красивые букеты… — Утопись и не порти парням жизнь, — посоветовал Макс, однако девушка проигнорировала и его. Она начала подробно описывать своих кавалеров, и охотнику оставалось только порадоваться, что больше она не задаёт вопросов. Алия болтала и болтала, то и дело дергая раздраженного Бана в попытках подключить к разговору. Вскоре ей зачем-то позарез понадобилось выяснить, женат ли он, есть ли у него дети или хотя бы собака. — Ни жены, ни детей, ни собаки, поэтому есть деньги, — осклабился торговец. — А теперь сделай одолжение, закрой рот. — Как же без собаки? — искренне изумлялась девушка. — А кто дом сторожит? Кто по утрам будит? Кто от бандитов на дороге защитит? У меня вот дома огромный пёс. Говорят, он дальний потомок адского цербера! Отлично пасет коз! — Церберы — сторожи, а пастухи — это орфы, — заметил Фрилайд. «Кстати, о демонах, — подумал охотник. — Сейчас бы душу продал, лишь бы она заткнулась». — Я спать, — наконец заявил он, не выдержав её стрекотания. — Я тоже, — подхватил Фрилайд. Они отошли от костра, чтобы заглянуть в повозку за одеялами. Спать предстояло на земле, и, несмотря на теплый климат, ночи здесь были не слишком жаркими. — Язык без костей, — проворчал Макс, бросив полный ненависти взгляд на Алию. — По-моему, в целом она довольно милая, — ответил принц, и охотник почувствовал, что настроение становится ещё хуже. Милая, вот как? Может, ткнуть горящим углем в её милое личико? И язык заодно отрезать… — Макс, — тихо проговорил Фрилайд. — Ты выдумал про ту женщину? О которой сказал ей. — Нет, — поспешно ответил охотник. Слово само сорвалось с языка, прежде чем он успел понять, зачем продолжает лгать. — Всё правда. Я люблю её всей душой. «Какого хрена я несу? — мысленно ужаснулся он. — Какая ещё, к дьяволу, женщина?» Фрилайд молча вытянул одеяло из-под мешка. — Давай ляжем. Я устал. — Ага, — пробормотал охотник, чувствуя, что атмосфера стала какой-то неправильной. *** Отчего-то Макс долго не мог уснуть. Он лежал, вглядываясь в низкое звёздное небо. Неподалёку храпел Бан, потрескивало пламя костра. Принц лежал к охотник спиной, закутавшись в одеяло, и тот не мог даже любоваться отблесками огня на его волосах. Зато физиономия Алии была на виду, стоило только повернуть голову вправо. Макс ощущал прилив злости от одного лишь взгляда на эту девчонку. Начала тут болтать и все портить! Хоть бы её скорпионы утащили! Воздух, несмотря на отсутствие облаков на небе и водоёмов поблизости, почему-то начал свежеть. Потянул прохладный ветерок. Звезды на небе как будто помутнели. Макс закрыл глаза, подумав, что ему всё-таки надо поспать. Но сон не шёл. Напротив, возникло постепенно растущее чувство необъяснимой тревоги. «Нечего здесь опасаться. Нам ничего не грозит», — пытался убедить себя охотник, однако чувство никуда не уходило. Вдруг подул ветер, холодный, пронизывающий, принеся с собой какой-то странный хрустальный звон. Макс сел, оглядываясь вокруг. Остальные тоже проснулись и в растерянности смотрели по сторонам. На лице Бана проступил страх. — Что такое? — крикнул ему охотник. — Такое… Такое… Такое… — зазвенело вокруг. — Плохо дело! На нас налетело пустынное эхо! — Хо! Хо! Хо! — угрожающе захохотало явление, гулко звеня. Видимость начала падать. Ветер принёс и туман. Макс подскочил к принцу и схватил его за руку, чувствуя, что сейчас начнутся неприятности. Порывы резко усилились, и туман стал густеть. — Держитесь рядом, не двигайтесь! Скоро мы перестанем не только видеть, но и слышать друг друга! Эхо превратило его слова в рев, который с трудом можно было разобрать. Дела действительно обстояли не лучшим образом. Ветер загасил костёр. Фрилайд зажёг волшебный огонёк на ладони, однако дымка вокруг стала такой плотной, что ни Бана, ни Алии уже не было видно. — Ничего страшного, — шепнул Фрилайд в самое ухо Максу, чтобы не вызвать эхо. — Это скоро прекратится, главное стоять на месте. Охотник кивнул, крепче сжимая его руку. Вроде бы ни в тумане, ни в эхе не было ничего особенно опасного, но интуиция упорно говорила, что это лишь начало чего-то большего… . Небольшая сценка. Алия: Признайся ты уже в любви своему другу. Макс: С ума сошла? Кто же раньше сотой главы признается? Я совру, что у меня есть любимая женщина. Фрилайд: *плачет* Алия: Ебать, братишка, ты долбоеб. Не долбоеб, а долбоебище! Эхо: Ище… Ище… Ищё какой!

***

Вдруг грянул гром. Но доносился от не с неба, а звучал вокруг, постоянно перемещаясь и гремя одновременно с нескольких сторон. Эхо разносило звук по долине, и невозможно было понять, откуда он исходит. Макс прижал к себе принца, изо всех сил вглядываясь в туман, но не мог разглядеть ничего даже на расстоянии нескольких шагов. Фрилайд что-то говорил ему, но он не мог разобрать ни единого слова. Но охотник знал и так — ни в коем случае нельзя куда-то идти и уж тем более бежать, иначе можно не просто заблудиться, но и угодить в смертельную ловушку. Проклятая Гулиния! Кто же мог подумать, что здесь так опасно? Позади он даже не услышал, а почувствовал, какое-то движение, и резко обернулся, однако успел заметить только неясный силуэт чего-то размером с собаку. Вот только для собаки хвост у этой твари был слишком большой. Неужели… Фрилайд дёрнул Макса, указывая в другую сторону — там тоже промелькнула чёрная тень. На этот раз охотник сумел рассмотреть её более явно. Это были скорпионы. — Черт подери! — воскликнул охотник, но его возглас поглотило эхо. Он вскинул кинжал, готовясь драться с окружившими их тварями. Големы сгрудились вокруг, Сильфи выгнул спину, словно перепуганный кот. Под первый удар попал голем-шишка: он подскочил в воздух, заблокировав собой молнией метнувшийся хвост ближайшего скорпиона, который целился в Макса. Скорпиона отбросило, а сам голем наполовину почернел, будто обуглился, но снова вскочил на ножки-палочки. Скорпионы ринулись в атаку. Оставаться на месте было нельзя. Неизвестно, что ждало в тумане, но здесь точно грозила смерть. Охотник попятился, увлекая за собой принца. Он отбил несколько ударов — скорпионы возникали из ниоткуда и яростно кидались на них. Большую часть останавливали големы, однако яд тварей, пусть и не сразу, но всё-таки разрушал их: они чернели, слабели и передвигались все медленнее. Макс заметил, что вокруг уже стало на несколько шишек меньше. Фрилайд с помощью магии направил несколько охваченных пламенем камней в скорпиона, но они только стукнули по его прочному панцирю и отлетели. Эти существа были защищены от магии. Туман впереди как будто начал рассеиваться… В следующий миг охотник понял, что это не так — просто на них надвигалось что-то огромное, и это что-то было уже совсем близко. — Бежим! — выдохнул он. Уже не думая о возможных ловушках, они бросились прочь, держась за руки. Пусть это и замедляло, но Макс и помыслить не мог о том, чтобы отпустить руку принца и потерять его в тумане. Эхо, казалось, исчезло, и грохот панцирей и жёстких ног скорпионов доносился только с одной стороны. Где-то в отделении послышался крик, на который охотник не обратил никакого внимания. Пусть справляются сами! Он проклинал про себя идиота-торговца, который не предупредил о подобных опасностях и вообще поехал через эту треклятую долину безо всяких предосторожностей… Вдруг земля ушла из-под ног. Макс в панике попытался ухватиться за что-то, однако здесь не было ничего, что могло предотвратить падение. Сильный удар заставил его руку, сжимающую руку принца, разжаться. С грохотом посыпались камни, и Максу не оставалось ничего, кроме как съежиться, закрыв голову. *** Грохотание камней, казалось, длилось целую вечность. Макс даже не понимал, лежит ли он на месте или куда-то падает, то и дело его больно било каким-нибудь камнем. Он выкрикивал имя принца, пытаясь нащупать что-то рядом, хотя бы точку опоры, но продолжающийся камнепад не позволял ему ориентироваться. Наконец все затихло. Макс с трудом поднялся на ноги, морщась от боли. — Фрилайд! Глаза слезились от ещё не улегшейся пыли, и он толком ничего не мог разглядеть. — Фрилайд, где ты? — Макс, я здесь! — раздался голос принца. Охотник бросился туда, спотыкаясь и сбивая ноги до крови. — Осторожнее! — Фрилайд подбежал к нему и схватил за плечи, удерживая от очередного падения. Макс быстро оглядел его: платье изодрано и испачкано, на руках и лице кровавые ссадины. — Ты в порядке? Очень больно? — накинулся на него с вопросами охотник, пытаясь рассмотреть все повреждения, на что принц только махнул рукой. — Всё нормально, не обращай внимания. — Нормально? — возмутился Макс. — Да ты весь в крови! Стой спокойно, я сейчас достану травы… — А себя ты видел? Дай мне сперва излечить твои повреждения! — Не надо! Макс настойчиво убрал руки принца, вокруг которых уже сгустилось золотое исцеляющее сияние, однако тот не собирался просто так сдаваться, а перехватил его за запястье и накрыл ладонью глубокую царапину на руке. Охотник попытался вырваться, но стоило ему увидеть, что Фрилайд строго нахмурился, как он сдался и замер на месте. — Это была самая глубокая, — поспешно сказал он, как только рана затянулась под влиянием волшебства. — Ты же можешь исцелить собственные раны? Займись сперва ими. Фрилайд вдруг привлёк растерянно го Макса к себе, держа за оба запястья. — Лучше я использую кровь как усилитель и исцелю одновременно все. Не двигайся. Принц закрыл глаза, и через несколько секунд их обоих окутало свечение. Макс ощутил, как тепло уже знакомо разливается по телу, забирая боль и успокаивая мысли. Помимо того, что ссадины и царапины заживали, магия смывала пыль и грязь. Макс потерял счёт времени, забыв практически обо всем на свете. Он пребывал в состоянии, близком к абсолютному счастью. Для полного счастья, пожалуй, ему надо было только заключить принца в объятия. А потом чудесное тепло схлынуло волной, и тут же вернулось осознание того, что они находятся черт знает где и вообще-то все плохо. — Не надо было тратить на меня силы, — пробурчал охотник. Фрилайд ничего не ответил на это и указал наверх. — Смотри, туман не спускается вниз. Подняв голову, Макс увидел, что густая дымка клубится над ними, а в ней утопают склоны ущелья, в которое они упали. Оценить их высоту было сложно. — Бан! Алия! Никто не отзывался. — Думаю, туман поглощает звуки, — сказал принц. — Давай не будем шуметь. Не хотелось бы привлечь новых монстров. Максу показалось, что Фрилайд ведёт себя как-то натянуто и встревожился ещё больше. — Ты точно излечил себя полностью? — Да, конечно. А что? — Ничего, — охотник растерялся, не зная, что ответить. — Просто я подумал… неважно. — Скажи. — Да нет, я… — Макс смутился ещё больше. К его удивлению, принц не стал настаивать. — Ну ладно. Тогда пойдём искать выход. Голос Фрилайда был ровным и спокойным, что совершенно не вязалось с ситуацией. Он явно старался скрыть какие-то эмоции. «Да что с ним такое? — сколько бы охотник ни ломал голову, ответ не приходил. — Я чем-то обидел его? Или случилось что-то, о чем я не знаю?» Он внимательно смотрел на принца, но не мог понять, что же его беспокоит. По крайней мере, физически он вроде был в порядке… — Хорошо, пойдём, — пробормотал Макс и двинулся вперёд, крепко сжимая кинжал. Они осторожно двигались по дну извилистого ущелья, которое, судя по всему, не собиралось кончаться и предоставлять выход. — Может, мы сможем подняться, когда туман рассеется? — предположил Фрилайд. — Не знаю, может… «А вдруг ущелье просто схлопнется и раздавит нас?» — подумал охотник. Видимо, принцу тоже пришла в голову эта мысль, потому что он принялся внимательно изучать крутые каменные склоны. Он положил обе руки на стену, посылая в них какую-то магию. — Что ты делаешь? — Пытаюсь понять природу этого ущелья. Прошло минут десять. За это время принц несколько раз переходил с места на место, исследуя скалистые склоны с помощью волшебства. — Там какие-то пустоты, — наконец сказал он. — Кажется, это лабиринт. Вход, если не ошибаюсь, в той стороне. — Думаешь, только так можно отсюда выбраться? — Думаю, это либо выход, либо ловушка. Эти ходы слишком легко найти. — Поглядим, что за вход, — решил Макс. — Никто ведь не заставляет нас сразу в него идти. Он ускорил шаг, следуя направлению, указанному принцем.

***

Вход оказался темной неровной дырой крайне подозрительного вида. Пол извилистого тоннеля был весь в угловатых шипастых камнях, по которым пройти представлялось делом нелегким. — Не похоже, чтобы здесь кто-нибудь обитал, — сказал Макс. — Иначе не было бы таких неровностей. Фрилайд поднял ладони, между которых светилась тонкая магическая струна. — В пещере есть движение воздуха, — сообщил он спустя минуту. — Полезное заклинание, я нашёл его в библиотеке. Так и знал, что ещё пригодится. — Может, другой выход тоже на дне расщелины? — Не знаю… Были бы здесь големы… Некого даже послать на разведку, — принц огляделся по сторонам. — Как думаешь, стоит попробовать сделать новых из камня? Это будет долго. Не меньше четырёх-пяти часов. — У нас нет четырёх часов, — мрачно ответил охотник. — Бан, если он выжил, не станет нас ждать и уедет. А перспектива застрять посреди этой гиблой долины меня совсем не радует. Пойдём через пещеру, вряд ли в ней сидят скорпионы. Максу хотелось выть от досады. Дня не проходит, чтобы не случилось что-то неприятное! Почему все не может просто пройти гладко? Охотник первым вошёл в пещеру. Идти по остроугольным камням было трудно, зато их наличие точно говорило о том, что здесь никто не ходит, не ползает и не протекает. Пещера, как и вся расщелина, судя по всему, была необитаемой. Это успокаивало. В худшем случае, они просто потеряют время, но не наткнутся на смертельную опасность. Макс охотно бы поднял принца на руки, чтобы тому не пришлось идти по острым камням, однако в узком извилистом проходе это не представлялось возможным. Ход постепенно расширялся, повороты становились менее резкими. Фрилайд замедлил шаг и прошептал: — Как-то мне здесь не нравится. — Почему? — встревожился охотник. — Чувствуешь что-то? — Не могу понять… Как будто какой-то магический фон… — Блуждающие расщелины — порождения магии. Может, дело в этом? — Нет, здесь что-то другое… — Тогда пойдём назад, — решил Макс. — Поищем выход в другом месте. Немного постояв на месте, они повернулись в сторону, откуда пришли. Что бы там ни ждало их в глубине пещеры, лучше было не проверять, что там. — Макс… — тихо сказал Фрилайд. — Разве здесь было два хода? Перед ними зияло два чёрных отверстия — из одного они вышли. Вот только из какого? — По-моему, нам в правый, — не слишком уверенно проговорил охотник. — А мне кажется, в левый, — возразил принц. — Попробую определить с помощью магии. Между его ладонями вновь протянулась тонкая сверкающая струна. Макс с интересом наблюдал за тем, как она слегка подрагивает, едва заметно меняя яркость. Должно быть, это о чём-то говорило, но охотник понятия не имел, как читать её сигналы. А вот принц, похоже, уже прекрасно разобрался в этом заклинании. — Ты был прав, нам сюда, — Фрилайд указал на один из проходов. — Там чувствуется движение воздуха, а левый, видимо, обманка. Дело нечисто с этой пещерой, надо выбираться. Они повернули в правый тоннель и направились обратно более спешно, чем шли внутрь. Фрилайд торопился оказаться снаружи, Макс видел, что ему очень не нравится это место, хотя сам охотник не ощущал ничего необычного. Если бы здесь обитало какое-то существо, он бы услышал… наверное. Вдруг принц остановился. — Смотри! Макс взглянул вперёд и тихо выругался сквозь зубы. Проход каким-то образом умудрился зарасти сталактитами и сталагмитами, отрезав путь. Охотник толкнул один из них, проверяя на прочность, потом другой и третий, но все они состояли из твёрдого камня. Как будто сомкнулись клыки огромной пасти… — Невероятно, что они выросли за несколько минут! — воскликнул он. — Какого черта с этой пещерой? — Она постоянно меняет структуру, — с досадой ответил принц. — Придётся либо искать закономерность, либо идти наугад. — А ты сможешь разобраться? — Ну… — Фрилайд задумался. — Это не так-то просто. Потребуется несколько часов. Может, день. — Опять-таки у нас нет столько времени, — с досадным вздохом ответил Макс. Он пнул камешек, и тот с громким стуком отлетел в стену. Охотнику хотелось рычать от злости. Угораздило же связаться с этим идиотом Баном! — Пойдём хоть куда-нибудь, — сказал он. — Лишь бы выйти. Они снова пошли в обратную сторону. Принц то и дело касался стен и будто к чему-то прислушивался. Макс старался не мешать ему своим любопытством и не спрашивал, понимая, что если бы тот что-то обнаружил, то сказал бы сам. Ему было тревожно. Чутье не говорило ни о чем конкретном. Есть ли здесь кто-то? Грозит ли опасность? Охотник не смог бы ответить ни на один вопрос. Они шли и шли, сворачивая то в один, то в другой тоннель, которые возникали словно из ниоткуда. Вдруг сердце Макса пропустило удар. — Стой, — шепнул он прежде, чем понял, что его насторожило. — В чем дело? — Смотри, — он указал на одно из боковых ответвлений, обращая внимания Фрилайда на то, что секунду назад заметил краем глаза. Темный проход был весь оплетен паутиной. В тот же момент охотник услышал отдалённый скрежет. — Это не хорошо, — пробормотал он, хватая принца за руку. Спустя секунду он понял, что скрежет стремительно приближается. Макс повернулся, собираясь бежать, но с ужасом обнаружил, что позади — сплошная стена. — Не может быть! — в отчаянии воскликнул он. Отступать было некуда. Охотник загородил собой принца, выставив перед собой кинжал. — Макс, мы не сможем с ним драться, — еле слышно шепнул ему Фрилайд. Охотник это понимал. Судя по звуку, существо было весьма большим и тяжёлым. А ещё этот скрежет недвусмысленно говорил о том, что оно покрыто панцирем, который кинжал вряд ли пробьёт.

***

Когда существо показалось из тьмы, словно выныривая из чёрной воды, Макс не сдержал возгласа отвращения. Это было нечто огромное, в полтора раза выше человеческого роста, чудом умещающееся в пещере. Оно обладало телом паука, из которого вместо головы росло мужское туловище. Лицо у твари было почти нормальным, если не считать полностью чёрных глаз в количестве восьми штук. Охотник взмахнул перед собой ножом, давая твари понять, что так просто он не сдастся. Та в ответ рассмеялась, обнажив острые зубы. Но нападать, впрочем, не спешила. — Кто ты? — спросил принц, и Макс ещё сильнее сжал его руку, будто боялся, что тот подставится под удар. Было чертовски страшно от того, что Фрилайду негде укрыться, пока охотник будет драться с чудовищем. — Я? — переспросил монстр. — Я паутинник. А что за мошки тут попали в мою сеть? — Твоя сеть — это пещера? — Именно так, — подтвердила тварь, расплывшись в улыбке. — Ущелье и пещера — ловушка для людей, которые идут через наши охотничьи угодья. — Только попробуй приблизиться! — рыкнул Макс. — Я тебя на куски разорву! Паутинник усмехнулся. — А силенок-то хватит, человек? — Не доводилось иметь дело с полуволками? Едва охотник произнес эти слова, стены и потолок пещеры дрогнули, и из камней, словно клыки, выдвинулись сталактиты. — Паутинник, это сделал ты? — воскликнул принц, испуганно глядя на возникшие из ниоткуда камни. — Это сделал он, — ответил тот, кивнув на Макса. — Я не собираюсь вас убивать. Вы сами себя убьете. Охотник почувствовал дыхание Фрилайда над своим ухом. — Ничего не говори, — прошептал принц. — Пещера реагирует на что-то в наших словах или мыслях. Я попытаюсь выяснить, на что. Паутинник улегся бронированным чёрным брюхом на каменистый пол, поджав паучьи ноги под себя, за исключением передних. — Сыграем в игру, — заявил он. — Чтобы было честно, скажу, что вы даже можете выиграть и спастись. Если откажетесь, увы, мне придётся самому вас прикончить, хотя я и не люблю марать руки… и ноги. Монстр расхохотался, довольный шуткой. Охотник оглянулся и встретился взглядом с Фрилайдом. — Что нам делать? — спросил он одними губами. — Играть с ним, другого выбора нет, — вздохнул принц и обратился к паутиннику: — Каковы правила? — Поймёте по ходу игры. Для начала, расскажите, кто вы такие. Охотник и принц переглянулись. — Я не понимаю, чего он хочет, — прошептал Макс. — Почему бы ему просто нас не съесть? — Я не знаю, — так же шёпотом ответил Фрилайд. — Но посмотри на его рот. Ни жвал, ни клыков — обычные человеческие зубы. Не думаю, что он питается плотью. — Но убить нас может и хочет, — мрачно заметил охотник. — Может, роль зубов выполняют сталактиты… Макс поежился, представив, как смыкаются стены пещеры, словно челюсти. И зачем они только пошли внутрь? — Моё терпение не безгранично, — напомнил о себе паутинник. — Повторю вопрос. Кто вы такие? — Я монашка озерного храма… — начал было Фрилайд, но в следующую же секунду пещера содрогнулась, и из пола выросли сталагмиты, отрезая и путь вперёд, который и так был загорожен паутинником. Охотник в испуге прижал принца к своей груди. Сквозь щели между сталагмитами он увидел, что паутинник довольно улыбается. — Ложь, — протянуло чудовище. — Вот, на что реагирует пещера! — воскликнул Фрилайд. — И думаю, я не ошибусь, если предположу, что из-за этого попали сюда именно мы, а не Бан и Алия. Макс мысленно ругал паутинника с его проклятым логовом на чем свет стоит, а заодно и всю Гулинию, за то что в ней водится подобная дрянь. Ложь ему не понравилась! Да в чем смысл затягивать к себе в расщелину тех, кто в чём-то солгал? Мясо у них вкуснее, что ли? — Помнишь нимф, магия которых подпитывается чужими эмоциями? — шепнул ему на ухо принц, будто прочитав его мысли. — Видимо, здесь то же самое. — То есть он будет вынуждать нас лгать, черпая из этого силу, а пещера нас за это убьёт? — Я ещё не до конца понял суть… — Хватит разговоров! — вновь прервал их паутинник. — Говорите, кто вы такие и куда шли. Фрилайд бросил ещё один взгляд на охотника, и ответил: — Я Фрилайд, первый принц Лансеастема. Я сбежал из своей страны, спасаясь от бунта, и теперь направляюсь в Абрискис в поисках артефакта, который поможет мне разорвать связь с престолом. Паутинник хищно улыбнулся. — Похоже, это захватывающая история. А что насчёт тебя? — Я охотник на гарпий, — с неохотой буркнул Макс, чувствуя гнев и отвращение от того, что они с принцем вынуждены отчитываться перед каким-то омерзительным монстром. — Иду с ним за артефактом. — И что же связывает принца и охотника на гарпий? — паутинник посмотрел на Фрилайда. — Он мой дорогой друг, — без заминки ответил тот. Стены пещеры не дрогнули, в отличие от сердца Макса. Фрилайд назвал его другом, дорогим другом! Охотник судорожно вздохнул, чувствуя так некстати вставший в горле ком. — И как зародилась такая дружба? — Он меня похитил. — Я его похитил. Они ответили одновременно. На лице паутинника отразилось удивление. — Надо же! Зачем? — Денег хотел, — угрюмо проговорил Макс. — А потом? — А потом план полетел к чертям из-за моего старого знакомого. — В результате мы оба оказались в ловушке и за это время подружились, — продолжил Фрилайд. Монстр хитро прищурился, но не стал выяснять подробности борьбы с Дэйлом и её завершения, несмотря на, что недавно назвал их историю интересной. Похоже, на самом деле, она его не слишком интересовала. — Почему ты бежишь из своего королевства? — обратился он к Фрилайду. — Мой народ хочет меня убить. — Ты сделал им что-то плохое? — Нет… Не успел он закончить фразу, как из потолка с грохотом вырос сталактит, заставив принца и охотника попятиться. Места у них оставалось совсем немного: шага два в ширину и чуть больше в длину. — Твоя пещера ошибается, Фрилайд не мог сделать ничего дурного! — вскричал Макс, и тут же новый каменный зуб выдвинулся из стены. Паутинник расхохотался, стуча паучьей лапой по полу. — Вот и началось веселье! Продолжай, высочество, или как вас там называют! — Я навредил своим людям тем, что своевольничал и сбегал из дворца, провоцируя отца наносить ущерб народу в моих поисках. Я позволил лишить себя титула наследного принца и отдал венец брату, хотя знал, что он будет править огнём и мечом. Я бежал из страны, зная, что пока престол пустует, королевство будет тонуть в бедствиях. Фрилайд говорил спокойно и размеренно, не показывая никаких эмоций, зато Макс кипел от ярости. Он бы кинулся на паутинника и задушил его голыми руками, если бы не каменная преграда. Тварь выпытывала у принца притянутую за уши «правду», которая не имела веса в реальности! Ну и что с того, что Фрилайд не оправдывал надежд идиота-отца? Это король, а не он, творил зло, это солдаты били и грабили людей! Охотник многое бы хотел высказать, но боялся что-либо произнести, ведь пещера могла в ответ на это отрастить новые сталактиты… — Что ты будешь делать, если не сумеешь достать артефакт? — Искать другой. — А если будет невозможно добыть ни один из них? — Я не знаю. Пещера снова содрогнулась, выдвигая из пола сталагмит. — Я буду искать альтернативные способы! — А если ничего не найдёшь? У тебя не так много времени. — Что-нибудь придумаю! Опять гул и дрожь в каменных стенах пещеры. — Ты вернёшься, чтобы спасти страну ценой своей жизни? Фрилайд закрыл глаза и тяжело вздохнул. — Нет. Я оставлю свой народ погибать, потому что не считаю, что должен жертвовать ради них жизнью. Я не просил о кровной связи с престолом, эта ответственность — не мой выбор. И поэтому я не буду себя винить. Если я могу помочь — я это сделаю, но не ценой жизни. Паутинник торжествующе улыбнулся, показав жёлтые зубы, покрытые пятнами налета. — Ты, восьминогий ублюдок, пожалеешь, клянусь небом, — прошипел Макс, вкладывая в слова всю свою ненависть. Монстр в ответ только издевательски хмыкнул. — Твой черёд, охотник на гарпий. Скажи мне, почему ты следуешь за своим принцем? — Пожалуйста, держи себя в руках или он нас убьёт, — шепнул Фрилайд. Макс сжал кулаки и ответил сквозь зубы: — Потому что он — тот человек, которому я готов служить и который позволил мне быть его другом. — Ты готов рисковать жизнью в поисках артефакта, который тебе даже не нужен. Это был не вопрос, но охотник все равно кивнул. — Да. — Разве тебе не хочется спокойной жизни? — Хочется. Но я сделаю все, чтобы помочь Фрилайду. — Чем ты готов пожертвовать ради этого? Деньгами? Домом — Да. — Родными и близкими? — У меня их нет, но если бы были — да. — Любовью? — Д-да… Пещера затряслась, и сталактит, выросший посередине, вынудил Фрилайда и Макса прижаться к противоположным стенам пещеры. — Ты готов пожертвовать любовью? — Нет! — выдохнул охотник. Как он может пожертвовать ради Фрилайда любовью, если тот и есть его любовь? Это парадокс! Ему показалось, что в глазах принца блеснули слезы, но, скорее всего, это был лишь неверный свет колдовских огоньков. — Кто этот человек, которого ты любишь? — Не твоё дело! Новый сталагмит чуть не проткнул Максу ногу. — Молчание — форма лжи! — заявил паутинник. — Кого ты любишь? У охотника закружилась голова от страха. Сердце колотилось где-то в горле, готовое разорвать его и выпрыгнуть наружу. Он не может сказать… Не может… — Говори! С потолка опустился сталактит, и у Макса вообще не осталось пространства для движения. — Говори! — Макс, пожалуйста! — воскликнул Фрилайд. — Мы же погибнем! Теперь и принц оказался зажат между каменными глыбами без возможности уклониться. — Следующий убьет одного из вас, — смакуя момент, проговорил паутинник. — Решай, стоит ли того твоя тайна. Спрашиваю последний раз: кто этот человек? — Макс, прошу, скажи, кого ты любишь! Отчаянный возглас принца, казалось, ударил не по ушам, а по сердцу. Макс с ужасом увидел, как над головой Фрилайда с потолка опускается сталактит, а тому некуда деться… — Тебя! — собственный голос был как будто чужим, когда охотник выкрикнул заветные слова, которые клялся никогда не произносить. — Я люблю тебя! Сталактит остановился. Паутинник раскинул человеческие руки, будто желая обнять пространство. — Спасибо, — проговорил он. — Теперь я сыт и отпускаю вас. — Вас… Вас… Вас… — зазвучало со всех сторон налетевшее непонятно откуда эхо. Пещера задрожала, с пола поднялся туман, застилая все вокруг. Через несколько секунд он рассеялся, и охотник обнаружил себя, абсолютно свободного, стоящим на крутом каменистом склоне с множеством извилистых троп, ведущих к морю. В нескольких шагах стоял Фрилайд, растерянно глядя на него. — Макс… Охотник попятился. — Макс, послушай… Он развернулся и бросился бежать, не разбирая дороги. Конец! Все кончено! Охотнику хотелось умереть прямо сейчас, на этом месте. Он бы и рад был броситься с обрыва, да только на этом склоне можно лишь переломать ноги… Он рухнул на колени за каким-то крупным валуном и съежился, обхватив себя руками. Тело била крупная дрожь, дышать было тяжело. Лучше бы он умер… Тогда у Фрилайда, по крайней мере, сохранились бы тёплые чувства. А теперь… Принц будет так разочарован… Макс не мог посмотреть ему в глаза и увидеть во взгляде разочарование, чувствуя, что не сможет этого пережить. Что же делать? Что делать?! Бежать прочь, броситься в море или перерезать себе горло кинжалом? И оставить принца одного в этом опасном путешествии? Тогда что — упасть на колени и молить о прощении? Из горла рвался отчаянный вой, и охотник прикусил костяшки пальцев, чтобы не зарыдать в голос. — Макс! Охотник дернулся, порываясь вновь броситься в бегство, но упёрся спиной в валун. Он закрыл лицо руками, не в силах смотреть на принца, каждый поспешный шаг которого звучал как стук часов, отмеряющих последние секунды приговоренного к смерти. Фрилайд подбежал к нему. И как только сердце Макса не разорвалось, когда он услышал шаги и учащенное дыхание в метре от себя. Охотник открыл рот, но слова сожаления и мольбы застряли в горле. Разве могли слова что-то исправить?.. И тут его заключили в объятия, крепкие до болезненности. Принц уткнулся лбом в его плечо и заплакал, еле слышно повторяя его имя. Макс замер, не в силах ни пошевелиться, ни произнести что-либо. Только тело дрожал, словно в лихорадке. Каждая слеза принца, казалось, прожигала в его душе дыру. Но что он мог сделать? В который раз охотник был бессилен перед жизнью, жестоко загоняющей его в ловушки. Фрилайд потянул его руки вниз, заставляя открыть лицо. Макс упорно смотрел в землю, не видя ничего из-за собственных слёз. Он не чувствовал в себе мужества даже поднять глаза. — Макс… — дрожащий шёпот принца пронзил его сердце, словно кинжал. — Макс, ты правда… правда… любишь меня? — Д-да… — с трудом выдохнул охотник, чувствуя, что вот-вот упадёт замертво, не выдержав этого. — Прости… Я… Я… Руки Фрилайда легли ему на виски и тепло солнечным светом омыло разум Макса, успокаивая и притупляя страх. Охотник осмелился поднять на принца растерянный взгляд и с изумлением увидел, что тот улыбается сквозь слезы. Такой улыбки у него Макс ещё никогда не видел. Одновременно и робкая, и счастливая, и… — Я тоже тебя люблю, — прошептал Фрилайд. — Я люблю тебя, Макс. Охотник открыл рот, но не сумел сказать ни слова. Слезы текли по лицу ручьями. Если бы не успокаивающая магия, он бы, наверно, уже сошёл с ума или вообще умер от разрыва сердца. Он не понимал… Принц шутит? Или ему послышалось? Следующий миг развеял его сомнения, потому что Фрилайд наклонился вперёд и… Это был короткий, невесомый поцелуй, похожий на прикосновение к губам цветочных лепестков, которые опадают от лёгкого дуновения ветерка. Принц отстранился, чтобы посмотреть в лицо Макса. — Фрилайд… — еле слышно пролепетал охотник. — Ты… Я… Боже, я не верю… Не верю… Это просто сон… Он накрыл руку принца, лежащую на его щеке, своей, и поднёс её к губам. — Это сон, лишь сон… — бормотал он, словно в бреду, целуя нежные пальцы. — Как такое возможно? Ты не можешь меня любить… Фрилайд ласково провел другой рукой по его щеке. — Почему ты так думаешь? — тихо спросил он. — Я же… Я… Я недостоин… Я бродяга, без образования, без рода… — Это твоя доля, а не ты. Просто обстоятельства. Я люблю тебя, слышишь? Бродягу, охотника на гарпий, нелюдимого человека, который впустил меня в свое сердце и подарил мне бескорыстную дружбу, героя, столько раз, спасавшего мою жизнь. Я люблю тебя и хочу быть с тобой. Макс зажмурился, снова поднося его руку к губам для поцелуя и вдыхая едва уловимый запах кожи. — Пусть это сон, но я… быть с тобой… я не смел даже мечтать, Фрилайд… Охотник обнял принца, робко прижимая к себе, и поцеловал его в лоб. — Я принадлежу тебе, — прошептал он. — Я твой слуга, твой пес… — Ты — мой друг и моя любовь, — ответил ему Фрилайд, поднимая голову и заглядывая в глаза. Макс застыл, как завороженный, глядя на него. Сердце, казалось, готово было остановиться. — Я хочу… Можно я… — пробормотал он, задыхаясь. По взгляду, опустившемуся на губы, Фрилайд все понял и улыбнулся. — Конечно, можно. Они медленно наклонились друг к другу и их губы вновь соприкоснулись. На этот раз поцелуй не был таким коротким, как предыдущий. Все мысли вылетели у охотника из головы. Он не слышал ничего и не чувствовал ничего, кроме дыхания на своей коже, шелковых губ, сводящих с ума своей нежностью, и рук, обнимающих его. Макс уже не помнил, кто он и где находится, ему хотелось лишь одного — чтобы этот миг не кончался.